Решение по делу № 2А-3765/2023 от 21.08.2023 - о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по <адрес>.

УИД: 51RS0001-01-2023-003403-23

Дело № 2а-3765/2023

Принято в окончательной форме 21.08.2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 августа 2023 года город Мурманск

Октябрьский районный суд города Мурманска

в составе:

председательствующего – судьи Шуминовой Н.В.,

при секретаре – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению И.О.О. о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по <адрес>,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец И.О.О. обратился в суд с административным исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по <адрес>.

В обоснование административный истец указал, что в ДД.ММ.ГГГГ содержался под стражей в данном учреждении. В периоды его пребывания в нем в камерах отсутствовало горячее водоснабжение, также имеются претензии по прогулочным дворикам, на окнах раньше были «реснички», туалеты без унитазов и без обеспечения приватности, нарушалась норма санитарной площади на человека, отсутствовала вентиляция как в камерах так и в приемном боксе для сбора на конвоирование, где собирали много людей перед вывозом в суд или на следственные действия. Также административным истцом был заявлен еще один иск о взыскании компенсации в виду того, что ему не оказали медицинскую помощь после его обращения в медчасть при ФКУ «СИЗО-1» ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением зрения на левый глаз, потому что он гноится и покрывается коростой, ему всего четыре раза выдали глазные капли, иных лекарств ему не давали для лечения глаза, а он инвалид третьей группы. Считает, что в данном случае имело место быть незаконное бездействие со стороны администрации учреждения, выразившееся в необеспечении надлежащих условий содержания под стражей, в связи с чем просит суд взыскать компенсацию за нарушение условий содержания под стражей в общем размере по двум административным искам <данные изъяты> с учетом объединения данных исков судом в одно производство.

В судебном заседании административный истец поддержал свои требования, уточнив, что в ДД.ММ.ГГГГ являлся несовершеннолетним, а условия содержания изменились с тех пор мало. Его претензии по горячей воде, отсутствию вентиляции в камерах и боксе для конвоируемых остались по настоящее время, а претензии по переполненности камер, отсутствию унитазов, несоблюдению приватности санузлов, плохой освещенности из-за «ресничек» на окнах и почти закрытого типа прогулочных дворов, что также ухудшало доступ воздуха и света, относятся к ранним периодам. Касательно плохого лечения глаза – он нигде не расписывался за то, что ему оказывалась помощь, кроме того, что расписался в журнале ДД.ММ.ГГГГ. Глаз до сих не очень хорошо видит, он вынужден промывать его с мылом, полагает, что в данном случае помощь оказана плохо. Не возражал против рассмотрения дела при настоящей явке.

В судебном заседании представитель административных ответчиков ФСИН России, УФСИН России по МО, ФКУЗ «МСЧ-51» ФСИН России ФИО11 с административным иском не согласилась, пояснив, что периоды ДД.ММ.ГГГГ за давностью лет ни подтвердить, ни опровергнуть невозможно. Есть сведения о периодах пребывания в ДД.ММ.ГГГГ. В ДД.ММ.ГГГГ И.О.О. не содержался в ФКУ «СИЗО-1», также есть сведения о периодах ДД.ММ.ГГГГ. Не отрицает сам факт возможности нахождения административного истца под стражей в указанные годы, но точно установить камеры, где он находился, количество лиц в них невозможно. Оборудование камер чашами Генуя действительно имело место быть, но с ДД.ММ.ГГГГ уже стоят унитазы, обеспечена приватность кабинами от пола до потолка, до этого оборудование чашами и высота кабин регламентировалась одним метром от пола, согласно ПВР и приказам Минюста РФ. Также и «реснички» на окнах предусматривались приказом, как и навес над прогулочными двориками, которые также имеют крышу из решетки и сетки «рабица» согласно установленным нормативам. По сути, все доказательства, которые можно поднять по данному делу, касаются последнего заявленного административным истцом периода – с ДД.ММ.ГГГГ по дату судебного заседания. Действительно, камеры, в которых он пребывал с ДД.ММ.ГГГГ, не обеспечены горячим водоснабжением, за исключением <данные изъяты>, в которой он находится в настоящее время с ДД.ММ.ГГГГ. При отсутствии в камере водонагревательных приборов горячая и кипяченая вода выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности. Вентиляция и в камерах, и в боксе для конвоируемых лиц большей частью естественная, есть и принудительная, но не на всех этажах, но это и не является обязательным требованием согласно Правилам внутреннего распорядка. Также полагала, что пропущен срок подачи административного иска в этой части касательно ранних периодов. Что касается глаза, то у И.О.О. был диагностирован конъюнктивит, оказана медицинская помощь, ему закапывали глаза, разъясняли важность соблюдения туалета лица без каких-либо посторонних косметических средств, но сам истец уже пояснил, что мылом моет глаз, что оказывает раздражающий эффект, по данным наблюдений он был излечен от конъюнктивита, это установлено при осмотре, записи в медкарте имеются. На основании изложенного просила в иске отказать. Не возражала против рассмотрения дела при настоящей явке.

