Дело № 2-688/2022
УИД № 65RS0010-01-2022-001076-50
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
06 декабря 2022 года город Оха Сахалинская область
Охинский городской суд Сахалинской области в составе:
председательствующего судьи Мелиховой З.В.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Рахимовой О.В.,
с участием помощника Охинского городского прокурора Ермакова И.И.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 и ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием.
В обоснование заявленных требований указала, что 03 декабря 2018 года примерно в 21 час 30 минут ФИО2, управляя технически исправным автомобилем №, двигался по улице Карла Маркса в городе Оха, в районе дома 29/24, на нерегулируемом пешеходном переходе совершил на нее наезд. В результате ДТП ей были причинены телесные повреждения - открытая черепно-мозговая травма: субарахноидальное и субдуральное кровоизлияние головного мозга; ушиб головного мозга тяжелой степени; линейный перелом затылочной кости; кома III степени, которые квалифицируются как телесное повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Вина ФИО2 подтверждается приговором Охинского городского суда от 10 сентября 2019 года, согласно которому ответчик признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации. С 03 декабря 2018 года по 21 декабря 2018 года она находилась на стационарном лечении в травматологическом отделении ГБУЗ «Охинская ЦРБ», затем продолжала лечение амбулаторно у невролога с 28 декабря 2018 года по 26 января 2019 года. В период болезни она была нетрудоспособна, не могла осуществлять уход за своим ребенком и уделять ему должное внимание и заботу, была полностью зависима от посторонней помощи, пришлось заново учиться ходить и говорить. С момента ДТП и по настоящее время страдает от головных болей, также наблюдается снижение слуха левого уха и зрения. Заключительный диагноз: последствия ЗЧМТ от 03 декабря 2018 года. Ушиб головного мозга средней степени тяжести. Субдуральная гематома. Цефалгический синдром. Сенсоневральная тугоухость слева (травматического генеза). Астенодепрессивный синдром. Хроническая постравматическая головная боль. Последствия ЧМТ и хроническая посттравматическая головная боль осложнили беременность и роды, которые состоялись 31 марта 2022 года. Она испытывает сильные боли и вынуждена постоянно принимать лекарственные препараты. Учитывая, что на момент ДТП автомобиль находился в собственности ФИО3 Просит суд взыскать с ответчиков денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.
В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО4 на иске настаивали, дополнительно пояснили, что после ДТП прошло более 3 лет, но в настоящее время истец продолжает проходить стационарное и амбулаторное лечение. ФИО1 поступила в больницу в крайне тяжелом состоянии, была кома, придя в сознание она не узнавала своих близких, не могла говорить и не понимала, где находится, и что произошло. Ответчик ФИО2 только единожды оказал материальную помощь, оплатил по чеку сумму в размере 40 000 рублей, больше никакой помощи не оказывал. При этом пояснили, что если бы ответчик ФИО2 пошел на мировое соглашение, то истца устроила компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей.
Ответчик ФИО2 возражал относительно заявленной суммы компенсации морального вреда. В обоснование своей позиции пояснил, что он является единственным кормильцем в семье, на иждивении находятся беременная супруга, которая в настоящее время находится в отпуске по беременности и родам, и ребенок супруги от первого брака, его доход составляет 60 000 рублей. Считает разумной сумму компенсации морального вреда не более 250 000 – 300 000 рублей.
Ответчик ФИО3, в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещался судом по последнему известному месту жительства, от получения почтовой корреспонденции уклонился, судебное извещение было возвращено в адрес суда с отметкой «истек срок хранения».
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 63, 67 и 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по смыслу пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации, по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю.
С учетом изложенного, суд признает ФИО5 надлежаще извещенным о времени и месте судебного разбирательства и руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определил рассмотреть дело в отсутствие неявившегося участника судебного разбирательства.
Заслушав доводы истца и ее представителя, ответчика ФИО2, заключение прокурора Ермакова И.И., полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, изучив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.
Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
Согласно пункту 1 статьи 1079 данного Кодекса юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 указанного Кодекса.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Пунктом 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
Согласно пункту 2 статьи 1101 этого же кодекса размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).
