Решение по делу № 2-14/2025 от 17.01.2025 - о признании долгового обязательства общим долгом бывших супругов, взыскании денежной компенсации денежных средств, уплаченных по кредитному обязательству.

УИД – 11RS0017-01-2024-000705-40

Дело № 2-14/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Сысольский районный суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Устюжаниновой Е.А.,

при секретаре Стрепетовой Е.Н., с участием

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в с. Визинга Сысольского района Республики Коми 17 января 2025 года путем использования систем видеоконференц-связи с постоянным судебным присутствием Сысольского районного суда Республики Коми в с. Койгородок Койгородского района Республики Коми гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании долгового обязательства общим долгом бывших супругов, взыскании денежной компенсации денежных средств, уплаченных по кредитному обязательству,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании долгового обязательства, возникшего на основании кредитного договора <***> от 27.03.2017, заключенного между АО «Россельхозбанк» и ФИО1, общим долгом бывших супругов; взыскании денежной компенсации в счет половины денежных средств, уплаченных по данному кредитному обязательству, и судебных расходов в виде уплаченной государственной пошлины. В обоснование требований истец указал, что состоял с ФИО3 в браке с (дата) до (дата). В период брака в интересах семьи истцом с АО «Россельхозбанк» был заключен кредитный договор <***> от 27.03.2017. После расторжения брака истец самостоятельно за счет собственных средств в полном объеме выполнил обязательства по кредитному договору. Истец полагает выплаченную по кредитному договору сумму общим долгом с бывшей супругой ФИО3, поскольку кредитные обязательства возникли в период брака, когда истец и ответчик вели общее хозяйство, целью кредита являлось проведение ремонта в квартире ответчика, в которой проживали в период брака истец и ответчик, то есть истец был уверен, что улучшает жилищные условия своей семьи, полагая, что указанную квартиру он приобрел для своей семьи. Учитывая, что истец самостоятельно осуществил погашение общего долга сторон, ответчик ФИО3 в добровольном порядке отказывается возместить половину фактически произведенных выплат, истец обратился в суд с вышеуказанными требованиями.

Определением суда от 09.10.2024 приняты к производству увеличенные исковые требования ФИО1 о признании долгового обязательства общим долгом бывших супругов, взыскании денежной компенсации в счет половины денежных средств, уплаченных по кредитному обязательству, в размере 264602 руб., взыскании судебных издержек по оплате государственной пошлины в размере 5846,02 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 на исковых требованиях в последней редакции настаивали. Представили письменные пояснения, согласно которым после расторжения брака истец проживал в одной квартире с ответчиком, о нарушении своих прав истец узнал после 07.06.2023, когда ответчик подала иск о выселении истца из квартиры, которую истец считал своей собственностью. После расторжения брака раздел имущества между бывшими супругами не производился, спора о порядке пользования имуществом до 2023 года не имелось, следовательно, довод ответчика о пропуске срока исковой давности не подлежит удовлетворению.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании просила в иске отказать в полном объеме по основаниям, изложенным в письменных возражениях, в которых указала следующее. Доказательств того, что кредитные средства были потрачены на нужды семьи, не имеется. Брак между истцом и ответчиком расторгнут (дата), с заявлением о разделе совместно нажитого имущества и долговых обязательств истец не обращался. ФИО3 полагает, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд с указанными требованиями, который в соответствии со ст. 196 ГК РФ составляет 3 года, что является основанием для отказа в удовлетворении иска. Пояснила также, что взятый ею кредит в АО «Россельхозбанк» был погашен за счет накопленных ею собственных денежных средств и средств матери.

Суд, выслушав участников судебного заседания, исследовав материалы дела, обозрев материалы гражданских дел № 2-301/2023 и № 2-385/2023, просмотрев выписки по кредитным счетам на CD-диске, приходит к следующему.

В силу ст. 244 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

На основании ст. 253 ГК РФ участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом. Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

В соответствии с п. 1 ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) установлено, что владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

В соответствии с п.п.1 и 3 ст. 39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами. Общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присужденным им долям.

