Дело N 2-230/2023 (33-11784/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург

03.08.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Мехонцевой Е.М.,

судей Некрасовой А.С., Зайцевой В.А.,

при помощнике судьи Васильевой А.Р.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело

по иску ФИО1 к администрации муниципального образования г. Алапаевск, ФИО3 чу, ФИО2 о признании права собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности,

по встречному иску ФИО3 ча, ФИО2 к администрации муниципального образования г. Алапаевск, ФИО1 о признании фактически принявшими наследство, признании права собственности в порядке наследования по закону,

по апелляционной жалобе ответчиков ФИО3, ФИО2 на решение Алапаевского городского суда Свердловской области от 21.04.2023.

Заслушав доклад судьи Некрасовой А.С. и объяснения ответчика ФИО2, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к администрации МО г. Алапаевск (далее - администрация), ФИО3, ФИО2 о признании права собственности в силу приобретательной давности на ... долю в праве общей долевой собственности на земельный участок и ... долю в праве общей долевой собственности на жилой дом по адресу: <адрес>.

ФИО3 и ФИО2 обратились с встречным исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО1, администрации муниципального образования г. Алапаевск об установлении факта принятия наследства после смерти О.В.Г. и признании права собственности на спорные доли (по ... доле за каждым).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено управление Росреестра по Свердловской области.

Решением суда от 21.04.2023 первоначальный иск удовлетворен полностью, встречный иск удовлетворен частично: установлен факт принятия ФИО3 и ФИО2 наследства, открывшегося после смерти О.В.Г., в остальной части встречный иск отклонен.

Не согласившись с судебным актом, ФИО3 и ФИО2 обжаловали его в апелляционном порядке.

От ФИО1 поступили возражения на апелляционную жалобу.

В судебном заседании ФИО2 поддержала доводы жалобы.

Учитывая, что иные лица, извещенные о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации путем направления извещений по почте 27.06.2023 и по телефону 30.06.2023, а также публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Свердловского областного суда, в судебное заседание не явились, что в силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, ФИО3 просил о рассмотрении жалобы без него, судебная коллегия определила о рассмотрении дела при данной явке.

Проверив законность и обоснованность принятого судебного акта, заслушав ответчика по первоначальном иску, обсудив доводы, приведенные в апелляционной жалобе, отзыве на нее, судебная коллегия не нашла оснований для отмены решения суда первой инстанции.

Как установлено судом, объекты недвижимости, по поводу которых возник спор, принадлежали А.Г.А. (жилой дом - на праве собственности, земельный участок - на праве постоянного (бессрочного) пользования). После его смерти, последовавшей <дата>, остались наследники Т.Т.П. (пережившая супруга, проживавшая в спорном доме вместе с наследодателем) и О.В.Г. (дочь от первого брака, проживавшая отдельно, в <адрес>). Оба наследника обратились в предусмотренном порядке к нотариусу с заявлениями о принятии наследства. В доме осталась проживать Т.Т.П.

С этого времени ни О.В.Г., ни ее дети, ФИО3 и ФИО2, в <адрес> не приезжали, отношений с Т.Т.П. не поддерживали, в расходах на содержание наследственного имущества не участвовали. По утверждению ФИО2 и ФИО3, мать не посвящала их в подробности правовых отношений по поводу данного имущества, не упоминала о факте подачи ею в ... заявления о принятии наследства, в связи с чем они всегда полагали, что спорные объекты отошли второй супруге их деда. И только в ... уже после смерти О.В.Г., наступившей <дата>, ответчики по первоначальному иску узнали от разыскавшей их ФИО1 (дочери Т.Т.П., умершей <дата>) о перечисленных обстоятельствах и решили заявить о собственных притязаниях на наследство.

ФИО1 же, ссылаясь на добросовестное, открытое и непрерывное (с ... владение спорными объектами ее матерью, а с ... - ею самой, полагает, что названные обстоятельства являются основанием для возникновения и признания за ней права собственности на эти объекты в силу приобретательной давности.

Удовлетворяя исковые требования ФИО1, суд обоснованно учитывал следующее.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании сделки об отчуждении этого имущества (купля-продажа, мена, дарение и т.д.), в порядке универсального правопреемства (реорганизация юридического лица, наследование), а также в случае отказа собственника от принадлежащего ему права на имущество - в порядке, предусмотренном законом (пункты 2, 3 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Об отказе от права собственности может свидетельствовать как совершение собственником активных действий, предусмотренных статьей 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, так и длительное бездействие, выражающееся в устранении от владения вещью, непроявлении интереса к ней, неисполнении обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2020 N 84-КГ20-1).

Право собственности на такую (имеющую собственника, но фактически брошенную им) вещь может быть приобретено другим лицом, которое добросовестно, открыто и непрерывно владеет указанным имуществом как своим собственным в течение пятнадцати лет, посредством обращения в суд с иском к прежнему собственнику о признании права в силу приобретательной давности (пункт 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 19 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав").

Давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности; передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения; не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору (пункт 15 Постановления N 10/22).

