Дело № 2-676/2023

УИД № 38RS0003-01-2022-001898-85

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Братск Иркутской области 24 апреля 2023 года

Братский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Шашкиной Е.Н.,

при помощнике судьи Глазковой В.А.,

с участием прокурора Кайгородовой Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора города Братска, действующего в интересах ФИО1, к Акционерному обществу Негосударственный пенсионный фонд «Будущее», третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственное учреждение – Пенсионный фонд Российской Федерации, Государственное учреждение – Отделение Пенсионного фонда РФ по Иркутской области, о признании договора обязательного страхования недействительным,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор г.Братска обратился в суд в интересах ФИО1 с иском к Акционерному обществу Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» (далее по тексту - АО «НПФ «Будущее»), указав в его обоснование, что в прокуратуру г.Братска обратился ФИО1 с жалобой на незаконный перевод его средств пенсионных накоплений в АО «НПФ «Будущее» из Пенсионного фонда РФ и просьбой восстановить его нарушенные права на пенсионное обеспечение и защиту персональных данных. Проверкой установлено, что Отделением ПФР по г.Москве и Московской области принято заявление застрахованного лица о досрочном переходе из Пенсионного фонда РФ в негосударственный пенсионный фонд, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию от ДД.ММ.ГГГГ ***, поданного и подписанного от имени ФИО1 Свидетельство подлинности подписи на данном документе совершила нотариус нотариального округа Московской области г.Химки ФИО2 На основании указанного заявления также от имени ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор *** об обязательном пенсионном страховании между АО «НПФ «Будущее» и застрахованы лицом. Согласно п. 2 договора АО «НПФ «Будущее» обязуется осуществить деятельность страховщика по обязательному пенсионному страхованию, включающую аккумулирование и учет средств пенсионных накоплений, организацию их инвестирования, назначение и выплату накопительной части пенсии трудовой пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты, а также выплаты правопреемникам застрахованного лица. Из сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица следует, что с ДД.ММ.ГГГГ страховщиком средств пенсионных накоплений ФИО1 является АО «НПФ «Будущее». После этого в октябре 2021 года ФИО1 через сайт «Госуслуги» запросил сведения из Пенсионного фонда РФ о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица. При получении представленных сведений ФИО1 стало известно о том, что страховщиком накопительной части пенсии является АО «НПФ «Будущее». ФИО1 направлено письменное обращение в Пенсионный фонд РФ с просьбой разъяснения оснований перевода средств пенсионных накоплений в АО «НПФ «Будущее» и представить документы, послужившие основанием для такого перевода. По результатам рассмотрения заявления было направлено заявление застрахованного лица о досрочном переходе из Пенсионного фонда в АО «НПФ «Будущее», а также того что сумма средств пенсионных накоплений, учтенных в Пенсионном Фонде РФ до их передачи в АО «НПФ «Будущее» составляла 214 707 рублей 45 копеек. Сумма инвестиционного дохода, потерянного в результате досрочного перехода из Пенсионного Фонда РФ в АО «НПФ «Будущее» составила 43 605 рублей 07 копеек. Сумма средств пенсионных накоплений, переданных из Пенсионного Фонда РФ в АО «НПФ «Будущее», составила 171 102 рубля 38 копеек. В своем объяснении прокурору ФИО1 указал, что для него эти обстоятельства были неожиданностью, поскольку никакие заявления о переходе в негосударственные пенсионные фонда он не подавал, договоров о пенсионном страховании с негосударственными пенсионными фондами никогда не заключал. В договоре указано, что он заключен в Иркутской области, в реквизитах сторон местом нахождения АО «НПФ «Будущее» закреплен следующий адрес: РФ, <...>. Вместе с тем, ФИО1 длительное время проживает в <адрес> в день заключения договора и подачи заявления находился на работе, что подтверждается работодателем заявителя – филиал ООО «Илим Тимбер» в г.Братске. Таким образом, доказательств выражения материальным истцом воли за заключение договора с АО «НПФ «Будущее» не имеется, в связи с чем, данный договор подлежит признанию недействительным, с применением последствий признания договора недействительным – возврат сторон в первоначальное положение, как это предусмотрено законодательством. Кроме того, являются незаконными действия ответчика по обработке персональных данных ФИО1, поскольку осуществлены ответчиком АО «НПФ «Будущее» с нарушение правовых норм. Персональные данные получены АО «НПФ «Будущее» не от субъекта персональных данных – ФИО1, до начала обработки таких персональных данных АО «НПФ «Будущее» не представил субъекту персональных данных ФИО1 информацию указанную в ч.3 ст. 18 Закона № 152-ФЗ. Поскольку действиями АО «НПФ «Будущее» нарушены права истца на защиту его персональных данных, имеются основания для взыскания с ответчика компенсации морального вреда. Учитывая конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных истцу страданий, степень вины ответчика, объем нарушений со стороны АО «НПФ «Будущее» оценивает размер компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.

