Дело № 12-351/2023 (дело № 5-118/2023)

УИД: 51MS0006-01-2023-001002-51

Мировой судья с/у № 1 Шелия О.Г.

РЕШЕНИЕ

09 ноября 2023 года г. Мурманск

Судья Октябрьского районного суда города Мурманска Хуторцева И.В.,

с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу ФИО1, которому разъяснены права, предусмотренные статьей 25.1 КоАП РФ, статьей 51 Конституции РФ,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Октябрьского районного суда г. Мурманска, расположенного по адресу: <...>, жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 1 Октябрьского судебного района г. Мурманска, от 23.12.2020 о привлечении ФИО1 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Октябрьского судебного района г. Мурманска от 27.03.2023 ФИО1 привлечен к административной ответственности по ст. 19.12 Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 3 000 рублей с конфискацией диктофона марки «<данные изъяты>» в корпусе черного цвета.

В жалобе ФИО1 просит постановление мирового судьи отменить, считает постановление мирового судьи незаконным, необоснованным, заведомо неправосудным, основанным на неправильно составленных материалах и вынесенным с грубым нарушением действующего законодательства.

Отмечает, что судебное заседание, назначенное на 27.03.2023, о котором он был извещен надлежащим образом, прошло без его участия, хотя им заявлялось ходатайство о переносе судебного заседания ввиду уважительности причины. Мировой судья, проигнорировав ходатайство об отложении судебного заседания, рассмотрела дело 27.03.2023 в его отсутствие, о чем он узнал из информации, размещенной на официальном сайте судебного участка № 1 Октябрьского судебного района г. Мурманска.

Полагает, что мировой судья допустил произвольный отказ в удовлетворении указанного ходатайства, указав в постановлении, что, «учитывая специфику его работы», с ним была согласована дата судебного заседания. Указывает, что данное утверждение мирового судьи является необоснованным. Его слова подтверждаются телефонограммой от 02.03.2023, согласно которой помощник мирового судьи лишь известила его о дате и времени судебного заседания, а не согласовала с ним дату, поскольку помощник судьи не обладает такими полномочиями. Согласно скриншоту, сделанному с официального сайта судебного участка № 1 Октябрьского судебного района г. Мурманска, судебное заседание было назначено 27.03.2023 в 10 часов 30 минут, а рассмотрено мировым судьей в тот же день в 15 часов 00 минут. Мировой судья вынесла постановление в его отсутствие, лишив его доступа к правосудию, права участия в судебном заседании, не дала ему возможность дать объяснения того, с какой целью он шел в СИЗО-1, имел ли умысел на совершение вменяемого ему правонарушения, представить характеризующие материалы, права доказать свою невиновность.

Кроме того, полагает, что выводы судьи основываются на неправильно составленных протоколах и оформленных документах, недостатки которых не могут быть восполнены при рассмотрении дела, полагает, что судья формально подошла к рассмотрению дела. В обжалуемом постановлении не установлено, кем обнаружен у него в папке для документов диктофон «<данные изъяты>» в 09 часов 33 минуты после прохода контрольно-пропускного пункта ФКУ СИЗО-1 на посту 2А. Кроме того, согласно заключению по факту обнаружения и изъятия диктофона следует, что часовой поста № 1 спрашивал о наличии у него запрещенных предметов, после этого он сдал на временное хранение два телефона, кто спрашивал – не установлено. Перед проведением досмотра часовой поста № 2 спросил его о наличии запрещенных предметов, на что он ответил, что не имеет. В рапорте дежурного помощника начальника СИЗО указано, что при проведении досмотра в пределах поста 2А у него в папке с документами было обнаружен диктофон, кем обнаружен, не установлено.

