Председательствующий Фадеева С.В. Дело № 22-5299/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
(мотивированное)
города Екатеринбург 27 июля 2023 года
Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе:
председательствующего Герасименко М.Ю.,
судей Серебряковой Т.В., Леонтьевой М.Ю.,
при секретаре Тавафиевой Л.Р.,
с участием:
осужденного ФИО1,
его защитника – адвоката Петрусенко И.С.,
осужденной ФИО2,
её защитника – адвоката Нистряну Н.П.,
прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Смоленцевой Н.Ю.,
рассмотрела в открытом судебном заседании с применением системы видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Кировского района г. Екатеринбурга Неволиной Ю.Н., апелляционным жалобам адвоката Петрусенко И.С. в защиту осужденного ФИО1, осужденной ФИО2 и её адвоката Нистряну Н.П. на приговор Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 31 мая 2023 года, которым
ФИО1,
<дата> года рождения,
не судимый,
осужден по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок 08 лет 06 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
Мера пресечения в виде запрета определенных действий изменена на заключение под стражу, ФИО1 взят под стражу в зале суда.
Срок наказания ФИО1 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
В соответствии с ч. 3.2 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации в срок лишения свободы ФИО1 зачтено время фактического задержания и нахождения осужденного под стражей с 22 ноября 2021 года по 27 декабря 2022 года, с 31 мая 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.
В соответствии с ч. 3.4 ст.72 Уголовного кодекса Российской Федерации в срок лишения свободы зачтено время нахождения ФИО1 под домашним арестом с 28 декабря 2022 года по 20 марта 2023 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.
С осужденного ФИО1 взысканы процессуальные издержки в пользу федерального бюджета в размере 1725 рублей.
Этим же приговором
ФИО2,
<дата> года рождения,
не судимая,
осуждена по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок 07 лет 06 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.
Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, ФИО2 взята под стражу в зале суда.
Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
В соответствии с ч. 3.2 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации в срок лишения свободы зачтено время фактического задержания ФИО2 с 22 ноября 2021 года по 25 ноября 2021 года, а также время ее содержания под стражей с 03 августа 2022 года по 04 октября 2022 года, с 31 мая 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
С осужденной ФИО2 взысканы процессуальные издержки в пользу федерального бюджета в размере 6 900 рублей.
Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Серебряковой Т.В., выступления осужденных ФИО1, ФИО2, защитников – адвокатов Петрусенко И.С., Нистряну Н.П., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Смоленцевой Н.Ю., просившей изменить приговор суда по доводам апелляционного представления, судебная коллегия
установила:
приговором суда ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в покушении на незаконный сбыт наркотического средства героина (диацетилморфина) общей массой не менее 9,94 грамма в крупном размере и наркотического средства – производного 2-(1-бутил-1Н-индазол-3-карбоксамидо)уксусной кислоты общей массой не менее 8,02 грамма в крупном размере, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору.
Преступление совершено в период с 26 октября 2021 года по 22 ноября 2021 года в г. Екатеринбурге при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В судебном заседании ФИО1 и ФИО2 вину в совершении преступления признали частично.
ФИО1 пояснил, что преступление совершил без участия ФИО2, которая не была осведомлена о его действиях.
ФИО2 признала вину в незаконном хранении без цели сбыта изъятых у нее наркотических средств.
В апелляционном представлении государственный обвинитель – старший помощник прокурора Кировского района г. Екатеринбурга Неволина Ю.Н. просит приговор суда изменить, исключить из приговора указание суда о признании в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО2, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61Уголовного кодекса Российской Федерации, активного способствования раскрытию и расследованию преступления, поскольку наркотическое средство в рукаве ее куртки было обнаружено сотрудниками полиции в ходе личного досмотра ФИО2 после ее задержания, а не по сообщению ФИО2, как это указано в приговоре, никакой информации, имеющей значение для уголовного дела, ФИО2 предоставлено не было. Кроме того, автор представления в описательно-мотивировочной части приговора при описании позиции ФИО1 просит указать, что «со ФИО2 в преступный сговор на совершение сбыта наркотических средств не вступал» вместо «со ФИО1».
В апелляционной жалобе адвокат Петрусенко И.С. в защиту интересов осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором, просит его изменить, исключить из объема обвинения совершение преступления группой лиц по предварительному сговору со ФИО2, снизить размер назначенного ФИО1 наказания. Утверждает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Анализируя показания осужденных ФИО1 и ФИО2, полагает, что никакой договоренности о совместном совершении преступления между осужденными не было. Также защитник полагает, что суд не в полной мере учел совокупность смягчающих наказание обстоятельств, недостаточно оценил личность ФИО1, не принял во внимание занятую им признательную позицию, последовательные показания об обстоятельствах совершенного им преступления, добровольное сообщение о местах тайников с наркотическим средством, а также явку с повинной. Обращает внимание на то, что в ходе предварительного следствия ФИО1 давал достоверные признательные показания, искренне раскаялся в содеянном, активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, ранее не судим, к уголовной ответственности привлекается впервые, положительно характеризуется по месту жительства и работы, имеет на иждивении малолетнего ребенка, оказывает помощь своей матери. Автор жалобы просит снизить размер назначенного ФИО1 наказания.
