Решение по делу № 2-366/2023 от 30.03.2023 - о взыскании компенсации морального вреда.

Дело №

УИД №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«30» марта 2023 года город Тында

Тындинский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Крегеля А.А.,

при секретаре Донских А.В.,

с участием представителя истца – адвоката Покшиванова С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 <данные изъяты> к ООО «ПромТрансИнвест» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим исковым заявлением, указав, что на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ она была принята на работу в ООО «ПромТрансИнвест» на должность «проводник пассажирского вагона 3 разряда». ДД.ММ.ГГГГ находясь на работе, при падении с высоты, она получила травму. Согласно медицинского заключения формы № ей был установлен диагноз и код диагноза по МКБ-10: ампутационная культя правой верхней конечности на уровне с/3 плеча (Т92.6). Срастающийся вертикальный перелом крестца справа, со смещением S32.8. Срастающийся внутрисуставной перелом тела и верхней ветви лобковой кости слева, со смещением S32.5. Срастающийся перелом нижней ветви лобковой кости слева со смещением S32.5. Срастающийся перелом верхней и нижней ветвей лобковой кости справа, без смещения S32.5. Нижний умеренный парапарез до выраженного в проксимальных отделах G 11.4. Согласно акта о несчастном случае на производстве (форма н-1) причинами несчастного случая являются: неудовлетворительная организация производства работ, в том числе недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда. Работодателем нарушен ряд норм и требований Трудового кодекса РФ, примерного положения о системе управления охраной труда, утвержденного приказом Минтруда России от 29 октября 2021 г. № 776, Правил по охране труда при эксплуатации подвижного состава железнодорожного транспорта, утвержденных Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации № 860 н от 29 декабря 2018 г. Размер компенсации причиненного ей морального вреда оценивает в 3 000 000 руб.

Просит взыскать с ответчика в её пользу компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО1, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела не явилась, обеспечила участие в судебном заседании своего представителя – адвоката Покшиванова С.В.

Представитель ответчика ООО «ПромТрансИнвест», надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, просил обеспечить возможность его участия с использованием видео-конференц-связи, однако в ответ на неоднократные заявки суда об организации проведения судебного заседания с использованием ВКС с предлагаемыми ответчиком судами было отказано в связи с отсутствием технической возможности организации ВКС (л.д. 50, 78).

Судом, на основании ст. 167 ГПК РФ определено о рассмотрении дела в отсутствие указанных лиц.

Представитель истца ФИО1 – Покшиванов С.В. в судебном заседании настаивал на удовлетворении заявленных требований. Указал, что в связи с тем, что травма была получена истцом от взаимодействия с источником повышенной опасности, не зависимо от степени вины потерпевшего, моральный вред подлежит возмещению.

