Дело № 2а-328/2022
УИД 42RS0037-01-2021-002095-98
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
29 июня 2022 года город Юрга Кемеровской области
Юргинский городской суд в составе председательствующего Ёлгиной Ю.И., с участием секретаря судебного заседания Афанасьевой А.С., административного истца ФИО1, представителя административных соответчиков ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи административное дело по административному иску ФИО1 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 41 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Кемеровской области-Кузбассу», начальнику федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 41 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Кемеровской области-Кузбассу», начальнику отряда федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 41 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Кемеровской области-Кузбассу», федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть №42» Федеральной службы исполнения наказаний, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о признании незаконным бездействия, решений,
УСТАНОВИЛ
ФИО1 обратился в суд с административными исковыми заявлениями к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 41 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Кемеровской области-Кузбассу» (далее по тексту ФКУ ИК-41 ГУФСИН) о признании незаконным бездействия, решений (л.д.2,6,10).
Определениями Юргинского городского суда от 23.06.2021, 29.07.2021, 13.01.2022 к участию в дело привлечены в качестве соответчиков: начальник федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 41 ФКУ ИК-41 ГУФСИН, начальник отряда №10 ФКУ ИК-41 ГУФСИН, Федеральное казенное учреждение здравоохранения медико- санитарная часть № 42 (далее по тексту ФКУЗ МСЧ -42 ФСИН России), ГУФИН России по Кемеровской области- Кузбассу, ФСИН России (л.д.34, 44,85).
Требования мотивированы тем, что в нарушение ст. 101 УИК РФ администрацией учреждения ФКУ ИК-41 административному истцу несвоевременно предоставлено лечение, назначенное врачом психиатром 26.03.2021 в виде таблеток для сна. Указанным бездействием нарушено его право на охрану здоровья и получения медицинской помощи.
22.03.2021 администрацией учреждения ИК-41 на него наложено взыскание в виде устного выговора, которое просит признать незаконным по тем основаниям, что в материалах взыскания отсутствовала письменная объяснительная, написанная от его имени начальником отряда У.Э.Г., он не был ознакомлен с видеозаписью нарушения.
Кроме того, административным истцом оспаривается законность постановления о водворения в штрафной изолятор от 16.04.2021 по тем основаниям, что он не был ознакомлен с видеозаписью нарушения, ему не предоставлена помощь в написание письменной объяснительной, он не был осмотрен медицинским работником при водворении в ШИЗО. Оспариваемыми постановлениями нарушаются его права на длительные свидания, телефонные звонки, получение посылок- передач, условно- досрочное освобождение, пользование бытовыми помещениями.
Административным истцом ФИО1 поддержаны административные исковые требования в полном объеме по указанным основаниям, просит признать бездействие и решения незаконными. Кроме того, пояснил, что ему не определялось спальное месте, со схемой расположения спальных мест, он ознакомлен не был.
Представителем административного ответчика ФКУ ИК – 41, ГУФСИН России по Кемеровской области –Кузбассу ФИО2 не признан административный иск по тем основаниям, что нарушения прав со стороны администрации ФКУ ИК-41 не имеется.
Представитель административного ответчика ФКУЗ МСЧ-42 ФСИН России, извещенный надлежащим образом о дате и времени судебного заседания, в суде не явился, предоставил письменные возражения по заявленным требованиям.
Административное дело рассмотрено в отсутствие административных соответчиков начальника ФКУ ИК № 41 ГУФСИН, начальника отряда № 10 ФКУ ИК- 41 ГУФСИН, представителя административного соответчика ФСИН России, извещенных о времени, месте судебного заседания.
Суд, выслушав участников процесса, исследовав письменные доказательства, приходит к выводам, изложенным ниже.
Гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров (ч. 1 ст. 218 КАС РФ).
В соответствии с подпунктом «б» п.3 ч. 9, ч. 11 ст. 226 КАС РФ обязанность доказывания обстоятельств о том, соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен, возлагается на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).
Исходя из разъяснений указанных в пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2009 года N 2 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих" суд удовлетворяет заявление об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействие) нарушает права и свободы заявителя, а также не соответствует закону или иному нормативному правовому акту.
По смыслу положений ст. 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации для признания решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего незаконными необходимо наличие совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых решений, действий (бездействия) нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца. При отсутствии хотя бы одного из названных условий решения, действия (бездействие) не могут быть признаны незаконными.
