Судья Кольцова А.В. Дело № 22-2556

Докладчик Баков Н.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

31 августа 2023 года г. Архангельск

Судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда в составе председательствующего Бакова Н.Н.,

судей Фадеевой О.В., Медведевой М.В.

при секретаре Мишиной Г.С.

с участием прокурора отдела прокуратуры Архангельской области Ворсина Д.В.,

осужденного ФИО1 в режиме видеоконференц-связи,

защитника – адвоката Ереминой О.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Ереминой О.А. на приговор Соломбальского районного суда г. Архангельска от 10 мая 2023 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый,

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 6 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Бакова Н.Н. по материалам дела, выступление осуждённого ФИО1 и адвоката Ереминой О.А., поддержавших доводы апелляционной жалоб, мнение прокурора Ворсина Д.В. о законности приговора, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в причинении в период с 8 часов 25 минут до 12 часов ДД.ММ.ГГГГ тяжкого по степени опасности для жизни вреда здоровью З., повлекшего по неосторожности смерть последнего в тот же день.

Преступление совершено в <адрес> при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал. Сообщил, что ДД.ММ.ГГГГ в квартиру, где проживал потерпевший З., не приходил, телесных повреждений последнему не причинял.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Еремина О.А. приводит позицию осужденного, давая ей собственную оценку, считая ее последовательной и подтверждающейся материалами дела. Ссылается на показания С.А.Е., Г., К., Р., С.А.В., полагая, что они свидетельствуют о недостоверности показаний свидетеля Л.Ю.Ю. о производстве работ по обустройству траншеи ДД.ММ.ГГГГ. Приводит доводы о том, что представленные стороной защиты доказательства ложности показаний Л.Ю.Ю. в приговоре суда не приведены. Указывает, что ФИО1 никогда не содержал Л.Ю.Ю., ДД.ММ.ГГГГ на <адрес> не ездил и о таких фактах показаний не давал. Считает, что суд не дал оценку исследованным в суде доказательствам, в том числе всем заключениям судебно-медицинских экспертиз. Так из исследованных показаний З.А.Е., допрошенного в качестве потерпевшего, следует, что тот высказывал свое мнение о лицах, возможно заинтересованных в смерти его отца. По заключениям экспертиз телесные повреждения могли быть причинены З. в период с 12 по 14 октября 2020 года и при иных, чем приведено в приговоре, обстоятельствах, в том числе при падении потерпевшего с последующим соударением с какими-либо предметами. В пользу этой версии, по мнению автора жалобы, свидетельствуют престарелый возраст З. и то, что ранее потерпевший постоянно ломал ребра. Указывает, что показания свидетеля Ш.Р.Б. также являются противоречивыми, чему суд не дал оценку в приговоре. Полагает, что сведения об этапировании Е. в УФСИН по <адрес> не давали суду оснований для принятия решения об оглашении его показаний, поскольку тот мог быть допрошен посредством ВКС. Указывает, что ее подзащитный не был знаком с Е.. Считает, что согласно показаниям С. телесные повреждения З.А.Е. могли быть причинены в указанный в экспертном заключении период с 12 по ДД.ММ.ГГГГ. Приводит довод, что по статистике телефонных соединений по абонентским номерам ФИО1 и Л.Ю.Ю. судом не анализировалось место нахождения базовых станций, в приговоре не указано на какой строке статистики содержатся соединения, на которые ссылается суд, что не позволяет соотнести выводы суда с конкретными доказательством. Отмечает, что базовые станции, приведенные в статистике телефонных соединений Л.Ю.Ю., свидетельствуют о выполнении им работ ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что отказ в удовлетворении ходатайства о допросе в судебном заседании специалиста компании сотовой связи нарушил право осужденного на защиту. Ссылаясь на запрос органа следствия о получении от оператора сотовой связи маршрута движения абонентского номера, указывает, что оператор ответил об относимости запрашиваемых сведений к охраняемой законом тайне. Отмечает, что протокол осмотра диска с информацией о телефонных соединениях, не соответствует требованиям УПК РФ и подлежит исключению из числа доказательств. Суд необоснованно отказал в ходатайствах о допросе специалиста ТЕЛЕ2 и специалиста в области видеотехнических экспертиз, поскольку для исследования телефонных соединений требовались специальные познания. Приводит довод, что заявленное защитой ходатайство об исключении протокола осмотра (т.4 л.д.208-216) и диска в конверте (т.4 л.д.217) рассмотрено только в части протокола, при этом в судебном заседании было установлено, что диск пуст, поэтому содержание протокола не подтверждено первоисточником. Считает, что суд нарушил положения ст. 278 УПК РФ, поскольку после допроса свидетель Л.Ю.Ю. был оставлен в зале судебного заседания до окончания судебного следствия, то есть участвовал в исследовании доказательств, при этом менял свои показания и своим поведением оказывал воздействие на свидетелей и участников процесса. Полагает, что стороне обвинения были предоставлены соответствующие преимущества.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Кононова И.В. просит оставить приговор без изменения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы сторон, судебная коллегия считает приговор законным, обоснованным и справедливым.