От представителя ответчика в адрес суда поступили письменные возражения на иск, из которых следует, что ФИО1 состоит в трудовых отношениях с ООО «ПТИ» на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ по профессии проводник пассажирского вагона 3 разряда. Несчастный случай произошел ДД.ММ.ГГГГ на участке Дальневосточной железной дороги на перегоне Хани-Усколь. Сама истица уверяет, что после ст. Усколь состав следовал медленного, она взяла два ведра и пошла за углем на платформу, как всегда делала. Истица вышла на платформу с ведрами, наклонилась, заполнила ведра углем. Возвращаясь обратно в вагон, левой ногой наступила в свободное пространство на полу платформы, на котором частично отсутствовали доски. В этот момент локомотив прибавил ходу и произошел удар свободного хода стыка вагонов, после чего ФИО1 начала вынимать ногу из свободного пространство в полу, потеряла равновесие и выпала из платформы с левой стороны по ходу движения на запад. После падения она смутно помнит события. Помнит, что ползла и при этом держала поврежденную руку, после чего встала на ноги и пошла в сторону ст. Хани. Через некоторое время за ней приехал ФИО4 (её сожитель) с мужчинами на гусеничном вездеходе и забрали ее. У нее возник болевой шок, в связи с чем дальнейшие события помнит смутно. Помнит, что ее привезли на ст. Новая Гора, в ГБУЗ «Каларское ЦРБ», где поставили обезболивающие препараты. Ввиду отсутствия в Каларском районе хирурга, ее транспортировали в Муйский район Республики Бурятия, где ампутировали правую руку. Из объяснения ФИО5 машиниста ТЧ 11 следует: ДД.ММ.ГГГГ около 19 часов 00 минут он ехал в составе поезда 2043 по маршруту Юхтали -Хани. На 1871 км. пикет 9 увидел женщину с правой стороны путей по ходу движения поезда. Об этом он сообщил сразу при появлении связи дежурному по станции. По прибытию на ст. Хани лично сообщил дежурному об увиденном. На ст. Хани он попросил узнать все ли проводники на месте в рабочем поезде, тогда и выяснялось, что одного проводника нет и до нее не могут дозвониться. Далее он сдал локомотив и вместе со своим знакомым ФИО2 на его автомобиле проследовали вдоль путей для поиска женщины на путях. На путях они встретили ФИО4 который работал вместе с проводником ФИО1 (по его состоянию было заметно, что он находится в состоянии алкогольного опьянения, от него шел запах алкоголя). Также ФИО4 пояснил, что он и его напарница ФИО1 выпили немного алкоголя. Подобрав ФИО4 они прибыли на 1871 км. пикет 9 перегона Хани-Ускаль. Выйдя из машины ФИО5 увидел, что около путей на левом боку головой в сторону путей лежит женщина. Женщина была в сознании. После чего ФИО5, ФИО4 погрузили ФИО1 в машину и доставили в больницу, которая расположена на ст. Хани. В пути следования ФИО1 была в сознании, говорила, что ей больно, при этом как получила травму не поясняла. Была ли ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения пояснить затрудняется. Согласно справки о результатах химико-токсикологических исследований от ДД.ММ.ГГГГ №, выданной ГАУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер», в крови ФИО1 обнаружен этиловый спирт 0,49 г/л. Согласно п.2.17 должностной инструкции проводника пассажирского вагона, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ директором ООО «ПТИ» ФИО7, проводник пассажирского вагона обязан в отопительный период с 01 сентября по 31 мая, если вагон не находится на электроотоплении, отапливать вагон твердым топливом. При расследовании несчастного случая установлено, что твердое топливо (уголь) хранилось на платформе, которая была прицеплена между двумя пассажирскими вагонами. При расследовании несчастного случая установлено, что при акте осмотра вагона № в угольных стояк имелся в наличии уголь, в вагоне в рундуках с 5 по 7 купе также имеется уголь. Электрооборудование в исправном состоянии. В связи с чем, необходимости у истицы в выходе на платформе во время движения поезда для отопления вагона твердым топливом не было. Согласно справке по расшифровке кассеты регистрации № установлено, что ФИО1 на платформу за твердым топливом вышла при движении поезда. Таким образом, ФИО1 нарушены требования абз.3 ч.2 ст.21 ТК РФ, п.1.19 инструкции по охране труда проводника пассажирского вагона, п.3.2.4, п.3.3.7 Правил внутреннего трудового распорядка. Ответчик считает, что исковое заявление не подлежит удовлетворению по следующим основаниям: истица не представила ясной и обоснованной связи между действиями ответчика и причинением морального вреда, а также не предоставила достаточно убедительных доказательств, подтверждающих факт причинения ей морального вреда; истица нарушила правила безопасности на рабочем месте и поставила себя и других в опасность. Как установлено актом о несчастном случае на производстве по форме Н1 причиной несчастного случая (п. 10 Акта) явилось нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда (код 13), в том числе нахождение пострадавшего в состоянии алкогольного, наркотического и иного токсического опьянения. Согласно акту Н1 ответчиком были предприняты все меры для обеспечения работодателем работнику условиям труда, отвечающие требованием охраны труда: ДД.ММ.ГГГГ был проведён вводный инструктаж по охране труда и первичный инструктаж на рабочем месте. Истица проходила стажировку в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Знания истицы были проверены в соответствии с протоколом № от ДД.ММ.ГГГГ Предсменный осмотр для выполнения работ истицей не требовался, в связи с чем, не проводился. Таким образом, учитывая отсутствие какой-либо мотивировки о сумме взыскания морального вреда и отсутствие виновных действий ответчика, сторона ответчика не находит оснований для взыскания морального вреда, а сумму заявленную к взысканию завышено необоснованной. Просит в удовлетворении требований ФИО1 отказать.

Выслушав объяснения представителя истца, исследовав имеющиеся в деле доказательства, и дав им юридическую оценку в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и не оспаривалось сторонами по делу, ФИО1 состояла в трудовых отношениях с ООО «ПромТрансИнвест» с ДД.ММ.ГГГГ в должности проводника пассажирского вагона 3 разряда, что подтверждается личной карточкой работника ФИО1, трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 33 минут со ФИО1 произошел несчастный случай на производстве, в связи с чем, был составлен акт о несчастном случае на производстве по форме № отДД.ММ.ГГГГ (л.д. 6-16).

Из указанного акта о несчастном случае на производстве следует, что ДД.ММ.ГГГГ со ФИО1 произошел несчастный случай, в результате которого ФИО1 получила травмы.

Основной причиной несчастного случая явилась: неудовлетворительная организация производства работ, в том числе недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда. В связи с эти нарушены следующие законодательные и нормативные требования:

абз. 5, 7 ч. 2 ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которым работодатель обязан обеспечить систематическое выявление опасностей и профессиональных рисков, их регулярный анализ и оценку; разработку мер, направленных на обеспечение безопасных условий и охраны труда, оценку уровня профессиональных рисков перед вводом в эксплуатацию производственных объектов, вновь организованных рабочих мест;

ст. 218 ТК РФ, согласно которой при обеспечении функционирования системы управления охраной труда работодателем должны проводиться системные мероприятия по управлению профессиональными рисками на рабочих местах, связанные с выявлением опасностей, оценкой и снижением уровней профессиональных рисков;

п. 25 Примерного положения о системе управления охраной труда, утвержденного приказом Минтруда России от 29 октября 2021 г. № 776;

ч. 2 ст. 22 ТК РФ, согласно которой работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров, предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором, обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда;

ч. 2 ст. 214 ТК РФ работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников;

п. 4 Правил по охране труда при эксплуатации подвижного состава железнодорожного транспорта, утвержденных Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации № 860 н от 29.12.2018 г., согласно которому работодатель должен обеспечить безопасную эксплуатацию железнодорожного подвижного состава, безопасность производственных процессов и используемых материалов, соответствие технологической документации по эксплуатации и техническому обслуживанию железнодорожного подвижного состава государственным нормативным требованиям охраны труда;

п. 5 Правил по охране труда при эксплуатации подвижного состава железнодорожного транспорта, утвержденных Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации № 860 н от 29.12.2018 г., согласно которому работодатель обязан обеспечить контроль за соблюдением требований Правил, а также правил и инструкций по охране труда при эксплуатации железнодорожного подвижного состава, разрабатываемых работодателем.

Сопутствующими причинами явились: нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда (код13), в том числе нахождение пострадавшего в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения (код 13.1) В связи с этим нарушены следующие локальные и нормативные требования:

согласно абз. 3 ч. 2 ст. 21 ТК РФ, согласно которой работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором;

п.1.19 инструкции по охране труда проводника пассажирского вагона во время подготовки вагона в рейс и в пути следования запрещается: производить какую-либо работу, передвигаться по открытой железнодорожной платформе в составе поезда при движении поезда, находится в состоянии алкогольного, токсического или наркотического опьянения;

п.3.2.4 Правил внутреннего трудового распорядка установлено, что работник обязан: соблюдать трудовую дисциплину, соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда;

п.3.3.7 работникам запрещается приносить с собой и употреблять в рабочее время на территории работодателя алкогольные напитки, наркотические и токсические вещества.

Лицами, допустившими нарушения требования охраны труда являются:

Директор ООО «ПромТрансИнвест» ФИО7, нарушила абз. 5, 7 ч. 2 ст. 214 ТК РФ, ст. 218 ТК РФ, п. 25 Примерного положения о системе управления охраной труда, утвержденного приказом Минтруда России от 29.10.2021 № 776, ч.2 ст. 22 ТК РФ, ст.209 ТК РФ, ч.2 ст.214 ТК РФ, п. 4, 5 Правил по охране труда при эксплуатации подвижного состава железнодорожного транспорта, утвержденных Министерством труда и социальной зашиты Российской Федерации № 860 н от 29.12.2018 г.;

ФИО1 <данные изъяты> - проводник пассажирского вагона. Нарушила абз. 3 ч. 2 ст.21 ТК РФ, п.1.19 инструкции по охране труда проводника пассажирского вагона, п.3.2.4, п.3.3.7 Правил внутреннего трудового распорядка.

Согласно медицинского заключения формы № ФИО1 установлен диагноз и код диагноза по МКБ-10: ампутационная культя правой верхней конечности на уровне с/3 плеча (Т92.6). Срастающийся вертикальный перелом крестца справа, со смещением S32.8. Срастающийся внутрисуставной перелом тела и верхней ветви лобковой кости слева, со смещением S32.5. Срастающийся перелом нижней ветви лобковой кости слева со смещением S32.5. Срастающийся перелом верхней и нижней ветвей лобковой кости справа, без смещения S32.5. Нижний умеренный парапарез до выраженного в проксимальных отделах G 11.4.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Причинение вреда является основанием возникновения деликтного обязательства в совокупности со следующими условиями: а) противоправность действия (бездействия); б) факт причинения вреда; в) причинная связь между действием (бездействием) и причинением вреда; г) вина причинителя.

Таким образом, для удовлетворения требований о возмещении вреда необходимо наличие одновременно всех вышеуказанных условий.

Суд полагает, что в настоящем случае все основания возникновения деликтного обязательства находят свое подтверждение, в частности: судом установлен факт противоправности ООО «ПромТрансИнвест», выраженный в несоблюдении работодателем требований абз. 5, 7 ч. 2 ст. 214 ТК РФ, ст. 218 ТК РФ, п. 25 Примерного положения о системе управления охраной труда, утвержденного приказом Минтруда России от 29.10.2021 № 776, ч.2 ст. 22 ТК РФ, ст.209 ТК РФ, ч.2 ст.214 ТК РФ, п. 4, 5 Правил по охране труда при эксплуатации подвижного состава железнодорожного транспорта, утвержденных Министерством труда и социальной зашиты Российской Федерации № 860 н от 29.12.2018 г., при осуществлении истцом своих рабочих функций; факт причинения вреда здоровью ФИО1 установлен в ходе рассмотрения спора; причинная связь между несоблюдением работодателем вышеуказанных требований закона и получением ФИО1 травмы, прослеживается; а также факт наличия неосторожной формы вины в виде небрежности в бездействии ООО «ПромТрансИнвест», которое не предвидело возможности того, что ФИО1 получит повреждения, в результате того, что работодатель в полном объеме не исполнял требования законодательства по охране труда, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (ст. 2 и 7, ч. 1 ст. 20, ст. 41 Конституции РФ).

К числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека относится и право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, которое является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленного в Конституции Российской Федерации.

В развитие положений Конституции РФ приняты соответствующие законодательные акты, направленные на защиту здоровья граждан и возмещение им вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья. Общие положения, регламентирующие условия, порядок, размер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, содержатся в ГК РФ (глава 59).

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

В силу ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В силу ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье - это нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения.

Пунктом 2 ст. 150 ГК РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров, обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №1 от 26 января 2010 г. «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

Согласно ч. 1 ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, он считается виновным в получении работником вреда здоровью в процессе трудовой деятельности, если не докажет иное. Неправомерность действий или бездействия работодателя при нарушении права работника на безопасные условия труда также не требуется доказывать работнику. Работодатель может быть освобожден от компенсации работнику морального вреда, если представит доказательства, что физические и (или) нравственные страдания были причинены работнику вследствие действия непреодолимой силы либо умысла самого работника.

Согласно статьи 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Факт несчастного случая на производстве подтвержден актом Н-1, согласно которому причинами несчастного случая являются: неудовлетворительная организация производства работ, в том числе недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда.

Установлено, что лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, являются директор Общества с ограниченной ответственность «ПромТрансИнвест» ФИО7, и проводник пассажирского вагона ФИО1

Таким образом, обстоятельств, которые исключали бы ответственность ответчика, судом не установлено.

Доводы представителя ответчика о том, что несчастный случай произошел в связи с нарушением ФИО1 нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, в том числе нахождение пострадавшего в состоянии алкогольного, наркотического и иного токсического опьянения, суд считает необоснованными, поскольку совокупность исследованных по делу доказательств позволяет суду сделать вывод о том, что несчастный случай произошел как по вине работодателя, так и по вине самого работника ФИО1

Как установлено ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может, возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации). Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Аналогичные разъяснения были приведены и в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», действовавшим на момент произошедшего несчастного случая – ДД.ММ.ГГГГ

Таким образом, истец имеет право на возмещение вреда ответчиком, поскольку в момент несчастного случая ФИО1 находилась при исполнении трудовых обязанностей с ответчиком.

По вине ответчика истица получила травма – травматическая ампутация правой верхней конечности, вертикальный перелом крестца справа, со смещением, срастающийся внутрисуставной перелом тела и верхней ветви лобковой кости слева, со смещением, срастающийся перелом нижней ветви лобковой кости слева со смещением, срастающийся перелом верхней и нижней ветвей лобковой кости справа, без смещения.

Из материалов дела следует, что истцу причинены невосполнимые нравственные страдания, то есть моральный вред, является очевидным и не нуждается в доказывании. Полученная травма по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое и физическое благополучие истца.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В силу ч. 2 ст. 151 и ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, который оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В настоящем случае суд не усматривает в действиях ФИО1 грубой неосторожности, вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда присужденной в пользу истца, суд учитывает нарушение ФИО1 требований охраны труда, а именно нахождение на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, в связи с чем заявленные требования подлежат частичному удовлетворению.

В силу ст. 56 ч.1 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, руководствуясь положениями ст. 151, 1064, 1083, 1101 ГК РФ, исходя из характера и степени физических и нравственных страданий ФИО1, её возраста, состояния субъективного эмоционального расстройства и переживания ФИО1, испытавшей физический и болевой шок, длительности лечения, конкретных обстоятельств, при которых была причинена травма, требований разумности и справедливости, приходит к выводу о частичном удовлетворении требований и взыскании с ООО «ПромТрансИнвест» компенсации морального вреда в размере 500 000 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных требований суд полагает необходимым отказать.

Других доказательств, сторонами не представлено, а суд в соответствии с требованиями ст.195 ГПК РФ основывает решения только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

При подаче искового заявления, истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, в связи с чем, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 руб.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1 <данные изъяты> – удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «ПромТрансИнвест» в пользу ФИО1 <данные изъяты> компенсацию морального вреда размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных требований – отказать.

Взыскать с ООО «ПромТрансИнвест» в доход местного бюджета муниципального образования администрации г. Тынды государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Тындинский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья А.А. Крегель

Решение в окончательной форме принято 06 апреля 2023 г.