УИД №

Дело № 2-1944/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 ноября 2023 года Кировский районный суд г. Перми в составе председательствующего судьи Терентьевой М.А., при секретаре Биллер Е.А., с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, представителя ответчика ФИО5 – ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи, признании права пользования жилым помещением,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО5, ФИО3 о признании договора купли-продажи комнаты № площадью 18,7 кв.м. по <адрес>, заключенного 18 января 2014 года между ФИО3 и ФИО5 недействительным, применении последствий недействительности сделки; признании права пользования жилым помещением.

В обосновании иска указано, что он с 21 марта 1994 года был зарегистрирован и проживает со своей семьей в комнате № (площадью 18,7 кв.м.) общежития по <адрес>. В 1994 году он работал в АООТ «Строительный «Строительно-монтажный трест 6/29» г. Перми, где ему был выдан ордер на вселение в комнату № в общежитии по <адрес>. При вселении в комнату, ордер был передан в администрацию общежития, а затем утрачен. В 2001 году СМУ 6/29 перестало существовать, и общежитие несколько раз меняло собственников. В 2011 года комнату №, где истец проживал и был зарегистрирован, перенумеровали в комнату №, при этом ни его, ни членов его семьи об этом никто не известил. Истец вместе со своей семьей продолжал проживать в данной комнате и до определенного времени оплачивал коммунальные услуги. В декабре 2021 года к нему пришли судебные приставы с целью выселить его и его семью из комнаты на основании заочного решения Кировского районного суда г. Перми по делу № от 27 июля 2021 года по иску ФИО5, которая купила данную комнату по договору купли-продажи от 18 января 2014 года у ФИО3, номер государственной регистрации права 59-59-24/201/2014-928. Данные обстоятельства ему стали известны при обжаловании заочного решения суда и рассмотрении дела при новом судебном разбирательстве. Факт постоянного проживания истца и членов его семьи в данной комнате с 1994 года по 2021 год был также установлен заочным решением и решением Кировского районного суда г. Перми по делу № от 14 июня 2022 года. В период с 1995 года по декабрь 2021 года ни к истцу, ни к членам его семьи с вопросами об освобождении комнаты, ее выкупа, приватизации, обмена, сдачи комнаты в наем, предоставлении возможности строительства нового жилья из числа ответчиков никто не обращался, каких-либо почтовых извещений не приходило. После отмены заочного решения, при рассмотрении дела в суде, никто из ответчиков в судебном процессе не появлялся, каких-либо доказательств, кроме договора купли-продажи, представителем истца в суд представлено не было. Истец указывает, что его правомочия по пользованию и проживанию в указанной комнате возникли в соответствии с ЖК РСФСР, действовавшим в 1994 года, на основании ордера на вселение. Истец полагает, что при заключении договора купли-продажи ответчик ФИО3 в нарушении требования статьи 460 Гражданского кодекса Российской Федерации умышленно не указал тот факт, что в комнате № проживает семья и ввел регистрирующий орган в заблуждение, представив туда документы о том, что комната № по <адрес> свободна от каких-либо обременений. Ответчик ФИО5 с момента заключения договора купли-продажи в 2014 года, в течении 8 лет не удостоверилась в том, что спорная комната № свободна от каких-либо обременений, в том числе фактического проживания в ней целой семьи. В связи с чем считает, что сделка купли-продажи комнаты № по <адрес> носила мнимый характер, намерения создать какие-либо правовые последствия за исключением одного, в нарушении требовании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, использовать закон для выселения истца и его семьи из указанной квартиры в судебном порядке.

Истец ФИО1 в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований. Дополнительно пояснил, что членами его семьи являются ФИО7 (сын), ФИО8 (дочь), ФИО9 (супруга), Г. (внучка), И. (внук). Ордер на спорное жилое помещение был получен в феврале 1993 года. Вселен был в спорное помещение до акционирования, в 1990 году работал в Тресте каменщиком. Коммунальные услуги оплачивал до 2020 года. Квитанции приходили с 2014 года на ФИО5, до это на другое лицо. ФИО10 в спорной квартире сейчас не проживает, в настоящее время снимает жилье, Г. зарегистрирована у ее отца. С 2001 года и по настоящее время он стоит в очереди для получения жилья, как ветеран Афганистана.