Указывает, что дата составления протокола изъятия не соответствует действительности, протокол изъятия составлен с грубыми нарушениями закона – при нем данных действий не проводилось, изъятый предмет не осматривался, протокол не предъявлялся, возможность поставить подпись не предоставлялась, модель диктофона в протокол не внесена, не установлен правовой статус участвующих при изъятии лиц, должность и фамилия должностного лица, составившего протокол, не указаны, место и время составления протокола, отсутствие в качестве приложения к протоколу видеофиксация. Протокол об административном правонарушения составлен с грубыми нарушениями закона – отсутствовали свидетели, положения ст. 25.6 КоАП РФ свидетелям не разъяснялись, по ст. 19.9 КоАП РФ свидетели не предупреждались, объяснения от его имени и ходатайство написаны посторонним лицом, право внесения в протокол объяснений и замечаний по содержанию протокола ему не предоставлялось, мотивы отказа от подписи в протоколе не указаны, материалы видеофиксации к протоколу не приложены. В материалах дела фотография с изображением диктофона «<данные изъяты>» (л.д. 12) не отвечает признакам относимости и допустимости, не является доказательством факта совершения им административного правонарушения. Обратное уведомление о вручении судебной повестки (л.д. 19) и телефонограмма от 27.03.2023 (л.д. 21) не несут информационной нагрузки. Имеется сопроводительное письмо о направлении ему копии постановления, которое направлено лишь по адресу: город Мурманск, <адрес>, по адресу его регистрации мировой судья копию постановления не направила (л.д. 30). Полагает, что в настоящее время невозможно установить, какой предмет подлежал изъятию, кому принадлежит предмет, что находится в упаковке (л.д. 16), так как упаковка не соответствует требованиям закона.

Полагает, что мировой судья лишила его права участия в судебном заседании и возможности дать объяснения по делу об административном правонарушении, тем самым неправильно установила обстоятельства, подлежащие выяснению, то есть нарушила требования ст. 26.1 КоАП РФ. От участия в судебном заседании он не уклонялся, так как у него имелись уважительные причины, он является адвокатом, не явился на рассмотрения дела ввиду участия в судебном заседании по уголовному делу. В жалобе просит восстановить срок на подачу жалобы, поскольку полагает, что срок пропущен по уважительной причине. Об обжалуемом постановлении он узнал лишь 21.08.2023, когда ему на телефон пришло сообщение о списании денежных средств с карты по требованию судебных приставов. 23.08.2023 и 24.08.2023 им были поданы заявления об ознакомлении с материалами дела об административном правонарушении. После подачи жалобы в вышестоящий суд 30.08.2023, ему была предоставлена возможность ознакомления с делом об административном правонарушении. Он ознакомился с материалами дела об административном правонарушении 05.09.2023, ему была вручена копия постановления мирового судьи от 27.03.2023 о привлечении его к административной ответственности. Жалоба подана 11.09.2023, полагает, что срок подачи пропущен по уважительной причине.

В дополнениях к жалобе указывает, что мировой судья указала в постановлении, что ФИО1 шел в СИЗО-1 к своей подзащитной ФИО2, которой мировой судья выносила приговор за преступление небольшой тяжести, поэтому не установлен факт того, зачем ей мог понадобиться в СИЗО диктофон. Полагает, что судья необоснованно указывает, что он имел умысел на пронос диктофона и выполнил объективную сторону ст.19.12 КоАП РФ, при этом, указывая на его профессиональную деятельность и осознавая при этом, что в СИЗО невозможно пронести запрещенные предметы умышленно. Доказательства по делу не отвечают требованиям закона. В материалы дела не истребованы записи видеонаблюдения, про которые указано в письменных материалах дела. Не опрошены должностные лица, представившие письменные доказательства его вины с грубыми процессуальными нарушениями. Не осмотрены вещественные доказательства – предмет административного правонарушения – диктофон. Не истребованы характеризующие материалы с места работы, не установлены смягчающие обстоятельства, обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении, причины и условия совершения им административного правонарушения; не установлен размер ущерба, причиненного административным правонарушением. Не учтены требования ст. 1.5 КоАП РФ, в соответствии с которой лицо, привлекаемое к административной ответственности не обязано доказывать свою невиновность.

Полагает, что не установлена законом административная ответственность за пронос на территорию СИЗО без разрешения начальника СИЗО или лица, его замещающего, технического средства, если не предпринималось попытки передать это техническое средство лицу, содержащемуся под стражей в следственном изоляторе. Кроме того, незнание или несоблюдение адвокатом правил следственного изолятора о правилах сдачи технических средств не может повлечь за собой привлечение адвоката к какой-либо ответственности, в том числе, к дисциплинарной. В материалах дела отсутствуют безусловные доказательства того, что ему предлагалось сдать диктофон, кроме тех документов, которые составлены заинтересованными должностными лицами следственного изолятора. Кроме того, мировым судьей не проверялись его доводы об отсутствии в его действиях состава административного правонарушения. При назначении наказании мировой судья не учла обстоятельства и характер совершенного им правонарушения, данные о его личности. Кроме того, судья не учла, что при обнаружении запрещенного предмета в его папке с документами, он попросил его сдать на временное хранение.

