РЕШЕНИЕ

И<ФИО>1

27 августа 2025 года <адрес>

Куйбышевский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Кучеровой А.В., при секретаре судебного заседания <ФИО>3,

с участием административного истца <ФИО>2,

представителя административных ответчиков ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН России, федерального казенного учреждения «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>» <ФИО>4,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело <данные изъяты> по административному исковому заявлению <ФИО>2 к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, ФСИН России о признании незаконным бездействия, взыскании компенсации,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец <ФИО>2 обратился в Куйбышевский районный суд <адрес> с иском к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, ФСИН России, требуя признать незаконным бездействие начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, выразившиеся в неисполнении п.п. 2 и 3 ст. 17, ст.ст. 19, 33 Федерального закона от <дата> N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» при рассмотрении заявлений от <дата> по <дата>, поданных <ФИО>2 о переводе в одиночную камеру; взыскать с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств ФСИН России компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

В обоснование требований указано, что с <дата> административный истец содержится под стражей в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН по <адрес>. В период его содержания в декабре 2020 года под психологическим и физическим давлением со стороны сокамерников ФИО2 и ФИО3 и оперуполномоченного <ФИО>5 он вынужден был оговорить себя в совершении преступления под угрозами вреда здоровью и жизни. Перед допросом он рассказал об этом своему адвокату <ФИО>6, и она в протоколе допроса указала на самооговор. В феврале 2021 года он отказался от признательных показаний и подавал заявление в СК по <адрес> о привлечении к уголовной ответственности ФИО2, ФИО3 и ФИО1, но результат был отрицательный. Адвокат <ФИО>6 в декабре 2020 года письменно обращалась к начальнику ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН по <адрес> с просьбой перевести административного истца в одиночную камеру с целью его безопасности, но его не переводили. Он с письменным заявлением о переводе в одиночную камеру в целях безопасности жизни и здоровью, неоднократно обращался к начальнику ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН по <адрес> в 2021, 2022, 2023, 2024 годах, ссылаясь на психологическую несовместимость с сокамерниками, конфликтными ситуациями, но никаких мер по переводу в одиночную камеру предпринято не было. В связи с этим административный истец обратился с жалобой к начальнику ГУФСИН России по <адрес> <дата> исходящий номер ОГ-/672, но ему был направлен формальный ответ от <дата> вх. №ОГ39/ТО/12/4-1806. В 2022 – 2023 годах он так же неоднократно обращался к начальнику ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН по <адрес> с просьбой о переводе в одиночную камеру, но положительного результата не было. По заявлениям об обеспечении личной безопасности с переводом в одиночную камеру, о вызове на личный приём к начальнику, каких-либо действий не принято. В связи с бездействием должностных лиц федерального органа исполнительной власти, препятствующих праву на одиночное содержание в камере, истец испытывает глубокое душевное расстройство, что приводит его к психологической стрессовой депрессии. В этой ситуации он находится длительное время с 2020 года, неоднократно обращался к психологу, но результата нет, так как он постоянно находится в стрессовой ситуации. Врачом-психиатром в 2012 году ему был установлен диагноз: эмоционально неустойчивое расстройство личности, которое продолжает прогрессировать. Причиненный моральный вред оценивает в 300 000 рублей.

Решением Куйбышевского районного суда <адрес> от <дата> административные исковые требования <ФИО>2 к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, ФСИН России о признании незаконным бездействия начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, выразившегося в неисполнении п.п. 2 и 3 ст. 17, ст.ст. 19, 32 Федерального закона № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» при рассмотрении заявлений от <дата> от <дата>, поданных <ФИО>2 о переводе в одиночную камеру; взыскании с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств ФСИН России компенсации морального вреда, оставлены без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Иркутского областного суда от <дата> решение Куйбышевского районного суда <адрес> от <дата> по данному административному делу отменено. Дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Административный истец <ФИО>2 в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме, просил удовлетворить их по основаниям, изложенным в административном исковом заявлении.

Представитель административных ответчиков ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН России, федерального казенного учреждения «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>» <ФИО>4, действующая на основании доверенности, просила отказать в удовлетворении административных исковых требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 46 Конституции Российской Федерации и главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации граждане и организации вправе обратиться в суд за защитой своих прав и свобод с заявлением об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих, в результате которых, по мнению указанных лиц, были нарушены их права и свободы или созданы препятствия к осуществлению ими прав и свобод либо на них незаконно возложена какая-либо обязанность или они незаконно привлечены к ответственности.

Согласно ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

В силу п. 9 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов;

4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

В соответствии с п. 10 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в пункте 14 постановления от <дата> N 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц(например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

В соответствии со статьями 9 и 13 Закона Российской Федерации от <дата> N 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

В исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации (часть 3 статьи 82 Уголовно - исполнительного кодекса Российской Федерации).

Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные Приказом Минюста России от <дата> N 110 в подп. 5.3 п. 5 содержат указание на право подозреваемого, обвиняемого на личную безопасность в местах содержания под стражей.

Согласно п. 21 указанных Правил, при возникновении угрозы личной безопасности подозреваемого или обвиняемого со стороны других подозреваемых или обвиняемых и иных лиц он вправе обратиться с устным или письменным заявлением к администрации СИЗО, которая обязана незамедлительно принять меры по обеспечению его личной безопасности. В указанных случаях подозреваемый или обвиняемый может дополнительно обратиться к администрации СИЗО с использованием информационного терминала (при его наличии и технической возможности).

Начальник СИЗО либо лицо, его замещающее, а при их отсутствии - дежурный помощник начальника СИЗО по такому заявлению либо по собственной инициативе принимает решение о переводе подозреваемого или обвиняемого в другую камеру и (или) осуществляет иные меры, устраняющие угрозу личной безопасности подозреваемого или обвиняемого (п. 22 Правил).

В подп. 256.2 п. 256 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов указывается на перевод подозреваемого, обвиняемого или осужденного в другую камеру при необходимости обеспечения безопасности его жизни и здоровья, а в подп. 256.4 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов указано на наличие достоверной информации о готовящемся преступлении или ином правонарушении (полагаем, в том числе и в отношении вышеперечисленных категорий лиц).

Из материалов дела следует, что <ФИО>2, <дата> года рождения, уроженец <адрес> Республики Бурятия, гражданин Российской Федерации, по национальности русский, ранее судимый, был задержан <дата>. Постановлением Иркутского районного суда <адрес> от <дата> избрана мера пресечения в виде заключения под стражу по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 131 ч.4 п. «б» (2 эпизода), ст. 132 ч.4 п. «б» (2 эпизода) УК РФ. Уголовное дело находится в производстве Иркутского районного суда <адрес>. Срок содержания под стражей продлен по <дата>. <дата> прибыл в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, содержится по настоящее время.

Согласно справке оперуполномоченного оперативного отдела ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, в ФКУ ГУФСИН России по <адрес> содержится обвиняемый по ст. 131 УК РФ <ФИО>2, <дата> года рождения. На профилактическом учете состоит как лицо склонное к сексуальным действиям против половой неприкосновенности несовершеннолетних (протокол дисциплинарной комиссии <номер> от <дата>). Нарушений правил внутреннего распорядка не имеет. За период содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> <ФИО>2, в адрес администрации учреждения с заявлениями об обеспечении личной безопасности не обращался, информация о наличии угрозы жизни и здоровью <ФИО>2, при содержании в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> в оперативный отдел не поступала, конфликтов с сокамерниками не происходило. Физическая сила и специальные средства в отношении <ФИО>2, в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> не применялись. Согласно учетных данных «Журнала регистрации информации о происшествиях» ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, за период с <дата> по настоящее время, у обвиняемого <ФИО>2, телесные повреждения зарегистрированы не были. Согласно «Книге регистрации сообщений о преступлении» ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, заявлений о преступлении, и явок с повинной от обвиняемого <ФИО>2 не зарегистрировано. В безопасное место не размещался, в виду отсутствия оснований, а так же отсутствия оперативной информации о конфликтах с общей массой спецконтингента.

Административный истец в доводах иска указывает, что неоднократно обращался к администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> с заявлениями о переводе в одиночную камеру для обеспечения личной безопасности.

Судом установлено, что с заявлениями о переводе в одиночную камеру для обеспечения личной безопасности <ФИО>2 обращался в ГУФСИН России по <адрес>, и они были рассмотрены с направлением ответов от <дата> № ОГ39/ТО/14-2165, от <дата> № ОГ39/ТО/14-1438.

