Дело № 2-3893/2022
16 июня 2022 года 78RS0014-01-2022-000450-33
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе
председательствующего судьи Лифановой О.Н.,
при секретаре Лифановой М.Н.,
рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о восстановлении срока принятия наследства и признании права собственности на наследственное имущество в порядке наследования по закону,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, с учетом его изменённой в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ /ГПК РФ/ редакции, просила суд о восстановлении пропущенного срока для принятия наследства, открывшегося после смерти в 2020 году её двоюродного брата ФИО4, о признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону, выданного ДД.ММ.ГГГГ ответчику ФИО2 - ФИО5, временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО6 на наследственное имущество в виде 91/271 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: договор дарения указанных долей, заключенный 18.09.2021 между ФИО2 и её дочерью ФИО3, о признании за ФИО1, ФИО2 в порядке наследования в равных долях право собственности на 91/271 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: , то есть по 91/542 доли в праве в праве общей долевой собственности на указанную квартиру за каждой.
В обоснование иска указано, что о смерти двоюродного брата ФИО4 истцу стало известно только в декабре 2021 года от ответчика ФИО2, ранее она не знала и не могла узнать об этом событии, поскольку ответчик ФИО2 данный факт, по мнению истца, намеренно скрыла, не сообщила нотариусу контактные данные истца, который является наследником той же очереди, что и ответчик, в связи с чем, к моменту установления факта смерти двоюродного брата ответчику ФИО2 уже было выдано свидетельство о праве на наследство на вышеуказанное имущество, которым она распорядилась, подарив своей дочери ФИО3 Полагая, что действия ответчиков привели к нарушению наследственных прав истца, ФИО1 в кратчайший срок после того, как ей стало известно о смерти двоюродного брата, обратилась с настоящим иском в суд.
В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель адвокат Куимова К.С., действующая на основании ордера и доверенности, исковые требования поддержали, просили их удовлетворить по изложенным в иске основаниям, настаивали на том, что истец по уважительной причине пропустила срок для принятия наследства в связи с недобросовестными действиями ответчиков, намеренно скрывавших данный факт, при этом ФИО1 отметила, что поддерживала с умершим братом отношения, они поздравляли друг друга с днем рождения, более тесная связь была утрачена из-за развода родителей истца, но, тем не менее, она пыталась восстановить общение с братом, оно было редким из-за отдаленности проживания и ведения братом специфичного образа жизни, просила суд учесть, что и ответчик ФИО2, также приходящаяся умершему двоюродной сестрой, о его смерти узнала не сразу, так как тоже близко с ним не общалась, однако о смерти брата истцу своевременно не сообщила, разговора об этом при встрече в мае 2021 года, на которую ссылается ФИО2, по утверждению истца, не было, иначе истец воспользовался бы своими наследственными правами в установленный законом срок.
Ответчики ФИО2, ФИО3, в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, указав, что истцу о смерти двоюродного брата стало известно еще весной 2021 года во время совместной встречи, когда ФИО1 была приглашена в гости к матери ФИО2, однако тогда она не придала значения информации о смерти брата, а в декабре 2021 года, как утверждает ответчик ФИО2, в телефонном разговоре она сообщила истцу о том, что уже оформила наследство. Также ответчик ФИО2 просила суд учесть, что истец с умершим братом практически не общалась, всегда на связи он был именно с ней /ФИО2/ и именно она стала его разыскивать, когда он перестал отвечать на звонки, участвовала в опознании по документам, а ФИО1 проявила активность только после того, как узнала о смерти брата и существующем наследстве.
Привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица нотариус ФИО6, в судебное заседание не явилась, извещалась о месте и времени его проведения надлежащим образом, ходатайствовала о рассмотрении дела в своё отсутствие.
На основании положений ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд считает возможным рассмотреть настоящее дело по существу в отсутствие неявившегося третьего лица нотариуса ФИО6
Выслушав доводы истца, его представителя, возражения ответчиков, исследовав материалы дела, изучив представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из них в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, суд приходит к следующему.
По общему правилу, закрепленному в пункте 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации /далее – ГК РФ/ в случае смерти гражданина, право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.
