Решение по делу № 2А-2991/2022 от 21.11.2022 - об оспаривании условий содержания в исправительном учреждении, связанных с неоказанием медицинской помощи.

Дело № 2а-2991/2022

УИД 51RS0001-01-2021-006282-84

Мотивированное решение изготовлено 21.11.2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 ноября 2022 года г. Мурманск

Октябрьский районный суд города Мурманска в составе

председательствующего судьи Хуторцевой И.В.

при секретаре Бутовой Т.Е.

с участием административного истца ФИО1,

представителя административных ответчиков ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России, ФСИН России, УФСИН России по Мурманской области ФИО2,

административного ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 об оспаривании условий содержания в исправительном учреждении, связанных с неоказанием медицинской помощи,

установил:

Административный истец ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением об оспаривании условий содержания в исправительном учреждении, связанных с неоказанием медицинской помощи. В обоснование административных исковых требований указал, что отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, страдает заболеваниями «<данные изъяты>

С данными заболеваниями и жалобами на слабость и судороги в <данные изъяты> он неоднократно обращался в здравпункт № при ФКУ ИК-23 УФСИН России по <адрес>, где ему не оказывалось должного обследования, лечения долгий период времени, в связи с чем он был этапирован в больницу ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области для лечения и обследования. Он был этапирован ДД.ММ.ГГГГ в ГОБУЗ «<данные изъяты>» для консультации к <данные изъяты> ФИО8, которая провела осмотр, дала заключение, рекомендации, в том числе о необходимости ношения <данные изъяты>, и назначила лечение.

По прибытию в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области он с данным заключением врача-невролога обратился в здравпункт № с требованием о регулярности и должном лечении, проведении назначенных процедур согласно заключению.

Вместе с тем, он получил ответ об отсутствии данных препаратов, назначенные процедуры ему не проводились, не предоставлялся ортезфиксатор, без которого он не имел возможности самообслуживания более 8 месяцев. Со ссылками на статью 41 Конституции РФ, статьи 4, 24, 26, 37, 80 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан РФ» полагает данное бездействие унижающим человеческое достоинство, грубо нарушающим его право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В дополнениях к административным исковым требованиям указал, что дважды писал заявление о предоставлении ему ортезфиксатора (ДД.ММ.ГГГГ отдавал врачу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ отдавал врачу ФИО9), однако данное заявление в журнале входящей корреспонденции не зарегистрировано, не подшито в медицинскую карту, не рассмотрено. Отсутствие ортеза причиняло ему неудобства: конфликты с другими осужденными, поскольку не мог делать уборку в камере; конфликты с администрацией исправительного учреждения, поскольку не мог выполнять требования ПВР и неоднократно за это помещался в ШИЗО. Боли в левом колене затрудняют движение, требуется трость, чтобы снять часть нагрузки с колена и не травмировать его. Трость необходимо держать в левой руке, а без ортеза это сделать не возможно. Необходимость в обеспечении его ортезом в заявлении на МСЭ исправительное учреждение не указало. Направив его для отбывания наказания в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, медицинские работника заведомо знали об отсутствии там оборудования для физиопроцедур и медицинских препаратов, заведомом необеспечении его ортезом.

С учетом данных обстоятельств он ДД.ММ.ГГГГ направил заявление начальнику УФСИН России по Мурманской области с просьбой оставить его в больнице при ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области до конца срока отбывания наказания – до ДД.ММ.ГГГГ. В ответе на обращение указано, что он имеет возможность отбывать наказание без ортеза с иными осужденными, перед направлением в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области он прошел курс лечения в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, назначенный <данные изъяты> ФИО8 Указывает, что рекомендации <данные изъяты> не выполнены, поскольку лекарственные препараты <данные изъяты> ему назначены ДД.ММ.ГГГГ на 2 месяца, а ДД.ММ.ГГГГ его уже этапировали в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области. Никакого лечения, процедур ему не назначалось, ортез не выдан.

