Решение по делу № 2-1-471/2022 от 11.11.2022.

УИД 73RS0021-01-2022-000621-50

Дело 2-1-471/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 ноября 2022 года г. Сенгилей

Сенгилеевский районный суд Ульяновской области в составе:

судьи Кузнецовой М.С.

при секретаре судебного заседания Бессольцевой Ю.В.

с участием помощника прокурора Сенгилеевского района - Лугового А.Ю.,

а также с участием истца ФИО1, представителя истца – ФИО2, представителя ответчика – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Вариантор» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья,

установил:

ФИО2 обратился в Сенгилеевский районный суд Ульяновской области с иском в интересах ФИО1 к ООО «Вариантор» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья.

В обоснование исковых требований указывает, что ФИО1 согласно трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ работает в ООО «Вариантор» машинистом сваесдавливающей крановой самоходной установки с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время. ДД.ММ.ГГГГ при выполнении своих трудовых обязанностей на объекте при строительстве «Многоквартирного дома со встроенными-пристроенными нежилыми помещениями и подземными гаражами по адресу: <адрес>, земельные участки 37А/1.37/4» с истцом произошел несчастный случай на производстве. В результате данного несчастного случая он получил множественные телесные повреждения. В связи с травмами, полученными в результате данного несчастного случая на производстве, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на стационарном лечении в Городской клинической больнице № им. ФИО6. После выписки из данного медицинского учреждения с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время он находится на амбулаторном лечении в ГУЗ «<адрес> больница». Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от ДД.ММ.ГГГГ в результате данного несчастного случая на производстве истец получил следующие телесные повреждения: стабильный неосложненный компрессионный перелом тела L3 позвонка, закрытый перелом большого бугорка правой плечевой кости со смещением отломков, ушибленная рана лобной области справа, верхнего века правого глаза, закрытый вывих головки плечевой кости справа. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях, на производстве указанное повреждение относится к категории тяжелых несчастных случаев на производстве (пункт 3). Считает, что причиненными травмами, вызвавшими стойкое ухудшение состояния его здоровья, ему причинены нравственные и физические страдания, то есть моральный вред. Данный моральный вред он оценивает в 800 000 рублей.

Просит взыскать с ООО «Вариантор» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 800 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 на исковых требованиях настаивал, доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержал.

В судебном заседании представитель истца – по доверенности ФИО2 исковые требования поддержал.

В судебном заседании представитель ответчика – по доверенности ФИО3 с исковыми требованиями не согласился, доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление, поддержал.