На основании изложенного, прокурор г. Братска в интересах ФИО1 просил суд признать договор об обязательном пенсионном страховании от ДД.ММ.ГГГГ ***, заключенный от имени ФИО1 с АО «НПФ «Будущее» недействительным; применить последствия недействительности договора от ДД.ММ.ГГГГ *** об обязательном пенсионном страховании, заключенного между ФИО1 и АО «НПФ «Будущее», восстановить положение, существовавшее до нарушения права, обязав АО «НПФ «Будущее» передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию в лице Пенсионного Фонда РФ средства пенсионных накоплений, учтенные на накопительной части пенсии ФИО1, в размере 213 172 рубля 43 копейки; проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений ФИО1, определяемые в соответствии со ст. 395 ГК РФ на сумму 213 172 рубля 43 копейки за период с ДД.ММ.ГГГГ до момента фактической передачи средств пенсионных накоплений в Пенсионный Фонд РФ, определенные ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды; средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений застрахованного лица ФИО1; признать незаконным действия АО «НПФ «Будущее» по обработке персональных данных ФИО1; возложить на АО «НПФ «Будущее» обязанность по уничтожению персональных данных ФИО1; взыскать с АО «НПФ «Будущее» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, извещен надлежащим образом о дате, времени и месте его проведения.

В судебном заседании представитель истца помощник прокурора г.Братска ФИО4 уточненные исковые требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении, просила удовлетворить иск в полном объеме.

Представитель ответчика АО «НПФ «Будущее» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания, представил отзыв на исковое заявление, в котором просил дело рассмотреть в его отсутствие. Дополнительно в письменных возражениях указал, что истец, оспаривая факт заключения с АО «НПФ «Будущее» договора об обязательном пенсионном страховании, а также факт подписания и подачи в территориальный орган ПФР заявление о переходе (досрочном переходе), не предоставляет суду никаких доказательств, действует недобросовестно, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований истца. По заявлению ФИО1 о досрочном переходе в АО «НПФ «Будущее» Пенсионным фондом были осуществлены установление личности и проверка подлинности подписи истца, в порядке, предусмотренном Постановлением Правительства РФ от 20 декабря 2012 года № 1352 либо Постановлением Правления ПФ РФ от 09 сентября 2016 года № 850п, основания для сомнений в достоверности действительности подписи истца на заявлении о досрочном переходе из ПФР в АО «НПФ «Будущее» отсутствуют. Договор об обязательном пенсионном страховании между ФИО1 и АО «НПФ «Будущее» был заключен при посредничестве агента, действовавшего от имени АО «НПФ «Будущее» на основании соответствующего договора. После поступления в АО «НПФ «Будущее» договора об обязательном пенсионном страховании, заключенного с ФИО1 была проведена соответствующая проверка качества оформления и заключения с истцом договора об обязательном пенсионном страховании, в результате которой каких-либо нарушений выявлено не было. Таким образом, поскольку Фонд действовал добросовестно и в полном соответствии с действующим законодательством, принял на обслуживание истца, на основании заключенного с ним договора об обязательном пенсионном страховании, основания для признания договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, отсутствуют. Вместе с тем, договор об обязательном пенсионном страховании с АО «НПФ «Будущее» не влечет для истца никаких неблагоприятных последствий, и он вправе передать средства своих пенсионных накоплений в Пенсионный фонд РФ или иной негосударственный пенсионных фонд путем заключения соответствующего договора и направления в ПФ РФ заявления о переходе (досрочном переходе). Наличие договора об обязательном пенсионном страховании с АО «НПФ «Будущее» не лишает его этого права. Просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области в судебное заседание не явился, представил отзыв на исковое заявление, в котором указал, что средства пенсионных накоплений истца переданы ДД.ММ.ГГГГ в размере 213 172 рубля 43 копейки из ПФР в АО «НПФ «Будущее» на основании заявления о переходе из ПФР в АО «НПФ «Будущее» от ДД.ММ.ГГГГ ***, поступившего в ОПФР по г. Москве и Московской области, и договора об обязательном пенсионном страховании от ДД.ММ.ГГГГ ***, поступившего в ОСФР по Республике Татарстан. В случае признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, полагает, что требование истца передать предыдущему страховщику средства пенсионных накоплений истца в размере 213 172 рубля 43 копейки проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со ст. 395 ГК РФ, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений истца подлежат удовлетворению. Также правомерными последствиями признания договора об обязательном пенсионном страховании недействительным в части восстановления пенсионных прав застрахованного лица в том виде, в каком они существовали до удовлетворения ПФР заявления истца о досрочном переходе из ПФР в АО «НПФ «Будущее», является обязанность ПФР восстановить на индивидуальном лицевом счете истца удержанный при досрочном переходе инвестиционный дохода за 2016-2017 год.