Выводы суда о виновности ФИО1 в причинении тяжкого вреда здоровью З., повлекшем по неосторожности его смерть, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, являются правильными, поскольку основаны на совокупности доказательств, проверенных в судебном заседании и получивших оценку в приговоре в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ.

Доводы осужденного о непричастности к совершению установленного деяния тщательно проверялись и как не нашедшие своего подтверждения обоснованно были отвергнуты совокупностью доказательств, исследованных судом и подробно приведенных в приговоре. Предложенную же стороной защиты интерпретацию инкриминируемых ФИО1 действий и имевших место с его участием событий суд проверил в судебном заедании и оценил в соответствии с требованиями ст. 17 УПК РФ.

Согласно показаниям свидетеля Л.Ю.Ю. в декабре 2019 года он познакомил ФИО1 с З., после чего осужденный стал приезжать в квартиру З., привозил последнему продукты питания, спиртное, заменил входную дверь, а также предложил ему постоянно проживать с потерпевшим. Весной 2020 года ФИО1 приобрел у З. квартиру, при этом денежные средства, полученные З. от продажи квартиры, взял себе и распоряжался пенсией З.. После оформления права собственности на квартиру, ФИО1 предложил ему с помощью алкоголя корректировать давление З., страдающего гипертонией, провоцируя скачки давления. С 13 на ДД.ММ.ГГГГ Л.Ю.Ю. находился у З., последний чувствовал себя хорошо, телесных повреждений не имел. Утром ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 пришел в квартиру, ранее принадлежавшую потерпевшему, где З. стал просить у осужденного спиртного. На просьбы потерпевшего ФИО1 нанес З. не менее двух ударов рукой в грудь и затем толкнул потерпевшего рукой в ту же область тела, от чего З. упал, а он с ФИО1 покинули квартиру, закрыв входную дверь на ключ. Вернувшись обратно после 15 часов ДД.ММ.ГГГГ, он обнаружил труп З., после чего позвонил Ш.Р.Б. и попросил перезвонить ФИО1, который не отвечал на его (Л.Ю.Ю.) звонки. Далее ему перезвонил ФИО1. После установления причины смерти потерпевшего осужденный предложил ему скрыться, обещал помочь с работой и жильем, привозил деньги и продукты.

В ходе следственного эксперимента Л.Ю.Ю. указал механизм и локализацию нанесения ФИО1 ударов З..

Согласно ч. 4 ст. 278 УПК РФ свидетели могут покинуть зал судебного заседания до окончания судебного следствия с разрешения председательствующего. При этом закон, вопреки доводам защитника, не содержит запрета на нахождение свидетеля в зале судебного заседания после его допроса, а также на постановку ему дополнительных вопросов сторонами с учетом исследованных в суде иных доказательств. Несмотря на наличие замечаний председательствующего в адрес свидетеля Л.Ю.Ю., доводы апелляционной жалобы о том, что Л.Ю.Ю. в судебном заседании менял свои показания и оказывал воздействие на свидетелей и участников процесса не основаны на материалах уголовного дела, в том числе протоколе судебного заседания.

Е.В.А. свидетельствовал, что в октябре 2020 года Л.Ю.Ю. сообщил ему о нанесении ФИО1 нескольких ударов рукой в грудь З., после чего потерпевший скончался. В последующем он являлся очевидцем разговора между Л.Ю.Ю. и ФИО1, в ходе которого ФИО1 признал, что нанес несколько ударов З.. Также после произошедшего ФИО1 регулярно привозил Л.Ю.Ю. продукты, спиртное, одежду, давал деньги. В конце октября 2020 года Л.Ю.Ю. сообщил ему о предложении ФИО1 уехать в <адрес> с целью сокрытия от сотрудников полиции.

Вопреки доводам апелляционной жалобы показания свидетеля Е. были оглашены в судебном на основании п. 4 ч. 1 ст. 281 УПК РФ вследствие наличия объективных обстоятельств, препятствующих его явке в суд, в том числе для допроса посредством видеоконференц-связи.

Свидетель Ш.Р.Б. показал, что ДД.ММ.ГГГГ узнал от Л.Ю.Ю. о том, что в ходе конфликта ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 нанес З. два удара по телу, после чего потерпевший скончался.

