Дело №2-4753/2022 УИД 53RS0022-01-2022-006727-27

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 ноября 2022 года Великий Новгород

Новгородский районный суд Новгородской области в составе:

председательствующего судьи Инякиной Н.Ю.,

с участием помощника прокурора Великого Новгорода ФИО1,

представителя истца ФИО2 – Казанцева А.В.,

представителя ответчика Общество с ограниченной ответственностью «Эко-Новострой» - ФИО3, действующей на основании доверенности,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО4 – Глазатова И.В.,

при секретаре Марковой Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Эко-Новострой» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к ООО «ЭКО-Новострой» о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 000 руб., указав, что ее сын Ж. ДД.ММ.ГГГГ года по дороге в школу, переходя в центре жилого района дорогу по обозначенному знаками и разметкой пешеходному переходу, был насмерть сбит водителем ФИО4, совершившим наезд на ребенка на грузовом автомобиле. Приговором Новгородского районного суда по уголовному делу №1-730/22 от 27.06.2022 ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ и ему назначено наказание <данные изъяты> лишения свободы. В настоящее время приговор суда в законную силу вступил, обращен к исполнению.

Определением суда от 21 сентября 2022 года к участию в деле в порядке ст.45 ГПК РФ, привлечен прокурор.

Определением суда принято уточнение иска, истец просит о взыскании 20 000 руб. в качестве оплату услуг представителя.

Истец в суд не явилась, доверив свои интересы представителю.

С учетом мнения лиц, участвующих в деле, в порядке ст.167 ГПК РФ, суд посчитал возможным рассмотрение дела в отсутствие истца.

Представитель истца ФИО2 – адвокат Казанцев А.В. в судебном заседании поддержал уточненные исковые требования по основаниям, указанным в иске, указал, что третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО4 были допущены нарушения ПДД РФ, а ответчик привлекался ранее к административной ответственности, в связи с чем, представитель истца полагает, моральный вред должен быть ответчиком компенсирован в полном объёме.

Представитель ответчика ООО «ЭКО-Новострой» исковые требования не признала по размеру, пояснив, что ответчик в полном объёме взял на себя все заботы и расходы по похоронам, также добровольно в счёт компенсации морального вреда выплатил истцу 300 000 рублей, полагая общую сумму компенсации морального вреда не превышающей 500 000 рублей. Просила снизить сумму компенсации морального вреда до указанного размера, указав, что истцом получена страховая выплата.

Представитель третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО4 - адвокат Глазатов И.В., полагал иск заявленным по праву, но, не обоснованным по размеру, полагал возможной сумму взыскания не превышающей 500 000 рублей.

Суд, выслушав объяснения сторон, заслушав заключение прокурора, полагавшей иск заявленным обоснованно при определении разумных пределов компенсации морального вреда; исследовав письменные материалы дела, находит, исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

При рассмотрении возникшего спора судом установлено, что ФИО5 является одинокой матерью малолетнего Ж., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Вступившим в законную силу приговором Новгородского районного суда Новгородской области от 27.06.2022 года ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначено наказание в виде лишения свободы на срок 01 год с отбыванием в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок <данные изъяты>

Данным приговором суда установлено, что 11 марта 2022 года около 07 часов 39 минут водитель ФИО4, управляя технически исправным автомобилем «№ на шасси № государственный регистрационный знак №, имея техническую и физическую возможность избежать дорожно-транспортного происшествия, совершая манёвр разворота на улице <адрес> в направлении проспекта <адрес>, после того, как совершил остановку управляемого им транспортного средства, чтобы пропустить пешеходов и транспортное средство, движущееся по ул.<адрес> со стороны ул.<адрес> в направлении пр. <адрес>, в нарушение требований пункта 8.1. Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года №1090 (далее – ПДД РФ), обязывающего водителя при выполнении маневра не создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, а также требований пункта 14.1 ПДД РФ, обязывающего водителя транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу, уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть (трамвайные пути) для осуществления перехода, находясь перед нерегулируемым пешеходным переходом, расположенным напротив <адрес> в Великом Новгороде, обозначенным дорожными знаками 5.19.1 и 5.19.2 Приложения 1 к ПДД РФ и дорожной разметкой 1.14.1 Приложения 2 к ПДД РФ, обозначающими «Пешеходный переход», имея объективную возможность наблюдать выход пешехода ФИО6 на указанный нерегулируемый пешеходный переход, не создававшего для него своими действиями внезапной опасности для движения, не убедился в безопасности выполнения своего маневра и, возобновив движение, не уступил дорогу пешеходу Ж. переходящему дорогу по указанному нерегулируемому пешеходному переходу справа налево относительно направления движения транспортного средства подсудимого, в результате чего 11 марта 2022 года около 07 часов 39 минут на указанном нерегулируемом пешеходном переходе совершил на Ж.. наезд.

