УИД № 11RS0008-01-2022-000558-53
Дело № 2а-595/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
город Сосногорск, Республика Коми 04 августа 2022 года
Сосногорский городской суд Республики Коми в составе: председательствующего судьи Тарасова А.А., при секретаре Бесслер В.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 ФИО6 к ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми, УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России о взыскании денежной компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей,
установил:
Административный истец ФИО1 обратился в Сосногорский городской суд РК с административным исковым заявлением к ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по РК о взыскании денежной компенсации в размере 150.000 рублей за ненадлежащие условия содержания под стражей в указанном выше учреждении.
Исковые требования мотивированы тем, что ФИО1 содержался под стражей в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по РК около 10 дней в ДД.ММ.ГГГГ года в камерах, которые были значительно перенаселены, отсутствовала приточно-вытяжная вентиляция с механическим побуждением, что усугублялось курением сокамерников. Туалет камеры также не был оборудован принудительной вентиляцией, отсутствовала дверь, а имелась только полуметровая перегородка, в связи с чем административный истец являлся пассивным курильщиком и его здоровью был причинен вред. Кроме того туалет (без дверей и стен) располагался в камере менее чем в одном метре от стола и спального места, смыв не работал, поэтому по камере распространялось зловоние, и при приеме пищи истец испытывал нравственные страдания. Также в камере отсутствовали горячее водоснабжение, доступ к питьевой воде. Помывка осуществлялась 1 раз в неделю в течение 15 минут, чего было недостаточно для осуществления гигиенических процедур.
Определением суда от 2 марта 2022 года к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены ФСИН России, УФСИН России по РК.
Ранее в судебном заседании административный истец ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивал. При этом указал, что в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по РК он содержался не только в камере № №, но и в камерах №№ № и №, в которых имелись вышеназванные нарушения условий содержания истца под стражей. Материалы дела содержат письменное ходатайство административного истца о дальнейшем рассмотрении дела без его участия.
Представитель административного ответчика ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по РК, административного соответчика ФСИН России, и заинтересованного лица – УФСИН России по РК – ФИО2, будучи уведомленной надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, представила ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя указанных лиц и письменный отзыв.
Учитывая изложенное, суд считает возможным рассмотреть административное исковое заявление в отсутствие указанных лиц.
Изучив материалы административного дела, представленные документы, суд приходит к следующим выводам:
Согласно требованиям ч. 1 ст. 218 КАС РФ гражданин может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагает, что нарушены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности.
Положениями ч. 8 ст. 226 КАС РФ определено, что при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд проверяет законность решения, действия (бездействия) в части, которая оспаривается, и в отношении лица, которое является административным истцом, или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление. При проверке законности этих решения, действия (бездействия) суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении о признании незаконными решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, и выясняет обстоятельства, указанные в ч.ч. 9 и 10 ст. 226 КАС РФ, в полном объеме.
В соответствии с требованиями ч. 9 ст. 226 КАС РФ если иное не предусмотрено КАС РФ, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; соблюдены ли сроки обращения в суд; соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.
В соответствии с требованиями ч. 11 приведенной нормы, обязанность доказывания обстоятельств, указанных в п.п. 1 и 2 ч. 9 ст. 226 КАС РФ, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в п.п. 3 и 4 ч. 9 и в ч. 10 ст. 226 КАС РФ, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).
Суд приходит к выводу, что административным истцом не пропущен срок для обращения.
Согласно требованиям п. 1 ч. 2 ст. 227 КАС РФ по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается решение об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и об обязанности административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление.
В силу положений ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном гл. 22 КАС РФ, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством РФ и международными договорами РФ условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении. Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным гл. 22 КАС РФ, с учетом особенностей, предусмотренных ст. 227.1 КАС РФ.
В соответствии с требованиями ч. 5 ст. 227.1 КАС РФ при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством РФ и международными договорами РФ условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.
Таким образом, признание незаконными действий и решений должностного лица, органа государственной власти, выразившихся в нарушении условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении возможно только при их несоответствии нормам действующего законодательства, сопряженным с нарушением прав, свобод и законных интересов административного истца.
Положениями ст.ст. 17 и 18 Конституции РФ определено, что в РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
Согласно требованиям ст. 21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам.
Положениями ч. 3 ст. 55 Конституции РФ определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией РФ цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.
Общие положения и принципы исполнения наказаний устанавливаются УИК РФ, задачами которого являются регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов (ч. 2 ст. 1, ч. 2 ст. 2 УИК РФ).