В апелляционной жалобе осужденная ФИО2 оспаривает фактические обстоятельства и квалификацию содеянного, считает, что её действия необходимо переквалифицировать с ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации и смягчить назначенное наказание. В обоснование указывает, что бесспорных доказательств её вины в покушении на незаконный сбыт наркотических средств группой лиц по предварительному сговору со ФИО1 материалы дела не содержат, в приговоре таковые не приведены. Заявляет, что судом при описании преступного деяния не конкретизировано, какие её действия составляют объективную сторону преступления. Оспаривая выводы суда, указывает на то, что все описанные в приговоре ее действия, кроме хранения наркотических средств, не нашли своего подтверждения в ходе судебного следствия, так как были совершены ФИО1 Представленные суду фотографии «закладок», которые ей отправил в приложении «WhatsApp» ФИО1, не содержат сведений о совместном размещении наркотических средств. Просит о применении отсрочки отбывания наказания до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста в соответствии со ст. 82 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Адвокат Нистряну Н.П. в апелляционной жалобе, поданной в интересах осужденной ФИО2, выражает несогласие с приговором, полагая, что в основу обвинительного приговора положены недопустимые доказательства, повлиявшие на выводы суда относительно фактических обстоятельств дела, что повлекло необоснованное осуждение ФИО2 за особо тяжкое преступление и назначение ей чрезмерно строгого наказания. В обоснование доводов жалобы излагает фактические обстоятельства дела, дает им свою оценку, которая сводится к отсутствию доказательств, подтверждающих виновность ФИО2 в совершении инкриминированного преступления. Полагает, что обвинение, предъявленное ФИО2, не нашло своего подтверждения в ходе судебного следствия, поскольку доказательства, исследованные в ходе судебных заседаний, подтверждают лишь наличие в её действиях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации. Утверждает, что все иные действия были совершены ФИО1 Настаивает, что в приговоре не отражено, какие именно действия, которые могли бы свидетельствовать о выполнении ФИО2 объективной стороны, направленной на сбыт наркотических средств либо на покушение на сбыт наркотических средств; нет данных о наличии предварительной договоренности, о распределении ролей между супругами С-ными. Просит приговор изменить, действия ФИО2 переквалифицировать на ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации как незаконное хранение наркотических средств без цели сбыта в крупном размере, назначить наказание, не связанное с лишением свободы с учетом смягчающих обстоятельств.
Изучив материалы дела, выслушав стороны, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.
Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно, вывод суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении преступления, за которое они осуждены, является верным, основанным на доказательствах, исследованных в судебном заседании всесторонне, полно, объективно, получивших надлежащую оценку в приговоре в соответствии со ст.ст. 87, 88, 89 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Приведенные в приговоре доказательства, которыми суд обосновал выводы о виновности осужденных, соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, являются допустимыми и относимыми, достоверными, а в совокупности – достаточными для их осуждения.
Осужденный ФИО1 в суде первой инстанции показал, что употребляет наркотические средства, в сентябре 2021 года в сети «Интернет» нашел объявление о работе, связанной с незаконным сбытом наркотических средств, с 26 октября 2021 года стал общаться в программах для обмена сообщениями с неустановленным лицом под ником ...». Последний рассказал ему условия работы, сообщил сведения о месте нахождения оптовой партии наркотических средств. Он забирал «мастер-клад», после чего оборудовал тайники, фотографировал их, в фоторедакторе указывал, где находится тайник, после чего направлял фотографии неустановленному лицу под ником ...». 20 ноября 2021 года он со своей супругой ФИО2 ездил на день рождения, а 21 ноября 2021 года он один забрал оптовую партию наркотических средств на ул. Бахчиванджи, после чего поехал домой в г. Богданович. ФИО2 не знала о том, что он забирал наркотические средства, с ним на ул. Бахчиванджи не ездила. 22 ноября 2021 года они со ФИО2 решили вдвоем съездить в г. Екатеринбург погулять. О том, что он планировал организовать тайники с наркотическими средствами, он ФИО2 не говорил. Когда они приехали на ул. Студенческая, в машине он положил в рукав ФИО2 пакет с наркотическими средствами, сообщив, что он приобрел их для личного употребления. Также он рассказал ей, что заказал еще наркотические средства, чтобы употребить в будущем. Они вышли из машины, он зашел в один из подъездов, ФИО2 осталась на улице. Сделав в подъезде две «закладки», он вышел к ФИО2, сказал ей, что ничего не нашел и нужно зайти еще в один подъезд. Подойдя к другому дому, он также зашел в подъезд, а ФИО2 ждала его на улице. В подъезде он организовал два тайника. Все четыре тайника он сфотографировал, а фотографии отправил в приложении «WhatsApp» ФИО2, так как боялся, что его телефон может сломаться. Выйдя из подъезда, он снова рассказал ФИО2, что не нашел наркотические средства, поэтому нужно пройти к другому дому. Когда он пытался зайти в подъезд в третьем доме, к ним подошли сотрудники полиции. Признает свою вину в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору с неустановленным лицом под ником ...», однако отрицает, что действовал в группе со ФИО2 Его супруге было известно, что он занимался сбытом наркотических средств, они ссорились из-за этого, поэтому он сказал ей, что прекратил осуществлять противоправную деятельность.