Полагал, что документы предоставлены на МСЭ не в полном объеме, что явилось причиной отказа в признании его инвалидом <данные изъяты> группы. Он испытывает нравственные страдания, поскольку при отсутствии лечения, наличии боли в <данные изъяты> при ходьбе, он не мог ходить на прогулки, без ортеза не мог себя обслуживать, получать гигиенические процедуры, работать по специальности <данные изъяты>

Просил суд признать незаконным бездействие ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России в неоказании ему медицинской помощи согласно заключению <данные изъяты> ГОБУЗ «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ по обеспечению лекарственными препаратами, медицинскими процедурами и ортезом.

Определением судьи от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле привлечено заинтересованное лицо ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, процессуальный статус которого изменен на административного ответчика.

Протокольным определением суда от 06.10.2021 к участию в деле привлечены административные ответчики врачи здравпункта № 6 ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области ФИО4 и ФИО5, заинтересованное лицо УФСИН России по Мурманской области.

Протокольным определением суда от 22.10.2021 к участию в деле привлечен административный ответчик врач здравпункта № 6 ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области ФИО3

В судебном заседании административный истец уточнил административные исковые требования, в качестве способа восстановления нарушенных прав просил взыскать с административного ответчика компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, поскольку в настоящее время освобожден из мест лишения свободы, не указав ее размер, на удовлетворении уточненных административных исковых требований настаивал. Дополнительно пояснил, что в настоящее время освобожден из мест лишения свободы, администрацией исправительного учреждения в ДД.ММ.ГГГГ у него был изъят самодельный фиксатор, что исключало возможность самообслуживания и было основанием для неоднократного помещения его в ШИЗО за неисполнение требований Правил внутреннего распорядка, из лекарственных препаратов ему давали только обезболивающие препараты и лекарства по <данные изъяты>. Витамины не выдавались, денежные средства для самостоятельного приобретения витамин у него отсутствовали. Не оспаривал отказ от госпитализации в стационар в ДД.ММ.ГГГГ, поскольку оставалась неделя до освобождения. Инвалидность ему не установлена, поскольку исправительным учреждением плохо подготовлен пакет требуемых документов.

В судебном заседании представитель административных ответчиков ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России, ФСИН России, заинтересованного лица УФСИН России по Мурманской области с административными исковыми требованиями не согласился, указал, что ортез у административного истца изъяли в ДД.ММ.ГГГГ, поскольку в соответствии с Правилами внутреннего распорядка он может находится у осужденного только в связи с инвалидностью, которая ФИО1 не установлена. Заключение <данные изъяты> ГОБУЗ «<данные изъяты>» ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ носит рекомендательный характер, в соответствии со статьей 70 Федерального закона № 323-ФЗ лечение назначается по усмотрению лечащего врача. Нарушений прав административного истца при оказании медицинской помощи медицинскими работниками ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России при нахождении его в исправительном учреждении не допущено. Просил в удовлетворении административных исковых требований отказать.

В судебном заседании административный ответчик ФИО3 с административными исковыми требованиями не согласился, указал, что у ФИО1 имеется <данные изъяты> установлена с ДД.ММ.ГГГГ после ДТП. В ДД.ММ.ГГГГ он осматривался <данные изъяты>, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил лечение в стационаре, где получал необходимое лечение, в частности, витамины группы В внутремышечно, проходил комиссию для установления группы инвалидности. Консультация врача-невролога была необходима в связи с назначением на МСЭ. Заключение <данные изъяты> ГОБУЗ «<данные изъяты>» ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ носит рекомендательный характер, в соответствии со статьей 70 Федерального закона № 323-ФЗ лечение назначается по усмотрению лечащего врача. Физиолечение рекомендовано ФИО1 не по основному заболеванию (органическое расстройство личности), а по плече-лопаточному периартрозу (сопутствующее заболевание). Лечащим врачом необходимость в физиолечении не установлена. В МСЧ-51 ФСИН России отсутствует лицензия на проведение физиолечения самостоятельно. Аналоги медицинским препаратам <данные изъяты>) имеются в МСЧ-51 ФСИН России, назначаются обычно курсом 1-2 месяца, и планируются к назначению ФИО1 при лечении в стационаре в ДД.ММ.ГГГГ, поскольку <данные изъяты> не установлен период назначения препаратов. Ортез, как техническое средство реабилитации, может находится при осужденном только по рекомендации МСЭ при установлении ему инвалидности. От госпитализации в стационар в ДД.ММ.ГГГГ года административный истец отказался.

