Дело №2а-774/2023

11RS0005-01-2022-007640-15

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд в составе:

председательствующий судья Утянский В.И.,

при секретаре Евсевьевой Е.А.,

рассмотрев в отрытом судебном заседании 30 января 2023г. в г. Ухте дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФСИН Российской Федерации и ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми о взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

установил:

Административный истец обратился в суд с указанным административным исковым заявлением, в котором указал, что на расстоянии 25м. от здания, в котором он проживает, находится железная дорога. Шум от поездов мешает ночному отдыху. Просит признать ненадлежащими условия содержания и взыскать компенсацию за причиненный моральный вред в размере 200 000 руб.

Определением суда к участию в деле в качестве ответчика привлечено ФСИН России, в качестве заинтересованного лица – УФСИН России по РК.

Административный истец ФИО1, будучи опрошенным в соответствии со ст. 142 КАС РФ с использованием системы видеоконференц-связи, на удовлетворении заявленных требований настаивает. Пояснил, что администрация ИК-24 должна обеспечить шумоизоляцию и защиту от вибрации.

Представитель ответчика ФКУ ИК-24 УФСИН России по РК ФИО2, представляющая также на основании доверенности ФСИН России и УФСИН России по РК, с иском не согласилась. Пояснила, что расстояние от железной дороги до сооружений колонии составляет примерно 110 метров. Железнодорожная ветка уже существовала в указанном месте в период строительства колонии.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 41, ст. 42 Конституции РФ каждый гражданин имеет право на охрану здоровья, на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу.

В силу ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, самозащиты права, присуждения к исполнению обязанности в натуре, компенсации морального вреда иными способами, предусмотренными законом.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 14 Постановления от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, ст. 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года №67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», ст. 99 УИК РФ).

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

Согласно ст. 1 ФЗ от 30.03.1999 года №52-ФЗ «О санитарно эпидемиологическом благополучии населения» (далее - ФЗ N 52-ФЗ): санитарно-эпидемиологическое благополучие населения - состояние здоровья населения, среды обитания человека, при котором отсутствует вредное воздействие факторов среды обитания на человека и обеспечиваются благоприятные условия его жизнедеятельности; среда обитания человека - совокупность объектов, явлений и факторов окружающей (природной и искусственной) среды, определяющая условия жизнедеятельности человека; факторы среды обитания - физические (шум, вибрация, ультразвук, инфразвук, тепловые, ионизирующие, неионизирующие и иные излучения), которые оказывают или могут оказывать воздействие на человека и (или) на состояние здоровья будущих поколений; вредное воздействие на человека - воздействие факторов среды обитания, создающее угрозу жизни или здоровью человека либо угрозу жизни или здоровью будущих поколений; благоприятные условия жизнедеятельности человека - состояние среды обитания, при котором отсутствует вредное воздействие ее факторов на человека (безвредные условия) и имеются возможности для восстановления нарушенных функций организма человека; безопасные условия для человека - состояние среды обитания, при котором отсутствует опасность вредного воздействия ее факторов на человека.

В соответствии с п. 2 ст. 2 ФЗ №52-ФЗ органы государственной власти и органы местного самоуправления, организации всех форм собственности, индивидуальные предприниматели, граждане обеспечивают соблюдение требований законодательства Российской Федерации в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения за счет собственных средств.

В соответствии со ст. 24 названного Закона при эксплуатации производственных, общественных помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта должны осуществляться санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия и обеспечиваться безопасные для человека условия труда, быта и отдыха в соответствии с санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Пунктом 6.8. Строительных норм и правил СНиП 2.07.01-89 * «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений» (утв. постановлением Госстроя СССР от 16 мая 1989г. №78) установлено, что жилую застройку необходимо отделять от железных дорог санитарно-защитной зоной шириной 100 м, считая от оси крайнего железнодорожного пути. При размещении железных дорог в выемке или при осуществлении специальных шумозащитных мероприятий, обеспечивающих требования СНиП II-12-77, ширина санитарно-защитной зоны может быть уменьшена, но не более чем на 50 м. Расстояния от сортировочных станций до жилой застройки принимаются на основе расчета с учетом величины грузооборота, пожаровзрывоопасности перевозимых грузов, а также допустимых уровней шума и вибрации.

В настоящее время действует СанПин 2.2.1/2.1.1.1200-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов» (введенные в действие Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 25.09.2007г. №74).

