Уникальный идентификатор дела

77RS0029-02-2022-001493-61

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 декабря 2022 г. адрес

Тушинский районный суд адрес

в составе председательствующего судьи Уткиной О.В.,

при секретаре судебного заседания фио,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2110/22 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи, признании права собственности на наследственное имущество,

установил:

фио обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи от 05.02.2019 (зарегистрированного в Росреестре по адрес 14.02.2019) квартиры по адресу: адрес, заключенного между фио и ФИО2, признании за истцом права собственности на указанную квартиру в порядке наследования по закону после смерти матери фио, умершей 25.03.2021, ссылаясь на то, что он является сыном и наследником по закону первой очереди после смерти фио В установленный законом срок истец обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, однако в рамках наследственного дела истцу стало известно, что спорная квартира была отчуждена наследодателем в пользу ФИО2 Вместе с тем, истец утверждает, что в период подписания оспариваемого договора купли-продажи его мать страдала психическим расстройством, прогрессирующей старческой деменцией, на момент заключения договора ей было 79 лет, в связи с чем по состоянию здоровья не могла понимать значение своих действий и руководить ими при заключении договора купли-продажи от 14.02.2019 и в силу чего данный договор является на основании п.1 ст.177 ГК РФ недействительным.

Истец в судебное заседание не явилась, обеспечила явку представителя по доверенности фио, который в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме.

Ответчик в судебное заседание не явилась, обеспечила явку представителя по доверенности фио, который в судебном заседании исковые требования не признал, представил письменные возражения на иск, в которых указал, что ответчик приходится родной племянницей наследодателю фио, с которой у нее сложились очень хорошие отношения, тогда как истец со своей матерью не общался более 15 лет, не мог быть осведомлен о фактах из последних лет жизни матери, которая до последнего сама себя обслуживала, совершала юридически значимые действия, распоряжалась своими денежными средствами.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена о дате времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Третье лицо Управление Росреестра по Москве в судебное заседание не явилось, извещено о дате, времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ, суд, выслушав мнение участников процесса, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся сторон.

Суд, выслушав явившихся участников процесса, огласив показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, по правилам ст.167 ГПК РФ, находит исковые требования подлежащими удовлетворению.

В соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами.

Статьей 454 ГК РФ, предусмотрено, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму.

Из содержания п. 1 ст. 166 ГК РФ следует, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Как установлено в судебном заседании, 25.03.2021 умерла фио, что подтверждается свидетельством о смерти.

Согласно материалам наследственного дела №108/2021, открытому нотариусом адрес фио, единственным наследником имущества умершей 25.03.2021 фио заявившим свои права на наследственное имущество, является ее сын – фио, которому 02.11.2021 выдано свидетельство о праве на наследство по закону в отношении денежных средств, с причитающимися процентами и компенсациями, находящимися на счетах в ПАО Сбербанк.

Одновременно нотариус фио постановлением от 02.11.2021 отказал истцу в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону в отношении квартиры по адресу: адрес, поскольку данных о принадлежности спорной квартиры наследодателю на момент открытия наследства не установлено, согласно выписке из ЕГРН собственником данной квартиры является ответчик ФИО2 (л.д.129-185 том 1).

Факт отсутствия других наследников, принявших наследство, подтверждается сведениями с сайта Федеральной нотариальной палаты России об отсутствии в реестре иных наследственных дел, открытых к имуществу умершей фио

Из материалов дела следует, что 05.02.2019 между фио и ФИО2 был заключен договор купли-продажи квартиры по адресу: адрес, по условиям которого наследодатель обязался передать в собственность ФИО2 принадлежащую ей на праве собственности указанную квартиру, а ФИО2 - уплатить за нее денежные средства до подписания настоящего договора.

Договор зарегистрирован в установленном законом порядке в Управлении Росреестра по адрес 14.02.2019 (л.д.226-243 том 1).