Ознакомившись с заключением судебно-медицинской экспертизы, полагал, что нарушений прав административного истца при оказании медицинской помощи медицинскими работниками ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России при нахождении его в исправительном учреждении не допущено, поскольку эксперты указали, что <данные изъяты> из ГОБУЗ «<данные изъяты>» провел не полный осмотр и диагностику ФИО1, выставил неверные диагнозы, не рекомендовал полный комплекс мероприятий, назначил лечение, не соответствующее стандартам оказания медицинской помощи. Согласно выписному эпикризу по рекомендации <данные изъяты> проведены <данные изъяты>, по результатам которых костно-травматических изменений не выявлено, консультация травматолога не требовалась. Обращает внимание на противоречивость выводов экспертов в ответах на вопросы в пункте 1 (приведены виды консервативного лечения) и пункте 3 (не показано консервативное лечение).

Обратил внимание, что рану предплечья ФИО1 нанес себе самостоятельно, медицинской организацией исправительного учреждения ему была оказана первичная помощь при <данные изъяты>, предусмотренная стандартом от 20.<данные изъяты>. Постановлением Правительства РФ от <данные изъяты> утвержден список лиц, которым полагается лечение в полном объеме за счет государства, в том числе инвалидам. ФИО1 принимал противовоспалительные препараты, инвалидность ему не была установлена. Согласно формуляру ФСИН России от 18.03.2021 № 51 в список жизненно важных препаратов витамины не включены, поэтому административный истец имел право приобрести их за свой счет.

Согласно выписному эпикризу от июня 2021 года административному истцу рекомендован ортез, однако в связи с его нахождением на режимном объекте на постоянной основе использовать ортез ФИО1 имел право только при наличии заключения МСЭ. В связи с отсутствием в штате ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России невролога, заключен государственный контракт с ГОБУЗ «<данные изъяты>». Он, как <данные изъяты>, не имел специальных познаний по узкой специализации невролога для проведения диагностики ФИО1 для направления его документов на МСЭ по вопросу установления инвалидности.

Просил в удовлетворении административных исковых требований отказать.

В судебное заседание административный ответчик ФИО5, административный ответчик ФИО4, представитель административного ответчика ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области о времени и месте судебного заседания извещены, в судебное заседание не явились, не просили рассмотреть дело в свое отсутствие, возражения не представили.

В соответствии с частью 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть административное дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав административного истца, представителя административных ответчиков и заинтересованного лица, административного ответчика, исследовав материалы административного дела, обозрев медицинскую карту амбулаторного больного, медицинскую карту стационарного больного, суд считает административные исковые требования подлежащими удовлетворению на основании следующего.

В силу части 2 статьи 46 Конституции Российской Федерации решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

В соответствии с частью 1 статьи 4, частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, должностного лица, государственного служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В соответствии с частями 9, 11 статьи 229 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа обязанность доказывания обстоятельств соответствия содержания оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, возлагается на орган, принявший оспариваемое решение, либо совершивший оспариваемое действие (бездействие)).

Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В части 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ предусмотрено, что при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Согласно частям 1, 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В силу части 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса РФ осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

Согласно части 1 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации.

Пунктом 124 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от 16.12.2016 № 295 (с изменениями и дополнениями, далее – Правила внутреннего распорядка), предусмотрено, что лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Закон № 323-ФЗ), в исправительных учреждениях осуществляется: медицинское обследование и наблюдение осужденных в целях профилактики у них заболеваний, диспансерный учет, наблюдение и лечение.

В соответствии с пунктом 194 Правил внутреннего распорядка администрация исправительного учреждения обеспечивает осужденных-инвалидов в соответствии с индивидуальной программой реабилитации необходимым объемом реабилитационных мероприятий, предоставляет возможность пользования техническими средствами реабилитации.

На основании части 6 статьи 4 Закона № 323-ФЗ основными принципами охраны здоровья являются доступность и качество медицинской помощи.

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (часть 21 статьи 2 Закона № 323-Ф3).

В силу части 1 статьи 26 Закона № 323-ФЗ лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде лишения свободы, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 70 Закона № 323-ФЗ лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей для целей, установленных частью 4 статьи 47 настоящего Федерального закона. Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи.

