РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
адрес 27 сентября 2022 года
Бутырский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Королевой Е.Е., с участием прокурора фио, при секретаре фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-136/22 по иску ФИО1 к фио «Клинская областная больница» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Истец обратился с настоящим иском к ответчику, указав, что 31 августа 2018 года дедушка истца – фио, был доставлен бригадой скорой помощи и госпитализирован в травматологическое отделение ответчика с переломами ребер. 02 сентября 2018 года дедушка истца – фио умер. Проведенное вскрытие показало, что причиной смерти явилось кровотечение. Являясь врачом и имея соответствующую квалификацию, изучив медицинскую документацию, истец пришел к выводу о том, что ответчик не предпринял никаких действий для спасения жизни. Так, при поступлении фио в больницу уже имелись основания для выполнения экстренных мероприятий, включая переливание плазмы и компонентов крови, коллоидных растворов, назначения гемостатической терапии, проведения оперативного лечения, а также отмены дезагрегантов и антикоагулянтов, которые фио принимал в связи с заболеванием сосудов нижних конечностей. В результате бездействия врачей ответчика, а также допущенных в большом количестве диагностических и лечебных ошибок, был выставлен ошибочный диагноз, что привело к смерти фио 07 ноября 2018 года постановлением следователя по особо важным делам СО по адрес ГСУ СК РФ по адрес возбуждено уголовное дело по факту ненадлежащего исполнения своих обязанностей работниками фио «Клинская городская больница», повлекших по неосторожности смерть фио Постановлением от 05 декабря 2018 года ФИО1 признан потерпевшим по уголовному делу. Истец указывает, со ссылкой на материалы уголовного дела, что в случае выполнения общего анализа крови, повторной рентгенограммы органов грудной клетки, выполнения плевральной пункции, дренирования плевральной полости, отмены приема дезагрегантов и антикоагулянтов, назначения гемостатической терапии, инфузионной терапии коллоидными растворами, переливания плазмы и компонентов крови, а в случае неэффективности указанных мероприятий решения вопроса о торакотомии с последующим ушиванием поврежденного легкого и перевязки межреберных артерий, у врачей фио «Клинская городская больница» имелась возможность установить фио правильный диагноз и оказать ему правильную и своевременную медицинскую помощь. Полагает, что причинно-следственная связь установлена. Истец просил суд взыскать с ответчика в свою пользу в качестве компенсации морального вреда причиненного в результате невосполнимой утраты, потери близкого родного человека, в размере сумма.
Истец в судебное заседание явился, требования поддержал, наставал на удовлетворении в полном объеме.
Представитель ответчика в судебное заседание явилась, требования не признала. В обоснование указывала, что Приговор по уголовному делу в настоящее время не постановлен, причинно-следственной связи не имеется. Просила в иске отказать.
Выслушав стороны, заслушав показания свидетелей, заключение прокурора, полагавшую требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению, проверив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
Пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ определено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно ч. 2 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.
В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
В силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Согласно п. 2 ст. 1096 ГК РФ вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем).
Судом установлено и следует из материалов дела, что в производстве Клинского городского суда адрес имеется уголовное дело в отношении фио, паспортные данные, работающего в фио «Клинская городская больница» врачом-травматологом, по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности, вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей).