На основании п. 1 ч. 9, ч. 11 ст. 226 КАС РФ обязанность доказывания нарушения прав, свобод и законных интересов возлагается на административного истца.
На административном ответчике в свою очередь лежит обязанность доказывания соблюдения им требований нормативных правовых актов в части наличия у него полномочия на принятие оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия); соблюдения порядка принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; наличия основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами (п. п. 3 и 4 ч. 9, ч. 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).
В соответствии со статьей 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен настоящим Кодексом (часть 1).
Из материалов дела следует, что осужденный ФИО1 отбывает наказание в федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 41 ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу».
В ФКУ ИК-41 ГУФСИН лицам, отбывающим наказание, оказывает медицинскую помощь на основании лицензии Федеральное казенное учреждение здравоохранения «Медико-санитарная часть № 42 Федеральной службы исполнения наказаний» филиал «медицинская часть №7».
На основании представленной медицинской документации, судом установлено, что ФИО1 26.03.2021 был осмотрен врачом психиатром, выставлено заключение: *** (л.д.80).
Согласно листу назначений от 26.03.2021 ФИО1 был назначен прием лекарственных *** (л.д.80). Кроме того, из указанного медицинского документа следует, что прием указанного лекарственного препарата административный истец ФИО1 осуществлял с 29.04.2021 по 08.05.2021.
Из амбулаторной карты административного истца ФИО1 следует, что ФИО1 отказался от приема лекарственных препаратов согласно назначения врача психиатра от 26.03.2021, что подтверждается актом, подписанным врио начальника филиала МЧ-7 И.А.И. фельдшером филиала МЧ-7 Ж.Ю.А.. и инспектором отдела безопасности ФКУ ИК № 41 Р.А.В. (л.д.149).
Административный истец, предъявляя требования к административному ответчику, заявляет о несвоевременности получения лекарственных препаратов, назначенных врачом психиатром 26.03.2021, посчитав, что административным ответчиком допущено незаконное бездействие, в связи с чем он обращается за защитой нарушенных прав.
В соответствии с частью 2 статьи 10 УИК РФ при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.
Частями 1, 7 статьи 26 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установлено, что лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.
Порядок организации оказания медицинской помощи, в том числе в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения, лицам, указанным в части 1 настоящей статьи, устанавливается законодательством Российской Федерации, в том числе нормативными правовыми актами уполномоченного федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
На основании ст. 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально- технической базы и социальной сферы.
В силу п.6 ст. 12 УИК РФ осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико- санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно- поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.
В силу ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации; в уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания осужденных организуются лечебно-профилактические учреждения (больницы, специальные психиатрические и туберкулезные больницы) и медицинские части, а для содержания и амбулаторного лечения осужденных, больных открытой формой туберкулеза, алкоголизмом и наркоманией, лечебные исправительные учреждения; администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных; порядок оказания осужденным медицинской помощи, организации и проведения санитарного надзора, использования лечебно-профилактических и санитарно-профилактических учреждений органов здравоохранения и привлечения для этих целей их медицинского персонала устанавливается законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, и федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения.
Вопросы, связанные с организацией медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в виде лишения свободы в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, регулируются Порядком организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденным Приказом Минюста России от 28.12.2017 N 285 (далее - Порядок).
Порядком предусмотрено, что оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно ФСИН России (далее - медицинские организации УИС), а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС - в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения (далее - медицинские организации).
В соответствии с пунктом 11 Порядка лекарственные препараты лицам, заключенным под стражу, или осужденным на руки не выдаются. Прием лекарственных препаратов осуществляется в присутствии медицинского работника. На лиц, заключенных под стражу, или осужденных, получающих медицинскую помощь в амбулаторных условиях, оформляется лист назначений лекарственных препаратов (приложение N 1), который после завершения лечения приобщается к медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях. Получение пациентом лекарственного препарата подтверждается личной подписью медицинского работника, выдавшего лекарственный препарат, в графе "Дата получения".
В соответствии с приложением №4 к распоряжению Правительства Российской Федерации от 12.10.2019 № 2406-р лекарственный препарат «Транквезипам» (МНН Бромдигидрохлорфенилбезодиазепин) входит в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов для медицинского применения, не входит в минимальный аптечный ассортимент.