В силу статьи 24 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Правила организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу в следственных изоляторах, а также осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, установлены Порядком организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденным приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28.12.2017 № 285 (далее - Порядок № 285).

В силу пункта 2 Порядка № 285 оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно ФСИН России.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 3 постановления от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания, при рассмотрении административных дел, связанных с непредоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи» (далее – Постановление Пленума № 47), судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума № 47 нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации).

В пункте 13 Постановления Пленума № 47 разъяснено, что суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации.

При этом необходимо учитывать, что само по себе состояние здоровья лишенного свободы лица не может свидетельствовать о качестве оказываемой ему медицинской помощи. Доказательствами надлежащей реализации права на медицинскую помощь, включая право на медицинское освидетельствование, в том числе в случаях, когда в отношении лишенного свободы лица в установленном порядке применялись меры физического воздействия, могут являться, например, акты медицинского освидетельствования и иная медицинская документация. Отсутствие сведений о проведении необходимых медицинских осмотров и (или) медицинских исследований может свидетельствовать о нарушении условий содержания лишенных свободы лиц (пункт 17 Постановления № 47).

Как установлено в судебном заседании, административный истец ФИО1 отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, освобожден по отбытии срока наказания в ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно выписному эпикризу из истории болезни стационарного больного № ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении в филиале «Больница» ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России при ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области с основным заболеванием «<данные изъяты>», сопутствующим диагнозом «<данные изъяты>», где получал лечение, в частности, витамин В1 внутремышечно.

Согласно инструкции по применению в составе комплексной терапии витамин В1 показан при невритах и полиневритах, невралгии.

Выписан из стационара с рекомендациями по приему амитриптиллина, препаратов группы НПВС при болях в руке, ортез на левую конечность.

Протоколом заседания врачебной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ № установлено право осужденного ФИО1 быть представленным на МСЭ для определения группы инвалидности.

В период лечения в стационаре ФИО1 был направлен на консультацию врача-невролога ГОБУЗ «<данные изъяты>». Согласно заключению <данные изъяты> ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 при наличии заболеваний «<данные изъяты>» рекомендовано, в том числе, <данные изъяты> постоянно, обязательно, ношение отреза на левую конечность, физиолечение, лекарственные препараты <данные изъяты> 2 месяца в соответствующих дозировках (том 1, л.д. 11).

Согласно сведениям о результатах проведенной медико-социальной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ инвалидность ФИО1 не установлена (том 1, л.д. 42-43).

Из пояснений административного истца следует, что рекомендация <данные изъяты> ФИО8 о необходимости ношения им ортеза на левую конечность дана в связи с наличием у него соответствующего заболевания и отсутствием у него ортеза в момент проведения консультации.

Как следует из пояснений административного истца и не оспаривалось административными ответчиками, имевшийся у ФИО1 самодельный ортезфиксатор изъят администрацией исправительного учреждения в ДД.ММ.ГГГГ. В настоящее время ортез администрацией исправительного учреждения ему не предоставлен, что создавало трудности в самообслуживании, являлось причиной назначения ему дисциплинарного взыскания в виде помещения в ШИЗО.

В Перечне вещей и предметов, продуктов питания, которые осужденным запрещается изготавливать, иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать (приложение № 1 к Правилам внутреннего распорядка) не указаны технические средства реабилитации.

Вместе с тем, с учетом положений пункта 194 Правил внутреннего распорядка оснований для обеспечения администрацией ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области и ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России ФИО1 ортезом (техническим средством реабилитации) не имелось, поскольку инвалидность ему не была установлена. Основания для того, чтобы оставить в пользовании ФИО1 самодельный ортезфиксатор, не имелось.

Из исследованных в судебном заседании медицинской карты стационарного больного и медицинской карты амбулаторного больного ФИО1 следует, что медицинские препараты и физиолечение, рекомендованные ему <данные изъяты> в заключении от ДД.ММ.ГГГГ, не назначались как амбулаторно, так и стационарно.

Приказом Минздрава России от 15.11.2012 № 926н утвержден Порядок оказания медицинской помощи взрослому населению при заболеваниях нервной системы, в пункте 11 которого указано, что плановая медицинская помощь оказывается при заболеваниях нервной системы, не сопровождающихся угрозой жизни, не требующих экстренной и неотложной помощи, отсрочка оказания которой на определенное время не повлечет за собой ухудшение состояния, угрозу жизни и здоровью больного, а также для проведения мероприятий, направленных на предотвращение развития рецидивов заболеваний нервной системы.