В своей явке с повинной ФИО1 сообщил, что с сентября 2021 года занимался сбытом наркотических средств в группе лиц по предварительному сговору с неустановленным лицом под ником ...», более никто в группу лиц не входил (том 2, л.д. 161).
Оснований для исключения из числа доказательств явки с повинной ФИО1 не имеется, поскольку явка с повинной была дана осужденным в присутствии его защитника Петрусенко И.С., содержание явки с повинной ФИО1 подтвердил как в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции, давал аналогичные по своему содержанию показания.
Также судом на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации были оглашены показания ФИО1, которые он давал в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого (том 2, л.д. 148-151), из которых следует, что 22 ноября 2021 года возле машины он часть наркотических средств передал ФИО2, которая не знала о том, что находится в пакете. Он попросил ФИО2 помочь, понимая, что вместе с ней он не привлечет внимания сотрудников полиции. Когда он оборудовал тайники, ФИО2 заходила с ним в подъезды, но ничего не делала.
При первом рассмотрении уголовного дела в суде (том 3, л.д. 212-217) ФИО1, давая показания, сообщил, что наркотические средства он передал ФИО2, чтобы не перепутать, так как планировал переданные ФИО2 наркотики оставить себе. Он не рассказывал ей, для чего он заходит в подъезды, полагал, что ФИО2 подумает, что он идет к своим знакомым, с которыми раньше работал и которые проживали в том районе. Считает, что ФИО2 знала, что он передал ей наркотические средства, так как они вместе их употребляли.
Осужденная ФИО2 в судебном заседании сообщила, что в предварительный сговор на сбыт наркотических средств она со ФИО1 не вступала, 21 ноября 2021 года вместе со ФИО1 за оптовой партией наркотических средств не ездила, а 22 ноября 2021 года поехала в г. Екатеринбург со ФИО1, чтобы погулять по городу. В машине ФИО1 положил ей в рукав пакет с наркотическими средствами, сказав, что заказал их для их личного употребления. Затем они вышли из машины, ФИО1 сказал, что ему нужно забрать еще наркотические средства, которые он заказал для них. Они стали заходить в подъезды, ФИО1 поднимался, а она ждала его внизу. В двух подъездах, как ей сказал ФИО1, ничего не оказалось, а возле третьего подъезда их задержали сотрудники полиции. Она знала, что ФИО1 занимается сбытом наркотических средств, но сама она участие в совершении преступления не принимала. Полагала, что фотографии, которые направляет ей супруг в приложении «WhatsApp», являются фотографиями «закладок», по которым они приобретали наркотические средства для личного употребления.
Судом на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации были оглашены показания ФИО2, которые она давала в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемой, обвиняемой (том 3, л.д. 4-7, 11-12, 24-26), из которых следует, что 22 ноября 2021 года она вместе со ФИО1 ходила по подъездом, что ФИО1 делал в подъездах, ей неизвестно, вопросы она не задавала. В одном из подъездов ФИО1 передал ей прозрачный пакетик с содержимым и попросил убрать в рукав, что она и сделала, при этом не спросила, что именно находится в пакете. По поводу фотографий в ее сотовом телефоне ничего пояснить не может.
В ходе очной ставки ФИО1 и ФИО2 заявляли о том, что ФИО1 передал ФИО2 пакет с веществом, однако ФИО2 не было известно о том, что в пакете находятся наркотические средства (том 2, л.д. 157-159).
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что показания осужденных ФИО1 и ФИО2 могут быть положены в основу приговора лишь в той части, которая не противоречит иным доказательствам по делу. Вместе с тем, показания осужденных о непричастности ФИО2 к покушению на незаконный сбыт наркотических средств суд верно признал недостоверными, поскольку они опровергаются исследованными судом доказательствами.
Так, суд первой инстанции обоснованно сослался на показания свидетелей К. и В. , которые являются полицейскими ППСП УМВД России по г. Екатеринбургу, пояснили, что 22 ноября 2021 года в 12:30 во время несения службы при патрулировании территории у дома № 25 по ул. Комсомольская в г. Екатеринбурге заметили С-ных, которые пытались зайти в подъезд жилого дома, ФИО1 дергал за ручку, но войти у них не получилось, после чего С-ны проследовали к другому подъезду. По пути С-ны заметили их (сотрудников полиции), ФИО1 что-то сказал ФИО2, и они вместе направились к выходу из двора. Поскольку поведение С-ных им показалось подозрительным, они подошли к ФИО3, представились и задали вопрос, с какой целью они находятся во дворе. В ходе общения осужденные заметно нервничали, не могли пояснить, зачем хотели попасть в подъезд, поэтому они предположили, что С-ны могут быть причастны к незаконному обороту наркотических средств, и приняли решение о их задержании и доставлении в отдел полиции.
