Решение по делу № 2-1032/2023 от 02.11.2023 - о признании договора купли-продажи квартиры недействительным и признании права собственности на квартиру.

Дело № 2-1032/2023 ***

УИД 33RS0005-01-2023-000834-14

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

2 ноября 2023 года г. Александров

Александровский городской суд Владимирской области в составе: председательствующего судьи Петровой А.В.,

при секретаре Яворской А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным и признании права собственности на квартиру,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 и ФИО3, в котором с учетом его уточнения (л.д. 214-217), просила:

восстановить срок для признания договора купли-продажи квартиры с кадастровым номером *** по адресу: <адрес>, кВ. <адрес> от 13 октября 2019 года недействительным;

признать договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером № по адресу: <адрес> от 13 октября 2019 года, заключенный между ФИО4 и ФИО3, недействительным;

исключить из Единого государственного реестра недвижимости сведения о праве собственности ФИО4 на квартиру с кадастровым номером № по адресу: <адрес>;

выделить долю ФИО5 в общем имуществе супругов ФИО5 и ФИО3 в виде 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, кВ. 38;

установить факт принятия ею наследства после смерти ФИО5;

признать за ней право собственности на ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, кВ. 38.

В обоснование иска указала, что на основании постановления администрации г. Карабаново от 22 апреля 1992 года № 116 ее отцу ФИО3 на семью из 3-х человек на условиях социального найма была предоставлена комната, площадью 24 кв.м по адресу: <адрес>, кВ. 2. В данной комнате были зарегистрированы она, ФИО3 и мать ФИО5 На основании постановления администрации города Карабаново от 16 августа 1996 года № 214 и с согласия ФИО5, с целью улучшения жилищных условий ФИО3 по нотариально удостоверенному договору мены от 4 сентября 1996 года произвел обмен вышеуказанной комнаты на однокомнатную квартиру, площадью 32,5 кв.м по адресу: <адрес>, кВ. 38. При этом, в договор мены было включено условие, что квартира передается в единоличную собственность последнего, а супруга с дочерью приобретают лишь право бессрочного проживания в ней. Вместе с тем, нотариального согласия на оформление квартиры в единоличную собственность ФИО3 ФИО5 не давала, какого-либо соглашения между родителями и органом опеки и попечительства, действующим в ее интересах, как несовершеннолетней, на тот момент не заключалось. Договор мены на вышеуказанных условиях ФИО5 не подписывала. 4 апреля 2020 года в ходе подготовки к судебному заседанию по гражданскому делу № 2-637/2020 по иску ФИО4 к ней и ФИО5 о признании прекратившими право пользования жилым помещением, они узнали о том, что ФИО3 продал вышеуказанную квартиру. Решением Александровского городского суда от 31 июля 2020 года в удовлетворении иска ФИО4 было отказано. 19 декабря 2022 года ФИО5 умерла. После ее смерти наследственное дело нотариусом не заводилось, но она фактически приняла наследство, так как похоронила мать, была зарегистрирована по одному адресу с умершей, а также пользуется предметами домашнего обихода после смерти матери. Считает, что поскольку на момент совершения нотариально удостоверенного договора мены от 4 сентября 1996 года комнаты по адресу: <адрес>, кВ. 2, на однокомнатную квартиру: <адрес>, кВ. 38, в неприватизированной комнате были зарегистрированы и проживали 3 человека: она, ответчик ФИО3 и ее мать ФИО5, их доли в праве общей долевой собственности на квартиру должны быть равными, т.е. по 1/3 доли в праве за каждым. Наследниками после смерти матери является она и ее сестра ФИО6 Поскольку после смерти матери она фактически приняла наследство, то ей в порядке наследования принадлежит еще 1/6 доля в праве на спорную квартиру. Следовательно, за ней должно быть признано право на ? долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру.

В ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО4 умер 31 августа 2021 года. Как следует из материалов наследственного дела №332/2021, открытого нотариусом Александровского нотариального округа ФИО7, наследником после смерти ФИО4 является ФИО2

Определением суда от 11 мая 2023 года произведена замена ненадлежащего ответчика ФИО4 на надлежащего ФИО2 (л.д. 124).

Определением суда от 15 июня 2023 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО8, ФИО9, ФИО6

Определением суда от 24 августа 2023 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО10 и Управление федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Владимирской области.

