Решение по делу № 2А-909/2023 от 20.02.2023 - о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области.

УИД: 51RS0001-01-2023-000324-45

Дело № 2а-909/2023

Принято в окончательной форме 20.02.2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 февраля 2023 года город Мурманск

Октябрьский районный суд города Мурманска

в составе:

председательствующего – судьи Шуминовой Н.В.,

при секретаре – Копликовой О.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению ФИО2 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с административным исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области (далее – учреждение).

В обоснование заявленных требований указал, что в период времени с июня 2002 года по август 2004 года он содержался в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области. При этом в камерах в силу их повышенной заполняемости не хватало спальных мест, как из-за нехватки светильников, так и из-за наличия на окнах заслонов, которые препятствовали нормальному попаданию света с улицы и мешали циркуляции воздуха, приходилось спать на бетонном полу. Не было достаточной освещенности, что плохо сказывалось на зрении, курящие содержались с некурящими. В камерах было грязно, отсутствовало горячее водоснабжение. Полагает, что все вышеуказанное свидетельствует о серьезном нарушении его прав в виду незаконного бездействия ответчиков, не предпринимавших достаточно шагов по устранению всех негативных моментов. Ссылаясь на положения ст. 53 Конституции РФ, просит взыскать компенсацию за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области в размере 300.000 рублей.

Административный истец в судебном заседании поддержал доводы искового заявления, пояснил, что поскольку стороной административных ответчиков не представлено доказательств, опровергающих его позицию, то его требование подлежит удовлетворению, поскольку из-за нечеловеческих условий в камерах было грязно, душно, все санитарно-гигиенические процедуры проводились только с холодной водой, что не добавляло удобства. Просит иск удовлетворить.

Представитель административных ответчиков ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России ФИО3 в судебном заседании пояснила, что с административным исковым заявлением не согласна. С учетом давности событий, представить каике-либо данные о том, когда и в каких конкретно камерах содержался ФИО2 невозможно в силу того, что все документы уничтожены за истечением срока хранения, а база ПТК АКУС в рассматриваемый период не велась. При этом ряд камер в учреждении и в тот период времени имел горячее водоснабжение, достоверно утверждать, что ФИО2 не мог в них содержаться, в настоящее время невозможно. Во всех камерах того периода имелись окна с форточками для естественной вентиляции, также имелись и вентиляционные отверстия над входными дверями в камеры, учитывая, что вентиляция осуществлялась естественным образом. Наличие дополнительных жалюзи снаружи окон устанавливалось приказом МВД СССР № 040 от 21.01.1971, как и условия содержания, которые также определялись Правилами внутреннего распорядка, утвержденных приказом Минюста РФ № 148 от 12.05.2000 (далее – ПВР), согласно которым все подследственные обеспечивались спальными местами, а камеры оборудовались дневным и ночным освещением. Прямой обязанности обеспечения централизованного горячего водоснабжения в камерах учреждения для администрации учреждения требованиями Федерального закона РФ от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» на тот период не устанавливалось. При этом размещение курящих отдельно от некурящих осуществлялось по возможности. Указала, что обеспечение подозреваемых и обвиняемых в камерах горячей водой для стирки и гигиенических целей, а также кипяченой водой для питья осуществлялось в компенсационном порядке. При отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности. С целью обеспечения подозреваемых, обвиняемых и осужденных горячей водой в учреждении ежегодно разрабатывается график выдачи горячей воды для стирки и гигиенических целей и кипяченой воды для питья. Прямой обязанности администрации учреждения требованиями Федерального закона РФ от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», полы в учреждении дощатые, а за порядок в камерах отвечают сами подследственные согласно Приложению № 1 к приказу Минюста РФ. Также полагает, что административным истцом пропущен срок обращения в суд, поскольку под стражей он находился в период с 2002-2004 годов, а в суд обратился только сейчас, двадцать лет спустя. Просит в удовлетворении административных исковых требований отказать.

Выслушав административного истца, представителя административных ответчиков, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

В соответствии с частями 9, 11 статьи 229 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, суд выясняет:

нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца; соблюдены ли сроки обращения в суд (обязанность доказывания данных обстоятельств возлагается на лицо, обратившееся в суд);

соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

полномочия органа, порядок и основания для принятия оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия);

соответствие содержания оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения (обязанность доказывания данных обстоятельств возлагается на орган, принявший оспариваемое решение, либо совершивший оспариваемое действие (бездействие)).

