25RS0009-01-2025-000400-75 дело №2-373/2025

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Лесозаводск 2 июня 2025 г.

Судья Лесозаводского районного суда Приморского края Яровенко С.В., при секретаре Снежко С.В.,

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» к ФИО1 о признании договора страхования недействительным,

УСТАНОВИЛ:

СПАО «Ингосстрах» обратилось в Лесозаводский районный суд с исковым заявлением, в котором просит суд признать договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств №№ хх, заключенный между СПАО «Ингосстрах» и ФИО1 недействительным.

В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что хх.хх.хххх между СПАО «Ингосстрах» и ФИО1 был заключен договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств № № хх, в соответствии с Федеральным законом от хх.хх.хххх № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в отношении транспортного средства «Mitsubishi Canter», гос. номер № хх, сроком действия с хх.хх.хххх по хх.хх.хххх, страховая премия в размере 25 886 рублей 26 копеек. Полис ОСАГО был приобретен посредством системы Е-ОСАГО в сети интернет. В ходе проверки СПАО «Ингосстрах» выявлено, что сведения о застрахованном транспортном средстве «Mitsubishi Canter», гос. номер № хх являются недействительными, а ответчик не является собственником данного транспортного средства и никогда не являлся. Согласно полученным объяснениям от предыдущего собственника транспортного средства «Mitsubishi Canter», гос. номер № хх ФИО2, указанное транспортное средство никогда не продавалось ФИО1, а ФИО2 никогда не подписывал договор купли-продажи от хх.хх.хххх. Из вышеуказанного следует, что ответчиком на основании имеющихся документов через систему Е-ОСАГО был заключен договор обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства. Сообщение страховщику заведомо ложных сведений при заключении договора страхования может служить основанием для признания этого договора недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, и того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности вступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления. Ответчиком намеренно были предоставлены ложные сведения о факте владения им транспортным средством в отношении которого был заключен договор гражданской ответственности владельца транспортного средства.

В судебное заседание не прибыли надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела представитель истца и ответчик ФИО1 От представителя истца СПАО «Ингосстрах» ФИО3 и третьего лица ФИО2 поступили заявления о рассмотрении дела в их отсутствие. При указанных обстоятельствах, суд считает возможным, рассмотреть дело в отсутствие не прибывших в судебное заседание лиц, поскольку их неявка в судебное заседание не препятствует рассмотрению дела.

В судебное заседание от третьего лица ФИО2 поступило сообщение, согласно которого он возражает против удовлетворения искового заявления, поскольку ответчик на законных основаниях стал обладателем автомобиля «Mitsubishi Canter», ранее принадлежащего ему (Янович). Сотрудник страховой компании, связался с ним (Янович) и сообщил, что совершаются мошеннические действия. В связи с чем, он (Янович), дистанционно составил по просьбе указанного сотрудника заявление, которое имеется в материалах дела и отправил его указанному сотруднику страховой компании по ватсап. То, что совершаются мошеннические действия он (Янович) не согласен, поскольку он разговаривал с лицом, которое поставило указанный автомобиль на учет.

В судебное заседание от ответчика ФИО1 поступил отзыв на исковое заявление, согласно которого он считает, что иск СПАО «Ингосстрах» не подлежит удовлетворению, поскольку он (ответчик) является собственником автомобиля «Mitsubishi Canter» гос. номер № хх, ранее принадлежащего ФИО2 У него (ФИО1) имеется свидетельство о регистрации указанного транспортного средства выданное хх.хх.хххх. Представленное в судебное заседание объяснение предыдущего собственника - ФИО2 не является допустимым доказательством, поскольку противоречит фактическим обстоятельствам дела, указанное доказательство не соответствует требованиям ст. 71 ГПК РФ. Обосновывая иск, истец указал, что ответчик не является и никогда не являлся собственником автомобиля «Mitsubishi Canter» гос. номер № хх, ссылаясь на объяснение предыдущего собственника - ФИО2 В то же время он (ФИО1) является собственником указанного автомобиля, приобретенного им в соответствии с положениями п. 2 ст. 218 ГК РФ. Право собственности на указанный автомобиль у него ( ФИО1) возникло после купли – продажи в соответствии со ст. 233 ГК РФ с момента передачи указанного автомобиля, а впоследствии он поставил указанный автомобиль на учет. Представленный договор купли – продажи от хх.хх.хххх заключенный между ФИО2 и им (ФИО1) не был признан оспоримой либо ничтожной сделкой. Истцом избран неверный способ защиты своего права, ввиду того, что при предъявлении иска, истцом фактически оспаривается принадлежность транспортного средства собственнику, при этом, истец не оспаривает договор купли – продажи, являющийся основанием для возникновения права собственности.

Изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам:

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Федерального закона от хх.хх.хххх №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В силу пункта 1 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются, во всяком случае, обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Данная норма права предоставляет страховщику возможность самостоятельно определить дополнительный по отношению к установленным в пункте 1 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации перечень существенных условий договора в зависимости от степени их значимости для вероятности наступления страхового случая.

На основании пункта 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса. Страховщик не может требовать признания договора страхования недействительным, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали.

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Из содержания приведенных норм следует, что сообщение страховщику заведомо ложных сведений при заключении договора страхования может служить основанием для признания этого договора недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, и того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 Гражданского кодекса РФ, право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с правовой позицией изложенной в п. 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда РФ хх.хх.хххх, указано, что регистрация транспортных средств носит учетный характер и не служит основанием для возникновения на них права собственности; снятие автомобиля с регистрационного учета не свидетельствует о прекращении права собственности на него.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от хх.хх.хххх по делу N 305-ЭС18-13132, А40-114886/2017 указано, что ГК РФ и другие федеральные законы не содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято им с регистрационного учета, а также нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета. Аналогичная правовая позиция отражена в Постановлении Пятого арбитражного апелляционного суда от хх.хх.хххх N 05АП-4293/2020 по делу N А59-723/2020. В Постановлении Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от хх.хх.хххх N 14АП-1706/2021 по делу N А66-13884/2013 (Постановлением Арбитражного суда ххххххх от хх.хх.хххх N Ф07-8280/2021 данное Постановление оставлено без изменения) судом отмечено, что указание в карточке учета на снятие с регистрационного учета транспортного средства не свидетельствует о смене его собственника, отчуждении имущества.

Факт регистрации транспортного средства в органах ГИБДД не означает возникновения права собственности на спорную автомашину, а является лишь основанием для допуска к участию в дорожном движении на территории РФ. Законодательно установленное требование о государственной регистрации автомобиля носит учетный, а не правоустанавливающий характер (п. 6 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 2 (2017), утв. Президиумом Верховного Суда РФ хх.хх.хххх; Постановление Арбитражного суда ххххххх от хх.хх.хххх N Ф03-4508/2023 по делу N А51-3676/2021 (Определением Верховного Суда РФ от хх.хх.хххх N 303-ЭС23-28050 отказано в передаче дела N А51-3676/2021 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного Постановления), Постановление Арбитражного суда ххххххх от хх.хх.хххх N Ф05-19515/2023 по делу N А40-253421/2022 (Определением Верховного Суда РФ от хх.хх.хххх N 305-ЭС23-23173 отказано в передаче дела N А40-253421/2022 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного Постановления)).

В соответствии с правовой позицией изложенной в постановлениях Верховного Суда РФ от хх.хх.хххх N 78-КГ22-8-К3, 2-923/2020 - транспортные средства не отнесены к объектам недвижимости, в связи с чем являются движимым имуществом. Следовательно, при их отчуждении действует общее правило о моменте возникновения права собственности у приобретателя - с момента передачи транспортного средства. Регистрация транспортных средств при этом носит учетный характер и не является обязательным условием для возникновения на них права собственности.

Как установлено совокупностью представленных доказательств, в том числе и объяснением ФИО2 и отзывом на иск ФИО1, автомобиль «Mitsubishi Canter», гос. номер № хх на основании договора купли - продажи транспортного средства от хх.хх.хххх (л.д. 11) заключенного ФИО2 и ФИО1 перешёл хх.хх.хххх в собственность ФИО1, которым в момент составления договора принят указанный автомобиль.

В судебное заседание не представлено доказательств и убедительных доводов о том, что указанный договор купли - продажи транспортного средства от хх.хх.хххх (л.д. 11), на момент страхования транспортного средства, то есть на хх.хх.хххх расторгнут, либо был признан недействительным.

В соответствии со сведениями предоставленными истцом, которые сторонами не оспаривались, транспортное средство «Mitsubishi Canter», гос. номер № хх по заявлению ФИО1 было застраховано хх.хх.хххх СПАО «Ингосстрах» по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств № № хх, в соответствии с Федеральным законом от хх.хх.хххх № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

При этом ФИО1 в соответствии с представленными истцом доказательствами представил копии: договора купли - продажи автомобиля «Mitsubishi Canter», гос. номер № хх от хх.хх.хххх заключенного ФИО2 и ФИО1 (л.д. 11), паспорта выданного на имя ФИО1 (л.д. 12, 13).

СПАО «Ингосстрах» выдан на имя ответчика электронный страховой полис средств № № хх сроком действия с хх.хх.хххх по хх.хх.хххх, страховая премия в размере 25 886 рублей 26 копеек.

ФИО1 хх.хх.хххх выдано свидетельство № хх о регистрации указанного транспортного средства «Mitsubishi Canter», гос. номер № хх.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании изложенного, поскольку в судебном заседании установлено, что на момент составления договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств № ХХХ 0398632117 от хх.хх.хххх автомобиля «Mitsubishi Canter», гос. номер № хх на срок с хх.хх.хххх по хх.хх.хххх, собственником указанного автомобиля являлся ФИО1, который в период действия указанного договора являлся владельцем указанного транспортного средства, в судебном заседании не установлен факт того, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах указанных в п. 1 ст. 944 ГК РФ, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований СПАО «Ингосстрах» о признании договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств № хх, заключенного между СПАО «Ингосстрах» и ФИО1 недействительным.

Суд считает не состоятельными доводы СПАО «Ингосстрах» о том, что сведения о застрахованном автомобиле «Mitsubishi Canter», гос. номер № хх, а так же о том, что ФИО1 не является и никогда не являлся собственником указанного транспортного средства, о том что ФИО2 никогда не продавал указанное транспортное средство ФИО1, что ФИО2 не подписывал договор купли – продажи от хх.хх.хххх, о том, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения, поскольку указанные доводы опровергаются совокупностью представленных в судебное заседание доказательств, в том числе сведениями представленными в судебное заседание ФИО2, согласно которых он возражает против удовлетворения искового заявления, поскольку он действительно продал указанное транспортное средство ФИО1, при этом сотрудник страховой компании, связался с ним (Янович) и ввел его в заблуждение, сообщив, что совершаются мошеннические действия, с чем, он (Янович) не согласен, сведениями поступившими хх.хх.хххх из УМВД России по ххххххх, согласно которых собственником автомобиля «Mitsubishi Canter» гос. номер № хх, является ФИО1 хх.хх.хххх года рождения, сведениями паспортного досье ФИО1, которое согласуется с адресной справкой и копией паспорта на ФИО1, копией свидетельства о регистрации транспортного средства 99 70 864139, согласно которого собственником автомобиля «Mitsubishi Canter» гос. номер № хх, является ФИО1, не оспоренной сторонами копией договора купли - продажи транспортного средства от хх.хх.хххх (л.д. 11) заключенного ФИО2 и ФИО1 перешёл хх.хх.хххх в собственность ФИО1, которым в момент составления договора принят указанный автомобиль, факт заключения которого подтвержден ФИО2 и ФИО1 в ходе рассмотрения дела.

Учитывая, что ФИО2 не поддержал написанное им ранее заявление, поскольку он действительно продал указанное транспортное средство ФИО1, при этом сотрудник страховой компании, связался с ним (Янович) и ввел его в заблуждение, сообщив что совершаются мошеннические действия, с чем, он (Янович) не согласен, а ФИО1 представил доказательства его права собственности «Mitsubishi Canter» гос. номер № хх, учитывая что в судебное заседание не представлено доказательств и убедительных доводов о том, что указанный договор купли - продажи транспортного средства от хх.хх.хххх (л.д. 11), на момент страхования транспортного средства, то есть на хх.хх.хххх расторгнут, либо был признан недействительным, принимая во внимание, что ФИО1 заявлено о недопустимости заявления ФИО2 от хх.хх.хххх, суд не принимает как доказательство копию заявления ФИО2 (л.д. 10), согласно которого указано, что ФИО2 не подписывал договор купли – продажи ФИО1 автомобиля «Mitsubishi Canter» гос. номер № хх, поскольку в судебное заседание, в нарушение ч. 2 ст. 71 ГПК РФ, не представлен его подлинник, либо надлежащим образом заверенная его копия.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 -198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» о признании договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств №ХХХ 0398632117, заключенного между СПАО «Ингосстрах» и ФИО1 недействительным – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца в Приморский краевой суд через Лесозаводский районный суд Приморского края.

Мотивированное решение составлено 11 июня 2025 года.

Судья _____________________ Яровенко С.В.