В судебное заседание представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о дате, времени и месте судебного разбирательства

Выслушав прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу подп. 1 ч. 1 ст. 161 ГК РФ сделки юридических лиц между собой и с гражданами должны совершаться в простой письменной форме.

В соответствии со ст. 36.11 Федерального закона от 07 мая 1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» застрахованное лицо не чаще одного раза в год, до обращения за установлением накопительной части трудовой пенсии, может воспользоваться правом перехода из фонда в фонд путем заключения договора об обязательном пенсионном страховании с новым фондом и направлением в Пенсионный фонд РФ заявления о переходе из фонда в фонд.

Согласно ст. 3 Федерального закона №75-ФЗ под договором об обязательном пенсионном страховании понимается соглашение между фондом и застрахованным лицом в пользу застрахованного лица или его правопреемников, в соответствии с которым фонд обязан при наступлении пенсионных оснований осуществлять назначение и выплату застрахованному лицу накопительной части трудовой пенсии или выплаты его правопреемникам.

На основании ст. 36.7 и п. 3 ст. 36.11 ФЗ о НПФ заявление застрахованного лица о переходе из фонда в фонд направляется им в Пенсионный фонд РФ не позднее 31 декабря текущего года. Такое заявление застрахованное лицо вправе подать в территориальный орган Пенсионного фонда РФ лично или направить иным способом.

Договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключен надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации (п. 3 ст. 36.4 ФЗ о НПФ).

Пунктом 6.1 ст. 36.4 ФЗ о НПФ предусмотрено, что в случае, если после внесения изменений в единый реестр застрахованных лиц будет установлено, что договор об обязательном пенсионном страховании заключен ненадлежащими сторонами, такой договор подлежит прекращению в соответствии с абз. 7 п. 2 ст. 36.5 ФЗ о НПФ.

Судом установлено, что от имени ФИО1, ГУ – Отделением ПФР по Москве и Московской области принято и оформлено заявление о досрочном переходе истца из Пенсионного фонда Российской Федерации в АО «НПФ «Будущее», на основании которого средства пенсионных накоплений истца ДД.ММ.ГГГГ были переданы в АО «НПФ «Будущее».

Основанием перевода средств пенсионных накоплений истца в АО «НПФ «Будущее» также явился договор от ДД.ММ.ГГГГ *** об обязательном пенсионном страховании, заключенный между ФИО1 и АО «НПФ «Будущее», по условиям которого АО «НПФ «Будущее» обязалось осуществлять деятельность страховщика по обязательному пенсионному страхованию, включающую аккумулирование и учет средств пенсионных накоплений, организацию их инвестирования, назначение и выплату накопительной части трудовой пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты, а также выплаты правопреемникам застрахованного лица.

В договоре указано, что он заключен в Иркутской области, однако, в реквизитах сторон местом нахождения АО «НПФ «Будущее» указано: <...>.

Из выписок сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица Отделения ПФР по Иркутской области и АО «НПФ «Будущее» судом установлено, что сумма средств пенсионных накоплений ФИО1 до передачи в АО «НПФ Будущее» составляла 214 707 рублей 45 копеек. Сумма СПН переданных из ПФР в АО «НПФ Будущее» составила 171 102 рубля 38 копеек. Пенсионным фондом РФ при передаче средств пенсионных накоплений в НГПФ произведено удержание результата инвестирования в сумме 43 605 рублей 07 копеек.

Указанные обстоятельства стали известны ФИО1 при получении выписки о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица, через сайт «Госуслуги» в октябре 2021 года.

Из обоснования иска следует, что ФИО1 с заявлением о переводе средств пенсионных накоплений из Пенсионного фонда РФ не обращался, договор с АО «НПФ «Будущее» не заключал и не подписывал, воли на заключение договора с АО «НПФ «Будущее» не имел, полномочий на заключение договора ни кому не передавал.

Как указывалось судом ранее, договор об обязательном пенсионном страховании между АО «НПФ «Будущее» и ФИО1 заключен в Иркутской области, однако, в реквизитах сторон местом нахождения АО «НПФ «Будущее» указано: <...>.

Согласно заявлению застрахованного лица о досрочном переходе из пенсионного фонда РФ в НПФ, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию, от ДД.ММ.ГГГГ ***, подписанному от имени ФИО1 и поданному в Отделение ПФР по г. Москве и Московской области, свидетельство подписи на данном документе совершила нотариус нотариального округа <адрес> ФИО3

Вместе с тем, согласно ответу из Московской областной Нотариальной палаты Нотариуса ФИО2 на запрос суда ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ нотариальное действие с реестровым номером 41724 (свидетельство подлинности подписи) от имени ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения на заявлении застрахованного лица о досрочном переходе из Пенсионного Фонда Российской Федерации в негосударственный пенсионный фонд, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию, не совершалось. ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в нотариальную контору не обращался.

Далее, согласно справке ООО «Илим Тимбер» от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 работал с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, и ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ он находился на рабочем месте и выполнял свои трудовые обязанности., местонахождение работодателя ООО «Илим Тимбер» - Иркутская область, г. Братск, промплощадка БЛПК.

Согласно ответу на судебный запрос Отделения фонда пенсионного и социального страхования РФ по г.Москве и Московской области от ДД.ММ.ГГГГ, заявление удостоверено в порядке, установленном ст. 36.7 Федерального закона от 07 мая 1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах», поступило в ОПФР по г. Москве и Московской области курьером в соответствии с Административным регламентом предоставления Пенсионным фондом РФ государственной услуги по приему, рассмотрению заявлений (уведомления) застрахованных лиц в целях реализации ими прав при формировании и инвестировании средств пенсионных накоплений и принятию решений по ним, утв. Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 03 августа 2016 года № 419н, действующего на момент принятия заявления. В нормативных правых документах не предусмотрено право и/или обязанность работника (должностного лица) ОПФР по г.Москве и Московской области требовать от курьера письменные документы, подтверждающие факт и дату отправления, устанавливать личность курьера, проверять правовые основания для оказания курьерских услуг. В информационной системе Фонда пенсионного и социального страхования РФ отражена информация о том, что уведомление о заключенном договоре об обязательном пенсионном страховании с ФИО1 поступило в ОПФР по Республике Татарстан.

Таким образом, анализируя представленные суду доказательства, суд приходит к выводу о том, что истец договор от ДД.ММ.ГГГГ *** не подписывал, волю на переход с ПФР в НПФ не выражал.

Таким образом, анализируя представленные суду доказательства, суд приходит к выводу о том, что доказательств выражения истцом воли на заключение договора от ДД.ММ.ГГГГ *** об обязательном пенсионном страховании между АО «НПФ «Будущее» и ФИО1 ответчиком не представлено, в связи с чем, данный договор подлежит признанию недействительным, а также подлежат применению последствия признания договора недействительным – возврат сторон в первоначальное положение (ч. 2 ст. 167 ГК РФ).

Как следует из п. 3 ст. 154 ГК РФ при заключении двустороннего договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон.

Последствия нарушения требований закона или иного правового акта при совершении сделок определены ст. 168 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 названной статьи за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 этой же статьи).

Как следует из материалов дела, заявленные истцом требования о недействительности договора обязательного пенсионного страхования с АО «НПФ «Будущее» основаны как на несоблюдении требования о его письменной форме, поскольку договор истцом подписан не был, так и на том, что его волеизъявление на заключение договора отсутствовало.

Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате действий иных лиц является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

При указанных обстоятельствах данная сделка является ничтожной.

В соответствии с абз. 7 п. 2 ст. 36.5 Федерального закона от 07 мая 1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» договор об обязательном пенсионном страховании прекращается в случае наступления одного из следующих событий в зависимости от того, какое из них наступило ранее: признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным.

Согласно п. 4 ст. 36.5 Федерального закона от 07 мая 1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» в случае прекращения договора об обязательном пенсионном страховании по основаниям, предусмотренным абзацами вторым - четвертым и седьмым пункта 2 настоящей статьи, для соответствующего фонда возникает обязанность по передаче средств пенсионных накоплений для финансирования накопительной пенсии в порядке, установленном статьей 36.6 настоящего Федерального закона.

В силу абз. 7 п. 1 ст. 36.6 Федерального закона от 07 мая 1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» средства пенсионных накоплений для финансирования накопительной пенсии подлежат передаче из одного фонда в другой фонд или в Пенсионный фонд Российской Федерации по следующим основаниям в зависимости от того, какое из них наступит ранее: в случае прекращения договора об обязательном пенсионном страховании в соответствии с абзацем седьмым пункта 2 статьи 36.5 настоящего Федерального закона - предыдущему страховщику.

Согласно п. 5.3 ст. 36.6 Федерального закона от 07 мая 1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» при наступлении обстоятельства, указанного в абзаце седьмом пункта 1 настоящей статьи, фонд обязан передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средства пенсионных накоплений, определенные в порядке, установленном пунктом 2 статьи 36.6-1 настоящего Федерального закона, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Пенсионный фонд Российской Федерации, который на основании указанного извещения фонда вносит соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц и уведомляет об этом застрахованное лицо при личном обращении застрахованного лица в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации, а также путем направления застрахованному лицу уведомления в форме электронного документа с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг.

При этом проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, уплачиваются за счет собственных средств фонда, и направляются в резерв фонда по обязательному пенсионному страхованию предыдущего страховщика.

Порядок расчета средств, направленных на формирование собственных средств фонда, сформированных за счет дохода от инвестирования неправомерно полученных средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица и подлежащих передаче предыдущему страховщику в соответствии с абзацем первым настоящего пункта, устанавливается уполномоченным федеральным органом.

Согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Исходя из установленных обстоятельств и принимая во внимание приведенные выше требования закона, суд, признав договор недействительным, полагает также подлежащими удовлетворению требования истца о возложении обязанности на ответчика передать в Пенсионный фонд Российской Федерации средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере 213 172 рубля 43 копейки, проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений ФИО1, определяемые в соответствии со ст. 395 ГК РФ на сумму 213 172 рубля 43 копейки за период с ДД.ММ.ГГГГ до момента фактической передачи средств пенсионных накоплений в ПФР, определенные ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Пенсионный фонд Российской Федерации.

В соответствии с требованием ст. 2 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152 «О персональных данных» целью настоящего Федерального закона является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. Часть 1 статьи 5 данного Закона устанавливает, что обработка персональных данных должна осуществляться на законной и справедливой основе.

Субъект персональных данных вправе требовать от оператора уточнения его персональных данных, их блокирования или уничтожения в случае, если персональные данные являются неполными, устаревшими, неточными, незаконно полученными или не являются необходимыми для заявленной цели обработки, а также принимать предусмотренные законом меры по защите своих прав (ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152 «О персональных данных»).

В силу ч. 3 ст. 21 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152 «О персональных данных», в случае выявления неправомерной обработки персональных данных, осуществляемой оператором или лицом, действующим по поручению оператора, оператор в срок, не превышающий трех рабочих дней с даты этого выявления, обязан прекратить неправомерную обработку персональных данных или обеспечить прекращение неправомерной обработки персональных данных лицом, действующим по поручению оператора.

В соответствии со ст. 15 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» от 07 мая 1998 года № 75-ФЗ, фонд в установленных законодательством Российской Федерации случаях и порядке вправе получать, обрабатывать и хранить информацию, доступ к которой ограничен в соответствии с федеральными законами, в том числе осуществлять обработку персональных данных вкладчиков - физических лиц, страхователей - физических лиц, участников, застрахованных лиц, выгодоприобретателей и правопреемников участников и застрахованных лиц.

Из анализа данных норм следует, что в случае выявления неправомерной обработки персональных данных, осуществляемой оператором, который в установленных законодательством Российской Федерации случаях и порядке вправе получать, обрабатывать и хранить информацию, доступ к которой ограничен в соответствии с федеральными законами, в том числе осуществлять обработку персональных данных вкладчиков - физических лиц, страхователей - физических лиц, участников, застрахованных лиц, выгодоприобретателей и правопреемников участников и застрахованных лиц, субъект персональных данных вправе требовать от оператора уточнения его персональных данных, их блокирования или уничтожения, а оператор обязан прекратить неправомерную обработку персональных данных или обеспечить прекращение неправомерной обработки персональных данных, поскольку обработка таких персональных данных должна осуществляться только на законной и справедливой основе.

Принимая во внимание, что ФИО1 с АО «НПФ «Будущее» договор не заключал, заявление о переходе в указанный НПФ не писал, договор недействителен, ФИО1 не является застрахованным лицом АО «НПФ «Будущее», суд приходит к выводу о том, что персональные данные ФИО1 получены АО «НПФ «Будущее» незаконно.

АО «НПФ «Будущее» не удостоверилось надлежащим образом в действительности и подлинности выражения волеизъявления ФИО1 на заключение договора, в то время как в силу закона было обязано принять все меры осмотрительности, убедиться в том, что волеизъявление заключить договор и предоставить персональные данные для их обработки и передачи исходит от надлежащего лица, то есть от самого субъекта персональных данных. В результате чего ответчик незаконным образом получил персональные данные истца.

На основании изложенного, надлежит признать незаконными действия АО «НПФ «Будущее» по обработке персональных данных ФИО1 и обязать ответчика уничтожить его персональные данные.

Согласно ч. 2 ст. 24 Закона «О персональных данных» моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных настоящим Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации. Возмещение морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных субъектом персональных данных убытков.

Согласно ч. 1 ст. 23 Конституции РФ каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

Согласно ст. 150 Гражданского кодекса РФ неприкосновенность частной жизни относятся к нематериальным благам, нарушение которых действиями, причиняющими физические или нравственные страдания, в силу статьи 151 названного кодекса является основанием для компенсации морального вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Согласно ст. 24 Федерального закона № 152-ФЗ лица, виновные в нарушении требований настоящего Федерального закона, несут предусмотренную законодательством Российской Федерации ответственность.

Моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных настоящим Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации. Возмещение морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных субъектом персональных данных убытков.

В силу изложенного, принимая во внимание положения ст. ст. 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», учитывая, что доказательств наличия согласия истца на обработку его персональных данных суду не представлено, как и доказательств наличия иных условий законности их обработки, суд приходит к выводу о том, что действиями ответчика нарушены права истца на защиту его персональных данных. Принимая во внимания конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных истцу страданий, степень вины ответчика, судом определяется размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца в размере 10000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 (паспорт серия ***) удовлетворить.

Признать договор от ДД.ММ.ГГГГ *** об обязательном пенсионном страховании, заключенный между Акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» (ИНН <***>) и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, недействительным.

Применить последствия недействительности договора от ДД.ММ.ГГГГ *** об обязательном пенсионном страховании, заключенного между ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и Акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее», восстановить положение, существовавшее до нарушения права, обязав Акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию в лице Пенсионного фонда Российской Федерации средства пенсионных накоплений, учтенные на накопительной части пенсии ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в размере 213 172 рубля 43 копейки; проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, определяемые в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму 213 172 рубля 43 копейки, за период с ДД.ММ.ГГГГ до момента фактической передачи средств пенсионных накоплений в Пенсионный фонд Российской Федерации, определенные ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды; и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений застрахованного лица ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Пенсионный фонд Российской Федерации.

Признать незаконными действия Акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» по обработке персональных данных ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Возложить на Акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» обязанность уничтожить персональные данные ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в Иркутский областной суд через Братский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.Н. Шашкина

Мотивированное решение суда изготовлено 02 мая 2023 года.