Как усматривается из п. 2.6 Санитарно-эпидемиологических правил и нормативы СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов», для автомагистралей, линий железнодорожного транспорта, метрополитена, гаражей и автостоянок, а также вдоль стандартных маршрутов полета в зоне взлета и посадки воздушных судов, устанавливается расстояние от источника химического, биологического и/или физического воздействия, уменьшающее эти воздействия до значений гигиенических нормативов (далее - санитарные разрывы). Величина разрыва устанавливается в каждом конкретном случае на основании расчетов рассеивания загрязнения атмосферного воздуха и физических факторов (шума, вибрации, электромагнитных полей и др.) с последующим проведением натурных исследований и измерений.

Между тем, по делу не оспаривается, что строительство ФКУ ИК-24 было осуществлено задолго до введения в действие указанных нормативных актов.

При этом, п. 2.6 применяется с учетом особенностей, установленных ст. 9 Федерального закона от 01.04.2020г. №69-ФЗ (Распоряжение Правительства РФ от 21.09.2022г. №2724-р).

В силу ст. 9 Федерального закона от 01.04.2020г. №69-ФЗ «О защите и поощрении капиталовложений в Российской Федерации» в отношении организации, реализующей проект, не применяются акты (решения), указанные в части 3 настоящей статьи, ухудшающие условия ведения предпринимательской и (или) иной деятельности, связанной с реализацией инвестиционного проекта, в отношении которого заключено соглашение о защите и поощрении капиталовложений, по сравнению с условиями, определенными на момент заключения такого соглашения (стабилизационная оговорка), и представленные организацией, реализующей проект, согласно перечням, утвержденным органами государственной власти в соответствии с частью 7.1 настоящей статьи при соблюдении условий, установленных частью 4 настоящей статьи. Ухудшающими условиями ведения предпринимательской и (или) иной деятельности признаются акты (решения), которые: 1) увеличивают сроки осуществления процедур, необходимых для реализации инвестиционного проекта; 2) увеличивают количество процедур, необходимых для реализации инвестиционного проекта; 3) увеличивают размер взимаемых с организации, реализующей проект, платежей, уплачиваемых в целях реализации инвестиционного проекта; 4) устанавливают дополнительные требования к условиям реализации инвестиционного проекта, в том числе требования о предоставлении дополнительных документов; 5) устанавливают дополнительные запреты, препятствующие реализации инвестиционного проекта.

Согласно ч. 2 ст. 9 данного закона акты (решения) органов публично-правового образования, соответствующие критериям, предусмотренным частью 1 настоящей статьи, указанные: 1) в п. 1 ч. 3 настоящей статьи, не применяются в течение срока, предусмотренного соглашением о защите и поощрении капиталовложений; 2) в п. 3 ч. 3 настоящей статьи, не применяются в течение трех лет со дня их вступления в силу при условии действия в этот период соглашения о защите и поощрении капиталовложений.

Тем самым, в настоящее время отсутствуют основания применения к спорной ситуации норм п. 2.6 СанПин 2.2.1/2.1.1.1200-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов».

Суд также полагает не подлежащими применению в данной ситуации норм и правил, установленных СП 51.13330.2011 (актуализированная редакция СНиП 23-03-2003) в части необходимости принятия шумоизолирующих мер в отношении проживания истца в общежитии ФКУ ИК-24. Указанные нормы и правила применимы только при детальном проектировании жилого района и для застройщика с последующими контрольными функциями для органа местного управления. В данном документе отсутствуют ссылки на порядок оборудования шумоизоляции общежитий для осужденных в исправительных учреждениях. Аналогично, отсутствуют соответствующие указания на необходимость подобной мероприятий в санитарных нормах СН 2.2.4-2.1.8.562.96 «Шум на рабочих местах, в помещениях жилых, общественных зданий и на территории жилой застройки».

Судом также установлено, что удаленность расположения объектов колонии до железной дороги составляет около 110 метров, что полностью соответствует требованиям Свода Правил 42.133330.2011 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений».

Следует учесть, что между общежитиями ФКУ ИК-24 и железной дорогой также располагаются иные объекты колонии – защитно-охранные сооружения, забор, выполняющие функции шумозащитных устройств.

Кроме того, постановлением Правительства РФ от 03.03.2018г. №222 утверждены «Правила установления санитарно-защитных зон и использования земельных участков, расположенных в границах санитарно-защитных зон», которые подлежали применению судами, установлены аналогичные ограничения по использованию санитарно-защитной зоны.