В рамках уголовного дела Постановлением от 05 декабря 2018 года потерпевшим признан ФИО1
Суду представлено заключение № 34 от 01 июля 2022 года медицинской судебной экспертизы в отношении фио, паспортные данные. Из заключения по результатам изучению медицинской документации, следует, что фио, паспортные данные проживающий по адресу: адрес обратился в травматологический пункт фио «Клинская городская больница» 31 августа 2018 года и предъявил жалобы на боль в грудной клетке справа. Травма 28 августа 2018 года. Упал дома. Выполнена рентгенография органов грудной клетки. Заключение: перелом 4,5,6,7 ребер справа с повреждением легкого. Пристеночный апикальный пневмоторакс. Госпитализирован в травмотологическое отделение. При поступлении состояние удовлетворительное. Питание обычное. Кожные покровы и видимые слизистые чистые, розовые. Температура тела 36,6 адрес отеки отсутствуют. Грудная клетка без деформаций. Дыхание свободное, справа ослаблено из-за боли, везикулярное, 18 в минуту. Пульс 88 в минуту, неритмичный, наполнение обычное. Тоны сердца приглушены. Поведение спокойное, речь внятная, зрачки одинаковые, фотореакции сохранены. Менингеальной симптоматики нет. Чувствительных, двигательных расстройств нет. Имеется боль при пальпации грудной клетки справа, боль усиливается при дыхании. Подкожной эмфиземы нет. Отек, кровоподтек по задней аксилярной линии. Пункция, дренирование правой плевральной полости, не показаны. Проводилось обследование: Клинический анализ крови, биохимический анализ крови, общий анализ мочи. Рентгенография органов грудной клетки от 31 августа 2018 года на контрольной обзорной рентгенограмме органов грудной клетки левое легкое без особенностей. Справа в нижнемедиальном отделе участок снижения прозрачности. Рентгенпризнаки правостороннего пневмоторакса без динамики. На рентгенограмме правой половины грудной клетки на фоне множественных старых переломов определяется перелом 8,9 и 10 ребер по лопаточной и подмышечной линиям. Паракостально и апикально, в плевральной полости воздух полосной до 15 см. Рентгенпризнаки множественных переломов ребер справа. Правосторонний пневмоторакс. Правосторонний гидроторакс? Проводилось консервативное лечение: обезболивающая терапия, антибактериальная терапия, симптоматическая терапия. На утреннем и вечернем обходе 02 сентября 2018 года состояние больного удовлетворительное. Жалобы на невыраженную боль в грудной клетке справа. Дыхание везикулярное во всех отделах, хрипов нет. Пульс 80-82 уд в мин. АД 125-130/80 мм рт. Ст. 02 сентября 2018 года в 03 часа 05 минут срочный вызов в палату. Состояние больного крайне тяжелое. Больной без сознания. Кожные покровы бледные. Отсутствует дыхательная и сердечная деятельность. Со слов соседей по палате, сходил в туалет, пришел в палату и потерял сознание. Начаты реанимационные мероприятия. Вызван реаниматолог. Реанимационные мероприятия 30 минут без эффекта. Констатирована биологическая смерть 02 сентября 2018 года в 03 часа 40 минут. Заключительный клинический диагноз: Основное заболевание: Перелом 7-11 ребер справа с повреждением легкого. Пристеночный апикальный пневмоторакс. Осложнение: ТЭЛА Сопутствующий: ХИБС. Атеросклератический кардиосклероз. Гипертоническая болезнь. Сахарный диабет 2 типа. ПИКС, ОНМК в 2014 г. Мерцательная аритмия, постоянная форма. Судебно-медицинский диагноз: Основное заболевание: Тупая травма грудной клетки: кровоподтеки кровоизлияние в подкожно-жировой клетчатке и мышцах правой боковой и задней поверхности грудной клетки, закрытые полные поперечные сгибательные переломы 7-10 ребер справа между передней и средней подмышечными линиями, закрытые полные поперечные разгибательные переломы 8 ребра справа по лопаточной и околопозвоночной линиям и 11 ребра справа по лопаточной и околопозвоночной линиям, полный поперечный разрыв межпозвоночной артерии и вены 8 ребра справа, надрыв и кровоизлияния в ткани нижней доли правого