В письменном отзыве на исковое заявление представитель ответчика просил отказать в удовлетворении исковых требований, указав следующее. Считает, что пропущен трехмесячный срок на обращение в суд, предусмотренный ст. 392 ТК РФ. Истец ссылается на происшествие от ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, последним днем для обращения в суд будет ДД.ММ.ГГГГ. Также отсутствует досудебный порядок урегулирования спора, предусмотренный ст. 237 ТК РФ, так как истец к ответчику с требованием о возмещении морального вреда не обращался. Кроме того, отсутствуют неправомерные действия или бездействие работодателя (вина работодателя расследованием не установлена). Заключением специалиста АНО «<адрес> центр судебных экспертиз» № по обследованию сваевдавливающей крановой самоходной установки даны одни из следующих выводов: сваевдавливающая машина Starke YZY 320, представленная для проведения экспертизы, соответствует требованиям технической документации, а также государственным стандартам Российской Федерации, следовательно, техника находилась в исправном состоянии и соответствовала технической документации; дефекты в технике возникли только в результате произошедшего с истцом несчастного случая; причиной возникновения дефектов техники стало нарушение техники безопасности рабочими ДД.ММ.ГГГГ при эксплуатации техники, что привело к возникновению повреждений техники ДД.ММ.ГГГГ. По результатам расследования несчастного случая вина ответчика не установлена, а моральный вред компенсируется только при наличии вины работодателя. Все действия работодателя по охране труда соблюдены. В ООО «Вариантор» организовано проведение обязательных предварительных при приеме на работу и периодических медицинских осмотров работников. В материалах расследования представлены все необходимые приказы и инструкции по охране труда утвержденные генеральным директором ООО «Вариантор» *** с которыми работники ознакомлены. В ООО «Вариантор» обеспечено проведение инструктажей, стажировки, обучения и проверки знаний требований охраны труда работников. В материалах расследования представлены выкопировки из журналов регистрации вводного инструктажа, инструктажа на рабочем месте, протокол заседания комиссии по проверке знаний требований охраны труда в отношении ФИО1 Прохождение инструктажей, стажировки, обучения и проверки знаний работником подтверждены личными подписями ФИО1 На рабочем месте ФИО1 проведена специальная оценка условий труда. В материалах расследования представлена карта № специальной оценки условий труда машиниста сваевдавливающей крановой самоходной установки. В ООО «Вариантор» обеспечена выдача работникам средств индивидуальной защиты в соответствии с требованиями охраны труда и установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда. В материалах расследования представлена личная карточка б/н учета выдачи СИЗ ФИО1 Истцу оказана материальная помощь на сумму 138 968 рублей. Ответчик осуществил выплаты материальной помощи в период нетрудоспособности истца на общую сумму 126 781 рубль (платежный поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ); осуществлена закупка медицинских материалов: корсет грудопоясничный – 10 735 рублей (чек 2154 от ДД.ММ.ГГГГ), бандаж для фиксации руки с поддержкой – 1 452 рубля (чек 2164 от ДД.ММ.ГГГГ), всего в сумме 138 968 рублей. Ответчику нанесен существенный материальный ущерб. В настоящее время ущерб, нанесённый обществу работниками, в том числе истцом, является неполным, так как общество ищет организацию, способную провести ремонт и параллельно закупает детали для ремонта техники. Ориентировочная сумма ущерба - 1 788 944 рублей. ДД.ММ.ГГГГ при перестановке рабочего стола зажима свай на сваевдавливающей установке (далее - СВУ) с центрального положения в крайнее машинист СВУ ФИО1 открыл шаровые краны (задвижки) портальных рам в кол-ве 8 штук и переместился в кабину машиниста для опускания гидроцилиндров портальных рам с помощью рычагов (№). Опустив ближний к кабине машиниста гидроцилиндр портальной рамы, стропальщик *** вставил стопорный палец, соединяющий гидроцилиндр портальной рамы и рабочий стол зажима свай. Далее ФИО1 опустил второй гидроцилиндр портальной рамы (дальний от кабины машиниста), но стропальщик *** не смог вставить палец, соединяющий портальные рамы с рабочим столом из-за того, что не было соосности, вследствие чего бригадой было принято решение осуществить строповку за монтажные петли рабочего стола и попробовать приподнять его, чтобы вставить палец фиксации рабочего стола зажима свай с портальной рамой. После строповки за монтажные петли, находясь на рабочем столе зажима свай, ФИО1 взял в руки палец и приготовился вставить его. ***, отойдя в сторону так, чтобы его видел крановщик ФИО4, подал команду на подъем стрелы. После достижения натяжения тросов машинист СВУ ФИО1 сказал, что осталось совсем немного. Стропальщик *** дал команду крановщику ФИО4 на подъем стрелы, после чего произошел слом выдвижной секции подъемного механизма, и она упала на портальные рамы, а грузозахватное приспособление (ГАК) при падении травмировал машиниста СВУ ФИО1 Истцу была незамедлительно вызвана бригада скорой помощи и оказана первая медицинская помощь. Приехавшая бригада скорой помощи увезла пострадавшего в Городскую клиническую больницу № им. ФИО6. Работниками нарушены: п. 1.9.1, п. 1.9.3 СТО №ОТиТБ-И.14 «Инструкция по охране труда при выполнении работ по сборке (разборке) сваевдавливающей установки», утвержденной 30.12.2020г. генеральным директором ООО «Вариантор» ***; п.1.18, п.2.5, п.3.15.1 СТО №ОТиТБ-И.10 «Инструкция по охране труда для машиниста сваевдавливающей установки статичного давления YZY-320», утвержденной 30.12.2020г. генеральным директором ООО «Вариантор» ***; п.1.18, п. 3.5.9, п. 3.8.2, 3.8.4 СТО №ОТиТБ-И.08 «Инструкция по охране труда для стропальщика», утвержденной 30.12.2020г. генеральным директором ООО «Вариантор» ***; п.3.4, п. 3.21.9, п.3.21.6 СТО №ОТиТБ-И.09 «Инструкция по охране труда для машиниста (крановщика) сваевдавливающей установки статичного давления YZY-320», утвержденной 30.12.2020г. генеральным директором ООО «Вариантор» *** Непосредственно истец нарушил следующие пункты инструкций: СТО №ОТиТБ-И.14 «Инструкция по охране труда при выполнении работ по сборке (разборке) сваевдавливающей установки», утвержденная 30.12.2020г. генеральным директором ООО «Вариантор» ***; согласно п.1.9.1 Инструкции «…работники обязаны соблюдать требования безопасности, указанные в инструкциях по охране труда»; согласно п.1.9.3 Инструкции «…работники обязаны не находиться под стрелой, поднятым грузом, других опасных зонах машин и механизмов»; СТО №ОТиТБ-И.10 «Инструкция по охране труда для машиниста сваевдавливающей установки статичного давления YZY-320», утвержденная 30.12.2020г. генеральным директором ООО «Вариантор» ***; согласно п. 1.18. Инструкции «при возникновении в процессе каких-либо вопросов, связанных с ее безопасным выполнением, машинист сваевдавливающей установки должен немедленно обращаться к непосредственному руководителю работ (мастеру, производителю работ, механику)»; согласно п.2.5 Инструкции «при обнаружении неисправностей работники обязаны сообщить о них непосредственному руководителю работ и не приступать к работе без получения разрешения от руководителя работ»; согласно п. 3.15.1. Инструкции «машинисту СВУ запрещается выходить из кабины при перемещении груза подъемным механизмом СВУ». Как следует из акта о расследовании несчастного случая, заключения специалиста АНО «<адрес> центр судебных экспертиз» № по обследованию сваевдавливающей крановой самоходной установки, работниками нарушены требования безопасности при производстве работ по переоборудованию рабочего стола зажима свай на сваевдавливающей установке, выразившееся в поднятии закрепленного груза и нахождении в опасной зоне производства работ, что в совокупности привело к слому телескопической стрелы и образованию на ней соответствующих повреждений и травмированию работника вследствие удара грузозахватным приспособлением. ФИО1 – машинист сваевдавливающей крановой самоходной установки нарушил требования безопасности при производстве работ по переоборудованию рабочего стола зажима свай на сваевдавливающей установке, выразившееся в поднятии закрепленного груза и нахождении в опасной зоне производства работ, что в совокупности привело к слому телескопической стрелы и его травмированию вследствие удара грузозахватным приспособлением. Следовательно, вина истца в происшествии установлена. Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести учетной формы 315/у, выданному ГБУЗ «Городская клиническая больница № им. ФИО6 Департамента здравоохранения <адрес>», ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (49 лет), поступил в приемное отделение ГКБ № им. ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ в 06:29. Диагноз и код диагноза по МКБ-10: «S32.0 Стабильный неосложненный компрессионный перелом тела L3 позвонка. Закрытый перелом большого бугорка правой плечевой кости со смещением отломков. Ушибленная рана лобной области справа, верхнего века правого глаза. Закрытый вывих головки плечевой кости справа». Согласно выписке от ДД.ММ.ГГГГ ГКБ № им. ФИО6 пострадавший ФИО1 жалобы активно не предъявляет, хронические заболевания со слов отрицает. Согласно составленному заключению на фоне проводимого лечения состояние с положительной динамикой, в круглосуточном наблюдении в стационаре не нуждается, в удовлетворительном состоянии выписывается на амбулаторный этап лечения с рекомендациями под наблюдение врача-травматолога по месту жительства. Отсутствуют сведения о стойкой утрате трудоспособности и процентов ее утраты. Кроме того, сумма компенсации морального вреда должна отвечать требованиям разумности, справедливости и быть соразмерной последствиям нарушения. Мотивы работника действовать в нарушение техники безопасности носят сугубо субъективный характер, обусловлены индивидуальным восприятием истца действовать в нарушение техники безопасности, такие действия не характеризуются наличием реальной опасности или угрозы ее возникновения. Просит учесть конкретные события несчастного случая на производстве, виновное поведение работника, наличие в его действиях неосторожности, причиненного ему вреда здоровью, длительности лечения, причиненных вследствие этого физических страданий, отсутствия вины работодателя в возникновении несчастного случая на производстве, требования разумности и справедливости. ООО «Вариантор» находится в реестре субъектом малого и среднего предпринимательства в категории - малое предприятие, и для ответчика сумма требования истца является значительной.

Выслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, заслушав заключение прокурора, участвовавшего в деле в соответствии с ч. 3 ст. 45 ГПК РФ, полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, оставив разрешение вопроса о его размере на усмотрение суда, а также исследовав материалы настоящего гражданского дела, медицинскую карту ГУЗ «<адрес> больница» амбулаторного больного № и медицинскую карту ГБУЗ «ГКБ № им. ФИО6 ДЗМ» стационарного больного №, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Положения Конституции Российской Федерации о праве на труд согласуются и с международными правовыми актами, в которых раскрывается содержание права на труд.

Так, Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года) предусматривает, что каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда (пункт 1 статьи 23 названной декларации).

В статье 7 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (принят 16 декабря 1966 года Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН; документ вступил в силу для СССР с 3 января 1976 года; Российская Федерация является участником указанного международного договора в качестве государства - продолжателя Союза ССР) говорится, что участвующие в настоящем пакте государства признают право каждого на справедливые и благоприятные условия труда, включая в том числе условия работы, отвечающие требованиям безопасности и гигиены.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи с нормами международного права следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", возмещение застрахованному морального вреда, причиненного, в связи с несчастным случаем на производстве и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время состоит в трудовых отношениях с ООО «Вариантор»; приказом общества от ДД.ММ.ГГГГ № он был принят на работу в структурное подразделение – управление строительством на должность – машинист сваесдавливающей крановой самоходной установки; ДД.ММ.ГГГГ с ним был заключен трудовой договор № (том 1 л.д. 57-62).

ДД.ММ.ГГГГ в 5 часов 35 минут с ФИО1, выполнявшим свои трудовые обязанности, на объекте строительства «Многоквартирные дома со встроено-пристроенными нежилыми помещениями (в том числе помещения дошкольных групп) и подземными гаражами по адресу: <адрес>, земельные участки 37А/1, 37/4, произошел несчастный случай, приведший к причинению вреда здоровью истца.

Актом № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ДД.ММ.ГГГГ машинисту (крановщику) ***, машинисту СВУ ФИО1 и стропальщику *** производителем работ *** было дано задание по переоборудованию рабочего стола зажима свай на сваевдавливающей установке (далее - СВУ) с центрального положения в крайнее.

Перед переоборудованием, машинист СВУ ФИО1, находясь в кабине машиниста, зафиксировал рабочий стол зажима свай в транспортном положении рычагами (№) путем опускания гидроцилиндров портальных рам. Стропальщик *** демонтировал стопорные пальцы ф штоков цилиндров рабочего стола в кол-ве 2 шт., соединяющие гидроцилиндры портальных рам с рабочим столом зажима свай. Далее машинист СВУ ФИО1 выполнил операцию по втягиванию штоков гидроцилиндров портальных рам, находясь в кабине машиниста, рычагами (№). Затем машинист СВУ ФИО1 вышел из кабины машиниста и совместно со стропальщиком *** демонтировал стопорные пальцы портальных рам в кол-ве 4 шт., после чего ФИО1 закрыл шаровые краны (задвижки) портальных рам в кол-ве 8 шт. и совместно со стропальщиком *** принялись откручивать рукава высокого давления от кранов (задвижек) в кол-ве 8 шт. и рукава высокого давления от рабочего стола на зажим свай в кол-ве 2 шт. Далее ФИО1 спустился с установки и ушел на безопасное расстояние для демонтажа портальных рам, а стропальщик *** произвёл строповку портальных рам за монтажные петли и, спустившись с СВУ так, чтобы находиться в зоне видимости крановщика ***, стал подавать сигналы крановщику для демонтажа портальных рам и складирования их рядом с СВУ для дальнейшего демонтажа рабочего стола зажима свай. После того как портальные рамы находились на земле рядом с установкой, стропальщик *** снял строп с монтажных петель портальных рам. Завершив вышеописанные операции, стропальщик *** поднялся на СВУ для строповки рабочего стола зажима свай за монтажные петли и, спустившись с установки ^так, чтобы находиться в зоне видимости крановщика ***, давал сигналы на перемещение рабочего стола зажима свай в крайнее положение. После установки рабочего стола зажима свай в крайнее положение стропальщик *** поднялся на установку для съема строп с монтажных петель рабочего стола зажима свай.