Принимая во внимание вышеизложенное и установив, что спорным имуществом в части, приходящейся на долю О.В.Г., Т.Т.П., а затем ее универсальный правопреемник ФИО1 владели на протяжении установленного законом пятнадцатилетнего срока, добросовестно, поскольку владение имуществом О.В.Г., утратившей к нему интерес, началось правомерно, в силу проживания в доме, открыто, не скрывая ни от О.В.Г., ни от ее наследников факта нахождения имущества в своем владении, и непрерывно, суд обоснованно пришел к выводу о том, что у ФИО1 возникли правовые основания для получения в собственность спорного имущества в силу приобретательной давности.

Исходя из этого, суд, установив факт принятия ФИО3 и ФИО2 наследства, открывшегося после смерти О.В.Г., отказал наследникам во встречном иске о признании за ними права собственности на спорное имущество.

Доводы апелляционной жалобы о том, что Т.Т.П., вступая во владение имуществом, знала о наличии у него собственника - О.В.Г., поэтому не может считаться добросовестным владельцем, о недоказанности постоянного проживания истца в спорном доме, о необходимости исчислять срок приобретательной давности с момента принятия ФИО1 наследства после смерти Т.Т.П., об отсутствии оснований для вывода о состоявшемся между ними правопреемстве, о противоречивости судебного решения, в котором с одной стороны установлен факт принятия наследства (то есть возникновения права собственности на наследственное имущество), а с другой стороны отказано в признании этого права, отклоняются как основанные на ошибочном толковании норм действующего законодательства.

Участник общей долевой собственности может претендовать на признание права собственности на другую долю в праве общей долевой собственности в силу приобретательной давности по общим основаниям, установленным статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, при этом наличие наследников бывшего титульного собственника признанию такого права не препятствует (определения Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2015 N 32-КГ15-16, от 22.10.2019 N 4-КГ19-55).

Для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества, в частности, осведомленность владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения, если вещь приобретена внешне правомерными действиями и лицо владеет ею открыто как своей собственной, то есть вместо собственника. Иное вступало бы в противоречие с целями, заложенными в статье 234 Гражданского кодекса Российской Федерации (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> N 48-П).

При этом не следует отожествлять правомочия владения и пользования имуществом: под владением жилым помещением понимается не постоянное проживание в нем, то есть эксплуатация полезных свойств жилища, а наличие у лица фактического господства над вещью - беспрепятственного доступа к имуществу с возможностью предоставить, а равно ограничить или прекратить такой доступ третьим лицам, то есть свободное осуществление контрольных функций. Наличие таких возможностей у Т.Т.П. и ФИО1 никем не оспаривается. Владение ФИО1 имуществом подтверждается и совокупностью доказательств по делу, в т.ч. показаниями свидетелей и фотографиями, на которых запечатлена новое ТВ-принимающее устройство, а также пояснениями самой ФИО2, в т.ч. подтвердившей, что доступ в дом закрыт ФИО1

Аналогичный правовой подход для целей применения норм о приобретательной давности подтвержден Верховным Судом Российской Федерации в определении от 10.03.2020 N 84-КГ20-1.

При установленных обстоятельствах владение Т.Т.П. и ФИО1 спорным имуществом не может быть признано недобросовестным, поскольку началось с ведома О.В.Г., не проявлявшей к принадлежащей ей доле никакого интереса и не претендующей на нее. Об этом дополнительно свидетельствует тот факт, что О.В.Г. не сообщила о возможности притязания на это имущество своим детям.

Отсутствуют и основания для вывода о том, что владение Т.Т.П. и ФИО1 спорным имуществом прерывалось. Поскольку ФИО1, принявшая наследство после смерти Т.Т.П., выступает как универсальный правопреемник последней и обладает тем же объемом правомочий, что и наследодатель, она вправе присоединить к сроку своего владения спорным имуществом период владения им Т.Т.П., что и констатировал суд первой инстанции.

Отказ в признании права собственности на спорное имущество за наследниками О.В.Г., несмотря на установленный факт принятия ими наследства, также является правильным.

Во-первых, приобретательная давность является самостоятельным основанием для возникновения права собственности, поэтому признанию права по давности не препятствует наличие у имущества собственника. В связи с этим констатация наличия у наследников титульного собственника, бросившего вещь, права собственности на нее не приводит к отказу в удовлетворении иска давностного владельца.

Во-вторых, иск о признании права может быть заявлен лицом, считающим себя собственником находящегося в его владении имущества (пункт 58 Постановления N 10/22). Если же имуществом владеет иное лицо, надлежащим способом защиты является виндикационный иск (статья 301 Гражданского кодекса Российской Федерации). Применительно к спорам собственников с давностными владельцами виндикация является единственным способом защиты вещного права (пункт 4 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах следует сделать вывод, что возникший спор разрешен судом правильно. Доводы жалобы не имеют значения, были предметом рассмотрения суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, несогласие с которой само по себе не свидетельствует об ошибочности сделанных судом выводов, не подтверждает наличие нарушений норм права при рассмотрении дела и не является основанием для отмены судебного акта.

Руководствуясь статьями 327.1, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Алапаевского городского суда Свердловской области от 21.04.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчиков ФИО3 ча и ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий:

.

Судьи:

.

.