УИД 11RS0001-01-2024-009714-51 Дело № 2-168/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Сыктывкарский городской суд Республики Коми в составе

председательствующего судьи Платто Н.В.

при секретаре Добрынинской А.А.,

с участием прокурора Вовк Я.И.,

представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителей ответчиков ФИО3, ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Сыктывкаре

31 января 2025 года гражданское дело по иску Кошкиной ... к АО «Коми дорожная компания», Попову ..., ФИО6 ..., индивидуальному предпринимателю ФИО7 ... о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО5 обратилась в суд с иском к АО «Коми дорожная компания» и ФИО2 о взыскании с каждого по 950 000 руб. компенсации морального вреда, причиненного смертью супруга ФИО9

В обоснование требований указано, что ** ** ** в период времени с .... водитель ФИО2, управляя транспортным средством ..., г/н №..., двигаясь по автодороге ... со стороны ул.... в направлении ..., проезжая 1-й км вышеуказанной дороги, совершил наезд на пешехода ФИО9, являвшегося работником ... и осуществлявшего трудовые функции. В результате указанного дорожно-транспортного происшествия ФИО9 погиб. Смертью супруга истцу были причинены значительные нравственные страдания.

К участию в деле в качестве третьих привлечены ФИО6, как собственник автомобиля ..., г/н №..., и индивидуальный предприниматель ФИО7, которому указанная автомашина была передана ее собственником ФИО6 на основании договора безвозмездного пользования. В дальнейшем указанные лица привлечены к участию в деле в качестве соответчиков.

В судебном заседании представитель истца настаивала на удовлетворении исковых требований.

Представитель ответчика АО «Коми дорожная компания» ФИО10 с иском не согласился, указывая на отсутствие вины работодателя в причинении вреда.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3 с иском были также не согласны, указывая на отсутствие вины ФИО2 в совершении дорожно-транспортного происшествия и на то, что в момент дорожно-транспортного происшествия ФИО2 фактически состоял в трудовых отношениях с индивидуальным предпринимателем ФИО7

Истец, ответчики ФИО6 и индивидуальный предприниматель ФИО7 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом, с учетом положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд определил рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав объяснения участников процесса, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом принципов разумности и соразмерности, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что в период времени с .... водитель ФИО2, управляя транспортным средством ..., г/н №..., двигаясь по автодороге ... со стороны ул.... в направлении ..., проезжая 1-й км указанной дороги, совершил наезд на пешехода ФИО9, переходившего проезжую часть дороги слева направо по ходу движения автомашины ... вне пешеходного перехода.

В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО9, являвшийся супругом ФИО5, получил телесные повреждения не совместимые с жизнью, от которых скончался до приезда скорой помощи.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, причиной смерти ФИО9 явилась сочетанная травма тела ....

При судебно-химическом исследовании ... ФИО9 обнаружен этиловый спирт в концентрации ... соответственно, что свидетельствует о легкой степени алкогольного опьянения на момент наступления смерти.

Постановлением следователя ... от ** ** ** в возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, в отношении ФИО2 по факту дорожно-транспортного происшествия, в результате которого погиб пешеход ФИО9, отказано по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Как следует из приведенного постановления, причиной указанного дорожно-транспортного происшествия послужило нарушение ФИО9 действующих Правил дорожного движения РФ.

В соответствии со статьей 1079 Гражданского кодекса РФ граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником.

При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).

На основании статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с данной нормой ответственность наступает при наличии состава правонарушения, включающего доказанность наступления вреда и размер последнего, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда. При этом вина причинителя вреда презюмируется, так как пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Таким образом, при возложении ответственности по правилам статьи 1079 ГК РФ необходимо исходить из того, в чьем законном фактическом пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда и учитывать, что владелец источника повышенной опасности освобождается от ответственности, если тот передан в техническое управление с надлежащим юридическим оформлением, а также в случае, если отсутствует его вина в неправомерном изъятии источника повышенной опасности.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 19 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

В силу пункта 20 вышеуказанного постановления по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование и он пользуется им по своему усмотрению.

Если в обязанности лица, в отношении которого оформлена доверенность на право управления, входят лишь обязанности по управлению транспортным средством по заданию и в интересах другого лица, за выполнение которых он получает вознаграждение (водительские услуги), такая доверенность может являться одним из доказательств по делу, подтверждающим наличие трудовых или гражданско-правовых отношений.

Указанное лицо может считаться законным участником дорожного движения (пункт 2.1.1 Правил дорожного движения), но не владельцем источника повышенной опасности.

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Исходя из изложенного, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего ему права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания, в том числе на основании доверенности.