Свидетель К. также сообщил, что он проводил личный досмотр ФИО1, в ходе которого были изъяты свертки в изоляционной ленте, а также сотовый телефон.
Аналогично обстоятельства задержания ФИО1 и ФИО2 были изложены в рапортах (том 1, л.д. 22, 30).
Суд обоснованно положил в основу приговора протокол личного досмотра ФИО1, из которого следует, что 22 ноября 2021 года у осужденного из правого кармана надетого на нем трико были изъяты 8 свертков в черной изоленте, из левого кармана трико – сотовый телефон «Самсунг» (том 1, л.д. 24).
Указанные обстоятельства подтвердил свидетель Ш. , который участвовал в качестве понятого при личном досмотре ФИО1, и сообщил, что в ходе досмотра у осужденного было изъято восемь свертков в изоляционной ленте и сотовый телефон.
Также суд верно сослался в приговоре на протокол личного досмотра ФИО2, из которого следует, что 22 ноября 2021 года у осужденной из левого рукава пуховика, надетого на ней, был изъят пакет с застежкой «зип-лок», внутри которого находилось 6 свертков синего цвета, а также был изъят сотовый телефон «Хонор», связка ключей (том 1, л.д. 32).
Указанные обстоятельства подтвердили свидетели С. и Я., участвовавшие при личном досмотре ФИО2 в качестве понятых, а также свидетель Л., которая является сотрудником полиции и проводила личный досмотр осужденной. Все свидетели сообщили, что у ФИО2 были изъяты пакет, в котором находилось шесть свертков, а также сотовый телефон, никаких замечаний от участвующих лиц в ходе личного досмотра не поступило.
Нарушений закона при личном досмотре и изъятии наркотических средств у ФИО1 и ФИО2 не допущено.
Производство личного досмотра задержанных было проведено на основании ст. 13 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», ст. 27.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в присутствии понятых, каких-либо замечаний при составлении протокола от участвующих лиц не поступило.
Свидетель А. (сотрудник полиции) показал, что отбирал объяснения у ФИО1 и ФИО2 после их задержания и личного досмотра.
В соответствии с показаниями свидетеля М., он работает оперуполномоченным ГКОН УМВД России по г. Екатеринбургу. 22 ноября 2021 года в дежурную часть поступило сообщение о задержании ФИО1 и ФИО2, у которых в ходе личного досмотра были изъяты свертки с веществом. Он беседовал со ФИО1, а также со следователем и ФИО1 ездил на проведение следственных действий – осмотров мест происшествия по ул. Студенческая, где сотрудники полиции по указанию осужденного ФИО1 обнаружили и изъяли свертки с порошкообразным веществом в изоленте. Сам он осмотр не проводил, только искал понятых по просьбе следователя.
Суд правильно положил в основу приговора протоколы осмотра мест происшествия, из которых следует, что 23 ноября 2021 года в помещении подъезда 2 дома № 36/1 по ул. Студенческая изъяты 2 свертка (том 1, л.д. 37-42); в помещении подъезда 4 дома № 13 по ул. Студенческая также изъято 2 свертка (том 1, л.д. 44-48). При проведении осмотров присутствовал ФИО1 и его адвокат Петрусенко И.С. Осужденный указывал сотрудникам полиции места, где он оборудовал тайники с наркотическими средствами.
Свидетель Г. подтвердила, что участвовала в качестве понятой при проведении осмотра места происшествия в подъезде дома № 13 по ул. Студенческая, в ходе которого было изъято два свертка, а свидетель Э. сообщил, что принимал участие в качестве понятого при проведении осмотра места происшествия в подъезде дома № 36/1 по ул. Студенческая, в ходе которого сотрудниками полиции были изъяты два свертка. Никаких замечаний по порядку проведения и правильности фиксации осмотров места происшествия участвующие в этих следственных действиях лица не делали.
Осмотр места происшествия произведен с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с участием двух понятых – не заинтересованных в исходе дела лиц, по результатам составлен соответствующий протокол, отвечающий требованиям ст. ст. 166, 177 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Также суд обоснованно положил в основу приговора протоколы осмотра предметов – сотовых телефонов «Хонор» и «Самсунг», которые были изъяты в ходе личного досмотра осужденных (том 1, л.д. 165-235, том 2, л.д. 1-89).