Представитель ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России уведомлен, не явился, представлен отзыв, согласно которому не все периоды, о которых заявляет административный истец, подтверждаются документально в виду давности событий. Учреждение не отрицает сам факт возможности нахождения административного истца под стражей в указанные годы, но точно установить камеры, где он находился, количество лиц в них и так далее просто невозможно. Чаши Генуя действительно устанавливались для санузлов в камерах, высота кабин регламентировалась одним метром от пола, согласно ПВР и приказам Минюста РФ, но с ДД.ММ.ГГГГ уже стоят унитазы, обеспечена приватность кабинами от пола до потолка. «Реснички» - дополнительные жалюзи на окнах, как и навес над прогулочными двориками, которые также имеют крышу из решетки и сетки «рабица», монтировались согласно действовавшим нормативам. Касательно последнего заявленного административным истцом периода – с ДД.ММ.ГГГГ по дату судебного заседания, и по камерной карточке и базе «ПТК АКУС» следует, что он пребывает в учреждении по настоящее время. Камеры, в которых он пребывал с ДД.ММ.ГГГГ, не обеспечены горячим водоснабжением, за исключением <данные изъяты>, в которой он находится в настоящее время с ДД.ММ.ГГГГ. Обеспечение подозреваемых и обвиняемых содержащихся в камерах учреждения горячей водой для стирки и гигиенических целей, кипяченой водой для питья осуществлялось до июля ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с Правилами внутреннего распорядка, утвержденными Приказом Минюста РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, сейчас регламентируется Правилами внутреннего распорядка, утвержденными Приказом Минюста РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым при отсутствии в камере водонагревательных приборов горячая и кипяченая вода выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности. И ранее и теперь подозреваемые и обвиняемые могут иметь при себе, хранить, получать в посылках, передачах и приобретать по безналичному расчету электрокипятильник бытовой заводского изготовления или чайник электрический мощностью не более 0,6 кВт. Ежегодно утверждаются графики выдачи горячей воды, которые не доводятся до лиц, находящихся в учреждении, но они ознакамливаются с Правилами внутреннего распорядка, где и есть указание на выдачу воды. В настоящее время имеется приказ по Учреждению, которым утвержден распорядок дня содержащихся в нем лиц, где также внесены часы выдачи горячей воды. Вентиляция и в камерах, и в боксе для конвоируемых лиц большей частью естественная, есть и принудительная, но не на всех этажах, но это и не является обязательным требованием согласно Правилам внутреннего распорядка. Просит учесть, что административный истец пропустил срок обращения в суд и отказать в удовлетворении административного иска.

Суд полагает обоснованным рассмотреть дело при настоящей явке с учетом данных о надлежащем уведомлении ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО и представленных им возражений с документальным обоснованием своей позиции.

Выслушав административного истца, представителя административных ответчиков, заслушав специалиста – начальника «МЧ-2» ФКУЗ «МСЧ-51» ФСИН России ФИО12 исследовав материалы дела, обозрев амбулаторную медкарту И.О.О., журнал личного приема граждан №, суд считает административные исковые требования не подлежащими удовлетворению на основании следующего.

В силу ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно статье 1 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» деятельность уголовно-исполнительной системы осуществляется на основе принципов законности, гуманизма, уважения прав человека.

