Решение по делу № 2-2/2023 от 11.08.2023

47RS0008-01-2021-000801-57

Дело № 2-2/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 августа 2023 года г. Кириши

Киришский городской суд Ленинградской области в составе председательствующего судьи Голубевой А.А.,

при помощнике судьи Федчун О.П.,

с участием:

представителя истца ФИО1 – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным, о признании сделки по отчуждению гаража недействительной и применении последствий недействительности сделок, об отмене договора дарения земельного участка и жилого дома, признании наследника недостойным и отстранении от наследования, признании права собственности на гараж и встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО1 о включении имущества в наследственную массу,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным, применении последствий недействительности сделки, об отмене договора дарения земельного участка и жилого дома, признании наследника недостойным и отстранении от наследования, признании права собственности на гараж, мотивируя свои требования тем, что 07.12.2019 умерла дочь истца - ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. После смерти ФИО5 открылось наследство, в состав которого вошло следующее имущество: 3-х комнатная квартира, расположенная по адресу: <адрес> кадастровым номером47:№; квартира, расположенная по адресу: <адрес>; земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 1643 кв.м, кадастровый №; 1-этажный жилой дом, расположенный на земельном участке по адресу: <адрес>, площадью 73 кв.м., кадастровый №; автомобиль <данные изъяты> <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>; гараж, расположенный по адресу: <адрес>; акции обыкновенные и привилегированные <данные изъяты>». Наследниками первой очереди по закону являлись на момент смерти ФИО5 – отец ФИО1 и истец ФИО1.(мать), пенсионеры по старости и инвалиды I группы. 26.12.2019 старшая дочь истца ФИО6, действуя на основании доверенности, и представляя интересы родителей, как наследников, обратилась к нотариусу Киришского нотариального округа ФИО14 для открытия наследственного дела и вступления в наследство. После обращения к нотариусу стало известно, что все имущество завещано постороннему человеку – ФИО3, а земельный участок и жилой дом в д. Солоницы, принадлежащий мужу истца в порядке наследования, и подаренный дочери, продан ФИО3, которая является медицинским работником, фельдшером скорой помощи, была приглашена для осуществления медицинской помощи и ухода за истцом и ее мужем на возмездной основе, они оба более 10 лет являлись инвалидами 1 группы. Истец и ее муж обратились в Киришский городской суд Ленинградской области с иском о признании недействительным завещания и договора купли-продажи земельного участка и жилого дома. Решением Киришского городского суда Ленинградской области по делу №2-10/2021 исковые требования были удовлетворены частично: доверенность, удостоверенная нотариусом Киришского нотариального округа ФИО15 от 07 ноября 2019 года, которой ФИО5 уполномочила ФИО7 продать имущество ФИО3, а также договор купли-продажи земельного участка и жилого дома ФИО3 от 13.11.2019, признаны недействительными. В ходе рассмотрения дела была назначена и проведена посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, по заключению которой 07.11.2019, в день подписания доверенности, уже в 10.40 ФИО5 была госпитализирована в состоянии средней тяжести, ближе к тяжелому. Ее состояние определялось значительно выраженным астено-невротическим расстройством, выраженными интоксикациями и болевыми синдромами, тяжелыми течениями соматических расстройств, в связи с чем, 07.11.2019 и 13.11.2019 для купирования болевого синдрома ей вводились наркотические анальгетики, по своему состоянию ФИО5 в юридически значимый период не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Из информации, полученной судом, автомобиль <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, продан ФИО3 12.11.2019 и проведена регистрация 14.11.2019, т.е. когда ФИО5 находилась на лечении и по своему состоянию не могла понимать значение своих действий и руководить ими, то есть с 07.11.2019 и до ее смерти 07.12.2019.

Земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 1643 кв.м, кадастровый №, и 1-этажный жилой дом, расположенный по этому же адресу, площадью 73 кв.м., кадастровый №, был подарен ФИО5 отцом – ФИО1 на основании договора дарения от 24.06.2016. ФИО1 30.06.2020 умер, т.е. после обращения в суд за защитой нарушенных прав и в ходе рассмотрения гражданского дела №2-10/2021, направленного на признание договора купли-продажи спорных объектов недействительными. При этом согласно п. 4 ст. 578 ГК РФ в договоре дарения было обусловлено право дарителя отменить дарение в случае, если он переживет одаряемого. Отмена дарения в случае смерти одаряемого является совершаемой пережившим дарителем односторонней сделкой, которая служит основанием прекращения права собственности одаряемого на подаренную вещь и возникновения права собственности на нее у дарителя. Однако, в связи с незаконным завладением ФИО3 данным имуществом, и выбытием его из владения дочери в результате ничтожной сделки, сделать это при жизни супруг истца не смог по независящим от него обстоятельствам. Отменить договор дарения ранее, чем был признан недействительным договор купли-продажи, не представлялось возможным. Истец полагает, что право на отмену дарения возникло у ФИО1 при его жизни, после обращения за судебной защитой, и в ходе рассмотрения гражданского дела. При изложенных обстоятельствах, являясь наследником по закону после смерти ФИО1 истец полагает, что у нее возникло право наследования после его смерти. Кроме того, согласно завещания от 21.12.2019, в состав завещанного ФИО3 наследства вошел гараж, расположенный по адресу: <адрес>. Членство в гаражном кооперативе перешло к ФИО3, истец полагает, что это происходило в то же время, когда ФИО5 уже не могла понимать значение своих действий и руководить ими, а представленные в правление (председателю) заявления об исключении ФИО5 из гаражного кооператива, так же являются подложными. При всех обстоятельствах, истец полагает, что ФИО3 является недостойным наследником, так как совершила противоправные действия, как против наследодателя, так и против его наследников, похитив правоустанавливающие документы, принадлежащие истцу с мужем и ФИО8, совершив сделки в свою пользу с наследодателем, не способным понимать значение своих действий и руководить ими, то есть приняла попытки, способствовавшие уменьшению причитающегося истцу и ее мужу наследства, путем выбытия его из состава наследства, в результате ничтожных сделок в силу ст. 171 ГК РФ. На основании изложенного, и уточнив исковые требования (том 2 л.д. 62-65), истец просит:

-признать недействительными договор купли-продажи автомобиля <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, от 12.11.2019, заключенный между ФИО5 и ФИО3, и договор купли-продажи от 25.02.2021, заключенный между ФИО3 и ФИО4

- применить последствия недействительности сделки: прекратить право собственности ФИО4 на автомобиль <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, исключив сведения о регистрации транспортного средства на имя ФИО3 и ФИО4;

-отменить договор дарения от 24.06.2016 земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, площадью 1643 кв.м, кадастровый №, и 1-этажного жилого дома, расположенного на земельном участке по адресу: <адрес>, площадью 73 кв.м., кадастровый №, заключенный между ФИО1 и ФИО5;

-исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о регистрации права собственности ФИО5 на указанное имущество;

-восстановить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о право собственности ФИО1;

-признать недействительными сделки по отчуждению гаража, расположенного по адресу: <адрес>, совершенную 05.11.2019 от имени ФИО5 об исключении из членов гаражного кооператива в связи с продажей гаража № ФИО3;

-признать недействительной сделку по отчуждению гаража, расположенного по адресу: <адрес>, совершенную 16.01.2021 от имени ФИО3 об исключении из членов гаражного кооператива в связи с продажей гаража № ФИО4.

-признать ФИО3, наследника по завещанию, составленному ФИО5 21.02.2019 и 20.05.2019 недостойным, отстранив ее от наследования;

-признать за истцом право собственности на гараж, расположенный по адресу: <адрес>

ФИО3 обратилась с встречным исковым заявлением к ФИО1 о включении имущества в наследственную массу, указывая в обоснование доводов на то, что 07.12.2019 умерла ФИО5 Завещаниями от 21.02.2019 <адрес> и от 20.05.2019 <адрес>, удостоверенными нотариусом Киришского нотариального округа ФИО15, все свое имущество, принадлежащее ей на день смерти, ФИО5 завещала в пользу ФИО3 В соответствии с решением Киришсокго городского суда Ленинградской области по делу№2-10/2021 от 19.02.2021, которое состоялось после смерти наследодателя, признан недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ земельного участка с кадастровым номером № и жилого дома с кадастровым номером <адрес>, расположенных по адресу: <адрес>; в Едином государственном реестре недвижимости погашены записи о собственнике, которому при жизни по договору купли-продажи ФИО5 были отчуждены данные объекты недвижимости, однако, вопрос о включении вышеуказанных земельного участка и жилого дома в наследственную массу в состоявшемся решении суда разрешен не был. Таким образом, в состав наследственного имущества, который указан в наследственном деле не включено следующее имущество: земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 1643 кв.м, кадастровый №; 1-этажный жилой дом, расположенный на земельном участке по адресу: <адрес>, Киришский муниципальный район, Будогощское городское поселение, д. Солоницы, <адрес>, площадью 73 кв.м., кадастровый №. Указанное имущество не включено в состав наследуемого по причине отчуждения его наследодателем при жизни и последующим, уже после смерти наследодателя, применением судом договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ недействительным. На основании изложенного, истец (ответчик по первоначальному иску) ФИО3 просит включить в наследственную массу, подлежащей наследованию после смерти ФИО5 следующее имущество: земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 1643 кв.м, кадастровый №; 1-этажный жилой дом, расположенный на земельном участке по адресу: <адрес>, площадью 73 кв.м., кадастровый №.