По общему правилу, установленному п. 2 ст. 34 СК РФ, к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Согласно ст. 45 СК РФ, по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. При недостаточности этого имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания. Взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи. При недостаточности этого имущества супруги несут по указанным обязательствам солидарную ответственность имуществом каждого из них.

В п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", разъяснено, что в соответствии с п. 1 ст. 35 Семейного кодекса РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость. Если после фактического прекращения семейных отношений и ведения общего хозяйства супруги совместно имущество не приобретали, суд в соответствии с п. 4 ст. 38 Семейного кодекса РФ может произвести раздел лишь того имущества, которое являлось их общей совместной собственностью ко времени прекращения ведения общего хозяйства.

Согласно правовой позиции, выраженной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 03.03.2015 N 5-КГ14-162, п. 2 ст. 35 СК РФ, п. 2 ст. 253 ГК РФ установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом. Однако положения о том, что такое согласие предполагается также в случае возникновения у одного из супругов долговых обязательств с третьими лицами, действующее законодательство не содержит. Напротив, в силу п. 1 ст. 45 СК РФ, предусматривающего, что по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга, допускается существование у каждого из супругов собственных обязательств. Следовательно, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из п. 2 ст. 45 СК РФ, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга (п. 5 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2016)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 13.04.2016)).

Таким образом, из указанных положений закона, а также разъяснений Верховного Суда РФ следует, что для возложения на ответчика ответственности по обязательствам истца, обязательство должно являться общим, то есть, как следует из п. 2 ст. 45 СК РФ, возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи, либо являться обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи.

В соответствии со ст. 199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

По общему правилу, установленному п. 1 ст. 196, ст. 200 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

На основании п. 7 ст. 38 СК РФ к требованиям о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.

Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (пункт 7 статьи 38 СК РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Таким образом, при предъявлении требований о взыскании с бывшего супруга денежных средств в порядке раздела совместно нажитого имущества и долговых обязательств следует исходить из момента, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права, но не ранее времени расторжения брака.

Из материалов дела следует, что брак между ФИО1 и ФИО4 был зарегистрирован (дата) (запись акта о заключении брака № от (дата) ТО ЗАГС Койгородского района Управления ЗАГС Республики Коми).

(дата) на основании решения мирового судьи Койгородского судебного участка Республики Коми от (дата) брак между ФИО3 и ФИО1 прекращен (запись о расторжении брака № от (дата) ТО ЗАГС Койгородского района Министерства юстиции Республики Коми).

27.03.2017 между АО «Россельхозбанк» и ФИО1 был заключен кредитный договор <***> на сумму 356539,33 руб. сроком до 27.03.2022 под 19,65% годовых, с ежемесячными аннуитетными платежами 20 числа каждого месяца в размере по 9248,83 руб. с последним платежом 27.03.2022 в размере 66493,49 руб. Согласно п. 11 договора, целями использования заемщиком потребительского кредита являются погашение потребительского кредита и неотложные нужды.

Договор погашен в полном объеме, дата закрытия кредита – 28.07.2021 (л.д. 40).

Согласно объяснениям ФИО3, данных ею в судебных заседаниях, она знала о том, что ФИО1 оформил кредитный договор, однако ее согласия на это он не получал. Ответчик не согласна с тем, что денежные средства, полученные по спорному кредитному договору, были израсходованы на нужды семьи, истец не отчитывался ей о том, куда именно были потрачены денежные средства, полагала, что обязательства по кредитному договору <***> от 27.03.2017 являются его собственным обязательством. Также не признала, что часть денежных средств, полученных по данному кредиту, были направлены на погашение кредитных обязательств ФИО3, возникших ранее, ввиду отсутствия доказательств. Кредитные обязательства, оформленные на ее имя, ФИО3 погашала самостоятельно из собственных накопленных денежных средств.