Согласно ч.1 ст.1154 ГК РФ, наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.
В соответствии с ч.1 ст.1155 ГК РФ, по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.
Исходя из смысла приведенных норм закона, бремя доказывания наличия уважительных причин пропуска срока для принятия наследства после смерти наследодателя лежит на лице, обратившемся с требованиями о восстановлении данного срока.
Следовательно, приведенная выше норма Гражданского кодекса Российской Федерации предоставляет суду право восстановить наследнику срок для принятия наследства только в случае представления последним доказательств не только тому обстоятельству, что он не знал об открытии наследства - смерти наследодателя (статья 1113 ГК Российской Федерации), но и не должен был знать об этом событии по объективным, не зависящим от него обстоятельствам.
В силу положения пункта 1 статьи 1155 ГК РФ, при отсутствии хотя бы одного из этих условий срок на принятие наследства, пропущенный наследником, восстановлению судом не подлежит.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что в 2020 году скончался ФИО4, приходившийся при жизни двоюродным братом истцу ФИО1 и ответчику ФИО2
07.07.2020, как следует из представленной ответчиком переписки, сосед по квартире ФИО7 сообщил ФИО2, что квартира её двоюродного брата ФИО4 опечатана /л.д.89-90/.
23.07.2020 в результате обращения ответчика ФИО2 по факту розыска брата в правоохранительные органы, ей были предъявлены фото трупов, среди которых она опознала своего двоюродного брата ФИО4, обнаруженного 29.06.2020 по адресу: , то есть по месту его жительства /л.д.91/.
После смерти ФИО4 открылось наследство в виде 91/271 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: , с заявлением о принятии которого 02.10.2020 к нотариусу нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО6 обратилась ответчик ФИО2 /л.д. 116/.
В своём заявлении ответчик ФИО2 указала, что иных наследников согласно ст.ст.1142,1143,1144 ГК РФ у ФИО4 не имеется.
01.07.2021 нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО6 ответчику ФИО2 были выданы свидетельства о праве на наследство по закону серии № в отношении 91/271 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: в отношении денежных средств, хранящихся на расчётном счете наследодателя в ПАО Банк «ФК Открытие» /л.д.136-137/.
На основании договора дарения от 18.09.2021, удостоверенного нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО6 на бланке серии 2 имущество в виде 91/271 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: , ответчиком ФИО2 было отчуждено ответчику ФИО3, приходящейся ей дочерью. /л.д. 105-107/.
Как следует из объяснений истца ФИО1, являющихся одним из видов доказательств в силу ст.68 ГПК РФ, с наследодателем ФИО4 она общалась, но близких отношений не было, однако, о его смерти ответчик ФИО2 ей сообщила только 29.11.2021, что подтверждается журнал входящих вызовов на телефон /л.д.197/, после того как оформила право собственности на наследственное имущество, передала его в дар дочери, при этом до этого они с ней неоднократно встречались и у ответчика была возможность сообщить о смерти их двоюродного брата. Узнав о смерти двоюродного брата в конце ноября от ответчика, она написала в социальной сети другому брату ФИО8 /л.д.196/, который подтвердил данный факт, до этого ФИО1 не общалась с умершим, поскольку у неё болели сын, мать и она сама.
Из объяснений ответчика ФИО2 следует, что с наследодателем ФИО4 она общалась примерно один раз в неделю, потом он пропал и в июле 2020 года посредством социальных сетей она обратилась к соседу с просьбой предоставить информацию о брате, который ей сообщил о том, что его квартира опечатана, после чего, обратившись к участковому уполномоченному соответствующего отдела полиции ей были предъявлены фото трупа для отождествления личности, на которых она узнала своего двоюродного брата ФИО4 /л.д.89-91/; при этом, о смерти ФИО4 истцу она сообщила еще в апреле-мае 2021 года.