Представитель истца ФИО1 –ФИО2 в судебном заседании просил исковые требования удовлетворить. Дополнительно пояснил, что ФИО1 был вселен в спорное жилое помещение на основании ордера и проживал там на законных основаниях до 2022 года, право собственности за ним должно быть признано на основании статьи 40 Конституции Российской Федерации. В 2014 году на момент заключение спорного договора купли-продажи в данном жилом помещении проживала ФИО10 с малолетним ребенком, который инвалид с детства. ФИО10 не работает и постоянно находилась дома. Считает, что документы, которые предоставлены ответчиками, сфальсифицированы. При заключении договора купли-продажи ответчики не удостоверились в том, что в комнате никто не проживает. Собственником жилого помещения изначально был Строительный трест 6, который акционировался в 1991 года. Договор купли-продажи комнаты является недействительным, поскольку был выселен несовершеннолетний ребенок, без предоставления другого жилья. Сделку оспаривает по статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, не было представлено документов о проживании семьи в спорном жилом помещении при регистрации договора купли-продажи. Истец узнал о его нарушенном праве в 2020 года, когда было принято решение о выселении.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась о месте и времени рассмотрения дела извещена.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен. Представил в суд отзыв на исковое заявление, в котором указывает, что с исковыми требования не согласен. Считает, что срок исковой давности по данным спорам составляет 1 год и истцом данный срок пропущен. В период с 09 марта 1999 года по 27 декабря 2006 года собственником спорного объекта являлось ОАО «ЖКП-3», в период с 27 декабря 2006 года по 05 апреля 2007 года собственником являлся П., в период с 05 апреля 2007 года по 22 января 2014 года собственником был ФИО3, сведений о принадлежности спорного объекта на праве собственности либо ином праве «СМУ 6/29» в материалах дела не имеется. В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра объектов капитального строительства от 25 июля 2006 года, спорный объект пронумерован как комната №, что опровергает доводы истца о смене нумерации комнаты в 2011 году. При совершении сделки купли-продажи он получил от ОАО «ЖКП-3» справку о зарегистрированных лицах в спорном объекте, согласно которой на 26 января 2007 года в комнате № по <адрес> нет зарегистрированных лиц. Решением Кировского районного суда г. Перми по делу № ФИО1 и члены его семьи признаны утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по <адрес>, комната 523 (до изменения нумерации 92). Считает, что заявленные исковые требования сводятся к переоценке доказательств, которые уже были предметом рассмотрения судом первой инстанции по делу №.

Представитель ответчика ФИО5 – ФИО6 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. Пояснила, что ответчик ФИО5 приобрела спорное жилое помещение в 2014 года, оплачивает коммунальные услуги. В момент приобретения, спорное жилое помещение осматривала, так никого не было. На момент продажи не было зарегистрированных лиц, данные сведения в договоре купли-продажи не прописаны. Истец и члены его семьи сняты с регистрационного учета на основании решения суда, которое вступило в законную силу. Документов, устанавливающих принадлежность спорного жилого помещения истцу, в материалы дела не представлено. В договоре купли-продаже прописано, что зарегистрированных лиц нет. ФИО5 не пользовалась спорным жилым помещением, так как объект приобретен для последующей продажи. После отмены заочного решения выяснилось, что там зарегистрированы дети, все проживающие в помещении лица коммунальные платежи не оплачивают. Имеется решение о взыскании с ФИО11 задолженности по коммунальным платежам.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. Пояснил, что истцом пропущен срок исковой давности. При проведении всех сделок, запрашивались данные о регистрации лиц, была предоставлена информация об отсутствии в спорном жилом помещении зарегистрированных лиц. Спорное жилое помещение сменило несколько собственников, истец оспаривает только последнюю сделку, ее отмена не повлияет на право владения. Истец и члены его семьи выселены по решению суда.

Третье лицо ФИО9 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещена, заявила ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие. Представила в суд пояснения, в которых указывает, что исковые требования поддерживает, в комнате по <адрес> проживает вместе со своим мужем ФИО1 и сыном ФИО7 с момента вселения ее мужа и до выселения по решению суда. За период проживания в спорном жилом помещении вопросов о выселении, составлении договоров об аренде помещения, его выкупе, заключении договора найма, оплате коммунальных услуг по указанным договорам, никто не обращался. ФИО5, а также каких-либо ее представителей она ни разу не видела. В 2011 года их комнату № перенумеровали в комнату №. Каких-либо требований об оплате коммунальных услуг за комнату № к ним никто не предъявлял. С ними вместе до судебного решения проживала их дочь ФИО10, на воспитании у которой находится малолетняя дочь, инвалид по зрению – Г. В связи с этим, ее дочь не работала и постоянно находилась дома с дочерью. В данной комнате постоянно кто-то находился.