Стропальщик *** спустился с СВУ, чтобы осуществить строповку за монтажные петли портальные рамы для установки их в крайнее положение, находясь в непосредственной видимости крановщика ФИО4 и давал ему команды по установке портальных рам подъемным механизмом. После установки портатьных рам в крайнее положение стропальщик *** и машинист СВУ ФИО1 поднялись на установку и зафиксировали портальные рамы пальцами в кол-ве 4 шт. После чего стропальщик *** отцепил строп от монтажных петель портальных рам. Далее машинист ФИО1 со стропальщиком *** смонтировали рукава высокого давления для кранов (задвижек) в кол-ве 8 шт. и рукава высокого давления от рабочего стола на зажим свай в кол-ве 2 шт. Машинист СВУ ФИО1 открыл шаровые краны (задвижки) портальных рам в кол-ве 8 шт. и переместился в кабину машиниста для опускания гидроцилиндров портальных рам с помощью рычагов (№). Опустив, ближний к кабине машиниста гидроцилиндр портальной рамы, стропальщик *** вставил стопорный палец, соединяющий гидроцилиндр портальной рамы и рабочий стол зажима свай. Далее ФИО1 опустил второй гидроцилиндр портальной рамы (дальний от кабины машиниста), но стропальщик *** не смог вставить палец, соединяющий портальные рамы с рабочим столом из-за того, что не было соосности, в следствии чего бригадой было принято решение осуществить строповку за монтажные петли рабочего стола и попробовать приподнять его, чтобы вставить патец фиксации рабочего стола зажима свай с портальной рамой. После строповки за монтажные петли, находясь на рабочем столе зажима свай, ФИО1 взял в руки палец и приготовился вставить его. ***,, отойдя в сторону так, чтобы его видел крановщик ФИО4, подал команду на подъем стрелы. После достижения натяжения тросов машинист СВУ ФИО1 сказал, что осталось совсем немного. Стропальщик *** дал команду крановщику ФИО4 на подъем стрелы, после чего произошел слом выдвижной секции подъемного механизма, и она упала на портальные рамы, а грузозахватное приспособление (ГАК) при падении травмировал машиниста СВУ ФИО1

ФИО1 была незамедлительно вызвана бригада «Скорой помощи» и оказана первая медицинская помощь. Приехавшая бригада скорой помощи увезла пострадавшего ФИО1 в «Городскую клиническую больницу № им. ФИО6».

Обстоятельства, изложенные в приведенном акте о несчастном случае на производстве, сторонами и их представителями не оспаривались, данный акт не был признан недействительным (том 1 л.д. 71-79).

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта отделения экспертизы телесных повреждений № ГБУЗ <адрес> «Бюро судебно-медицинской экспертизы Департамента здравоохранения <адрес>» № от ДД.ММ.ГГГГ эксперты пришли к следующим выводам.

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, при поступлении ДД.ММ.ГГГГ в 6 часов 29 минут в ГБУЗ «ГКБ № им. ФИО6 ДЗМ» с последующим стационарном лечении зафиксированы повреждения: тупая сочетанная травма тела: ушибленная рана лобной области справа, верхнего века правого глаза, закрытый вывих головки правой плечевой кости с переломом большого бугорка со смещением отломков, компрессионный перелом тела третьего поясничного позвонка (L3) – влечет за собой временное нарушение функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) (длительное расстройство здоровья), причинила вред здоровью средней тяжести (согласно п. 7.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утв. Приказом Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ №-н).

Вышеуказанная травма образовалась незадолго (от десятков минут до одних суток) до поступления ДД.ММ.ГГГГ в 6 часов 29 минут в ГБУЗ «ГКБ № им. ФИО6 ДЗМ», что не исключает возможности ее образования ДД.ММ.ГГГГ.

Характер, массивность и локализация повреждений дают основания полагать, что она могли образоваться одномоментно, в результате однократного ударного воздействия массивного тупого твердого предмета с силой, приложенной к голове справа и правому плечевому суставу с преимущественным направлением сверху вниз, что, с учетом давности, не исключает возможности их образования в результате падения на последнего стрелового крана.

Диагноз «перелом головки правой плечевой кости со смещением» объективно рентгенологически не подтвержден и судебно-медицинской оценке не подлежит.

Диагноз «ОЧМТ. Ушиб головного мозга? ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга» предварительно выставленный при поступлении при дальнейшем обследовании в условиях стационара объективно не подтвержден и судебно-медицинской оценке не подлежит (том 2 л.д. 31-33).