Из пояснений истца ФИО1 следует, что в 2013 году им был взят кредит на приобретение квартиры и ее ремонт. Спорный кредитный договор от 27.03.2017 был заключен им с целью погашения старого кредита, кредита бывшей супруги, кредитной карты бывшей супруги, остаток истратили на совместные нужды, на квартиру, что-то для себя (протокол судебного заседания от 09.10.2024).

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

16.08.2023 ФИО1 обратился в Сысольским районным судом Республики Коми с иском к ФИО3 о признании договора купли-продажи жилого помещения, находящегося по адресу: <адрес>, недействительным в части купли-продажи 1/3 доли в праве собственности на указанное жилое помещение; признании за ФИО1 права собственности на 1/3 доли на указанное жилое помещение.

Решением Сысольского районного суда Республики Коми от 05.10.2023 по гражданскому делу № 2-385/2023 в иске ФИО1 к ФИО3 о признании договора купли-продажи от 17.06.2021 жилого помещения, общей площадью <данные изъяты> кв.м., находящегося по адресу: <адрес>, заключенного между М.А.С. и ФИО3, недействительным в части купли-продажи 1/3 доли в праве собственности на указанное жилое помещение; признании за истцом права собственности на 1/3 доли на жилое помещение, общей площадью <данные изъяты> кв.м., находящегося по адресу: <адрес>, отказано.

Решение вступило в законную силу 11.11.2023.

Судом установлено, что 17.06.2021 между М.А.С., (дата) года рождения (Продавец), и ФИО3, (дата) года рождения (Покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, из которого следует, что Продавец продал Покупателю принадлежащую ему на праве собственности квартиру общей полезной площадью <данные изъяты> кв.м., находящуюся по адресу: <адрес>. Указанная квартира принадлежит Продавцу на праве собственности на основании договора на передачу квартиры (дома) в собственность от 27.03.2014 № б/н, зарегистрирована в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Коми 01.04.2014, регистрационная запись №.

Согласно выпискам из ЕГРН от 26.06.2021, 02.10.2023 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Коми произведена государственная регистрация права собственности ФИО3, (дата) года рождения, на жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, площадью <данные изъяты> кв.м., с кадастровым номером №, на основании договора купли-продажи от 17.06.2021 (номер государственной регистрации права: № от 26.06.2021).

Судом также было установлено, что после расторжения брака ответчик ФИО3 (Наниматель) в период с 18.02.2018 и по дату заключения оспариваемого договора купли-продажи, заключала с собственником квартиры М.А.С. (Наймодатель) договоры найма указанного жилого помещения, по условиям которых наймодатель передает нанимателю и членам его семьи во владение и пользование жилое помещение (квартиру), общей площадью <данные изъяты> кв.м. по адресу: РК, <адрес>, для проживания в нем, а наниматель своевременно и в полном объеме вносит в установленном порядке плату за помещение и коммунальные услуги, а также за содержание и ремонт, ТБО, ЖБО и газ. Плата за найм помещения и имущество составляет 2000 руб. в месяц. Те обстоятельства, что коммунальные платежи вносились ФИО3 за все время проживания в спорной квартире; истец не был зарегистрирован по данному адресу, истцом не оспаривались.

На основании Постановления № 75/06 от 27.06.2012 (л.д. 12) АМР «Койгородский», ФИО1 поставлен в общую очередь на получение социальной выплаты на строительство (приобретение) жилья за счет средств бюджета (федерального, республиканского) при администрации района с 29.05.2012 составом семьи из 3 человек. Снят с учета на получение социальной выплаты 29.09.2023 по основанию, предусмотренному пп. 1 п. 7 ст. 3 Закона Республики Коми от 05.04.2005 № 30-РЗ «О социальных выплатах на строительство или приобретение жилья» (на основании личного заявления), за время нахождения на учете на получение социальной выплаты ФИО1 государственная поддержка для улучшения жилищных условий не оказывалась (письмо АМР «Койгородский» от 02.10.2023 № 02-47/3195, Постановление АМР «Койгородский» от 29.09.2023 № 31/09 «О снятии с учета»).