В результате указанных действий ФИО4 пешеходу Ж. по неосторожности причинены телесные повреждения: тупая сочетанная травма головы и туловища: закрытая черепно-мозговая травма – ушиб головного мозга в области левой височной доли, субарахноидальное кровоизлияние, многооскольчатые переломы костей свода и основания черепа, кровоизлияния в мягкие ткани головы по внутренней поверхности, кровоподтёк и ссадина (в области нижней губы) лица; тупая травма грудной клетки и живота – мелкие разрывы лёгочной ткани, размозжение левой доли печени, кровоизлияния в капсулу и строму поджелудочной железы, кровоподтёк подвздошной области справа, кровоподтёки (2) и ссадина правого бедра, которые оцениваются в своей совокупности как взаимно отягощающие друг друга и расцениваются как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни человека и повлекли за собой наступление смерти Ж. на месте дорожно-транспортного происшествия от причинённой ему закрытой черепно-мозговой травмы с повреждением (ушибом) головного мозга, кровоизлияниями под его оболочки, переломом костей свода и основания черепа. Таким образом, между причинением Ж. указанных повреждений и наступлением его смерти есть прямая причинно-следственная связь.

На момент дорожно-транспортного происшествия ФИО4 состоял в трудовых отношениях с ответчиком, исполняя трудовые обязанности водителя мусоровоза.

При рассмотрении уголовного дела подсудимый ФИО4 вину в совершении преступления признал полностью, с объёмом обвинения и квалификацией его действий согласился, по согласованию с потерпевшей оплатил изготовление и установку памятника на могилу погибшего Ж.

Разрешая возникший между сторонами спор, суд руководствуется положениями п.4 ст.61 ГПК РФ, предусматривающими, что вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Жизнь и здоровье человека относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей (ст.3 Всеобщей Декларации прав человека).

Таким образом, принимая во внимание, что вина ФИО4, являющегося работником ответчика, в наступлении гибели сына истца установлена вступившим в законную силу приговором суда, то причинение последней морального вреда в результате утраты ребенка подразумевается.

Также, установив, что истец приходилась матерью несовершеннолетнему потерпевшему, поддерживала с ним близкие отношения, суд приходит к выводу о том, что ей причинен моральный вред в связи со смертью сына.

Невосполнимость утраты и перенесенные в связи с этим нравственные страдания очевидны, и не требуют доказательств.

Гибель ребенка является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие матери, влекущим состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, нарушающим неимущественное право на семейные связи.

Определяя сумму компенсации морального вреда, суд учитывает степень разумности и справедливости, в соответствии с требованиями ст.ст.151 и 1101 ГК РФ учитывает характер причиненных истцу нравственных страданий, обусловленных гибелью его несовершеннолетнего сына, а также установленные приговором суда фактические обстоятельства, вину лица, состоявшего в трудовых отношениях с ответчиком.

При этом суд исходит из того, что на момент причинения вреда законным владельцем источника повышенной опасности - автомобиля «783435 на шасси Scania P», государственный регистрационный знак <***> являлось Общество с ограниченной ответственностью «Эко-Новострой», с которым ФИО4 в момент дорожно-транспортного происшествия состоял в трудовых отношениях, в связи с чем полагает необходимым возложить обязанность по компенсации морального вреда на Общество с ограниченной ответственностью «Эко-Новострой».

Определяя размер компенсации морального вреда, суд руководствуется положениями статьи 1101 ГК РФ, и, принимает во внимание степень и характер физических и нравственных страданий истца, связанных со смертью близкого человека - малолетнего сына, конкретные обстоятельства наступления дорожно-транспортного происшествия, степень вины ответчика и его материальное положение, взыскивает в пользу истца в счет компенсации морального вреда – 2 700 000 руб.

При этом, определяя сумму взыскания, суд учитывает добровольную компенсацию ответчиком морального вреда истцу в сумме 300 000 руб., равно – участие ФИО4, работника ответчика, приобретшего памятник для погибшего ребенка, полное участие в похоронах ответчика.

