Дело №2а-4994/2023
11RS0005-01-2023-006673-22
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Ухтинский городской суд в составе:
председательствующий судья Утянский В.И.,
при секретаре Евсевьевой Е.А.,
рассмотрев в отрытом судебном заседании 27 ноября 2023г. в г. Ухте дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФСИН Российской Федерации, УФСИН России по Республике Коми и ФКУ ИК-19 УФСИН России по Республике Коми о признании действий незаконными, взыскании компенсации за нарушение условий содержания,
установил:
Административный истец обратился в суд с указанным административным исковым заявлением, в котором просит взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в ФКУ ИК-19 (г. Ухта) за период с марта 2006г. по октябрь 2007г. В обоснование заявленных требований административный истец указал, что в помещениях отсутствовало горячее водоснабжение. После прибытия истец был распределен в карантинное помещение. Спальное помещение имело площадь 22,5 кв.м., в нем содержалось 22 человека, в результате нарушалась норма жилой площади на 1 осужденного. В комнате дневного пребывания практически находились все осужденные, комната приема пищи маленькая – 7,5 кв.м., пищу приходилось принимать по очереди, пища была холодной, пресной, соль и специи не выдавались. На кухне отсутствовала горячая вода и дезинфицирующие средства. Уборная комната состояла из 2 умывальников, один из которых не работал. Из 2 унитазов работал один. В карантине отсутствовало душевой помещение, помывка в общей бане не предоставлялась. После карантина истца распределили в отряд №7 секция №3.Помещение размером 91,85 кв.м., в нем проживало 46 осужденных. Прикроватная тумбочка была 1 на 4 человека. Спальные места располагались практически рядом, кроме того, там же стояли тумбочки, в результате на 1 человека приходилось около 2 кв.м. площади. В каждой из спальных секций проживало от 40 до 50 человек, в результате нарушалась норма площади в 4 кв.м. на 1 осужденного. Горячая вода в отряде отсутствовала. С 22.00 до 06.00 выключалась холодная вода. Комната для приема пищи вмещала всего 6-7 человек. В отряде отсутствовала бытовая комната, помещение для написания жалоб и писем родным, нет комнаты психологической разгрузки. По мнению истца, переполненность ИК является следствием неэффективной работы судов при выборе уголовного наказания, когда выбирается лишение свободы. Так около 50% осужденных наказаны лишением свободы за совершение административных правонарушений, что является нарушением ст. 4 протокола 7 Конвенции. Истец просит признать незаконными действия ФКУ ИК-19, взыскать денежную компенсацию за нарушение условий содержания в размере 150 000 руб.
Определением суда к участию в деле в качестве ответчика привлечено ФСИН РФ.
Административный истец ФИО1 о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, своего представителя для участия в судебном процессе не направил, о личном участии в судебном разбирательстве не ходатайствовал.
Представитель ответчика ФКУ ИК-19 УФСИН России по РК, представляющая также на основании доверенности ФСИН России и УФСИН России по Республике Коми, в письменном отзыве с иском не согласилась.
Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Статьей 55 Конституции РФ определено, что в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина (ч. 2); права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3).
Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.
В силу ч. 2 ст. 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.
Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.
В соответствии со ст. 25 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН, каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния.
В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
Согласно п. 1 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
Осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим). Осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов, выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания (ст. 11 УИК РФ).
Норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров (ч. 1 ст. 99 УИК РФ).
В силу ч. 2 и ч. 3 ст. 99 УИК РФ осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности, осужденные обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены (как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой (зубным порошком), туалетной бумагой, одноразовыми бритвами (для мужчин), средствами личной гигиены (для женщин).
Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. Нормы материально-бытового обеспечения осужденных утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.
Судом установлено, что административный истец осужден к уголовному наказанию в виде лишения свободы приговором суда, в учреждение ФКУ ИК-19 УФСИН России по РК (г. Ухта) отбывал наказание с 30.03.2006 по 04.10.2007г.
По прибытии в ФКУ ИК-19 был помещен в карантинное отделение, затем переведен в отряд.
Ответчик, возражая против доводов иска, указал, что личное дело административного истца, иные первичные учетные документы уничтожены по истечении срока хранения, в силу чего отсутствует возможность предоставить сведения о наполняемости в спорный период карантинного отделения, отряда.