Пунктом 14 поименованного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
В пункте 22 поименованного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, указано, что моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).
Пункт 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, предусматривает, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Из приведенных положений норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда источником повышенной опасности моральный вред компенсируется владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины, при этом размер компенсации определяется судом на основании оценки обстоятельств дела исходя из указанных в пункте 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации критериев, а также общих положений пункта 2 статьи 1083 данного Кодекса об учете вины потерпевшего и имущественного положения причинителя вреда.
Вступившем в законную силу приговором Охинского городского суда от 10 сентября 2019 года, установлено, 03 декабря 2018 примерно в 21 час 30 минут ФИО2, управляя технически исправным автомобилем «№, двигался в восточном направлении по улице Карла Маркса в городе Оха со скоростью примерно 50 км/ч в условиях темного времени суток, пасмурной погоды, снега, метели, видимости в пределах 1 км., по снежному накату асфальтобетонного дорожного покрытия. Подъезжая к нерегулируемому пешеходному переходу в районе дома 29/24 по улице Карла Маркса в городе Оха, обозначенному с обеих сторон проезжей части дорожными знаками 5.19.1 и 5.19.2 «Пешеходный переход», дорожным знаком 2.1 «Главная дорога», дорожным знаком 1.23 «Дети», дорожным знаком 3.24 «Ограничение максимальной скорости (20 км/ч)», водитель ФИО2, проявив небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, имея объективную возможность обнаружить, что по нерегулируемому пешеходному переходу справа налево по ходу его движения в северном направлении проезжую часть автодороги пересекает пешеход ФИО6 (фамилия истца изменена на ФИО1 в связи с вступлением в брак), не уступил ей дорогу, продолжив движение в том же направлении, имея техническую возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие путем своевременного применения экстренного торможения, с момента возникновения опасности не принял мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, чем нарушил требования подпунктов 1.3, 1.5, 10.1, 14.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года №1090, в результате чего совершил наезд на пешехода ФИО6, пересекавшую проезжую часть автодороги в соответствии с требованиями пункта 4.5 Правил дорожного движения.
В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО6 были причинены телесные повреждения: открытая черепно-мозговая травма: субарахноидальное и субдуральное кровоизлияние головного мозга; ушиб головного мозга тяжелой степени; линейный перелом затылочной кости; кома III, которые согласно заключению эксперта «Сахалинского областного центра судебно-медицинской экспертизы» № 9 от 04 марта 2019 года квалифицируются в совокупности как телесное повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.
Согласно представленным медицинским документам (медицинская карта № 3001271-345/05058 458, медицинская карта № 3231-223/03652 312) по настоящее время, ФИО1 периодически проходит лечение в условиях стационара неврологического отделения с посттравматическими симптомами и имеет диагноз: последствия ЗЧМТ от 03 декабря 2018 года. Ушиб головного мозга средней степени тяжести. Субдуральная гематома. Цефалгический синдром. Сенсоневральная тугоухость слева (травматического генеза). Астенодепрессивный синдром. Хроническая постравматическая головная боль.
Согласно части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Обстоятельства совершения в отношении ФИО1 преступления, квалификация действий ФИО2 установлены вступившим в законную силу вышеуказанным приговором и не подлежат оспариванию в рамках данного гражданского дела.
Таким образом, причинение вреда здоровью ФИО1 в результате ДТП, имевшего место 03 декабря 2018 года, подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств. При этом действия ФИО2 совершившего указанное ДТП находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью истца на момент ДТП и последствиями по настоящее время. При таких обстоятельствах суд считает очевидным и доказанным, что истец испытывала физические и нравственные страдания в связи с повреждением здоровья, в связи с чем у нее возникло право требования денежной компенсации морального вреда с ответчика.
Обстоятельств наличия грубой неосторожности в действиях ФИО1, являющихся основанием для применения правил статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом не установлено.
В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что при возложении ответственности по правилам статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо исходить из того, в чьем законном пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда, а вопрос о том, кто является законным владельцем источника повышенной опасности в момент причинения вреда, должен разрешаться судом на основании представленных суду доказательств, в их совокупности и взаимосвязи.