Третье лицо ФИО10, действующая в свои интересах и в интересах несовершеннолетнего И., в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена, ходатайствует о рассмотрении дела в ее отсутствие. Представила в суд пояснения, в которых указывает, что по <адрес> проживает вместе с малолетней дочерью Г., которая является инвалидом детства по зрению. В связи с этим она не работает и постоянно находится дома. До принятия решения о выселении она вместе с родителями и братом была зарегистрирована в данном жилом помещении и постоянного проживала там с момента вселения ее отца. За период проживания в спорном жилом помещении вопросов о выселении, составлении договоров об аренде помещения, его выкупе, заключении договора найма, оплате коммунальных услуг по указанным договорам, никто не обращался. Пояснения представителя ответчика ФИО5 о том, что ФИО5 неоднократно осматривала данное помещение и о том, что в спорном жилом помещении никто не проживал, считает ложными, поскольку ввиду того, что на ее иждивении находится малолетний ребенок инвалид она либо ее родители вынуждены были постоянно находится дома. В 2011 года данному комнату перенумеровали с № на №.

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен, заявил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. Представил в суд пояснения, в которых указывает, что по <адрес> проживает со своими родителями ФИО1 и ФИО9 Исковые требования ФИО1 поддерживает в полном объеме. В спорном жилом помещении он проживал с момента вселения отца и до вынесения решения о выселении. За период проживания в спорном жилом помещении вопросов о выселении, составлении договоров об аренде помещения, его выкупе, заключении договора найма, оплате коммунальных услуг по указанным договорам, никто не обращался. ФИО5 и ее представителей в данном жилом помещении он никогда не видел. В 2011 году данную комнату перенумеровали с № на №.

Третье лицо ООО «Классик-А» в судебное заседание своего представителя не направило, о месте и времени рассмотрения дела извещено.

Третье лицо Управление Росреестра по Пермскому краю в судебное заседание своего представителя не направило, о месте и времени рассмотрения дела извещено. В представленном отзыве на исковое заявление указывает, что на жилое помещение (комнату), общей площадью 18,7 кв.м., расположенное по <адрес> имеются сведения о зарегистрированных правах: 01 сентября 2006 года внесена запись о государственной регистрации права собственности ОАО «Жилищно-коммунальное предприятие -3» на основании протокола собрания учредителей от 12 марта 1998 года, акта приема-передачи основных средств от 02 июня 1998 года, запись № погашена 27 декабря 2006 года; 27 декабря 2006 года внесена запись о государственной регистрации права собственности П. на основании договора № купли-продажи комнаты от 16 ноября 2006 года, запись № погашена 05 апреля 2007 года на основании договора купли-продажи комнаты от 26 января 2007 года; 05 апреля 2007 года внесена запись о государственной регистрации договора купли-продажи комнаты от 26 января 2007 года, правоприобретатель – ФИО3, правоотчуждатель – П., запись № погашена 05 апреля 2007 года; 05 апреля 2007 года внесена запись о государственной регистрации права собственности ФИО3 на основании договора купли-продажи комнаты от 26 января 2007 года; 22 января 2014 года внесена запись о государственной регистрации права собственности ФИО5 на основании договора купли-продажи комнат от 18 января 2014 года, запись № является актуальной. В удовлетворении исковых требований считает необходимым отказать.

Суд, выслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с частью 2 статьи 8 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности.

Согласно части 2 статьи 35 Конституции Российской Федерации каждый вправе иметь имущество в собственности.

Статьей 40 Конституции Российской Федерации определено, что каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища. Органы государственной власти и органы местного самоуправления поощряют жилищное строительство, создают условия для осуществления права на жилище. Малоимущим, иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, оно предоставляется бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права.

Согласно статье 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со статьей 2 Закона Российской Федерации от 04 июля 1991 года №1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (далее – Закон) граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних. В силу статьи 11 вышеуказанного Закона каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно, в порядке приватизации, жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования один раз.

Как следует из статьи 7 Федерального закона от 29 декабря 2004 года №189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», к отношениям по пользованию жилыми помещениями, которые находились в жилых домах, принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям либо государственным или муниципальным учреждениям и использовавшихся в качестве общежитий, и переданы в ведение органов местного самоуправления, вне зависимости от даты передачи этих жилых помещений и от даты их предоставления гражданам на законных основаниях применяются нормы Жилищного кодекса Российской Федерации о договоре социального найма.

Согласно статей 671, 672 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору найма жилого помещения одна сторона – собственник жилого помещения или управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется предоставить другой стороне (нанимателю) жилое помещение за плату во владение и пользование для проживания в нем. В государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования жилые помещения предоставляются гражданам по договору социального найма жилого помещения.

В силу статьи 675 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на занимаемое по договору найма жилое помещение не влечет расторжения или изменения договора найма жилого помещения. При этом новый собственник становится наймодателем на условиях ранее заключенного договора найма.

В соответствии со статьей 18 Закона Российской Федерации от 04 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» при переходе государственных или муниципальных предприятий, учреждений в иную форму собственности либо при их ликвидации жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений, должен быть передан в хозяйственное ведение или оперативное управление правопреемников этих предприятий, учреждений (если они определены) либо в ведение органов местного самоуправления поселений в установленном порядке с сохранением всех жилищных прав граждан, в том числе права на приватизацию жилых помещений.

Как разъяснено в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 года № 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», решая вопрос о правомерности отказа в приватизации жилого помещения, находящегося в ведомственном жилищном фонде, необходимо учитывать, что в соответствии со статьей 18 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции Закона Российской Федерации от 23 декабря 1992 года) переход государственных и муниципальных предприятий в иную форму собственности либо их ликвидация не влияют на жилищные права граждан, проживающих в домах таких предприятий и учреждений, в том числе и на право бесплатной приватизации жилья. Гражданину не может быть отказано в приватизации жилого помещения в домах данных предприятий и учреждений и в том случае, если изменение формы собственности или ликвидация предприятий и учреждений имели место до вступления в силу статьи 18 Закона Российской Федерации от 04 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции Закона от 23 декабря 1992 года), поскольку действовавшее до этого времени законодательство, регулировавшее условия и порядок изменения формы собственности государственных и муниципальных предприятий и учреждений, не касалось вопросов приватизации их жилищного фонда, а законодательством, регулировавшим приватизацию жилищного фонда, не были установлены условия, которые лишили бы гражданина в указанных случаях права на получение в собственность занимаемого жилого помещения.

Из содержания приведенных положений норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что приватизация государственного предприятия не влияет на жилищные права граждан, вселенных в установленном законом порядке в помещения государственного жилищного фонда до приватизации государственного предприятия.

По аналогии закона к отношениям по пользованию такими гражданами помещениями в общежитиях, которые при приватизации предприятий по каким-либо причинам не были переданы в ведение органов местного самоуправления, подлежат применению приведенные выше положения статьи 7 Федерального закона Российской Федерации от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», поскольку с момента перехода в частную собственность коммерческой организации, созданной в процессе приватизации государственного или муниципального предприятия, жилое помещение фактически утрачивает статус общежития специализированного государственного или муниципального жилищного фонда.

Согласно правовой Конституционного Суда Российской Федерации, неоднократно изложенной в Определениях от 03 июля 2007 года № 425-О-О, от 24 января 2008 года № 39-О-О, от 25 ноября 2010 года № 1619-О-О, положения нормативно-правовых актов, регулирующие правоотношения по приватизации комнат в общежитии предприятий, защищают жилищные права определенной категории граждан, вселившихся и проживавших в данных общежитиях до их приватизации.

В ходе судебного разбирательства установлено, что жилой дом, расположенный по <адрес> был построен, как здание общежития и находился на балансе государственного предприятия Трест 6/29.

Согласно приказу треста № 6/29 от 09 января 1992 года № трест реорганизован в товарищество с ограниченной ответственностью «Трест № 6/29».

С 26 июля 1993 года зарегистрировано Открытое акционерное общество ордена Отечественной войны 1 степени «Строительно-монтажный Трест № 6/29».

В соответствии с планом приватизации, утвержденным Комитетом по управлению имуществом по Пермской области в мае 1993 года, общежитие по <адрес> включено в качестве вклада в уставный капитал акционерного общества открытого типа «Строительно-монтажный трест 6/29».

В 1996 году акционерное общество «СМТ 6/29» передало данное здание в качестве вклада в уставный капитал общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальное предприятие».

На основании протокола общего собрания учредителей общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальное предприятие» и акционерного общества «СМТ 6/29» от 12 марта 1998 года о создании трех акционерных обществ, в том числе открытого акционерного общества «Жилищно-коммунальное предприятие-3», и акта приема-передачи основных средств от июня 1998 года здание общежития по <адрес> передано в собственность открытому акционерному обществу «Жилищно-коммунальное предприятие-3».

В настоящее время здание, расположенное по <адрес>, имеет статус жилого дома.

Материалами дела установлено, что жилое помещение (комната), общей площадью 18,7 кв.м., расположенное по <адрес> по договору купли-продажи от 16 ноября 2006 года перешло от собственника ОАО «ЖКП-3» к П., который в дальнейшем на основании договора купли-продажи от 26 января 2007 года произвел ее отчуждение ФИО3, а 18 января 2014 года ФИО3 произвел отчуждение спорного жилого помещения ФИО5

Таким образом, собственником жилого помещения по <адрес> с 22 января 2014 года по настоящее время является ФИО5 (л.д. 101-103, том №).