Свидетель ФИО9, допрошенная в ходе судебного заседания по ходатайству истца, показала, что работает с истцом ФИО1 в бухгалтерии организации ООО «Вира-сервис», в 2021 году после летних отпусков, в частности, после похорон матери истца ФИО10, скончавшейся ДД.ММ.ГГГГ, в ее присутствии истцу ФИО1 поступил телефонный звонок, в ходе которого ответчиком ФИО2 было сообщено о смерти их двоюродного брата ФИО4, по реакции истца на данную новость, свидетелю было понятно, что ранее ФИО1 об этом событии не знала, поскольку очень расстроилась и поделилась с ней своими переживаниями, до этого ФИО1 пережила утрату матери и о смерти двоюродного брата не говорила и очевидно знать не могла.
Показания свидетеля последовательны, логичны, не противоречат материалам дела, не опровергнуты ответчиками, в связи с чем, не доверять им оснований у суда не имеется.
Таким образом, фактически только в декабре 2021 года истцу ФИО1 стало известно о смерти двоюродного брата ФИО4, скончавшегося еще летом 2020 года, и уже 10.01.2022 она обратилась с соответствующим иском в суд /л.д.33-34/, а 10.02.2022 к нотариусу с заявлением о принятии наследства, во исполнение определения суда, также обратилась к нотариусу нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО6 с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО4 /л.д.118/ и выдаче свидетельства о праве на наследство по закону, в выдаче которого, постановлением временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО6 – ФИО11 от 14.02.2022 было отказано ввиду пропуска срока принятия наследства /л.д. 135/.
Тем самым, из установленных в ходе разбирательства обстоятельств следует, что, несмотря на пропуск шестимесячного срока для принятия наследства со дня его открытия, истцом были совершены действия по восстановлению своих наследственных прав в течение шести месяцев с момента осведомленности о смерти двоюродного брата.
Согласно разъяснениям, содержащимся во втором абзаце п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств: а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (ст. 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.; б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.
В силу изложенного, разрешая вопрос о восстановлении истцу срока принятия наследства со дня его открытия, суд находит заслуживающими внимания обстоятельства, установленные в ходе разбирательства по делу, а именно тот факт, что истец в 2020 году переживала за здоровье сына, перенесшего медицинское оперативное вмешательство, в декабре 2020 года непосредственно сама ФИО1 проходила лечение после полученных травм /сотрясение головного мозга, перелом носа/, в январе-феврале 2021 года проходила лечение от короновирусной инфекции /covid 2019/, предполагавшего нахождение на самоизоляции, в июле 2021 года ФИО1 похоронила мать ФИО10, скончавшуюся ДД.ММ.ГГГГ, а с августа 2021 года по состоянию здоровья ФИО1 нуждалась в срочном оперативном лечении.
Таким образом, истец ФИО1 в силу вышеприведенных семейных обстоятельств, связанных со здоровьем, в том числе своих близких, действительно не интересовалась судьбой двоюродного брата и не поддерживала близкое с ним общение в силу объективных причин, в том числе и в связи с проживанием на значительном расстоянии друг от друга, поскольку истец и ответчики проживают в , а ФИО4 проживал в Санкт-Петербурге, вел асоциальный образ жизни, на что указывают и обстоятельства его ухода из жизни и захоронение в статусе неопознанного трупа, при этом ФИО12 скончался в возрасте 57 лет, который нельзя отнести к преклонному возрасту не относится, хронических заболеваний не имел, 16.05.2020 направил в социальной сети «Одноклассники» истцу поздравление с днем рождения, последний раз в сети был 08.07.2020 /л.д.198-199/, в силу чего, а также претерпеваемых глубоких нравственных страданий, связанных со здоровьем и последующей утратой близких родственников, суд полагает возможным согласиться с тем, что истец ФИО1 не знала и не могла знать, а также предполагать, о смерти своего двоюродного брата ФИО4, скончавшегося летом 2020 года.
Поскольку кроме ФИО4 в Санкт-Петербурге родственников у истца не было, никто не мог сообщить ФИО1 о смерти двоюродного брата, а ответчик ФИО2 также узнав данные сведения по прошествии длительного времени после смерти ФИО4, которого первыми обнаружили правоохранительные органы тогда, когда медицинские работники не смогли установить даже дату его смерти, опознавшая труп по фото, то есть также не находившаяся с наследодателем в близких семейных взаимоотношениях, истцу данные сведения своевременно не сообщила, несмотря на проживание в одном регионе с истцом в .