Истец ФИО1 надлежащим образом извещена о времени и месте судебного заседания, реализовала прав, предусмотренное ст. 48 ГПК РФ, на ведение в суде дела через представителя.

Представитель истца ФИО1 – ФИО6 извещена о времени и месте судебного заседания, в суд не явилась, об уважительности причин неявки суд не уведомила, об отложении рассмотрения дела не просила.

Представитель истца ФИО1- ФИО2 в судебном заседании поддержала доводы искового заявления.

Ответчик ФИО3 (истец по встречному иску) надлежащим образом извещена о времени и месте судебного заседания, реализовала прав, предусмотренное ст. 48 ГПК РФ, на ведение в суде дела через представителя.

Представитель ответчика ФИО3 (истца по встречному иску) – ФИО9 извещен о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, об уважительности причин неявки суд не уведомил, об отложении рассмотрения дела не просил.

Ответчик ФИО4 извещена о времени и месте судебного заседания, в суд не явилась, об уважительности причин неявки суд не уведомила, об отложении рассмотрения дела не просила.

Третье лицо ГК «Восток» извещено о времени и месте судебного заседания, представитель в суд не явился, об уважительности причин неявки суд не уведомил, об отложении рассмотрения дела не просил.

При установленных обстоятельствах, в силу ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав представителя ФИО1. – ФИО2, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Правилами статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

При этом одним из условий действительности сделки является, в частности соответствие воли (внутреннего намерения, желания субъекта, направленного на достижение определенного правового результата) и волеизъявления лица (внешнего проявления воли), являющегося стороной сделки, на ее совершение.

Как следует из содержания пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу действующего законодательства такие сделки являются оспоримыми, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ст. ст. 177 и 179 ГК РФ, согласно положениям ст. 56 ГПК РФ обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

В соответствии с пунктом 3 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 171 Гражданского кодекса Российской Федерации каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах.

Таким образом, указанное выше нормативное положение предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной гражданином, чья дееспособность не была поставлена под сомнение при ее совершении. При этом, необходимым условием оспаривания сделки по указанному основанию является доказанность того, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий или руководить ими. Причины указанного состояния могут быть различными.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 07.12.2019 умерла ФИО5, что подтверждается свидетельством о смерти № (том 1, л.д. 146), после смерти которой к нотариусу Киришского нотариального округа ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о вступлении в права наследования по закону обратились ФИО1 (мать) и ФИО1 (отец) (том 1 л.д.146 оборот - 147), а также ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о вступлении в права наследования по завещанию обратилась ФИО3 (том 1 л.д. 147 оборот).

ФИО5 принадлежало транспортное средство <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, которое на основании договора купли-продажи транспортного средства от 12.11.2019 перешло в собственность ФИО3 (том 1 л.д. 198).

На основании договора купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО4, последняя приобрела в собственность транспортное средство <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты> (том 2 л.д.95).

Также ФИО5 являлась членом пайщиков ГПК «Восток», и ей принадлежал гараж, расположенный по адресу: <адрес>

Допрошенный в качестве свидетеля председатель ГПК «Восток» ФИО10 пояснил, что паевой взноси ФИО5 был полностью оплачен, последняя была исключена из членов пайщиков ГПК «Восток» на основании личного заявления, в связи с продажей гаража ФИО3, что также подтверждается письменным заявление ФИО5 от 05.11.2019 (том 1 л.д. 120, 117-118).