Общая площадь банно-прачечного комплекса ФКУ ИК-19 составляет 365,1 кв.м., в него входя парикмахерская, мастерская по ремонту одежды для спецконтингента, помывочное отделение, в котором 10 леек, кран – 2 шт., сушилка, раздевалка, машинное отделение, гладильное отделение, помещение для дез.камер, туалет. Помывка осужденных осуществляется по графику 2 раза в неделю, поотрядно, группами не более 10 человек. Оборудование банно-прачечного комплекса не противоречит положениям раздела VIII приложения №2 к приказу ФСИН России от 27.07.2006г. №512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы». Состояние БПК регулярно проверяется представителями надзорных органов, санитарное состояние расценивается как удовлетворительное. Ранее помывка осужденных осуществлялась не реже 1 раза в неделю, в том числе в соответствии с требованиями приказа Министерства внутренних дел Российской Федерации от 30.05.1997г. №330 «Об утверждении правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», а впоследствии приказа МЮ РФ от 03.11.2005г. №205 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений»).
В период содержания истца в ИК-19 от него жалоб по поводу нарушения условий содержания, нормы жилой площади, отсутствия помывки в бане не поступало.
Здания отрядов, карантинного отделения ФКУ ИК-19 были построен в 1972-1973гг.
В соответствии с табл. 14.3 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 20.10.2017г. №1454/пр, умывальная комната должна содержать 1 ножную раковину и 1 умывальник на 15 осужденных, а уборная 1 унитаз на 15 осужденных. Указанный Свод правил является документом по стандартизации и входит в перечень документов, которые применяются на добровольной основе (п. 373 приказа Росстандарта от 02.04.2020г. №687). В период содержания истца в исправительном учреждении данный Свод правил не действовал.
Тем самым, указанное количество сантехнического оборудования фактически соответствовало установленным нормам, а незначительное отклонение не могло повлечь за собой безусловное нарушение прав заявителя.
Согласно предоставленной информации, установленная законом (ст. 99 УИК РФ) норма жилой площади в 2 кв.м. в отношении истца нарушена не была. Доводы истца о норме в 4 кв.м. подлежат отклонению как не основанные на законе.
Суд принимает во внимание, что истец содержался не в камерных условиях, тем самым, даже при возможной недостаточности нормы жилой площади он имел регулярный доступ к свежему воздуху и мог реализовать это путем прогулок в прогулочном дворике, куда имел свободный доступ, при посещении столовой и в другие периоды. Данные меры, безусловно, компенсировали возможную недостаточность жилой площади в случае, если подобные факты имели бы место, чего по делу установлено не было.
В соответствии с Каталогом «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России», утвержденного приказом Минюста РФ от 27.07.2017г. №407 койки в отрядах двухъярусные – кровать специальная КДР-1. Кровать КДР-1 (№ чертежа 7.24.046.000.000) состоит из 2-х спинок и 2-х рам, несущие элементы спинок выполнены из стальных труб круглого сечения 32х3 мм., каркасы рам – из стального уголка сечением 45х45х4 мм., решетчатый настил рам – из стальных полос сечением 40х3 мм., габаритные размеры рам кровати 700х1900 мм., кровать КДР-1 разборная без крепления к конструкциям. Кровати КДР-1 могут быть объединены в двухсекционные. Оборудование кроватей лесенкой не предусмотрено.
Площадь комнаты для приема пищи в общежитии для осужденных ведомственными нормативными актами не регламентирована. В карантинном отделении и отряде комнаты для приема пищи оборудованы столами, табуретами (скамейками), стеллажами, шкафом холодильным.
Питание осужденных осуществляется в соответствии с нормами, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 11.04.2005г. №205, приказом Минюста РФ от 02.08.2005г. №125. В учреждении организовано 3-разовое питание (завтрак, обед, ужин) с интервалами не более 7 часов. Продукты суточных норм доводятся до осужденных в виде готовой пищи 3 раза в сутки в полном объеме по утвержденным раскладкам продуктов, которые составляются начальником ОКБиХО совместно с заведующим столовой, подписывается заместителем начальника учреждения и медицинским работником. В случаях отсутствия продуктов питания на складе производится их замена на продукты-заменители в соответствии с нормами замен.
Замена одних продуктов питания другими не противоречит требованиям ведомственных актов (Порядок организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, утвержден приказом Федеральной службы исполнения наказаний от 2.09.2016г. №696; приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 17.09.2018г. №189 «Об установлении повышенных норм питания, рационов питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания осужденных, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время»).
Следует отметить, что доводы заявителя в части ненадлежащего питания и другие носят не конкретный характер, истец не указывает конкретные периоды, в которые по отношению к нему были допущены нарушения, иную достаточную и необходимую информацию, которая могла бы являться предметом проверки и оценки в рамках разрешения настоящего спора.
Возможное отключение холодной воды в ночное время могло быть связано с необходимостью проведения ремонтных работ и не нарушало прав и законных интересов заявителя.
Рассматривая доводы иска об отсутствии горячего водоснабжения, суд учитывает следующее.
По делу не оспаривается, что общежития отрядов исправительного учреждения и иные здания и помещения были построены задолго до введения в действие соответствующих сводов Правил, реконструкция либо капитальный ремонт не проводились.