В рамках рассмотрения указанного выше дела № 2-385 2023 истец ФИО1 указал, что по договоренности между истцом, ответчиком ФИО3 и М.А.С., стороной в договоре купли-продажи указанного жилого помещения, заключенного между Б.А.И. и М.А.С. 27.03.2014, в качестве покупателя указана М.А.С., чтобы истец не утратил право на получение социальной выплаты на строительство или приобретение жилья за счет средств бюджета на основании Постановления № 75/06 АМР «Койгородский» от 27.06.2021 как нуждающийся в улучшении жилищных условий.

Согласно пояснениям истца, данным им в судебном заседании 13.09.2023, «мы договорились с М.А.С., что она в последующем отпишет квартиру на нас. Я стоял в очереди на улучшение жилищных условий по программе «молодая семья», чтобы нас не сняли с очереди, мы договорились, что квартиру реально покупаем мы с Дижевской, а оформляем ее на М.А.С.», при этом истец подтвердил, что они действовали в обход закона.

05.12.2023 Сысольским районным судом Республики Коми рассмотрено дело № 2-301/2023 по иску ФИО3 к ФИО1 о выселении, поступившее в суд 07.06.2023. Решением Сысольского районного суда Республики Коми от 05.12.2023 иск ФИО3 к ФИО1 удовлетворен; ФИО1 признан утратившим право пользования жилым помещением общей площадью <данные изъяты> кв.м., находящимся по адресу: <адрес> подлежащим выселению.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Коми от 04.03.2024 решение Сысольского районного суда Республики Коми от 05.12.2023 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлетворения.

В ходе рассмотрения данного гражданского дела истец ФИО3 поясняла, что в период нахождения в браке с ФИО1 их семья проживала в квартире по адресу <адрес>, принадлежащей М.А.С. После расторжения брака бывшему супругу ФИО1 было разрешено временно проживать с истцом в указанной квартире по адресу <адрес>, из-за малолетнего возраста общей дочери. После расторжения брака Дижевские не продолжали семейные отношения, не вели общее хозяйство, ФИО1 финансово истцу не помогал, в итоге истец взяла на себя бремя расходов по содержанию данного жилого помещения. В 2021 году истец приобрела в собственность данное жилое помещение на основании договора купли-продажи от 17.06.2021. Просьбы истца освободить жилое помещение ответчик игнорирует, что является препятствием для осуществления ее законных прав собственника. В связи с прекращением между истцом и ответчиком семейных отношений в (дата) году, право пользования указанным жилым помещением ответчиком не приобретено. ФИО1 зарегистрирован по адресу: <адрес>.

Данным решением также установлено, что на момент заключения договора купли-продажи от 17.06.2021 брак между сторонами был расторгнут более чем три года назад ((дата)). Сведений о том, что истцом предъявлялись требования о разделе спорной квартиры как совместно нажитого имущества, у суда не имеется, равно как и сведений о том, что истцом оспаривался договор купли-продажи от 27.03.2014, заключенный между Б.А.И. и М.А.С. После расторжения брака ФИО3 (Наниматель) в период с 18.02.2018 и по дату заключения оспариваемого договора купли-продажи, заключала с собственником квартиры М.А.С. (Наймодатель) договоры найма указанного жилого помещения, согласно условиям которых наймодатель передает нанимателю и членам его семьи во владение и пользование жилое помещение (квартиру), общей площадью <данные изъяты> кв.м. по адресу: РК, <адрес>, для проживания в нем, а наниматель своевременно и в полном объеме вносит в установленном порядке плату за помещение и коммунальные услуги, а также за содержание и ремонт, ТБО, ЖБО и газ. В качестве члена семьи ФИО3 указывалась только дочь Д.В.С. Плата за найм помещения и имущество составляет 2 000 руб. в месяц. Те обстоятельства, что коммунальные платежи вносились ФИО3 за все время проживания в спорной квартире, истец не был зарегистрирован по данному адресу, истцом не оспариваются.