Таким образом, ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, несет не только лицо, владеющее транспортным средством на праве собственности, хозяйственного ведения или иного вещного права, но и лицо, пользующееся им на законных основаниях, перечень которых в силу ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не является исчерпывающим.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, под законностью владения подразумевается наличие гражданско-правовых оснований владения транспортным средством.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда, причиненного источником повышенной опасности, является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

При этом ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности было передано им иному лицу на каком-либо законном основании.

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности на основании представленных суду доказательств.

Транспортное средство ..., г/н №..., на момент дорожно-транспортного происшествия принадлежало ФИО6 Водитель ФИО2 управлял автомобилем на законных основаниях, поскольку имел при себе доверенность и действующий полис ОСАГО, в который был вписан в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством.

Из материалов дела также следует, что ** ** ** между ФИО6 и ФИО7 был заключен договор безвозмездного пользования автотранспортным средством, согласно которому ФИО6 передала ФИО7 автомобиль ..., г/н №..., в безвозмездное пользование с целью осуществления грузовых перевозок сроком до ** ** ** с последующей пролонгацией.

Данных о том, что указанный договор был пролонгирован, материалы дела не содержат.

Также в материалах дела имеется доверенность от ** ** **, выданная ФИО6 на имя ФИО2 на право управления и пользования принадлежащим на праве собственности транспортным средством ..., г/н №...; доверенность выдана на срок три года.

При рассмотрении гражданского дела №... по иску ФИО11 (сына погибшего ФИО9) в суде первой инстанции ФИО2 в своих письменных возражениях, подготовленных адвокатом ФИО12, действовавшей по нотариальной доверенности, указывал, что он управлял автомобилем ..., г/н №..., на основании доверенности от ** ** **, выданной ему собственником транспортного средства ФИО6 ФИО2 в момент совершения ДТП использовал автомобиль по своему усмотрению. В судебном заседании ** ** ** представитель ответчика ФИО2 ФИО12 на вопрос прокурора также указывала, что ФИО2 в день дорожно-транспортного происшествия ехал по личным вопросам.

После состоявшегося решения суда по указанному делу в апелляционной жалобе ФИО2 изменил свою правовую позицию и утверждал, что в день дорожно-транспортного происшествия он осуществлял перевозку обрезной доски с лесопильного цеха в ... по поручению индивидуального предпринимателя ФИО7

Однако каких-либо допустимых и относимых доказательств данным доводам ответчиком в материалы дела не представлено.

При этом суд учитывает, что после дорожно-транспортного происшествия, давая объяснения сотруднику ..., ФИО2 не ссылался на, что он состоит в трудовых отношениях с ФИО7 и по его заданию осуществлял перевозку пиломатериалов, напротив, он указал, что не работает. При составлении административного материала по ч.1 ст.12.5 КоАП РФ ** ** ** ФИО2 также указал, что не работает.

Тот факт, что по договору безвозмездного пользования автотранспортным средством автомобиль собственником ФИО6 был передан ФИО7 в безвозмездное пользование с целью осуществления грузовых перевозок, не является основанием для возложения ответственности на ФИО7, поскольку срок действия данного договора истек ** ** **, то есть задолго до дорожно-транспортного происшествия.

Об окончании действия договора свидетельствует также факт выдачи собственником автомашины ФИО6 доверенности ФИО2 на право управления и пользования транспортным средством.

Данных о том, что ФИО7 использовал транспортное средство в предпринимательской деятельности после окончания срока договора, материалы дела не содержат.

Ссылка ответчика ФИО2 на тот факт, что автомобиль после дорожно-транспортного происшествия от сотрудников ГИБДД получил ФИО7, не является основанием для возложения на него гражданско-правовой ответственности, поскольку ФИО7 в соответствии с полисом ОСАГО был включен в число лиц, допущенных к управлению транспортным средством.

Учитывая, что передача транспортного средства ..., г/н №..., ФИО2 была оформлена доверенностью, следовательно, (в смысле положений статьи 1079 Гражданского кодекса РФ) ФИО2 является надлежащим ответчиком по делу, как владелец названного транспортного средства и непосредственный причинитель вреда. С учетом изложенного, ФИО6 и индивидуальный предприниматель ФИО7 не являются надлежащими ответчиками, в удовлетворении предъявленных к ним требований следует отказать.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации каждому человеку и гражданину гарантируется защита прав и свобод, в том числе право на жизнь и здоровье. В силу положений статьи 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, как и иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно статье 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 Гражданского кодекса РФ, согласно которой в случае причинения гражданину морального вреда (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 в абзаце 3 пункта 1 постановления «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Как установлено в ходе судебного разбирательства, умерший ФИО9 являлся супругом ФИО5

После смерти супруга истец испытывает душевную боль, нравственные страдания, которые связаны с гибелью родного, близкого человека, что является невосполнимой утратой для нее, необратимым обстоятельством, нарушающим психологическое благополучие и неимущественные блага.