В судебном заседании истец ФИО1, она же законный представитель третьих лиц несовершеннолетних ФИО8 и ФИО9, исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснила, что с 1996 года по настоящее время она проживает в квартире по адресу: <адрес>, кВ. 38. До 2022 года в указанной квартире также проживала ее мать ФИО5 О том, что ФИО3 продал квартиру им стало известно лишь в 2020 году, когда ФИО4 обратился в суд с иском о признании ее и ее матери прекратившими право пользования жилым помещением. ФИО3 с 1999 года в квартире не проживает, в расходах по оплате коммунальных услуг не участвует. ФИО4 до заключения договора купли-продажи в спорной квартире ни разу не был, в нее не вселялся.

Представитель истца ФИО1 Кахидзе Д.З., действующая от имени и в интересах ФИО1 на основании ее заявления о допуске к участию в дела в качестве ее представителя (л.д. 133), доводы ФИО1 поддержала, ссылаясь на обстоятельства, изложенные в иске и уточнениях к нему. Дополнительно пояснила, что решением Александровского городского суда от 31 июля 2020 года установлено, что все члены семьи ФИО3 обладали равными правами на комнату, занимаемую ими по договору социального найма, в том числе возможностью приватизации жилого помещения, и при вселении, в результате заключения договора мены, в квартиру по адресу: <адрес>, кВ. 38, у ФИО1 и ее матери ФИО5 наравне с ФИО3 возникли права на данную квартиру. Доказательств того, что мать и (или) орган опеки и попечительства, дали согласие о переда квартиры в единоличную собственность ФИО3, в материалы дела не представлено. Полагала, что ответчик ФИО3 не вправе был отчуждать данную квартиру. Просила иск удовлетворить.

Ответчик ФИО3 иск ФИО1 признал частично, а именно в части признания договора купли-продажи квартиры с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, кВ. 38 от 13 октября 2019 года, заключенного между ним и ФИО4, недействительным. Пояснил, что о намерении продать квартиру по адресу: <адрес>, кВ. 38, он говорил ФИО5 и ФИО1 заранее. 13 октября 2019 года он, действуя через своего представителя ФИО10, заключил договор купли-продажи данной квартиры, но денежные средства, причитающиеся по договору, так и не получил. Между ним и ФИО4 была достигнута устная договоренность, что денежные средства за квартиру он ему передаст тогда, когда ФИО5 и ФИО1 снимутся с регистрационного учета. ФИО4 сам обращался в суд с иском о признании ФИО5 и ФИО1 прекратившими право пользования жилым помещением, но в удовлетворении иска ему было отказано. 31 августа 2021 года ФИО4 умер. Денежные средства по договору ни ФИО4 ни его наследник ФИО2 ему так и не передали. Возможно, денежные средства, не переданные по договору, остались у ФИО10 В силу указанных обстоятельств, считает, что сделку необходимо признать недействительной. В остальной части иска просил отказать, полагая требования ФИО1 необоснованными. Считает, что ни она, ни ее мать право собственности на квартиру не приобрели. Он единственный собственник данного жилого помещения.

Третье лицо ФИО6 и ее законный представитель ФИО11 (л.д. 148), надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, представили ходатайство о рассмотрении дела в их отсутствие (л.д. 143).

Третье лицо ФИО10, надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не сообщил, с ходатайствами об отложении слушания дела либо о рассмотрении дела в его отсутствие не обращался.

Третье лицо Управление федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Владимирской области, надлежащим образом извещенное о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своего представителя не направило, о причинах неявки не сообщило.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Заслушав объяснения сторон, их представителей, исследовав и оценив письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Как установлено судом ФИО3 и ФИО5 в период с 25 февраля 1989 года по 6 июля 1998 года состояли в зарегистрированном браке (л.д. 190). От брака имеют дочь ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 9).

Из объяснений сторон и материалов дела следует, что ФИО3 в период брака на семью из трех человек: муж ФИО3, жена ФИО5, дочь ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на условиях найма на основании постановления администрации г.Карабаново от 22 апреля 1992 года № 116 была предоставлена комната площадью 24 кв.м по адресу: <адрес> (л.д. 69-70, 117-119).

4 сентября 1996 года между ФИО12 и ФИО13 с одной стороны, и ФИО3, с другой стороны, был заключен договор мены, по условиям которого ФИО12 и ФИО13 обменяли принадлежащую им на праве собственности квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, на комнату по адресу: <адрес>, нанимателем которой является ФИО3 (л.д. 69-70).

По условиям вышеназванного Договора ФИО3 приобрел право собственности на квартиру по адресу: <адрес>, а ФИО5 и ФИО1 – право пользования данным жилым помещением (п.п. 11, 13 Договора) (л.д. 69-70).