Согласно показаниям свидетеля С.А.В. в 2020 году он по просьбе ФИО1 ухаживал за З.. ДД.ММ.ГГГГ после 15 часов он заходил в квартиру к З. с целью проверки информации о смерти последнего.

В судебном заседании ФИО1 сообщил, что в 15 часов 35 минут ДД.ММ.ГГГГ он звонил С.А.В. и просил его проверить информацию о смерти З..

Согласно заключениям судебно-медицинских экспертиз на трупе З.Е.Г. обнаружены телесные повреждения характера тупой закрытой травмы груди, включающей в себя кровоподтек передней поверхности груди справа; полный, косо-поперечный, разгибательный перелом 5 правого ребра в передней трети; полный, косо-поперечный, разгибательный перелом 6 правого ребра в передней трети; разгибательное разрушение костной мозоли консолидированного перелома 7 правого ребра в передней трети; полный косо-поперечный, разгибательный перелом 8 правого ребра в передней трети; разрывы средней и нижней долей правого легкого; правосторонний гемо-пневмоторакс (200 мл), которые в совокупности по признаку опасности для жизни человека расцениваются как тяжкий вред здоровью, состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшего.

Также обнаружены повреждения, не причинившие вреда здоровью потерпевшего в виде кровоподтека передней поверхности груди слева; кровоподтека левого отдела лобной области; кровоподтека передней поверхности правого плеча, кровоподтека правой локтевой области, кровоподтека передней поверхности правого бедра.

Обнаруженные повреждения являются прижизненными и образовались незадолго до наступления смерти, предположительная давность образования выявленных повреждений может соответствовать периоду времени, не превышающему двух суток до наступления смерти.

Тупая травма груди с переломами ребер образовалась в результате не менее одного воздействия твердого тупого предмета в область груди потерпевшего, который незадолго до наступления смерти алкоголь не употреблял.

Доводы защитника о возможности образования тупой травмы груди у З. в период с 12 по 14 октября 2020 года, в том числе в результате соударения с твердым тупым предметом, пожилой возраст З. и наличие предыдущих переломов ребер, не свидетельствуют о непричастности ФИО1 к причинению тяжкого вреда здоровью З., повлекшего смерть последнего, поскольку вина осужденного в совершенном преступлении при обстоятельствах, указанных в приговоре, установлена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

При этом из заключения и показаний судебно-медицинского эксперта ФИО129 следует, что установленный механизм образования тупой травмы груди З., показания Л.Ю.Ю. и локализация ударов, не исключают возможность образования тупой травмы груди у З. в результате нанесения ударов (удара) кулаком в переднюю поверхность груди потерпевшего.

Заключения судебно-медицинских экспертов являются полными и мотивированными, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ.

Кроме того, показания Л.Ю.Ю. объективно подтверждаются детализацией и сведениями о наличии телефонных соединений и смс-сообщений с осужденным 14 октября 2020 года, расположении базовых станций в период переговоров, протоколом осмотра места происшествия об обнаружении трупа потерпевшего в <адрес>, показаниями свидетелей М., С.А.В., К., М.Е.В., А., А., О.В.А., Ю.Н.И., Г.В.И., Т.Н.В., Д.И.А., К.И.В., Ш.А.В. согласно которым Л.Ю.Ю. проживал с З. и ухаживал за последним, конфликтов между ними не было, насилия Л.Ю.Ю. к потерпевшему не применял, телесные повреждения у З. отсутствовали, при этом последний за несколько месяцев до смерти из квартиры не выходил.

Ссылки защитника на показания свидетелей Г., С.А.Е., К., С.А.В., техническую документацию о производстве работ по обустройству траншеи и укладке кабеля ДД.ММ.ГГГГ не ставят под сомнение показания свидетеля Л.Ю.Ю. и не свидетельствуют о непричастности осужденного к установленному деянию, поскольку его вина установлена на основе совокупности представленных стороной обвинения доказательств, не доверять которым оснований не имеется. Согласно материалам дела осужденному инкриминировалось совершение преступления в период с 8 часов 25 минут до 12 часов ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, при этом указанные лица очевидцами непосредственного деликта не являлись.

Доводы стороны защиты о причастности к содеянному иного лица не основаны на требованиях ст. 49 Конституции РФ и ст. 252 УПК РФ, определяющих пределы судебного разбирательства. При этом показания допрошенного в качестве потерпевшего З.А.Е. в части возможной причастности к содеянному иных лиц являются предположением, что в силу п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ не может быть признано допустимым доказательством.