Просит жалобу удовлетворить, постановление отменить или направить дело на новое рассмотрение.

В судебном заседании ФИО1 поддержал доводы жалобы с учетом дополнений к ней, просил постановление мирового судьи отменить, производство по делу об административном нарушении прекратить. Пояснил, что 27.03.2023 не явился в судебное заседание на рассмотрение дела об административном правонарушении в связи с тем, что является адвокатом, на 27.03.2023 в 10 часов 30 минут в Октябрьском районном суде города Мурманска было назначено рассмотрение уголовного дела в отношении его подзащитного, который находился под стражей. Он заявил ходатайство о переносе судебного заседания на другую дату, однако мировой судья рассмотрела дело в его отсутствие. Его никто не извещал по месту регистрации по адресу: <адрес>, о том, что судебное заседание было назначено на 02.03.2023, хотя данный адрес и был установлен мировым судьей, о чем в деле имеется телефонограмма. Никто его не известил о времени поступления материалов в суд. Указал, что не согласен с рапортом ФИО3, в котором указано, что нет письменного разрешения на работу в следственном изоляторе с использованием данного технического средства, которое расценено мировым судьей как наличие умысла. Считает, что мировым судьей не установлен факт сокрытия и желания передавать кому-либо диктофон, безусловные доказательства отсутствуют. Кроме того, указал, что 06.02.2023 при вынесении определения о назначении судебного заседания мировой судья проигнорировал требования ст. 29.4 КоАП РФ, согласно которой судья должен убедиться, что протоколы об административном правонарушении и другие материалы дела оформлены и составлены правильно.

Не согласен с утверждением мирового судьи о том, что он явился на свидание со своим подзащитным, содержащимся в СИЗО-1, и сокрыл от досмотра запрещенный предмет, который был обнаружен часовым ФИО4 в ходе досмотра при прохождении им КПП № 2. Вывод мирового судьи о том, что он в силу осуществления профессиональной деятельности в качестве защитника осведомлен о предметах, запрещенных к проносу в режимное учреждение, добровольно данный предмет не сдал, свидетельствует о наличии умысла в его действиях на совершение административного правонарушения. Обстоятельств, исключающих привлечение его к административной ответственности, мировым судьей не установлено.

Истек срок привлечения его к административной ответственности. Мировым судьей указано, что он пронес на территорию режимного объекта СИЗО-1 диктофон как гражданин, в то время, как он является защитником. Мировой судья указывает, что в силу профессиональной деятельности он должен всё осознавать, указывая о наличии в его действиях умысла. В соответствии с пунктами 1, 3, 6 статьи 6 Федерального закона № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» он имеет право собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, фиксировать, в том числе с помощью технических средств, информацию, содержащуюся в материалах дела, получать и представлять предметы, документы и иные сведения, к которым могут относиться материалы фото- киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации. В приведенных положениях закона не усматривается, что адвокату при свидании с подзащитным в целях оказания им квалифицированной юридической помощи запрещено использование технических средств, в данном случае аудиозаписи. Учитывая его статус адвоката, не предполагает запрет на пронос диктофона на территорию места содержания под стражей, как и принудительного изъятия из законного владения.

Полагает, что предположение мирового судьи, что он при свидании может передать подзащитному запрещенный предмет – диктофон, несамостоятельным. Право адвоката пользоваться при свидании предметами и вещами, необходимыми ему для надлежащего выполнения своих профессиональных и процессуальных обязанностей, не означает, что он может передавать эти предметы и вещи подзащитным. Отсутствие разрешения на данное техническое средство при посещении следственного изолятора не образуют состав вмененного административного правонарушения.

Представитель административного органа ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, возражения на жалобу не представил.