Судом по административному делу была назначена судебно-медицинская экспертиза по установлению качества оказания медицинской помощи ФИО1 по имеющимся у него заболеваниям <данные изъяты>, проведение которой поручено АО «<данные изъяты>».

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ назначения <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты>, а также консультация врача-травматолога не были проведены.

Осмотр <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ проведен не полно, то есть доказательно не выявлен уровень поражения <данные изъяты>, не обоснован план лечения, не проведены дополнительные обследования – <данные изъяты>. Требования современных стандартов и клинических рекомендаций (ДД.ММ.ГГГГ) при осмотре <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ не выполнены.

Диагноз <данные изъяты> ни по данным клинического осмотра невролога, ни по данным дополнительных методов обследования и был выставлен субъективно на основании жалоб больного на болевые ощущения. Лекарственная терапия, назначенная <данные изъяты>, не соответствует стандартам лечения <данные изъяты> (отсутствуют необходимые консультации ревматолога, травматолога).

Постоянно назначаемая и применяемая по месту отбывания наказания ФИО1 <данные изъяты> является симптоматическим лечением, купирующим боль и воспаление, в том числе при лечении воспалительного процесса в <данные изъяты>

Данные предшествующей диагностики (до ДД.ММ.ГГГГ) в представленных медицинских документах являются недостаточными для формирования полной клинической картины (проявлений, последствий, осложнений) заболеваний.

Выставленные на основании субъективных данных диагнозы «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» ввиду отсутствия в представленных медицинских документах объективного подтверждения при оценке качества оказанной медицинской помощи не принимаются во внимание (ответ на вопрос №).

Медицинская помощь ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ оказывалась преимущественно только по экстренным показаниям. Назначались медикаментозные препараты из группы <данные изъяты> препаратов.

Ввиду отсутствия осмотров <данные изъяты> в динамике в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также отсутствия осмотров <данные изъяты> не представляется возможным судить о характере течения заболевания «<данные изъяты>

Не проведение динамического исследования лучевыми методами диагностики (рентгенография, КТ, МРТ) <данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также отсутствие проведения осмотров <данные изъяты> и <данные изъяты> не позволяет объективно подтвердить выставленные диагнозы «<данные изъяты>», что не позволяет судить о возможном прогрессировании или ремиссии данных заболеваний (ответ на вопрос №).

По факту травмы от ДД.ММ.ГГГГ (при освидетельствовании ФИО1 <данные изъяты> установлена <данные изъяты>) ФИО1 не проводились консультации <данные изъяты>, не выполнялись <данные изъяты> (ответ на вопрос №).

У суда не имеется оснований ставить под сомнение заключения принимавших участие в проведении экспертизы врачей - судебно-медицинского эксперта, <данные изъяты>, <данные изъяты>, которые имеют высшее медицинское образование, соответствующий продолжительный стаж профессиональной деятельности по соответствующей специальности. Заключение судебно-медицинской экспертизы составлено при непосредственном ознакомлении и изучении с записями в медицинских картах амбулаторного и стационарного больного ФИО1

Выводы экспертов однозначны, последовательны, логичны, мотивированы, согласуются между собой, под сомнение административными ответчиками не поставлены, какими-либо доказательствами не опровергнуты.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 47 от 25.12.2018 разъяснено, что судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи.

Оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан, суд может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида (статья 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», часть 7 статьи 101 УИК РФ).

При этом необходимо учитывать, что само по себе состояние здоровья лишенного свободы лица не может свидетельствовать о качестве оказываемой ему медицинской помощи.

Отсутствие сведений о проведении необходимых медицинских осмотров и (или) медицинских исследований может свидетельствовать о нарушении условий содержания лишенных свободы лиц (статья 24 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 84 КАС РФ).

Действительно, судебно-медицинской экспертизой установлено несоблюдение стандартов оказания медицинской помощи при осмотре административного истца <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ и назначении ему лечения.