Суд, оценив вышеназванное заключение эксперта с точки зрения относимости, допустимости, достоверности принимает данное заключение, которые содержат описание проведенных исследований, сделанные в результате их проведения выводы и ссылки на нормативную документацию. Не доверять указанному заключению у суда нет оснований, поскольку оно произведено экспертом, обладающим определенными познаниями в соответствующих областях, имеющим лицензию на осуществление оценочной деятельности на территории Российской Федерации, достаточный стаж и необходимую квалификацию, а также предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Заключение судебно-медицинской экспертизы соответствуют требованиям ст. 86 ГПК РФ, в связи с чем данное заключение эксперта суд признает допустимым доказательством по рассматриваемому гражданскому делу.

Ходатайства о назначении судебных экспертиз стороны не заявили.

Согласно справке о результатах химико-токсикологических исследований, проведенных ДД.ММ.ГГГГ химико-биологической лабораторией ГБУЗ «МНПЦ наркологии ДЗМ», в крови истца этанол не был обнаружен, что означает, что ко времени получения травмы он не находился в состоянии алкогольного опьянения (том 1 л.д. 102).

В качестве причин несчастного случая в акте № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ указано следующее. Основная причина: нарушение работниками требований безопасности при производстве работ по переоборудованию рабочего стола зажима свай на сваевдавливающей установке, выразившееся в ^поднятии закрепленного груза и нахождении в опасной зоне производства работ, что в совокупности привело к слому телескопической стрелы и травмированию работника вследствие удара грузозахватным приспособлением. Нарушены: п. 1.9.1, п. 1.9.3 СТО №ОТиТБ-И.14 «Инструкция по охране труда при выполнении работ по сборке (разборке) сваевдавливающей установки», утвержденной 30.12.2020г. генеральным директором ООО «Вариантор» ***; п.1.18, п.2.5, п.3.15.1 СТО №ОТиТБ-И.Ю «Инструкция по охране труда для машиниста сваевдавливающей установки статичного давления YZY-320», утвержденной 30.12.2020г. генеральным директором ООО «Вариантор» ***; п.1.18, п. 3.5.9, п. 3.8.2, 3.8.4 СТО №ОТиТБ-И.08 «Инструкция по охране труда для стропальщика», утвержденной 30.12.2020г. генеральным директором ООО «Вариантор» ***; п.3.4, п. 3.21.9, п.3.21.6 СТО №ОТиТБ-И.09 «Инструкция по охране труда для машиниста (крановщика) сваевдавливающей установки статичного давления YZY-320», утвержденной 30.12.2020г. генеральным директором ООО «Вариантор» *** Сопутствующие причины: недостаточный контроль за соблюдением работниками требований безопасности при производстве работ по переоборудованию рабочего стола зажима свай на сваевдавливающей установке, выразившееся в поднятии закрепленного груза и нахождении в опасной зоне производства работ, что в совокупности привело к слому телескопической стрелы и травмированию работника вследствие удара грузозахватным приспособлением. Нарушены: п.2.17, п.2.18 Должностной инструкция производителя работ, утвержденной 01.04.2020г. генеральным директором ООО «Вариантор» ***

Также в акте указано, что в нарушение ст. 220 Трудового кодекса Российской Федерации в ООО «Вариантор» не обеспечено прохождение работником психиатрического освидетельствования, в нарушение ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации в ООО «Вариантор» был допущен к работе работник (ФИО1), не прошедший в установленном законом порядке обязательное психиатрическое освидетельствование.

В качестве лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, в акте № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ указаны следующие лица. ФИО1 - машинист сваевдавливающей крановой самоходной установки, нарушил требования безопасности при производстве работ по переоборудованию рабочего стола зажима свай на сваевдавливающей установке, выразившееся в поднятии закрепленного груза и нахождении в опасной зоне производства работ, что в совокупности привело к слому телескопической стрелы и его травмированию вследствие удара грузозахватным приспособлением. *** - машинист (крановщик) сваевдавливающей самоходной установки, нарушил требования безопасности при производстве работ по переоборудованию рабочего стола зажима свай на сваевдавливающей установке, выразившееся в поднятии закрепленного груза, что в привело к слому телескопической стрелы и его травмированию вследствие удара грузозахватным приспособлением. *** - стропальщик, подал команду машинисту (крановщику) СВУ осуществлять подъем закрепленного груза с работником, находящимся в опасной зоне производства работ. *** - производитель работ, не осуществил достаточного контроля за соблюдением работниками требований безопасности при производстве работ по переоборудованию рабочего стола зажима свай на сваевдавливающей установке, выразившееся в поднятии закрепленного груза и нахождении в опасной зоне производства работ, что в совокупности привело к слому телескопической стрелы и травмированию работника вследствие удара грузозахватным приспособлением. Грубой неосторожности пострадавшего ФИО1 комиссия не усматривает.

