Решение по делу № 2А-3385/2022 от 27.02.2023 - о признании незаконными бездействия, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, компенсации морального вреда.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Нижний Тагил 27 февраля 2023 года

Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской области

в составе председательствующего судьи Гуриной С.А.,

при секретаре Дорониной А.И.,

с участием административного истца ФИО1,

представителей административных ответчиков: ФИО2, ФИО3, ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании с применением системы видеоконференц связи материалы административного дела № 2а-398/2023 по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний России, ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области, МВД России, МОтд МВД России «Кировградское» о признании незаконными бездействия, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила с административным исковым заявлением к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области о признании незаконными бездействия, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, компенсации морального вреда.

Определение суда от 27.12.2022г. в порядке подготовки дела к судебному разбирательству к участи в деле в качестве соответчика было привлечено ФСИН России, в качестве заинтересованного лица привлечено МО МВД России «Кировградское»

В обоснование требований ФИО1 указал, что с ДД.ММ.ГГГГ. содержался в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области с перерывами. При содержании в СИЗО в указанный период не соблюдалась норма санитарной площади на одного человека 4 кв.м., не было предоставлено индивидуальное спальное место, в камере на 6 мест содержалось 7 человек. Обеденный стол и лавка не вмещали в себя всех, принимать пищу приходилось по очереди, принимать пищу холодной. Периодически отключали воду на 3-4 дня, своевременная доставка воды в необходимых количествах не осуществлялась. Не предоставлялась квалифицированная медицинская помощь. В период болезни коронавирусом содержался в камере №, содержался в ней с заболеванием 30-45 дней, медицинский работник за это время не посещал ни разу, не получал медицинские препараты. Ни разу не предоставлялась помывка, не менялось постельное белье. Содержался в камере № с больным туберкулезом, сам данным заболеванием не страдает.

В период с ДД.ММ.ГГГГ. содержался в ИВС <адрес> с перерывами. В камере окна были закрыты металлическим листом с небольшими отверстиями, окна не открывались, камеры не проветривались, дневной свет в камеру не поступал. Освещения в камере было недостаточным, камеру освещала одна маломощная лампа, которая была вмонтирована в стену над дверью и закрыта металлической решеткой. Не была обеспечена приватность туалета, не был ничем отгорожен. Вентиляция отсутствовала, воздух стоял затхлый и влажный. Отсутствовали розетки, не было возможности вскипятить воду.

В период с ДД.ММ.ГГГГ. около 30 раз был этапирован автодорожным конвоем между <адрес> и <адрес> и обратно. Количество человек во время перевозки превышало допустимое, приходилось ехать стоя или сидя на корточках в проходе. При прибытии в СИЗО-3 приходилось 6-7 часов ожидать в машине приема в изолятор без возможности помещения туалета, не предоставлялась питьевая вода.

В период содержания в СИЗО и ИВС от описанных нарушений испытывал негативные психоэмоциональные переживания, нравственные страдания, испытывал чувство недосыпания, постоянной усталости, испытывал тревогу за свое здоровье, испытывал чувство дискомфорта из-за переполненности камер и спецавтомобилей. Указанное обращения является бесчеловечным, унижающим человеческое достоинство, что причинило моральный вред. Просит признать незаконными действия ФКУ СИЗО-3 по несоблюдению надлежащих условий содержания под стражей, взыскать компенсацию морального вреда, вытекающего из нарушения личных неимущественных прав и нематериальных благ в размере 600000 рублей.

Определением суда от 27.01.2023г. к производству приняты уточненные административные требования административного истца также о компенсации морального вреда в размере 600000 рублей за нарушение условий содержания в ИВС <адрес> и при транспортировке спецавтотранспортом.

Определением суда о 27.01.2023г. к участию в деле в качестве соответчиков привлечены МВД России, МОтд МВД России «Кировградское»; в качестве заинтересованных лиц привлечены – ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России, филиал медицинская часть № 8 МСЧ-66.