В уголовно-исполнительную систему по решению Правительства Российской Федерации могут входить следственные изоляторы, предприятия, специально созданные для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы, научно-исследовательские, проектные, медицинские, образовательные и иные организации (статья 5 Закона).

Учреждения, исполняющие наказания, обязаны, в том числе обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (пункты 1,7 статьи 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»).

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с названным Кодексом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулирует и определяет Федеральный закон от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Федеральный закон № 103-ФЗ), а также Правилами внутреннего распорядка, утвержденными 20.12.1995 приказом МВД РФ № 486, затем Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденными приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189 и приказом № 110 от 04.07.2022 (далее - ПВР), которые действовали и действуют на период нахождения под стражей И.О.О.

Содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые) (статья 4 Федерального закона № 103-ФЗ).

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Суд исходит из статьи 62 КАС РФ и принимает во внимание, что административный истец по данной категории дел не освобожден от доказывания.

Следуя данным ИЦ УМВД России по МО, справкам по личным делам И.О.О., а также камерным карточкам, И.О.О. действительно находился под следствием в указанные им периоды, однако данных, достоверно подтверждающих, что он помещался под стражу в ДД.ММ.ГГГГ, не имеется. В то же время установлено, что в отношении него избиралась мера пресечения ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по сведениям ИЦ УМВД России по МО, при этом данных о том, где и как долго содержался под стражей И.О.О. в ДД.ММ.ГГГГ нет, также отсутствуют такие сведения за ДД.ММ.ГГГГ. Анализ данных ИЦ также не указывает на то, что И.О.О. помещался под стражу в ДД.ММ.ГГГГ и находился в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО. Учреждение же не располагает сведениями за названные годы в виду давности времени, истечения сроков хранения учетной документации, подвергшейся уничтожению согласно акту от ДД.ММ.ГГГГ, а также принимая во внимание и уничтожение части архива в виду затопления из-за течи кровли, что подтверждается актом от ДД.ММ.ГГГГ.

В то же время усматривается, что И.О.О. действительно содержался в Учреждении с ДД.ММ.ГГГГ (арест ДД.ММ.ГГГГ) по ДД.ММ.ГГГГ, а затем с ноября (арест ДД.ММ.ГГГГ) по ДД.ММ.ГГГГ. В ДД.ММ.ГГГГ период пребывания начался в мае (арест ДД.ММ.ГГГГ) и завершился ДД.ММ.ГГГГ освобождением из-под стражи. В ДД.ММ.ГГГГ И.О.О. также поступил в Учреждение в мае месяце (арест ДД.ММ.ГГГГ) и убыл в <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ. При этом самим И.О.О. не заявлены к рассмотрению в настоящем деле период ДД.ММ.ГГГГ, учитывая данные ИЦ об аресте ДД.ММ.ГГГГ, а также период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, установленный по сведениям ПТК АКУС, соответственно, суд при разрешении спора указанные периоды не принимает во внимание.

Административным истцом не представлено ни одного доказательства, подтверждающего его доводы об условиях содержания в ДД.ММ.ГГГГ. С учетом уничтожения документации за истечением сроков хранения и частичной утраты архива Учреждения, проверить доводы И.О.О. в части несоблюдения нормы площади на человека за данные периоды невозможно, принимая во внимание, что стороной административных ответчиков не оспаривается тот факт, что в учреждении горячая вода подведена не во все камеры учреждения, и подобное положение сохраняется до настоящего времени. При этом суд учитывает, что И.О.О. в ДД.ММ.ГГГГ являлся несовершеннолетним, что также ставит под сомнение его ссылки на переполненность камер, отсутствие горячей воды, оборудование окон дополнительными жалюзи («ресничками»), поскольку условия содержания несовершеннолетних отличались и отличаются большей мягкостью и комфортностью, нежели условия для взрослых подозреваемых и обвиняемых, доказательств обратного суду не представлено и в судебном заседании не добыто. Камеры для несовершеннолетних и женщин имели подводку горячей воды и ранее и в настоящее время, также оборудование «ресничками» окон предусматривалось для камер взрослого мужского контингента, согласно приказу № 161дсп Минюста РФ от 28.05.2001. Также стороной административных ответчиков не оспаривается факт того, что камеры Учреждения до ДД.ММ.ГГГГ не имели изолированных санузлов с унитазами, поскольку Правила внутреннего распорядка, утвержденные 20.12.1995 приказом МВД РФ № 486 не содержали в себе указания, что санитарные узлы должны быть огорожены и оборудуются унитазами, в то же время, в Правилах внутреннего распорядка, утвержденных приказом № 189 от 14.10.2005 в п. 42 указывалось, что камеры СИЗО оборудуются напольными чашами (унитазами), при этом также не оговаривалось наличие ограждения, унитазы устанавливались в одиночных камерах. Таковое указание содержалось в приказе № 161-дсп Минюста РФ от 28.05.2001, только с ДД.ММ.ГГГГ появилось четкое указание на обязательное наличие изолирующего огораживания санузла и технические характеристики огораживания после издания приказа Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15.04.2016 № 245/пр утвержден и введен в действие с 04.07.2016 Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом и имеет номер СП 247.1325800.2016.