В силу ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Статьей 21 Конституции Российской Федерации установлено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу требований, содержащихся в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Аналогичные положения закреплены и в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. № 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации".

На основании статьи 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

Согласно статье 4 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Закон № 103-ФЗ) содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Условия и порядок содержания в следственных изоляторах в рассматриваемый период регулировались Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее – Закон), отнесенным к местам содержания под стражей.

Согласно ст. 23 Закона устанавливалось, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место.

Подозреваемым и обвиняемым выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы.

Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. Все вопросы материально-бытового обеспечения в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений регламентируются Правилами внутреннего распорядка.

12.05.2000 приказом Минюста РФ № 148 были утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 (ранее – ФИО1) был осужден <данные изъяты> 25.01.2002 к исправработам на два года с удержанием 15% заработка, однако 27.07.2004 года по приговору <данные изъяты> ему назначено наказание с присоединением не отбытого по первому приговору в виде лишения свободы на срок 14 лет 6 месяцев. Данные обстоятельства установлены из сведений ИЦ УМВД России по МО и копии приговора <данные изъяты> в отношении административного истца. При этом из данных ИЦ следует, что ФИО2 отбыл наказание и был освобожден по отбытию срока 22.11.2016 из <данные изъяты>. Исходя из справки по личному делу, ФИО2 был арестован 23.05.2002, что косвенно подтверждает факт его нахождения в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО, учитывая, что 23.08.2004 он убыл из учреждения в <данные изъяты>.

Административный истец полагает, что самого факта нахождения под стражей достаточно для удовлетворения его исковых требований, однако суд не может согласиться с данной позицией в силу нижеследующего.

ФИО2 ссылается на ненадлежащие бытовые условия нахождения в учреждении: переполненность, нехватку спальных мест, плохую освещенность и вентиляцию, содержание курящих с некурящими, отсутствие в камерах горячего водоснабжения, бетонные полы и антисанитарию.

В силу п. 18 ПВР размещение по камерам осуществлялось в соответствии с требованиями статьи 33 Федерального закона на основании плана покамерного размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных, утвержденного начальником СИЗО. Ст. 33 предполагала раздельное размещение курящих отдельно от некурящих по возможности.

Согласно п. 42, 44 ПВР подследственные лица обеспечивались спальными местами, им выдавались спальные принадлежности, камеры оборудовались светильниками дневного и ночного освещения, водопроводом, вентиляцией (при наличии возможности). При этом п. 45 ПВР указывал на то, что при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности. Согласно Приложению № 1 к приказу в обязанности подследственных лиц входило проведение уборки камер и других помещений в порядке очередности, установленной администрацией учреждения.

На рассматриваемый период времени действовал п. 9.10 Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем, утвержденных приказом № 161-дсп Минюста России от 28.05.2001 (СП 15-01 Минюста России), которым устанавливалось, что полы в камерных помещениях следует предусматривать дощатые беспустотные с креплением к трапециевидным лагам, втопленным в бетонную стяжку по бетонному основанию. Полы в камерах по периметру помещений следует крепить деревянными брусьями на болтах.

В данном случае для удовлетворения требований административного истца следует установить факт наличия незаконного бездействия со стороны административных ответчиков, повлекших нарушение условий его содержания под стражей, то есть, нарушение его прав, свобод и законных интересов, а также нарушение вышеприведенных нормативно-правовых актов.

Суд исходит из того, что стороной административных ответчиков не оспаривается сама возможность нахождения ФИО2 под стражей в обозначенный им период времени в учреждении, учитывая вышеупомянутые доказательства. Однако достоверно установить камеры, в которых он содержался, степень их оборудованности горячей водой, наличие светильников, дощатых полов, степень освещенности, наполняемости, обеспеченности спальными местами, вентилируемость и санитарно-гигиеническое состояние в настоящее время невозможно в связи с уничтожением Книг учета, учетно-алфавитных карточек и иной документации, что подтверждается актами уничтожения дел, актом комиссионного обследования по результатам залития архива, а также отсутствия в тот период электронной базы ПТК АКУС.

