Мотивированное апелляционное определение изготовлено 08 августа 2023 года

Председательствующий: Бадретдинова А.А. Дело № 22-5396/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

04 августа 2023 года город Екатеринбург

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Мироновой Ю.А.,

судей Забродина А.В., Леонтьевой М.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Валуйских В.Д.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Зубрицкой Е.В.,

осужденного ФИО1, его защитника - адвоката Евдокимовой Н.Ю.,

осужденного ФИО2, его защитника - адвоката Миронова В.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционному представлению старшего помощника прокурора Ленинского района г. Нижнего Тагила ФИО3, апелляционным жалобам адвокатов Миронова В.В., Пискуновой Л.С., осужденного ФИО1 на приговор Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 15 мая 2023 года, которым

ФИО1, <дата> ..., ранее не судимый,

осужден:

- по ч. 3 ст. 159 УК РФ к 2 годам лишения свободы, с лишением в соответствии со ст. 48 УК РФ специального звания половника внутренней службы;

- по ч. 4 ст. 160 УК РФ к 3 годам лишения свободы, с лишением в соответствии со ст. 48 УК РФ специального звания половника внутренней службы;

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 3 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима с лишением специального звания половника внутренней службы.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, взят под стражу в зале суда.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В срок наказания зачтено время содержания под стражей с 28 апреля 2021 года по 12 ноября 2021 года и с 15 мая 2023 года до дня вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «б» ч.3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

ФИО2, <дата> ..., ранее не судимый,

осужден по ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 160 УК РФ к 1 году лишения свободы в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком на 1 год с возложением ряда обязанностей.

До вступления приговора в законную силу сохранена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Исковые требования ФКУ ИК-12 ГУФСИН по Свердловской области о возмещении материального ущерба, причиненного преступлениями, удовлетворены частично.

С ФИО1 солидарно с лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, - 20, в пользу ФКУ ИК-12 ГУФСИН по Свердловской области взыскано 664 967,58 рублей и 1567 870 рублей.

Приговором суда решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Мироновой Ю.А., выступления прокурора Зубрицкой Е.В., частично поддержавшей доводы апелляционного представления, осужденных ФИО1, ФИО2, адвокатов Миронова В.В., Евдокимовой Н.Ю., поддержавших доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором суда ФИО1 признан виновным в совершении мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, в крупном размере, а также в растрате вверенного имущества, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

ФИО2 признан виновным в пособничестве в растрате имущества, с использованием служебного положения, в особо крупном размере.

Согласно приговору ФИО1, являющийся начальником федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 12 ГУФСИН России по Свердловской области» (далее – ИК-12), дал указание своему заместителю 20 (осужденному приговором Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 14.12.2022) оформить от имени ИК-12 ложный документооборот по поставке в ИК-12 плат управления ЕВГИ без их фактического поступления, а денежными средствами, направленными в счет оплаты договоров, распорядиться по своему усмотрению. По предложению 20 участвовать в этой схеме преступной деятельности согласился индивидуальный предприниматель 18 (приговор в отношении которого вступил в законную силу), путем оформления от своего имени документов, получения по договорам денежных средств и направления их на счета/карты, указанные 20. Перечисленные по фиктивным договорам между ИК-12 и ИП 18 в период с 22 сентября 2017 года по 11 марта 2019 года денежные средства на общую сумму 889200 рублей ФИО1, 20 18, действующие группой лиц по предварительному сговору, похитили.

Кроме того, судом установлено, что начальник ИК-12 ФИО1 при пособничестве своего заместителя 20 (осужденного приговором Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 14.12.2022) и ФИО2, являющегося приемщиком металлолома в ООО «ВТК», в период с 17 января 2019 года по 19 июля 2019 года растратил вверенное ему имущество ИК-12 – металлолом, стоимостью 1634 370 рублей, путем оформления документов о сдаче металлолома ИК-12 в ООО «ВТК» в меньшем объеме, чем фактически поступало в ООО «ВТК», и перечисления денежных за остальной металлолом не на лицевой счет ИК-12, а на банковскую карту 27, находящуюся в пользовании 20.