Следовательно, оборудование санузлов до 2012 года отвечало требованиям нормативно-правовых актов, действовавших на тот момент, доказательств обратного суду не представлено и в судебном заседании не добыто. С 2012 года, исходя из представленных актов приемки в эксплуатацию от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, отсутствия возражений со стороны административного истца, все камеры Учреждения оборудованы изолированными санузлами с унитазами.

Ссылки на то, что в камерах и в боксе для сбора конвоируемых отсутствовала и отсутствует вентиляция, оцениваются судом с учетом того, что ни ранее действующими, ни ныне действующими Правилами внутреннего распорядка не предусмотрено обязательное оборудование принудительной вентиляцией камерных и иных помещений Учреждения, она устанавливается по возможности. При этом в камерах имеются окна с форточками, а также вентиляционные продухи в стенах, которые и обеспечивают естественную вентиляцию. Наличие форточек и продухов не оспаривалось административным истцом.

Указание на то, что прогулочные дворики являются «глухими», из-за чего также плохо вентилируются и не пропускают естественный свет, оценивается судом с учетом представленных фотографий, подтверждающих факт того, что их оборудование выполнено согласно приказу Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №, приложением № которого указывалось на обязательное крепление металлической решетки, приваренной к раме с размером ячеек 17х17 см, над которой следует закреплять стеку «Рабица» с ячеей не более 5х5 см, а также устраивать навес над прогулочным двором и навесом для младшего инспектора, для которого также устраивается помост для обзора двора. При этом обеспечивается доступ свежего воздуха и освещенность дворов согласно нормам. Правилами проектирования следственных изоляторов, утвержденных приказом Минстроя России № 245пр от 15.04.2016 также указывается на то, что для защиты от атмосферных осадков со стороны наружной стены предусматривается козырек с выносом на 1,5 метра внутрь двора для обеспечения полного обзора для младшего инспектора, надзирающего за гуляющими в дворике лицами. Следовательно, оснований утверждать, что оборудование прогулочных дворов не соответствует требованиям нормативов, нет, также не доказана и плохая воздухо- и светопроницаемость.

Стороной административных ответчиков не оспаривался факт того, что горячее водоснабжение в Учреждении было и в настоящее время доступно только в камерах для несовершеннолетних, женщин и лишь в части камер для мужского взрослого контингента, и данные условия имели место быть во все указанные И.О.О. периоды. При этом дана ссылка на то, что ни одними из действовавших и действующих ПВР не предусмотрено обязательное наличие горячего водоснабжения в камерах Учреждения, предназначенных для мужского взрослого контингента, а ее отсутствие компенсируется выдачей по требованию согласно графику (ранее) или распорядку дня (в настоящее время – согласно приказу ФКУ «СИЗО-1» УФИН России по МО № 79 от 14.02.2023).

Однако суд полагает, что ссылка на ПВР в этом случае несостоятельна, поскольку приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15.04.2016 № 245/пр утвержден и введен в действие с 04.07.2016 Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом и имеет номер СП 247.1325800.2016.

Согласно пункту 1.1 указанного Свода правил, он устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО).

Положения указанного свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу названного свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил (п. 1.2).

Пунктом 19.1 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно пункту 19.5 указанного Свода правил СП 247.1325800.2016, подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе к умывальникам в камерах.

В силу положений Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

С учетом вышеприведенных положений законодательства, обеспечение помещений исправительных учреждений горячим водоснабжением является обязательным, о чем обоснованно заявлено административным истцом. Однако в силу отсутствия данных о камерах, в которых И.О.О. содержался в ДД.ММ.ГГГГ (учитывая, что в ДД.ММ.ГГГГ он был несовершеннолетним и не мог содержаться камерах для взрослых подозреваемых (обвиняемых), то есть, имел доступ к горячему водоснабжению, в ДД.ММ.ГГГГ факт содержания в Учреждении не доказан, а иные периоды им не заявлены), суд приходит к выводу, что самим административным истцом не доказан факт его постоянного содержания в камерах без горячего водоснабжения в означенные периоды времени.

В то же время суд учитывает, что стороной административных ответчиков не доказан факт обеспечения административного истца горячим водоснабжением в компенсационном порядке при нахождении в камерах уже в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, учитывая, что самим И.О.О. это не подтверждается.

В то же время суд полагает, что даже при условии обеспечения административного истца горячей водой в порядке, предусмотренном ПВР, это не может быть признано достаточным для удовлетворения его ежедневной потребности в горячем водоснабжении при условии длительного характера содержания без доступа к горячему водоснабжению.

Суд учитывает, что единственно достоверно установленным периодом нахождения в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО в части времени и подтвержденных камер является период с момента ареста И.О.О. ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время. Самим административным истцом пояснено, что к ныне длящемуся периоду пребывания в Учреждении его претензии касаются именно отсутствия горячего водоснабжения (его отсутствия) в камерах и отсутствия принудительной вентиляции в камерах и боксе для сбора конвоируемых. Последнему доводу суд ранее уже дал оценку, сочтя указанную претензию необоснованной.

Согласно камерной карточке, И.О.О. содержался с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере <данные изъяты>, затем переведен в камеру <данные изъяты> оттуда ДД.ММ.ГГГГ в камеру <данные изъяты>, затем в камеру <данные изъяты> (с ДД.ММ.ГГГГ) и с ДД.ММ.ГГГГ находится в камере <данные изъяты>, что не оспаривается административным истцом. В последней камере имеется горячее водоснабжение, согласно справке начальника ОКБиХО Учреждения, что также не оспаривается И.О.О. Следовательно, за период содержания под стражей в настоящее время И.О.О. провел в камерах без горячей воды всего около двух неполных месяцев и в настоящее время он содержится в камере, имеющей горячее водоснабжение. Таким образом, нарушение условий содержания в части отсутствия горячего водоснабжения за настоящий период пребывания в Учреждении носило кратковременный (менее трех месяцев) характер, доказательств того, что в силу религиозных убеждений или по иным причинам И.О.О. особо нуждался в наличии горячей воды, а ее отсутствие повлекло стойкие негативные последствия для него, не имеется. Следовательно, суд не усматривает оснований для удовлетворения требований о компенсации за ненадлежащие жилищно-бытовые условия в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО за заявленные периоды времени.

Касательно требований И.О.О. о взыскании компенсации за ненадлежащее оказание медпомощи в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1, 3 ст. 26 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Данное положение продублировано и в п. 2 Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы (далее – Порядок), утвержденного Приказом Минюста России от 28.1.2017 года № 285.

Согласно ПВР и названному Порядку для организации медицинской помощи подозреваемым и обвиняемым в СИЗО организуется медицинская часть. На каждого поступившего оформляется медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях (при ее отсутствии).

При наличии медицинских показаний назначаются дополнительные исследования и консультации врачей-специалистов.

За состоянием здоровья лиц, заключенных под стражу, или осужденных осуществляется динамическое наблюдение, включающее проведение не реже 1 раза в 6 месяцев флюорографии легких или рентгенографии органов грудной клетки (легких) в рамках проведения профилактических медицинских осмотров в целях выявления туберкулеза, а также клинической лабораторной диагностики (общий анализ крови, мочи) и осмотра врача-терапевта (врача общей практики) или фельдшера. При наличии медицинских показаний назначаются дополнительные исследования и консультации врачей-специалистов.