легкого, правосторонний гемоторакс (3 400 мл жидкой темно-красной крови и единичные небольшие мягко-эластичные свертки, а также сумма Крупного свертка вокруг правого легкого). Осложнение: Массивная кровопотеря: островчатый характер трупных пятен, малое количество жидкой крови с единичными небольшими мягкими свертками темно-красного цвета в полостях сердца и крупных сосудов, малокровие внутренних органов. Сопутствующие: Нестенозирующий атеросклероз сосудов основания головного мозга 1 степень, 2 стадия, стеноз преимущественно средних мозговых артерий жл 20%) Нестенозирующий атеросклеротический коронаросклероз (1 степень, 2 стадия, стеноз передней межжелудочковой ветви левой коронарной артерии до 1% огибающей ветви левой коронарной артерии до 10% и правой коронарной артерии до 10%) Атеросклероз аорты в стадии кальциноза на площади до 60% (3 степень, 4 стадия). Согласно заседанию врачебной комиссии фио «Клинская городская больница» по рассмотрению случаев смерти пациентов от 21 сентября 2018 года: Замечания по лечению и обследованию больного: больной при поступлении обследован не в полном объеме. Отсутствие данного обследования не повлияло на исход для пациента. Причинно-следственной связи между действиями медицинских работников и исходом для пациента не установлено». Согласно рецензии главного внештатного специалиста по травматологии – ортопедии Министерства здравоохранения адрес, д.м.н. , профессора фио причиной смерти послужила массивная кровопотеря из разорванных острым краем сломанного 8 ребра межреберных артерий незадолго (не более 1 часа) до смерти. Выводы: 1. Пациент поступил в травматологическое отделение через 3 суток после получения травмы – множественного перелома ребер справа. Тем не менее, при госпитализации состояние было удовлетворительным, гемодинамика стабильная, пациент свободно перемещался в пределах отделения. Причина длительного не обращения за медицинской помощью не очевидна. 2. Травма (падение с высоты роста) не носила характер высокоэнергетических повреждений, однако известно, что нетяжелая травма грудной клетки в пожилом возрасте может привести к множественным переломам. Расхождение при диагностике по первичной рентгенограмме в определении количества поврежденных ребер встречается практически в 50% случаев. 3. В соответствии со стандартами оказания медицинской помощи при множественных переломах ребер было назначено лечение: обезболивание, антибактериальная терапия, профилактика язв желудочно-кишечного тракта. 4. Массивная кровопотеря, приведшая к смерти пациента, по мнению рецензента, могла быть обусловлена вторичным (или повторным) повреждением межреберных сосудов острым краем ребра при кашле или аналогичном физическом напряжении, так как при поступлении пациент и в первые сутки стационарного лечения клинических проявлений значимой кровопотери и продолжающегося кровотечения не было. 5. При первичной рентгенографии грудной клетки от 31 августа 2018 года достоверного наличия гидроторакса не выявлено. В указанной ситуации целесообразно проведение ультразвукового исследования грудной клетки на предмет наличия жидкости в плевральной полости. Однако из дневниковых записей не следует, что такое исследование планировалось. 6. Объективизировать наличие (или отсутствие) кровопотери позволяет лабораторное исследование показателей крови, которое было назначено, однако данные исследования в медицинской карте отсутствуют. 7. Вероятность массивного кровотечения из поврежденных межреберных сосудов обусловлена высоким кровяным давлением и анатомическими особенностями (сращивание стенок межреберных артерий с фасциальными волокнами), которые препятствуют их слипанию при разрыве». В нарушение приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10 мая 2017 года № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» в медицинской карте стационарного больного отсутствуют лабораторные анализы крови. Отмечены другие нарушения.