В суде первой инстанции осужденные вину не признали.

В апелляционном представлении старший помощник прокурора Ленинского района г. Нижнего Тагила ФИО3 считает приговор несправедливым ввиду его чрезмерной мягкости. Обращает внимание на то, что осужденные совершили тяжкие преступления, вину не признали, ущерб не возместили. Суд учел в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства иные действия, направленные на заглаживание вреда, путем приобретения товарно-материальных ценностей для нужд колонии. Вместе с тем, факт приобретения товарно-материальных ценностей для нужд учреждения не свидетельствует об уменьшении вины осужденного, поскольку это является лишь способом распоряжения похищенным имуществом, а потому данное обстоятельство не является смягчающим. С учетом роли ФИО2 в совершении преступления, его позиции по делу, он заслуживает наказания в виде реального лишения свободы. Просит приговор суда изменить, исключить из перечня смягчающих обстоятельств в отношении ФИО1 указание о заглаживании им вреда, усилить ему наказание, а также назначить ФИО2 реальное лишение свободы.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда. Указывает, что преступлений он не совершал, просит его оправдать.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Пискунова Л.С. в защиту осужденного ФИО1 просит об отмене приговора и оправдании осужденного.

В целом доводы жалобы сводятся к тому, что юридически значимые действия совершались иными лицами, без ведома осужденного, у которого к тому же отсутствовал корыстный мотив, вина ФИО1 в содеянном не доказана.

Осужденный не обладал организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями, которые позволили бы ФИО1 совершить преступления, поскольку он был освобожден от обязанностей начальника ИК-12 в периоды, когда находился в отпуске и когда был прикомандирован в ГУФСИН России по Свердловской области. Согласно положениям должностной инструкции, совмещение функций начальника учреждения и иных должностей не допускаются, в случае отсутствия начальника учреждения его обязанности исполняет один из заместителей. Свидетели 3, 32, 10, 23, 33 в судебном заседании пояснили, что ФИО1 не курировал деятельность учреждения как начальник ИК-12. Вместе с тем, суд, напротив, положил показания данных свидетелей в качестве доказательств обвинения.

В приговоре не указано, когда и каким образом ФИО1 возложил на 20 обязанность по приобретению плат управления ЕВГИ для ИК-12, по сбору на территории исправительной колонии металлолома и его реализации в специализированную организацию, каким образом обеспечил заключение договоров именно с ООО «ВТК» и принятие к учету меньшего объема металлолома. Материалы уголовного дела содержат сведения о том, что в период с ноября 2003 года 20 исполнял обязанности инспектора отдела безопасности ИК-12, приказами 10 в 2018 году на 20 возлагались обязанности заместителя начальника, с 19 марта 2018 года за ним закреплен наставник 29. Таким образом, вывод суда о возложении ФИО1 обязанностей на 20, противоречит фактическим обстоятельствам и материалам уголовного дела.

Показания свидетелей 10, 14, 3, 12, 22, 2, 23, 28, 29, 17, 21 о существовавшем в учреждении порядке подписания контрактов на приобретение товарно-материальных ценностей, противоречат выводу суда о разработке ФИО1 преступного плана и возложении ряда обязанностей на 20.

Вывод суда о том, что ФИО1 состоял в преступном сговоре с 20, 18 и иными лицами, обеспечил оформление списания плат управления ЕВГИ, фактически не поступивших в ИК-12, противоречит фактическим обстоятельствам дела. Допрошенные в судебном заседании свидетели 8, 35, 29, 16, 21 поясняли, каким образом происходит списание товарно-материальных ценностей в ИК-12. Суд в приговоре выборочно изложил показания свидетелей. Сотрудники ИК-12 и до назначения ФИО1 начальником колонии принимали участие в заключении договоров поставки, в том числе с ИП 18, перечисляли денежные средства с расчетного счета учреждения на расчетные счета поставщиков, списывали в составе комиссии с учета товарно-материальные ценности, в том числе платы управления ЕВГИ.