При обращении лица, заключенного под стражу, или осужденного за медицинской помощью к медицинскому работнику во время покамерного обхода, к сотруднику дежурной смены СИЗО указанные должностные лица обязаны принять меры для организации оказания ему медицинской помощи.

При наличии медицинских показаний для оказания медицинской помощи лица, нуждающиеся в ней, выводятся сотрудниками СИЗО в медицинскую часть (здравпункт) или медицинский кабинет индивидуально или группами по трое - пятеро человек с соблюдением режимных требований с учетом сроков ожидания медицинской помощи, предусмотренных Программой.

Согласно п. 120 ПВР при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС подозреваемые и обвиняемые имеют право на оказание медицинской помощи в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения, а также на приглашение для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций.

В силу п. 124 ПВР Подозреваемые и обвиняемые обращаются за медицинской помощью к медицинскому работнику медицинской организации УИС во время ежедневного обхода камер (за исключением выходных и праздничных дней), а в случае острого заболевания - к любому работнику СИЗО, который обязан принять меры для оказания ему такой помощи.

Согласно п. 126 и 127 ПВР осмотр медицинским работником медицинской организации УИС подозреваемых и обвиняемых и выполнение назначений лечащего врача (фельдшера) производятся: в рабочие дни ежедневно - во время покамерных обходов или в помещениях медицинской организации УИС; в выходные дни и праздничные дни - в помещениях медицинской организации УИС при обращении подозреваемых и обвиняемых за медицинской помощью к любому работнику СИЗО или при наличии назначений лечащего врача (фельдшера).

Амбулаторная помощь оказывается подозреваемым и обвиняемым в камерах, иных помещениях, а также в специализированных кабинетах медицинской организации УИС. Медицинской организацией УИС также создаются стационарные отделения в СИЗО.

Прием подозреваемых и обвиняемых в медицинских организациях УИС производится в порядке очередности по предварительной записи, осуществляемой в том числе с использованием устанавливаемых в местах, определяемых администрацией СИЗО, информационных терминалов (при их наличии и технической возможности), или по назначению медицинского работника в соответствии с режимом работы медицинской организации УИС. Медицинская помощь в неотложной или экстренной форме оказывается без предварительной записи.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.12.2012 года № 1466 утверждены «Правила оказания лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, медицинской помощи в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения, а также приглашения для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций при невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы» (далее – Правила), которые определяют порядок оказания лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы (далее - лица, лишенные свободы), медицинской помощи в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения (далее - медицинские организации), а также приглашения для проведения консультаций врачей-специалистов медицинских организаций при невозможности оказания лицам, лишенным свободы, медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы.

Согласно п. 4 Правил в медицинских организациях лицам, лишенным свободы, оказываются все виды медицинской помощи с соблюдением порядков их оказания и на основе стандартов медицинской помощи.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ И.О.О. прошел первичный осмотр при поступлении в Учреждение согласно п. 123 ПВР, выразил жалобы на героиновую ломку, получил рекомендации по данному факту, а также отказался от забора крови, не смотря на рекомендацию сдать анализы, в том числе, на ВИЧ. На протяжении ДД.ММ.ГГГГ он не выводился в медчасть ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, при этом в последний день все же выведен после докладной записки фельдшера ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ жаловался на головную боль, получил <данные изъяты> аналогичные жалобы были ДД.ММ.ГГГГ, вновь получил <данные изъяты> в виду повышенного давления. Также согласно медкарте И.О.О. получал АРВТ согласно рекомендациям <данные изъяты> и протоколу комиссии по назначению АРВТ от ДД.ММ.ГГГГ. Никаких жалоб на состояние глаз не отмечено вплоть до ДД.ММ.ГГГГ, когда согласно записи в медкарте и пояснениям начальника «МЧ-2» ФИО12 заслушанного в качестве специалиста, осмотрен врачом-терапевтом ФИО7 с постановкой диагноза – <данные изъяты> При этом в карте отмечено, что И.О.О. заявил на приеме о выделениях из глаз в течение двух месяцев. Назначено лечение в виде приема антигистаминного препарат <данные изъяты> и каплей глазных противомикробных <данные изъяты> В течение ДД.ММ.ГГГГ И.О.О. получал указанный антигистаминный препарат, также ему закапывались глаза, согласно записям в медкарте фельдшера ФИО6 Самим административным истцом факт лечения не оспаривался, при этом им заявлялось, что болел у него только левый глаз, и что по настоящее время его состояние не улучшилось. Однако согласно записи в медкарте от ДД.ММ.ГГГГ врачом при осмотре установлено, что ни гиперемии, отека и выделений из глаз не отмечается, в связи с чем отмечено выздоровление. Также указана жалоба на зубную боль. ДД.ММ.ГГГГ И.О.О. вновь осмотрен в связи с головной болью, изжогой и зубной болью, при этом жалоб на глаза не предъявлял. ФИО1 также пояснено, что с И.О.О. проведена беседа в этот же день по вопросу записи на прием, и это подтверждается запись в медкарте, согласно которой И.О.О. свободно ориентировался в пространстве и передвигался без посторонней помощи.