Гибель родного человека сама по себе является сильнейшим травмирующим фактором, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие его родных, влечет состояние определенного субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса РФ).

Из нормативных положений указанных выше норм следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности, опека, попечительство).

Обязательство компенсировать моральный вред подчиняется положениям главы 59 Гражданского кодекса РФ («Обязательства вследствие причинения вреда»), т.е. на него распространяются все общие положения о возмещении вреда (статьи 1064-1083 ГК РФ).

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По общему правилу деликтная ответственность наступает за виновное причинение вреда.

Наряду с этим статья 1064 Гражданского кодекса РФ подразумевает противоправность поведения причинителя вреда в качестве непременного условия деликтной ответственности.

Кроме того, статьей 1100 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Учитывая, что моральный вред возникает в результате не только физических, но и нравственных страданий, которые можно определить как совокупность отрицательных эмоций, при этом, степень и глубина подобных психических реакций зависит как от индивидуальных особенностей психики, в том числе и возраста потерпевшего, по мнению суда, в сложившейся ситуации очевидны обстоятельства, свидетельствующие о причинении истцу нравственных страданий, в связи с чем, приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требовании ФИО5 о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда, причиненного утратой супруга.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства данного дела, характер и степень нравственных страданий истца, возраст истца, которая уже никогда не узнает любви и заботы своего супруга, с которым она состояла в фактических брачных отношениях с ** ** ** (то есть практически 25 лет), доводы стороны истца об ухудшении состояния здоровья и обострении имеющихся заболеваний.

Также суд учитывает отсутствие вины в дорожно-транспортном происшествии водителя ФИО2 Как следует из материалов дела, в момент смерти ФИО9, будучи на рабочем месте, находился в состоянии легкого опьянения, дорогу в момент дорожно-транпсортного происшествия переходил с нарушением Правил дорожного движения, в условиях отсутствия у водителя ФИО2 видимости и времени для предотвращения столкновения, что не оспаривалось стороной истца. Указанные обстоятельства подтверждены также постановлением следователя ... от ** ** **, которое не оспорено стороной истца.

Таким образом, совокупностью исследованных судом доказательств установлено, что в данном дорожно-транспортном происшествии отсутствует вина водителя ФИО2 и факт нарушения им Правил дорожного движения РФ. В то же время в произошедшем дорожно-транспортном происшествии имелась вина самого ФИО9 в виде грубой неосторожности, поскольку потерпевший, будучи в состоянии алкогольного опьянения, нарушил пункт4.3 Правил дорожного движения РФ.

Суд также учитывает, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.

Исходя из требований разумности и справедливости, суд находит необходимым определить размер компенсации морального вреда, причиненного истцу утратой супруга, в размере 150 000 руб. Данная сумма является разумной, справедливой, определенной с учетом всех обстоятельств дела, характера и объема причиненных нравственных страданий.

Рассматривая исковые требования ФИО5, предъявленные к АО «Коми дорожная компания», суд учитывает следующее.

Из материалов дела следует, что ФИО9 с ** ** ** состоял в трудовых отношениях с ...

По факту несчастного случая со смертельным исходом работодателем ... было проведено расследование, по результатам которого составлен акт ... о несчастном случае на производстве.

В соответствии со статьей 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть 8 статьи 216.1 Трудового кодекса РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда (абзац 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абзац 3 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзац 5 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33, размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

На основании приказа от ** ** ** №... о создании комиссии по расследованию ДТП, произошедшего с дорожным рабочим ФИО9, в ... проведено расследование несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего ** ** **.

Согласно акту о расследовании несчастного случая со смертельным исходом, в соответствии со статьей 230 Трудового кодекса РФ и пунктом 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного приказом Минтруда России от ** ** ** №..., несчастный случай с работником ФИО9 квалифицирован как несчастный случай на производстве. В качестве причины, вызвавшей несчастный случай, указано, что причины дорожно-транспортного происшествия устанавливаются ...

Из пояснений прораба ФИО13 от ** ** ** следует, что ** ** ** он получил устное предписание от технадзора ... ФИО14 об устранении недостатков в водопропускной трубе (штукатурка швов между звеньями трубы) на участке автомобильной дороги ... в районе перекрестка с .... ** ** ** в 8.00 часов утра он позвонил дорожному рабочему ФИО9, чтобы тот прибыл к 11 часам на служебной машине к месту осмотра трубы. Он подъехал на автомашине ... №..., с водителем ФИО15 к месту осмотра трубы, ФИО9 был уже на месте. Он дал задание ФИО9 ждать его на обочине, а сам спустился в трубу для выявления недостатков. Он вошел во входной оголовок и прошел все тело трубы с осмотром. Когда он вышел из трубы в районе выходного оголовка, то услышал глухой звук. Поднявшись на обочину, увидел, что дорожный рабочий ФИО9 лежит на обочине. Не вдалеке от него остановился автомобиль ... №....