Истец и его представитель, в обоснование исковых требований указывали на то, что фио в момент заключения оспариваемого договора не была способна понимать значение своих действий и руководить ими в силу прогрессирующей старческой деменции и преклонного возраста. Несмотря на то, что истец 20 лет не виделся с матерью, проживал отдельно от нее, но в 2018 г. решил наладить контакт, общались они периодически, истец приходил раз в месяц, ухаживал за матерью, фио подчеркивала, что истец - ее единственный сын. У фио была деменция, она оказалась под влиянием ответчика, которая отобрала телефон, препятствовала общению с сыном, после заключения договора купли-продажи в мае 2019г. истец спросил у фио, продала ли та квартиру, на что она ответила, что нет. У ФИО1 были странности, она принимала таблетки, была сиделка, ее поили каким-то препаратами, стала заторможенной, искала как-то истца на почте и потерялась.

Представитель ответчика, не признавая исковые требования, указывал суду на то, что ФИО2 является племянницей фио - дочерью ее родного брата. Оспариваемый договор был заключен 05.02.2019 и в тот же день фио и фио обратились в МФЦ с заявлением о переходе права собственности на квартиру к ответчику. На период оформления оспариваемого договора фио самостоятельно себя обслуживала, посещала магазины, медицинские учреждения, распоряжалась собственными денежными средствами - 20.05.2019 открывала счет в банке, подавала заявление в МФЦ о переходе права собственности, самостоятельно распоряжалась пенсионными накоплениями, ее психическое состояние не сопровождалось интеллектуально-мнестическими нарушениями, расстройствами сознания, психотической симптоматикой, нарушениями критических и прогностических способностей. Тогда как истец не оказывал матери ни финансовой, никакой либо иной помощи, в принципе не поддерживал с ней отношения более 15 лет, не мог быть осведомлен о фактах из последних лет жизни матери.

Ответчик, поддерживая возражения, также указала, что истец не работал, фио считала сына «пустым местом» и боялась его, она говорила, что отдала сыну все, что могла, он 10 лет не приходил к матери; истец мучал мать, вставлял спички в замочную скважину, говорил, что ждет ее смерти, так как ему нужна квартира. фио была «божьим одуванчиком», всего боялась, считала количество телефонных звонков, чтобы определить «свой-чужой». Одну квартиру фио уже забрали «черные риелторы» и фио боялась остаться на улице. Однажды истец увидел, что ответчик приходит к фио, и подумал, что квартира, возможно, уже не его матери, и тогда началась история с прокуратурой.

Третье лицо - ФИО3, являясь наследником по завещанию (л.д.139 том 1), но которая не подавала заявления о принятии наследства, возражая против требований ФИО1 указала суду, что фио боялась сына, говорила, что боится идти в магазин, вдруг встретит его, он хулиганил, угрожал ножом, не участвовал в ее жизни, только угрожал и сетовал, что она еще не умерла. фио никогда не собиралась оставлять квартиру сыну, в декабре он пришел с «черным риэлтором», который расспрашивал фио о документах на квартиру, она в слезах позвонила в 11 часов вечера и попросила придти утром.

В соответствии с ч. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права и охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Неспособность стороны сделки в момент ее заключения понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания таких сделок недействительными.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у стороны сделки в момент ее заключения, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В силу вышеприведенных положений закона такая сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в п. 1 ст. 177 ГК РФ, согласно положениям ст. 56 ГПК РФ, обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

Проверяя доводы истца о том, что оспариваемый договор купли-продажи спорной квартиры от 05.02.2019 заключенный между фио и ФИО2 является недействительным, суд исследовал наличие оснований, предусмотренных п.1 ст.177 ГК РФ.

Согласно представленному ответу филиала ГБУЗ «Психиатрическая клиническая больница № 4 им. фио ДЗМ» ПНД № 17 фио, паспортные данные, зарегистрированная по адресу: адрес получала консультативно-лечебную помощь с 2019 года, о чем представлена медицинская карта амбулаторного больного № 201604514 (л.д.126-127 том 1). Также судом были истребованы медицинские документы из иных профильных учреждений, где наблюдалась при жизни фио

Допрошенная в судебном заседании свидетель фио сообщила, что была знакома с фио с 90-ых годов, была другом семьи, приходила к ней периодически, сын не часто, но навещал фио, мать не избегала встреч с ним, он выпивал и иногда они ругались, но он был смышленым, помогал матери с техникой, купил пылесос. В 2018-2019гг. дверь им открывала сиделка фио - ее соседка Зина, фио была очень заторможенной, все забывала: несколько раз было такое, что попросит номер телефона, потом положит куда-то и забывает, просит еще; ее (свидетеля) и сына фио узнавала, говорила, что отдаст ему квартиру, потом стала пить много таблеток, ей стало хуже, однажды в 2018г. пошла на почту, но вместо этого стала искать сына и потерялась; в 2019г. в магазин уже не ходила, ходила сиделка. В последний раз свидетель виделась с фио 09.05.2019, на вопрос, подписывала ли она заявление на продажу квартиры, фио отвечала, что нет; потом их перестали пускать к ней (л.д.115, том 3).