Таким образом, комиссией по расследованию несчастного случая была установлена не только вина самого истца, но и вина работников ООО «Вариантор».

Постановлением старшего следователя Симоновского межрайонного следственного отдела следственного управления по Южному административному округу Главного следственного управления Следственного комитета РФ от 14.07.2022 года

в возбуждении уголовного дела по факту нарушения правил безопасности при ведении строительных работ, в результате которого был причинен вред здоровью, по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 216 УК РФ, на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием события преступления (том 2 л.д. 38-40).

В связи с полученными повреждениями ФИО1 находился на стационарном лечении истец находился на стационарном лечении в ГБУЗ «Городская клиническая больница № им. ФИО6» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а после выписки из данного учреждения с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время истец находится на амбулаторном лечении в ГУЗ «Сенгилеевская районная больница», что подтверждается представленной суду медицинской документацией и пояснениями истца, представителя истца, данными ими в ходе рассмотрения дела.

Также согласно пояснениям истца, данным им в ходе рассмотрения дела, он продолжает испытывать боль в области позвоночника, его движения затруднены, вынужден носить корсет, назначено плановое МРТ, также в плече у него установлена пластина, работать по специальности он не сможет, поскольку имеются ограничения.

Оценив представленные в материалы дела доказательства с точки зрения относмости, допустимости и в своей совокупности достаточности, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 выполнял работы в интересах работодателя и на его территории, причинение истцу травмы произошло при выполнении работы по переоборудованию рабочего стола зажима свай на сваевдавливающей установке, используемой работниками в производственных целях, поэтому произошедший с ним несчастный случай связан с производством.

При этом довод представителя ответчика о том, что следует отказать в удовлетворении исковых требований, поскольку истцом пропущен срок обращения в суд с настоящим иском суд, является несостоятельным и подлежит отклонению в связи со следующим.

Несмотря на то, что нарушение прав истца произошло ДД.ММ.ГГГГ, суд полагает необходимым признать причины пропуска срока на обращение в суд за разрешением трудового спора уважительными и восстановить его по следующим основаниям.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту; обеспечение права на разрешение индивидуальных и коллективных трудовых споров (абзац пятнадцатый, абзац шестнадцатый статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 381 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что индивидуальный трудовой спор - это неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров. Индивидуальным трудовым спором признается спор между работодателем и лицом, ранее состоявшим в трудовых отношениях с этим работодателем, а также лицом, изъявившим желание заключить трудовой договор с работодателем, в случае отказа работодателя от заключения такого договора.

Индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами (статья 382 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При наличии спора о компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие нарушения его трудовых прав, требование о такой компенсации может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично.

При пропуске по уважительным причинам названных сроков они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Учитывая то, что истец в настоящее время продолжает находится на амбулаторном лечении, степень тяжести вреда здоровью окончательно не установлена, а также принимая во внимание состояние здоровья истца, суд полагает необходимым восстановить ему срок на обращение с настоящим иском в суд.

Также суд не принимает во внимание довод представителя ответчика о том, что истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования спора, поскольку обязательный досудебной порядок по делу законодательством не предусмотрен.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает следующее.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает обстоятельства получения истцом вреда здоровью, степень тяжести вреда здоровью, длительное нахождение истца на стационарном и амбулаторном лечении, возраст истца, невозможность продолжать привычный образ жизни, характер и объем причиненных истцу нравственных и физических страданий, наличие вины ответчика как работодателя истца в силу нарушения требований безопасности и безопасных условий труда своих работников и как владельца источника повышенной опасности, а также нарушение самим истцом требований охраны труда, оказание ответчиком истцу физической и материальной помощи, имущественное и финансовое положение ООО «Вариантор», которое относится к субъектам малого предпринимательства.

С учетом изложенного, а также требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что с ООО «Вариантор» в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО1 к ООО «Вариантор» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, подлежат удовлетворению частично.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ООО «Вариантор» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден при подаче искового заявления в суд, в размере 300 руб.

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Вариантор» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Вариантор» (ИНН <данные изъяты>, ОГРН <данные изъяты>) в пользу ФИО1 (паспорт <...>) компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Вариантор» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Сенгилеевский районный суд Ульяновской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда – с 18 ноября 2022 года.

Судья М.С. Кузнецова