Согласно заключению экспертной комиссии, непосредственной причиной смерти фио явилась массивная кровопотеря с развитием острой постгеморрагической анемии. Исходя из результатов судебно-медицинского исследования трупа фио, источником кровотечения в правую плевральную полость явились травматические разрывы стенок межреберных артерий и вены в зоне перелома 8-го ребра справа. Доподлинно установить, по имеющимся в заключении эксперта № 1048 от 04 сентября 2018 года описанию переломов ребер и повреждений сосудов, в зоне какого из переломов 8-го ребра (один перелом – между передней и средней подмышечной линиями, другой по лопаточной линии) имелись разрывы межреберных сосудов не представляется возможным. Иных источников кровотечения в правую плевральную полость, по результатам судебно-медицинского исследования трупа фио не описано. Межреберная артерия является сосудом большого круга кровообращения и её повреждение, в большинстве случаев, не приводит к длительному продолжающемуся кровотечению. Согласно данным медицинской документации, травма, со слов больного получена в быту 28 августа 2018 года. Упал дома. Обратился 31 августа 2018 года в травматологический пункт. После осмотра и рентгеновского обследования с диагнозом: Перелом 7,8,9,10,11 ребер справа. Пристеночный апикальный пневмоторакс справа» госпитализирован в травматологическое отделение. Осмотрен дежурным травматологом совместно с заведующим отделением. Направительный диагноз подтвержден, больному назначена консервативная терапия. За время пребывания фио в травматологическом отделении фио «Клинская городская больница» за период с 31 августа 2018 года по 02 сентября 2018 года имеются нарушения стандарта в оказания специализированной медицинской помощи при множественных переломах ребер приказ № 462 от 02 июля 2007 года, а именно, - не производилось лабораторное обследование – нет анализов крови и мочи; - не производилась электрокардиограмма (при наличии в анамнезе перенесенного инфаркта); - не производилось контрольное рентгенологическое исследование органов грудной клетки, хотя на рентгенограммах от 31 августа 2018 года «Гидроторакс?»; - при подозрении на правосторонний гидроторакс при рентгенографии груди 31 августа 2018 года не проведено дополнительное обследование УЗИ плевральных полостей; - не проводились межреберные блокады.
Комиссией сделаны выводы об отсутствии прямой причинно-следственной связи между нарушениями оказания медицинской помощи и смертью фио и о наличии непрямой (то есть косвенной) причинно-следственной связи между этими событиями.
Совокупность макро и микроморфологических изменений, а также наличие в правой плевральной полости крови в объеме 3 664 мл однозначно свидетельствует о массивной кровопотере, что, однако, не исключает острого характера её.
Имеющиеся данные свидетельствуют об отсутствии признаков состояния декомпенсированной постгеморрагической анемии, как и продолжающегося массивного кровотечения в период с 11 часов 40 минут 31 августа 2018 года по 01 сентября 2018 года, что может объяснять удовлетворительное состояние фио в указанном периоде времени. Результаты судебно-медицинского исследования трупа в совокупности с вышеуказанными клиническими данными указывают на то, что по состоянию на 03 часа 05 минут 02 сентября 2018 года у фио имелась декомпенсированная постгеморрагическая анемия, что косвенно может указывать на травматизацию, как сосуда/сосудов) межреберных артерий и вены после 18 часов 30 минут 01 сентября 2018 года.
ФИО1 ответы на вопросы №№ 2,3,5,6,7,8,9,10,11,12,13,14,15 просил признать недопустимыми доказательствами по делу.
В обоснование требований и размера компенсации морального вреда, представил собственную медицинскую документацию, фото семейного архива.
Также суду представлено заключение эксперта № 44 ГКУ адрес «Бюро судебно-медицинской экспертизы», согласно выводам которой, оказание медицинской помощи в фио «Клинская городская больница» в прямой причинно-следственной связи со смертью фио, явившейся результатом травмы, не находится. Однако, грубые лечебные и диагностические дефекты оказания медицинской помощи фио в фио «Клинская городская больница», указанные в пункте 3 выводов, в значительной степени оказали влияние на неблагоприятный исход, что может быть расценено как косвенная связь с ним.
