78RS0004-01-2022-000582-70
Дело № 2-377/2022 27 декабря 2022 года
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Зеленогорский районный суд города Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Заведеевой И.Л.
с участием адвоката Пустовалова М.В.
при секретаре Самофаловой Д.В.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к государственному унитарному предприятию «Водоканал Санкт-Петербурга», ООО «УК «Кантеле» о признании договора водоотведения в части недействительной сделкой,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратился в суд с иском к государственному унитарному предприятию «Водоканал Санкт-Петербурга» (далее-ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга»), ООО «УК «Кантеле» о признании договора водоотведения №-ЖФ-ВО от 10.07.2019г. в части оказания услуг водоотведения с использованием выпуска № недействительной сделкой.
В обоснование заявленных требований истец указывает, что 10.07.2019г. ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга» (в лице филиала «Единый расчетный центр») и ООО «УК «Кантеле» заключили договор водоотведения №-ЖФ-ВО, по условия которого предприятие обязалось осуществить прием сточных вод абонента в централизованную систему водоотведения (систему коммунальной канализации), а абонент обязался соблюдать требования к составу и свойствам отводимых сточных вод, производить предприятию оплату водоотведения.
В приложении № к договору приведен акт разграничения ответственности сторон по сетям канализации, в котором в строках 86-93 указан 8 выпусков из дома по адресу: Зеленогорское ш, <адрес>. Выпуски соответствуют 7 объектам недвижимости, т.е. две квартиры объединены в одну.
На листе 5 структурной схемы канализации указаны границы балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности абонента о осуществляющей водоотведение организации.
По мнению истца, данный договор в части оказания услуг водоотведения с использованием выпуска 88 является недействительной сделкой, поскольку соответствующий выпуск непосредственно присоединенный к сети ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга», принадлежит истцу.
Истец является собственником дома блокированной застройки и выпуска системы водоотведения. В собственности истца находится жилое помещение, расположенное по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>.
Приобретение указанного объекта недвижимости осуществлялось посредством вступления в жилищно-строительный кооператив «ЦДС-Репино» (ОГРН <***>) и уплаты паевого взноса.
ДД.ММ.ГГГГ службой государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга выдано разрешение на ввод в эксплуатацию малоэтажного жилого комплекса: блокированного дома тип 8 (8 блоков).
По данным ЕГРН здание, в состав которого входит принадлежащий истцу объект, имеет значение «жилой дом», а не «многоквартирный дом», при этом земельный участок с кадастровым номером 78:38:0022102:100, на котором расположен объект, имеет вид разрешенного использования (для размещения жилого дома (жилых домов)».
В соответствии с действующими правилами землепользования и застройки данный земельный участок находится в территориальной зоне ТІЖ2-1, имеющей наименование «Жилая зона индивидуальных жилых домов, (отдельно стоящих и (или) блокированных) с участками не менее 150
квадратных метров с включением объектов социально-культурного и коммунально-бытового назначения, связанных с проживанием граждан, а также объектов инженерной инфраструктуры».
29.06.2020г. и 18.08.2020г. <адрес> Санкт-Петербурга в письменной форме изложила свою позицию по вопросу о статусе и порядке управления такими объектами, разъяснив, что они являются не многоквартирными домами, а домами блокированной застройки, общее имущество в которых отсутствует.
Таким образом, принадлежащий истцу объект, необходимо рассматривать в качестве жилого дома. Дома блокированной застройки, в отличие от многоквартирных домов, не имеют общедомового имущества.
Канализационный выпуск № является собственностью истца в силу ст. 135 ГК РФ, устанавливающей, что вещь, предназначенная для обслуживания другой, главной, вещи и связанная с ней общим назначением (принадлежность), следует судьбе главной вещи, если договором не предусмотрено иное.
Условием заключения договора водоотведения является наличие технической предпосылки в виде технического присоединения сетей абонента к сетям водоотводящей организации.
В данном случае объект истца присоединен непосредственно к сети организации, осуществляющей водоотведение. Истец не уполномочивал ООО «УК «Кантеле» на заключение подобного договора с ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга» в отношении своего объекта.
ООО «УК «Кантеле» не имеет каких-либо прав на выпуск системы канализации, соединяющий объект истца с сетью ГУП «Водоканал Санкт- Петербурга».
ООО «УК «Кантеле» не является управляющей организацией в отношении объекта истца.
24.12.2014г между истцом и ООО «УК «Кантеле», ранее имевшим наименование ООО «ЖЭС №» заключен договор 16-6 на управление, техническую эксплуатацию и коммунальное обслуживание малоэтажного жилого комплекса.
В связи с непредставлением информации о расходовании полученных денежных средств, неудовлетворительным качеством и объемом оказываемых услуг, истцом принято решение о расторжении указанного договора.
04.09.2017г. истцом в адрес ООО «УК «Кантеле» письмом направлено уведомление об отказе от договора в одностороннем порядке с момента получения соответствующего уведомления истцом. Письму присвоен почтовый идентификатор 19421413026315.