Таким образом, утверждения истца ФИО1 о том, что о нарушении своих прав истец узнал после 07.06.2023, когда ответчик подала иск о выселении истца из квартиры, которую истец считал своей собственностью, не могут быть приняты судом во внимание, так как с 27.03.2014 (даты заключения договора купли-продажи жилого помещения по адресу: <адрес>, между Б.А.И. и М.А.С.) истцу было известно, что спорная квартира ему не принадлежит, поскольку в ходе рассмотрения дела № 2-385/2023 истец подтвердил, что в договоре купли-продажи от 27.03.2014 в качестве покупателя была указана М.А.С., чтобы истец не утратил право на получение социальной выплаты на улучшение жилищных условий, при этом указанные действия были совершены в обход закона; вступившими в законную силу судебными актами установлено, что после расторжения брака ФИО3 (Наниматель) в период с 18.02.2018 по 17.06.2021 заключала с собственником квартиры М.А.С. (Наймодатель) договоры найма указанного жилого помещения, вносила в установленном договорами порядке плату за помещение и коммунальные услуги, а также за содержание и ремонт, ТБО, ЖБО и газ, при этом в договорах найма в качестве члена семьи ФИО3 указывалась только дочь Д.В.С., истец ФИО1 не был указан в данных договорах в числе лиц, вселяемых совместно с нанимателем в данное жилое помещение; ФИО1 неоднократно ставила в известность ответчика о необходимости выселиться из принадлежащего ей жилого помещения.

Таким образом, доказательств, что после расторжения брака истец и ответчик вели общее хозяйство, суду не представлено.

Кроме того, как следует из решения Сысольского районного суда Республики Коми от 05.12.2023, суд пришел к выводу, что волеизъявление собственника не было направлено на его вселение для проживания в жилом помещении после его купли-продажи в качестве члена семьи; отношения, сложившиеся между истцом и ответчиком, не могут оцениваться как семейные, поскольку не характеризуются, в частности, взаимным уважением и взаимной заботой членов семьи, их личными неимущественными и имущественными правами и обязанностями, общими интересами, ответственностью друг перед другом, ведением общего хозяйства.

То обстоятельство, что определением Сысольского районного суда Республики Коми от 05.06.2024 утверждено мировое соглашение по гражданскому делу № 2-141/2024, согласно которому ответчик ФИО1 обязался в течение 10 календарных дней выплатить ФИО3 денежные средства в сумме 30000 руб. в счет оплаты ЖКУ за квартиру <адрес> за период с июля 2021 года по декабрь 2023 года путем перечисления на счет на имя истца ФИО3, не свидетельствует о том, что стороны вели общее хозяйство, поскольку требование было предъявлено к ответчику на основании обязанности каждого из родителей нести расходы по содержанию общего несовершеннолетнего ребенка, в том числе в сфере ЖКХ.

Таким образом, с (дата), то есть с даты расторжения брака с ФИО3, истец не мог не знать о нарушении своих прав. При этом ФИО1 продолжал вплоть до 28.07.2021 выполнять кредитные обязательства по договору с АО «Россельхозбанк» <***> от 27.03.2017, требований о возмещении половины денежных средств, выплаченных и уплачиваемых по спорному кредитному обязательству, равно как и требования о разделе имущества, истец ФИО3 не предъявлял, доказательств обратного суду не представлено. После расторжения брака прошло более 6 лет, в связи с чем суд приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с требованием о признании обязательства по кредитному договору <***> от 27.03.2017 общим долгом бывших супругов и взыскании с ответчика компенсации в виде половины денежных средств, уплаченных по кредитному обязательству.

При этом положения ч. 2 ст. 200 ГК РФ, предусматривающие порядок исчисления срока исковой давности применительно к каждому платежу по кредитному договору, в данном случае применению не подлежат, так как у ФИО3 отсутствовали перед ФИО1 какие-либо обязательства по данному кредитному договору.