ФИО3 на основании личного заявления была исключена из членов ГПК «Восток», в связи с продажей гаража, а ФИО4 принята в члены ГПК «Восток» в связи с приобретением гаража (том 1 л.д. 116, 114).

В ходе рассмотрения дела определением суда от 21.09.2022 назначена заочная (посмертная) комплексная судебная медико-психиатрическая экспертиза с целью определения состояния здоровья ФИО5 в момент заключения договора купли-продажи транспортного средства <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, от 12.11.2019, с ФИО3

Согласно заключению комиссии экспертов Государственного казенного учреждения здравоохранения Ленинградского областного психоневрологического диспансера, амбулаторного отделения судебно-психиатрических экспертиз № от 17.11.2022 (том 2 л.д. 29-50), состояние ФИО5 12.11.2019 определялось значительно выраженным астено-невротическим синдромом, выраженным болевым синдромом, лихорадочно-интоксикационным синдромом средней степени тяжести, тяжелым течением соматических расстройств (<данные изъяты>), в связи с чем при подписании договора купли-продажи транспортного средства 12.11.2019 ФИО5 не могла понимать значение своих действий и руководить.

Определением суда от 07.04.2023 по делу назначена дополнительная заочная (посмертная) судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза с целью определения состояния здоровья ФИО5 в момент заключения сделки по отчуждению гаража 05.11.2019.

Согласно заключению комиссии экспертов Государственного казенного учреждения здравоохранения Ленинградского областного психоневрологического диспансера, амбулаторного отделения судебно-психиатрических экспертиз № от 16.05.2023, состояние ФИО5 05.11.2019 на момент заключения сделки по отчуждению гаража об исключении из членов пайщиков гаражного кооператива определялось значительно выраженным астено-невротическим синдромом, выраженным болевым синдромом, лихорадочно-интоксикационным синдромом средней степени тяжести, тяжелым течением соматических расстройств <данные изъяты> в связи с чем 05.11.2019 ФИО5 не могла понимать значение своих действий и руководить.

Заключения комиссии экспертов Государственного казенного учреждения здравоохранения Ленинградского областного психоневрологического диспансера, амбулаторного отделения судебно-психиатрических экспертиз являются ясными, полными, объективными, определёнными, не имеющими противоречий, содержащими подробное описание проведённых исследований и сделанных в их результате выводов, содержат ссылку на использованные правовые акты и литературу, конкретные ответы на поставленные вопросы, не допускают неоднозначного толкования и не вводят в заблуждение, основания для сомнения в правильности данных заключений отсутствуют, экспертизы проведены лицами, обладающими специальными знаниями, имеющими соответствующую квалификацию, при этом, выводы экспертов не противоречат иным имеющимся в материалах дела доказательствам, отвечающим принципам относимости, допустимости и достоверности, эксперты предупреждены об ответственности по ст. 307 УК РФ, суд признает указанные заключения относимыми и допустимыми доказательствами по делу.

Разрешая заявленные исковые требования в части признания недействительным договора купли –продажи от 12 ноября 2019 года транспортного средства <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, заключенный между ФИО5 и ФИО3, а также признании недействительной сделки по отчуждению гаража, расположенного по адресу: <адрес> совершенную 05 ноября 2019 года от имени ФИО5 об исключении из членов гаражного кооператива в связи с продажей гаража ФИО3, суд исходит из того, что в силу положений ст. 177 ГК РФ, сделку, совершенную гражданином в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить, нельзя считать действительной, в связи с чем приходит к выводу наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных в данной части исковых требований.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что недействительность (ничтожность) договора купли –продажи от 12 ноября 2019 года транспортного средства <данные изъяты> выпуска, государственный регистрационный знак <***>, повлекла недействительность (ничтожность) последующей сделки, предметом которой являлось данное транспортное средство, соответственно как и недействительность (ничтожность) сделки по отчуждению гаража, расположенного по адресу: <адрес> совершенную 05 ноября 2019 года от имени ФИО5 об исключении из членов гаражного кооператива в связи с продажей гаража ФИО3, влечет недействительность (ничтожность) последующей сделки, предметом которой являлся указанный гараж.

Таким образом, исковые требования в части признания договора купли –продажи от ДД.ММ.ГГГГ транспортного средства <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, заключенный между ФИО3 и ФИО4, а также признании недействительной сделки по отчуждению гаража, расположенного по адресу: <адрес>, совершенную 16 января 2021 года от имени ФИО3 об исключении из членов гаражного кооператива в связи с продаже гаража ФИО4, подлежат удовлетворению.

В соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Из разъяснений, содержащихся в абзаце третьем пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", а также в абзаце втором пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", следует, что лица, полностью внесшие свой паевой взнос за объект недвижимого имущества, приобретают право на данный объект недвижимого имущества в полном объеме с момента внесения паевого взноса, а не с момента государственной регистрации права.

Свидетель ФИО10 подтвердил факт выплаты ФИО5 паевого взноса в полном объеме, данный факт сторонами не оспорен и не опровергнут.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" в состав наследства члена жилищного, жилищно-строительного, дачного, гаражного или иного потребительского кооператива, полностью внесшего свой паевой взнос за квартиру, дачу, гараж, иное помещение, предоставленное ему кооперативом, указанное имущество включается на общих основаниях независимо от государственной регистрации права наследодателя.

Поскольку правоспособность ФИО5 прекращена ее смертью, постольку имущество: транспортное средство <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты> гараж, расположенный по адресу: <адрес>, подлежат включению в состав наследственной массы.

Разрешая заявление представителя ответчика (истца по встречному иску) ФИО3 – ФИО9 о применении последствий пропуска срока исковой давности, суд исходит из того, что срок исковой давности ФИО6 не пропущен, поскольку ФИО6 не являлась стороной сделок по отчуждению транспортного средства и гаража, поэтому не знала и не могла знать о наличии последних. О переходе прав на спорное имущество ФИО1 стало известно в судебном заседании 19.02.2021 в ходе рассмотрения гражданского дела №2-10/2021, что подтверждается материалами гражданского дела, настоящее исковое заявление подано в суд 09.04.2021, т.е. в пределах срок исковой давности, установленного ч. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая исковые требования в части отмены договора дарения от 24.06.2016 земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, площадью 1643 кв.м, кадастровый №, и 1-этажного жилого дома, расположенного на земельном участке по адресу: <адрес>, площадью 73 кв.м., кадастровый №, заключенного между ФИО1 и ФИО5, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ч. 4 ст. 578 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре дарения может быть обусловлено право дарителя отменить дарение в случае, если он переживет одаряемого.

Если даритель переживет одаряемого, отмена дарения не происходит автоматически, даритель может реализовать имеющиеся у него право на отмену, а может и не воспользоваться им. В последнем случае дар переходит к наследникам одаряемого.

Из материалов дела следует, что 20.06.2016 между ФИО1, от имени которого действовала ФИО3, и ФИО5 был заключен договор дарения земельного участка и жилого дома, в соответствии с которым ФИО1, от имени которого действовала ФИО3, подарил ФИО5 принадлежащий ему по праву собственности земельный участок площадью 1643 кв.м с кадастровым номером № и жилой дом, находящиеся по адресу: <адрес> (том 1 л.д.46-47).

Пунктом 2.4 Договора дарения предусмотрено, что ФИО1 оставил за собой право отменить настоящее дарение в соответствии с п. 4 ст. 578 Гражданского кодекса Российской Федерации. Отмена дарения должна быть удостоверена нотариально.

07.12.2019 ФИО5 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти №.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер, что подтверждается свидетельством о смерти №

Разрешая заявленные требования, суд исходит из того, что в ходе судебного разбирательства истцом в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих, что после смерти одаряемого ФИО5 даритель ФИО1, либо его представитель, желал воспользоваться своим правом на отмену дарения, воспользовался им либо предпринял какие-либо действия к отмене дарения, не представлено.

Согласно материалам наследственного дела к имуществу ФИО1, истец ФИО1 является наследником умершего ФИО1

Довод истца о том, что у истца как наследника дарителя возникло право требования отмены договора дарения, является несостоятельным, поскольку по смыслу п. 4 ст. 578 ГК РФ отмена дарения является правом пережившего дарителя. Доказательств, подтверждающих, что после смерти одаряемого ФИО5 даритель ФИО1, либо его представитель, своим правом на отмену дарения воспользовался, не имеется, следовательно, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований в части отмены договора дарения от 24.06.2016, соответственно и производных требований об исключении в ЕГРН записи о регистрации права собственности ФИО5 на указанное имущество, и восстановлении записи о праве собственности ФИО1

Разрешая требования о признании ФИО3, наследника по завещанию, составленному ФИО5 21.02.2019 и 20.05.2019 недостойным, и отстранении ее от наследования, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке. Однако граждане, которым наследодатель после утраты ими права наследования завещал имущество, вправе наследовать это имущество.