Кроме того, в последующем при обращении 02.10.2020 с заявлением о принятии наследства, ФИО2 также не сообщила и нотариусу нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО6 о наличии у наследодателя ФИО4 еще одного наследника той же очереди – двоюродной сестры ФИО1, указав в заявлении на то, что «других наследников согласно ст. 1142, 1143, 1144 НК РФ, не имеется» /л.д. 116/.
Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения /п. 4 ст. 1 ГК РФ/.
В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав /злоупотребление правом/.
Вместе с тем, из указанных фактических действий ответчика ФИО2, в частности, по уклонению от сообщения в заявлении нотариусу о наличии у наследодателя еще одного наследника той же очередности усматривается злоупотребление правом.
Указанные, установленные в ходе разбирательства по делу обстоятельства, позволяют вынести суждение о том, что до сообщения ответчиком в ноябре-декабре 2021 года, учитывая, что данные период подтверждён показаниями свидетеля и журналом входящих телефонных звонков на телефон истца, ФИО1 не знала и не могла знать о смерти двоюродного брата ФИО4 по независящим от ее воли обстоятельствам, которые объективно препятствовали реализации её наследственных прав в установленный законом шестимесячный срок с момента открытия наследства.
Учитывая, что после того, как истцу стало известно о смерти двоюродного брата ФИО4, ФИО1 были приняты меры по восстановлению своих наследственных прав в шестимесячный срок, суд считает возможным признать причины первоначального пропуска срока для принятия истцом наследства уважительными и восстановить ФИО1 срок для принятия наследства, открывшегося после смерти в 2020 году её двоюродного брата ФИО4.
В силу пункта 1 статьи 1155 ГК РФ при вынесении решения о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство суд обязан определить доли всех наследников в наследственном имуществе и принять меры по защите прав нового наследника на получение причитающейся ему доли наследства (при необходимости), а также признать недействительными ранее выданные свидетельства о праве на наследство (в соответствующих случаях - лишь в части). Восстановление пропущенного срока принятия наследства и признание наследника принявшим наследство исключает для наследника необходимость совершения каких-либо других дополнительных действий по принятию наследства.
Из материалов дела следует, что в отношении спорного наследственного имущества в виде 91/271 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: ответчику ФИО2 ФИО5, временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ было выдано свидетельство о праве на наследство по закону на бланке 1, после чего 18.09.2021 между ответчиками ФИО2 и её дочерью ФИО3 был заключен договор дарения указанных долей, государственная регистрация права собственности, в отношении которых произведена в установленном законом порядке 21.09.2021.
Поскольку восстановление срока для принятия наследства истцу влечёт получение ФИО1 причитающейся ей доли в наследственном имуществе, то ранее выданное ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 свидетельство о праве на наследство по закону на наследственное имущество в виде 91/271 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: , и на данном основании заключенный 18.09.2021 между ФИО2 и её дочерью ФИО3 договор дарения указанных долей следует признать недействительными.
Учитывая, что вышеуказанное наследственное имущество подлежит разделу между двумя наследниками скончавшегося ФИО4 – его двоюродными сестрами ФИО1 и ФИО2 то за каждой из них следует признать в порядке наследования в равных долях право собственности на 91/271 долей в праве общей долевой собственности на вышеуказанную квартиру, то есть по 91/542 доли в праве в праве общей долевой собственности за каждой.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 56, 67, 144, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 –– удовлетворить.
Восстановить ФИО1 срок для принятия наследства, открывшегося после смерти в 2020 году её двоюродного брата ФИО4.
Признать недействительными: свидетельство о праве на наследство по закону, выданное 01.07.2021 на бланке ФИО2 ФИО5, временно исполняющим обязанности нотариуса ФИО6 на наследственное имущество в виде 91/271 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: договор дарения указанных долей, заключенный 18.09.2021 между ФИО2 и её дочерью ФИО3.
Признать за ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в , проживающей по адресу: , за ФИО2, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в , проживающей по адресу: порядке наследования в равных долях право собственности на 91/271 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: , то есть по 91/542 доли в праве в праве общей долевой собственности на указанную квартиру за каждой.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья