УИД: 66RS0009-01-2022-001540-44
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Нижний Тагил 21 июня 2022 года
Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской области
в составе председательствующего судьи Ершовой Т.Е.,
при секретаре Малыгиной О.А.,
с участием административного истца ФИО1,
представителя ФСИН России, ИК-12 ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании в режиме видеоконференц-связи материалы административного дела № 2а-1473/2022 по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний России, ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Свердловской области о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении,
УСТАНОВИЛ:
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, содержащийся под стражей в ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области, обратился в суд с административным иском к ФКУ ИК - 12 ГУФСИН России по Свердловской области, в котором просит взыскать с ответчика в счет компенсации морального, психологического, физического вреда 400 000 руб. за ненадлежащие условия содержания.
В обоснование административного искового заявления указано, что административный истец ФИО1 прибыл для отбытия наказания в ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Свердловской области ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ истец был помещен в ОСУОН КВР № (помещение дневного пребывания), где вместе с ним содержалось 9 осужденных (ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и еще 2 осужденных). Находясь в помещении дневного пребывания КВР №, истец был ограничен в возможности передвигаться по камере, т.к. в камере в 2 ряда к полу приварены лавки, где человек должен был находиться в течение 15 часов. Истец не имел возможности лечь или передвигаться, а был вынужден все время сидеть либо стоять, что сильно отражалось на его состоянии здоровья.
Истец утверждает, что в течение всего периода нахождения в ОСУОН КВР № он содержался в не надлежащих условиях содержания в нарушение ч. 1-3 ст. 99 УИК РФ и ст. 3 Конвенции, поскольку не хватало свободного пространства, истец был лишен возможности свободного передвижения между предметами мебели. Кроме того, в указанной камере отсутствовало место, где можно было уединиться для молитвы. Условия содержания в отряде были не надлежащими и незаконными, так как не соответствовали минимальной норме площади на одного осужденного. Неоднократно из-за созданных условий между осужденными возникали конфликтные ситуации.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с п. 2 ст. 221 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации к участию в деле в качестве административного ответчика привлечен ФСИН России.
В судебном заседании административный истец ФИО1 заявленные требования поддержал по доводам и основаниям, указанным в исковом заявлении. Суду пояснил, что камера дневного пребывания имела площадь не более 12 кв.м., постоянно в указанном помещении находилось не менее 9 осужденных, в связи с чем невозможно было свободно передвигаться по камере. В результате отсутствия свободного пространства между осужденными часто вспыхивали конфликтные ситуации. В камере туалет не отвечал требованиям соблюдения приватности. Кроме того, в камере отсутствовало место для молитвы, которая играет большую роль в исправлении осужденного. Более того, в связи с наличием неврологического заболевания ему был разрешен дневной отдых в количестве 2 часов, для того, чтобы он мог прилечь и отдохнуть. За время нахождения в КВР № положенное время отдыха ему было предоставлено только один раз, когда он вернуть после проведенных в больнице медицинских процедур. В результате не предоставления дневного отдыха его состояние здоровья значительно ухудшилось. Просил удовлетворить заявленные требования в полном объеме.
Представитель административных ответчиков ФСИН России, ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО2 возражала против удовлетворения заявленных требований, указав, что административный истец содержался в надлежащих условиях, в помещении КВР перелимита осужденных не имелось. Истец содержался в КВР № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, после чего был переведен в безопасное место. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился в камере ШИЗО. Помещение КВР № имеет площадь 13 кв.м. В спорный период вместе с истцом содержалось не более 6 осужденных. Конфликтные ситуации создавались самими осужденными. Администрация ФКУ ИК-12 обеспечивала осужденных отдельными кроватями и индивидуальными принадлежностями. Полагала, что содержание истца соответствовало требованиям установленным законодательством, объективных данных, свидетельствующих о том, что перечисленные в исковом заявлении нарушения порядка содержания истца в ИК-12, не имеется. ПВР не предусмотрено обустройство в камерах мест для молитвы. Полагала, что оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется, просила отказать истцу в удовлетворении заявленных требований.
Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО4, ФИО9, ФИО7 какие-либо пояснения давать отказались, сославшись на ст. 51 Конституции Российской Федерации.
Суд, заслушав участвующих в деле лиц, исследовав и оценив материалы дела, находит административное исковое заявление подлежащим удовлетворению частично по следующим основаниям.
На основании ст. 46 Конституции Российской Федерации, главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации граждане могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.
Частями 9, 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:
1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;
2) соблюдены ли сроки обращения в суд;
3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:
а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия);
б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен;
в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;
4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.
Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).
В силу части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд удовлетворяет требование о признании незаконными действий, решения органа государственной власти только при установлении совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых действий, решения органа государственной власти нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца оспариваемыми действиями, решением органа государственной власти (пункт 1). При отсутствии совокупности названных условий, суд отказывает в удовлетворении требования о признании незаконными оспариваемых действий, решения органа государственной власти (пункт 2).
В силу части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.
В соответствии с ч. 1, 2 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Одним из основных принципов норм международного права и права Российской Федерации является создание осужденным к лишению свободы условий содержания, совместимых с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха и тревоги. Не допускается причинение лицу лишений в более высокой степени, чем тот, который неизбежен при лишении свободы и предусмотрен с учетом требований к режиму содержания.
В соответствии со статьей 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (часть 1). Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (часть 2).
Согласно ч. 1 ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.
Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (ст. 1 Федерального закона от 30.03.1998 №54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Статья 3 названной Конвенции гласит: «Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».
Как неоднократно отмечал Европейский Суд, страдания и унижение при нарушении ст. 3 Конвенции в любом случае должны превосходить уровень страданий и унижений, неизбежно присутствующих в любом законном обращении или наказании. В соответствии с данным положением Договаривающееся Государство должно обеспечить содержание лица под стражей в таких условиях, в которых бы уважалось его человеческое достоинство, такими способами и методами, при которых лицо не терпит душевных страданий и лишений, превышающих неизбежный уровень страданий при заключении, а также должным образом заботится о здоровье и благополучии с учетом практических требований лишения свободы.
Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях №663 C (XXIV) от 31.07.1957 и № 2076 (LXII) от 13.05.1977, предусматривают, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (п. 10).
В соответствии со ст.ст. 15, 17, 21, 53 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Содержание под стражей осуществляется в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Каждому гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями
На основании ст. 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5473-I "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.
В силу ч. 1 ст. 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.
Согласно ч. 2 ст. 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности. Они обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены (как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой (зубным порошком), туалетной бумагой, одноразовыми бритвами (для мужчин), средствами личной гигиены (для женщин)).
В соответствии с ч. 3 ст. 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. За счет средств предприятий, привлекающих к труду осужденных, им может быть организовано дополнительное питание сверх установленных норм. Нормы вещевого довольствия осужденных утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний. Осужденные, не работающие по не зависящим от них причинам, осужденные, не получающие пенсии, обеспечиваются питанием и предметами первой необходимости за счет государства.
Исходя из положений части 1 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации.
Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.
В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" указано, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 КоАП РФ, статьи 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статьи 93, 99, 100 УИК РФ, п. 2 ст. 8 Федерального закона от 24 июня 1999 года N 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних", часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", ст. 2 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения").
Согласно п. 14 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что приговором Краснотурьинского городского суда Свердловской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, признан виновным в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст. 161, п. «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ и ему назначено наказание в виде 6 лет лишения свободы.
В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Лагунов отбывал наказание в ИК-3 <адрес>.
В период отбывания наказания в ФКУ ИК-3 ГУ ФСИН России по Свердловской области ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был признал злостным нарушителем режима содержания и переведен в строгие условия отбывания наказания.
С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прибыл для отбытия наказания в ФКУ ИК-12 ГУ ФСИН России по Свердловской области.
По прибытии в ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО1 содержался:
с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в карантинном отделении,
с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отряде № (ОСУОН),
с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере ШИЗО,
с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отряде № (ОСУОН).
Обращаясь в суд, ФИО1 указал на ненадлежащие условия содержания его в КВР №, а именно отсутствие свободного пространства, невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие приватности при отправлении естественных нужд, отсутствие места для молитвы, не предоставлении дневного отдыха, рекомендованного в связи с наличием у истца неврологических заболеваний.
Несмотря на утверждения исправительного учреждения о том, что в период содержания истца в ФКУ ИК-12 не было допущено нарушений условий содержания, суд согласиться с этим утверждением не может.