В ходе осмотра сотового телефона «Хонор», которым пользовалась ФИО2, установлено, что в папке «Галерея» содержатся фотографии участков местности с указанием географических координат за период с 01 сентября 2021 года по 22 ноября 2021 года, фотографии, которые были направлены ФИО2 ее супругом 22 ноября 2021 года, на которых изображены подъезды жилых домов в домах по адресам ул. Студенческая, 13 и ул. Студенческая, 36/1, а также в приложении «WhatsApp» имеется переписка между ней и ФИО1 В переписке осужденные обсуждают приобретение и употребление наркотических средств, а 19 октября 2021 года ФИО1 пишет ФИО2 о том, что фотографии с участками местности будет направлять ей, после чего пересылать неустановленному лицу, с 26 октября 2021 года ФИО1 регулярно присылает ФИО2 множество фотографий участков местности с описанием их географических координат и иных данных, позволяющих данные участки обнаружить. ФИО2 никаких вопросов по данному поводу не задает. 05 ноября 2021 года ФИО1 после направления ФИО2 фотографий сообщает ей, что напишет неизвестному, чтобы он организовал мастер-клад, на что ФИО2 выражает свое согласие. Кроме того, ФИО1 направляет ФИО2 скриншоты переписки между ним и неустановленным лицом под ником ...».
Осматривая сотовый телефон «Самсунг», принадлежащий ФИО1, в приложении «WhatsApp» была обнаружена переписка между ФИО1 и неустановленным лицом под ником ...» за период с 26 октября 2021 года по 21 ноября 2021 года, в которой они договариваются о незаконном сбыте наркотических средств на территории Свердловской области, в частности, в г. Екатеринбурге и в г. Богдановиче, после чего неустановленное лицо сообщает ФИО1 место нахождения оптовых партий наркотических средств, дает указания, где необходимо оборудовать тайники с наркотическими средствами. 21 ноября 2021 года неустановленное лицо под ником ...» сообщает ФИО1, что оптовая партия наркотических средств (11 свертков гашиша и 10 свертков героина) находится в тумбочке на 5 этаже во 2 подъезде жилого дома № 14 по ул. Бахчиванджи, указывая, что места тайников ФИО1 может выбрать самостоятельно, далее в переписке ФИО1 сообщает, что забрал оптовую партию наркотических средств. В папке «Галерея» содержатся четыре фотографии, сделанные на осматриваемый телефон 22 ноября 2021 года в период с 12:06 до 12:15, на которых изображены подъезды жилых домов в домах по адресам ул. Студенческая, 13 и ул. Студенческая, 36/1. Кроме того, в приложении «WhatsApp» содержится переписка между ФИО1 и ФИО2, аналогичная по содержанию с перепиской, имеющейся в сотовом телефоне ФИО2
Вид и размер наркотических средств установлен на основании отвечающим требованиям закона справок о предварительном исследовании и заключении эксперта (том 1, л.д. 28, 36, 63-67). Согласно справкам о предварительном исследовании и заключению судебной физико-химической экспертизы, в изъятых в ходе личного досмотра ФИО1 и ФИО2, а также в ходе осмотра мест происшествия в подъездах жилых домов свертках содержатся наркотическое средство героин (диацетилморфин) общей массой не менее 9,94 грамма и наркотическое средство – производное 2-(1-бутил-1Н-индазол-3-карбоксамидо)уксусной кислоты общей массой не менее 8,02 грамма; размер наркотических средств определен судом как крупный на основании постановления Правительства Российской Федерации от 01 октября 2012 года № 1002.
Кроме того, вина осужденных в инкриминируемом преступлении доказана совокупностью иных соответствующих требованиям уголовно-процессуального закона доказательств, исследованных в судебном заседании, содержание которых приведено в приговоре, в том числе протоколом осмотра подъезда № 2 дома № 14 по ул. Бахчиванжи в г. Екатеринбурге (том 2, л.д. 93-98); выпиской по банковскому счету ФИО1, протоколами осмотра предметов – конвертов с наркотическими средствами, содержание которых приведено в приговоре.
Оснований для признания исследованных судом доказательств недопустимыми, судебная коллегия не находит. Все доказательства, положенные в основу приговора, соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона.
Неустранимых сомнений в виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемого им деяния, совершенном при изложенных в приговоре обстоятельствах, не имеется, а совокупность исследованных по делу доказательств, которым в приговоре дана надлежащая правовая оценка, позволила сформулировать верный вывод о доказанности их виновности и квалифицировать содеянное каждым из них по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации как покушение группой лиц по предварительному сговору с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет») на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере.
Юридическая квалификация действий ФИО1 и ФИО2, данная судом, является правильной. Оснований для иной квалификации действий осужденных, переквалификации действий ФИО2 на незаконное хранение наркотических средств в крупном размере без цели сбыта, исключения из объема обвинения ФИО1 совершения преступления группой лиц по предварительному сговору со ФИО2 судебная коллегия не усматривает.