Согласно данным в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" разъяснениям, при рассмотрении административных дел, связанных с непредоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи (статьи 41 Конституции Российской Федерации, статьи 4, частей 2, 4 и 7 статьи 26, части 1 статьи 37, части 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида (статья 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", часть 7 статьи 101 УИК РФ).
Анализируя обстоятельства дела, а также положения закона, суд исходит из того, что ФИО1 предоставлялась необходимая медицинская помощь: административный истец был осмотрен врачом психиатром, ему назначено соответствующее лечение с последующей выдачей лекарственных препаратов, что подтверждается представленными в дело доказательствами и свидетельствует об отсутствии незаконного бездействия административного ответчика по оказанию медицинской помощи.
Наличие временного промежутка между назначением врача и выдачей лекарственных препаратов обусловлено отказом административного истца ФИО1 от приема лекарственных препаратов.
Доводы административного истца об отсутствии лекарственных препаратов при их назначении врачом, опровергаются группировочной ведомостью МЧ-7 за март- апрель 2021, которой подтверждается наличие в аптеке МЧ-7 препарата «Бромдигидрохлорфенилбезодиазепин» (международное непатентованное наименование «транквезипам»).
Таким образом, оснований для удовлетворения исковых требований в указанной части, не имеется.
По исковым требованиям о признания незаконными решения административного ответчика о наложении взысканий в виде устного выговора от 22.03.2021 и водворения в штрафной изолятор от 16.04.2021 суд приходит к следующим выводам.
На своем рапорте 22.03.2021 начальником отряда ФКУ ИК- 41 ГУФСИН России по Кемеровской области А.А.С. осужденному ФИО1 объявлен выговор устно за нарушение установленного порядка отбывания наказания, выразившееся в том, что 13.03.2021 в 03:16 во время проведения обхода жилых секций отряда № 10 представителями администрации ИУ ФИО1 отсутствовал на своем спальном месте 10/2/38 в жилой секции №2 отряда № 10, в 03:19 был обнаружен на спальном месте 10/3/63 в жилой секции № 3 отряда № 10, т.е. самовольно сменил спальное место, тем самым нарушил гл.3 п. 17 Правил внутреннего распорядка исправительного учреждения (л.д.17).
Согласно пункту "в" части 1 статьи 115 УИК РФ за нарушение установленного порядка отбывания наказания к осужденным к лишению свободы могут применяться следующие меры взыскания, в том числе а) выговор; б) дисциплинарный штраф в размере от одной тысячи до двух тысяч рублей; в) водворение осужденных, содержащихся в исправительных колониях или тюрьмах, в штрафной изолятор на срок до 15 суток; г) перевод осужденных мужчин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, содержащихся в исправительных колониях общего и строгого режимов, в помещения камерного типа, а в исправительных колониях особого режима и тюрьмах - в одиночные камеры на срок до шести месяцев; д) перевод осужденных мужчин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, в единые помещения камерного типа на срок до одного года.
В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 117 УИК РФ при применении мер взыскания к осужденному к лишению свободы учитываются обстоятельства совершения нарушения, личность осужденного и его предыдущее поведение. Налагаемое взыскание должно соответствовать тяжести и характеру нарушения. До наложения взыскания у осужденного берется письменное объяснение. Осужденным, не имеющим возможности дать письменное объяснение, оказывается содействие администрацией исправительного учреждения. В случае отказа осужденного от дачи объяснения составляется соответствующий акт. Взыскание налагается не позднее 10 суток со дня обнаружения нарушения, а если в связи с нарушением проводилась проверка - со дня ее окончания, но не позднее трех месяцев со дня совершения нарушения.
Выговор объявляется в устной или письменной форме, остальные взыскания только в письменной форме. Взыскание налагается постановлением начальника исправительного учреждения или лица, его замещающего (часть 2 статьи 117 УИК РФ).
Статьей 119 УИК РФ предусмотрено, что правом применения перечисленных в ст. 115 данного Кодекса мер взыскания в полном объеме пользуются начальники исправительных учреждений или лица, их замещающие.
Согласно ч. 3 ст. 119 УИК РФ начальники отрядов имеют право налагать выговор устно.
В соответствии со статьей 11 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов (часть 2); обязаны выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания (часть 3); неисполнение осужденными возложенных на них обязанностей, а также невыполнение законных требований администрации учреждений и органов, исполняющих наказания, влекут установленную законом ответственность (часть 6).
Согласно части 3 статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденные Приказом Министерства юстиции Российской Федерации по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации.
Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 года N 295 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений (далее - Правила), согласно подпункту 12 пункта 17 которых осужденным запрещается менять спальные места.
На основании пункта 18 Положения об отряде осужденных исправительного учреждения, утвержденного Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 30 декабря 2005 года N 259 "Об утверждении Положения об отряде осужденных исправительного учреждения Федеральной службы исполнения наказаний", начальник отряда обязан распределять и закреплять за осужденными индивидуальные спальные места, ящики (ячейки) для хранения личных вещей и продуктов питания, места в столовой.
Согласно план – схеме расположения спальных мест сужденных отряда № 10 спальной секции № 2 осужденному ФИО1 определено спальное место под номером № 38 (10/2/38) (л.д.202).
Событие нарушения установлено на основании рапортов начальников отряда № 1, 2, младшего инспектора ОБ П.В.А.., Г.О.А. и видеозаписи (л.д.18,19,20,21,22).
Из письменных объяснений ФИО1 следует, что начальник отряда неоднократно менял спальное место и ему не было известно о том, что за ним закреплено спальное место во второй секции отряда под номером 38 (л.д.25).
Как пояснил в судебном заседании административный истец ему не определялось спальное место, со схемой расположения спальных мест, он ознакомлен не был.
В качестве доказательств определения спального места ФИО1 была представлена план - схема расположения спальных мест осужденных отряда № 10 спальной секции № 34, подписанная начальником отряда № 10 У.Э.Г.. 03.03.2021, в которой осужденному ФИО1 определено спальное место под номером № 38 (10/2/38).
Проанализировав представленную план- схему спальных мест и информацию о периоде нахождения в ФКУ ИК-41 осужденных М.О.Д. и Р.М.В.., согласно справки инспектора отдела специального учета ФКУ ИК-41, судом выявлены несоответствия, что вызывает сомнения в достоверности указанного документа.
Доводы административного истца не опровергнуты административным ответчиком. Доказательств, подтверждающих ознакомление административного истца ФИО1 со схемой расположения спальных мест или иным образом доведения до него информации о закреплённым за ним спальном месте, суду не представлено.
Таким образом, при принятии решения о наложении на ФИО1 взыскания в виде выговора, должностным лицом исправительного учреждения не были учтены все обстоятельства, в частности наличие вины, что является обязательным элементом правонарушения и в ее отсутствие привлечение к ответственности невозможно.
Указанным доводам в оспариваемом решении оценка не дана, в дисциплинарном деле доказательств, опровергающих, изложенные в письменных объяснениях обстоятельствам, не имеется.
В то время как на административном ответчике в силу части 2 статьи 62, части 11 статьи 226 КАС РФ лежит обязанность представить доказательства законности оспариваемого решения.
Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности и во взаимосвязи с приведенными выше нормами действующего законодательства, суд приходит к выводу о том, что в действиях административного истца отсутствовало несоблюдение Правил внутреннего распорядка исправительного учреждения, самовольная смена спального места 13.03.2021.
В связи с отсутствием в действиях ФИО1 виновного противоправного поведения, направленного на нарушение установленного порядка отбывания наказания, суд приходит к выводу о неправомерности применения к нему взыскания в виде устного выговора, объявленного в соответствии с постановлением от 22.03.2021. В связи с чем, исковые требования подлежат удовлетворению в указанной части.
Кроме того, как установлено из материалов дела, оспариваемым постановлением врио начальника ФКУ ИК № 41 ГУФСИН Ш.А.С.. от 16.04.2021 ФИО1 назначено наказание в виде водворения в ШИЗО сроком на 05 суток, поскольку последний во время проведения беседы в помещении дежурной части жилой зоны ИУ с представителями администрации ИУ допустил нарушение установленного порядка отбывания наказания в ИУ, а именно прибыл на беседу в помещении дежурной части жилой зоны ИУ с нарушением формы одежды установленного образца, т.е. в спортивной обуви (кроссовках), нарушил п. 16 гл. 3 Правил внутреннего распорядка исправительного учреждения (л.д. 204).
Согласно пункту 16 Правил осужденные, помимо прочего, обязаны носить одежду установленного образца с нагрудными отличительными знаками (приложение N 5). Образец формы одежды, исходя из сезона, климатических условий, проводимых мероприятий с осужденными, распорядка дня и других особенностей исполнения наказания определяется приказом начальника исправительного учреждения.