В ответе от <дата> № ОГ39/ТО/14-2165 на обращение <ФИО>2 разъяснено, что в соответствии со ст. 32 Федерального закона от <дата> № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах на срок более одних суток допускается по мотивированному постановлению начальника места содержания под стражей, санкционированному прокурором, не требуется санкции прокурора на размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах в следующих случаях: при отсутствии иной возможности обеспечить соблюдение требований раздельного размещения, предусмотренных статьей 33 настоящего Федерального закона; в интересах обеспечения безопасности жизни и здоровья подозреваемого или обвиняемого либо других подозреваемых или обвиняемых; при наличии письменного заявления подозреваемого или обвиняемого об одиночном содержании. Согласно учетным данным канцелярии ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> с <дата> по настоящее время заявлений от <ФИО>2 не поступало. Таким образом, <ФИО>2 необходимо обратиться с письменным заявлением к начальнику СИЗО-1 о переводе в одиночную камеру. Конвоирование обвиняемых осуществляется охранно-конвойным подразделением МУ МВД России «Иркутское». Контроль за деятельностью данного подразделения не входит в компетенцию ГУФСИН России по <адрес>.

Из ответа ГУФСИН России по <адрес> от <дата> № ОГ39/ТО/14-1438 следует, что, в соответствии со ст. 32 Федерального закона от <дата> № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах на срок более одних суток допускается по мотивированному постановлению начальника места содержания под стражей, санкционированному прокурором, не требуется санкции прокурора на размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах в следующих случаях: при отсутствии иной возможности обеспечить соблюдение требований раздельного размещения, предусмотренных статьей 33 настоящего Федерального закона; в интересах обеспечения безопасности жизни и здоровья подозреваемого или обвиняемого либо других подозреваемых или обвиняемых; при наличии письменного заявления подозреваемого или обвиняемого об одиночном содержании. Согласно результатов проведенной проверки сотрудниками оперативного отдела ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> конфликтных ситуаций между <ФИО>2 и обвиняемыми, содержащимися в камере <номер> режимного корпуса <номер> не возникают, угроза жизни и здоровью отсутствуют.

<дата> <ФИО>2 обращался в ГУФСИН России по <адрес> относительно возможной угрозы его жизни и здоровью.

Согласно ответу ГУФСИН России по <адрес> от <дата> № <данные изъяты> по факту обращения о возможной угрозе жизни и здоровью в ходе проверки от административного истца было отобрано заявление, в котором указано на отсутствие угрозы со стороны сотрудников и лиц из числа спецконтингента учреждения, а также административный истец отказался от предоставления безопасного места. Кроме того, в результате проверочных мероприятий информация об угрозе личной безопасности, указанная в обращении, не нашла своего подтверждения. Однако, в случае возникновения угрозы личной безопасности в соответствии со ст. 13 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, административный истец вправе обратиться с заявлением к любому должностному лицу учреждения с просьбой о переводе в безопасное место.

Также <дата> <ФИО>2 обращался в ГУФСИН России по <адрес> с жалобой на бездействие сотрудников ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>.

Согласно ответу ГУФСИН России по <адрес> от <дата> исх. № ог-39/ТО/15-1228, порядок подачи предложений, заявлений и жалоб подозреваемых, обвиняемых регламентируется требованиями Приказа Минюста России от <дата> <номер> «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы. Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы». По учетным данным канцелярии ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> (далее - ФКУ СИЗО-1, учреждение), обвиняемый <ФИО>2 за указанный в обращении период, с жалобами и заявлениями в адрес учреждения не обращался. При осуществлении своей служебной деятельности сотрудники учреждения ориентированы на строгое соблюдение норм уголовно-исполнительного законодательства. Кодекса этики служебного поведения, не допускают угроз, оскорбительных выражений, а также иных действий, унижающих человеческое достоинство. Требования, предъявляемые к лицам, содержащимся в ФКУ СИЗО-1, соответствуют функциональным и должностным обязанностям сотрудников.

Кроме того, <ФИО>2 обращался в прокуратуру <адрес> <дата> с доводами о непринятии администрацией ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> мер по обеспечению его личной безопасности путем перевода в одиночную камеру в период содержания под стражей.

Из ответа прокуратуры <адрес> от <дата> <номер>/Он2313-24 следует, что в соответствии со статьей 32 Федерального закона от <дата> № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах на срок более одних суток допускается по мотивированному постановлению начальника места содержания под стражей, в том числе в интересах обеспечения безопасности жизни и здоровья подозреваемого или обвиняемого либо других подозреваемых или обвиняемых, а также при наличии письменного заявления подозреваемого или обвиняемого об одиночном содержании. В соответствии с частью 6 статьи 3 Федерального закона от <дата> № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» меры безопасности в отношении защищаемых лиц, содержащихся в следственных изоляторах или находящихся в местах отбывания наказания, осуществляются учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации. В соответствии с указанными выше нормативными актами решение о применении к <ФИО>2 мер безопасности является компетенцией начальника следственного изолятора и входит в его полномочия. Согласно полученным в ходе проверки сведениям по обращениям <ФИО>2 за период его содержания в следственном изоляторе оснований для обеспечения мер безопасности и помещения в одиночную камеру не установлено. Какие-либо конфликты с его участием в учреждении не регистрировались, информации о поступлении в адрес <ФИО>2 угроз жизни и здоровья в учреждении не имеется, телесные повреждения, свидетельствующие о применении к нему насилия и недозволенных методов воздействия, не выявлялись. В связи с этим нарушений в действиях сотрудников администрации СИЗО-1 не установлено, оснований для принятия мер прокурорского реагирования и привлечения сотрудников УИС к административной ответственности в настоящее время не имеется. Решение начальника СИЗО-1 в части отказа в обеспечении личной безопасности и помещении в одиночную камеру он вправе обжаловать в ГУФСИН России по <адрес> либо ФСИН России.

<дата> и <дата> с заявлениями по обеспечению личной безопасности <ФИО>2 путем перевода в одиночную камеру к начальнику ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> обращалась его адвокат <ФИО>6

В ответе от <дата> <номер> адвокату <ФИО>6 врио начальника ГУФСИН России по <адрес> разъяснено, что сотрудниками оперативного отдела ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Росси по <адрес> проведена проверка, в ходе которой установлено, что в настоящее время у обвиняемого <ФИО>2 нет неразрешенных конфликтов с другими обвиняемыми, угроз жизни и здоровью в адрес <ФИО>2 от других лиц, содержащихся в камере, не поступало.

В представленном суду <ФИО>2 заявлении, датированном <дата>, содержится просьба вызвать его для беседы и урегулирования допущенных нарушений сотрудника прокуратуры, осуществляющей надзор за деятельностью исполнения законодательства в местах лишения свободы и реализации законных прав и свобод, установленных нормами законодательства Российской Федерации.

В заявлении от <дата>, зарегистрированном за <номер>, <ФИО>2 просит вызвать его на прием к врио начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> по личному вопросу.В заявлениях от <дата> и от <дата> также содержится просьба к врио начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> о вызове на прием по личному вопросу.

Кроме того, тексты данных заявлений, представленные административным истцом, не содержат отметок об их передаче администрации следственного изолятора.

Также не содержат таких отметок заявления <дата>, от <дата>, от <дата> о переводе в одиночную камеру.

Согласно Журналу учета предложений, заявлений и жалоб граждан, осужденных и лиц, содержащихся под стражей ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> обращений от <ФИО>2 <дата>, <дата> о переводе в одиночную камеру в целях обеспечения безопасности в адрес администрации не поступало.

<дата> в оперативный отдел ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> поступило заявление обвиняемого <ФИО>2, <дата> года рождения, содержащегося в камере <номер> РК-6 СИЗО-1, о переводе его в камеру одиночного содержания по причине угрозы жизни и здоровью.

По данному факту проведена проверка, и старшим оперуполномоченным оперативного отдела ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> старшим лейтенантом внутренней службы <ФИО>7 составлено заключение <дата>, утвержденное врио начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>.

Согласно указанному заключению, у обвиняемого <ФИО>2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения отобрано письменное объяснение о том, что в настоящий момент конфликтов с сокамерниками у <ФИО>2 нет, морального или физического давления со стороны сокамерников в камере <номер> на него не оказывается, в камере все устраивает.