Об умысле ФИО1 и ФИО2 на сбыт наркотических средств свидетельствуют исследованные судом доказательства и их фактические действия. Так, 22 ноября 2021 года ФИО1 и ФИО2 вместе приехали в г. Екатеринбург, у каждого из них при себе хранились наркотические средства, при этом ФИО1 хранил у себя в одежде свертки с наркотическим средством героин (диацетилморфин), а ФИО2 – свертки с наркотическим средством – производным 2-(1-бутил-1Н-индазол-3-карбоксамидо)уксусной кислоты. Вдвоем они заходили в подъезды жилых домов, где оборудовали тайники, разместив в подъезде № 2 дома № 36/1 по ул. Студенческая «закладки» с наркотическим средством – производным 2-(1-бутил-1Н-индазол-3-карбоксамидо)уксусной кислоты, а в подъезде № 4 дома № 13 по ул. Студенческая – «закладки» с наркотическим средством героин (диацетилморфин), ФИО1 фотографировал тайники при помощи своего сотового телефона «Самсунг» и направлял фотографии ФИО2 в приложении «WhatsApp». При этом ФИО1 никогда не отрицал, что наркотические средства предназначались для дальнейшего сбыта.
Доводы ФИО1 и ФИО2 о том, что ФИО2 не выполняла объективную сторону покушения на сбыт наркотических средств опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, содержание которых приведено в приговоре, из которых следует, что 22 ноября 2021 года ФИО1 и ФИО2 каждый выполняли объективную сторону преступления – покушения на сбыт наркотических средств.
Доводы апелляционных жалоб о том, что при описании преступления не конкретизированы действия ФИО2, являются необоснованными. Судом признано доказанным, что ФИО1 и ФИО2 вместе оборудовали тайники в подъездах жилых домов, что и составляет объективную сторону преступления, виновными в котором признаны осужденные.
Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 передал ФИО2 в автомобиле пакет с наркотическими средствами, а ФИО2 посчитала, что данные наркотические средства предназначены для их личного употребления, также не подтверждаются исследованными доказательствами. Позиция ФИО1 и ФИО2 по данному вопросу была противоречивой, изначально осуждённые заявляли о том, что ФИО2 не было известно, что в пакете, которые ей передал ФИО1, находятся наркотические средства, затем ФИО2 признала, что понимала, что в пакете находятся наркотические средства. Также противоречивы были и объяснения осужденных в части, когда именно ФИО1 передал ФИО2 пакет с веществом – в автомобиле или в подъезде. Еще в октябре 2021 года ФИО1 начал направлять ФИО2 фотографии тайников с наркотическими средствами, которые оборудовал. Заявления ФИО1 о том, что он направлял фотографии ФИО2, так как боялся, что его телефон может сломаться, являются голословными.
Предварительный сговор на незаконный сбыт наркотических средств между ФИО1 и неустановленным лицом, использующим ник ...», а также между ФИО1 и ФИО2 нашел свое подтверждение и выразился в предварительной договоренности, распределении ролей в совершаемом преступлении, совместных согласованных действиях каждого участника, направленных на достижение единого результата. Неустановленное лицо предоставляло ФИО1 наркотическое средство, ФИО1 и ФИО2 размещали наркотические средства в тайниках, фотографировали тайники, после чего ФИО1 должен был направить фотографии тайников с описанием неустановленному лицу для последующего сбыта потребителям. Сами осужденные с приобретателями наркотических средств не взаимодействовали, поэтому сбыт наркотических средств при таких обстоятельствах был возможен только при наличии предварительного сговора на совершение преступления.
О том, что ФИО2 понимала, что ФИО1 передал ей наркотические средства, и о том, что совершаются противоправные действия, свидетельствует и то обстоятельство, что ФИО2 спрятала переданный ей пакет с наркотическими средствами в рукав пуховика.
Наличие предварительного сговора между ФИО1 и неустановленным лицом не оспаривается стороной защиты, подтверждается не только показаниями самого ФИО1, но и протоколом осмотра сотового телефона «Самсунг», в котором имеется переписка между осужденным и неустановленным лицом, касающаяся совершенного преступления.
Что касается наличия предварительного сговора между ФИО1 и ФИО2, то он подтверждается как фактическими действиями осужденных, так и протоколами осмотра сотовых телефонов «Самсунг» и «Хонор», которыми пользовались осужденные, и показаниями свидетелей К. и В. , которые показали, что в ходе патрулирования заметили ФИО1 и ФИО2, которые находились рядом, пытались попасть сначала в один подъезд, после того, как не смогли этого сделать, пошли к другому подъезду, то есть действовали совместно и согласованно друг с другом.
Кроме того, суд обоснованно признал доказанным наличие квалифицирующего признака «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»)», поскольку неустановленное лицо давало необходимые указания ФИО1 исключительно посредством переписки в мобильном приложении «WhatsApp», используя сеть «Интернет». Сам по себе характер преступных действий – размещение наркотического средства в тайниках с фиксацией их места положения в электронном виде и передачей этих сведений посредством программы для обмена сообщениями также свидетельствует об использовании сети «Интернет» при совершении преступления.
При назначении ФИО1 и ФИО2 наказания судом в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких, данные о личности виновных, смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семьи.
Суд правильно признал в качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств: в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации – явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, что выразилось в указании тайников с наркотическими средствами в ходе осмотра места происшествия, поскольку ФИО1 оказал содействие сотрудникам полиции, указав на место размещения «тайников» с наркотическими средствами, а также в сообщении сведений о взаимодействии с неустановленным лицом, касающейся сбыта наркотических средств; на основании п. «г» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации – наличие малолетнего ребенка; в соответствии с ч. 2 ст.61 Уголовного кодекса Российской Федерации – частичное признание вины, раскаяние в содеянном, ... состояние здоровья осужденного и его близких родственников, ..., оказание материальной помощи и иной посильной помощи близким родственникам, наличие устойчивых социальных связей, положительные характеристики, принесение извинений за совершенное преступление.
Также судом принято во внимание, что ФИО1 ранее не судим, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, имеет постоянное место жительства и место регистрации, источник дохода, состоит в браке, положительно характеризуется, частично признал вину, раскаялся в содеянном.
В качестве смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств суд обоснованно учел на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации – активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления; в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации – наличие малолетнего ребенка; наосновании ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации – ... состояние здоровья осужденной и ее близких родственников ..., оказание им материальной и иной посильной помощи, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, положительные характеристики, наличие устойчивых социальных связей, принесение извинений в судебном заседании.
Кроме того, в качестве данных о личности осужденной ФИО2 суд верно учел, что ФИО2 ранее не судима, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, имеет постоянные место регистрации, место жительства, источник дохода, состоит в браке, характеризуется положительно.
Судебная коллегия не усматривает иных обстоятельств, которые могли быть учтены в числе данных о личности ФИО1 и ФИО2 или признаны смягчающими в порядке ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих (ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации), но не учтенных судом на момент вынесения приговора, не названы такие обстоятельства и в апелляционных жалобах.
Доводы апелляционного представления о необходимости исключения их числа смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств активного способствования раскрытию и расследованию представления судебная коллегия находит несостоятельными. В ходе предварительного следствия ФИО2 добровольно сообщила сотрудникам полиции пароль от своего сотового телефона, что позволило осмотреть телефон. Информация, обнаруженная в сотовом телефоне осужденной, имела доказательственное значение по делу и легла в основу приговора, поэтому суд сделал верный вывод о том, что ФИО2 активно способствовала раскрытию и расследованию преступления.
Отягчающих наказание ФИО1 и ФИО2 обстоятельств, предусмотренных ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, судом верно не установлено.
Суд пришел к правильному выводу о необходимости назначения ФИО1 и ФИО2 наказания в виде лишения свободы на определенный срок, которое в соответствии с санкцией ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации является безальтернативным.
Наказание ФИО1 и ФИО2 назначено ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, с учетом положений ч. 1 ст. 62, ч. 3 ст. 66, ст. 67 Уголовного кодекса Российской Федерации и является справедливым. Оснований для смягчения назначенного ФИО1 и ФИО2 наказания судебная коллегия не усматривает.
Учитывая размер назначенного наказания, правовых оснований для изменения категории совершенного ФИО1 и ФИО2 преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации судом обоснованно не установлено.
С учетом фактических обстоятельств совершения преступления, всех данных о личности осужденных, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих обстоятельств мотивированные выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации судебная коллегия находит правильными.
Правовых оснований для применения положений ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении ФИО1 не имеется, поскольку ему назначено наказание свыше восьми лет лишения свободы.
Оснований для назначения ФИО2 наказания в соответствии со ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации у суда не имелось с учетом всех данных о личности ФИО2, свидетельствующих о том, что её исправление невозможно без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, с чем соглашается судебная коллегия.
ФИО1 не является единственным родителем для малолетнего ребенка, поэтому правовых оснований для применения в отношении него отсрочки отбывания наказания в соответствии с ч. 1 ст. 82 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется.
Вопреки доводам стороны защиты, судебная коллегия не находит оснований для применения в отношении ФИО2 ст. 82 Уголовного кодекса Российской Федерации и предоставления отсрочки отбывания наказания до достижения ее ребенком О. , <дата> года рождения, 14-летнего возраста.
Основанием предоставления женщине, имеющей малолетних детей, отсрочки отбывания наказания является убеждение суда в правомерном поведении осужденной в период отсрочки и в возможности исправиться без изоляции от общества в условиях занятости воспитанием своих детей. К такому выводу суд приходит на основе учета характера и степени тяжести совершенного преступления, условий жизни, анализа данных о самом лице и его поведении.