Приговор Ленинского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 14.12.2022 в отношении 20, на который сослался суд, постановлен в особом порядке рассмотрения дела. Показания 20 даны с целью смягчения наказания. В судебном заседании 20 не смог последовательно пояснить обстоятельства совершения им преступлений, утверждал, что всегда действовал по указаниям ФИО1, не конкретизируя, в чем они заключались.

Протокол очной ставки между ФИО1 и 20, положенный в основу приговора, является недопустимым доказательством, так как ФИО1 в силу ст. 51 Конституции РФ отказался от дачи показаний в ходе предварительного расследования, противоречия между его показаниями и показаниями 20 отсутствовали, а потому оснований для проведения очной ставки не было.

Приводя доводы о недоказанности корыстного мотива в действиях ФИО1, указывает, что материалы уголовного дела содержат документы, подтверждающие расходование денежных средств 20. Платежными документами подтверждается расход денежных средств на нужды ИК-12 за период с декабря 2017 года март 2019 года на сумму 919 889, 61 рублей, однако судом принята во внимание только сумма, в размере 224 232, 42 рубля.

Относительно деяния, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, в приговоре не указано об обстоятельствах вверения металлолома ФИО1, не указано, в чем заключалась корысть ФИО1. В основу приговора положены показания допрошенного в судебном заседании 20, к которым следует отнестись критически. В приговоре суд не раскрыл содержание показаний свидетелей 1, 15, 32, 23, 33, 6, 11, 12, 8, 30, 4, 9, 27, 26, 5, 34, 13, не указал, какие именно сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, содержатся в них. Из оглашенных в судебном заседании показаний 34 и 13, положенных в основу приговора, следует, что они несколько раз по просьбе ФИО2 на автомобиле КАМАЗ вывозили металлолом с территории ИК-12. Однако суд не установил, почему Клементьев высказывал просьбы вывозить с территории исправительного учреждения металлолом, по какой причине они его просьбы выполняли.

В апелляционной жалобе адвокат Миронов В.В. в интересах осужденного ФИО2 указывает, что суд, квалифицируя действия ФИО2 как пособника, проигнорировал тот факт, что именно ФИО2 предоставил органу следствия информацию по объемам металлолома, без чего сторона обвинения не смогла бы установить размер убытков. Именно сведения, предоставленные ФИО2, позволили суду не назначать экспертизы по уголовному делу. Суд не оценил, что ФИО2 добровольно выдал записи, явившиеся основанием для установления ущерба. Квалифицирующий признак совершения преступления с использованием служебного положения незаконно вменен ФИО2. Доказательств того, что ФИО2 осознавал, что своими действиями он помогает совершать преступление, не имеется. Просит приговор суда в отношении ФИО2 отменить и вынести оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные жалобы заместитель прокурора Ленинского района г. Нижнего Тагила ФИО4 просит приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Выслушав участвующих лиц, исследовав материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, представления, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в содеянном являются правильными, так как подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных судом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Осужденный ФИО1 не отрицал факт наличия приведенных в приговоре договоров на поставку плат управления. Также ни ФИО1, ни ФИО2 не отрицали факт реализации металлолома, принадлежащего ИК-12, компании ООО «ВТК».

Доводы ФИО1 о том, что указанные действия совершались не по его указанию, а согласно сложившейся в учреждении практике заключения договоров, опровергнуты судом.