Совокупность исследованных в судебном заседании доказательств полностью опровергает версии осужденного как о непричастности к причинению тяжкого вреда здоровью З., так и о получении последним телесных повреждений в результате падений либо действий иных лиц. Показания и доводы ФИО1 получили надлежащую оценку в приговоре.

Судом верно установлены время, место, мотив и другие обстоятельства совершения осужденным преступления.

О наличии умысла у ФИО1 на причинение З. тяжкого вреда здоровью свидетельствует характер его действий, количество и локализация телесных повреждений, выявленных у потерпевшего, установленные обстоятельства содеянного.

Исследованные в судебном заседании протоколы осмотров предметов и документов соответствуют положениям ст. ст. 166, 176, 177 и 180 УПК РФ, сомнений в своей достоверности у судебной коллегии не вызывают. Сведения о соединениях между абонентами получены на основании судебных решений. Противоречия в сведениях статистики телефонных соединений, содержащихся на диске и в протоколе его осмотра, устранены в судебном заседании в ходе исследования представленных стороной обвинения доказательств. Невозможность открытия диска с детализацией телефонных соединений свидетеля С.А.В. не свидетельствует о недопустимости протокола его осмотра, поскольку следственное действие проведено уполномоченным должностным лицом, к протоколу приобщены фотоизображения осмотренных сведений в полном объеме, при этом зафиксированная в протоколе информация согласуется с осмотренной детализацией телефонных соединений с абонентского номера, который использовал осужденный.

Оснований для признания представленных стороной обвинения доказательств по делу недопустимыми по основаниям, указанным в апелляционной жалобе, не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы причин, которые бы указывали на заинтересованность свидетелей обвинения в оговоре осужденного, судебной коллегией не установлено и объективных данных в подтверждение этому суду не представлено. Перед допросами указанные участники процесса были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания относительно фактических обстоятельств дела последовательны, согласуются между собой. Оснований не доверять их показаниям у суда не имелось, так как они подробные и непротиворечивые, а также объективно подтверждены иными представленными стороной обвинения доказательствами, в частности экспертными заключениями, протоколами осмотра предметов и места происшествия.

Доводы осужденного об обратном не являются обоснованными. Заявления защитника о наличии судимости и привлечении к уголовной ответственности Л.Ю.Ю. и Е. не ставят под сомнение показания указанных свидетелей.

Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, об ущемлении прав осужденного на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, не имеется. Нарушений принципов состязательности, равноправия сторон и презумпции невиновности, вопреки утверждениям в апелляционной жалобе, в судебном заседании не допущено. Все ходатайства стороны защиты в судебном заседании были разрешены судом после их обсуждения со сторонами и решения об отказе мотивированы. Необоснованного отказа в удовлетворении ходатайств, направленных на представление допустимых и достоверных доказательств стороной защиты, судом не допущено.

При этом суд верно отверг показания свидетеля Р. как недостоверные, мотивировав свое решение в приговоре, в том числе наличием личной заинтересованности в исходе рассмотрения дела, обусловленной имеющимися с осужденным доверительными отношениями.

Судебное следствие окончено с согласия сторон, то есть совокупность исследованных доказательств, по мнению участников процесса, была признана достаточной для вынесения судом законного и обоснованного итогового судебного решения. Ходатайств о дополнении судебного следствия сторонами не заявлялось.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, сопоставив их друг с другом и оценив в совокупности, суд пришел к мотивированному выводу об их достаточности для разрешения дела, обоснованно признав ФИО1 виновным, и правильно квалифицировал его действия по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Оснований для иной квалификации действий осужденного либо его оправдания не имеется.

При назначении наказания ФИО1 суд учитывал характер и степень общественной опасности совершенного преступления, сведения о личности виновного, который в целом характеризуется положительно, совокупность смягчающих наказание обстоятельств: наличие малолетнего и несовершеннолетнего детей, состояние здоровья осужденного и его матери, влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и условия жизни его семьи.

Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, и которые бы не были приняты судом во внимание, по делу не установлено.

Выводы суда о невозможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания в виде лишения свободы, отсутствии фактических и правовых оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. ст. 53.1, 64, 73 УК РФ и назначения дополнительного альтернативного наказания в виде ограничения свободы в приговоре подробно мотивированы, основаны на данных о личности виновного, обстоятельствах содеянного и сомнений не вызывают. Не находит таких оснований и судебная коллегия.

Вид исправительного учреждения – исправительная колония строго режима определен судом в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Назначенное осужденному ФИО1 наказание справедливо и соразмерно содеянному, чрезмерно суровым не является, соответствует требованиям закона, данным о личности осужденного.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Соломбальского районного суда г. Архангельска от 10 мая 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Ереминой О.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Баков Н.Н.

Судьи Фадеева О.В.

Медведева М.В.