Дело № 2-1-35/2023 года 40RS0008-01-2022-001119-70

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Жуковский районный суд Калужской области

в составе председательствующего судьи Сидоренковой Н.А.,

при секретаре Фоминой А.А.,

с участием истца ФИО1, ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Жуков в зале суда

19 января 2023 года

гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о возмещении убытков, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

21 сентября 2022 года ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении убытков в размере 70 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, взыскании расходов по оплате государственной пошлины в размере 2 300 рублей.

В ходе рассмотрения дела истец обратился в суд с уточненным иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о возмещении убытков в размере 70 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, взыскании расходов по оплате государственной пошлины в размере 2 300 рублей.

В качестве основания иска истец указал, что 10 октября 2019 года он заключил договор подряда с обществом с ограниченной ответственностью «Домоуправление» на установку забора, 25 октября 2019 года работы были выполнены, подписан акт о приемке выполненных работ, произведена оплата в размере 70 000 рублей. 02 ноября 2019 года забор был демонтирован ответчиками.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования с учетом их уточнения поддержал, суду дал объяснения аналогичные изложенным в заявлениях. Просил иск удовлетворить.

Ответчик ФИО2 иск не признал, поскольку забор не демонтировал. Просил в иске отказать.

Ответчик ФИО3 иск не признал. Суду пояснил, что 02 ноября 2019 года он вместе с ФИО4 разобрали один пролет забора, а именно, открутили один профлист длиной 3 м., столбы не демонтировали. Ответчики ФИО2, ФИО5 забор не демонтировали. Иск не признает, поскольку забор был установлен истцом на землях общего пользования, из материала, принадлежащего ответчику ФИО4 Просил в иске отказать.

Ответчик ФИО4 иск не признал. Суду пояснил, что 02 ноября 2019 года он вместе с ФИО3 открутили один профлист длиной 3 м., на следующий день он открутил 13-14 профлистов, столбы не демонтировали. Ответчики ФИО2, ФИО5 забор не демонтировали. Иск не признает, поскольку забор был установлен истцом из принадлежащего ему материала. Просил в иске отказать.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Представители третьих лиц общества с ограниченной ответственностью «Домоуправление», общества с ограниченной ответственностью «Стройтехносервис» в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Статья 11 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что защите подлежит лишь нарушенное право. При этом способ восстановления нарушенного права должен соответствовать объему такого нарушения.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем возмещения убытков; компенсации морального вреда.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания указанных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что при обращении с иском о взыскании убытков истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из решения Жуковского районного суда от 21 января 2020 года, вынесенного по делу по административному иску ФИО1 к ОМВД России по Жуковскому району, УМВД России по Калужской области, Свидетель №3 о признании действия (бездействия) незаконными, вступившего в законную силу 17 июня 2020 года, следует, что ФИО1 на праве собственности принадлежат земельные участки <НОМЕР ИЗЪЯТ> и <НОМЕР ИЗЪЯТ> в садоводческом некоммерческом товариществе «Ручеек-2». ФИО4 на праве собственности принадлежит земельный участок <НОМЕР ИЗЪЯТ> в садоводческом некоммерческом товариществе «Ручеек-2». Земельный участок <НОМЕР ИЗЪЯТ> граничит с земельным участком <НОМЕР ИЗЪЯТ>. На протяжении нескольких лет между ФИО1 и ФИО4 идут судебные споры по поводу земельного участка общего пользования- земельный участок <НОМЕР ИЗЪЯТ>, который граничит с их земельными участками. При этом, ФИО1 утверждает, что спорный земельный участок принадлежит ему на основании договора аренды земельного участка от 01 октября 2019 года, заключенного между ним и обществом с ограниченной ответственностью «Стройтехносервис», ФИО4 утверждает, что земельный участок на основании выписки из протокола общего собрания членов садоводческого некоммерческого товарищества «Ручеек-2» от 09 августа 2014 года передан ему во владение.

Из дела видно, что 10 октября 2019 года между ФИО1- заказчик и обществом с ограниченной ответственностью «Домоуправление» в лице генерального директора ФИО6- подрядчик был заключен договор подряда на установку забора из профлиста протяженностью 33,4 кв.м. высотой 2 м. на земельном участке № 193 в садоводческом некоммерческом товариществе «Ручеек-2». Стоимость работ составляет 70 000 рублей. Из акта о приемке выполненных работ от 25 октября 2019 года следует, что перечисленные выше работы были выполнены. Из квитанции от 10 октября 2019 года, приходного кассового ордера от 26 ноября 2019 года следует, что истцом подрядчику была оплачена стоимость работ в размере 70 000 рублей.

Обосновывая требования о возмещении убытков, истец ссылается на тот факт, что ответчики осуществили действия по демонтажу забора.

Из указанного выше решения суда следует, что 29 ноября 2019 года, приехав в садоводческое некоммерческое товарищество «Ручеек-2», ФИО4 обнаружил, что на принадлежащем ему земельном участке из принадлежащих ему профлистов установлен забор, который лишил его доступа к принадлежащим ему на праве собственности строениям, расположенным на спорном земельном участке, он сломал один пролет забора и решил демонтировать указанный забор 03 ноября 2019 года, о чем поставил в известность старшего УУП ОМВД по Жуковскому району ФИО7

02 ноября 2019 года, приехав в садоводческое некоммерческое товарищество «Ручеек-2», ФИО4 обнаружил, что пролет забора, который он сломал, заделан.

02 ноября 2019 года ФИО4 обратился с устным обращением в ОМВД России по Жуковскому району, сообщив, что ФИО1 поставил забор на его земельном участке, ограничив проход к его собственности, просил, чтобы на место выехал сотрудник полиции, чтобы сломать забор, что подтверждается выпиской из книги учета сообщений о преступлениях ОМВД России по Жуковскому району.

Около 18 часов в садоводческое некоммерческое товарищество «Ручеек-2» по сообщению ФИО4 прибыла УУП ОМВД по Жуковскому району Свидетель №3, осмотрела принадлежащий ФИО4 земельный участок, стала опрашивать ФИО4, председателя садоводческого некоммерческого товарищества «Ручеек-2» ФИО3, находившихся на земельном участке свидетелей. Затем стала отбирать объяснения у приехавшего на свой земельный участок ФИО1 Председатель садоводческого некоммерческого товарищества «Ручеек-2» ФИО3 попросил разрешения присутствовать при даче ФИО1 объяснения, однако ФИО1 отказался давать объяснения в присутствии ФИО3 и уехал.

ФИО1 обратился в суд с административным иском, указывая, что 02 ноября 2029 года УУП ОМВД по Жуковскому району Свидетель №3 незаконно бездействовала, поскольку не пресекла незаконные действия ФИО4, который ломал принадлежащий ему забор, чем нарушила подпункт 2 пункта 1 статьи 12 Федерального закона от 07 февраля 2011 года №3-ФЗ «О полиции».

Из объяснений ответчика Свидетель №3 в судебном заседании следует, что в ее присутствии забор на участке ФИО4 никто не ломал.

Из объяснений в судебном заседании заинтересованного лица ФИО4 следует, что забор был демонтирован, когда Свидетель №3 отбирала объяснения, находясь в бытовке.

Из объяснений истца ФИО1 следует, что сам он слышал, что ломают забор, но кто это делал, не видел.

Из КУСП 8378 от 02 ноября 2019 года следует, что в 17 часов 15 минут ФИО4 сообщил, что ФИО1 поставил забор на его земельном участке, ограничив проход к его собственности. Просил приехать сотрудников полиции, чтобы в их присутствии сломать забор.

Из протокола осмотра места происшествия от 02 ноября 2019 года, составленного Свидетель №3, следует, что возле земельного участка, принадлежащего ФИО4 расположен участок местности, относящийся к землям общего пользования, однако с 09 августа 2014 года, по решению общего собрания садоводческого некоммерческого товарищества «Ручеек-2» на данный участок местности имеет право пользования ФИО4

Из объяснений ФИО3 от 02 ноября 2019 года следует, что ФИО1 поставил забор, препятствующий проходу ФИО4 к его имуществу. Данный забор был поставлен ФИО1 на участке местности, которая является землей общего пользования, при этом у ФИО4 по решению общего собрания имеется право пользования данным земельным участком.

Из объяснений Свидетель №1, ФИО2 от 02 ноября 2019 года следует, что в их присутствии был произведен демонтаж забора, который препятствовал доступу ФИО4 к его постройкам, расположенным на землях общего пользования.

Из определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении старшего УУП ОМВД России по Жуковскому району ФИО8 следует, что в ходе выезда на место было установлено, что на земельном участке <НОМЕР ИЗЪЯТ> расположен забор высотой 2 м, изготовленный из профлиста. В присутствии сотрудников полиции забор, который ограничивает доступ к хозяйственной постройке и туалету, был демонтирован, видимые повреждения на нем отсутствовали. Забор демонтирован и сложен на участке. Порядок на участке нарушен не был. В ходе проверки никто из участников конфликта акты межевания земельных участков, иные документы, подтверждающие право собственности и границы земельного участка не представил. По данному факту в действиях ФИО4 отсутствует состав административного правонарушения, предусмотренного статьей 7.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку данная статья предусматривает ответственность за уничтожение или повреждение чужого имущества, в данном случае забор ФИО4 был демонтирован и повреждений не имел. Также в действиях ФИО4 отсутствует состав административного правонарушения, предусмотренного статьей 20.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях- мелкое хулиганство, поскольку указанного факта выявлено не было.

В возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО4 отказано.

В силу части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21 декабря 2011 года № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым, преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. Наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности- сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости обязательных судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели. Введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства- с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения.

Из объяснений ответчиков, показаний свидетелей Свидетель №1, ФИО9 в судебном заседании следует, что ответчики ФИО2, ФИО5 забор не демонтировали.

Проанализировав имеющиеся в деле доказательства, учитывая обстоятельства дела, установленные указанным выше решением суда (забор возведен истцом из материала, принадлежащего ответчику ФИО4, забор демонтирован ФИО4), принимая во внимание приведенные положения закона, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводу, что истцом не представлено убедительных и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что в результате незаконных действий ответчиков он понес убытки в указанном размере, материалами дела не подтверждается наличие прямой причинно-следственной связи между действиями ответчиков и заявленными истцом убытками. Доводы истца о том, что подрядчик произвел работы по установке забора из принадлежащего ему материала, и представленный в их обоснование договор подряда от 10 октября 2019 года, суд во внимание не принимает, поскольку решением суда от 21 января 2020 года установлен факт принадлежности материала, из которого был возведен забор, ответчику ФИО4 Суд полагает, что доводы истца сводятся к переоценке фактических обстоятельств дела, доказательств, которые были положены судом в основу решения суда от 21 января 2020 года. На основании изложенного, суд оснований для взыскания убытков не усматривает.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший- истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела (пункты 25-27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33).

Таким образом, установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Поскольку истцом факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчики являются лицами, действия которых повлекли эти нарушения, не доказаны, оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в иске к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о возмещении убытков, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Калужского областного суда через Жуковский районный суд в течение месяца со дня принятия его судом в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 26 января 2023 года.

Судья Н.А. Сидоренкова