Сторона ответчиков не оспаривает, что не все камеры оборудованы горячей водой, но сам по себе данный факт отнюдь не свидетельствует о том, что ФИО2 весь период времени содержался только в тех камерах, где ее не было. Нет и доказательств того, что в данных камерах число лиц превышало допустимое по нормативу, что административный истец был лишен спального места, а оборудованность камер не соответствовала установленным требованиям. Принудительная вентиляция, как и раздельное содержание курящих и некурящих обеспечивались по возможности, а уборка камер была возложена на самих подследственных и от них зависела степень чистоты и порядок в камерных помещениях. Тот факт, что полы в учреждении являются дощатыми, косвенно подтверждается фотографиями отдельных камер, а доказательства того, что в 2002-2004 годах данное покрытие отсутствовало, не представлены и в судебном заседании не добыты. Аналогично, наличие жалюзи на окнах для взрослых подследственных мужского пола было предусмотрено все тем же приказом МВД СССР № 040 от 21.01.1971.

При этом стороной административных ответчиков представлены сведения, из которых следует, что в рассматриваемый период времени в адрес учреждения не поступало ни одного представления прокуратуры, из которых бы следовало установление фактов нарушения законности в учреждении.

В силу части 1 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен настоящим Кодексом.

В данном случае ни одного доказательства в подтверждение своих доводов административным истцом не представлено.

Суд считает обоснованным исходить из того обстоятельства, что по общему правилу, установленному в части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В то же время, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

В данном случае длящийся характер, допущенных, по мнению административного истца нарушений, отсутствует, все события имеют четкое ограничение по времени – июнь 2002 -23.08.2004.

ФИО2 обратился в суд по истечении более чем двадцати лет после рассматриваемых событий, суд приходит к выводу о том, что административным истцом пропущен срок для обращения в суд с настоящим иском, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении его требований, учитывая, что ходатайства о восстановлении срока им не заявлялось.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Исключение из указанного правила предусмотрел федеральный законодатель в Федеральном законе от 27.12.2019 № 494-ФЗ для лиц, подавших в Европейский Суд по правам человека жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, в отношении которой не вынесено решение по вопросу ее приемлемости или по существу дела либо по которой вынесено решение о неприемлемости ввиду неисчерпания национальных средств правовой защиты в связи с вступлением в силу настоящего Федерального закона (180 дней со дня вступления в силу настоящего Федерального закона).

В Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3(2020), Верховным Судом Российской Федерации приведен анализ Европейским Судом по правам человека Федерального закона от 27.12.2019 3 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», из которого также следует, что новый Закон о компенсации, вступивший в силу 27.01.2020, предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение. Производство ведется в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. При этом подача иска напрямую доступна заключенному. Имеются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам, сопровождаться судебным сбором; быть поданным во время содержания под стражей или в течение трех месяцев после его прекращения, за исключением лиц, чьи жалобы находились на рассмотрении в настоящем Суде в день вступления в силу Закона о компенсации, или чьи жалобы были отклонены по причине неисчерпания средств правовой защиты.

Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией, установленной Федеральным законом от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ в порядке, предусмотренном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения (но не ранее 27.01.2020), либо независимо от указанных обстоятельств в течение 180 дней, начиная с 27.01.2020, в случае подачи в Европейский Суд по правам человека жалоб на нарушение условий содержания, по которым не принято решение.

С учетом того, что ФИО2 выбыл из ведения ФСИН России в лице ее территориальных подразделений Мурманской области еще в ноябре 2016 года, после освобождения из исправительной колонии, пребыванию в которой предшествовало нахождение в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО, административные ответчики не только утратили в силу этого возможность и обязанность обеспечения ему надлежащих условий содержания под стражей, но и обязанность компенсации данной утраченной обязанности в денежном эквиваленте.

Соответственно, суд приходит к выводу о том, что административным истцом утрачена возможность предъявления заявленных требований в силу истечения срока, а ссылка на то, что ранее он не знал о такой возможности, не является основанием для восстановления срока, пропуск которого рассматривается как самостоятельное основание для отказа в иске.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований ФИО2 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области – отказать.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд города Мурманска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: Н.В. Шуминова