Дело № 2-671/2022

УИД 68RS0015-01-2020-002303-71

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Моршанск 06 июля 2022 года

Моршанский районный суд Тамбовской области в составе:

федерального судьи Акимушкиной Т.Е.,

с участием адвоката Григорьевой А.Е., представившей удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

адвоката Алешко С.В., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

при секретаре Гурьевой М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба и морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

В исковом заявлении ФИО1 указала, что ДД.ММ.ГГГГ в адрес мирового судьи судебного участка № с заявлением частного обвинения в отношении нее обратилась ФИО2, которая обвинила ее в совершении преступления, предусмотренного ч УК РФ, т.е. в клевете. ДД.ММ.ГГГГ был постановлен оправдательный приговор, который вступил в законную силу. При этом практически 3 месяца она испытывала нравственные и физические страдания, связанные с необоснованным и незаконным обвинением ее в совершении преступления. Она была морально унижена и оскорблена поведением ФИО2, оговорившей ее в действиях, которые она фактически не совершала. Ей было крайне унизительно оправдываться в суде, дома, на улице перед знакомыми людьми, которых ФИО2 посвятила в сложившуюся ситуацию. Она приходила в суд в качестве подсудимой, выслушивала в свой адрес необоснованное обвинение, а также ложные показания свидетелей. Это неблагоприятно отражалось на ее состоянии, как нравственном, так и физическом. Она испытывала нравственные страдания, у нее был снижен эмоциональный фон настроения, упала самооценка, испытывала чувства стыда и неловкости, обиды. Она избегала контактов со знакомыми, ей было стыдно отвечать на вопросы соседей, касающиеся судебного процесса. Она переживала, плакала, не спала ночами, у нее были истерики. Из-за постоянной бессонницы, которая развилась на почве эмоциональных переживаний из-за обвинения ее в совершении преступления, она была рассеяна и невнимательна. ДД.ММ.ГГГГ у нее на почве нервных переживаний и бессонницы закружилась голова и она упала, получив ушибленную рану головы. По данному факту она обращалась к врачу, ей назначалось лечение. Считает, что действиями ФИО2 ей был причинен моральный вред, который она оценивает в сумме 200 000 рублей. Кроме того, ей был причинен материальный ущерб. Для защиты своих интересов в суде она нанимала защитника - адвоката. Размер вознаграждения адвоката за осуществленную защиту составил 15 000 рублей. На приобретение лекарственных препаратов ею потрачено 2 475 рублей 20 копеек. Просит взыскать с ФИО2 в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, материальный ущерб в размере 17 475 рублей 20 копеек.

Решением Моршанского районного суда Тамбовской области от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тамбовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального и морального вреда оставлены без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ решение Моршанского районного суда Тамбовской области от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Тамбовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции - Моршанский районный суд Тамбовской области.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель - адвокат Григорьева А.Е. исковые требования поддержали и просили удовлетворить.

Ответчик ФИО2 и ее представитель - адвокат Алешко С.В. исковые требования признали в части взыскания в пользу истца процессуальных издержек, с учетом требований разумности и справедливости, а также с учетом обстоятельств дела, определив данную сумму в 11 000 рублей, покрывающую 2/3 расходов на оплату услуг адвоката, при этом полагали, что при отсутствии цели причинения вреда ФИО1 обращением ответчика к мировому судье и при недоказанности причинно-следственной связи между действиями ФИО2 и изменениями психической деятельности истца возмещение компенсации морального вреда и затрат на приобретение медицинских препаратов удовлетворению не подлежит.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.45 Конституции Российской Федерации каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Согласно п.1 ст.10 Гражданского кодекса РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как установлено судом и следует из материалов дела вступившим в законную силу приговором мирового судьи судебного участка №1 Моршанского района Тамбовской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была оправдана по предъявленному ФИО2 частному обвинению в совершении преступления, предусмотренного УК РФ (клевета), в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления.

В соответствии с конституционно-правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.10.2011 № 22-П по делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО3, ФИО4 и И.Н. Сардыко, вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по делу частного обвинения, уголовное преследование по которому осуществляется частным обвинителем, не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение. Оправдывая подсудимого на законных основаниях, суд тем самым защищает интересы последнего, добросовестно выполняя возложенную на него Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации обязанность по защите личности от незаконного и необоснованного обвинения (пункт 2 части первой статьи 6).

Регулирование эффективного восстановления в правах в таких ситуациях осуществляется на основе Конституции Российской Федерации, закрепляющей право каждого на судебную защиту, федеральным законодателем, пределы усмотрения которого при установлении механизма защиты от недобросовестных действий частного обвинителя достаточно широки, однако должны определяться исходя из конституционных целей и ценностей, а также общепризнанных принципов и норм международного права и международных обязательств Российской Федерации.

Так, при оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (ч. 9 ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности (Определение от 19.02.2004 № 106-О).

Отсутствие в главе 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации указания на возмещение вреда за счет средств частного обвинителя и независимо от его вины не может расцениваться как свидетельство отсутствия у государства обязанности содействовать реабилитированному лицу в защите его прав и законных интересов, затронутых необоснованным уголовным преследованием. Такая защита может быть осуществлена путем принятия судом по заявлению этого лица решения о возмещении ему вреда в ином процессуальном порядке на основе норм гражданского права.

Как разъяснено в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2013 №32 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», судам следует иметь в виду, что не подтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя. Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

В статье 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.

К таким способам защиты гражданских прав относится, в том числе, и возмещение убытков (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 указанной статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

В системе действующего правового регулирования, в том числе в нормативном единстве со статьей 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, расходы на оплату услуг представителя не относятся к числу процессуальных издержек, а могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Эти расходы, как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, могут быть взысканы на основании и в порядке, предусмотренном статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ее положения следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности: согласно статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3); никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4).

Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в п. 4.2 Постановления от 13.05.2021 №18-П «По делу о проверке конституционности части третьей статьи 131 и статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а также пункта 30 Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО5», суммы, выплаченные реабилитированным лицом за оказание юридической помощи (пункт 4 части первой статьи 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), подлежат возмещению как вынужденно понесенные убытки согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из совокупного толкования положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования, статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что при оправдании подсудимого по делу частного обвинения он имеет право на полное либо частичное возмещение понесенных в связи с производством по уголовному делу расходов с лица, по заявлению которого начато производство по уголовному делу, в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости; в возмещении таких расходов ему не может быть отказано полностью.

Таким образом, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе с частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу части 1 статьи 15 Конституции Российской Федерации как норма прямого действия подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования. Тот факт, что ФИО2 при обращении к мировому судье было реализовано ее конституционное право на доступ к правосудию, не влечет освобождение ответчика от обязанности возместить ФИО1 убытки, связанные с рассмотрением уголовного дела, поскольку оправдательный приговор в отношении последней свидетельствует о необоснованности заявления ФИО2 по делу частного обвинения.

Суд считает установленным наличие причинно-следственной связи между понесенными истцом расходами на оплату услуг защитника по уголовному делу и действиями ФИО2, поскольку именно обращение ответчика с заявлением частного обвинения о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности привело к возникновению на стороне истца убытков виде оплаты услуг защитника.

Как следует из материалов дела согласно квитанции к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было оплачено адвокату Авдкатского кабинета № ФИО14 за защиту по уголовному делу частного обвинения ФИО2 15 000 рублей.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, характер спора и действия сторон по делу, фактическое оказание представителем истца юридических услуг, их объем по анализу материалов дела и подготовке процессуальных документов, принимая во внимание продолжительность судебных заседаний, а также решение Совета адвокатской палаты «О минимальных ставках вознаграждения за оказываемую юридическую помощь», утвержденное Советом адвокатской палаты ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу о взыскании в пользу истца расходов на оплату услуг представителя в указанном размере обоснованными.

Разрешая требования ФИО1 о взыскании морального вреда, причиненного необоснованным привлечением к уголовной ответственности, суд исходит из следующего.

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 названного Кодекса.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (абзац третий статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из положений статей 1064, 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в пункте 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста), и только при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2011 г. N 22-П по делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО3, ФИО4 и И.Н. Сардыко, применимость специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут обладать лишь упомянутые в части 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации государственные органы и должностные лица - орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд - независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей (пункт 3).

Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причинённый ему вред (если он не был причинён иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение (пункт 5).

При оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (часть 9 статьи 132 УПК РФ). Взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесённых им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием её деятельности. Возмещение же иного вреда за счёт средств частного обвинителя главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не предусматривается. Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объёме и независимо от наличия его вины (пункт 5).

Аналогичная позиция изложена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 г. N 643-О-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО6 на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации).

При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (часть 2 статьи 21 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Приведённые правовые нормы устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причинённый вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определённых случаях должны быть прямо закреплены в законе.

При этом реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является предпосылкой для безусловного применения в отношении него специального, характерного для такого субъекта как государство, порядка возмещения вреда, в том числе морального в полном объёме и независимо от наличия вины.

Учитывая изложенное, при разрешении споров о взыскании компенсации морального вреда в случае вынесения оправдательного приговора по делу частного обвинения юридически значимым является вопрос о том, было ли обращение частного обвинителя в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица продиктовано потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы либо намерением причинить вред другому лицу.

Принимая во внимание вышеизложенное, исследовав обстоятельства дела, оценив представленные доказательства, проанализировав нормы действующего законодательства, суд приходит к выводу, что возможность обращения к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом, использование данного способа защиты права ответчиком не является противоправным, ФИО2 реализовала свое конституционное право на обращение в органы, которые в силу закона обязаны разрешать такие заявления, имела намерения защитить свои интересы, не преследовала цели необоснованного привлечения истца к уголовной ответственности и не имела намерений причинить вред ФИО1 Ответчик ФИО2, обращаясь в суд в порядке частного обвинения, полагала свои требования законными. Доказательств, подтверждающих намерение ФИО2 причинить вред ФИО1, в материалах дела не имеется и таковых не представлено.

В материалы дела стороной истца представлены справка ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ об оказании медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ, справка ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ об оказании медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ, выписка из истории болезни врача-невролога от ДД.ММ.ГГГГ, сообщение ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» № от ДД.ММ.ГГГГ о нахождении на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в неврологическом отделении с диагнозом: сообщение ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» № от ДД.ММ.ГГГГ об обращении в поликлинику ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ», копия справки об инвалидности серии № №, копии рецептов, копии выписок из амбулаторной карты медицинского центра «Здоровье» от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ.

Вышеперечисленные медицинские документы не могут быть приняты во внимание, поскольку истцом ФИО1 не представлено доказательств причинно-следственной связи между обращением ответчика ФИО2 к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения, уголовным преследованием в отношении нее и ухудшением состояния ее здоровья.

Суд не находит также оснований для взыскания с ответчика ФИО2 материального ущерба на приобретение лекарственных препаратов на сумму 2475 рублей 20 копеек (товарный чек № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 164,20 руб., товарный чек № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 2311 руб.), поскольку доказательств того, что состояние здоровья ФИО1 ухудшилось и данные медицинские препараты приобретались истцом из-за незаконных действий ответчика, в материалы гражданского дела представлено не было. При этом суд соглашается с доводами стороны истца о том, что ФИО1 подтвердила наличие у нее заболевания, в силу чего она принимает медицинские препараты.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При таких обстоятельствах, суд считает необходимым взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 материальный ущерб в размере 15 000 рублей.

В удовлетворении требований ФИО1 в возмещении материального ущерба в большем размере и морального вреда отказать.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба и морального вреда удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 материальный ущерб в размере 15 000 рублей.

В удовлетворении требований ФИО1 о возмещении материального ущерба в большем размере и морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Тамбовский областной суд в апелляционном порядке через Моршанский районный суд в течение месяца со дня составления решения судом в окончательной форме.

Решение составлено в окончательной форме: ДД.ММ.ГГГГ.

Федеральный судья: Т.Е.Акимушкина