Согласно представленному в дело заключению № 1048 фио «Бюро СМЭ», при судебно-медицинской экспертизе трупа фио установлено: 1.1 Кровоподтеки и кровоизлияния в мягкие ткани правой боковой и задней поверхности грудной клетки, закрытые разгибательные переломы 7-10 ребер справа между передней и средней подмышечными линиями, закрытые сгибательные переломы 8-го ребра справа по лопаточной линии, 9-го и 10-го ребер справа по задней подмышечной и лопаточной линии, 11-го ребра справа по лопаточной и околопозвоночной линиям, разрыв межпозвоночной артерии и вены 8-го ребра справа, разрыв и кровоизлияние нижней доли правого легкого, правосторонний гемоторакс (3 400 мл жидкости темно-красной крови и сумма Свертка вокруг правого легкого); Признаки массивной кровопотери: островчатый характер трупных пятен, малое количество крови в полостях сердца и крупных сосудов, малокровие внутренних органов, отек головного мозга, отек легких, жидкое состояние крови с единичными небольшими мягкими свертками темно-красного цвета в полотях сердца и крупных сосудов, гистологически – отек головного мозга; участки острого повреждения кардиомиоцитов с фрагментацией; отек стромы миокарда; дистелектаз легкого; неравномерное кровенаполнение органов;. 2. Все обнаруженные повреждения, с учетом наличия кровоизлияния в мягких тканях вокруг переломов ребер, а также правостороннего гемоторакса (излития крови в правую плевральную полость) возникли прижизненно. 3. Вышеуказанные повреждения возникли в результате ударного воздействия тупого твердого предмета. 4. Наличие одного кровоподтека на грудной клетке справа с кровоизлиянием в подкожную жировую клетчатку, характер переломов ребер справа и повреждений нижней доли правого легкого указывает, что тупая травма грудной клетки была причинена однократным воздействием с приложением травмирующей силы в области правой боковой поверхности грудной клетки, в проекции 7-10 ребер между передней и средней подмышечными линиями, при этом травмирующее воздействие наносилось справа налево. 5. Повреждения, указанные в п. 1.1 у живых лиц, в совокупности, по признаку опасности для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни, а именно закрытое повреждение органов грудной полости; легкого; травматический гемоторакс (пп. 6.1.10 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека Приказ № 194н от 24 апреля 2008 года), относятся к причинившим тяжкий вред здоровью. 6. Давность повреждений в виде кровоподтека и кровоизлияния в мягкие ткани правой боковой и задней поверхностей грудной клетки, закрытых разгибательных переломов 7-10 ребер справа между передней и средней подмышечными линиями закрытых сгибательных переломов 8-го ребра справа по лопаточной линии, 9-го и 10-го ребер справа по задней подмышечной и лопаточной линиям, 11-го ребра справа по лопаточной и околопозвоночной линиям, разрывы и кровоизлияния нижней доли правого легкого, а также свертка крови вокруг правого легкого, указанных в п. 1.1, на момент наступления смерти составляет около 3-5 суток, что подтверждается цветом кровоподтека, а также данными гистологического исследования – участки инфильтрирования подлежащей паренхимы рыхлыми массами лизированных эритроцитов, макрофагам, немногочисленными гемосидерофагами со светлым гемосидерином в цитоплазме (в пределах представленных препаратов легкого выявлены мелкоочаговые инфильтрирующие кровоизлияния в подлежащей паренхиме с признаками резорбции, приблизительной давностью 3-4 суток и более); плотный сверток крови из перемежающихся плотных масс фибрина, эритроцитов, клеток белой крови; с макрофагами, очажками пролиферации фибробластов, без гемосидерофагов. Наличие в правой плевральной полости, помимо свертка, образовавшегося вокруг правого легкого, жидкой крови с мягко-эластичными свертками, указывает, что кровотечение из разорванных межпозвоночных артерий и вены 8-го ребра справа, учитывая высокое прижизненное давление крови в межпозвоночной артерии, возникло незадолго (не более 1-го часа) до момента наступления смерти. Учитывая вышеуказанное, разрыв межреберных артерий и вены с последовавшим за этим кровотечением из них в правую плевральную полость, вероятнее всего, наступил незадолго до наступления смерти в результате вторичного повреждения указанных кровеносных сосудов острыми краями перелома 8-го ребра справа. 7. Смерть фио наступила вследствие тупой травмы грудной клетки с множественными переломами ребер справа, разрывом межреберных аптерий и вены в проекции пролома 9-го ребра справа с развитием массивной кровопотери, что подтверждается признаками, указанными в п. 1.1 выводов. 8. Между причиненным тяжким вредом здоровью и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь. 9. Забор биологических материалов для судебно-химического исследования на наличие и количественное определение этилового спирта не проводился, так как находился в условиях стационара более 36 часов. 10. Смерть наступила 02 сентября 2018 года в 03 часа 40 минут.