Административный истец ФИО1 принявший участие в судебном заседании посредством использования системы видео-конференц связи, поддержал доводы административного искового заявления и административные исковые требования в полном объеме. Просил восстановить срок для обращения в суд с административным исковым заявлением, просил учесть отсутствие юридического образования, отбывание наказания в виде лишения свободы, что затрудняет обращение за юридической помощью. Указал, что его требования направлены на восстановление его неимущественных прав путем компенсации морального вреда, исковая давность на требования о компенсации морального вреда не распространяется.

Представитель административных ответчиков ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, как по существу требований, так и в связи с пропуском срока обращения в суд, просила в их удовлетворении отказать в полном объеме по доводам, изложенным в письменном возражении. Суду пояснила, что отсутствуют доказательства указанных истцом условий содержания в СИЗО-3, истец не более коронавирусом, данный диагноз ему не был установлен. Также не содержался в одной камере с больным туберкулезом, у данного лица, с которым содержался ФИО1 было установлено клиническое излечение туберкулеза легких. Истцом пропущен процессуальный срок для обращения в суд с административными исковыми требованиями. Заявленный размер компенсации вреда необоснован и чрезмерно завышен.

Представитель административного ответчика МОтд МВД России «Кировградское» - ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, как по существу требований, так и в связи с пропуском срока обращения в суд, просила в их удовлетворении отказать в полном объеме по доводам, изложенным в письменном возражении

Представитель ответчика МВД России ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала, как по существу требований, так и в связи с пропуском срока обращения в суд, истец содержался в ИВС по ДД.ММ.ГГГГ., в суд обратился лишь в конце ДД.ММ.ГГГГ., доказательств наличия уважительных причин пропуска срока истцом не представлено.

Суд, выслушав административного истца и представителей административных ответчиков, исследовав и оценив материалы дела, приходит к следующему.

На основании ст. 46 Конституции Российской Федерации, главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации граждане могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Частями 9, 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия);

б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен;

в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;

4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В силу части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд удовлетворяет требование о признании незаконными действий, решения органа государственной власти только при установлении совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых действий, решения органа государственной власти нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца оспариваемыми действиями, решением органа государственной власти (пункт 1). При отсутствии совокупности названных условий, суд отказывает в удовлетворении требования о признании незаконными оспариваемых действий, решения органа государственной власти (пункт 2).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5).

Указанные нормы введены в действие Федеральным законом от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту – Закон № 494-ФЗ) и применяются с 27 января 2020 года.

В силу части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными (далее – Правила) приняты Конгрессом организации объединенных наций по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями в г. Женева 30 августа 1955 года.

В силу пункта 10 части 1 Правил все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию.

От заключенных нужно требовать, чтобы они содержали себя в чистоте. Для этого их нужно снабжать водой и туалетными принадлежностями, необходимыми для поддержания чистоты и здоровья (пункт 15 Правил).

Для того, чтобы заключенные могли сохранять внешний вид, совместимый с их человеческим достоинством, им нужно давать возможность заботиться о своей прическе и бороде, позволяя мужчинам регулярно бриться (пункт 16 Правил).

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Одним из основных принципов норм международного права и права Российской Федерации является создание осужденным к лишению свободы условий содержания, совместимых с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха и тревоги. Не допускается причинение лицу лишений в более высокой степени, чем тот, который неизбежен при лишении свободы и предусмотрен с учетом требований к режиму содержания.

В соответствии со статьей 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (часть 1). Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (часть 2).

Согласно ч. 1 ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В соответствии со ст.ст. 15, 17, 21, 53 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Содержание под стражей осуществляется в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Каждому гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями

На основании ст. 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5473-I "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" указано, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 КоАП РФ, статьи 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статьи 93, 99, 100 УИК РФ, п. 2 ст. 8 Федерального закона от 24 июня 1999 года N 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних", часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", ст. 2 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения").

Согласно п. 14 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

Согласно ч. 3 ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Материально-бытовое обеспечение осужденных к лишению свободы регламентировано статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации.

Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ) регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В силу положений статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 названного Федерального закона.

Согласно пункту 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста России от 14 октября 2005 года № 189 действовавшим в спорный период времени и утратившим силу 16 июля 2022 года (далее – Правила внутреннего распорядка), камеры следственного изолятора оборудуются одноярусными или двухъярусными кроватями; столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

В соответствии с пунктом 45 Правил внутреннего распорядка не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Административным истцом в судебном заседании указано на нарушение условий содержания под стражей в ФКУ СИЗО-3, выразившихся в нарушении нормы жилой площади на человека, превышении лимита осужденных содержащихся в камере, не хватки индивидуальных спальных мест, отсутствие воды, не предоставление помывки, отсутствия смены постельного белья, отсутствие квалифицированной медицинской помощи при болезни коронавирусом, содержание в одной камере с лицом, болеющим туберкулезом.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области в период с ДД.ММ.ГГГГ. Содержался в камерах №№

Из представленных административным ответчиком данных и Журнала количественной проверки лиц, содержащихся в СИЗО-3 № следует, что в камере № был превышено количество содержащихся человек, поскольку на площади 15,33 кв.м., предусмотрено 4 спальных места, в то время как в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 4-7 человек, что также свидетельствует о нехватки спальных мест, расположенных в камере на всех, содержащихся в ней лиц.

Иные доводы административного истца, не нашли своего подтверждения в ходе судебного заседания, опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Согласно справке зам.начальника ФКУ СИЗО-3 ФИО5 ФИО1 был обеспечен постельными принадлежностями, выдача постельных принадлежностей отражена в камерной карточке ФИО1 Камеры оборудованы согласно требованиям п. 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189 и приказа ФСИН России от 27.07.2006г. № № - кроватями, столом и скамейками. Помывка со сменой постельного белья осуществляется в банно-прачечном комплексе в соответствии с утвержденным графиком, но не реже 1 раза в неделю.

Все камерные помещения СИЗО расположены в здании «Режимный корпус, в том числе медико-санитарная часть», ДД.ММ.ГГГГ постройки, техническая характеристика здания проведена ДД.ММ.ГГГГ., о чем представлен технический паспорт. В техническом паспорте здания режимного корпуса указана площадь помещений без указания номера камеры. Система горячего водоснабжения здания режимного корпуса ДД.ММ.ГГГГ постройки не предусмотрена конструктивной особенностью, в камерах предусмотрено только холодное водоснабжение. Лицам, содержащимся под стражей разрешается пользоваться электрокипятильниками дна нагрева и кипячения воды. Горячая вода для стирки и гигиенических целей выдавались лицам с учетом их потребности при наличии соответствующего обращения. Отопление и горячее водоснабжение для санитарной обработки (помывки) осуществляется централизовано НТ МУП «Тагилэнерго».

Холодное водоснабжение осуществляется ОАО ВГОК, в аварийных ситуациях водоснабжение осуществляется из находящихся на балансе учреждения скважин, из двух накопительных емкостей по 250 куб.м. каждая. Отопление и ГВС, в том числе для санитарной обработки (помывки) осуществляется от котельной НТ ПУМ «Тагилэнерго». За период с ДД.ММ.ГГГГ. аварийной остановки насосного оборудования, прорыва трассы ХВС и ГВС зафиксировано не было.

Санитарная обработка лиц организована в соответствии с п. 45 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от 14.10.2005г. №. Помывка спеконтингента содержащегося под стражей в указанный период осуществлялась в соответствии с установленным графиком в банно-прачечном комбинате не реже 1 раза в неделю продолжительностью не менее 15 минут. Даты помывок, время помывок, номера камер и количество лиц в данных камерах отражены в Журнале № Учета проведения санитарной обработки спецконтингента (в камере № в период с 19ДД.ММ.ГГГГ. истцу предоставлялось право на санитарную обработку 1 раз в неделю продолжительностью не менее 15 минут). Смена постельного белья осуществляется еженедельно после проведения санитарной обработки в банно-прачечном комбинате.