Как следует из показаний 20, по распоряжению начальника ИК-12 ФИО1 с сентября 2017 года по март 2019 года от имени ИК-12 он организовывал оформление договоров закупки плат управления ЕВГИ для сварочных аппаратов через ИП 18, при этом реальной закупки и поставки плат управления не осуществлялось. Затем ФИО1 поставил ему задачу найти компанию, через которую можно выводить имущество ИК-12. Он договорился с ФИО2, приемщиком металлолома ООО «ВТК», о сдаче маталлолома. Денежные средства, полученные от колонии по таким договорам, 18 и ФИО2 переводили либо на счета организаций для оплаты услуг для нужд колонии, либо на банковские карты, оформленные на имя 27 и 9. По просьбе ФИО1 часть денежных средств с банковской карты 27 он переводил на банковскую карту супруги ФИО1, куда они расходовались, ему не известно. В то время, когда ФИО1 был командирован в ГУФСИН России по Свердловской области, он не переставал осуществлять руководство колонией, практически ежедневно проводил совещания посредством видеосвязи.

Довод апелляционной жалобы адвоката Пискуновой о том, что суд не установил, каким образом ФИО1 возложил на 20 обязанности по заключению договоров, опровергается показаниями 20, приведенными в приговоре, о том, что он действовал по устному указанию своего начальника ФИО1. Факт назначения 20 на должность не ФИО1, а иным должностным лицом, правового значения не имеет.

Являются несостоятельными доводы об оговоре осужденных 20 в связи с желанием самому избежать ответственности. 20 привлечен к уголовной ответственности за совершенное им деяние вне зависимости от результатов рассмотрения настоящего уголовного дела, он осужден к реальному лишению свободы.

Согласно показаниям 18 во второй половине 2017 года он согласился с предложением своего знакомого 19 организовывать заключение договоров на поставку плат управления ЕВГИ, которые не нужно будет закупать и поставлять, а лишь фиктивно оформлять документы, а денежные средства, поступающие от колонии, перечислять на названные ему банковские карты. Фактически платы управления ЕВГИ он никогда не закупал и не поставлял, на его расчетный счет поступали денежные средства от ИК-12, о чем он сообщал 20, а тот предоставлял ему номер банковской карты, на которую нужно перевести денежные средства. Он вычитал из полученных сумм затраты на налоги и иные траты, а оставшуюся сумму переводил на банковские карты, указанные 20.

Факт проведения оплаты по заключенным договорам, а также то обстоятельство, что проверка фактического наличия плат управления не проводилась, подтвердили сотрудники ИК-12 1, 15, 11, 8, 30, 4, 17, 31 и другие.

Из показаний ФИО2, данных в качестве подозреваемого и обвиняемого, и исследованных судом, установлено, что по просьбе 20 он оформлял приемо-сдаточные акты на металлолом ИК-12, куда вносил сведения о меньшем объеме, чем фактически поступило в ООО «ВТК». Часть денежных средств переводил на лицевой счет ИК-12, другую часть на указанную 20 банковскую карту. В суде ФИО2 пояснял, что металлолом поставлялся из колонии на машинах исправительного учреждения либо на автомобилях ООО «ВТК».

Судом установлено, что содействие ФИО2 в оформлении недостоверных документов и согласие на перевод денежных средств в адрес третьих лиц напрямую способствовало совершению преступления. Суд правильно оценил как способ защиты версию ФИО2 о том, что он не знал о хищении металлолома, не участвовал в совершении преступления, не имел корыстной цели. Действия по организации им вывоза металлолома с территории ИК-12, составлению фиктивных документов, направлению денежных средств по поручению сотрудника исправительного учреждения на карты иных лиц не соотносятся с версией о неосведомленности о совершении преступления.

По поводу реализации металлолома, принадлежащего ИК-12, свидетель 1 (главный бухгалтер ИК-12) поясняла, что внебалансовый металлолом отражался на основании приемо-сдаточного акта ООО «ВТК», а не по акту исправительного учреждения.

Свидетель 8 поясняла, что вопросами вывоза металла с территории учреждения занимался заместитель начальника 20. Для вывоза металла требовался пропуск и товарная накладная, вес в которых она проставляла со слов 20, соответствие указанного веса фактическому не проверяла.