Кроме того, как следует из изложенного выше, доказательств, свидетельствующих о том, что кредитный договор от 25.12.2013 № 1374001/0565 в АО «Россельхозбанк» был взят истцом на покупку и ремонт квартиры, то есть на общие нужды, равно как и спорный кредитный договор, в материалах дела не имеется.

В рамках рассмотрения гражданского дела № 2-385/2023, решение по которому вступило в законную силу, суд пришел к выводу, что утверждения истца о том, что квартира была приобретена за его денежные средства, для чего им был заключен договор № 1374001/0565 от 25.12.2013 на получение кредита в размере 390000 руб. с Коми РФ АО «Россельхозбанк», кредитный договор <***> от 27.03.2017 с целью ремонта жилого помещения по указанному адресу, материалами дела не подтверждаются, поскольку указанная квартира была приобретена М.А.С. у Б.А.И. по договору купли-продажи от 27.03.2014 за 150000 руб. (п. 3 договора), в установленном законом порядке 01.04.2014 произведена государственная регистрация права собственности, номер регистрации №.

Суду также не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что ответчик ФИО3 погасила свой кредит № 1474001/0790 от 29.12.2014 за счет кредитных денежных средств, переданных ей истцом.

Утверждения истца о том, что остаток полученных по кредиту денежных средств супруги потратили «на совместные нужды, на квартиру, что-то для себя», также ничем не подтверждены.

Показания свидетеля Ч.Е.Н. (л.д. 137) о том, что истец и ответчик купили квартиру, сделали ремонт, суд оценивает критически, поскольку вступившими в законную силу судебными актами данные обстоятельства опровергаются. Показания свидетеля о том, что спорный кредит был взят истцом для погашения предыдущего кредита, взятого на ремонт квартиры, а также кредита ответчика ФИО3, даны свидетелем со слов истца.

Учитывая изложенное, расходование денежных средств, полученных по кредитному обязательству <***> от 27.03.2017 на ремонт квартиры, не находящейся в собственности ФИО1 и ФИО3, а принадлежащей постороннему лицу, о чем ФИО1 был осведомлен, при отсутствии согласия супруги ФИО3, не свидетельствует о том, что заемные денежные средства были израсходованы на нужды семьи.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании долгового обязательства общим долгом бывших супругов, взыскании денежной компенсации в счет половины денежных средств, уплаченных по кредитному обязательству в размере 264 602 рубля, подлежат оставлению без удовлетворения.

В соответствии со стр. 98 ГПК РФ, поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано, понесенные им судебные расходы в виде уплаты государственной пошлины в размере 5846,02 руб. (чеки от 29.07.2024 и 21.08.2024) взысканию с ответчика не подлежат.

Учитывая положения пп. 1 п. 1 ст. 333.20 НК РФ, согласно которым при подаче исковых заявлений, а также административных исковых заявлений, содержащих требования как имущественного, так и неимущественного характера, одновременно уплачиваются государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера, с истца подлежит взысканию в бюджет государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Иск ФИО1, (дата) года рождения, уроженца <данные изъяты>, ИНН №, к ФИО3, (дата) года рождения, уроженке <данные изъяты>, ИНН №, о признании долгового обязательства, возникшего на основании кредитного договора <***> от 27.03.2017, заключенного между АО «Россельхозбанк» и ФИО1, общим долгом бывших супругов, взыскании денежной компенсации в счет половины денежных средств, уплаченных по кредитному обязательству, в размере 264602 рубля, взыскании судебных расходов в виде уплаченной государственной пошлины в размере 5846 рублей 02 копейки, оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в бюджет государственную пошлину в размере 5846 (пять тысяч восемьсот сорок шесть) рублей 02 копейки в десятидневный срок со дня вступления в законную силу решения суда.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Сысольский районный суд Республики Коми в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Судья Устюжанинова Е.А.

Решение в окончательной форме составлено 20.01.2025.