Решение по делу № 2-3968/2022 от 10.07.2023 - о защите прав потребителей.

№ 2-500/2023

№ 64RS0047-01-2022-000314-12

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 июля 2023 г. г. Саратов

Октябрьский районный суд город Саратова в составе:

председательствующего судьи Апокина Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощниками судьи Емельяновой И.И., Ветчинине В.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФГБОУ ВО «Вавиловский университет» ФИО2,

ответчика ИП ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Саратовский государственный университет генетики, биотехнологии и инженерии имени Н.И. Вавилова» в лице учебно-научно-технологического центра «Ветеринарный госпиталь», индивидуальному предпринимателю ФИО3 о защите прав потребителей,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Саратовский государственный университет генетики, биотехнологии и инженерии имени Н.И. Вавилова» в лице учебно-научно-технологического центра «Ветеринарный госпиталь» (далее по тексту - ФГБОУ ВО «Вавиловский университет»), индивидуальному предпринимателю (далее по тексту – ИП) ФИО3 о защите прав потребителей.

В процессе судебного разбирательства ФИО1 уточнила исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ).

Окончательно сформулированные требования истца мотивированы тем, что с 01 мая 2010 г. по 08 сентября 2021 г. ФИО1 обращалась в ветеринарную клинику «Дон Терьеро» (ИП ФИО3), расположенную по адресу: <...>, за оказанием медицинской помощи её домашнему питомцу – коту «Кузя». 25 августа 2021 г. истец обратилась в указанную ветеринарную клинику в связи с проблемами дыхания своего питомца. Прием проводила ФИО3 На основании общего клинического осмотра животному поставлен предварительный диагноз – «Т 38.4 бронхопневмания». С 25 августа 2021 г. по 08 сентября 2021 г. в отношении питомца истца проводились лечебные мероприятия по «принятой схеме», как следовало из пояснений врача: четыре дня подряд уколы один раз в сутки вечером, затем еще два раза через день (всего шесть явок на инъекции в течение 8 календарных дней). Все назначенные лечебные мероприятия были выполнены в полном объеме и строго в назначенные дни (уколы один раз в сутки, последние два с пропусками в один день). Как указано в исковом заявлении, ни в первые дни лечения, ни в последующие посещения клиники, ответчик ИП ФИО3 не говорила о неблагоприятном или хотя бы о неосторожном прогнозе. Пребывая в состоянии заблуждения, что врачи делают все правильно, истец не консультировалась в других клиниках г. Саратова и г. Санкт-Петербурга, в связи с чем ею была упущена возможность обеспечить питомцу своевременное и квалифицированное лечение. После постановки диагноза не проводилось дополнительное обследование, животное не было направлено на рентгеновское исследование грудной и брюшной полости, не был взят анализ крови, врачом не учтено осложнение состояния животного, а именно: пневматоз желудочно-кишечного тракта (далее по тексту – ЖКТ), отек легких. Не назначалась контрольная диагностика. «Принятая схема» заключалась в струйных инъекциях по заранее объявленному истцу графику, без применения капельниц, один раз в сутки с перерывами (через день), без коррекции назначений и изменении тактики лечения. Не были даны рекомендации по кормлению и содержанию животного. При каждом посещении клиники истец сообщала, что ее смущает затрудненное дыхание животного, которое по мере лечения стало проявляться даже при приеме пищи. Назначенное лечение не обеспечило улучшение состояния животного. 08 сентября 2021 г. при резком ухудшении состояния после терапии не были проведены и не были рекомендованы интенсивные меры. Животному было введено мочегонное средство в состоянии упадка сил без контроля частоты сердечных сокращений и артериального давления, без контроля диузера. Истец не была проинформирована о степени тяжести дыхательной недостаточности, о необходимости неотложных интенсивных мер: торакоцентез для эвакуации выпота независимо от количества, если есть затрудненное дыхание, респираторная поддержка, вплоть до интубирования на необходимый по длительности период о стабилизации состояния, купирования пневматоза ЖКТ (включая пищевод), дополнительно затрудняющего дыхание животного. Не будучи проинформированной, истец теряла время для спасения своего питомца. По - мнению истца, качество ветеринарной услуги не соблюдено, предпринятые меры несоразмерны тяжести патологического процесса. Также не соблюдена безопасность ветеринарной слуги, поскольку врач должен был учесть писки развития заболевания. 08 сентября 2021 г. в 12 часов 00 минут ФИО1 обратилась в «Ветеринарный госпиталь», расположенный по адресу: <...