По требованию заинтересованного лица суд отстраняет от наследования по закону граждан, злостно уклонявшихся от выполнения лежавших на них в силу закона обязанностей по содержанию наследодателя (п. 2 названной статьи).

Согласно разъяснениям, данным в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" при разрешении вопросов о признании гражданина недостойным наследником и об отстранении его от наследования надлежит иметь в виду следующее:

а) указанные в абзаце первом пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации противоправные действия, направленные против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, являются основанием к утрате права наследования при умышленном характере таких действий и независимо от мотивов и целей совершения (в том числе при их совершении на почве мести, ревности, из хулиганских побуждений и т.п.), а равно вне зависимости от наступления соответствующих последствий.

Противоправные действия, направленные против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, вследствие совершения которых граждане утрачивают право наследования по указанному основанию, могут заключаться, например, в подделке завещания, его уничтожении или хищении, понуждении наследодателя к составлению или отмене завещания, понуждении наследников к отказу от наследства.

Наследник является недостойным согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации при условии, что перечисленные в нем обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены в судебном порядке - приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу (например, о признании недействительным завещания, совершенного под влиянием насилия или угрозы);

б) вынесение решения суда о признании наследника недостойным в соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации не требуется. В указанных в данном пункте случаях гражданин исключается из состава наследников нотариусом, в производстве которого находится наследственное дело, при предоставлении ему соответствующего приговора или решения суда.

По мнению истца, недостойное поведение ответчика заключается в том, что ею совершена попытка уменьшения наследственной массы, доведение наследодателя до самоубийства, неоказании надлежащей медицинской помощи.

Вместе с тем, истцом в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду не было представлено доказательств, достаточных для вывода о совершении ответчиком умышленных действий, направленных против наследников, наследодателя или против осуществления ее последней воли. Факт доведения до самоубийства, неоказание медицинской помощи, факт намеренного бездействия ФИО3, а именно намеренное неоказание помощи ФИО5, на которое ссылается в обоснование заявленных требований истец, никакими доказательствами не подтверждены.

Поскольку указываемые истцом обстоятельства сами по себе не являются основанием для признания ответчика недостойным наследником, а само по себе наличие у наследодателя ряда заболеваний, в том числе наличия психических и поведенческих расстройств, на что имеется указание в представленных медицинских документах, также не свидетельствует о совершении ответчиком в отношении умершего каких-либо противоправных действий, которые являются основанием к признанию ответчика недостойным наследником, в связи с чем суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований о признании ФИО3, наследника по завещанию, составленному ФИО5 21.02.2019 и 20.05.2019 недостойным, и отстранении ее от наследования.

Разрешая требования ФИО1 о признании права собственности на гараж, расположенный по адресу: <адрес> суд исходит из разъяснений, содержащихся в пункте 67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", что указанное имущество включается в состав наследства на общих основаниях.

Согласно завещанию <адрес> от 20.05.2019, удостоверенному нотариусом Киришского нотариального округа ФИО11, все свое имущество ФИО12 Ю,В., в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно не находилось, завещала ФИО3

Вступившим в законную силу решением Киришского городского суда от 19.02.2021 по делу №2-10/2021 ФИО1 отказано в удовлетворении требований о признании недействительным завещания <адрес> от 20.05.2019, удостоверенному нотариусом Киришского нотариального округа ФИО11

Учитывая, что требование об обязательной доле не заявлялось, оснований для удовлетворения требований ФИО1 о признании права собственности на гараж не имеется.

Разрешая встречные исковые требования ФИО3 к ФИО1 о включении земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, площадью 1643 кв.м, кадастровый №; жилого дома, расположенного на земельном участке по адресу: <адрес>, площадью 73 кв.м., кадастровый №, в состав наследственной массы после смерти ФИО5, умершей 07 декабря 2019 года, суд исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что ФИО3 являлась собственником земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>, <адрес> (л.д.20-21,44,45-46,131-133,139-140 т.1), которые она приобрела 13.11.2019 у ФИО5 на основании договора купли-продажи земельного участка и жилого дома (л.д. 89-92 т.1), от имени ФИО5 при заключении договора купли-продажи действовал на основании доверенности ФИО7