Суд полагает, что должностными лицами АО «Коми дорожная компания» при организации производства работ не был должным образом обеспечен контроль за безопасным производством работ на объекте и не было предусмотрено всех мер безопасности при выполнении работ, учитывая, что ФИО9 оставался один на обочине дороги.

Обязанностью работодателя является обеспечение таких условий труда, в которых травмирование работника исключалось бы в принципе. Вместе с тем, обязанность по обеспечению безопасных условий труда ответчиком выполнена ненадлежащим образом, что повлекло за собой наступление несчастного случая на производстве.

При указанных обстоятельствах, суд полагает доказанным факт того, что ФИО9, как работнику, работодателем не были обеспечены безопасные условия труда, что влечет ответственность АО «Коми дорожная компания».

В нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ ответчиком АО «Коми дорожная компания» при рассмотрении дела не было представлено доказательств исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работника ФИО9

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого пункта 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый пункта 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй пункта 1 статьи 210 Трудового кодекса РФ).

Пунктом 1 статьи 212 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй пункта 2 статьи 212 Трудового кодекса РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый пункта 1 статьи 219 Трудового кодекса РФ).

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (пункт 8 статьи 220 Трудового кодекса РФ).

Поскольку смерть ФИО9 наступила именно в результате несчастного случая на производстве, что следует из соответствующего акта формы Н-1 и не оспаривалось стороной ответчика, суд полагает, что в данном случае ответственность за причиненный вред должна быть возложена на АО «Коми дорожная компания», как на работодателя ФИО9, не обеспечившего безопасность условий труда последнего.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с работодателя, с учетом вышеуказанных обстоятельств, учитываемых при взыскании компенсации с ФИО2, суд также учитывает наличие вины работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда, в произошедшем несчастном случае и грубую неосторожность в действиях самого потерпевшего ФИО9, находившегося на радочем месте в состоянии легкого алкогольного опьянения.

Кроме того, суд учитывает и добросовестное поведение работодателя, своевременно выплатившего истцу расчет при увольнении ФИО9 и расходы на погребение супруга.

Исходя из требований разумности и справедливости, суд находит необходимым взыскать с АО «Коми дорожная компания» в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного утратой супруга, в размере 300 000руб.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Статья 94 Гражданского процессуального кодекса РФ относит к издержкам, связанным с рассмотрением дела, среди прочего расходы на оплату услуг представителей, а также другие признанные судом необходимыми расходы.

На основании статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. По смыслу приведенной нормы разумные пределы расходов являются оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не установлены.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилами о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Согласно пункту 13 указанного постановления разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Определение разумности остается на усмотрение суда, так как только суд, рассматривающий спор, имеет возможность оценить сложность дела, необходимость затраченных стороной средств правовой защиты, а также адекватность стоимости услуг представителя с учетом проработанности правовой позиции и квалифицированности ее представления в судебном заседании.

Как следует из представленных документов, услуги представителя были оплачены истцом в общем размере 100 000 руб.

Анализируя предмет и цену иска, учитывая количество проведенных по делу судебных заседаний с участием представителя истца и оказанные ею услуги, а также состоявшееся решение по делу, суд находит возможным взыскать с ответчиков в пользу истца по 25 000 руб. с каждого в возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя, полагая указанную сумму разумной и справедливой. Снижая размер заявленных взысканию расходов, суд также учитывает подачу представителем аналогичного искового заявления сына погибшего ФИО9 – ФИО11 о взыскании компенсации морального вреда к тем же ответчикам по тем же основаниям, то есть настоящее дело не представляло какой-либо сложности для представителя, в том числе не требовало значительных временных затрат на подготовку документов.

В силу положений статьи 103 ГПК РФ с ответчиков в доход бюджета следует взыскать 300 руб. государственной пошлины (по 150 руб. с каждого).

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Коми дорожная компания» (...) в пользу Кошкиной ... (...) 300 000 рублей компенсации морального вреда, 25 000 рублей судебных расходов, всего 325 000 рублей.

Взыскать с Попова ... (...) в пользу Кошкиной ... (...) 150 000 рублей компенсации морального вреда, 25 000 рублей судебных расходов, всего 175 000 рублей.

Взыскать АО «Коми дорожная компания» (...) в доход бюджета 150 рублей государственной пошлины.

Взыскать Попова ... (...) в доход бюджета 150 рублей государственной пошлины.

Отказать Кошкиной ... (...) в удовлетворении исковых требований к ФИО6 ... (...), индивидуальному предпринимателю ФИО7 ... (...) о взыскании компенсации морального вреда.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывкарский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.В.Платто

...