Согласно техническому паспорту на здание <адрес> в квартале № городского лесничества площадь камеры дневного пребывания КВР № составляет 13 кв. м., площадь курилки № кв.м., площадь камеры ночного пребывания КВР № составляет № кв. м.,
В материалы дела ответчиком представлен журнал учета осужденных, содержащихся в строгих условиях отбывания наказания ИК-12, согласно которому в отряде № содержались: ФИО1, ФИО9 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО7 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО8 с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО11 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ.
Содержание указанных осужденных также подтверждается их показаниями, данными в ходе рассмотрения гражданского дела № по иску ФИО1
Суд отмечает, что администрация исправительного учреждения не представила суду относимых и допустимых доказательств, что в момент пребывания истца в КВР № с ним содержалось меньшее количество осужденных.
Таким образом, суд находит установленным, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере КВР №, площадью 13 кв.м. содержалось не менее 7 осужденных.
Из содержания подпункта 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года N 1314, следует, что задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.
Согласно части 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров. В части 3 статьи 99 Кодекса также указано, что минимальные нормы материально-технического обеспечения осужденных к лишению свободы, устанавливаются Правительством Российской Федерации.
Исходя из установленных обстоятельств суд находит установленным, что во время нахождения в исправительном учреждении ФКУ ИК-12 истец не был обеспечен нормой санитарной площади на одного человека, за время его содержания имелся острый недостаток личного пространства, поскольку численность осужденных, содержавшихся в камере КВР №, составляла 7 осужденных, что свидетельствует о ненадлежащих условиях содержания и нарушении личных неимущественных прав истца.
Как неоднократно указывал Европейский суд по правам человека, когда личное пространство, доступное заключенному, составляет менее трёх квадратных метров жилой площади недостаток личного пространства считается настолько серьезным, что возникает обоснованная презумпция нарушения статьи 3 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Суд отмечает нарушение статьи 3 Конвенции в связи с необеспечением осужденного достаточным личным пространством, и хотя в данном деле нет признаков прямого намерения оскорбить или унизить истца, полагает, что тот факт, что истцу пришлось находится в условиях крайне ограниченного пространства, сам по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания или переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий лишению свободы, и вызвать у истца чувства страдания и неполноценности, которые могли оскорбить и унизить его.
В части доводов истца о наличии предметов мебели, расположенных в дневной КВР, между которыми невозможно было перемещение, суд находит их несостоятельными поскольку наличие мебели обусловлено наличием установленных требований к порядку отбытия наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, что заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.
Доводы истца об отсутствии приватности в туалете, не принимаются судом во внимание, поскольку из представленных в материалы дела фотографий следует, что туалет изолирован от помещения камеры.
Согласно представленной в материалы дела медицинской карты ФИО1 имеет заболевания: артроз правого голеностопного сустава, остеохондроз позвоночника, хроническая цервикоторакалгия, вегетососудистая дистония, стриктура уретры, хронический простатит.
На основании ответа ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Свердловской области от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении дополнительного отдыха, что на основании рекомендаций МС-12 ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России ФИО1 разрешен дополнительный отдых в дневное время в течение 2-х часов с 14.00 по 16.00.
Однако в материалы дела исправительным учреждением не представлено доказательств, что ФИО1 предоставлялся дополнительный отдых в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
Доводы административного истца ФИО1 в части того, что дневной отдых не предоставлялся, ИК-12 не опровергнуты.
Таким образом, суд находит установленным факт нарушения прав ФИО1, выразившийся в не предоставлении дополнительного дневного отдыха с возможностью в период с 14 час. до 16 час. прилечь в помещении ночного пребывания либо ином помещении оборудованном для отдыха.
Разрешая доводы административного истца в части отсутствия в КВР № места для религиозной молитвы, суд исходит из следующего.
Приказом ФСИН России от 27.07.2006 N 512 "Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" утверждены нормы обеспечения мебелью, согласно которым оборудование в камерах мест для молитвы не предусмотрено.
Согласно п. 13 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ осужденные имеют право: пользоваться религиозной литературой, предметами культа, совершать религиозные обряды в местах, определенных администрацией ИУ, в определенное распорядком дня время.
Согласно п. 148 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ по просьбе осужденных предоставляется возможность встреч со священнослужителями.
Таким образом, действующим законодательством не предусмотрена обязанность исправительного учреждения оборудовать в камерах строгого режима места для религиозной молитвы.