Обратившись в суд с настоящим иском, ФИО1 указал, что спорное жилое помещение было предоставлено ФИО1 и членам его семьи в 1994 году в связи с тем, что он состоял в трудовых отношениях с СМУ 6/29, фактически между ними и наймодателем сложились правоотношения социального найма. Он и члены его семьи зарегистрированы и постоянно проживают в данной комнате с 1994 года.

Согласно пояснений истца в 2011 году была проведена смена нумерации комнат в жилом доме № по <адрес> Комнате под номером № был присвоен №. Данное обстоятельство ответчиками не оспаривается.

Из материалов дела усматривается, что ФИО1 был зарегистрирован в спорном жилом помещении с 21 марта 1994 года, члены его семьи были зарегистрированы в данном помещении: ФИО9 (супруга) с 21 марта 1994 года, ФИО8 (дочь) с 21 марта 1994 года (выписана 20 января 2022 года по решению суда), И. (внук) с ДД.ММ.ГГГГ, то есть после передачи здания общежития в собственность акционерного общества (л.д. 134-136, том №).

Вместе с тем, решением Кировского районного суда г. Перми от 14 июня 2022 года по гражданскому делу № ФИО1, ФИО9, ФИО7, ФИО10 признаны утратившими права пользования жилым помещением, расположенным по <адрес> ФИО1, ФИО9, ФИО7, ФИО10, Г., И., выселены из комнаты, расположенной по <адрес> Решение суда вступило в законную силу 23 июля 2022 года.

На основании вышеуказанного решения суда ФИО1 и члены его семьи были сняты с регистрационного учета по <адрес>

Суд приходит к выводу, что стороной истца не представлены достаточные и допустимые доказательства, подтверждающие факт возникновения у него права на жилое помещение до приватизации общежития по <адрес>, то есть, до его передачи в собственность акционерного общества и занятия спорного жилого помещения на условиях социального найма. Доводы истца о том, что он с 1990 года состоял в трудовых отношениях с Трест 6/29 и был вселен в спорное жилое помещение до 1994 года не подтверждены.

Приватизация государственного предприятия СМТ 6/29 имела место в 1993 году, то есть в то время, когда истец не проживал в спорном жилом помещении, вселение истца в спорное жилое помещение состоялось после передачи здания общежития в собственность акционерного общества, право на вселение в общежитие предоставлено ФИО1 не государственным или муниципальным предприятием либо учреждением и не органами муниципальной власти, а акционерным обществом.

Указанные обстоятельства исключают возможность распространения на правоотношения сторон условий договора социального найма, и как следствие этого, не могут служить основанием для возникновения у него права на приватизацию и пользование жилым помещением по <адрес>

Оспаривая договор купли-продажи комнаты, заключенный 18 января 2014 года между ФИО3 и ФИО5, истец ссылается на положения статьей 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Материалами дела установлено, что 18 января 2014 года между ФИО3 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи комнат, в соответствии с которым продавец обязуется передать в собственность покупателя три комнаты, находящиеся по <адрес>: комната №, №, № (пункт 1) (л.д. 96 об-97, том №).

Право собственности за ФИО5 зарегистрировано 22 января 2014 года.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, недействительная по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая) либо независимо от такого признания (ничтожная).

В силу пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

Согласно части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

Оснований для признания договора купли-продажи от 18 января 2014 года комнаты № площадью 18,7 кв.м. в доме № по <адрес> в соответствии с положениями статьей 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации в судебном заседании не установлено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Исходя из пояснений истца в судебном заседании, судом установлено, что истец узнал в 2021 году о том, что состоялась сделка купли-продажи комнаты, а также о том, что он выселен из квартиры. Кроме того, до 2018 года он видел в квитанциях на оплату коммунальных платежей, что в качестве собственника спорного жилого был указан Нестеров, а после ФИО5.

С настоящим иском в суд истец обратился 03 апреля 2023 года.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что истцом пропущен срок исковой давности при оспаривании договора купли-продажи от 18 января 2014 года, заключенного между ФИО3 и ФИО5

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО5, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи от 18 января 2014 года комнаты № площадью 18,7 кв.м. в доме № по <адрес> признании права пользования указанным жилым помещением.

Решение суда в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кировский районный суд г. Перми.

Судья М.А. Терентьева

Мотивированное решение изготовлено 23 ноября 2023 года.