Выслушав лицо, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, допросив свидетелей, ознакомившись с материалами дела об административном правонарушении, проверив доводы жалобы, прихожу к следующему.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 30.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях жалоба на постановление по делу об административном правонарушении может быть подана в течение десяти суток со дня вручения или получения копии постановления.

В случае пропуска срока, предусмотренного частью 1 настоящей статьи, указанный срок по ходатайству лица, подающего жалобу, может быть восстановлен судьей или должностным лицом, правомочными рассматривать жалобу.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, если пропуск срока обжалования был обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению судом (определения от 25.12.2008 № 990-О-О, от 21.04.2011 № 465-0-0).

Уважительными причинами являются обстоятельства, не зависящие от воли лица, имеющего право обжалования, которые объективно препятствовали или исключали своевременную подачу жалобы.

Как следует из материалов дела, копия постановления направлена ФИО1 по адресу места нахождения Коллегии адвокатов, указанному им в качестве места жительства в протоколе об административном правонарушении (г. Мурманск, <адрес>). Обладая сведения об адресе регистрации ФИО1 по месту жительства (<адрес>), постановление по данному адресу ему направлено не было.

О привлечении к административной ответственности ФИО1 узнал в августе 2023 года после списания денежных средств с его банковского счета, затем осуществил последовательные действия по ознакомлению с материалами дела, получению копии постановления и обжаловании его.

Судья восстанавливает срок обжалования в виду уважительности причин его пропуска, поскольку отказ в восстановлении срока обжалования постановления может являться препятствием для осуществления ФИО1 права на судебную защиту, указанное лицо необоснованно может быть лишено возможности его реализации.

В соответствии с требованиями части 3 статьи 30.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях судья, при рассмотрении жалобы на постановление об административном правонарушении, не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

В соответствии со ст. 19.12 КоАП РФ передача либо попытка передачи любым способом лицам, содержащимся в учреждениях уголовно-исполнительной системы или изоляторах временного содержания и иных местах содержания под стражей, предметов, веществ или продуктов питания, приобретение, хранение или использование которых запрещено законом, - влечет наложение административного штрафа в размере от трех тысяч до пяти тысяч рублей с конфискацией запрещенных предметов, веществ или продуктов питания.

Статья 19.12 КоАП РФ направлена на охрану правового режима содержания лиц в учреждениях уголовно-исполнительной системы, изоляторах временного содержания и иных местах содержания под стражей в части, запрещающей хранение и использование указанными лицами предметов, веществ и продуктов питания, которые в том числе представляют опасность для жизни и здоровья или могут быть использованы в качестве орудия преступления либо для воспрепятствования целям содержания под стражей. Данное регулирование осуществляется безотносительно того, какому конкретно лицу предназначались для передачи такие запрещенные предметы, вещества или продукты питания.

Объективная сторона административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, выражается в совершении противоправных действий по передаче любым способом лицам, содержащимся в учреждениях уголовно-исполнительной системы или изоляторах временного содержания и иных местах содержания под стражей, предметов, веществ или продуктов питания, приобретение, хранение или использование которых запрещено законом. При этом административная ответственность наступает не только за передачу запрещенных предметов, но и за попытку совершения противоправных действий.

При этом передачей или попыткой передачи запрещенных предметов признаются действия, направленные на их вручение, то есть если такие предметы были пронесены на территорию режимного объекта.

Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений№ (далее – Закон № 103-ФЗ) регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В силу положений статьи 18 Закона № 103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым предоставляются свидания с защитником с момента фактического задержания. Свидания предоставляются наедине и конфиденциально без ограничения их числа и продолжительности, за исключением случаев, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Защитнику запрещается проносить на территорию места содержания под стражей технические средства связи, а также технические средства (устройства), позволяющие осуществлять киносъемку, аудио- и видеозапись. На территорию места содержания под стражей защитник вправе проносить копировально-множительную технику и фотоаппаратуру только для снятия копий с материалов уголовного дела, компьютеры и пользоваться такими копировально-множительной техникой и фотоаппаратурой, компьютерами только в отсутствие подозреваемого, обвиняемого в отдельном помещении, определенном администрацией места содержания под стражей.