Также из материалов уголовного дела представлены: Представление Клинского городского суда адрес, из которого следует, что выявлены дефекты в оказании медицинской помощи; Предписание в адрес фио «Клинская городская больница»; протокол судебного заседания; медицинская карта фио; протокол допроса эксперта; рецензии.
Настаивая на удовлетворении требований, истец указывал, что медицинская документация сфальсифицирована. В день поступления до 13 часов фио никто не осматривал, врачи в отделении отсутствовали. 01 сентября 2018 года в отсутствии надлежащей помощи состояние фио ухудшилось, не были выполнены необходимые мероприятия, не взят анализ крови, не выполнено УЗИ, допущены диагностические дефекты, что не позволило установить диагноз правильно. Кроме того, допущены и лечебные дефекты, не были отменены антикоагулянты, что требовалось сделать. Реанимационные мероприятия не проводились. Врачами не было предпринято никаких действий, чтобы остановить кровотечение и спасти жизнь, тогда как фио имел все шансы на выздоровление. Считает причинно-следственную связь установленной. Указывал на собственные индивидуальные особенности, степень переносимых нравственных страданий, степень вины медицинской организации, полагал компенсацию морального вреда в сумме сумма справедливой.
Возражая против иска, представитель ответчика указывала, что дефекты оказания медицинской помощи действительно имели место, однако, ни один из дефектов не имеет причинно-следственной связи со смертью фио Вред здоровью фио действиями либо бездействием медицинских работников больницы причинено не было, противоправного поведения ими не допускалось. Просила в иске отказать.
В ходе судебного разбирательства допрошены в качестве свидетелей фио и фио
Свидетель фио показала, что является бабушкой истца и вдовой фио, умершего 02 сентября 2018 года. 29 августа 2018 года супруг не смог как обычно встретить её по пути домой и свидетелю стало известно о полученной им дома в ванной травме. Ранее, в 2017 году была похожая ситуация, перелом ребер и госпитализации в Клинскую больницу, где медицинская помощь фактически не оказывалась. В связи с этим, супруг в больницу ехать отказывался, считая, что супруга обеспечит ему лучший уход как врач – хирург с многолетним опытом работы в стационаре. фио чувствовал себя неплохо. 30-го утром свидетель отметила бледность кожных покровов у супруга, фио пожаловался на слабость, недомогание. Давление снизилось. В нижних отделах легких не прослушивалось дыхание. Свидетель заподозрила легочное кровотечение и настояла на госпитализации. Скорой помощью фио был доставлен в Клинскую городскую больницу. В приемном покое был сделан рентген. Лечащий врач не стал говорить с фио. До часу дня свидетель ожидала лечащего врача, который так и не появился. Свидетелю стало известно, что легочная пункция взята не была, фио была назначена дыхательная гимнастика. Вечером фио говорил по телефону с фио. Свидетель отмечает, что состояние фио ухудшилось, голос сделался слабым. Говорил, что чувствует «слабость», «ребра гуляют». Свидетель приняла решение утром госпитализировать мужа в Москве. 02 сентября 2018 года утром ей сообщили о его смерти. Свидетель полагает, что медицинская помощь супругу не была оказана, назначили лечение, которое назначать было нельзя. Позднее, внук изучил медицинскую документацию, и стало ясно, что подозрения обоснованы. Врач фио не принес даже извинений ни ей, ни внуку в связи с гибелью фио, которая произошла по его вине, свидетель пояснила, что будет также требовать компенсации морального вреда.