В соответствии с п. 5 Правил в границах санитарно-защитной зоны не допускается использования земельных участков в целях:

а) размещения жилой застройки, объектов образовательного и медицинского назначения, спортивных сооружений открытого типа, организаций отдыха детей и их оздоровления, зон рекреационного назначения и для ведения садоводства;

б) размещения объектов для производства и хранения лекарственных средств, объектов пищевых отраслей промышленности, оптовых складов продовольственного сырья и пищевой продукции, комплексов водопроводных сооружений для подготовки и хранения питьевой воды, использования земельных участков в целях производства, хранения и переработки сельскохозяйственной продукции, предназначенной для дальнейшего использования в качестве пищевой продукции, если химическое, физическое и (или) биологическое воздействие объекта, в отношении которого установлена санитарно-защитная зона, приведет к нарушению качества и безопасности таких средств, сырья, воды и продукции в соответствии с установленными к ним требованиями.

В соответствии с Классификатором видов разрешенного использования земельных участков (приказ Росреестра от 10.11.2020г. №П/0412) жилая застройка предназначена для размещения жилых домов различного вида, имеет код 2.0. размещение объектов капитального строительства для создания мест лишения свободы (следственные изоляторы, тюрьмы, поселения) осуществляется на земельных участках с видом разрешенного использования «Обеспечение деятельности по исполнению наказаний», код 8.4. Таким образом, ограничения, установленные п. 5 Правил, на ФКУ ИК-24 не распространяются.

Суд приходит к выводу о том, что стороной истца не доказано обстоятельств, в виду которых на ответчика может быть возложена обязанность по компенсации, поскольку истцом не представлено доказательств, подтверждающих перенесение им нравственных и физических страданий в причинно-следственной связи с неправомерными действиями либо бездействиями ответчика, равно как и с шумом, создаваемым железнодорожным транспортном, проезжающим мимо ФКУ ИК-24 УФСИН России по РК.

В соответствии с п. 1 ст. 227 КАС РФ решение об удовлетворении требования о признании оспариваемого решения, действия (бездействия) незаконным принимается при установлении двух условий одновременно: решение, действие (бездействие) не соответствует нормативным правовым актам и нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

Следовательно, признание незаконным действий (бездействия) и решений органов и должностных лиц возможно при несоответствии их нормам действующего законодательства одновременно с нарушением права, свобод и законных интересов административного истца.

Из материалов дела установлено, что установленные законом нормы при содержании административного истца в ФКУ ИК-24 соблюдались..

С учетом изложенного, отсутствуют правовые основания для вывода о том, что приведенные выше обстоятельства унижали достоинство заявителя и причиняли ему расстройства и неудобства, степень которых превышала неизбежный уровень страдания, неотъемлемый для содержания в исправительных учреждениях с учетом режима места принудительного содержания, и являются основанием для компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

Следовательно, вышеперечисленные в исковом заявлении условия содержания не достигли той степени «суровости» и не причиняли истцу таких нравственных страданий, которые позволили бы вести речь о взыскании компенсации в размере, указанном самим заявителем в иске.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам КАС РФ, руководствуясь нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, достоверно установив то обстоятельство, что материально-бытовое обеспечение истца соответствовало предъявляемым требованиям, что не противоречит установленным законом требованиям, суд полагает заявленные им требования о компенсации не обоснованными.

Как отметил Верховный Суд Россйской Федерации в определении от 14.11.2017г. №84-КГ17-6 процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

При этом Верховный Суд Российской Федерации указал, что содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №5 от 10.10.2003г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Претерпевание осужденным, отбывающим наказание в исправительных учреждениях, либо лицом, заключенным под стражу, определенных нравственных и физических страданий, учитывая факт нахождения под стражей и наличие неизбежного элемента страдания и унижения, связанного с применением данной формы правомерного обращения, является неизбежным следствием исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы и не может служить основанием применения положений ст. 1100 ГК РФ, определяющей основания компенсации морального вреда независимо от вины причинителя.

При изложенных обстоятельствах основания удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ,

решил:

В удовлетворении административных исковых требований ФИО1 к ФСИН России и ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республики Коми о взыскании компенсации за нарушение условий содержания – отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста (мотивированное решение – 10 февраля 2023г.).

Судья В.И. Утянский