>, за интенсивной помощью в связи с ухудшением состояния здоровья питомца истца после терапии в частной клинике. На основании рентгеновского снимка питомцу поставлен диагноз» плеврит, пневмания, пневматоз ЖКТ. Как указано в исковом заявлении, не смотря на доводы истца, животное в стационаре не оставили, врач выразила свое недоумение, почему истец не продолжила лечение своего питомца там, где начала лечение. ФИО1 описала на приеме состояние животного в последние дни, которое побудило ее обратиться в специализированный госпиталь, а именно: кот задыхался, был слишком вялым, почти ничего не ел, долгое время лежал в одной вынужденной позе, сменить позу у животного не получалось, при приеме пищи, было слышно клокотание воздуха. По настоянию истца врач прочитала историю болезни животного из частной клиники. Истец описала состояние животного накануне, утром, а именно: кот лежал головой и телом на полу в вынужденной позе на животе, чуть склоненный на правый бок, не двигаясь, с закрытыми глазами, не реагируя на хозяйку и ни на что вокруг, тяжело дышал. Врач не осмотрела животное и не приступила к его лечению в соответствии с симптомокомплексом. Врач направила животное на рентген, после которого врач не приостановила прием следующих пациентов, когда ФИО1 сообщила, что рентгеновский снимок ее животного готов. После долгого ожидания в коридоре, врач не спеша изучала рентгеновский снимок, разъясняла истцу, неторопливо, что она видит на снимке. Больное животное врач не осматривала и не приступила незамедлительно к его лечению в соответствии с симптомокомплексом. Врач направила истца на следующую диагностическую глубокоинвазивную процедуру: торакоскопию. После долгого ожидания в коридоре указанной процедуры, специалист по торакоскопии отказал в проведении исследования ввиду отсутствия показания, но больное животное при этом не осмотрел. Истец со своим домашним питомцем вернулась под дверь принимающего врача. После длительного ожидания в коридоре, так как врач не приостановила прием других пациентов, ФИО1 вошла с больным животным на прием, однако врач не осмотрела и не приступила к лечению животного в соответствии с симптомокомплексом. Больному животному назначили лечение на дом: пропить 3-5 дней капсулы эспумизана. Врач пояснила, что у питомца истца гибкое поражение трахеи, указанный диагноз был поставлен ею на основании рентгеновского снимка, пояснив, что лечение должно быть адресным, а в стационаре больному животному нечего делать, так как грибок лечат месяцами. Врач не осмотрела пациента для выявления общего состояния, не определила степень дыхательной недостаточности и прогноз, животное в кабинете врача не вынимали из переноски, ассистент врача смерила температуру кота, не вынимая его из переноски, воспользовавшись тем, что животное лежало после рентгена головой в глубине, а хвостом к дверце переноски. Истец указывает, что врачом не были определены показатели: положение, сознание, состояние видимых кожных покровов, характер дыхания, частота дыхания, частота сердечных сокращений, уровень кислорода в крови, функции жизненно важных органов. По настоянию истца, врач еще раз прочитала, какие инъекции были сделаны коту в частной клинике накануне в 9 часов утра, среди прочего мочегонное средство. Истца указанная инъекция очень беспокоила, поскольку ей было известно, что при введении мочегонных препаратов, требуется контроль артериального давления, диуреза и частоты сердечных сокращений. Врач вернула истцу бумагу без комментариев, не завела амбулаторную карту, распечатала лист приема с назначением эспумизана на дом. Истец указывает, что в шкафу в кабинете стоял флакончик с суспензией эспумизана, назначая, эспумизан, врач не рассказала, как давать капсулы препарата пациенту в состоянии респираторного дистресса. Необходимые для восстановления вентиляции легких, неотложные интенсивные меры не проводились и не были рекомендованы: торакоцентез для эвакуляции выпота независимо от количества, если есть затрудненное дыхание, респираторная поддержка, вплоть до интубирования на необходимый по длительности период до стабилизации состояния, купирование пневматоза желудочно – кишечного тракта (включая пищевод), дополнительно затрудняющего дыхание. Какое – либо медикаментозное воздействие также не осуществлялось. По – мнению истца, была важна каждая секунда жизни животного, ФИО1 теряла время для спасения своего питомца в указанной клинике, поскольку не могла дать оценку оказанным ветеринарным услугам, доверилась врачу, и не обратилась в другую ветеринарную клинику. ФИО1 считает, что качество ветеринарной услуги не соблюдено: ограничение диагностикой при неоказании лечебной помощи в реальном времени несоразмерно тяжести патологического процесса. 08 сентября 2021 г. в 22 часа 39 минут истец связалась с дежурным врачом указанного «Ветеринарного госпиталя» по номеру телефона <***>. В 23 часа 30 минут на приеме дежурный врач отказал в реанимации, считая состояние животного инкурабельным. Неоказание экстренной врачебной помощи питомцу истца, ФИО1 считает особой жестокостью, поскольку, по – мнению истца, возможность действовать у врачей была. Истец указывает, что кот был полноправным членом ее семьи, в связи в чем переживания истца распространились на всю ее семью, были отменены все семейные праздники. Истец переживает, вспоминая страдания своего питомца, в связи с чем ухудшилось ее самочувствие, обострились хронические заболевания, произошла утрата контроля, снизилась масса тела, ФИО1 лишена возможности вести полноценный образ жизни. В результате действий ответчиков истец понесла расходы на лечение животного и на свое лечение.