По сведениям ГУП ВО «БТИ» от 26 февраля 2019 года квартира по адресу: <адрес>, принадлежит на праве собственности на основании договора обмена от 4 сентября 1996 года № 1631, ФИО3 (л.д. 60).

Как следует из положений ст. 10 ЖК РФ жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности. В соответствии с этим жилищные права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных федеральным законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных федеральным законом, но не противоречащих ему.

Согласно ст. 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного Кодекса Российской Федерации» к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие ЖК РФ, ЖК РФ применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его действие, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Поскольку, на момент заключения договора мены от 4 сентября 1996 года действовали нормы ЖК РСФСР, при разрешении спора необходимо руководствоваться, в том числе нормами, ЖК РСФСР.

В силу ч. 2 ст. 54 ЖК РСФСР, действующего в период возникновения спорных правоотношений, граждане, вселенные нанимателем в соответствии с правилами настоящей статьи, приобретают равное с нанимателем и остальными членами его семьи право пользования жилым помещением, если эти граждане являются или признаются членами его семьи (статья 53) и если при вселении между этими гражданами, нанимателем и проживающими с ним членами его семьи не было иного соглашения о порядке пользования жилым помещением.

Статья 54.1 ЖК РСФСР также наделяла всех членов семьи равными правами, вытекающими из договора найма жилого помещения.

В соответствии со ст. 67 Жилищного кодекса РСФСР наниматель жилого помещения вправе с письменного согласия проживающих совместно с ним членов семьи, включая временно отсутствующих, произвести обмен занимаемого жилого помещения с другим нанимателем или членом жилищно-строительного кооператива, в том числе с проживающими в другом населенном пункте. Обмен жилыми помещения производится со взаимной передачей прав и обязанностей, вытекающих из договора найма жилого помещения, а при обмене жилого помещения с членом жилищно-строительного кооператива - с учетом требований, предусмотренных статьей 119 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 20 Закона Российской Федерации от 24 декабря 1992 года № 4218-1 «Об основах федеральной жилищной политики» наниматель или арендатор жилого помещения в домах государственного, муниципального, общественного жилищных фондов имеет право с согласия проживающих совместно с ним совершеннолетних членов семьи произвести обмен занимаемого жилого помещения с другим нанимателем или арендатором, в том числе с проживающим в другом населенном пункте.

Наниматель или арендатор жилого помещения в домах государственного, муниципального, общественного жилищных фондов имеет право с согласия собственника жилищного фонда или уполномоченного собственником лица (органа) и проживающих совместно с ним совершеннолетних членов семьи передать права и обязанности по договору найма или аренды этого помещения собственнику частного жилищного фонда взамен приобретения права собственности на жилой дом (жилое помещение).

Из разъяснений, содержащихся в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 августа 1993 года № 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» следует, что поскольку несовершеннолетние лица, проживающие совместно с нанимателем и являющиеся членами его семьи либо бывшими членами семьи, согласно ст. 69 Жилищного кодекса РФ имеют равные права, вытекающие из договора найма, они в случае бесплатной приватизации занимаемого помещения наравне с совершеннолетними пользователями вправе стать участниками общей собственности на это помещение.

В соответствии со ст. 133 КоБС РСФСР (действовавшей на момент предоставления комнаты) опекун не вправе без предварительного разрешения органов опеки и попечительства совершать сделки, выходящие за пределы бытовых, в частности, отказа от принадлежащих подопечному прав, а попечитель давать согласие на совершение таких сделок, отказ от участия в приватизации мог быть осуществлен родителями и усыновителями несовершеннолетних, а также их опекунами и попечителями только при наличии разрешения указанных выше органов.

Согласно ч. 2 ст. 37 ГК РФ, действующей в момент заключения договора мены и последующего отчуждения спорной квартиры, опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель - давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других действий, влекущих уменьшение имущества подопечного.

Учитывая изложенное, принимая во внимание, что все члены семьи ФИО3 обладали равными правами на комнату, занимаемую ими по договору социального найма, в том числе возможностью приватизации жилого помещения, у ФИО3, ФИО5 и ФИО1 при вселении в квартиру по адресу: <адрес>, в результате обмена комнаты по адресу: <адрес>, кВ. 2, возникли равные права на спорную квартиру. Следовательно, приобретая жилое помещение в собственность, ФИО3 и члены его семьи фактически реализовали свое право на приватизацию жилого помещения, в связи с чем, доли ФИО3, ФИО5 и ФИО1 в праве собственности на спорную квартиру должны быть равными.