В ходе проверки были отобраны объяснения у обвиняемых, содержащихся в одной камере с административным истцом <ФИО>2

Из письменного объяснения <ФИО>8, <дата> года рождения следует, что <ФИО>9 содержится в камере <номер> РК-6 СИЗО-1 совместно с обвиняемым <ФИО>2, за время содержания конфликтов между <ФИО>2 и другими сокамерниками не происходило, какого-либо давления на <ФИО>2 со стороны других лиц не оказывалось.

Из письменного объяснения <ФИО>10, <дата> года рождения следует, что <ФИО>10 содержится в камере <номер> РК-6 СИЗО-1, между <ФИО>2 и другими сокамерниками конфликтов не возникало, давления и насилия в отношении <ФИО>2 не оказывалось.

Из письменного объяснения <ФИО>11, <дата> года рождения следует, что <ФИО>11 содержится в камере <номер> РК-6 СИЗО-1, конфликтов в камере между обвиняемыми, в том числе <ФИО>2 не происходило, морального либо физического давления в отношении <ФИО>2 не применялось.

В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий установлено, в настоящее время безопасности жизни и здоровья <ФИО>2 в камере <номер> РК-6 СИЗО-1 ничего никто не угрожает.

У обвиняемого <ФИО>2, <дата> года рождения нет неразрешенных конфликтов с другими обвиняемыми, содержащимися в камере <номер> РК-6 СИЗО-1, угрозы жизни и здоровью в адрес <ФИО>2 от других лиц, содержащихся в камере <номер> не поступало.

Заявление <ФИО>2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, об угрозе его жизни и здоровью признано необоснованным.

Сведений о телесных повреждениях у <ФИО>2 за период содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> не регистрировалось.

Из объяснений административного истца следует, что угрозы в его адрес высказывали ФИО2 и ФИО3. Также в период его содержания в камере <номер> неприязненное отношение к нему демонстрировали ФИО4, сообщавший сотрудникам, что будет конфликт с <ФИО>2, а также с ФИО5.

Вместе с тем, в материалах административного дела имеются письменные объяснения <ФИО>10 от <дата> об отсутствии конфликтов с <ФИО>2

Допрошенный по ходатайству административного истца <ФИО>12 также отрицал конфликтное отношение к <ФИО>2, пояснив суду, что угрозы в адрес административного истца высказывали ФИО5 и ФИО6.

Из показаний свидетеля <ФИО>13 и <ФИО>14 следует, что угрозы в адрес <ФИО>2 высказывали ФИО3 и ФИО7 в 2020 году в камере <номер>.

Оценивая показания свидетелей, суд обращает внимание, что свидетели <ФИО>13 и <ФИО>14 суду пояснили о конфликтах, возникавших с участием <ФИО>2 в 2020 году, при этом в 2021 году ГУФСИН России по <адрес> проводилась проверка по факту возможной угрозы жизни и здоровью <ФИО>2, в ходе которой <ФИО>2 было представлено заявление об отсутствии угрозы со стороны сотрудников и лиц из числа спецконтингента учреждения, а также заявлен отказ от предоставления безопасного места. На это обстоятельство указано в ответе ГУФСИН России по <адрес> от <дата> на обращение <ФИО>2

Показания свидетеля <ФИО>12 опровергаются материалами проверки по заявлению <ФИО>2 от <дата> о переводе в камеру одиночного содержания по причине угрозы жизни и здоровью, в ходе которой, согласно заключению от <дата>, утвержденному врио начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, проводились оперативные мероприятия, были отобраны объяснения у обвиняемых, содержащихся в одной камере с административным истцом <ФИО>2, включая <ФИО>10, угрожавшего со слов <ФИО>12 административному истцу, однако наличие угрозы жизни и здоровью <ФИО>2 в камере <номер> РК-6 СИЗО-1, конфликтов в данной камере между осужденными, установлено не было.

При таком положении, оценивая представленные по делу доказательства в совокупности по правилам ст. 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что в ходе рассмотрения дела не было установлено, что в отношении <ФИО>2 имеется угроза его жизни и здоровью, в связи с чем он должен быть переведен в одиночную камеру.

Каких-либо конкретных фактов применения к <ФИО>2 морального либо физического давления административным истцом не указано.

Обращения административного истца от <дата>, от <дата>, поступавшие в ГУФСИН России по <адрес>, были рассмотрены в установленном порядке.