В связи с изложенным, истец просит расторгнуть договор оказания платных ветеринарных услуг с ответчиком ФГБОУ ВО «Вавиловский университет», взыскать компенсацию морального вреда в размере 80 000 руб., штраф 50 % от присужденной суммы. Также истец просит расторгнуть договор оказания платных ветеринарных услуг с ИП ФИО3 взыскать с ответчика ИП ФИО3 расходы на лечение животного в размере 4 466 руб., компенсацию морального вреда в размере 70 000 руб., 50% штрафа от присужденной суммы; почтовые расходы в размере 243 руб. 50 коп. Взыскать с ответчиков ФГБОУ ВО «Вавиловский университет», ИП ФИО3 расходы на лечение истца в размере 8 548 руб. 80 коп., распределив их между двумя ответчиками.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала исковые требования в полном объеме с учетом уточнений и просила их удовлетворить. В ходе судебного разбирательства пояснила, что ответчики оказали некачественную ветеринарную услугу, повлекшую гибель ее животного. 08 сентября 2021 г. состоялся прием в ветеринарном госпитале, на следующий день кот умер. Ответчиками нарушены нормы оказания платных медицинских услуг, повлекшие гибель животного.

Ответчик ИП ФИО3 в судебном заседании возражала против заявленных исковых требований, по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление (т. 1 л.д. 103-105). Дополнительно пояснила, что судебный эксперт достоверно установил отсутствие каких-либо нарушений со стороны ветеринарных врачей в ходе осмотра и лечения животного истца. Причина смерти кота не установлена из-за отсутствия патологоанатомического исследования трупа. В ходе приема животного ФИО1 неоднократно разъяснялось право на проведение коту дополнительных платных медицинских услуг, таких как сдача крови, рентген, прием иных платных препаратов и проведения дополнительных услуг. Однако истец данными услугами не воспользовалась по причине отсутствия денежных средств. ИП ФИО3 пояснила, что вела карту(тетрадь) пациента кота «Кузи» с 2010 года, где также зафиксирован отказ владельца от дополнительных услуг.

Представитель ответчика ФГБОУ ВО «Вавиловский университет» ФИО2 в судебном заседании возражала против заявленных исковых требований, по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление (т. 1 л.д. 45-47). Дополнительно пояснила, что работники УНТЦ «Ветеринарный госпиталь» провели необходимый комплекс лечения, направленный на установление правильного диагноза коту. Между оказанной услугой и смертью кота отсутствует причинно-следственная связь, потому исковые требования удовлетворению не подлежат.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Саратовской области в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, об отложении судебного заседании не просил.

Суд, с учетом мнения истца и представителя ответчика, в силу ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося представителя третьего лица.

Выслушав пояснения истца и представителей ответчика, показания экспертов, свидетелей, исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

В силу ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с чт. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

При этом, согласно ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (п. 1). Правила настоящей главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских услуг (п. 2).

В силу ст. 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Согласно абз. 7-8 п. 1 ст. 29 Закона РФ от 07 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее по тексту – Закон о защите прав потребителей), потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора. Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

В соответствии с п. 27 Постановления Правительства РФ от 04 октября 2012 г. № 1006 «Об утверждении Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг» исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида.

Согласно п. 28 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

В соответствии со ст. 4 Закон о защите прав потребителей исполнитель обязан оказать услугу, качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве услуги исполнитель обязан оказать услугу, соответствующую обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар услуга такого рода обычно используется.

За нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором. Изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом (ст. 13 Закона о защите прав потребителей).

В п.п. 28 и 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере). Исключение составляют случаи оказания услуг ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен на услугу гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков.

Судом установлено и не оспорено сторонами, что с 01 мая 2010 г. по 08 сентября 2021 г. ФИО1 обращалась в ветеринарную клинику «Дон Терьеро» (ИП ФИО3), расположенную по адресу: <...>, за оказанием медицинской помощи её домашнему питомцу – коту «Кузя» (т. 1 л.д. 65-71, 92-96).

21 февраля 2017 г. ФИО1 обращалась к ИП ФИО3, где животному назначен курс антибиотиков, итогом лечения стало выздоровление.

25 августа 2021 г. истец обратилась в указанную ветеринарную клинику в связи с проблемами дыхания своего питомца. Прием проводила врач ФИО3 На основании общего клинического осмотра животному поставлен предварительный диагноз – «Т 38.4 бронхопневмания».

С 25 августа 2021 г. по 08 сентября 2021 г. в отношении питомца истца проводились лечебные мероприятия по «принятой схеме», как следовало из пояснений врача: четыре дня подряд уколы один раз в сутки вечером, затем еще два раза через день (всего шесть явок на инъекции в течение 8 календарных дней).

Данные обстоятельства подтверждаются приобщенной к материалом дела «Картой пациента- кота «Кузя», которую вела ответчик ИП ФИО3

08 сентября 2021 г. в 12 часов 00 минут ФИО1 обратилась в «Ветеринарный госпиталь», расположенный по адресу: <...>, за оказанием медицинской помощи ее питомцу. Согласно рентгеновского снимка питомцу поставлен диагноз» плеврит, пневмания, пневматоз ЖКТ. Стоимость оказанной услуги составила 350 руб. (т. 1 л.д. 12).

ФИО1 при помощи карты «Халва» приобрела в ООО «Магнолия» препарат эспумизан в капсулах стоимостью 351 руб. (т. 1 л.д. 15).

Как следует из ответа обращение Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Саратовской области от 04 октября 2021 г., истцу ФИО1 разъяснено право на обращение в медицинское учреждение по вопросу проведения медицинской экспертизы (т. 1 л.д. 18-19, 81).

29 ноября 2021 г. ФИО1 обратилась в ФГБОУ ВО «Вавиловский университет» с претензией, в которой указала, что ее права нарушены вследствие неквалифицированно оказанной услуги, в связи с чем, она просит вернуть ей денежные средства в размере 1 701 руб., оплаченные за рентгеновский снимок, а также компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб. (т. 1 л.д. 10).

01 декабря 2021 г. ФИО1 обратилась к ИП ФИО3 с претензией, в которой указала, что ее права были нарушены в виду некачественно оказанной услуги, в связи с чем, она просит вернуть ей денежные средства в размере 8 300 руб., оплаченные за лечение ее питомца, а также компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб. (т. 1 л.д. 63).

09 декабря 2021 г. ФГБОУ ВО «Вавиловский университет» направил в адрес ФИО1 ответ на претензию, согласно которого со стороны работников УНТЦ «Ветеринарный Госпиталь» ФГБОУ ВО Саратовский ГАУ был проведен необходимый комплекс мероприятий, направленный на установление диагноза животного. Документы о причине гибели животного не представлены. В связи с чем отсутствуют основания полагать о наличии причинно-следственной связи между неправильными действиями работников УНТЦ «Ветеринарный Госпиталь» ФГБОУ ВО Саратовский ГАУ и произошедшей гибелью животного (т.1 л.д. 11).

11 декабря 2021 г. ИП ФИО3 в адрес ФИО1 направлен ответ на претензию, согласно которого врачами клиники питомцу истца была оказана ветеринарная помощь и даны рекомендации по лечению по общепринятой схеме 25 августа 2021 г. по 08 сентября 2021 г. «бронхопевмонии». Мнение истца о нерациональности и неэффективности проведенного лечения является бездоказательным, так как не было проведено каких-либо исследований (патологоанатомического вскрытия), позволивших определить патологоанатомический диагноз заболевания, установления анатомических изменений, вызванных заболеваниями, и диагностики причин смерти (т. 1 л.д. 64).

28 февраля 2022 г. ФИО1 обратилась в ФГБОУ ВО «Вавиловский университет» с заявлением о выдаче ей документа, подтверждающего оплату за оказанную ей услугу «рентгеновский снимок», за которую она оплатила 1 000 руб. (т. 1 л.д. 13).

21 марта 2022 г. ФГБОУ ВО «Вавиловский университет» направил в адрес ФИО1 ответ на заявление, согласно которому истцу было оказано две ветеринарные услуги в виде рентгенодиагностики. В подтверждение оплаты за оказанные услуги был выдан контрольно-кассовый чек, выдача дубликата контрольно – кассового чека не предусмотрена законодательством РФ (т. 1 л.д. 14).

В силу со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которых основывает свои требования либо возражения.

Согласно ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам. При уклонении стороны от участия в экспертизе, непредоставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.

В ходе судебного заседания от истца поступило ходатайство о назначении по делу судебной ветеринарной экспертизы.

В соответствии с выводами, изложенными в заключении эксперта ООО «Авангард Эксперт» № от 06 марта 2023 г., коту «Кузя» оказаны ветеринарные услуги надлежащего качества в соответствии установленными ветеринарными стандартами. В предоставленных материалах данные, свидетельствующие о возможных ошибках ветеринарных врачей при постановке диагноза, отсутствуют. Негативного влияния на состояние здоровья кота «Кузя» ветеринарных услуг, оказанных ФГБОУ ВО «Саратовский государственный университет генетики, биотехнологии и инженерии имени Н.И. Вавилова» в лице учебно-научно-технологического центра «Ветеринарный госпиталь» и ИП ФИО3 не установлено (т. 1 л.д. 126-135).

Эксперт ФИО4 в ходе судебного заседания дал пояснения аналогичные экспертному заключению, поддержав выводы экспертизы. Также сообщил, что с 2001 года по 2009 год работал в Ветеринарном госпитале ФГБОУ ВО «Вавиловский университет». Также ранее с ним и ФГБОУ ВО «Вавиловский университет» заключен был заключен гражданско-правовой договор, предметом которого являлось обучение студентов по дисциплине «Ветеринария». ФИО4 также пояснил, что оценить правильно ли врач ФИО5, проводившая осмотр кота, установила диагноз не представляется возможным, поскольку вскрытие животного не проводилось. На вопросы суда о необходимости проведения коту «Парацентеза»-прокола грудной клетки, эксперт ответа не представил.

При вынесении определения о назначении экспертизы от 30 января 2023 г. суд, указал, что производство экспертизы поручено экспертам ООО «Авангард Эксперт».Согласно ч. 1 ст. 84 ГПК РФ экспертиза проводится экспертами судебно-экспертных учреждений по поручению руководителей этих учреждений или иными экспертами, которым она поручена судом.

По смыслу приведенной нормы, если проведение экспертизы судом поручено судебно-экспертному учреждению, выбор экспертов из числа экспертов данного экспертного учреждения осуществляет руководитель этого учреждения, а если суд поручает проведение экспертизы конкретным экспертам, то она должна быть проведена именно этими экспертами.

На основании ст. 14 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» руководитель обязан, в том числе, по получении постановления или определения о назначении судебной экспертизы поручить ее производство конкретному эксперту или комиссии экспертов данного учреждения, которые обладают специальными знаниями в объеме, требуемом для ответов на поставленные вопросы; по поручению органа или лица, назначивших судебную экспертизу, предупредить эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, взять у него соответствующую подписку и направить ее вместе с заключением эксперта в орган или лицу, которые назначили судебную экспертизу.

Руководитель не вправе самостоятельно без согласования с органом или лицом, назначившими судебную экспертизу, привлекать к ее производству лиц, не работающих в данном учреждении.

В ст. 15 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» закреплено право руководителя судебно-экспертного учреждения ходатайствовать перед органом или лицом, назначившими судебную экспертизу, о включении в состав комиссии экспертов лиц, не работающих в данном учреждении, если их специальные знания необходимы для дачи заключения.

Из приведенных положений закона в их системной взаимосвязи следует, что производство судебной экспертизы по определению суда должно быть выполнено сотрудниками того экспертного учреждения, которому поручено производство экспертизы, а при отсутствии в штате экспертного учреждения эксперта, обладающего необходимыми для разрешения вопросов, изложенных в определении суда о назначении экспертизы, познаниями, руководитель экспертного учреждения вправе привлечь его на основании гражданско-правового договора только по согласованию с судом.

Из представленного экспертного заключения ООО «Авангард Эксперт» и приложенных к нему документов следует, что эксперт ФИО4 на момент производства экспертизы не состоял в штате экспертного учреждения. Ходатайств руководителя экспертного учреждения о привлечении эксперта ФИО4 для производства судебной экспертизы материалы дела не содержат. В материалах дела имеются письменные доказательства, свидетельствующие, что с 11 апреля 2023 г. в списках сотрудников ФГБОУ ВО «Вавиловский университет» не значится. Между тем, из расписания на 2 семестр 2022-2023 год учебного года факультета ветеринарной медицины 5 курса ФГБОУ ВО «Вавиловский университет» следует, что ФИО4 проводит лекции (занятия) на тему «Патологии с/х Птицы», с 2017 года является ассистентом кафедры морфологии, патологии животных и биологии, СГАУ им. Н.В. Вавилова.

Потому суд, признает данное заключение недопустимым доказательством и не принимает его во внимание.

Согласно ч. 2 ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

В ходе судебного заседания от истца поступило ходатайство о назначении повторной судебной ветеринарной экспертизы для установления качества оказанных ветеринарных услуг, в связи с наличием противоречивых выводов экспертного заключения.

Судом на основании ходатайства стороны истца назначена повторная ветеринарная экспертиза, производство которой поручено экспертам МОО «Национальная коллегия судебных экспертов ветеринарной медицины и биоэкологи».

В соответствии с выводами, изложенными в заключении эксперта МОО «Национальная коллегия судебных экспертов ветеринарной медицины и биоэкологи» от 10 мая 2023 г., однозначно качество ветеринарной услуги определить не представляется возможным ввиду непредставления истории болезни и/или журнала по регистрации больных животных, содержащих полные сведения о клиническом обследовании кота, а также подтверждающие обоснованность поставленного диагноза. Диагностические исследования выполнены не в полном объеме, что требовалось для установки клинического диагноза коту. Стационарное лечение животных не регламентировано ветеринарным законодательством, выполняется при наличии технической возможности ветеринарной лечебной организации и только в рамках договорных обязательств.

Были ли допущены врачом (врачами) какие – либо ошибки при постановке диагноза коту «Кузя» определить не представляется возможным ввиду не предоставления полной истории болезни и/или журнала по регистрации больных животных, содержащих сведения о клиническом обследовании кота. В историях болезни, представленных в материалах дела, не содержатся сведения по результатам клинического обследования животного. Негативные последствия, указанные в исковом заявлении установить однозначно не представляется возможным, ввиду того, что не проведено патологоанатомическое исследование трупа кота.

Причинно – следственная связь оказанными ветеринарными услугами коту «Кузя» в 2017 г., с его заболеванием в 2021 г. не установлена. Влияние ветеринарных услуг, оказанных ФГБОУ ВО «Саратовский государственный университет генетики, биотехнологии и инженерии имени Н.И. Вавилова», ИП ФИО3 на состояние здоровья животного не установлено (т. 2 л.д. 12-19).

Эксперт ФИО6 в ходе судебного заседания, проводимого посредством видео-конференцсвязи дал пояснения аналогичные экспертному заключению, поддержав выводы экспертизы. Дополнительно пояснил, что для уточнения клинического диагноза, обследование животного проведено не в полном объеме. Не проведены исследования крови, в частности, и конкретно не был установлен клинический диагноз по неизвестной мне причине, потому что диагноз в деле не содержится. Причиной не проведения дополнительного исследования могло быть усмотрение врача, либо отказ потребителя от услуг.

Исходя из рентгена животного следует, что в желудочно-кишечном тракте отмечается пневматизация, это скопление воздуха. Также четко прослеживается подозрение на новообразование, потому что сильно смещена траектория трахеи, т.е. она нетипично локализована. В таких случаях, если есть подозрение на новообразование грудной полости, требуется целый комплекс дополнительных исследований. Но часть исследований очень опасна. Торакоцентез – забор специальной жидкости из грудной полости либо даже возможно биопсию или МРТ. МРТ не везде есть, даже не в каждом городе. Проведение Торакоцентеза - оно проводится обязательно при хорошем оборудовании, возможно даже под наркозом, для исключения всяческих рисков. В легких не визуализируется типичных признаков, которые характерны для пневмонии. Единственное, сгущение рисунка в одной доли легкого, оно вызвано ателектазом. Ателектаз-это спадание легкого. Как правило, спадание легкого идет вследствие какой-то компрессии. Поскольку жидкости особо на рентгеновском снимке не видно, то соответственно у животного имелось подозрение на новообразование, которое необходимо было исключать. Также эксперт пояснил, что если в частной клинике отсутствует рентген, то в практике направляют в другое место для проведения рентгена. По вопросу оказания полного перечня оказания платных услуг эксперт однозначно ответить не смог, поскольку в истории болезни кроме температуры, клинических данных животного, иная информация отсутствует. Данные обстоятельства можно расценить как недостаток заполнения документов.

Поскольку эксперт не дал однозначного ответа по надлежащему (качественному) оказанию ветеринарной услуги по причине отсутствия патологоанатомического заключения (вскрытия животного).

Кроме того, АНО «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» дано заключение по результатам рецензирования ветеринарного исследования от 03 июля 2023 г. № в ходе которого выявлен ряд нарушений при оказании услуг животному.

Специалист ФИО7 указывает на нарушения ГОСТ Р 58090-2018 «Клиническое обследование-животных. Общие требования». Так, в п. 5.3.2.1. к основным методам объективного исследования непродуктивного животного относят: общий клинический осмотр, определение частоты сердечных сокращений, определение веса (массы) тела животного. В п. 6 указано, что обследование больного непродуктивного животного с заболеваниями системы органов дыхания может включать в себя: общий клинический осмотр, рентгенологические исследования, эндоскопические исследования, гематологические исследования крови, цитологические исследования, микробиологические исследования, паразитологические исследования.

Оценив заключения судебных экспертиз, рецензии по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд пришел к выводу о том, что экспертное заключение МОО «Национальная коллегия судебных экспертов ветеринарной медицины и биоэкологи» от 10 мая 2023 г., полностью соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, экспертиза проведена компетентным экспертом, имеющим стаж работы в соответствующих областях экспертизы, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (повторно судом посредством видеоконференц-связи), в нем подробно изложены ответы на поставленные вопросы суда и за рассматриваемый период времени.

Учитывая изложенное, оценивая в совокупности представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, у суда отсутствуют основания ставить под сомнение выводы судебной экспертизы МОО «Национальная коллегия судебных экспертов ветеринарной медицины и биоэкологи», результаты которой являются ясными, понятными и соответствующими обстоятельствам разрешаемого спора.

При таких обстоятельствах суд принимает указанное заключение эксперта МОО «Национальная коллегия судебных экспертов ветеринарной медицины и биоэкологи» в качестве допустимого доказательства по делу.

Оценив представленные доказательства, установив, что для полного, объективного и достоверного вывода о качестве оказываемых платных услуг необходимо патологоанатомическое (гистологическое) исследование, суд приходит к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между оказанными услугами и наступившими последствиями в виде смерти животного, что подтверждается выводами судебных экспертиз.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО8 пояснил, что кот его матери (ФИО1) заболел, в связи с чем, она обратилась в ветеринарную клинику возле дома, но коту стало хуже. Он лично возил свою мать с котом в ветеринарную клинику, где животному диагноз не поставили. 09 сентября 2021 г. кот умер, он вместе с истцом ФИО1 его захоронил по направлению к своей даче, какого-либо вскрытия животного не проводилось.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО5, проводившая осмотр кота пояснила, осенью 2021 года к ней обращалась ФИО1, которая с собой привела светлого кота. У кота было неудовлетворительное состояние, отдышка. Животному оказаны услуги: рентген, диагностика и осмотр, в том числе прослушивание кота. В письменной форме каких-либо рекомендаций не давалось, относительно процедуры взвешивания животного ФИО5 не помнит. Установлен диагноз, пневмония, плеврит, новообразования легких, пневматоз кишечника. Истцу рекомендована дополнительная диагностика, в том числе торокоскопия с аспирацией. Услуга по анализу крови коту не оказывалась. В истории болезни должен быть весь анамнез животного, а также установленный диагноз. В клинике отсутствует МРТ или КТ, однако возможность проведения торакоскопии животному в клинике имеется. Причины непроведения торакоскопии животному ФИО5 неизвестны, данную операцию проводят другие врачи.

Показания свидетелей последовательны, конкретны, не верить им, у суда нет оснований.

В соответствии с п. 7 Постановления Правительства РФ от 06 августа 1998 г. № 898 «Об утверждении Правил оказания платных ветеринарных услуг» исполнитель обеспечивает применение лекарственных средств и методов, исключающих отрицательное влияние на животных при диагностике, лечении и профилактике, высокоэффективных ветеринарных препаратов и методов ветеринарного воздействия; гарантирует безопасность ветеринарных мероприятий для здоровья и продуктивности животных, жизни и здоровья потребителя, а также окружающей среды.

Согласно п. 9 Постановления Правительства РФ от 06 августа 1998 г. № 898 «Об утверждении Правил оказания платных ветеринарных услуг» исполнитель принимает заказы на платные ветеринарные услуги (работы), соответствующие профилю его деятельности.

Платные ветеринарные услуги оказываются исполнителем на основании заключения договора, оформления абонементного обслуживания или выдачи жетона, талона, кассового чека, квитанции или других документов установленного образца (п. 10). Исполнитель обязан своевременно информировать потребителя о том, что соблюдение указаний потребителя и иные обстоятельства, зависящие от потребителя, могут снизить качество оказываемой ветеринарной услуги или повлечь за собой невозможность ее завершения в срок (п. 11). Если потребитель, несмотря на своевременное и обоснованное информирование исполнителем, в разумный срок не заменит непригодный или недоброкачественный материал, не изменит указаний о способе оказания ветеринарной услуги либо не устранит иных обстоятельств, которые могут снизить качество оказываемой услуги, исполнитель вправе расторгнуть договор о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков (п. 12).

При этом исходя из положений ст. 10 Закона о защите прав потребителей, ст. 18 Федерального закона Российской Федерации от 14 мая 1993 г. № 4979-1 «О ветеринарии», специалист в области ветеринарии должен донести до рядового гражданина информацию о здоровье его питомца и потребовать выполнения своих рекомендаций, несмотря ни на какие требования хозяина, которые хозяин животного должен выполнять.

По делам о компенсации морального вреда бремя доказывания причинения вреда при определенных обстоятельствах и конкретным лицом, возложена на истца, однако из-за отсутствия патологоанатомического исследования, установить причину смерти кота невозможно.

Поскольку судом не установлены обстоятельства оказания ответчиками платных ветеринарных услуг повлекшие смерть животного, а также не установлена причинно – следственная связь между проведенным обследованием (лечением) ИП ФИО3, ФГБОУ ВО «Саратовский государственный университет генетики, биотехнологии и инженерии имени Н.И. Вавилова» и обращением истца за платными медицинскими услугами, а также несением истцом расходов на лечение своего здоровья в размере 8 548 руб. 80 коп., суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца в части расторжения договоров на оказание ветеринарных услуг, заключенных между истцом и ответчиками; взыскании с ответчиков в пользу истца суммы в размере 4 466 руб., оплаченной при заключении договоров на оказание ветеринарных услуг; взыскании с ответчиков в пользу истца суммы в размере 8 548 руб. 80 коп., оплаченной истцом при обращении за платными медицинскими услугами на ее лечение.

Согласно ст. 29 Закона о защите прав потребителей потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать, в том числе, полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги).

В соответствии со ст. 15 Закона РФ от 07 февраля 1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Поскольку моральный вред определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги), а должен основываться на характере и объеме причиненных потребителю нравственных и физических страданий в каждом конкретном случае.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания ветеринарной услуги, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании ветеринарной услуги пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания ветеринарной услуг, повлияли ли выявленные дефекты оказания ветеринарной услуги на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания животного (способствовали ухудшению состояния его здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению прав потребителя.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание ветеринарной услуги, в частности отсутствие вины в оказании ветеринарной услуги, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать животному необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На ветеринарных врачей возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст.ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

В соответствии с п. 1 ст. 10 Закона РФ "О защите прав потребителей", исполнитель обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Пунктом 7 Правил оказания платных ветеринарных услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 06 августа 1998 года № 898, исполнитель обеспечивает применение лекарственных средств и методов, исключающих отрицательное влияние на животных при диагностике, лечении и профилактике, высокоэффективных ветеринарных препаратов и методов ветеринарного воздействия, гарантирует безопасность ветеринарных мероприятий для здоровья и продуктивности животных, жизни и здоровья потребителя, а также окружающей среды.

Между тем ИП ФИО3, ФГБОУ ВО «Вавиловский университет» не представили суду достоверные и достаточные доказательства, опровергающие доводы истца либо подтверждающие отсутствие вины в указанной предоставления необходимой истцу информации об оказании платных ветеринарных услуг.

Доводы ответчика о надлежащем оказании ветеринарных услуг являются несостоятельными, они основаны на ошибочном толковании подлежащего применению к спорным правоотношениям законодательства, фактических обстоятельств.

При определении оснований и размера взыскания в пользу истца компенсации морального вреда суд учитывает, что ответчиками медицинская карта (сведения о животном) велась не надлежащим образом, вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ ответчики не представили в суд письменный отказ истца от проведения дополнительного лечения (обследования) животного, эксперт в судебном заседании однозначно не смог ответить по вопросу обоснованности поставленного диагноза, проведения полного комплекса ветеринарных услуг, в целях правильного и своевременного лечения кота, показания свидетеля ФИО5 свидетельствует об отсутствии письменного отказа потребителя от дополнительных услуг, в том числе по исследованию крови, не проведения хирургического вмешательства.

Таким образом, с учетом конкретных обстоятельств дела, в том числе не оказанной в полном объеме ветеринарной услуги, неудовлетворения требований потребителя в добровольном порядке в течение длительного периода времени, частичной вины исполнителя в нарушении прав потребителя, а также принципов разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с ответчика ФГБОУ ВО «Саратовский государственный университет генетики, биотехнологии и инженерии имени Н.И. Вавилова» в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб., с ответчика ИП ФИО3 в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб.

В соответствии с ч. 6 ст. 13 Закона «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В добровольном порядке требования истца о компенсации убытков удовлетворены ответчиками не были, в связи с чем, в силу императивной нормы закона, установленной ч. 6 ст. 13 Закона «О защите прав потребителей» с ответчиков полежит взысканию штраф. Размер штрафа в рассматриваемом случае составляет 10 000 руб. (20 000 руб./50%), то есть по 10 000 руб. с каждого ответчика в пользу истца.

Со стороны ответчиков ходатайств о снижении размера штрафа в порядке ст. 333 ГК РФ заявлено не было.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В соответствии с п. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам; расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

Истцом понесены почтовые расходы в размере 243 руб. 50 коп. (т. 1 л.д. 62), данные расходы оцениваются судом как судебные расходы и подлежащие взысканию с ответчика в пользу истца в полном размере. В остальной части иска к ответчикам следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Саратовский государственный университет генетики, биотехнологии и инженерии имени Н.И. Вавилова» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт серия №) компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., штраф в размере 10 000 руб.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт серия № №) компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., штраф в размере 10 000 руб., почтовые расходы в размере 243 руб. 50 коп.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Саратовский государственный университет генетики, биотехнологии и инженерии имени Н.И. Вавилова» в лице учебно-научно-технологического центра «Ветеринарный госпиталь», индивидуальному предпринимателю ФИО3 отказать.

На решение суда может быть подана в Саратовский областной суд апелляционная жалоба через Октябрьский районный суд г. Саратова в течение месяца со дня изготовления решения суда в мотивированной форме.

Судья /подпись/ Д.В. Апокин

В мотивированной форме решение суда изготовлено 17 июля 2023 г.

Копия верна, подлинник решения находится в деле № 2-500/2023