Из материалов уголовного дела усматривается, что ФИО2 является матерью малолетнего О. , который не достиг возраста 14 лет. Исходя из обстоятельств совершения преступления, которое является особо тяжким, личности ФИО2, образа ее жизни, употребления осужденной наркотических средств на протяжении длительного периода, несмотря на совместное проживание с малолетним сыном, судебная коллегия не находит оснований для применения в отношении ФИО2 положений ст. 82 Уголовного кодекса Российской Федерации. Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание, что судом исполнены требования ч. 1 ст. 313 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Вид исправительных учреждений, в которых ФИО1 и ФИО2 надлежит отбывать наказание, судом назначен правильно, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации –ФИО1, в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации – ФИО2
Зачет времени содержания под стражей, под домашним арестом осужденным произведен верно.
Также обоснованно судом принято решение о взыскании процессуальных издержек с осужденных ФИО1 и ФИО2, возращении вещественных доказательств – банковских и дисконтных карт законным владельцам.
Судебная коллегия соглашается с мотивированными выводами суда о необходимости конфискации сотовых телефон «Самсунг» и «Хонор», которые принадлежат осужденным.
Как верно указано в приговоре, несмотря на то, что кредит на приобретение сотового телефона «Самсунг» был оформлен матерью ФИО1, осужденный пользовался данным телефоном, оплачивал платежи по кредиту, с его помощью совершил преступление, поэтому решение суда о конфискации сотового телефона соответствует требованиям п. «г» ч. 1 ст. 104.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. Доводы стороны защиты о необходимости возвращения сотового телефона «Самсунг» матери осужденного судебная коллегия считает необоснованными.
Что касается решения судьбы наркотических средств, которые суд посчитал целесообразным уничтожить, судебная коллегия приходит к следующему. Указанные наркотические средства имеют доказательственное значение для разрешения и другого уголовного дела, возбужденного в отношении неустановленного лица по факту сбыта наркотических средств ФИО1 и ФИО2 Учитывая это обстоятельство, указанные наркотические средства следует хранить до принятия решения по уголовному делу в отношении этого лица.
Также судом первой инстанции в приговоре допущены многочисленные описки в именах осужденных, на что правильно обращено внимание в апелляционном представлении.
Судебная коллегия считает необходимым внести уточнения в описательно-мотивировочную и резолютивную части приговора, поскольку полагает, что данные ошибки не являются существенными и могут быть устранены судебной коллегией путем внесения соответствующих изменений, не влияющих на выводы суда о виновности осужденных, квалификации их действий и назначенное им наказание.
Так, на странице 3 приговора в абзаце 3 судом неверно указано, что оставшееся наркотическое средство ФИО1 и ФИО2 продолжили хранить при себе вместо ФИО1 и ФИО2, на странице 4 приговора неверно указано, что ФИО1 не вступал в преступный сговор со ФИО1 вместо ФИО2, на страницах 5 и 6 приговора неверно отражено, что пакет с наркотическим средством ФИО2 передал ФИО2 вместо ФИО1, на странице 13 приговора в абзаце 3 неверно указаны инициалы осужденного ФИО1 – ФИО2, в резолютивной части приговора неверно указано, что процессуальные издержки в размере 6900 рублей подлежат взысканию со ФИО1, тогда как в описательно-мотивировочной части приговора судом верно мотивирована необходимости взыскания данной суммы со ФИО2
Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора, судом не допущено.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.18, п. 9 ч. 1 ст.389.20, ст.ст. 389.26, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
приговор Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 31 мая 2023 года в отношении ФИО1, ФИО2 изменить:
- на странице 3 в абзаце 3 приговора при описании события преступления уточнить, что оставшееся наркотическое средство ФИО1 и ФИО2 продолжили хранить при себе;
- на странице 4 приговора в пояснениях ФИО1 уточнить, что он со ФИО2 в преступный сговор на покушение на сбыт наркотических средств не вступал;
- на страницах 5 и 6 приговора в пояснениях ФИО2 уточнить, что пакет с веществом ей передал ФИО1;
- на странице 13 в абзаце 3 при оценке показаний ФИО1 в ходе предварительного следствия и в судебном заседании правильно указать инициалы осужденного, вместо ФИО2 – ФИО1;
- в резолютивной части приговора уточнить, что процессуальные издержки в размере 6900 рублей взысканы со ФИО2;
- вещественное доказательство – наркотическое средство, хранящееся в камере хранения УМВД России по г. Екатеринбургу хранить до принятия решения по уголовному делу, выделенному в отдельное производство, по факту сбыта наркотических средств ФИО1 и ФИО2
В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной ФИО2, её адвоката Нистряну Н.П., адвоката Петрусенко И.С. в защиту осужденного ФИО1 оставить без удовлетворения, апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Кировского района г. Екатеринбурга Неволиной Ю.Н. удовлетворить частично.
Апелляционное определение вступает в силу с момента оглашения. Приговор и апелляционное определение могут быть обжалованы в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, расположенного в г.Челябинске, путем подачи кассационной жалобы в суд, постановивший приговор, в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденными, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня вручения им копии апелляционного определения.
В случае принесения кассационной жалобы (представления) осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий М.Ю. Герасименко
Судьи Т.В. Серебрякова
М.Ю. Леонтьева