Судом учитывается активное участие ответчика в ритуальных услугах в отношении погибшего ребенка.

По мнению суда, данный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Доводы ответчика о том, что страховая компания уже ранее выплатила истцу страховое возмещение, в связи с чем, считает моральный вред в части возмещенным, подлежат отклонению по следующим основаниям.

Из системного толкования положений п.п.2 - 4 ст.12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» от 25.04.2002г. N40-ФЗ, исходя из разъяснений, изложенных в п.38 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» от 26.12.2017г. N58, следует, что в случае причинения потерпевшему вреда здоровью в соответствии с постановлением Правительства РФ от 15.11.2012г. N1164 «Об утверждении Правил расчета суммы страхового возмещения при причинении вреда здоровью потерпевшего» потерпевшему выплачивается страховая выплата за причинение вреда здоровью в части возмещения необходимых расходов на восстановление здоровья потерпевшего исходя из характера и степени повреждения здоровья, а не компенсация морального вреда.

Довод представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО4 – Глазатова И.В., о том, что ребенок переходил проезжую часть, не поднимая глаз от телефона, не глядя на проезжую часть, что могло послужить причиной произошедшего ДТП, которое ребенок мог избежать, проявив должную осторожность и осмотрительность, судом отклоняются по следующим основаниям.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда согласно действующему гражданскому законодательству является одним из способов защиты субъективных прав и законных интересов, представляющих собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

Исходя из пункта 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

Судом достоверно установлено, что ответчик является собственником автомобиля «783435 на шасси Scania P», государственный регистрационный знак <***>.

Кроме того, как видно из приговора суда, имеющегося в материалах дела, водитель ФИО4, должен был руководствоваться в своих действиях требованиями пункта 8.1. Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № (далее – ПДД РФ), обязывающего водителя при выполнении маневра не создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, а также требованиями пункта 14.1 ПДД РФ, обязывающего водителя транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу, уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть (трамвайные пути) для осуществления перехода, находясь перед нерегулируемым пешеходным переходом, обозначенным дорожными знаками 5.19.1 и 5.19.2 Приложения 1 к ПДД РФ и дорожной разметкой 1.14.1 Приложения 2 к ПДД РФ, обозначающими «Пешеходный переход».

Таким образом, с учетом выше приведенных положений закона, суд исходит из того обстоятельства, что ответчик, как работодатель водителя ФИО4 должен нести правовые последствия в виде возложения на него, как на владельца источника повышенной опасности обязанности по компенсации морального вреда, причиненного истцу в результате наезда. В связи, с чем доводы ответчика в указанной части признаются судом необоснованными.

Разрешая требование истца в части взыскания судебных расходов, исходит из следующего.

Согласно ч.1 ст.100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Поскольку решение суда состоялось в пользу ФИО2, следовательно, подлежат ко взысканию судебные расходы, ею понесенные.

Судом установлено, что представитель истца ФИО2 – адвокат Казанцев А.В. действовал на основании доверенности, которая оформлена надлежащим образом. Кроме того, расходы, понесенные истцом на оплату услуг представителя, подтверждаются квитанцией на общую сумму в размере 20 000 рублей.

Вместе с тем, суд считает заявленные истцом расходы на оплату услуг представителя чрезмерно завышенными, в связи с чем, полагает возможным, с учётом их соразмерности, применительно к условиям доверенности на оказание услуг и характера услуг, оказанных в рамках этой доверенности, их необходимости и разумности, равно – небольшой сложности дела, участие представителя в трех судебных заседаниях небольшой продолжительности взыскать с ответчика расходы, понесенные истцом на представительские услуги в сумме, не превышающей 10 000 руб.

Поскольку решение состоялось в пользу истца, согласно ст.103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в местный бюджет в размере 300 рублей, от уплаты которой истец освобождена при подаче искового заявления.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Эко-Новострой» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов – удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Эко-Новострой» в пользу ФИО2 сумму компенсации морального вреда в размере 2 700 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 10 000 рублей.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Эко-Новострой» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

На решение лицами, участвующими в деле, может быть подана апелляционная жалоба, а прокурором – представление, в судебную коллегию по гражданским делам Новгородского областного суда через Новгородский районный суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Председательствующий подпись Н.Ю. Инякина

Мотивированное решение составлено 09 ноября 2022 года.