Единообразная форма ношения одежды установленного образца для осужденных и правила ношения одежды установленного образца для осужденных утверждены приказом ФКУ ИК-41 ГУФСИН России по Кемеровской области от 22.04.2019 года N 138 (приложение 1). В соответствии с разделом 2 названного приложения, комплектность зимней формы одежды предполагает наличие ботинок комбинированных, сапог мужских комбинированных зимних (л.д.120,121).
Из рапорта начальника ОВРО Д.А.А.. следует, что 15.04.2021 осужденный ФИО1 прибыл в помещение дежурной части зоны ИУ в спортивной обуви (кроссовках), что является нарушением формы одежды установленного образца.
Событие нарушения установлено на основании рапортов начальников ОВРО, заместителя ДПНК, начальника ОБ и видеозаписи (л.д.33,34,35).
Актом, составленным сотрудниками исправительного учреждения от 15.04.2021 года, зафиксирован отказ ФИО1 дать письменное объяснение по факту вменяемого нарушения (л.д.36,39).
Согласно справки о поощрениях и взысканиях осужденный ФИО1 многократно совершал нарушения, за которые ему объявлялись взыскания, в том числе в виде водворения в штрафной изолятор (л.д.40-41).
Справкой бухгалтерии ФКУ ИК-41 ГУФСИН России по Кемеровской области подтверждается, что 23.01.2019 года осужденному ФИО1 были выданы сапоги мужские комбинированные зимние – 1 пара (л.д.42).
Из вещевой карточки осужденного ФИО1 следует, что административному истцу выдавались сапоги мужские комбинированные зимние 23.01.2019, ботинки комбинированные -21.03.2019 (л.д.43).
В связи с чем, доводы административного истца о несоблюдении формы одежды в виду утраты ботинок комбинированных, при наличии сапог мужских комбинированных зимних, не влияют на законность оспариваемого решения, поскольку сапоги мужские комбинированные зимние соответствуют комплектности зимней формы одежды установленного образца.
Длительное нахождение осужденного в спортивной обуви без обуви установленного образца, как об этом утверждает ФИО1, не может служить основанием для его освобождения от дисциплинарной ответственности, поскольку крайней необходимости для передвижения по территории исправительного учреждения без одежды установленного образца не имелось, а теплая погода не имеет в данном случае юридического значения. Иное ставило бы осужденного ФИО1 в более выгодное положение, создающее исключение из правил внутреннего распорядка исправительного учреждения по сравнению с другими осужденными, передвигающимися по территории исправительного учреждения в одежде установленного образца, что недопустимо в силу части 1 статьи 19 Конституции, предусматривающей, что все равны перед законом и судом.
16.04.2021 перед помещением ФИО1 в штрафной изолятор получено медицинское заключение о возможности его содержания в штрафном изоляторе по состоянию здоровья, что подтверждается заключением медработника, записями в амбулаторной карте осужденного, показаниями фельдшера Б.Т.Х. допрошенной в судебном заседании.
Вопреки доводам административного истца порядок применения мер взыскания административным ответчиком не нарушен, мера взыскания применена с учетом обстоятельств совершения нарушения, личности осужденного, тяжести и характера допущенного нарушения.
Кроме того, доводы ФИО1 о не ознакомлении с видеозаписью и материалами нарушения, не свидетельствует о незаконности оспариваемого решения, прав и законных интересов административного истца не нарушают.
Таким образом, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, во взаимосвязи с нормами действующего законодательства, полагает, что постановление о наложении взыскания в виде водворения в штрафно изолятор от 16.04.2021 принято законно. При этом, суд полагает, что с учетом ранее указанных обстоятельств, постановление о наложении взыскания в виде устного выговора от 22.03.2021 является незаконным по выше указанным основаниям.
Исковые требования административного истца подлежат частичному удовлетворению.
Суд, руководствуясь ст. 175-180 КАС РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 41 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Кемеровской области-Кузбассу», начальнику федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 41 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Кемеровской области-Кузбассу», начальнику отряда федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 41 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Кемеровской области-Кузбассу», федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть №42» Федеральной службы исполнения наказаний, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о признании незаконным бездействия, решений, удовлетворить частично.
Признать незаконным постановление начальника отряда ФКУ ИК-41 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Кемеровской области-Кузбассу» от 22 марта 2021 года о наложении взыскания в виде устного выговора ФИО1.
В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы на него через Юргинский городской суд.
В окончательной форме мотивированное решение принято 13.07.2022.
Председательствующий Ю.И. Ёлгина