Из показаний свидетелей 7 и 26 следует, что они на автомобилях КАМАЗ выводили с территории ИК-12 металлолом, на территории колонии металлолом не взвешивался, он устанавливался на весах ООО «ВТК». Показания ряда свидетелей о том, что металлолом вывозился по просьбе ФИО2, не противоречат выводу суда о том, что ФИО2 оказывал пособничество в совершении преступления и опровержением причастности ФИО1 к содеянному не являются.

Суммы переведенных по контрактам денежных средств установлены на основании изъятой в ИК-12 документации, в том числе из платежных документов. В частности, из выписок по счетам ИП 18, 27 и 24 следует, что на расчетный счет 27 в период с 17.01.2019 по 24.07.2019 поступили денежные средства от ФИО5 на общую сумму 1717820 рублей, из которых 1634 370 рублей непосредственно за металлолом, который не оформлен приемо-сдаточными актами ООО «ВТК», а 83450 рублей - за разницу в ценовой стоимости металлолома в дни поставки его в ООО «ВТК» между договорной стоимостью и фактической. Денежные средства ИК-12, поступившие ИП 18, частично перечислены 27 и 9, а также на различные юридические лица с основанием платежа «за ИК-12», в том числе за оплату новогоднего корпоратива, наградных медалей и различных услуг для сотрудников ИК-12. С расчетного счета 27 денежные средства практически в полном объеме сняты в банкоматах отделения ПАО Сбербанк, частично перечислены 25 в сумме 20000 рублей, 24 в сумме 85000 рублей. Денежные средства ИК-12 в сумме 85000 рублей, поступившие на расчетный счет 24, израсходованы на бытовые нужды - оплату бензина на заправочном комплексе, оплату штрафов, продуктов питания, товаров в магазине.

Согласно протоколу осмотра сотового телефона свидетеля 1, в августе 2019 года начальник ИК-12 ФИО1 направлял ей сообщения с информацией о том, что ИП 18 платы управления ЕВГИ в ИК-12 не поставлял.

Свидетели 9 и 27 подтвердили, что на их банковские карты по просьбе 20 перечислялись денежные средства, которые они передавали последнему.

Вышеуказанные доказательства опровергают довод ФИО1 о том, что заключение приведенных в приговоре договоров и дальнейшее расходование денежных средств происходило без его ведома.

Довод защиты о самостоятельности действий 20 является несостоятельным, так как исходя из его должностных обязанностей, 20 не правомочен был без поручения ФИО6 осуществлять финансово-хозяйственную деятельность от имени учреждения, распоряжаться прибылью.

Кроме того, вина осужденных подтверждается другими доказательствами, приведенными в приговоре.

Должностное положение ФИО1, содержание и объем его полномочий определены судом верно на основании приказов о назначении на должность, должностных инструкций.

Суд правильно установил, что ФИО1, используя свои служебные полномочия по распределению обязанностей между подчиненными сотрудниками, обеспечил возложение обязанностей по приобретению плат управления ЕВГИ на 20 без фактического их поступления, по сдаче металлолома с частичным сокрытием его объема, обеспечил перечисление сотрудниками отдела бухгалтерии ИК-12 и отдела № 18 УФК по Свердловской области денежных средств ИП 18 и ООО «ВТК».

Довод стороны защиты о том, что металлолом осужденному не вверялся, является несостоятельным.

По смыслу закона противоправное, безвозмездное обращение имущества, вверенного лицу, в свою пользу или пользу других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному законному владельцу этого имущества, должно квалифицироваться как присвоение или растрата при условии, что похищенное имущество находилось в правомерном владении либо ведении этого лица, которое в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения осуществляло полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества.

Начальник ИК-12 Панкратов имел доступ к похищенному имуществу на законном основании в силу занимаемой должности.

