Дело № 2-543/2023

УИД: 56RS0027-01-2022-005209-70

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 июня 2023 года г. Оренбург

Оренбургский районный суд Оренбургской области в составе:

председательствующего судьи Евсеевой О.В. - судьи Тоцкого районного суда Оренбургской области, временно осуществляющей полномочия судьи Оренбургского районного суда Оренбургской области,

при секретаре Гвоздевой Л.П.,

с участием истца ФИО5, его представителя ФИО6, ответчика ФИО7, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО7 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с иском ФИО7, указав, что 20октября 2022 года по адресу: <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты> под управлением водителя ФИО5 и животного – коровы, собственником которой является ответчик ФИО7

ФИО7 осуществляла перегон скота в темное время суток, в связи с чем он допустил наезд на корову, ей принадлежащую.

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю <данные изъяты>, причинены механические повреждения.

Согласно экспертному заключению стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, составляет 118431 руб.

С учетом уточнений, ФИО5 окончательно просит суд взыскать с ответчика ФИО7 в свою пользу ущерб, причиненный автомобилю <данные изъяты>, в размере 118431руб., компенсацию морального вреда в размере 15000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 3569 руб., расходы по оплату услуг представителя в размере 12000 руб., почтовые расходы в размере 78,20руб., расходы по оценке в размере 3500 руб.

Определением суда от 16.01.2023 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Альфастрахование».

Истец ФИО5 и его представитель ФИО6, действующий на основании доверенности от 09 ноября 2022 года, в судебном заседании настаивали на удовлетворении исковых требований с учетом уточнений по доводам и основаниям, изложенным в нем.

Ответчик ФИО7 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, настаивая на вине истца в данном ДТП.

Третье лицо ООО «Альфастрахование» в судебное заседание своего представителя не направило, о времени и месте слушания по делу извещены надлежащим образом.

Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие третьего лица.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует и судом установлено, что 20 октября 2022года в 07 часов 00 минут по адресу: <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО5, принадлежащему ежу же на праве собственности, и коровы, принадлежащей ФИО7, в результате чего автомобилю истца были причинены механические повреждения.

Принадлежность данного автомобиля истцу подтверждается карточкой учета транспортного средства.

Постановлением по делу об административном правонарушении от 27.10.2022 года ФИО7 признана виновной в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.29 КоАП РФ, поскольку осуществляла перегон скота по дороге с асфальтово-бетонным покрытием при наличии иных мест для перегона скота в темное время суток, создавая помехи для движения других участников дорожного движения.

Из пояснений ответчика следует, что административный штраф ею оплачен.

Свою вину ФИО7 в этом не отрицала, пояснив, что перегоняла корову по пешеходному переходу в темное время суток.

В административном материале имеется схема дорожно-транспортного происшествия, составленная 27.10.2022 года, и подписанная участниками происшествия. В ходе рассмотрения дела ответчик с ней не согласилась, наставая, что перегоняла корову по пешеходному переходу.

Риск гражданской ответственности ФИО5 при управлении транспортным средством <данные изъяты>, на момент ДТП был застрахован в ООО«Альфастрахование» полис ОСАГО №

31.10.2022 года он обратился в страховую компанию с заявлением о страховом событии

Согласно пояснениям истца в выплате страхового возмещения ему отказано, событие не признано страховым случаем.

Истцом в суд в обоснование размера причиненного ущерба представлено экспертное заключение № 2610/2022 ИП ФИО1 от 26.10.2022 года, согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, составляет 118431 руб.

Для наиболее полного исследования обстоятельств дорожно-транспортного происшествия и причиненного ущерба, соответствия повреждений автомобиля обстоятельствам ДТП судом назначалась экспертиза, проведение которой поручалось ИП ФИО2В.

Согласно заключению эксперта № 8/52/23 от 21.03.2023 года, следующие механические повреждения автомобиля <данные изъяты>, соответствуют обстоятельствам ДТП, произошедшего 20 октября 2022 года: бампер передний, блок-фара правая (имелись доаварийные следы восстановительного ремонта), капот, крыло переднее правое (имелись доаварийные нарушения ЛКП), стекло ветрового окна, подкрылок передний правый, дверь передняя правая (имелись доаварийные нарушения ЛКП), стойка передняя правой панели боковины, дефлектор окна передней правой двери.

Согласно полученным результатам, средняя рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, без учета износа, по достоянию на 20октября 2022 г. составит 63581,48 руб.

Согласно полученным результатам, средняя рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, с учетом износа, по состоянию на 20октября 2022 г. составит 49861,27 руб.

По предоставленным материалам гражданского дела определить скорость автомобиля <данные изъяты>, в момент столкновения и место столкновения в результате ДТП от 20.10.2022 года, не представляется возможным.

С технической точки зрения возможность избежать столкновение водителем ФИО5 заключалась в соблюдении им п. 10.1 ПДД РФ.

Истец не согласен с выводами судебной экспертизы, настаивает на возмещении ущерба в размере 118431 руб. согласно отчету ФИО1

В соответствии с абзацем 8 статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем возмещения убытков.

В силу части 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 1 статьи 1064 данного кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 1079 этого же кодекса юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Пунктом 3 этой же статьи предусмотрено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Из приведенных выше положений закона следует, что по общему правилу ответственность за причинение вреда наступает при наличии в совокупности факта причинения вреда, противоправности поведения причинителем вреда, вины причинителя вреда, наличия причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

В отступление от этого правила юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, отвечают за причиненный вред независимо от вины.

Кроме того, в силу пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное.

Таким образом, при взаимодействии источника повышенной опасности с объектом, не являющимся таковым, ответственность их владельцев за причиненный друг другу в результате такого взаимодействия вред наступает по разным правилам - на основании статей 1079 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации соответственно.

Данное различие в правовом регулировании обусловлено именно свойствами источника повышенной опасности, использование которого не только увеличивает риск причинения вреда окружающим, но и увеличивает риск повреждения самого источника повышенной опасности и размер ущерба, причиненного его владельцу.

По смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинена вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (пункт 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2015 г. N 10).

Исходя из указанной нормы, корова (домашнее животное, то есть животное, используемое человеком в своей деятельности), находящегося на автомобильной дороге, нельзя признать источником повышенной опасности, даже в том случае, когда перегон осуществляется владельцем стада в организованном порядке.

Таким образом, суд приходит к выводу, что владелец автомобиля несет ответственность независимо от вины, и его ответственность является повышенной, а собственник скота обязан возместить владельцу поврежденного транспортного средства ущерб на общих основаниях, то есть, при наличии вины.

Ответчик ФИО7 ссылалась на вину водителя ФИО5, который не соблюдал ПДД, в том числе скоростной режим при движении в населенном пункте.

Давая оценку этим доводам, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 10.1 ПДД водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований данных Правил.

Правила дорожного движения Российской Федерации (пункт 10.1) предусматривают движение не только с определенной установленной соответствующими ограничениями скоростью, но и со скоростью, являющейся оптимальной в данной конкретной ситуации.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно Правилам «Опасность для движения» - это ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

В соответствии с Приложением 1 к Правилам дорожного движения Российской Федерации «ДОРОЖНЫЕ ЗНАКИ» знак 5.25 «Начало населенного пункта» относится к знакам особых предписаний и обозначает начало населенного пункта, в котором на данной дороге не действуют требования ПДД РФ, устанавливающие порядок движения в населенных пунктах.

В силу п. 10.2 ПДД РФ в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч.

Согласно п. 10.3 ПДД РФ вне населенных пунктов разрешается движение: легковым автомобилям и грузовым автомобилям с разрешенной максимальной массой не более 3,5 т на автомагистралях - со скоростью не более 110 км/ч, на остальных дорогах - не более 90 км/ч.

Согласно п. 14.1 ПДД РФ водитель транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу, обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть (трамвайные пути) для осуществления перехода.

Согласно объяснениям ФИО5 от 27.10.2022 года, имеющимся в административном материале, 20.10.2022 года в 07.00 ч. Он двигался на своем автомобиле <данные изъяты> по <адрес> на улице было темно, так как еще не рассвело, двигался по неосвещенному участку дороги с ближним светом фар, после пешеходного перехода на проезжую часть вышла черная корова. Он попытался уйти от столкновения, нажал на педаль тормоза и почувствовал удар в переднюю правую часть своего автомобиля. После столкновения сразу остановился на обочине. Через некоторое время подошла женщина с претензией и пояснила, что корова принадлежит ей.

В ходе рассмотрения дела ФИО5 пояснял, что столкновение с коровой произошло после проезда им пешеходного перехода, примерно в 20метрах после него.

Согласно объяснениям ФИО7 от 27.10.2022 года 20.10.2022года в 07.05 ч. она перегоняла коров через дорогу на пешеходном переходе по <адрес>. Услышала звук приближающейся машины на большой скорости и звук удара о ее корову, которая находилась на проезжей части. Она подошла к водителю автомобиля <данные изъяты> ФИО5, который оставил ей свои данные и они разошлись. В момент перегона было темно, еще не рассвело, корова была чёрного цвета. Б.А.АБ. пояснил, что спешил на работу и поэтому ехал быстро.

Согласно пояснениям свидетеля - инспектора ДПС ФИО3 составлявшего схему ДТП, допрошенного в судебном заседании, схема ДТП была составлена со слов участников ДТП по прошествии нескольких дней, видимых повреждений на проезжей части не было, место столкновения было определено со слов участников ДТП, схема составлена не в полной мере, не отражено наличие знаков дорожного движения. Непосредственно в день ДТП 20.10.2022 года выезжали не место происшествия, но схему не составили.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО4 пояснила, что в день ДТП в 08.00 ч. утра поехала в магазин и увидела на обочине между магазином и мечетью машину ФИО5, который пояснил, что сбил корову. В 20 метрах позади машины располагался пешеходный переход. Около машины имелись осколки, удар пришелся в правую часть автомобиля. Следы торможения на асфальте отсутствовали.

При оценке фактических обстоятельств рассматриваемого ДТП, а именно - в населенном пункте <адрес>), в темное время суток (07.00 утра 20 октября), при нахождении скота на автомобильной дороге в зоне действия пешеходного перехода (в 20 метрах после него), суд приходит к выводу, что ФИО5 в нарушение п. 10.1 ПДД РФ не действовал в полном соответствии с Правилами дорожного движения РФ, поскольку выбранная им скорость движения не обеспечила возможность постоянного контроля за движением транспортного средства.

В ходе рассмотрения дела установлено и истцом не опровергалось, что столкновение произошло в зоне действия дорожного знака «пешеходный переход», оборудованного в установленном прядке, после проезда истцом освещенного пешеходного перехода, оборудованного соответствующей разметкой, что объективно подтверждается фотоматериалами, пояснениями сторон и свидетелей, допрошенных в судебном заседании, а потому водитель ФИО5 должен был соблюдать п. 10.1 ПДД РФ, тем более, что двигался в зоне действия пешеходного перехода и должен был снизить скорость. Таких мер он не принял, доказательств обратного суду не представлено.

Согласно выводам судебной экспертизы с технической точки зрения возможность избежать столкновение водителем ФИО5 заключалась в соблюдении им п. 10.1 ПДД РФ.

При этом выводы эксперта ФИО2 о невозможности определить скорость автомобиля <данные изъяты>, в момент столкновения и место столкновения в результате ДТП от 20.10.2022 года, не исключают необходимости для него предпринять все возможные меры предосторожности и предвидеть такую опасность в той дорожной обстановке, которая сложилась в момент ДТП.

Объективных доказательств, подтверждающих доводы ФИО7 о том, что она перегоняла корову непосредственно по пешеходному переходу и столкновение произошло на пешеходном переходе, в материалы дела не представлено.

Суд отмечает, что в силу установленного гражданско-правового и административно-правового регулирования не всякое причинение вреда имуществу другого лица является одновременно и административным, и гражданским правонарушением. Непривлечение ФИО5 к административной ответственности не свидетельствует об отсутствии его вины как водителя, управлявшего источником повышенной опасности, в рамках гражданского судопроизводства.

При изложенных обстоятельствах, суд полагает, что водитель Б.А.АБ. в момент происшествия, управляя транспортным средством, не выбрал скорость движения, соответствующую конкретным условиям, что не позволило ему при обнаружении опасности принять меры к снижению скорости, вплоть до остановки транспортного средства, тем самым, не выполнил требование п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, в результате чего произошел наезд на животное. Следовательно, имеются достаточные основания установить ответственность самого истца в рассматриваемом ДТП, а виновность истца в наступлении негативных для него последствий подлежит установлению.

Согласно п. 25.4 ПДД РФ животных по дороге следует перегонять, как правило, в светлое время суток. Погонщики должны направлять животных как можно ближе к правому краю дороги.

Пунктом 25.6 ПДД РФ водителям гужевых повозок (саней), погонщикам вьючных, верховых животных и скота запрещается: оставлять на дороге животных без надзора; прогонять животных через железнодорожные пути и дороги вне специально отведенных мест, а также в темное время суток и в условиях недостаточной видимости (кроме скотопрогонов на разных уровнях); вести животных по дороге с асфальто- и цементобетонным покрытием при наличии иных путей.

В то же время имеются основания для определения и вины Б.Т.АБ., поскольку она не обеспечила должным образом содержание коровы, осуществляла перегон скота в темное время суток по проезжей части (дороге с асфальтобетонным покрытием), при наличии иных разрешенных мест для такового. В спорной дорожной ситуации меры, предусмотренные п. 25.6 ПДД РФ, перегонщиком скота ФИО7 своевременно предприняты не были.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Разрешая спор по существу, суд приходит к выводу о наличии вины в дорожно-транспортном происшествии как ФИО7, ненадлежащим образом исполнявшей обязанности по содержанию животного, которое без надзора оказалось на проезжей части автомобильной дороги (пункты 25.4, 25.6 Правил дорожного движения Российской Федерации), так и Б.А.АВ., нарушившего требования пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, учитывая, что деятельность лица по управлению автомобилем является источником повышенной опасности, суд определяет степень вины ФИО5 в размере 70 %, а степень вины ФИО7 в размере 30 % в произошедшем 20.10.2022 года ДТП, приведшем к причинению ущерба.

Бесспорных доказательств отсутствия вины ФИО5 не имеется, тогда как нарушение пункта 10.1. Правил дорожного движения водителем находится в причинно-следственной связи с ДТП.

В то же время доказательств наличия обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, являющихся основанием для освобождения от ответственности Б.Т.АБ. за причиненный ущерб, материалы дела не содержат.

Относительно доводов истца о несогласии с экспертным заключением ФИО2. суд приходит к выводу, что они являются необоснованными и опровергаются самим экспертным заключением.

Вопреки доводам истца, эксперт ФИО2 при определении размера ущерба, причиненного автомобилю <данные изъяты> в результате наезда на корову, учел все имеющиеся у автомобиля повреждения, в том числе стойку передней правой панели боковины, блок-фару правую.

Заключение эксперта ФИО2 соответствует предъявляемым к нему требованиям, содержит подробные и мотивированные ответы на поставленные вопросы, в ходе исследования экспертом исследованы материалы настоящего гражданского дела и материал об административном правонарушении, выводы последовательные и непротиворечивые, не допускают неоднозначного толкования и не вводят в заблуждение. Эксперт, проводивший исследование, был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ в установленном законом порядке.

Какие-либо обстоятельства, которые позволяли бы признать оспариваемое заключение судебной экспертизы недопустимым либо недостоверным доказательством по делу, не установлены, выводы эксперта подтверждаются, в том числе, представленными по делу доказательствами, не опровергнуты сторонами и полно, объективно оценены судом в совокупности с другими доказательствами по делу.

Оснований для назначения повторной экспертизы, вопреки мнению истца и его представителя, не имеется. Само по себе несогласие стороны с заключением судебной экспертизы направлено на иную оценку доказательств по делу, выводы проведенной судебной экспертизы неясностей не содержат, возможности различного трактования не допускают, в связи с чем, являются необходимыми и достаточными для вынесения решения.

Таким образом, суд приходит к выводу об определении размера ущерба, причиненного истцу, на основании заключения эксперта ФИО2 в сумме 63581,48 руб., а значит за счет ответчика подлежит возмещению 63581,48 руб. x 30 % = 19074,44 руб.

Разрешая исковые требования о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В силу положений статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В части 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Таким образом, законом предусмотрена компенсация морального вреда за нарушение личных неимущественных прав гражданина либо посягательство на принадлежащие заявителю нематериальные блага.

Принимая во внимание, что исковые требования обусловлены защитой имущественных прав, связанных с повреждением транспортного средства, а нарушения личных неимущественных прав в результате рассматриваемого ДТП не установлено, оснований для удовлетворения требований Б.А.АВ. о компенсации морального вреда не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

Истцом при подаче иска понесены расходы на оплату оценки восстановительного ремонта автомобиля в размере 3500 руб., что подтверждается квитанцией от 26.10.2022 года, а также почтовые расходы в сумме 78,20 руб. в связи с направлением копии иска ответчику, что подтверждается почтовой квитанцией (л.д. 58).

Учитывая, что данные расходы являются необходимыми, с учетом ст.98 ГПК РФ они подлежат взысканию с ответчика пропорционально размеру удовлетворенных требований (16,10 %), а именно 563,50 руб. за оценку (3500 руб. * 16,10%), 12,60 руб. – почтовые расходы (78,20 руб. * 16,10 %).

В соответствии со статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшить его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 АПК РФ, ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, ч. 4 ст. 2 КАС РФ).

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. 2, 35 ГПК РФ, ст. 3, 45 КАС РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер

Как разъяснено в п. 13 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что между ФИО5 и Н.К.РБ. был заключен договор на оказание юридических услуг от 02.10.2022 года, в соответствии с которым ФИО6 принял обязательство оказать юридические услуги. За оказанные услуги Б.А.АБ. оплатил 12000 руб., что подтверждается актом приема-передачи денег от 14.11.2022 года.

Давая оценку объему произведенной представителем работы по оказанию истцу юридической помощи (консультация, составление искового заявления) и представлению его интересов в суде (по делу проведено 5судебных заседаний, в которых принимал участие представитель истца), принимая во внимание характер спора, объект судебной защиты и объем защищаемого права, суд полагает разумными и справедливыми по данному делу расходы по оплате услуг представителя в размере 12000 руб., что пропорционально размеру удовлетворенных требований составит 1932 руб. (12000 руб. * 16,10 %).

С ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере, пропорционально удовлетворенной части требований – 574,6 руб. (3569 руб. * 16,10 %).

Разрешая заявление ФИО7 о возмещении расходов по оплате судебной экспертизы в размере 32960 руб., суд приходит к следующему.

В ходе рассмотрения дела определением суда от 08.02.2023 года по данному делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено эксперту ИП ФИО2 расходы по оплате которой были возложены на ответчика ФИО7

Обязанность по оплате экспертизы ответчиком ФИО7 исполнена на общую сумму 32960 руб., из которых: 32000 руб. оплата эксперту согласно счету экспертного учреждения от 27.02.2023 года № 234, 960 руб. – комиссия, что подтверждается чек-ордером от 09.03.2023 года.

Суд признает данные расходы в размере 32000 руб. необходимыми для рассмотрения дела, заключение экспертизы положено в основу при вынесении судебного решения. Оснований для взыскания расходов по оплате комиссии банка в размере 960 руб. суд не усматривает, поскольку оплата ответчиком оказанных услуг через банк за перевод денежных средств, в котором берут комиссию, является правом лица, однако такие денежные средства не подлежат возмещению за счет истца. Доказательств невозможности оплаты услуг эксперта иным способом ответчиком не представлено.

Учитывая вышеизложенное, поскольку исковые требования удовлетворены лишь в части, с ФИО5 в пользу ФИО7 подлежит взысканию в счет компенсации расходов по оплате судебной экспертизы денежная сумма в размере 26848 руб., что соответствует размеру требований, в которых истцу отказано (83,90 %).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО5 – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО5 в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, денежные средства в размере 19074,44 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 574,6 руб., расходы на проведение независимой оценки – 563,5 руб., почтовые расходы в размере 12,60 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 1932 руб., а всего - 22157,14 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО5 к ФИО7 – отказать.

Заявление ФИО7 о возмещении судебных издержек – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО7 расходы на проведение судебной экспертизы в размере 26848 руб.

В удовлетворении остальной части заявления ФИО7 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд через Оренбургский районный суд Оренбургской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 09 июня 2023 года.

Судья: О.В. Евсеева