В судебном заседании исследованы копии договора купли-продажи автомобиля №, от 05 октября 2019 года, карточки учета транспортного средства, представленные в рамках судебного запроса отделением ГИБДД ОМВД России по городскому округу «Охинский», согласно которым, по состоянию на 03 декабря 2018 года спорный автомобиль находился в собственности ФИО3
Вместе с тем, ответчик ФИО2, настаивал на том, что в момент ДПТ, а именно 03 декабря 2018 года, собственником автомобиля №, являлся он. Приобрел автомобиль у ФИО3 в ноябре 2018 года, на день ДТП не успел переоформить автомобиль на себя, а после ДТП автомобиль находился на штрафстоянке до рассмотрения по существу уголовного дела.
Из материалов уголовного дела приобщена копия договор купли-продажи автомобиля №, от 23 ноября 2018 года, согласно которому, 23 ноября 2018 года ФИО3 продал ФИО2 вышеуказанный автомобиль.
Таким образом, судом достоверно установлено и не оспаривается сторонами, что в момент ДПТ 03 декабря 2018 года автомобиль №, принадлежал ФИО2, он же управлял автомобилем в момент ДТП.
Таким образом, надлежащим ответчиком по делу является ФИО7, а исковые требования ФИО1 к ФИО3 не подлежат удовлетворению.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание обстоятельства совершения дорожно-транспортного происшествия, в результате которого истцу были причинены телесные повреждения, их характер и степень тяжести, болезненность полученных телесных повреждений, длительность лечения истца, последствия полученных травм, дальнейшее состояние ее здоровья, нравственные страдания и переживания по поводу полученных повреждений, материальное положение ФИО2, являющегося трудоспособным, а также наличие у него на иждивении беременной супруги и ребенка супруги от первого брака.
Судом установлено, что ответчик оказывал помощь истцу в оплате расходов на приобретение куртки и телефона в сумме 40 000 рублей.
Принимая во внимание, что здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, защита которых является приоритетной, а также принимая во внимание, что компенсация морального вреда не преследует цель восстановить материальное положение истца, поскольку произошло умаление неимущественной сферы гражданина, а лишь цель максимально сгладить негативные изменения в психической сфере личности, суд считает необходимым требование о компенсации морального вреда удовлетворить частично, взыскав с ФИО2 в пользу истца в счет компенсации морального вреда 400 000 рублей.
Суд полагает, что данная сумма является адекватной и соответствует последствиям перенесенных и, возможно, переносимых в будущем истцом нравственных страданий, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия и согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.
Доводы ответчика о тяжелом материальном положении его семьи не уменьшают степень физических и нравственных страданий, причиненных истцу, не являются основанием для ущемления прав истца при определении размера компенсации морального вреда. Более того, достоверных и достаточных доказательств невозможности компенсировать моральный вред в установленном судом размере, ФИО2 суд не представлено.
Конституция Российской Федерации в соответствии с целями социального государства, закрепленными в ее статье 7 (часть 1), гарантирует каждому как свободу труда и право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, (статья 34, часть 1). Названные конституционные права могут быть реализованы различными способами, выбор которых обусловливает наделение гражданина соответствующим правовым статусом, включая права и обязанности, а также государственные гарантии их реализации и меры ответственности. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, в том числе из соображений доходности.
В удовлетворении требования о компенсации морального вреда в большем размере суд отказывает.
В порядке статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом требований статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с ответчика в доход бюджета муниципального образования городской округ «Охинский» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, за предъявление истцом исковых требований неимущественного характера.
Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковое заявление ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> (паспорт №), в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес> (паспорт №), компенсацию морального вреда, причинённого дорожно-транспортным происшествием в размере 400 000 (четыреста тысяч) рублей.
В удовлетворении требований ФИО1 о взыскании денежной компенсации морального вреда с ФИО2 в большем размере - отказать.
Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> (паспорт №), в доход бюджета муниципального образования городской округ «Охинский» государственную пошлину в размере 300 рублей.
В удовлетворении требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании денежной компенсации морального вреда - отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Сахалинский областной суд через Охинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено 13 декабря 2022 года.
Председательствующий судья З.В. Мелихова
<данные изъяты>