Утверждение ФИО1 и его защитника о том, что в период командировки он не исполнял обязанности начальника ИК-12, правильно оценено судом как не свидетельствующее об отстранении его от занимаемой должности, поскольку на время служебной командировки (равно как и на время отпуска) должность начальника ИК-12 сохранялась за ФИО1, в период исполнения обязанностей заместителя начальника ГУФСИН России по Свердловской области ФИО1 руководил и координировал деятельность различных служб, в том числе ИК-12. Кроме того, из показаний свидетелей судом установлено, что в период командировки ФИО1 ежедневно контролировал деятельность ИК-12 путем проведения совещаний с использованием телефонных и видеозвонков.

Довод стороны защиты о недопустимости протокола очной ставки между ФИО1 и 20 является необоснованным. Нарушений норм УПК РФ при проведении данного следственного действия судебная коллегия не усматривает. Процессуальный документ составлен в соответствии с требованиями ст. 192 УПК РФ, содержание протокола стороной защиты не оспаривается. Довод о том, что в позициях ФИО1, отрицавшего вину, и 20, в полном объеме признавшего вину, не имелось противоречий, является несостоятельным. Отказ ФИО1 от дачи показаний о незаконности следственного действия не свидетельствует.

Все изложенные в приговоре доказательства суд в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу. При этом в приговоре указано, по каким основаниям суд принял как достоверные одни доказательства и отверг другие.

Судебная коллегия находит, что содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств; фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц либо иных документов таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, не установлено.

Судебная коллегия соглашается с данной судом оценкой показаниям свидетелей и иным доказательствам. Приведенная адвокатом оценка показаний свидетелей носит односторонний характер. Судом первой инстанции исследованные доказательства правильно рассмотрены и оценены во всей их совокупности, существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными в основу приговора, не имеется.

Действия осужденных правильно квалифицированы судом первой инстанции.

Вопреки доводу адвоката Миронова, квалификация действий ФИО2 соответствует абзацу 3 п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», согласно которому действия организаторов, подстрекателей и пособников мошенничества, присвоения или растраты, заведомо для них совершенных лицом с использованием своего служебного положения, квалифицируются по соответствующей части статьи 33 УК РФ и по части 3 статьи 159, части 3 статьи 159.1, части 3 статьи 159.2, части 3 статьи 159.3, части 3 статьи 159.5, части 3 статьи 159.6 или по части 3 статьи 160 УК РФ соответственно.

Показания ФИО2, пояснявшего об объеме похищенного металлолома, учтены судом при назначении наказания, к обстоятельствам, освобождающим от уголовной ответственности, не относятся.

Расходование ФИО1 части похищенных денежных средств на нужды ИК-12 также учтено судом при назначении наказания, при этом на довод защиты об отсутствии корыстного умысла справедливо отмечено, что такое расходование является способом распоряжения похищенными денежными средствами, и не влечет отсутствия в действиях осужденного признаков состава преступления.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия или судебного разбирательства судебная коллегия не усматривает.

Наказание осужденным назначено в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ с учетом установленных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенных ими преступлений, данных о личности осужденных, состояния их здоровья и здоровья их близких, смягчающих наказание обстоятельств, в том числе приводимых в апелляционных жалобах, влияния назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

С учетом того, что перечень смягчающих наказание виновных лиц обстоятельств, не является ограниченным, утверждение автора представления о том, что способ расходования денежных средств не может быть признан смягчающим обстоятельством, не основано на законе. Фактическое обоснование данного решения в приговоре приведено, оснований для переоценки выводов суда судебная коллегия не находит.

Назначенное каждому из осужденных наказание является соразмерным содеянному и справедливым, судебная коллегия не находит оснований для признания его чрезмерно мягким, как о том указано в апелляционном представлении.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 15 мая 2023 года в отношении ФИО1, ФИО2 оставить без изменения, апелляционное представление старшего помощника прокурора Ленинского района г. Нижнего Тагила ФИО3, апелляционные жалобы адвокатов Миронова В.В., Пискуновой Л.С., осужденного ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его оглашения и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, предусмотренном Главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных жалоб, представления через суд первой инстанции, в течение 6 месяцев.

В случае подачи кассационных жалобы, представления осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи