Судья Савинкова Т.А.

Докладчик Паршукова Е.В. Дело № 22-4178/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Новосибирск 3 августа 2023 г.

Новосибирский областной суд в составе:

председательствующего Паршуковой Е.В.,

судей Носовой Ю.В., Богдановой А.Г.,

при секретаре Ефремовой Н.Н.,

с участием

прокурора Бабенко К.В.,

осужденного ФИО1,

защитника М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденного ФИО1 на приговор Искитимского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый,

осужден по ч.1 ст.105 УК РФ к 11 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. Зачтено в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГг. до дня вступления приговора в законную силу, на основании п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы. Приговором суда с ФИО1 в доход федерального бюджета взысканы процессуальные издержки – расходы по вознаграждению защитника на стадии предварительного следствия в размере 20 460 рублей,

установил :

приговором Искитимского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным и осужден за умышленное причинение смерти С.

Преступление совершено в период с 16 часов ДД.ММ.ГГГГг. до 10 часов ДД.ММ.ГГГГг. в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре. В судебном заседании ФИО1 вину по предъявленному обвинению не признал.

На приговор суда осужденным ФИО1 подана апелляционная жалоба (основная и дополнительные), в которой автор считает приговор незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит его отменить. Настаивает, что вина его не доказана, ножевых ранений С., повлекших ее смерть, он не наносил, кто совершил убийство – не знает.

Указывает на нарушения ст.45 Конституции РФ и ст.16 УПК РФ, поскольку он не получил квалифицированной юридической помощи, вынужден был защищаться самостоятельно, несмотря на отсутствие юридического образования. Указывает на безосновательный отказ в ходатайствах, направленных на установление истины по делу. Оспаривая показания засекреченного свидетеля под псевдонимом «<данные изъяты>», утверждает, что никакой информации ему не сообщал, так как преступления не совершал. Изложенные свидетелем сведения ему также известны, но со слов следователя Т.. Суд безосновательно отказал в ходатайстве о проверке факта нахождения засекреченного свидетеля с ним в одной камере. Никаких иных доказательств его причастности к преступлению не имеется. Полагает, что свидетель под псевдонимом «<данные изъяты>» является внештатным сотрудником правоохранительных органов, то есть лицом заинтересованным, а потому к его показаниям необходимо отнестись критически. Они являются ложными, основанными на предположениях и догадках. Согласно л.д.213 т.2 на рукоятке ножа №, которым по версии следователя была убита С., обнаружены следы (пот с эпителиальными клетками), принадлежащие лицу женского пола, но не С.. Следствием не установлено, кому принадлежат следы. Суд отказал в удовлетворении ходатайства об установлении принадлежности следов, что, по мнению автора жалобы, свидетельствует об обвинительном уклоне суда. Не проведена экспертиза и по следам, обнаруженным на ручке ведра, из которого по версии следствия, были замыты следы преступления. Согласно выводам эксперта, следы также принадлежат лицу женского пола. Исходя из вышеизложенного полагает, что убийство С. было совершено в ином месте, а затем тело перенесено на место, где его и обнаружили, в противном случае на ковре была бы кровь, которую невозможно замыть. Судом было отказано в проведении экспертизы для установления точного времени смерти С. Эксперт М. в судебном заседании утверждал, что консультировался с отделом особо сложных экспертиз, что, по мнению осужденного, говорит о неопытности эксперта. Кроме того, согласно пояснениям эксперта, экспертиза проводилась комиссионно. Однако, в нарушение ст.200 УПК РФ второй эксперт при осмотре не присутствовал, консультировал по телефону, об ответственности по ст.307 УПК РФ не предупреждался, заключение не подписывал. Данные обстоятельства ставят под сомнение законность заключения эксперта. Отсутствие конкретного времени смерти потерпевшей не дает ему возможности защищаться надлежащим образом. При его установлении он бы мог выдвинуть алиби. В суде достоверно не установлено, кто отвечал на звонок по телефону погибшей С. 14 апреля в 19 часов 18 минут 23 секунды. Разговор продолжался 6 секунд. Звонившая Свидетель №5 не смогла пояснить, с кем разговаривала, утверждала, что голос был женский или детский. Данное обстоятельство до конца не выяснено, так как сын погибшей Свидетель №4 никогда не пояснял, что он отвечал на звонок 14 апреля в 19 часов 18 минут 23 секунды. Автор жалобы обращает внимание, что следы крови погибшей С. обнаружены на его футболке не спереди, а сзади. На других вещах кровь не обнаружена. Свидетель Свидетель №4 утверждал, что видел футболку на спинке дивана ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов. Однако, ни на диване, ни на стенах крови не обнаружено. Оспаривая заключение эксперта <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГг., указывает, что при первоначальной экспертизе все пятна крови были вырезаны с футболки, в связи с чем возникают сомнения относительно выводов эксперта о механизме образования пятен крови на футболке. Более того, по мнению осужденного, приведенный в экспертизе механизм свидетельствует, что брызги крови на футболку нанесли специально. Отмечает, что обыск в его квартире был завершен ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа 56 минут и в тот же день 16 апреля назначена экспертиза по изъятой в ходе обыска футболке. Экспертизы проведены в рекордно сжатые сроки, что свидетельствует о предвзятом к нему отношению и желании скорее его осудить. Считает, что если провести экспертизу для установления времени попадания крови С. на его футболку, то оно не совпадет с временем смерти С. Данные обстоятельства также свидетельствуют, что убийство потерпевшей произошло не на месте обнаружения трупа.

Анализируя длину лезвия ножа №, которым были нанесены удары С. и глубину раневых каналов (от 4 см. до 5 см.), полагает, что удары наносились слабо, то есть предположительно женщиной или ребенком. Выводы суда о словесном конфликте и личных неприязненных отношениях между ним и С.; о том, что нож был взят в комнате С. и ранее ей принадлежал, основаны исключительно на домыслах судьи. Полагает, что при производстве обыска в его жилище отсутствовало постановление о проведении обыска. Именно по этим причинам следователь отвела от производства обыска понятого Свидетель №12, который попросил предъявить постановление о разрешении обыска в квартире. Понятая Свидетель №11 подтвердила, что после обыска к ней приходила следователь и просила подписать какие-то документы, что именно – не помнит. Указанные сведения зафиксированы в аудиопротоколе, в протокол это занести отказались. Изъятое в ходе обыска не было сфотографировано на месте обнаружения. Копию протокола обыска ему и собственнику квартиры не вручили. Оспаривая допустимость осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГг., указывает, что понятыми были близкие родственники погибшей, которые являются заинтересованными лицами. Если следователь не знала, что они близкие родственники, значит, она не установила их личности, не разъяснила им права. Кроме того, понятые пояснили, что не участвовали в осмотре, стояли на улице, не видели, как изымаются вещественные доказательства, протокол подписывали по указанию следователя, так как находились в шоковом состоянии. Суд основывался на показаниях свидетеля С. о том, что ей предъявляли обнаруженные и изъятые вещи и оставил без внимания показания свидетеля Г., которая этого не подтвердила. Осмотр места происшествия от ДД.ММ.ГГГГг., в ходе которого с журнального столика изъят сотовый телефон и зарядка, был проведен следователем самостоятельно, без приглашения понятых. Однако в ходе предыдущего осмотра, согласно фототаблице, при изъятии окурка с этого же столика, сотовый телефон и зарядное устройство на нем отсутствовали. Осмотр места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ также проведен без понятых, в связи с чем процедура обнаружения и изъятия предметов вызывает сомнение. Следователь и оперативный работник могли привезти, положить и сфотографировать изъятое, так как являются заинтересованными лицами. Просит признать недопустимым доказательством протоколы осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГг., а также от ДД.ММ.ГГГГ Отмечает, что следствие велось непрофессионально, доказательства изъяты с нарушениями. При производстве первоначального осмотра места происшествия следователь не изъяла заколку со следами бурого цвета; изъяв окорок от сигареты с журнального столика, не обратила внимание на окурок другой марки сигарет на умывальнике, не провела по ним экспертизу. Действия следователя не были направлены на установление истины по делу, не проведен ряд экспертиз по установлению принадлежности следов на ноже и ведре, механизму образования следов крови на футболке. Просит вынести частное определение в отношении следователя, допустившей грубые нарушения уголовно-процессуального кодекса и Конституции РФ. Суд фактически встал на сторону обвинения, поскольку, отказывая в его ходатайствах, удовлетворял ходатайства стороны обвинения. Оспаривая взыскание с него в регрессном порядке процессуальных издержек за участие адвоката на предварительном следствии, указывает, что квалифицированной юридической помощи от адвоката Ламбаевой С.В. он не получил. Защитник безразлично отнеслась к своим обязанностям. Назначая защитника, следователь разъяснил ему положения ст.48 Конституции РФ, пояснил, что адвокат будет назначен бесплатно. В противном случае он бы отказался от участия адвоката Ламбаевой С.В. Кроме того, он имеет заболевание – эпилепсия, в связи с чем найти работу ему крайне тяжело. На иждивении у него находится несовершеннолетний ребенок, которому он платит алименты. Полагает, что характеристика, данная участковым уполномоченным З., не соответствует действительности. С участковым он лично не встречался, характеристика основывается исключительно домыслах участкового. Судом не приняты во внимания показания его соседей Свидетель №11 и Свидетель №12, которые характеризовали его исключительно положительно. Возражения потерпевшего, как и все уголовное дело, сфабрикованы. Все показания написаны под диктовку сотрудников полиции.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного потерпевший Г. и государственный обвинитель С., считая приговор суда законным и обоснованным, просили оставить его без изменения, а доводы жалобы – без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и адвокат М. поддержали доводы жалоб. Прокурор Бабенко К.В. возражал против ее удовлетворения, просил приговор суда оставить без изменения.

Заслушав участников судебного заседания, изучив представленные материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

Виновность ФИО1 в содеянном установлена совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре.

Все обстоятельства, при которых ФИО1 совершил указанное преступление, подлежащие доказыванию, по настоящему делу установлены.

Доводы стороны защиты о непричастности ФИО1 к убийству С. проверялись судом первой инстанции, обоснованно признаны несостоятельными и опровергнуты исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами.

Так, из показаний потерпевшего Г. на стадии предварительного следствия, оглашенных и поддержанных в судебном заседании, установлено, что их дочь С. проживала в <адрес> комната 3. Внук – Свидетель №4 проживал с ними. Последний раз он видел дочь ДД.ММ.ГГГГг. Обычно с дочерью несколько раз в день созванивалась его жена. ДД.ММ.ГГГГг супруга сказала, что не может дозвониться дочери. Утром они созвонились, а больше дочь не отвечала на телефонные звонки. Он предположил, что дочь забыла дома телефон. Вечером внук сказал, что был у мамы дома, ее там нет. <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГг. жена так и не смогла дозвониться дочери. В обеденное время ДД.ММ.ГГГГг. супруга по телефону сообщила, что нашла дочь мертвой, лежащей в погребе.

Аналогичные обстоятельства об исчезновении С. сообщили свидетели Свидетель №3 и Свидетель №4

Так, свидетель Свидетель №3 сообщила в судебном заседании, что последний раз дочь позвонила ДД.ММ.ГГГГг около 12 часов, попросила, чтобы сын - Свидетель №4, который проживал с ними, ей позвонил, когда придет со школы. По телефону кроме голоса дочери она слышала и мужской голос. Вернувшись со школы, Свидетель №4 звонил матери, но не дозвонился. Она также не смогла дозвонилась, попросила Свидетель №4 съездить к матери. Свидетель №4 поехал с друзьями, а когда вернулся, то рассказал, что у мамы был какой-то мужчина, который сказал, что не знает, где она. Когда мужчина ушел, то внук закрыл комнату и уехал с друзьями. ДД.ММ.ГГГГг она вновь не смогла дозвониться до дочери, ДД.ММ.ГГГГг заходила к ней, открыла замок на двери, осмотрела комнату, увидела телефон дочери, он был включен, на паласе лежал один тапок, стояло ведро с водой. Она закрыла комнату и ушла. ДД.ММ.ГГГГг она с внуком опять пошла к дочери, в комнате все было по-прежнему. Внук обратил внимание, что обувь и одежда С. находятся на месте. Тогда они открыли погреб, где обнаружили мертвую С. От сотрудников полиции ей известно, что дочь зарезали. От Свидетель №1 она узнала, что ФИО1 приходил к ее дочери, но сама она его не видела и не знала.

Из показаний свидетеля Свидетель №4 на следствии, оглашенных и подтвержденных в суде, установлено, что он проживает с бабушкой и дедушкой Г., к маме заходил после школы, иногда приходил по выходным. ДД.ММ.ГГГГг. он пришел домой со школы около 14 часов, бабушка сказала, что мама просила ей позвонить. Он с мобильного телефона бабушки набрал номер мамы, но она не ответила. Около 18 часов бабушка сказала съездить к маме, узнать, почему она не отвечает на звонки. Он поехал с О. Дверь в комнату мамы была закрыта на замок изнутри. Он удивился, так как мама никогда не закрывает дверь изнутри. Он начал стучать, стучал долго и сильно, ему никто не открыл. Он с О. подошли к окну, увидели, что на диване кто-то лежит, укрывшись одеялом. Он стал стучать в окно, но человек никак не реагировал. Тогда он продолжил стучать в дверь. Вскоре внутренний замок щелкнул и открылся. Дверь открыл взрослый мужчина. Это был ФИО1 Он зашел в комнату, увидел на диване одеяло, подушку, а на спинке дивана - футболку темного цвета. Горшок с цветком, который у мамы стоял на журнальном столике, стоял на полу возле дивана, ему показалось это странным. Один тапочек мамы почему-то валялся на ковре посередине комнаты, а второго тапка он не видел. Слева от входа, возле шкафа, стояло красное ведро с водой, в нем была какая-то тряпка, был включен телевизор. Он спросил у мужчины, где мама. Тот ответил, что сам не знает, надел футболку, куртку и вышел в коридор. Он взял замок от двери, который лежал на тумбочке под зеркалом и закрыл дверь на навесной замок снаружи, ключ положил на шифоньер в коридоре, где его оставляла мама. После этого он, О. и мужчина вышли на улицу. Дома он рассказал все дедушке и бабушке. ДД.ММ.ГГГГг они с бабушкой пришли к маме домой. Дверь была закрыта на навесной замок, ключ лежал как обычно. В комнате все было так же, как 13 апреля. Они увидели, что все мамины вещи и обувь на своих местах, не поняли, в чем она могла уйти из дома. После этого они открыли погреб, где на полу лежала мама, сверху на ней лежал светлый бежевый плед.

Обстоятельства обнаружения трупа С. подтвердил свидетель Свидетель №2, пояснивший на следствии, что ДД.ММ.ГГГГг. к С. пришли мать и сын. Как он понял, они не могли ее найти, на звонки С. не отвечала. Мать С. открыла дверь ключом, который находился на шифоньере, после чего в подполье был обнаружен труп С.. Свидетель также сообщил, что ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГг около 20 часов он находился с Свидетель №1 на кухне общежития, в это время пришел ФИО1 и прошел в комнату к С. Примерно минут через 30 они ушли. Вернулась С. в 6 часов утра, более он ее не видел. В тот же день около 9 часов они с Свидетель №1 ушли в гости к Свидетель №6 в другую половину общежития.

Аналогичные обстоятельства обнаружения трупа С. сообщила свидетель Свидетель №1 в суде и на следствии. Из показаний свидетеля установлено, что ДД.ММ.ГГГГ С. нашла мертвой в погребе мать последней. До этого мать приходила, говорила, что С. пропала, она будет писать заявление в полицию. Она видела С. ДД.ММ.ГГГГг. без каких-либо телесных повреждений, С. утром заходила на кухню. Накануне - утром ДД.ММ.ГГГГг. она видела ФИО1, он зашел на кухню, поздоровался и прошел к С. в комнату. Потом они вышли, когда вернулись, она не видела. ДД.ММ.ГГГГг в комнате С. играла музыка, не долго, потом резко оборвалась. Они в это время были у Свидетель №6. Ушли от Свидетель №6 поздно вечером, на двери в комнату С. уже висел замок.

Свидетель Свидетель №6 в ходе следствия подтвердила, что ДД.ММ.ГГГГ с 9 утра и до позднего вечера Свидетель №1 и Свидетель №2 находились у нее в гостях. Из показаний свидетеля также установлено, что С. везде была с мобильным телефоном и никогда телефон не оставляла. В последний раз она видела С. в понедельник, ДД.ММ.ГГГГ. После этого она С. не видела. ДД.ММ.ГГГГ, уже начинало смеркаться, возможно, около 18 часов, вдруг громко заиграла музыка. Свидетель №1 вышла в коридор, сказала, что играют песни, которые обычно слушала С.. В доме больше некому было так громко включить музыку. Музыка играла очень громко, но не долго - одна-две песни. Потом она включила свою музыку и больше ничего не слышала.

Свидетель Свидетель №5 в суде и на следствии утверждала, что близко общалась с С., которая была ее снохой. У них были хорошие, доверительные отношения. В период с 9 апреля по ДД.ММ.ГГГГ они созванивались, она слышала по голосу Н., что та пьяна. Утром 13 апреля С. ей позвонила, сказала, что была в гостях у ФИО1, обещала рассказать, что произошло. Примерно через полтора часа она перезвонила С., она та так и не сказала, что произошло у них со ФИО1, пообещав рассказать завтра при встрече. После этого они больше не разговаривали. Она много раз пыталась позвонить С., но не могла дозвониться, трубку никто не брал. 14 апреля, когда она звонила в вечернее время, ей ответила не Н., и она положила трубку. Потом она еще много раз пыталась дозвониться, но трубку больше никто не брал.

О том, что непосредственно перед смертью С. общалась со ФИО1, сообщил и свидетель Свидетель №7 Из показаний свидетеля в суде и на следствии установлено, что последний раз он видел С. со ФИО1, они приходили покупать у него самогонку, после чего ушли по направлению к дому С. В последующем ФИО1 звонил, интересовался С. Он сам звонил С., но телефон был недоступен. ДД.ММ.ГГГГ от жены он узнал, что С. нашли в погребе мертвой.

Оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшего и свидетелей суд первой инстанции обоснованно не усмотрел. Не видит таких оснований и судебная коллегия. Повода для оговора ФИО1 со стороны указанных лиц не установлено. Несмотря на наличие определенных расхождений в показаниях свидетелей, причины которых судом первой инстанции тщательно выяснялись, в основном и главном, а именно в том, что после появления ФИО1 в квартире (комнате) С. ДД.ММ.ГГГГ она перестала выходить на связь, ее более никто не видел, а ДД.ММ.ГГГГ С. была обнаружена мертвой в погребе собственной квартиры, показания свидетелей были последовательными и категоричными. Утверждения ФИО1 о том, что показания сфальсифицированы, написаны под диктовку сотрудников полиции, несостоятельны. Показания, данные на следствии, были оглашены в присутствии свидетелей, которые их подтвердили.

О причастности непосредственно ФИО1 к убийству С. утверждал засекреченный свидетель под псевдонимом «<данные изъяты>». Из показаний свидетеля установлено, что он познакомился с подсудимым ФИО1 в СИЗО во время содержания в одной камере. ФИО1 рассказал, что убил свою сожительницу Н.. Рассказал, что они вместе выпивали, сожительница его оскорбила, он ее ударил, потом схватил нож и ударил несколько раз. Когда она была еще живая, он ее успокаивал. Когда она умерла, скинул тело в погреб, замыл кровь на полу, помыл руки и нож, прибрал в комнате и лег спать. Потом пришел сын Н., разбудил его, спрашивал, где мама, он сказал, что не знает.

Судебная коллегия не может признать состоятельными доводы автора жалобы о недостоверности и недопустимости показаний засекреченного свидетеля. Возможность допроса лица в качестве свидетеля без оглашения подлинных данных о его личности и без визуального наблюдения прямо предусмотрена ч.ч. 5, 6 ст.278 УПК РФ. При этом, личность засекреченного свидетеля по делу председательствующим была установлена, ему были разъяснены права, обязанности, он предупрежден об ответственности, о чем отобрана подписка, что соответствует требованиям действующего уголовно-процессуального законодательства. Суд обеспечил возможность сторонам обвинения и защиты допросить свидетеля в судебном заседании.

Показания засекреченного свидетеля не являются единственным доказательством причастности ФИО1 к преступлению. Показания свидетеля в полном объеме согласуются с совокупностью иных доказательств.

Так, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГг. (<данные изъяты>)., смерть С. наступила от множественных проникающих в плевральную полость колото-резаных ранений передней поверхности грудной клетки с повреждением верхней доли правого легкого, сопровождавшихся свободным излитием крови в правую плевральную полость (правосторонний гемоторакс). При исследовании трупа обнаружены рана на передней поверхности грудной клетки в проекции 3 межреберья, две раны на передней поверхности грудной клетки в проекции 4 межреберья, две раны на передней поверхности грудной клетки в проекции 5 межреберья. Все телесные повреждения образовались не менее чем от пяти воздействий острого предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, в короткий промежуток времени, в пределах 30-60 минут до наступления смерти, состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью, по своему характеру непосредственно создают угрозу для жизни человека, поэтому оцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Учитывая данные осмотра трупа на месте его обнаружения можно предположить, что с момента смерти до исследования трупа прошло не менее 48 и не более 96 часов. При судебно-химическом исследовании крови обнаружен этиловый алкоголь количестве 3,82 промилле, что, у живых лиц соответствует сильной степени алкогольного опьянения. Вопреки доводам осужденного, причин сомневаться в выводах эксперта суд обоснованно не усмотрел. Экспертиза проведена специалистом, обладающим необходимыми знания, имеющим высшее медицинское образование, специальность «судебно-медицинская экспертиза», стаж работы свыше 9 лет. Все обстоятельства, которые в свою защиту выдвигал осужденный, в том числе относительно иного времени наступления смерти С., тщательно проверялись судом, в том числе путем допроса эксперта и свидетелей, и были отвергнуты. Надуманными являются доводы автора жалобы о проведении комиссионной экспертизы и допущенных нарушениях при ее производстве. Таких данных материалы дела не содержат, а пояснения эксперта о консультациях с отделом особо сложных экспертиз не дают оснований для этого.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГг, а именно <адрес> <адрес>, повреждений замков на двери не имелось. Изъяты ножи, в том числе с раковины нож с деревянной ручкой коричневого цвета, которая крепится к клинку на две круглые заклепки из светло-серого металла. В комнате расположен погреб с деревянной крышкой, на внутренней части которой обнаружено пятно бурого цвета. На полу возле погреба обнаружены пятна бурого цвета, в том числе смытые и стертые, между ножек табурета, расположенного возле окна, обнаружены многочисленные пятна бурого цвета в виде брызг, деревянная лестница в погребе имеет многочисленные пятна бурого цвета. На полу погреба обнаружен труп женщины в положении лежа на животе. На полу в погребе обнаружено полотенце светло-розового цвета с пятнами бурого цвета, многочисленные следы вещества бурого цвета (<данные изъяты>).

Из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГг следует, что произведен детальный осмотр ранее осматриваемой квартиры в <адрес>, в ходе которого обнаружены капли бурого цвета в форме брызг на стене под окном, расположенном напротив входа в комнату. При детальном осмотре журнального столика, расположенного справа от входа в комнату, обнаружены пятна бурого цвета. При осмотре ковра в развернутом виде, на его боковой части короткой стороны, в середине, расположены капли вещества бурого цвета в виде брызг <данные изъяты>

Доводы ФИО1 о недопустимости использования указанных доказательств также проверялись судом первой инстанции и отвергнуты с приведением соответствующих мотивов. Оснований не согласиться с решением суда коллегия не находит. Как установлено в судебном заседании, в качестве понятых при осмотре места происшествия ДД.ММ.ГГГГ были приглашены Свидетель №3 и С. Впоследствии Свидетель №3 была допрошена в качестве свидетеля. В соответствии с п.2 ч.2 ст.60 УПК РФ, понятыми не могут быть участники уголовного судопроизводства, их близкие родственники и родственники. Из материалов уголовного дела видно, что на момент осмотра места происшествия Свидетель №3 и С. не являлись участниками уголовного судопроизводства. Органы расследования на тот момент не располагали сведениями, что указанные лица являются родственниками участников судопроизводства, либо могут обладать какой-либо информацией по делу и быть допрошены в качестве свидетелей. Кроме того, как обоснованно отмечено судом, в ходе осмотра места происшествия как 16 и ДД.ММ.ГГГГ применялись технические средства (фотофиксация). При этом фиксировался не только результат, но и ход осмотра Согласно ч.1.1 ст.170 УПК РФ, в случаях, предусмотренных ст.177 УПК РФ (производство осмотра места происшествия), понятые принимают участие по усмотрению следователя. Если они не участвуют, то применение технических средств фиксации хода и результатов следственного действия является обязательным.

Из заключения эксперта <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что колото-резаные повреждения на кожном лоскуте от трупа С. могли образоваться от действия клинка ножа № - ножа с деревянной ручкой коричневого цвета, которая крепится к клинку на две круглые заклепки из светло-серого металла, то есть изъятого в комнате С. (<данные изъяты>

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, на спинке футболки ФИО1 в нижней трети справа с лицевой стороны с переходом на изнаночную сторону вдоль нижнего края имеются наложения, которые являются смешанным следом, содержащим кровь человека от ФИО1 и от С. Наложения на спинке футболки являются пятнами, которые образовались в результате контакта с жидкой кровью или окровавленной поверхностью, на что указывают неправильно-овальная форма наложений, характер их краев и интенсивность окрашивания. Кроме того, на спинке футболки в нижней трети по центру с лицевой стороны имеются наложения, которые являются смешанным следом, содержащим кровь человека от ФИО1 и от С. Эти наложения являются брызгами, которые образовались в результате падения брызг крови от размахивания окровавленным предметом, падение брызг происходило в направлении сверху вниз, сверху вниз слева направо и сверху вниз справа налево, под острыми углами к поверхности футболки, на что указывают овальная с зауженными краями и в виде восклицательных знаков форма наложений, их размеры, локализация и ориентация, а также характер их краев, направленность заостренных концов и зауженных краев и интенсивность окрашивания (<данные изъяты>). Рассуждения ФИО1 о недопустимости заключения эксперта, поскольку все объекты, содержащие кровь были уничтожены при первичном исследовании, а, следовательно, исследуемые объекты были нанесены после первоначального исследования, явно надуманны. Согласно заключению эксперта (<данные изъяты>), а именно его исследовательской части, для установления крови в обнаруженных на футболке пятнах бурого цвета от точечных до размера 7х3, 6х3, 4х1,5 из них делали вырезки, в связи с чем футболка была повреждена частично. Эти же обстоятельства отражены в оспариваемой экспертизе. Так, согласно ее исследовательской части, вырезы в виде дефектов трикотажа неправильно овальной формы имелись на поверхности только некоторых наложений высохшего вещества красно-бурого и желто-красного цвета, похожего на кровь, в связи с чем эксперт смог ответить на поставленные перед ним вопросы о механизме образования обнаруженных пятен.

Не может согласиться коллегия и с доводами осужденного о нарушениях, допущенных при производстве обыска в его квартире, в результате которого была изъята футболка. В соответствии с ч.5 ст.165 УПК РФ в исключительных случаях, когда производство осмотра жилища не терпит отлагательства, следственное действие может быть проведено на основании постановления следователя без получения судебного решения. Как следует из постановления о производстве обыска (<данные изъяты>), он был проведен именно в таком порядке. Постановление ФИО1 было предъявлено, порядок его обжалования разъяснен, о чем свидетельствует его собственноручная запись <данные изъяты>). Согласно протоколу обыска, в его производстве принимали участие понятые Свидетель №10 и Свидетель №11, применялись средства фотофиксации. В протоколе отражено место обнаружения каждой из изъятых вещей (футболка – в зальной комнате, ножи – на поверхности кухонного гарнитура и т.д.). Протокол обыска содержит сведения о вручении его копии ФИО1 <данные изъяты>). Допрошенная в судебном заседании свидетель Свидетель №11 подтвердила факт своего участия в качестве понятой при обыске в квартире ФИО1, пояснила, что присутствовала лично при изъятии вещей, все было упаковано, опечатано. Жалоб и замечаний ни от кого не поступало, с протоколом она знакомилась лично, подписала на месте, подписи в протоколе, представленном на обозрение, принадлежат ей. В материалах дела также имеется постановления суда, которым обыск признан законным (<данные изъяты>). Назначение молекулярно-генетической экспертизы по изъятой в ходе обыска футболке ДД.ММ.ГГГГ, то есть в день производства обыска, на что ссылается осужденный, не является основанием для вывода о нарушениях уголовно-процессуального закона.

Показания осужденного о его непричастности к смерти С., ее убийстве в иное время в ином месте при иных обстоятельствах суд обоснованно отверг, указав, что они опровергаются приведенными в приговоре доказательствами. Оснований не согласиться с такой оценкой показаний ФИО1 судебная коллегия не находит.

Ссылки осужденного на

-заключения экспертов, установивших наличие на ноже, ручке ведра с места происшествия следов, принадлежащих неустановленным лицам женского пола;

-глубину раневых каналов, не превышающую 5 сантиметров;

-отсутствие экспертизы по окурку, изъятому с места происшествия;

-неустановление принадлежности ножа, которым могли быть причинены телесные повреждения С.,

основанием к отмене или изменению приговора не являются. Выводы о виновности ФИО1 суд первой инстанции сделал на основании совокупность иных доказательств, исследованных в судебном заседании и обоснованно признанных достоверными и допустимыми.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния и правильно квалифицировал его действия по ч.1 ст.105 УК РФ - как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному, с учетом данных о личности, влияния назначенного наказания на его исправление, условия жизни семьи и всех конкретных обстоятельств дела. При назначении наказания в достаточной степени учтены все смягчающие по делу обстоятельства, в том числе состояние здоровья осужденного, наличие у него несовершеннолетнего ребенка. Иные сведения о личности осужденного, в том характеризующие его в быту, также были известны и приняты судом во внимание. Несогласие ФИО1 с характеристикой участкового инспектора не является основанием для признание ее недостоверной.

С учетом характера и степени общественной опасности содеянного, конкретных обстоятельств дела, сведений о личности осужденного, в том числе наличия отягчающего наказание обстоятельства, правильно и подробно мотивированного в приговоре, суд назначил ФИО1 наказание в виде лишения свободы без применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и ч.1 ст.62 УК РФ. Обоснованными являются выводы суда и о неприменении в отношении ФИО1 положений ст.64 УК РФ. Исключительных обстоятельств, связанных с целями, мотивами преступления, ролью виновного, его поведением, существенного уменьшающих степень общественной опасности и позволяющих назначить более мягкое наказание, чем предусмотрено санкцией статьи, суд первой инстанции не усмотрел, не находит таковых и судебная коллегия. По мнению судебной коллегии, назначенное наказание является справедливым и соразмерным содеянному, оснований для его смягчения не имеется.

Данное уголовное дело органами предварительного следствия расследовано, а судом рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

В соответствии с требованиями ст.38 УПК РФ решение о производстве, либо не производстве тех или иных следственных действий уполномочен принимать следователь. В связи с чем ссылки осуждённого на непроведение следователем ряда экспертных исследований, и, напротив, проведение повторных осмотров места происшествия, не могут свидетельствовать о неполноте следствия, в том числе судебного. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, перечисленные в ст.73 УПК РФ, были установлены судом и отражены в приговоре, в том числе мотив совершения преступления. В соответствии с требованиями процессуального закона суд по настоящему уголовному делу исследовал все доказательства, представленные сторонами. Все материалы уголовного дела, об исследовании которых ходатайствовали стороны, были оглашены. Нарушений принципов исследования доказательств не допущено. Всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам в соответствии со ст.87,88 УПК РФ судом в приговоре дана надлежащая оценка. Содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств. Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств, позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, апелляционной инстанцией не установлено. Каждое из доказательств, положенных в основу осуждения ФИО1, вопреки его доводам, является относимым и допустимым. Иная позиция стороны защиты на этот счет основана на собственной интерпретации исследованных доказательств без учета установленных уголовно-процессуальным законом правил оценки доказательств. Все ходатайства, заявленные осуждённым, рассмотрены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в установленном порядке, с принятием мотивированных решений. Из материалов дела видно, что те ходатайства, которые судом признаны обоснованными, удовлетворены в полном объеме либо частично, а иные ходатайства также правомерно отклонены. Необоснованных отказов в исследовании представленных стороной защиты доказательств не было.

Материалы уголовного дела не дают оснований для вывода о том, что суд в нарушение требований ст.15 УПК РФ выступил на стороне обвинения, напротив, из материалов дела усматривается, что суд создал сторонам необходимые условия для исполнения ими свих процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, при этом ни сторона обвинения, ни сторона защиты не были ущемлены в правах. Согласно протоколу судебного заседания каких-либо высказываний судьи о виновности подсудимого, доказанности вины не было. Конкретных доказательств заинтересованности судьи в исходе дела осужденным не приведено.

Ссылки осужденного на оказание ему ненадлежащей юридической помощи со стороны защитников являются безосновательными. Как видно из материалов уголовного дела ходатайства об участии в деле адвокатов по соглашению осужденный не подавал. Защита его интересов в судебном заседании осуществлялась по назначению суда адвокатами Г., Б. и С., отводов которым осужденный не заявлял. Отказы осужденного от помощи защитников отводами не являются. Суд отказы не принял, обеспечил участие защитников в судебном заседании. Из протокола судебного заседания следует, что адвокаты с учетом позиции своего доверителя вели его защиту, принимали активное участие в исследовании доказательств, заявляли ходатайства, а адвокат С. - выступал в прениях сторон, при этом его позиция полностью соответствовала позиции ФИО1 При таких обстоятельствах доводы ФИО1 о нарушении его права на защиту вследствие ненадлежащей юридической помощи со стороны адвокатов являются необоснованными.

Вместе с тем, приговор подлежит отмене в части взыскания с осужденного процессуальных издержек. Согласно п.5 ч.2 ст.131 УПК РФ суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам, которые могут быть взысканы только по решению суда, порядок принятия которого должен соответствовать критериям справедливого судебного разбирательства. Лицо, с которого по судебному решению взыскиваются процессуальные издержки, не может быть лишено возможности ознакомиться с материалами, чтобы довести до суда свою позицию по поводу суммы взыскиваемых издержек и своего имущественного положения. Данные требования закона судом в полном объеме не выполнены. Суд первой инстанции взыскал с ФИО1 процессуальные издержки – расходы по вознаграждению защитника на стадии предварительного следствия в размере 20 460 рублей. Вместе с тем, как следует из протокола судебного заседания (<данные изъяты>) постановление о выплате адвокату Ламбаевой С.В. вознаграждения в ходе предварительного расследования в суде не исследовалось. При таких обстоятельствах коллегия полагает, что ФИО1 был ограничен в процессуальных правах при рассмотрении вопроса о взыскании процессуальных издержек. Отсутствие у осужденного сведений о сумме издержек лишило его права довести до суда свою позицию по этому вопросу в полном объеме. Допущенные судом первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными, повлиявшими на решение данного вопроса. Устранить нарушение в полном объеме в апелляционной инстанции невозможно, поскольку фактически судом первой инстанции было нарушено право на защиту осужденного. В связи с изложенным материалы уголовного дела в этой части подлежат передаче на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе в порядке исполнения приговора.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора в полном объеме, в том числе для направления уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, как об этом ходатайствовал осужденный, коллегия не находит, как и оснований для вынесения частного определения в адрес следственного органа.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определил а :

приговор Искитимского районного суда Новосибирской области от 21 апреля 2023г. в отношении ФИО1 в части взыскания с него процессуальных издержек отменить, уголовное дело в указанной части передать на новое рассмотрение в порядке главы 47 УПК РФ в тот же суд в ином составе.

В остальной части тот же приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО1 (основную и дополнительные) оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. Кассационные жалобы, представление могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, а лицом, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии такого судебного решения, вступившего в законную силу. Лица, указанные в ч.1 ст.401.2 УПК РФ, вправе ходатайствовать об участии при рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий -

Судьи областного суда-