В материалы дела не представлено доказательств, что со стороны осужденного ФИО1 поступали просьбы о предоставлении ему встречи со священнослужителем в адрес администрации ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Свердловской области и на это сам истец не ссылался.
Исходя из установленных судом обстоятельств, оснований для признания ненадлежащими условиями содержаний в указанной части у суда не имеется.
Относимых, допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих иные нарушения условий содержания ФИО1 в ФКУ ИК - 12 ГУФСИН России по Свердловской области, на которые ссылался в обоснование своих требований истец в материалы дела не представлено, напротив, опровергается собранными по делу доказательствами.
Оценив представленные доказательства по правилам ст. 84 КАС РФ, суд считает установленным, что в период пребывания административного истца в ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Свердловской области определенные условия содержания истца не отвечали требованиям действующего законодательства.
Согласно ч. 1 ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.
Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (ст. 1 Федерального закона от 30.03.1998 №54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Статья 3 названной Конвенции гласит: «Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».
В соответствии со ст.ст. 15, 17, 21, 53 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Содержание под стражей осуществляется в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Каждому гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
В статьях 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с ч. 1 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
Давая оценку обстоятельствам соблюдения административным истцом срока для обращения в суд, предусмотренного ч.1 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд полагает возможным его восстановить, поскольку ФИО1 до настоящего времени находится в условиях изоляции от общества, отбывая наказание в виде лишения свободы в исправительном учреждении, поэтому, в определенной степени, он ограничен в полноте и своевременности реализации своих прав, в том числе связанных с обращением за судебной защитой.
Административным истцом заявлены требования о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания в размере 400 000 руб.
Определяя размер денежной компенсации, суд принимает во внимание, что в данном случае присуждение компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении осуществляется на основании статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, с учетом характера и длительности претерпевания истцом ограничения его прав, степени страданий истца, выразившиеся в причинении ему страданий из-за унижающих достоинство условий содержания, при этом истцом не представлено суду доказательств наступления негативных и необратимых последствий психического и физического здоровья. Учитывая, что содержанию под стражей неизбежно присущ элемент страдания и трудностей, связанный с применением данной формы правомерного обращения или наказания лица. Данных о том, что истец, кроме бытовых неудобств, испытывал еще какое-то негативное воздействие недостаточного соответствия помещений действующим нормативам, он в своем заявлении не приводит. Учитывая требования разумности и справедливости, длительность содержания (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), количество и характер нарушений, а также периода времени, в который у истца отсутствовало личное пространство, с учетом периода нахождения истца в камеры ШИЗО (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), период, в который истец был лишен возможности дневного отдыха, а также то обстоятельство, что нарушения имели место только в камере дневного пребывания, в ночное время нарушения неустановлены, учитывая индивидуальные особенности истца, состояния здоровья и возраст истца, иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, отсутствия наступления негативных последствий, организационно-правовую форму ответчика, усилия ответчиков по смягчению проблемы переполненности, отсутствие права на отказ в принятии направленных для отбытия наказаний осужденных, принимая во внимание правовые позиции ЕСПЧ, экономические реалии, суд считает заявленный истцом размер чрезмерно завышенным и полагает справедливой и соразмерной для компенсации определить сумму в размере 2 000 руб., полагая ее соразмерной достигнутой в конкретном случае степени умаления человеческого достоинства, квалифицируемого таковым в контексте ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
В соответствии с подп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в качестве представителя выступает главный распорядитель средств федерального бюджета.
На основании подпункта 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации (утв. указом Президента РФ от 13.10.2014 № 1314) ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.
При таких обстоятельствах взыскание компенсации за ненадлежащие условия содержания должно быть произведено с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания Российской Федерации.
В силу ч. 9 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.
Согласно ч. 3.1 ст. 353 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации исполнительный лист по решению о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении вместе с копией соответствующего судебного акта направляется судом в орган, уполномоченный в соответствии с бюджетным законодательством исполнять решение о присуждении компенсации, не позднее следующего дня после принятия решения суда в окончательной форме независимо от наличия ходатайства об этом взыскателя. Такой исполнительный лист должен содержать реквизиты банковского счета взыскателя, на который должны быть перечислены средства, подлежащие взысканию.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Административное исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 2000 руб.
Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Свердловского областного суда через Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Решение в окончательной форме принято 24 июня 2022 года.
<...>
<...>
Судья Ершова Т.Е.