Свидетель фио в судебном заседании показала, что отношений с фио у нее не было, с ней она не общалась, но со слов сиделки знает, что фио была в плохом состоянии, однажды потерялась, рвала фото и выкидывала с балкона, часто не соображала из-за таблеток. С истцом свидетель стала общаться в декабре 2019г. и знала, что фио его мать, хотела ему помочь встретиться с матерью, так как его родственники говорили, что он дебошир и пьяница, и матери от встречи с ним будет плохо (л.д.119 том 3).

Свидетель фио в судебном заседании показал, что фио была теткой его отца, в последний раз он видел ее в январе 2019г., тогда она была такая же, как и всегда, была в сознании, ясной памяти, общались, вспоминали детство, интересовалась новостями, она не говорила о сиделке Зине, о какой-то помощи. Истец с матерью не общался, делал матери пакости, резал дверь, вставлял спички, к нему приезжали в поселок, передавали продукты питания (макароны, тушенку), при этом были сомнения, что он может себя обслуживать (л.д.118, том 3).

Между тем, в соответствии с ч. 1 ст. 69 ГПК РФ, свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности.

Таким образом, свидетельскими показаниями могли быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, о совершаемых им поступках, действиях и об отношении к ним.

Установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства у гражданина и его степени требует именно специальных познаний, каковыми свидетели не обладают.

Как разъяснено п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 № 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ).

В ходе рассмотрения дела судом была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено ГБУЗ «ПКБ №1 ДЗМ», и согласно заключению комиссии экспертов №402-4 от 11.11.2022, у фио в юридически значимый период составления и подписания договора купли-продажи квартиры от 05.02.2019 обнаруживалось психическое расстройство в форме органического расстройства личности в связи с сосудистым заболеванием головного мозга F 07.01 по МКБ-10 (ответ на часть вопроса №1).

Об этом свидетельствуют данные представленной меддокументации и материалов гражданского дела о формировании у нее к 2007 г., на фоне длительного течения сосудистого заболевания головного мозга (гипертоническая болезнь, распространенный, в том числе церебральный, атеросклероз, цереброваскулярная болезнь с вертебробазилярной недостаточностью и хронической ишемией головного мозга, визуализируемыми при КТ головного мозга от 2020 г. в виде лакунарной постишемической и дисциркуляторной энцефалопатии), церебрастенической симптоматики (в виде головных болей, головокружения, а в дальнейшем слабости, утомляемости, шума в голове, шаткости походки), с последующим, на фоне прогрессирующего течения сосудистого заболевания головного мозга, усугублением указанных расстройств и усложнением клинической картины с возникновением (начиная с 2013 г.) и прогрессирующим нарастанием (с 2018 г.) неврозоподобных и эмоционально-волевых нарушений (нарушения сна, эмоциональная лабильность, нервозность, возбудимость, раздражительность, а также плаксивость с «утратой интереса к жизни», вялостью, адинамичностью) и органических изменений в когнитивной сфере (фиксируемые, начиная с апреля 2018 г., субъективные жалобы на снижение внимания и памяти на текущие события, указания во врачебной записи от июня 2018 г. на «умеренные когнитивные нарушения»), что в совокупности потребовало в 2018 г. назначения терапии транквилизаторами, а в 2019 г., в связи си возникновением транзиторных состояний сосудистой спутанности с дезориентировкой, неправильным поведением, обращения за психиатрической помощью, и позволило в ноябре-декабре 2019 г. установить диагноз «сосудистая деменция» с фиксацией грубых интеллектуально-мнестических, критических нарушений в сочетании с ослаблением навыков самообслуживания, психической несостоятельностью, бытовой беспомощностью.

Всесторонний анализ медицинской документации и материалов гражданского дела, в совокупности с клиническими познаниями о патогенезе психических расстройств и стадийности развития дементивных процессов, позволяет сделать вывод о том, что обнаруживаемое у фио психическое расстройство в юридически значимый период подписания договора купли-продажи квартиры от 05.02.2019 сопровождалось нарушением критических и прогностических функций, неспособностью к смысловой оценке ситуации, осознанию юридических особенностей сделки и прогнозу ее последствий, и лишало ее возможности понимать значение своих действий и руководить ими.

После проведения судебной экспертизы ответчиком представлено заключение специалиста (Рецензия) № Н/589/12/22 о результатах проверки достоверности и объективности Заключения комиссии экспертов от 11.11.2022 № 402-4 в виде посмертной первичной судебно-психиатрической экспертизы фио, паспортные данные, умершей 25.03.2021, по иску фио к ФИО2 о признании договора купли-продажи квартиры от 14.02.2019 недействительным, в котором указано, что в представленном заключении отсутствуют достоверные данные о наличии у фио выраженных нарушений в эмоционально-волевой и познавательной сферах, которые бы исключали ее сделко-способность (то есть способность понимать значение своих действий и способность руководить ими) на юридически значимый момент. Рецензируемое заключение имеет ряд существенных недостатков, которые позволяют поставить под сомнение всесторонность и полноту проведенного исследования, его научную обоснованность и правильность экспертных выводов. На основании анализа представленных материалов данные экспертного заключения трудно считать в полной мере научно обоснованными, поскольку выводы не вытекают из приведенных данных. Исследование, которым аргументировано основание для его установления, выполнено с грубыми нарушениями действующего законодательства, без соблюдения нормативно-правовых актов, регулирующих проведение психиатрических экспертиз, со ссылками на собственные субъективные суждения, без применения современного научного знания о предмете исследования, что является основанием для признания результатов данной экспертизы сомнительными и недостоверными.

Для подготовки научно-обоснованных, полных и достоверных ответов с учетом требований Приказа М3 РФ от 12 января 2017 года № Зн «Об утверждении Порядка проведения судебно-психиатрической экспертизы», Приказа Министерства здравоохранения РФ от 26 октября 2020 г. № 1149н "Об утверждении унифицированных форм медицинской документации и формы статистического учета и отчетности, используемых при проведении судебно-психиатрической экспертизы, порядков ведения форм медицинской документации, порядка заполнения и сроков представления формы статистической отчетности", Клинических описаний и диагностических указания классификации психических расстройств МКБ-10, необходимо проведение повторной судебной комплексной психолого-психиатрической посмертной экспертизы с привлечением невролога и медицинского психолога.

Однако суд критически относится к рецензии № Н/589/12/22 о результатах проверки достоверности и объективности Заключения комиссии экспертов от 11.11.2022 № 402-4 при этом учитывая, что действующее процессуальное законодательство не предусматривает возможности представления заключения специалиста и рецензии на заключение комиссии экспертов, а также то, что степень ответственности эксперта и рецензента не сопоставима с учетом того обстоятельства, что при назначении судебной экспертизы в ГБУЗ ПКБ №1 им. фио Департамента здравоохранения адрес была соблюдена необходимая процессуальная процедура, связанная с предупреждением эксперта об уголовной ответственности за дачу ложного заключения, исполнение экспертизы в указанном экспертном учреждении находилось на контроле руководства экспертного учреждения, эксперты и участники процесса знакомы между собой не были, что исключает факт незаконности и необъективности составления экспертного заключения и выводов по нему.

Кроме того, специалисту были представлены документы стороной ответчика, судом материалы дела в его адрес не направлялись, для них не заверялись, в связи с чем, невозможно достоверно установить знакомы ли специалисты со всеми материалами дела и обстоятельствами, показаниями участников процесса и свидетелей, поэтому суд полагает выводы о допущенных судебными экспертами нарушениях при производстве судебной экспертизы надуманными, ничем объективно не подтвержденными.

Учитывая изложенное, суд полагает правильным положить в основу решения суда выводы судебной экспертизы, так как оно дано специалистами, являющимися квалифицированными судебными психиатрическими экспертами, пришедшими к единому мнению, изложенному в заключении; эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ; в установленном законом порядке, в их распоряжение были представлены материалы гражданского дела, медицинские документы о состоянии здоровья наследодателя; выводы экспертов согласуются с фактическими обстоятельствами дела и представленными доказательствами, при этом судом установлено, что нарушений Федерального закона №73-ФЗ от 31.05.2001 «О государственной судебно-экспертной деятельности» при даче заключения не имеется.