Размещение по камерам подозреваемых, обвиняемых и осужденных осуществляется в соответствии с требованиями ст. 33 Федерального закона № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» на основании плана покамерного размещения. Размещение больных подозреваемых, обвиняемых и осужденных производится по указанию медицинского работника медицинской организации уголовно-исполнительной системы. Больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе и наблюдении размещаются отдельно от других подозреваемых, обвиняемых.

По данным ФКУЗ МСЧ № ФСИН России в период с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 за медицинской помощью в филиал Медицинская часть № МСЧ-66 не обращался. По данным филиала «Медицинская часть №» ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России согласно Журнала учета инфекционных заболеваний ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ. не переносил заболевание новой коронавирусной инфекции.

В период с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 содержался в камере №, с больными с активной формой туберкулеза не содержался. В указанный период в данной камере совместно с ФИО1 содержался ФИО6, у которого по результатам консультации врача-фтизиатра от ДД.ММ.ГГГГ. выставлен диагноз: <...>

Административным истцом в судебном заседании указано на нарушение условий содержания под стражей в ИВС <адрес>, выразившихся в отсутствии вентиляции, невозможности проветривания камеры, плохого освещения, не соблюдение приватности при отправлении естественных нужд, отсутствия розеток.

ФИО1 содержался в ИВС МОтд МВД России «Кировградское» содержался в периоды с ДД.ММ.ГГГГ

Доводы административного истца об отсутствии надлежащей вентиляции в камерах ИВС нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Согласно заключению Общественной Наблюдательной Комиссии Свердловской области по результатам посещения МО МВД России «Кировградское» от ДД.ММ.ГГГГ. ИВС расположено в подвале здания, окна заделаны ржавыми металлическими листами с небольшими отверстиями, открыть их невозможно. Санузлы не оснащены дверцами, что нарушает условия приватности. В камерах нет вентиляции обдув помещений осуществляется через открытые двери с помощью большого вентилятора, установленного в конце коридора.

Согласно данным Прокуратуры <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. приточно-вытяжная вентиляция в камерах отсутствует, помещения нуждаются в проведении капитального ремонта. Согласно данным ГУ МВД РФ по Свердловской области от ДД.ММ.ГГГГ. нашли свое объективное подтверждение нарушения в части отсутствия в камере окон, приточно-вытяжной вентиляции, условий приватности санитарных узлов.

По сведения МОтд МВД России «Кировградское» в период содержания ФИО1 в камерах имелись вентиляционные отверстия, установлены вентиляторы на окнах. Приточно-вытяжная вентиляция была установлена только в ДД.ММ.ГГГГ. при проведении капитального ремонта в ИВС.

Доводы о ненадлежащем освещении камер не нашли своего подтверждения в ходе судебного заседания, опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами. Из представленной по запросу суда информации следует, что все камеры ИВС оборудованы 3 потолочными светильниками закрытого типа, размещенными в нише над дверью, мощность лам по 11 Вт каждая, на ночь две лампы отключаются.

Инструкцией по проектированию объектов органов внутренних дел МВД России (Сп12-95) оборудование камер розетками для подключения электроприборов не предусмотрено. По требованию выдается кипяток.

Административным истцом в судебном заседании указано на нарушение условий перевозки при этапирован автодорожным конвоем, выразившихся превышении количества одновременно перевозимых в машине человек, длительном ожидании в машине приема в изолятор без возможности помещения туалета, не предоставлении питьевой воды.

Из ответов на судебный запрос следует, что на балансе МОтд МВД России «Кировградское» состоит 2 автомобиля типа АЗ: <...>

ФИО1 был этапирован из СИЗО-3 в ИВС МОтд МВД России «Кировградское» и обратно 23 раза. Из предоставленных данных о количестве этапированных совместно с ФИО1 следует, что лимит наполняемости автомобилей превышен не был.