Свидетель фио показала, что является матерью истца. 02 сентября 2018 года стало известно о смерти её свекра –фио Свидетель юрист по образованию. Сын и свекровь врачи. Смерть в больнице стала потрясением, особенно для сына свидетеля. ФИО1 изменился до неузнаваемости, настолько смерть любимого дедушки его потрясла, он не мог поверить, что врачи ничего не сделали для спасения его жизни, когда были все шансы на успешное выздоровление. ФИО1 долгое время проходил и в настоящее время проходит лечение и реабилитацию. Принимает антидепрессанты, замкнулся, преимущественно находится в подавленном состоянии.
В ходе судебного разбирательства также судом допрошены в качестве свидетелей фио и фио
Свидетель фио показал, что является врачом-травматологом-ортопедом в отделении травматологии и в отношении него в настоящее время приговор по уголовному делу не постановлен. фио, сумма поступил в травматологическое отделение после полученной в быту травмы. Несколько дней за медицинской помощью не обращался. При обращении диагностированы множественные переломы ребер. Госпитализирован. Осмотрен врачом фио При поступлении состояние удовлетворительное. фио был в операционной весь день и ушел вечером домой. Больного не осматривал. фио был осмотрен дежурным врачом. Состояние удовлетворительное. Жалоб, кроме боли грудной клетки справа, не было. В субботу утром фио заступил на дежурство и произвел обход. фио был в отделении, чувствовал себя неплохо, лежал, читал книгу. Особых жалоб не имел. Артериальное давление было в норме, пульс также. До вечера состояние было удовлетворительное. В ночь с субботы на воскресенье фио был вызван медсестрой в палату. Больной лежал поперек кровати без признаков жизни. Был сразу сделан массаж сердца. Со слов соседей по палате, фио после посещения туалета вернулся в палату и упал на кровать. фио предположил острую сердечную недостаточность. Предположить, как показало вскрытие, что кровь оказалась в легких, на тот момент было не возможно. Возможно, имело место падение в туалете и вторичный (повторный) перелом ребер, что повлекло массированную кровопотерю и на что указывают выводы эксперта о том, что до момента смерти прошло не более одного часа. Исходя из заключений, пять дней объем крови в легких составлял сумма и остальной объем пришелся на свежую кровь. О выявленных недостатках медицинской помощи фио был поставлен в известность по факту. Одно из заключений расценило сгусток крови пятидневный как весь объем крови, вследствие чего было дано заключение о наличии крови в плевральной области 3-5 дней, что исключает удовлетворительное состояние больного, как до госпитализации, так и в период нахождения в условиях стационара вплоть до вечера 01 сентября 2018 года. фио жалоб на слабость, отдышку не имел. Оснований для контрольного снимка фио не усмотрел, для УЗИ также показаний не было. Для плевральной пункции также не было показаний. Для специальной терапии показаний не было, так как возраст пациента 82 года, сердце могло не выдержать. Гемодинамических показаний не было. Состояние больного было удовлетворительным. Кроворазжижающие препараты фио пациенту не назначал, но сказал не принимать. фио полагает, что его вины в смерти пациента нет. Примерно за год до этого, фио лежал в отделении и уже являлся пациентом фио с аналогичным диагнозом. Тогда повреждения легкого не было. Ранее свидетель оперировал отца истца, знаком с супругой фио, которая также является врачом.
Свидетель фио показал суду, что является врачом-травматологом-ортопедом. 31 августа 2018 года как врач, заведующий травматологическим отделением осматривал фио в палате доктора фио в первой половине дня. С фио свидетель был знаком с 2005 года, являлся соседом по даче. 31 августа 2018 года фио позвонил на телефон свидетеля и сообщил, что находится в отделении больницы. Рассказал, что накануне упал дома в ванной. Имелся болевой синдром. Сделан рентгеновский снимок, показавший множественные переломы. Жидкости в плевральной области не было. Назначено лечение, включая обезболивающие. Жалобы предъявлял только на боль в грудной клетке. Больной, затем, остался под наблюдением дежурного врача смены, динамики не было. Доктор фио осматривал пациента фио позже. Затем свидетель ушел домой. 3-го сентября 2018 года свидетель узнал о смерти фио
У суда нет оснований в целом, ставить под сомнение показания кого-либо из свидетелей.