Обращений от <дата>, от <дата> в Журнале учета предложений, заявлений и жалоб граждан, осужденных и лиц, находящихся под стражей в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> не зарегистрировано.

В Журнале <номер> т.1 зарегистрированы обращения <ФИО>2 от <дата> на телефонные разговоры и на прием к начальнику СИЗО-1, а также административное исковое заявление, от <дата> - на телефонные разговоры, от <дата> – жалоба в прокуратуру, от <дата> – два заявления на прием к начальнику СИЗО-1 и начальнику оперативного отдела по личному вопросу, от <дата> – заявление к начальнику оперативного дела по личному вопросу.

Таким образом, права, свободы и законные интересы административного истца действиями (бездействием) административного ответчика по заявлениям <ФИО>2 о переводе в одиночную камеру для обеспечения его безопасности, не нарушены.

Исходя из положений части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд удовлетворяет заявленные требования об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействия) нарушает права и свободы административного истца, а также не соответствует закону или иному нормативному правовому акту. В случае отсутствия указанной совокупности суд отказывает в удовлетворении требования о признании решения, действия (бездействия) незаконными.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Данная конституционная норма в сфере властно-административных правоотношений реализуется путем закрепления в Гражданском кодексе РФ обязанности возместить ущерб, причиненный государственными органами, а также их должностными лицами.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

При этом под незаконными действиями (бездействием) следует понимать деяния, противоречащие законам и другим правовым актам.

Незаконными являются действия, выходящие за пределы компетенции или должностных полномочий органов и должностных лиц, или же бездействие в случаях, когда соответствующие органы либо лица отказываются от выполнения своих обязанностей.

Для наступления ответственности государства необходимо одновременное наличие следующих составляющих материальное основание такой ответственности: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда (государственного органа); причинно-следственная связь между наступившим вредом и незаконным деянием; вина причинителя вреда.

В случаях, когда в соответствии с законом причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с законом эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 ГК РФ).

В соответствии со статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 1).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5).

Указанные нормы введены в действие Федеральным законом от <дата> N 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и применяются с <дата>.

В соответствии со ст. 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В силу подпункта 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель бюджетных средств отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств и согласно пункту 3 указанной статьи выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации в качестве, представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

Таким образом, по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов власти, предъявляемые к Российской Федерации, от ее имени в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств.

В соответствии подпунктом 6 пункта 7 Положения о ФСИН России, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от <дата> <номер>, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 33).

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В пункте 18 упомянутого выше постановления Пленума Верховного Суда РФ также разъяснено, что наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

В случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда: на <ФИО>1, субъект Российской Федерации, муниципальное образование - за моральный вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статьи 1069, 1070 ГК РФ).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда») разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Как следует из вышеперечисленных норм права, компенсация морального вреда является формой гражданско-правовой ответственности, взыскание компенсации морального вреда возможно при наличии определенных условий, в том числе: установленного факта причинения вреда личным неимущественным правам либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, наличия вины второй стороны и причинно-следственной связи между наступившими последствиями и противоправным поведением ответчика.

Между тем, права административного истца не были нарушены действиями ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, факты бездействия, на которые ссылается <ФИО>2, также установлены не были, в связи с чем не имеется правовых оснований для удовлетворения административных требований <ФИО>2

Заявления от <дата> по <дата>, на которые он ссылается, не поступали в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>.

Иные его обращения по вопросам перевода в одиночную камеру были рассмотрены, фактов угроз его жизни и здоровью ни в ходе рассмотрения обращений <ФИО>2, не при рассмотрении судом настоящего дела, установлено не было.

Оснований для взыскания компенсации, предусмотренной статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд не усматривает, оснований, предусмотренных статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации для удовлетворения заявленных требований о компенсации морального вреда, также не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

административные исковые требования <ФИО>2 к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, ФСИН России о признании незаконным бездействия начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, выразившегося в неисполнении п.п. 2 и 3 ст. 17, ст.ст. 19, 32 Федерального закона № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» при рассмотрении заявлений от <дата> от <дата>, поданных <ФИО>2 о переводе в одиночную камеру; взыскании с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств ФСИН России компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Куйбышевский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Председательствующий: А.В. Кучерова

Мотивированный текст решения изготовлен <дата>