Оснований для назначения по делу повторной и дополнительной экспертизы по ходатайству представителя ответчика суд не усмотрел, поскольку эксперты в своем заключении оценили и отразили все собранные в материалы дела доказательства, данные в процессе рассмотрения спора объяснения сторон, показания свидетелей, сведения, содержавшиеся в медицинской документации. Все представленные документы были оценены экспертами, и на основе сведений, содержащихся в них, эксперты сделали свои выводы. Указанные выводы являются ясными, понятными, сомнений не вызывают, в связи с чем суд принимает их.

Таким образом, в процессе рассмотрения дела судом установлено, что наследодатель фио имела психическое расстройство, которое лишало ее способности понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления и подписания договора купли-продажи от 05.02.2019.

Доводы стороны ответчика, что наследодатель фио была психически здорова и оснований для сомнения в данном факте отсутствовали, поскольку на период оформления оспариваемого договора фио самостоятельно себя обслуживала, посещала магазины, медицинские учреждения, распоряжалась собственными денежными средствами, подавала заявление в МФЦ о переходе права собственности, самостоятельно распоряжалась пенсионными накоплениями, никакими доказательствами не подтверждены и кроме того, данные доводы не опровергают установленные судом обстоятельства и не свидетельствует об отсутствии порока воли при составлении оспариваемого договора купли-продажи от 05.02.2019.

Оценив собранные по делу доказательства, по правилам ст. 67 ГПК РФ, поскольку гражданский процесс подчиняется принципу диспозитивности и состязательности сторон, суд приходит к выводу, что ответчиком не представлено доказательств, опровергающих доводы истца, в связи с чем приходит к выводу об удовлетворении требований истца о признании недействительным договора купли-продажи от 05.02.2019 квартиры по адресу: адрес, заключенного между фио и ФИО2, зарегистрированного в Управлении Росреестра по адрес 14.02.2019 г. за №77:08:0004002:1195-77/007/2019-2; и применяет последствия недействительности сделки путем возврата в собственность фио спорной квартиры, погасив запись о праве собственности ФИО2 на указанную квартиру в Управлении Росреестра по адрес и признает за ФИО1 право собственности на квартиру по адресу: адрес, в порядке наследования по закону после смерти фио, умершей 25.03.2021.

Разрешая доводы стороны ответчика о том, что суд, в случае признания сделки недействительной, обязан применить двустороннюю реституцию, поскольку расчеты по спорному договору купли-продажи были произведены, на что указано в договоре купли-продажи, суд исходит из следующего.

Правовым последствием признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, является двусторонняя реституция, а также возмещение дееспособной стороной понесенного другой стороной реального ущерба, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны (ст. 171 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако вопреки доводам ответчика, само по себе включение в договор купли-продажи условия о расчете сторон до момента подписания договора (п. 4) (том 1 л.д. 239-240), в отсутствие письменного доказательства о выплате наследодателю стоимости квартиры, не подтверждает данный факт и исключает возможность, взыскания с истца в пользу ответчика, как наследника фио, денежной суммы в размере сумма в порядке двусторонней реституции, поскольку на момент заключения договора купли-продажи истец в силу своего состояния не могла отдавать отчет своим действиям и руководить ими, а потому и соответствующее указание о получении денежных средств, содержащееся в тексте спорного договора, который подписан наследодателем в период ее нахождения в болезненном состоянии, не может свидетельствовать о фактическом получении ею денежных средств от ФИО2

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 - удовлетворить.

Признать недействительным Договор купли-продажи от 05.02.2019 квартиры по адресу: адрес, заключенного между фио и ФИО2, зарегистрированного в Управлении Росреестра по адрес 14.02.2019 за №77:08:0004002:1195-77/007/2019-2.

Применить последствия недействительности сделки и вернуть в собственность фио квартиру по адресу: адрес, погасив запись о праве собственности ФИО2 на указанную квартиру в Управлении Росреестра по адрес.

Признать за ФИО1 право собственности на квартиру по адресу: адрес, в порядке наследования по закону после смерти фио, умершей 25.03.2021.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Тушинский районный суд адрес в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

СудьяУткина О.В.

Решение изготовлено в окончательной форме 20.01.2023.