Оценивая доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что имеющихся доказательств достаточно для рассмотрения дела по существу.
При этом, ходатайство истца об исключении из числа доказательств ряда ответов на поставленные вопросы №№ 2,3,5,6,7,8,9,10,11,12,13,14,15 заключения № 34, суд счел не подлежащим удовлетворению, оснований для исключения из числа доказательств судом не установлено.
Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
На основании пункта 21 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации") качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Согласно части 1 статьи 37 названного Федерального закона медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на адрес всеми медицинскими организациями; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (часть 2 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.
Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе, совершеннолетними, между другими родственниками.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.
В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.
Оценивая представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что в данном случае, объективно подтверждены и имели место недостатки оказанной фио, сумма медицинской помощи.
Данное обстоятельство не оспаривалось представителем ответчика в ходе судебного разбирательства.
Вместе с тем, оценивая представленные в дело доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что доказательств, свидетельствующих о том, что перечисленные недостатки медицинской помощи повлекли именно последствия в виде летального исхода для пациента, не представлено.
Как установлено судом, фио, паспортные данные, госпитализирован через 3 суток после получения травмы – множественного перелома ребер справа, в удовлетворительном, стабильном состоянии, свободно перемещался в пределах отделения до вечера 01 сентября 2018 года.
Как отмечено профессором фио, известно, что нетяжелая травма грудной клетки в пожилом возрасте может привести к множественным переломам. Массивная кровопотеря, приведшая к смерти пациента, по мнению профессора, могла быть обусловлена вторичным (или повторным) повреждением межреберных сосудов острым краем ребра при кашле или аналогичном физическом напряжении, так как при поступлении пациент и в первые сутки стационарного лечения клинических проявлений значимой кровопотери и продолжающегося кровотечения не было. При первичной рентгенографии грудной клетки от 31 августа 2018 года достоверного наличия гидроторакса не выявлено. Установлен ряд нарушений и недостатков медицинской помощи, в том числе грубых.
Вместе с тем, по представленным материалам дела нарушений, которые повлекли смерть фио, ДД.ММ.ГГГГ г.р., не установлено.
Не представлено достаточных доказательств того, что в случае принятия мер, отмеченных как недостатки медицинской помощи, это могло исключить либо значительно снизить вероятность летального исхода при полученной травме, с учетом возраста, состояния здоровья фио
Довод истца о том, что фио не были проведены реанимационные мероприятия не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.
Смерть близкого родственника является необратимым событием и влечет глубокие нравственные страдания, затрагивая личность, психику, здоровье и самочувствие человека. Факт причинения морального вреда предполагается.
Безусловно, трагические события влекут неблагоприятные последствия для истца, вместе с тем, суд отмечает отсутствие прямой связи между заболеванием истца и произошедшими событиями.
Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, по обстоятельствам дела, суд приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца в качестве компенсации морального вреда причиненного смертью дедушки подлежит взысканию сумма в размере сумма, и полагает компенсацию в таком размере справедливой, с учетом степени вины ответчика, степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца.
Удовлетворяя требования в части, с ответчика в доходы бюджета адрес суд взыскивает государственную пошлину на основании ст. 103 ГПК РФ в сумме сумма.
Учитывая изложенное и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к фио «Клинская областная больница» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Взыскать с фио «Клинская областная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме сумма.
В остальной части, отказать.
Взыскать с фио «Клинская областная больница» в доходы бюджета адрес госпошлину сумма.
Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Бутырский районный суд адрес в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья
Мотивированное решение изготовлено 30 сентября 2022 года