Между тем, факт отсутствия горячего водоснабжения в помещениях исправительного учреждения не является обстоятельством, влекущим необходимость взыскания компенсации за нарушение условий содержания. По делу не оспаривается, что данный недостаток компенсировался возможностью регулярной 2-разовой помывки в течение неделе административного истца в бане учреждения, предоставлением администрацией электронагревательных приборов. Доказательств наличия ограничений на помывку в бане заявителем не представлено.
В материалы дела истцом не представлено доказательств его обращения к администрации учреждения за предоставлением горячей воды для этих целей, и отказа администрации в удовлетворении его обращения.
Заявитель не ссылался на ограничения его администрацией учреждения в правах на пользование баней и недостатка горячей воды, что соответствует ч. 3 ст. 101 УИК РФ и п. 43 ПВР ИУ в части принятия администрацией дополнительных компенсационных мер с учетом потребностей осужденных для поддержания удовлетворительной степени личной гигиены.
Третий кассационный суд общей юрисдикции в определении от 1 сентября 2021г. №88-13754/2021 в подобной ситуации не усмотрел нарушений прав истца, отбывающего наказание в ФКУ ИК-24 (г. Ухта), в связи с отсутствием горячего водоснабжения в отряде.
Аналогично, не смотрено нарушений прав заявителя в связи с отсутствием горячего водоснабжения в учреждениях уголовно-исполнительной системы и в других случаях (определения Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 5 апреля 2021г. №88-5002/2021, от 29 марта 2023г. №88-5290/2023 и др.).
В соответствии с п. 1 ст. 227 КАС РФ решение об удовлетворении требования о признании оспариваемого решения, действия (бездействия) незаконным принимается при установлении двух условий одновременно: решение, действие (бездействие) не соответствует нормативным правовым актам и нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.
Следовательно, признание незаконным действий (бездействия) и решений органов и должностных лиц возможно при несоответствии их нормам действующего законодательства одновременно с нарушением права, свобод и законных интересов административного истца.
Установленные обстоятельства безусловно свидетельствуют об отсутствии со стороны администрации учреждения нарушения прав административного истца на материально-бытовое и санитарно-эпидемиологическое обеспечение.
С учетом изложенного, отсутствуют правовые основания для вывода о том, что приведенные выше отклонения унижали достоинство заявителя и причиняли ему расстройства и неудобства, степень которых превышала неизбежный уровень страдания, неотъемлемый для содержания в исправительных учреждениях с учетом режима места принудительного содержания, и являются основанием для компенсации за ненадлежащие условия содержания.
Оснований для вывода о существенном нарушении в отношении административного истца санитарно-эпидемиологических требований и норм, невозможности поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, причинения какого-либо вреда здоровью, иных последствий материалы дела не содержат, административным истцом такие основания не приведены. Допущенные возможные отклонения (в т.ч. в виде отстсутвия ряда помещений в отрядах и другие), с учетом их характера и продолжительности, не свидетельствуют об унижении достоинства административного истца, причинении физических и нравственных страданий, в связи с чем не могут быть признаны основанием для присуждения компенсации.
Согласно позиции вышестоящих судов меры, связанные с лишением свободы, зачастую включают в себя элемент неизбежного страдания или унижения, тем не менее государство должно обеспечить содержание лица в условиях, совместимых с уважением его человеческого достоинства, и способ и метод исполнения этой меры наказания не должны подвергать его душевным страданиям и трудностям в той степени, которая превышает неизбежный уровень страданий, свойственных лицу, содержащемуся под стражей, чтобы с учетом практических требований лишения свободы его здоровье и благополучие не подвергались угрозе.
Принимая во внимание сложившуюся судебную и межгосударственную практику, неправомерное обращение с человеком должно нести в себе некий минимум жестокости, чтобы на акт такого обращения распространялось действие ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В своей практике суд относит обращение с тем или иным лицом к категории «бесчеловечного» только в случае преднамеренного характера такого обращения.
Суд отмечает, что ст. 3 Конвенции закрепляет одну из основополагающих ценностей демократического общества. Она в абсолютных выражениях запрещает пытки или бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание, независимо от обстоятельств или поведения жертвы. Для отнесения к сфере действия ст. 3 Конвенции жестокое обращение должно достигнуть минимального уровня суровости. Оценка указанного минимального уровня относительна и зависит от всех обстоятельств дела, таких как длительность обращения, его физические и психологические последствия и, в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья жертвы. Жестокое обращение, которое достигает такого минимального уровня суровости, обычно включает в себя реальные телесные повреждения или интенсивные физические или нравственные страдания.
По делу подобные обстоятельства не установлены.
Вместе с тем, суд также учитывает, что даже если истец в своем заявлении ведет речь о причинении ему моральных и нравственных страданий и взыскании компенсации морального вреда, то при таких обстоятельствах именно истцу следует доказать, что условия содержания в исправительном учреждении, не обеспечивали нормальные условия для жизни, оказывая негативное воздействие на его здоровье или нормальный жизненный уровень, что сделано не было.