Условия и порядок содержания под стражей регламентированы Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее по тексту ФЗ от 15.07.1995 № 103-ФЗ) и конкретизированы в Правилах внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства юстиции РФ от 14 октября 2005 года № 189 (далее по тексту Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов).
Все нормы ПВР, СП, СанПиНов, ГОСТов, цитируемые в решении, приведены в редакции, действующей на момент возникновения предмета спора.
Согласно требованиям ст. 4 ФЗ от 15.07.1995 № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, принципами и нормами международного права, а также международными договорами РФ и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.
Положениями ст. 15 ФЗ от 15.07.1995 № 103-ФЗ определено, что в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.
В силу положений ст. 23 ФЗ от 15.07.1995 № 103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.п. 2 и 14 постановления Пленума Верховного суда РФ от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судом при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией РФ, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ права и обязанности указанных лиц, в том числе право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки.
Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учётом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например ст.ст. 16, 17, 19, 23 ФЗ от 15.07.1995 № 103-ФЗ, ст. 99 УИК РФ). В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свободы лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).
В порядке подготовки по делу, с учётом ограниченных возможностей административного истца в собирании доказательств и представления их суду, судом запрошена информация, относящаяся к рассматриваемому делу. Запрошенные судом сведения и документы были представлены административному истцу, административному ответчику, административному соответчику, заинтересованному лицу и исследованы в судебном заседании.
В судебном заседании установлено, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по РК (РК, г. Сосногорск, пст. Лыаёль, д. 13) с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве осужденного (особый режим), следовавшего транзитом в ФКУ ИК-8 УФСИН России по РК, что подтверждается справкой сотрудника ОСУ ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по РК.
При этом в указанный период ФИО1 согласно представленным представителем административных ответчиков камерной карточки, справкам о движении по камерам и ОКБИ и ХО о периодах содержания и площадях камер и копии книги количественной проверки лиц, содержащихся в Учреждении, содержался в четырехместной камере №, которая расположена в здании режимного корпуса №. Согласно техническому паспорту здания режимного корпуса №, ее площадь составляет 14,1 кв.м (в том числе площадь санузла 1,6 кв.м.). В период нахождения в ней истца площадь на одного человека составляла 3,12 кв.м. (14,1 кв.м – 1,6 кв.м. = 12,5 кв.м : 4 чел. = 3,12 кв.м). При этом в указанной камере ФИО1 содержался в качестве осужденного, совместно с другими лицами в количестве от двух до четырех человек.
Поскольку ФИО1 содержался в СИЗО-2 в качестве осужденного, то на правоотношения, связанные с нормой площади распространялось действие ч.1 ст.99 УИК РФ, согласно которой, норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.
Вышеприведенные расчеты, произведенные судом, исходя из представленной документации, свидетельствуют о том, что права ФИО1 в данной части ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по РК не нарушались. Ему предоставлялась установленная законом норма площади на одного человека за весь период его содержания в Учреждении.
Согласно камерной карточки, справки ст.инспектора ОРН, справки о движении по камерам, письменному отзыву представителя административных ответчиков ФИО1 в вышеуказанный период времени содержался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по РК только в камере №. В камерах №№ и № он не содержался, в связи с чем, суд не рассматривает доводы административного истца в данной части.
Относительно доводов административного истца об отсутствии в Учреждении вентиляции суд отмечает следующее.
Согласно п.42 указанных ПВР № 189 камеры СИЗО оборудуются, в том числе, вентиляционным оборудованием (при наличии возможности).
Аналогичные требования установлены также п.13.8 СП 247.1325800.2016 (Далее по тексту СП 247.1325800.2016) «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования» (утверждены Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15 апреля 2016 г. N 245/пр), согласно которому приточно-вытяжные вентиляционные отверстия следует располагать под потолком и ограждать металлическими решетками, выполняемыми по аналогии с ограждающими решетками радиоприемников. В силу п.19.13 указанных СП в зданиях СИЗО в зависимости от их назначения, как правило, следует предусматривать приточно-вытяжную вентиляцию с механическим и естественным побуждением.
О необходимости наличия форточек (фрамуг) в оконных переплетах также свидетельствует п.10.5 СП 247.1325800.2016.
Кроме того, приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 20 октября 2017 года № 1454/пр утвержден СП «Исправительные учреждения и центра уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (в двух частях)» (СП 308.1325800.2017), согласно разделу 19.3 которого при проектировании систем отопления, вентиляции, кондиционирования воздуха в зданиях ИУ, а также тепловых сетей следует выполнять требования действующих нормативных документов, в том числе СП 60.13330, СП 7.13130, СП 124.13330. В помещениях зданий ИУ в зависимости от их назначения следует предусматривать приточно-вытяжную вентиляцию с механическим и естественным побуждением.