09.10.2017г. по данным сайта Почты России соответствующее письмо было направлено обратно истцу в связи с истечением срока хранения в почтовом отделении по месту нахождения адресата. В силу ч. 1 ст. 165.1 ГК РФ письмо считается полученным ответчиком.
По мнению истца, фактически ответчиками заключено соглашение об использовании его имущества в отсутствие его согласия на это, что нарушает гарантированное ст. 35 Конституции право собственности истца на принадлежащее ему имущество.
Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о дне, времени и месте слушания дела надлежащим образом извещен, доверил представлять свои интересы в суде представителю.
Представитель истца ФИО2, действующий по ордеру, в судебное заседание явился, настаивал на удовлетворении иска.
Ответчик ООО «УК «Кантеле» в судебное заседание явился, против удовлетворения иска возражал.
Ответчик ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга» в судебное заседание явился, против удовлетворения иска возражал, представил отзыв на иск.
Суд, изучив материалы дела, выслушав объяснения сторон, проанализировав в совокупности все собранные по делу доказательства, приходит к следующему.
В соответствии с ч.1 ст. 11 ГК РФ суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.
Согласно ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.
Условиями предоставления лицу судебной защиты является установление наличия у заявителя принадлежащего ему субъективного материального права и охраняемого законом интереса, и факта его нарушения ответчиком.
Так, задачей гражданского судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.
Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 ГК РФ, а также иными способами предусмотренными законами. Также, способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения.
По смыслу указанной правовой нормы, способы защиты подлежат применению в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения, а нарушено или оспорено может быть только существующее право.
Следовательно, данное право должно существовать и быть нарушено кем-либо из участников правоотношений.
Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса.
Материалами дела доказано, что в собственности ФИО2 имеется объект недвижимости, расположенный по адресу: Санкт-Петербург пос.<адрес>.
Жилое здание (блокированный дом) по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, литер А, корпус 16 (далее - здание), в котором расположена <адрес>, принадлежащая истцу (далее - квартира), входит в состав жилого комплекса по адресу: Санкт-Петербурга, <адрес>, литер А, корпуса 1 - 32, <адрес>, литер А, корпуса 1 - 6 (далее - жилой комплекс).
Водоотведение жилого комплекса осуществляется на основании договора водоотведения от 10.07.2019г. №-ЖФ-BO, заключенного между предприятием и ООО «УК «Кантеле» (далее - договор).
Общий порядок заключения договоров холодного водоснабжения и водоотведения установлен Правилами холодного водоснабжения и
водоотведения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.07.2013г. № (далее- Правила №).
Договор заключен на основании заявления ООО «УК «Кантеле» с приложением документов, предусмотренных п. 17 Правил №, в том числе, согласования присоединения к системе коммунальной канализации от 29.11.2012г. №, выданного для подключения жилого комплекса (в целом) к сетям водоотведения предприятия.
В качестве документа, подтверждающего обязанность ООО «УК «Кантеле» выполнять работы по содержанию и ремонту общего имущества жилого комплекса и предоставлять коммунальные услуги, заключать договоры с ресурсоснабжающими организациями, предоставлен договор об управлении, технической эксплуатации и коммунальном обслуживании малоэтажных комплексов от 02.09.2013г., заключенный на основании решения конференции ЖСК «ЦДС - Репино», оформленного протоколом № от 02.09.2013г., между ЖКС «ЦДС-Репино» (лицом, осуществившем строительство жилого комплекса) и ООО «ЖЭС №» (c 04.07.2018г. переименовано в ООО «УК «Кантеле»).
Жилищное законодательство не содержит запрет на выбор собственниками жилых помещений в домах блокированной застройки организации, в полномочия которой входит заключение договоров ресурсоснабжения с соответствующими поставщиками коммунальных ресурсов в целях предоставления коммунальных услуг указанным собственникам (подп. «б» пункта 10 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011г. №).
Таким образом, при заключении договора требования законодательства не нарушены.
Предметом договора является отведение сточных вод от жилого комплекса в целом, без разделения подключенной нагрузки по канализационным выпускам зданий, входящих в состав жилого комплекса (38 корпусов).
Водоотведение жилого комплекса в систему водоотведения предприятия осуществляется по 243 канализационным выпускам (приложение № к договору).
В договоре не зафиксирована информация о том, посредством каких из канализационных выпусков осуществляется отведение сточных вод конкретно от каждой из квартир (блоков), расположенных в зданиях жилого комплекса, в том числе, в отношении квартиры. Как пояснил ответчик предприятие такой информацией не располагало и не располагает.
В соответствии с п.34 Правил № организация водопроводно-канализационного хозяйства обязана обеспечивать эксплуатацию водопроводных и канализационных сетей, принадлежащих организации водопроводно-канализационного хозяйства на праве собственности или ином законном основании и (или) находящихся в границах эксплуатационной ответственности такой организации в соответствии с требованиями нормативно-технических документов.
ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга», являясь унитарным предприятием, осуществляет содержание и эксплуатацию систем водоотведения, принадлежащих ему на праве хозяйственного ведения (ст. 113 ГК РФ, ст.18 Федерального закона от 14.11.2002г. №-Ф3 «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях»).
Распоряжением Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга от 11.03.2019г. №-рз за предприятием на праве хозяйственного ведения закреплены канализационные сети, посредством которых осуществляется отведение сточных вод от жилого комплекса.
При этом, канализационные выпуски от здания до точки подключения к канализационным сетям, состоящим в хозяйственном ведении предприятия, не передавались предприятию в хозяйственное ведение или эксплуатацию. Соответственно, предприятие не осуществляет их эксплуатацию.
В оспариваемом договоре канализационный выпуск № не идентифицирован как канализационный выпуск квартиры истца, поскольку точками разграничения балансовой принадлежности канализационных сетей и эксплуатационной ответственности сторон по договору являются канализационные колодцы, к которым присоединены канализационные выпуски зданий, входящих в состав жилого комплекса. В связи с этим, участки канализационных сетей, расположенных не в зоне ответственности предприятия (за канализационными колодцами), указаны в договоре схематично.
Схематично выпуск № указан в приложении № к договору (структурная схема канализации, лист 5 из 12 листов).
Учитывая изложенное, предприятие при заключении договора не нарушило вещные права истца на канализационный выпуск, посредством которого осуществляется водоотведение квартиры.
Спорный договор заключен между предприятием и ООО «УК «Кантеле». Истец не является стороной договора.
В период действия договора ни предприятие, ни ООО «УК «Кантеле» не обращались в суд с требованиями о признании договора недействительным по тем или иным основаниям.
Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
В соответствии с п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
Согласно п. 75 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г № «0 применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации») применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды.
Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.
Вместе с тем, истцом не указано какие именно признаки позволяют признать договор нарушающим требования закона или иного правового акта и одновременно посягающим на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.
По утверждению истца договор на управление, техническую эксплуатацию и коммунальное обслуживание жилого комплекса, заключенный им с ООО «УК «Кантеле», расторгнут 09.10.2017г.
Из материалов дела следует, что в указанный период, до заключения договора между предприятием и ООО «УК «Кантеле», истец не обращался в адрес предприятия с заявкой на заключение договора водоотведения в отношении квартиры; документы, подтверждающие право собственности (иное вещное право) на канализационный выпуск от стены здания до точек подключения к канализационной сети предприятия, в порядке, установленном подп. «а» п. 17 Правил №, не предоставлял.
Также предприятию не поступало обращений от истца об отключении канализационного выпуска № от сетей водоотведения предприятия по причине неправомерного использования, об отказе от потребления коммунальной услуги по водоотведению.
Обратное позволяло сделать вывод, что истец предпринимал действия, направленные на защиту своих прав в соответствии со ст. 12 ГК РФ.
Обращений о нарушении качества предоставляемых услуг в отношении жилого комплекса в адрес предприятия не поступало. Оплата за оказанную услугу водоотведения в соответствии с условиями договора предприятию поступает.
Из представленных пояснений и доказательств не усматривается, какое право истца либо какие охраняемые законом публичные интересы нарушены в результате заключения и исполнения договора.
ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга» заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.
Не согласившись с данным заявлением, истец указал, что о существовании оспариваемого договора ему стало известно не ранее 2022г., когда такой договор был предоставлен ООО «УК «Кантеле» в Выборгский районный суд <адрес> о взыскании задолженности по коммунальным платежам с него. Вместе с тем, доказательств данного утверждения истцом не представлено.
Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет 3 года (п. 1 ст. 181 ГК РФ). Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предьявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.
Согласно сведениям, размещенным на официальном сайте Зеленогорского районного суда Санкт-Петербурга, исковое заявление истца зарегистрировано 25.08.2022г.
Договор заключен между предприятием и ООО «УК «Кантеле» 10.07.2019г.
Таким образом, на дату подачи искового заявления истцом прошло более трех лет с момента заключения договора, что свидетельствует о пропуске срока исковой давности.
В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.
Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п.3 ст.123 Конституции и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно ст. 67 ч. 1 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
На основании вышеизложенного, исковые требования ФИО2 к государственному унитарному предприятию «Водоканал Санкт-Петербурга», ООО «УК «Кантеле» о признании договора водоотведения в части недействительной сделкой удовлетворению не подлежат.
Руководствуясь ст.ст.12,56,57,194-197 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В иске ФИО2 к государственному унитарному предприятию «Водоканал Санкт-Петербурга», ООО «УК «Кантеле» о признании договора водоотведения в части недействительной сделкой отказать.
Меры по обеспечению иска, принятые на основании определения суда от 05.09.2022г., в виде запрета ООО «УК «Кантеле» осуществлять своими силами либо с привлечением третьих лиц ограничение или приостановление водоотведения объекта, расположенного по адресу: Санкт-Петербург пос.<адрес>, отменить.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Судья
Решение в порядке ст. 199 ГПК РФ изготовлено 16.02.2023г.
Судья