Таким образом, суд приходит к выводу, что квартира по адресу: <адрес>, принадлежала на праве общей долевой собственности ФИО3, ФИО5 и ФИО1 в равных долях, т.е. по 1/3 доли в праве каждому.

Указанные обстоятельства установлены также вступившим в законную силу решением Александровского городского суда от 31 июля 2020 года по гражданскому делу № 2-637/2020.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных ГПК РФ.

30 октября 2019 года ФИО3, от имени которого действовал ФИО10 (л.д. 71) на основании договора купли-продажи продал <адрес> в <адрес> ФИО4 (л.д. 53).

Согласно выписке из домовой книги и справке ООО «ЖКО» на момент заключения договора купли-продажи, т.е. по состоянию на 30 октября 2019 года, в квартире по адресу: <адрес>, проживали и были зарегистрированы по месту жительства ФИО1 и ФИО5 с 10 сентября 1996 года, ФИО8 с 6 мая 2015 года и ФИО6 с 5 марта 2019 года.

В силу п. 10 Договора купли-продажи от 30 октября 2019 года зарегистрированные в квартире ФИО8, ФИО6, ФИО1 и ФИО5 обязуются сняться с регистрационного учета до 30 ноября 2019 года.

Право собственности ФИО4 на квартиру зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 7 ноября 2019 года (л.д. 43-44).

25 февраля 2020 года ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО5, ФИО6, ФИО1, ФИО8 о признании прекратившими право пользования жилым помещением – квартирой № в <адрес> в <адрес>, снятии их с регистрационного учета по этому адресу и выселении.

Вместе с тем, решением Александровского городского суда от 31 июля 2020 года, вступившим в законную силу 2 декабря 2020 года, в удовлетворении исковых требований ФИО4 отказано (л.д. 117-119).

При этом, разрешая данный спор, суд указал, что обязательство сняться с регистрационного учета по адресу: <адрес>, ФИО5 и ФИО1, действуя и в интересах своих несовершеннолетних детей, ни продавцу ФИО3, ни покупателю ФИО4 не давали, какого-либо соглашения между супругами и органом опеки и попечительства (администрацией г. Карабаново), действующим в интересах несовершеннолетней ФИО1, не заключалось. Доказательств, объективно свидетельствующих о добровольном отказе ответчиков от пользования спорной квартирой, истцом не представлено.

В силу ч. 1 ст. 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Согласно пунктам 1, 3 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка), либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 167 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы, либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно ч.ч.3,4 ст. 166 ГПК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В силу ст. 209 ГК РФ полномочия по владению, пользованию, распоряжению имуществом, в том числе путем его отчуждения в собственность иных лиц, принадлежат собственнику имущества.

Согласно ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В соответствии с п. 1 ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, принимая во внимание вышеприведенные положения закона, суд приходит к выводу, что ФИО3 распорядился спорной квартирой единолично. При этом, ни ФИО1, ни ее мать ФИО5, обладая равными правами на квартиру, договор купли-продажи не подписывали, согласие на ее продажу не давали.

На момент заключения договора купли-продажи и до настоящего времени ФИО1, ее сестра ФИО6, и ее несовершеннолетние дети ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 116) фактически проживали и были зарегистрированы по месту жительства: по адресу: <адрес>. ФИО5 снята с регистрационного учета в связи со смертью 19 декабря 2022 года.

Таким образом, учитывая, что ФИО3 не имел право отчуждать спорную квартиру, и она выбыла из владения ФИО5 и ФИО1 помимо их воли и незаконно, суд приходит к выводу об удовлетворении иска ФИО1 о признании договора купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, от 13 октября 2019 года, заключенного между ФИО4 и ФИО3, недействительным.

При этом, суд не соглашается с доводами ответчика ФИО3 о пропуске истцом срока исковой давности на обращение в суд с настоящим иском (л.д. 129), по следующим основаниям.

В силу п. 1 ст. 181 ГПК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГПК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии со статьей 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

Из приведенной правовой нормы и акта ее толкования следует, что пропущенный срок исковой давности может быть восстановлен только по уважительным причинам, которые связаны с личностью истца и носят исключительный характер, имели место в последние шесть месяцев срока исковой давности и подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами, представленными истцом.

Как следует из объяснений истца о сделке купли-продажи квартиры, заключенной между ФИО4 и ФИО3, она узнала в рамках рассмотрения гражданского дела № 2-637/2020 по иску ФИО4 к ней, ФИО5, ФИО6 и ФИО8 о признании прекратившими право пользования жилым помещением – квартирой № в <адрес> в <адрес>, снятии их с регистрационного учета по этому адресу и выселении.

Оснований не доверять доводам истца ФИО1 у суда не имеется. Указанные ею обстоятельства подтверждаются материалами гражданского дела № 2-637/2020 и доводами ответчиков не опровергнуты.

Так, из материалов гражданского дела № 2-637/2020 следует, что истец ФИО4 обратился с настоящим иском в суд 25 февраля 2020 года (л.д. 151-152). Извещение о дате, времени и месте рассмотрения дела ФИО1 получила 10 апреля 2020 года, а ФИО5 – 11 апреля 2020 года (л.д. 164-167). С иском о признании недействительным договора купли-продажи квартиры истец ФИО1 обратилась 3 апреля 2023 года, т.е. в течение трех лет с момента, когда узнала о сделке.

Таким образом, поскольку договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, кВ. 38, между ФИО4 и ФИО3 был заключен 13 октября 2019 года, а с иском в суд ФИО1 обратилась только 3 апреля 2023 года, то срок для признания ФИО1 данной сделки недействительной подлежит восстановлению.

Согласно п. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В силу п.2 ст. 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Государственный кадастровый учет и государственная регистрация прав на недвижимое имущество осуществляются в соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

Согласно выписке из ЕГРН от 4 апреля 2023 года квартира по адресу: <адрес>, принадлежит на праве собственности ФИО4 (л.д. 33-34).

В ходе рассмотрения дела установлено, что 31 августа 2021 года ФИО4 умер (л.д. 45).

В установленный законом срок к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО4 обратился его сын ФИО2 (л.д. 75). Нотариусом Александровского нотариального округа ФИО7 на основании его заявления заведено наследственное дело № 332/2021, открытое к имуществу ФИО4 2 марта 2022 года нотариусом выданы ФИО2 свидетельства о праве на наследство по закону на часть наследственного имущества (л.д. 73-111); свидетельство о праве на наследство по закону на квартиру по адресу: <адрес>, ФИО2 не выдавалось.

Однако, несмотря на то, что свидетельство о праве на наследство по закону на квартиру по адресу: <адрес>, ФИО2 не выдавалось, право на спорную квартиру у него возникло в порядке наследования.

С учетом изложенного, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, признание договора купли-продажи спорной квартиры недействительным повлечет за собой прекращение права собственности ФИО2 на квартиру по адресу: <адрес>, и исключении из Единого государственного реестра недвижимости сведений о праве собственности ФИО4 на указанную квартиру.

19 декабря 2022 года умерла ФИО5 (л.д. 30).

Согласно ст. 264 ГПК РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан.

На основании ч. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию, наследственному договору и по закону.

Согласно ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно п. 1 ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять.

В силу п. 2 ст. 1153 ГК РФ признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

В п. 36 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» конкретизировано, что под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 ГК РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.

Как установлено в ходе рассмотрения дела ФИО5 принадлежала на праве собственности 1/3 доля в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>. Наследниками после смерти ФИО5 являются ФИО1 и ФИО6 Наследственное дело после смерти ФИО5 не заводилось, однако ее дочери, в том числе истец ФИО1 фактически приняли наследство после смерти матери, так как на момент смерти наследодателя были зарегистрированы по одному с ней адресу: <адрес>.

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, с учетом положений приведенных норм закона, суд находит требования истца ФИО1 об установлении факта принятия наследства после смерти ФИО5 и признании за ней права собственности на ? долю (1/3 +1/6) в праве общей долевой собственности на спорную квартиру обоснованными.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО1 удовлетворить.

Восстановить ФИО1 срок для признания договора купли-продажи квартиры с кадастровым номером № по адресу: <адрес> от 13 октября 2019 года, недействительным.

Признать договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером № по адресу: <адрес> от 13 октября 2019 года, заключенный между ФИО4 и ФИО3, недействительным.

Исключить из Единого государственного реестра недвижимости сведения о праве собственности ФИО4 на квартиру с кадастровым номером № по адресу: <адрес>.

Определить доли ФИО5, ФИО1 и ФИО3 в праве общей долевой собственности на квартиру с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, как равные, т.е. по 1/3 доли в праве за каждым.

Установить факт принятия ФИО1 наследства после смерти ФИО5.

Признать за ФИО1 право собственности на ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру с кадастровым номером № по адресу: <адрес>.

Решение может быть обжаловано во Владимирский областной суд через Александровский городской суд Владимирской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий подпись А.В. Петрова

Мотивированное решение изготовлено 15 ноября 2023 года.

Председательствующий подпись А.В. Петрова

Подлинный документ находится в производстве Александровского городского суда в гражданском деле №2-1032/2023.