Приказом Минюста России от 4 июля 2022 года № 110 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, пунктом 179 которых предусмотрено, что свидания подозреваемого или обвиняемого с защитником осуществляются наедине и конфиденциально без ограничения их числа и продолжительности. Свидания предоставляются защитнику по предъявлении удостоверения адвоката и ордера. Истребование у адвоката иных документов запрещается. Если в качестве защитника участвует иное лицо, то свидание с ним предоставляется по предъявлении соответствующего определения или постановления суда, а также документа, удостоверяющего его личность. Защитнику запрещается проносить на территорию СИЗО технические средства связи, а также технические средства (устройства), позволяющие осуществлять киносъемку, аудио- и видеозапись. На территорию СИЗО защитник вправе проносить копировально-множительную технику и фотоаппаратуру только для снятия копий с материалов уголовного дела, компьютеры и пользоваться такими копировально-множительной техникой и фотоаппаратурой, компьютерами только в отсутствие подозреваемого, обвиняемого в отдельном помещении, определенном администрацией СИЗО.

Из материалов дела об административном правонарушении следует, что 01.02.2023 в 09 часов 35 минут ФИО1, являющийся адвокатом, находясь на территории ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области по адресу: <адрес>, после прохода контрольно-пропускного пункта ФКУ СИЗО-1 на посту 2А (досмотр лиц, входящих на режимную территорию) у ФИО1 был обнаружен в папке для документов запрещенный предмет: диктофон «<данные изъяты>» в корпусе черного цвета. При заходе на охраняемую территорию часовой поста № 1 спросил у гражданина ФИО1 о наличии запрещенных предметов, на что ФИО1 сдал два мобильных телефона на временное хранение. После чего гражданин ФИО1 проследовал для проведения досмотра. Перед проведением досмотра при заходе на охраняемую территорию часовой поста № 2А спросил о наличии у ФИО1 запрещенных предметов, на что ФИО1 ответил, что не имеет при себе запрещенных предметов. ФИО1 пояснил, что 01.02.2023 не планировал посещать СИЗО-1, вследствие чего забыл о том, что диктофон находится у него в папке.

Данные обстоятельства не оспариваются ФИО1 и подтверждаются материалами дела, а именно: рапортом ДПНСИ ФИО3 от 01.02.2023; рапортом младшего инспектора отдела режима и надзора ФИО4 от 01.02.2023; рапортом младшего инспектора 1 категории отдела охраны ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области ФИО5 от 01.02.2023; протоколом об административном правонарушении от 01.02.2023; протоколом изъятия от 01.02.2023; заключением проверки по факту обнаружения и изъятия диктофона от 01.02.2023; фотоматериалом с изображением диктофона «<данные изъяты>» в корпусе черного цвета, иными материалами дела.

Данные доказательства отвечают требованиям, предусмотренным статьей 26.2 КоАП РФ, исследованы судом и оценены в совокупности по правилам статьи 26.11 КоАП РФ.

Мировым судьей установлено, что ФИО1 явился в ФКУ «СИЗО-1» для свидания с подзащитной ФИО2, а не сдал техническое средство, позволяющее осуществить аудиозапись (диктофон). Таким образом, действия защитника, явившегося на свидание с подзащитной, содержащейся в следственном изоляторе, связанные с сокрытием от досмотра запрещенной вещи и обнаруженной в ходе досмотра, образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и расцениваются как попытка передачи запрещенных предметов лицу, содержащемуся в следственном изоляторе.

Довод ФИО1 об отсутствии в совершенном им деянии умысла, является несостоятельным и подлежит отклонению. ФИО1 в силу осуществления им профессиональной деятельности в качестве адвоката, был осведомлен о предметах, запрещенных к проносу в режимное учреждение, однако добровольно данный предмет не сдал и о наличии такого предмета не сообщил.

Довод жалобы об отсутствии в действиях ФИО1 состава вмененного ему административного правонарушения является несостоятельным и опровергается перечисленными выше доказательствами, свидетельствующие о его виновности в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 19.12 КоАП РФ, которые соответствуют требованиям ст. 26.2 КоАП РФ, а также подтверждаются показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО5, младший инспектор 1 категории, часовой 2 поста ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, показала, что 01.02.2023 она находилась на службе на посту № 2 КПП. Прибывшему гражданину ФИО1 она разъяснила о том, какие аудио и видеозаписывающие устройства запрещены к проносу на режимную территорию, спросила у него о наличии запрещенных к проносу предметов, предложив сдать запрещенные к проносу предметы ей на временное хранение. При этом ФИО1 сдал два мобильных телефона, о наличии других запрещенных к проносу предметов не сообщил, на временное хранение ей не сдал. Ею ведется журнал, в котором цель посещения СИЗО не указывается, а указывается. В качестве кого прибыло лицо. Диктофон является запрещенным к проносу предметом, который можно пронести на режимную территорию с разрешения начальника СИЗО-1.

Независимо от цели прибытия защитника в СИЗО-1 диктофон проносить на режимный объект запрещено. При этом в силу своих должностных обязанностей она не вправе заставить предъявить вещи к досмотру. После прохода через ее пост у нее нет полномочий принять запрещенные к проносу предметы на временное хранение от лица, их пронесшего, имеет место административное правонарушение, предусмотренное статьей 19.12 КоАП РФ.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО4, младший инспектор внутренней службы поста 2А ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области показал, что 01.02.2023 он находился на службе на посту 2А КПП, проводил досмотр лиц, прибывших в СИЗО-1 для прохода на режимную территорию. Он провел досмотр ФИО1 и обнаружил в папке для документов диктофон, о чем сообщил начальнику отдела режима, далее по данному факту был составлен протокол. В должностные обязанности ФИО5 входит разъяснение лицам, прибывающим в СИЗО-1 для прохода на режимную территорию, требования закона о том, какие предметы являются запрещенными. Он достоверно слышал, что ФИО5 разъяснила ФИО1 перечень запрещенных к проносу предметов, предложила их сдать на временное хранение. Изъятие у ФИО1 диктофона происходило 01.02.2023 в его присутствии, о чем он проставил подпись в протоколе изъятия. Также при изъятии диктофона присутствовал оперуполномоченный СИЗО-1 ФИО6

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6, оперуполномоченный ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, показал, что изъятие диктофона на посту 2А происходило без его присутствия, 01.02.2023 протокол изъятия диктофона и протокол об административном правонарушении составлен в его присутствии, о чем им проставлена подпись в протоколах.

Вопреки доводам жалобы ФИО1 оснований для признания протокола об административном правонарушении и протокола изъятия диктофона доказательствами, полученными с нарушением закона, не имеется. Ошибка в дате составления протокола изъятия устранена в судебном заседании показаниями допрошенных свидетелей, которыми подтверждено, что изъятие диктофона состоялось 01.02.2023.

Доводы ФИО1 о том, что в материалах дела отсутствует видеозапись с постов, не свидетельствует об отсутствии в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.12 КоАП РФ, поскольку факт административного правонарушения подтвержден иными доказательствами, в том числе рапортами должностных лиц ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области ФИО3, ФИО5, ФИО6

В материалы дела представлена справка ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области о том, что видеозапись не сохранена за истечением срока ее хранения.

При этом, зная о том, что в производстве мирового судьи имеется протокол об административном правонарушении, составленном в отношении него, ФИО1 ходатайство о запросе видеозаписи с постов у мирового судьи не заявил, а заявил его при рассмотрении жалобы по истечении длительного срока после имевшего место события.

Доводы ФИО1 о том, что фото изъятого у него диктофона, приобщение диктофона к материалам произведено с нарушением требований закона, не могут быть признаны обоснованными, поскольку изъятие диктофона зафиксировано актом от 01.02.2023, составленного в присутствии понятых, подписи которых имеются в протоколе.

Суд не может признать убедительными доводы ФИО1 о том, что он не был извещен о времени и месте судебного заседания на 02.03.2023 по адресу: <адрес>, о времени поступления материалов в суд.

Согласно материалам дела при возбуждении дела об административном правонарушении ФИО1 сообщил адрес места жительства: <адрес>, по которому он был извещен мировым судьей, судебная повестка поучена 20.02.2023 (л.д. 17, 19).

Доводы ФИО1 о нарушении мировым судьей норм процессуального права, связанных с тем, что он был извещен о рассмотрении протокола на 27.03.2023 в 11 часов 30 минут, а фактически протокол рассмотрен мировым судьей 27.03.2023 в 15 часов 00 минут, не нашли своего подтверждения материалами дела.

Действительно, в информационной системе судебного участка № 1 Октябрьского судебного района г. Мурманска имеются сведения о дате судебного заседания по делу № 5-118/2023 в отношении ФИО1 27.03.2023 в 15 часов 00 минут. Вместе с тем, данные сведения объясняются технической ошибкой при заполнении электронной карточки ПИ «АМИРС», которые были размещены в сети Интернет. Из объяснений мирового судьи от 05.09.2023 следует, что фактически судебное заседание по делу состоялось 27.03.2023 в 11 часов 30 минут, о чем ФИО1 был уведомлен телефонограммой.

Данные обстоятельства ФИО1 не оспаривал, знал о судебном заседании 27.03.2023 в 11 часов 30 минут, направив ходатайство об отложении судебного заседания на иную дату. Материалами дела не подтверждается, что судебное заседание было отложено на 27.03.2023 в 15 часов 00 минут.

Вопреки доводам ФИО1 извещение его о времени и месте судебного заседания на 27.03.2023 в 11 часов 30 минут помощником мирового судьи его прав каким-либо образом не нарушают, поскольку помощник мирового судьи извещение его произвел в пределах предоставленных должностных полномочий.

Доводы ФИО1 о необоснованном отказе мирового судьи в удовлетворении его ходатайства об отложении рассмотрения дела об административном правонарушении судья признает необоснованными, поскольку мировым судьей явка лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, в судебное заседание не признана обязательной.

Все иные доводы, приведенные в жалобе, не имеют правового значения, направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств, противоречат совокупности собранных по делу доказательств и не ставят под сомнение наличие в действиях ФИО1 объективной стороны состава вменяемого административного правонарушения.

Несогласие заявителя с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием мировым судьей норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не свидетельствует о том, что мировым судьей допущены нарушения норм материального права и (или) предусмотренные Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях процессуальные требования.

В целом доводы, изложенные в жалобе, сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки мировым судьей, а также к выражению несогласия с произведенной оценкой обстоятельств дела и представленных по делу доказательств, выполненной в соответствии с положениями ст. 26.11 КоАП РФ, не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого постановления, поскольку по существу направлены на переоценку установленных по делу фактических обстоятельств, не нашли своего подтверждения в материалах дела об административном правонарушении, противоречат совокупности собранных по делу доказательств, не опровергают наличие в деянии ФИО1 объективной стороны состава административного правонарушения, за которое он привлечен к ответственности.

Принцип презумпции невиновности при рассмотрении дела об административном правонарушении не нарушен. Бремя доказывания распределено правильно с учетом требований ст. 1.5 КоАП РФ. Каких-либо неустранимых сомнений в виновности, недостатков процессуальных документов, как и доказательств нарушений требований законности, не имеется, положения ст. 1.6 КоАП РФ не нарушены.

Нарушений норм материального и процессуального закона в ходе производства по делу об административном правонарушении не допущено.

Вопреки доводам ФИО1 у мирового судьи не имелось оснований возвращать протокол об административном правонарушении и материалы к нему должностному лицу ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, составившему протокол.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности вынесено мировым судьей с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Административное наказание назначено ФИО1 в пределах санкции статьи 19.12 КоАП РФ с соблюдением требований статей 3.1, 4.1 КоАП РФ, с учетом характера совершенного правонарушения, данных о личности правонарушителя, отсутствия обстоятельств, смягчающих и отягчающих его административную ответственность, является обоснованным.

Конфискация запрещенного предмета является дополнительным административным наказанием, предусмотренным к назначению санкцией статьи 19.12 КоАП РФ, поэтому конфискация у ФИО1 диктофона марки <данные изъяты> в корпусе черного цвета назначена мировым судьей обоснованно.

Оснований для признания совершенного деяния малозначительным, а также для уменьшения размера назначенного административного штрафа, предусмотренных статьями 2.9, 4.1 КоАП РФ, правомерно не установлено мировым судьей, а также не установлено при рассмотрении жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 30.7, 30.8 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка № 1 Октябрьского судебного района г. Мурманска от 27 марта 2023 года о привлечении ФИО1 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Судья И.В. Хуторцева