«Стандарт оказания первичной медико-санитарной помощи взрослым при конъюнктивите (диагностика и лечение)», утвержденный Приказом Минздрава России от 23.12.2021 № 1174н указывает, что данное заболевание лечится амбулаторно вне зависимости от фазы и степени тяжести лечения заболевания, средняя продолжительность лечения 14 дней. Действительно, в стандарте указывается на то, что первичный прием осуществляется врачом-офтальмологом, однако суд полагает обоснованным учитывать требования ПВР, которые указывают, что амбулаторная помощь осуществляется специалистами медчасти, и лишь при наличии медицинских показаний назначаются дополнительные исследования и консультации врачей-специалистов. В силу п. 120 ПВР при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС подозреваемые и обвиняемые имеют право на оказание медицинской помощи в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения, а также на приглашение для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций.

В данном случае осмотр произведен врачом-терапевтом ФКУЗ «МСЧ-51» ФСИН России, и определено лечение, которое коррелирует стандарту, указывающему на то, что при лечении конъюнктивита применяются противоаллергические препараты «Олопатадин» (в случае И.О.О. – <данные изъяты>) и противовирусные капли <данные изъяты> по стандарту. Следовательно, назначенное лечение соответствует стандарту. Ссылка административного истца на то, что он вынужден промывать глаза водой с мылом в виду плохого их состояния оценивается судом критически, поскольку из медкарты следует, что И.О.О. на приеме ДД.ММ.ГГГГ дана рекомендация проводить гигиенические процедуры в области лица без применения косметических средств, которую он не соблюдает, исходя из его же пояснений, тем самым нарушая предписание врача. Ссылка на ухудшение зрения является субъективной оценкой и оценивается с учетом вышеизложенного, при этом суд учитывает, что в журнале № ДД.ММ.ГГГГ И.О.О. расписывается самостоятельно, а ФИО1 пояснено, что при явке на личный прием он двигался без каких-либо ограничений и ориентировался в пространстве свободно.

Таким образом суд приходит к выводу, что в ходе рассмотрения дела не установлен факт того, что И.О.О. не получил квалифицированную медицинскую помощь в связи конъюнктивитом, учитывая, что это опровергается как данными медкарты, так и пояснениями начальника «МЧ-2» ФКУЗ «МСЧ-51» ФСИН России ФИО12

Следовательно, доводы административного истца о том, что незаконным бездействием административных ответчиков нарушено его право на охрану здоровья и медпомощь также не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Судом критически оценивается ссылка административных ответчиков на пропуск срока на обращение в суд, учитывая, что на момент вступления в силу Федерального закона № 494-ФЗ от 27.12.2019 И.О.О. находился в местах лишения свободы с ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем был лишен возможности обратиться в суд по уважительной причине, что является основанием для восстановления срока.

Однако оснований для удовлетворения административных исковых требований И.О.О. судом не усматривается, на что указано ранее.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований И.О.О. о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области – отказать.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд города Мурманска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: Н.В. Шуминова