Исследовав представленные суду доказательства суд приходит к выводу о том, что не подлежат удовлетворению административные исковые требования истца о признании незаконным бездействия административных ответчиков, выразившееся в необеспечении надлежащих условий содержания под стражей в спорный период, в связи с пропуском срока для обращения с указанными административными исковыми требованиями, заявленного стороной ответчика.

Статьей 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 1). Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании (часть 5).

Пропущенный по указанной в части 6 приведенной статьи или иной уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено данным кодексом (часть 7).

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8).

Исходя из пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее по тексту – Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47), проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

В соответствии с пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 в силу частей 2 и 3 статьи 62, подпунктов 3,4 части 9, части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика – соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

В части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

При этом следует учитывать позицию Конституционного Суда Российской Федерации относительно пропуска срока на судебное обжалование. В пункте 3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 18.11.2004 N 367-О указано, что само по себе установление в законе сроков для обращения в суд с заявлениями о признании ненормативных правовых актов недействительными, а решений, действий (бездействия) - незаконными обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность административных и иных публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушающее право на судебную защиту, поскольку несоблюдение установленного срока в силу соответствующих норм АПК РФ не является основанием для отказа в принятии заявлений по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, - вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, т.е. в судебном заседании. Заинтересованные лица вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если пропуск срока был обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению судом.

Одновременно в силу пункта 2 части 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, должностного лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет, соблюдены ли сроки обращения в суд.

Суд учитывает, что ФИО1 фактически нарушен (не соблюден) срок обращения с данным административным иском. ФИО1 убыл из ФКУ СИЗО-3 ДД.ММ.ГГГГ., из ИВС <адрес> ДД.ММ.ГГГГ., об оспариваемых им нарушениях, ему было известно при убытии из СИЗО-3 и ИВС.

Административный истец не оспаривал, что из ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области он убыл ДД.ММ.ГГГГ., в суд с указанным административным исковым заявлением он обратился ДД.ММ.ГГГГ., то есть по истечении почти 1 года 8 месяцев после убытия из учреждения, сведений о наличии уважительных причин пропуска данного срока судом не установлено. Суд считает, что административный истец имел возможность обратиться с настоящим иском в суд в сроки, так как ограничения для обращений за защитой своих прав у административного истца отсутствовали.

Доказательства наличия каких-либо уважительных причин, объективно препятствовавших подаче заявления об оспаривании бездействия администрации, связанных с личностью самого истца (например, тяжелая болезнь, физически препятствующая подаче административного искового заявления), административным истцом суду не представлено и судом не установлено.

Доводы административного истца о том, что имеются основания для восстановления пропущенного срока обращения в суд, поскольку в силу юридической безграмотности он не знал о нарушении своих прав и права на обращение в суд, судом отклоняются как основанные на неверном толковании действующего законодательства.

Исходя из положений статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, срок на обращение в суд исчисляется со дня, когда гражданину стало известно о нарушении его прав, свобод и законных интересов, а не с момента, когда он узнал о возможности воспользоваться иным способом защиты своих нарушенных прав.

Сам факт того, что административным истцом была получена информация о возможности об ращения в суд с административным исковым заявлением, не свидетельствует о том, что о нарушении прав административному истцу стало известно только в ДД.ММ.ГГГГ году. Причины, приведенные административным истцом в качестве оснований для восстановления срока (о соблюдении срока на обращение в суд), судом отклоняются, указанные причины не свидетельствуют о соблюдении срока обращения в суд и не могут быть расценены в качестве уважительных с учетом установленных обстоятельств дела.

Установление в законе сроков для обращения в суд с административным исковым заявлением, а также момента начала их исчисления относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя, обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушение конституционных прав граждан, поскольку в соответствии с частями 5 и 7 статьи 219 КАС Российской Федерации несоблюдение установленного срока не является основанием для отказа в принятии таких заявлений: вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, т.е. в предварительном судебном заседании или в судебном заседании; заинтересованные лица вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если пропуск срока был обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению судом (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2016 года № 2599-О, от 28 февраля 2017 года № 360-О, от 27 сентября 2018 года № 2489-О, от 25 июня 2019 года № 1553-О и др.).