Вступившим в законную силу решением Киришского городского суда от 19.02.2021 по делу №2-10/2021 частично удовлетворены требования ФИО6 и ФИО1 к ФИО3, постановлено признать недействительной доверенность <адрес>, удостоверенную нотариусом Киришского нотариального округа ФИО15 07.11.2019, и зарегистрированную в реестре № на имя ФИО7; признать недействительным договор купли-продажи от 21.11.2019 земельного участка с кадастровым номером № и жилого дома с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>, заключенный от имени ФИО5 представителем по доверенности ФИО7 и ФИО3; погасить в Едином государственном реестре недвижимости записи о государственной регистрации права собственности ФИО3 на жилой дом за N № от 21.11.2019 и земельный участок за N № от 21.11.2019.

Разрешая заявленные исковые требования в части признания недействительной доверенности <адрес>, удостоверенной нотариусом Киришского нотариального округа ФИО15 07.11.2019, на имя ФИО7, а также признании недействительным договора купли-продажи от 21.11.2019, суд исходил из того, что в силу положений ст. 177 ГК РФ, сделку, совершенную гражданином в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить, нельзя считать действительной.

Поскольку правоспособность ФИО5 прекращена ее смертью, постольку имущество: земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 1643 кв.м, кадастровый №; 1-этажный жилой дом, расположенный на земельном участке по адресу: <адрес>, Киришский муниципальный район, Будогощское городское поселение, д. Солоницы, <адрес>, площадью 73 кв.м., кадастровый №, подлежат включению в состав наследственной массы после смерти ФИО5, и в этой связи суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО3 к ФИО1 о включении имущества в наследственную массу.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным, о признании сделки по отчуждению гаража недействительной и применении последствий недействительности сделок, об отмене договора дарения земельного участка и жилого дома, признании наследника недостойным и отстранении от наследования, признании права собственности на гараж, удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли –продажи от 12 ноября 2019 года транспортного средства <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, заключенный между ФИО5 и ФИО3.

Погасить в ФИС ГИБДД-М запись о собственнике транспортного средства <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, ФИО3.

Признать недействительным договор купли –продажи от 23 декабря 2020 года транспортного средства <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, заключенный между ФИО3 и ФИО4.

Погасить в ФИС ГИБДД-М запись о собственнике транспортного средства <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, ФИО4.

Признать недействительной сделку по отчуждению гаража, расположенного по адресу: <данные изъяты>, совершенную 05 ноября 2019 года от имени ФИО5 об исключении из членов гаражного кооператива в связи с продажей гаража ФИО3.

Признать недействительной сделку по отчуждению гаража, расположенного по адресу: <адрес>, совершенную 16 января 2021 года от имени ФИО3 об исключении из членов гаражного кооператива в связи с продаже гаража ФИО4.

Включить транспортное средство <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, гараж, расположенный по адресу: <адрес>, в состав наследственной массы после смерти ФИО5, умершей 07 декабря 2019 года.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

ФИО3 к ФИО1 о включении имущества в наследственную массу, удовлетворить.

Включить земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 1643 кв.м, кадастровый №; 1-этажный жилой дом, расположенный на земельном участке по адресу: <адрес>, площадью 73 кв.м., кадастровый №, в состав наследственной массы после смерти ФИО5, умершей 07 декабря 2019 года.

По вступлению решения суда в законную силу отменить обеспечительные меры, принятые Киришским городским судом Ленинградской области 09.04.2021 в виде:

- запрета нотариусу Киришского нотариального округа Ленинградской области, у которого открыто наследственное дело после смерти ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей 07 декабря 2019 года, совершать действия по выдаче свидетельства о праве на наследство в отношении наследственного имущества, оставшегося после смерти ФИО5;

- запрета органам ГИБДД совершения регистрационных действий в отношении легкового автомобиля <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащего ФИО3, зарегистрированной по адресу: <адрес>;

- запрета Управлению Росреестра совершения регистрационных действий в отношении объектов недвижимости: земельного участка с кадастровым номером № и жилого дома с кадастровым номером № расположенных по адресу: <адрес>, принадлежащих ФИО3, зарегистрированной по адресу: <адрес>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ленинградский областной суд в течении месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Киришский городской суд Ленинградской области.

Судья:

В окончательной форме решение изготовлено 14 августа 2023 года.