Истцом не представлено суду доказательств по делу, какие его личные неимущественные права были нарушены якобы имеющимся нарушениями в материально-бытовом обеспечении.
Наступление неблагоприятных последствий для истца и ухудшение состояния его здоровья материалами дела не установлено. В деле не имеется доказательств, свидетельствующих о нравственных и физических страданиях истца.
В нарушение требований ст. 62 КАС РФ доказательства, которые свидетельствовали бы о том, что условия содержания фактически не обеспечивали охрану здоровья или нормальный жизненный уровень в условиях отбывания уголовного наказания, суду не представлены.
Доводы иска о неэффективности работы судебных органов отклоняются как не имеющие отношения к предмету спора.
Судом отклоняются требования иска о признании незаконным действий (бездействия) ответчика, выразившихся в необеспечении надлежащих условий содержания истца за спорный период, поскольку действующим законом не предусмотрен такой способ защиты нарушенного права как признание незаконным бездействия, либо факта бездействия незаконным, либо нахождения в ненадлежащих условиях содержания либо установления факта нахождения в ненадлежащих условиях.
Ввиду невозможности предоставления за сроком давности доказательств необходимых для установления оспариваемых административным истцом обстоятельств, невозможно с достоверностью проверить указанные обстоятельства (недостаточность жилой площади, ненадлежащее обеспечение питанием, наличие иных нарушений и др.) и подтвердить либо опровергнуть указанные истцом факты.
Данные обстоятельства, безусловно, повлияли на утрату ряда доказательств, которые могли быть использованы при разрешении спора.
Столь позднее обращение в суд за защитой нарушенного права повлекло на собой невозможность проверки всех доводов истца в связи с уничтожением по истечении срока хранения личных дел, иной первичной документации, переоборудования помещений, увольнения сотрудников, которые могли бы дать пояснения по существу спора и т.п.
Суд приходит к выводу о не установлении нарушений, безусловно отличающихся по своему характеру от признанных выше в качестве нарушений условий содержания, учитывая, что истец обратился в суд за защитой своих прав по истечении длительного времени (спустя много лет). Обратное, по убеждению суда, приведет к возложению на ответчика неблагоприятных последствий невозможности представления сведений, подтверждающих соблюдение надлежащих условий содержания истца, в связи с уничтожением в установленном законом порядке ряда соответствующих документов.
Суд принимает во внимание отсутствие со стороны административного истца жалоб на условия его содержания в учреждении, которые обозначены им в качестве ненадлежащих.
Тем самым, истец, не обращаясь за судебной защитой предполагаемого нарушенного права в течение длительного срока, способствовал созданию ситуации невозможности представления стороной административного ответчика ряда доказательств по делу.
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.
Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.
Исковое заявление поступило в суд 25.10.2023г., по истечении более 17 лет после событий, с которыми истец связывает начало нарушения его прав на надлежащие условия содержания. Однако, обращение в суд спустя столь длительный период времени не свидетельствует о том, что истцу были причинены страдания в достаточной степени, что позволило бы делать вывод о достижении минимального уровня суровости. Суд обращает внимание на то обстоятельство, что у истца имелась возможность в случае ненадлежащих материально-бытовых условий содержания обращаться с соответствующими жалобами, инициировать судебные разбирательства, иным способом защищать свои нарушенные права, поскольку препятствий в направлении обращений у него не имелось. Следовательно, вышеперечисленные в исковом заявлении условия содержания не достигли той степени «суровости» и не причиняли истцу таких нравственных страданий, которые позволили бы вести речь о взыскании компенсации в размере, указанном самим заявителем в иске. Подобное поведение может расцениваться как недобросовестное, поскольку истец при столь поздней обращении в суд явно рассчитывал на взыскание компенсации в большем размере, что недопустимо, в том числе в силу ст. 406 ГК РФ.
Оценивая доказательства в их совокупности, суд не находит оснований к удовлетворению заявленных требований, поскольку в дело не представлены доказательства того, что действия администрации исправительного учреждения противоречили действующему законодательству и рекомендациям Комитета Министров Rec(2006)2 государствам - членам Совета Европы о Европейских пенитенциарных правилах, нарушали права и свободы заявителя, в том числе причинили ему нравственные страдания.
При изложенных обстоятельствах основания удовлетворения заявленных требований отсутствуют.
Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ,
решил:
В удовлетворении административных исковых требований ФИО1 к ФСИН Российской Федерации, УФСИН России по Республике Коми и ФКУ ИК-19 УФСИН России по Республике Коми о признании действий незаконными, взыскании компенсации за нарушение условий содержания – отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста (мотивированное решение – 8 декабря 2023г.).
Судья В.И. Утянский