Из представленной административным ответчиком информации следует, что камера №, в период содержания ФИО1 была оборудована приточно-вытяжной вентиляцией в исправном состоянии, а также одним оконным проёмом, размером, позволяющим обеспечить достаточное естественное освещение и доступ свежего воздуха – приток воздуха осуществляется через форточку окна, доступ к которой не затруднен, поскольку в отсекающей решетке предусмотрено отверстие для непосредственного доступа к форточке. Удаление воздуха в камере предусматривается через вытяжные отверстия, которые располагаются под потолком и ограждены металлическими решётками (их месторасположение в камере действующим законодательством не регламентировано).
Размеры оконных проёмов в камерах определены Каталогом «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России», утверждённым приказом ФСИН России от 27 июля 2007 года № 407 (далее по тексту Каталог специальных (режимных) изделий).
Размер оконного проема в камере № соответствует указанным выше требованиям.
Доводы представителя административных ответчиков в этой части подтверждаются представленными документами: справкой ст. инспектора ОКБИ и ХО, выкопировкой технического паспорта корпуса № Учреждения, фотоматериалами, актом осмотра камеры от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что указанные корпуса оборудованы вентиляцией, а камера, в которой содержался истец, – форточкой.
Кроме того, о наличии в Учреждении вентиляции свидетельствует также акт очистки вентиляционных отверстий от ДД.ММ.ГГГГ.
Таким образом, в судебном заседании установлено наличие в камере, в которой содержался административный истец, приточно-вытяжной вентиляции и форточки, позволяющей проводить проветривание помещения, и их соответствие вышеприведенным требованиям законодательства. Нарушений прав административного истца в указанной части судом не установлено.
Согласно ст. 33 Федерального закона №103-ФЗ размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих.
Наличие в санузле камеры вентиляции в обязательном порядке законодательно не закреплено. Обязательных требований о раздельном размещении в следственном изоляторе курящих и некурящих не установлено. Вместе с тем камерная карточка ФИО1 содержит запись «курит». Таким образом, судом не принимается во внимание ссылка административного истца на то, что во время нахождения в ФКУ СИЗО-2 он являлся пассивным курильщиком.
Справкой ст. инспектора ОКБИ и ХО ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по РК и фотоматериалами подтверждается, что санитарный узел отделен от жилой площади камеры перегородкой, высотой от пола до потолка, с полноразмерной дверью в соответствии с СП 247.1325800.2016, что обеспечивает приватность.
Расположение стола и кроватей в камере, а также расстояние до санузла действующим законодательством не регламентировано, а, значит, нарушение прав административного истца в указанной части судом не установлено.
Доводы административного истца о проникновении туалетных запахов в жилую часть камеры являются субъективным мнением ФИО1 и не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. При этом в камере имеется вентиляция, которая находилась в рабочем состоянии, удаление загрязненного и приток свежего воздуха в камеру учреждения происходит через вытяжные каналы и путем открывания и закрывания форточных проемов специальным механическим устройством, что соответствует СНиП 41-01-2003.
Судом также был проверен довод административного иска о ненадлежащем качестве питьевой воды.
Из представленных сведений следует, что обеспечение холодной водой в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по РК централизованное, осуществляется от собственной артезианской скважины. При этом Учреждением проводится периодическая проверка питьевой воды на соответствие требованиям СанПиН.
Согласно результатам химических и микробиологических исследований, проведенных ООО «Лабораторный центр «ИКОС», проба питьевой воды соответствуют требованиям СаНПиН 2.ДД.ММ.ГГГГ-01 «Питьевая вода», что подтверждается оценкой соответствия № от ДД.ММ.ГГГГ результатов исследований проб питьевой воды в учреждении.
Заявлений по вопросу выдачи кипяченой воды для питья от ФИО1 в адрес администрации ФКУ СИЗО-2 не поступало. Таким образом, ссылка административного истца на нарушение его прав в части непригодности для употребления питьевой воды своего подтверждения не нашла.
В судебном заседании установлено, что горячее водоснабжение в камере № в период содержания административного истца отсутствовало, что не оспаривалось представителем административных ответчиков.