Обязанность доказывания срока на обращение в суд и уважительность причин пропуска указанного срока прямо возлагается на административного истца, между тем административным истцом доказательств соблюдения срока на обращение в суд, обстоятельств, объективно препятствующих своевременному обращению в суд за защитой нарушенных прав, препятствий со стороны администрации исправительного учреждения в реализации его права на обращение в суд и уважительности причин столь длительного пропуска срока, не представлено.

Учитывая изложенное, суд, оценив представленные сторонами доказательства, приходит к выводу, что требования административного истца о признании незаконным бездействия по необеспечению условий содержания и взыскании компенсации за нарушение указанных условий содержания удовлетворению не подлежат по причине пропуска административным истцом срока на обращение в суд и отсутствие уважительных причин для его восстановления, что в силу положений части 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

В судебном заседании истцом также указано на взыскание в его пользу компенсации морального вреда, причиненного в связи с нарушением условий его содержания в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области в период с ДД.ММ.ГГГГ. и в связи с нарушением условий содержания в ИВС <адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ. Административным истцом было заявлено, что он просит рассмотреть свое требование о возмещении морального вреда, причиненного нарушением неимущественных прав из-за ненадлежащих условий содержания под стражей, на которые срок исковой давности не распространяется.

Суд полагает, что имеются оснований для удовлетворения требований ФИО1 о компенсации морального вреда, поскольку приходит к выводу о том, что факт нарушения условий его содержания в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области и в ИВС МОтд МВД России «Кировградское» в спорные периоды времени нашел свое подтверждение.

Исходя из совокупности вышеприведенных положений действующего законодательства и установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о наличии у ФИО1 права на присуждение компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконных действий, бездействия должностных лиц государственного органа, связанных с несоблюдением санитарной нормы жилой площади в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области в период содержания административного истца под стражей.

При этом суд исходит из положений статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей присуждению в пользу ФИО1, суд принимает во внимание, что доказательств значительности физических и нравственных страданий административный истец не представил, а также учитывает его индивидуальные особенности, длительность периода, в течение которого ФИО1 содержался с нарушением условий содержания под стражей, и полагает возможным взыскать в пользу последнего 10000 рублей, что будет отвечать принципам разумности и справедливости.

В соответствии с подп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в качестве представителя выступает главный распорядитель средств федерального бюджета.

На основании подпункта 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации (утв. указом Президента РФ от 13.10.2014 № 1314) ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

При таких обстоятельствах взыскание компенсации должно быть произведено с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания Российской Федерации.

Также исходя из совокупности вышеприведенных положений действующего законодательства и установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о наличии у ФИО1 права на присуждение компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконных действий, бездействия должностных лиц государственного органа, связанных с отсутствие вентиляции в камерах, отсутствия условий приватности санитарных узлов в ИВС МОтд МВД России «Кировградское» в период содержания административного истца под стражей.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей присуждению в пользу ФИО1, суд принимает во внимание, что доказательств значительности физических и нравственных страданий административный истец не представил, а также учитывает его индивидуальные особенности, длительность периода, в течение которого ФИО1 содержался в ИВС МОтд МВД России «Кировградское» с нарушением условий содержания под стражей, и полагает возможным взыскать в пользу последнего 5000 рублей, что будет отвечать принципам разумности и справедливости.

Взыскание компенсации должно быть произведено с Российской Федерации в лице в лице МВД России.

В силу ч. 9 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истцом удовлетворены требования о компенсации морального вреда, а не о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, решение не подлежит немедленному исполнению.

Руководствуясь ст.ст. 175-180, 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

Административные исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей 00 копеек.

Взыскать с Российской Федерации в лице МВД России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Свердловского областного суда через Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Гурина С.А.