Вместе с тем длительность пребывания ФИО1 в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми составила 7 дней (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ). Учитывая временной фактор пребывания в указанных условиях (отсутствие горячего водоснабжения), кратность пребывания, суд отмечает, что нахождение ФИО1 в камере СИЗО-2, в которой отсутствовало централизованное горячее водоснабжение, имело место 7 дней, и в отсутствие доказательств наступления каких-либо неблагоприятных последствий в результате допущенного нарушения, не свидетельствует о существенном отклонении от установленных законом требований к условиям содержания в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми.
Кроме того, суд учитывает, что административный истец в соответствии с п.43 ПВР № 189 имел возможность получать горячую воду для стирки, гигиенических целей и кипяченую воду для питья, ежедневно во время раздачи пищи на основании письменного либо устного заявления.
Согласно представленным справки начальника ОРН, выкопировке из журнала учета № санитарной обработки осужденных, ФИО1 проходил санитарную обработку в день прибытия в ФКУ СИЗО-2, то есть ДД.ММ.ГГГГ, и ДД.ММ.ГГГГ.
Таким образом, требования, указанные в п. 21 Приказа Минюста России от 16 декабря 2016 года № 295 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», согласно которым помывка осужденных обеспечивается не менее двух раз в семь дней, была соблюдена.
В соответствии с п.п. 91, 92 Правил, представители администрации ежедневно обходят камеры и принимают от подозреваемых и обвиняемых предложения, заявления и жалобы, как в письменном, так и в устном виде. Все поступившие предложения, заявления и жалобы регистрируются в Журнале учета предложений, заявлений и жалоб подозреваемых, обвиняемых и осужденных.
Как следует из представленной представителем ответчиков информации, письменных обращений, жалоб, заявлений от ФИО1 в спорный период по вопросу выдачи горячей воды для стрики и гигиенических целей, кипяченой воды для питья, в том числе на техническое состояние камеры, в которой он содержался, и оборудования, установленного в ней, его исправность, а также жалоб на ненадлежащие условия содержания в адрес администрации не поступало, что подтверждается выкопировками из журнала учета № жалоб, устных обращений, журнала учета № контрольных технических осмотров и справкой начальника канцелярии Учреждения.
Кроме того, с момента убытия ФИО1 из ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми до момента обращения в суд прошел длительный период времени (более двух лет), в течение которого заявитель не обращался с жалобами на нарушение своих прав, что свидетельствует о том, что само по себе содержание в условиях отсутствия централизованной подводки ГВС к раковине в камере не носило для него сколько-нибудь значимого характера.
При этом, кратковременные, несущественные бытовые неудобства не могут быть признаны унижающими человеческое достоинство и причиняющими лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы и неотделим от санкции за содеянное преступление.
Из сообщения Ухтинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 следует, что ФИО1 не обращался в Ухтинскую спецпрокуратуру, надзорное производство не заводилось, нарушения закона по его инициативе не выявлялись.
Согласно представлению Ухтинской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, вынесенного ДД.ММ.ГГГГ начальнику ФКУ «Следственный изолятор №2» УФСИН России по Республике Коми в рамках надзора и на основании обращений осужденных, в камере №, в которой содержался административный истец, не работает вентиляция с механическим побуждением.
Однако отсутствие приточно-вытяжной вентиляции с механическим побуждением при наличии естественной не могут свидетельствовать о нарушении прав административного истца, поскольку доказательств ненадлежащего микроклимата в помещении либо ненадлежащей работы естественной вентиляции в материалах дела не имеется. Суд также учитывает, что в камере № административный истец находился задолго до проведения вышеуказанной проверки, и выявленное нарушение не свидетельствует о том, что оно имело место быть на момент пребывания административного истца в Учреждении.
В соответствии с ч. 2 ст. 62 Кодекса административного судопроизводства РФ обязанность доказывания законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо, которые обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений.
Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (статья 10).
Следовательно, на сотрудников уголовно-исполнительной системы, как государственных служащих, распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих.
Таким образом, у суда не имеется оснований не доверять представленным в соответствии с положениями приведенной ст. 62 Кодекса административного судопроизводства РФ доказательствам и принимаются судом в качестве допустимых и достоверно подтверждающих отсутствие нарушений прав ФИО1
Не установив в ходе судебного разбирательства нарушения условий содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по РК, влекущих присуждение компенсации за их нарушение, в удовлетворении административного иска суд полагает необходимым отказать.
Руководствуясь ст.ст.175-180, 227-227.1 КАС РФ,
решил:
В удовлетворении административных исковых требований ФИО1 ФИО7 к ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России о взыскании денежной компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми через Сосногорский городской суд Республики Коми в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
В окончательной форме решение составлено 03 октября 2022 года.
Судья А.А. Тарасов