Согласно пояснениям представителя административных ответчиков в штате ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России врач-невролог отсутствует, поэтому осужденных вывозят на консультации и осмотры врачом-неврологом в ГОБУЗ «Мурманская областная клиническая больница имени П.А. Баяндина» в соответствии с государственным контрактом.

В материалы дела представителем административных ответчиков представлен государственный контракт от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенный ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России с ГОБУЗ «<данные изъяты>», в спецификации к которому предусмотрен перечень и стоимость медицинских услуг, оказываемых исполнителем, в том числе прием (осмотр, консультация) врача-невролога первичный.

Несоблюдение стандартов оказания медицинской помощи <данные изъяты> ГОБУЗ «<данные изъяты>» ФИО8, не состоящей в штате ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России, не является основанием для взыскания с административного ответчика компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, связанных с оказанием медицинской помощи.

Вместе с тем, заключением судебно-медицинской экспертизы установлено несоблюдение назначений <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ при оказании ФИО1 медицинской помощи в период содержания его в исправительном учреждении, а именно: не проводились физиотерапевтические процедуры, медикаментозная терапия, электронейромиография <данные изъяты>, консультация <данные изъяты>, рентгенография <данные изъяты> и <данные изъяты>. Медицинская помощь ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ оказывалась преимущественно только по экстренным показаниям.

По факту травмы от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>), установленной при освидетельствовании ФИО1 фельдшером, ФИО1 не проводились консультации <данные изъяты>, <данные изъяты>, не выполнялись <данные изъяты>

Медицинской картой амбулаторного больного подтверждается, что <данные изъяты> была причинена ФИО1 в результате самоповреждения (том 2, л.д. 97).

Вместе с тем, вопреки доводам представителя административных ответчиков причинение осужденным себе повреждения самостоятельно не лишает его права на получение медицинской помощи в виде лечения и диагностических обследований в связи с полученным повреждением.

С учетом заключения судебно-медицинской экспертизы суд не может согласиться с административными ответчиками, что оснований для незамедлительного назначения ФИО1 лечения, рекомендованного <данные изъяты> ФИО8, не имелось, исходя из того, что <данные изъяты> была определена лишь продолжительность приема лекарственных препаратов от 1 месяца до 2 месяцев и не указан конкретный временной (сезонный) период приема лекарственных препаратов.

Суд также не может согласиться с административным истцом в том, что нарушение его прав на получение медицинской помощи выразилось также в отказе УФСИН России по <адрес> оставить его в больнице при ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области до конца срока отбывания наказания – до ДД.ММ.ГГГГ Стандартами оказания медицинской помощи предусмотрены определенные сроки лечения пациентов, которые не могут быть произвольно, без каких-либо объективных оснований продлены.

ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ после лечения выписан из больницы при ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области для дальнейшего отбывания наказания.

Суд соглашается с административным ответчиком ФИО3 о том, что формуляром лекарственных средств ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России, утвержденным приказом ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ №, в разделе 14 предусмотрен строго определенный перечень витаминов и минералов, которые врач-невролог не рекомендовал к приему (том 2, л.д. 83-96).

С учетом выводов комиссионной судебно-медицинской экспертизы суд полагает, что в судебном заседании установлен факт ненадлежащего оказания административному истцу ФИО1 медицинской помощи при отбывании наказания в исправительном учреждении, что является основанием для признания незаконным бездействия ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России по неоказанию ФИО1 медицинской помощи в период отбывания наказания в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В постановлениях Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 года, 29 января 2019 года указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Следовательно, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной.

В случаях, когда компенсация ущерба, присуждаемая судами государств-ответчиков, является необоснованной по сравнению с размером компенсации, присуждаемой названным судом в сопоставимых делах, такого возмещения ущерба будет недостаточно для лишения заявителя статуса жертвы в соответствии со статьей 3 Конвенции.

По смыслу приведенного выше правового регулирования размер денежной компенсации за нарушение установленных законодательством условий содержания в исправительном учреждении определяется исходя из установленных при разбирательстве дела продолжительности допускаемых нарушений, характера этих нарушений, индивидуальных особенностей лица, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Компенсация за нарушение условий содержания как средство правовой защиты по своему размеру должна быть способна эффективно восстановить баланс между нарушенными правами административного истца и мерой ответственности государства.

Факт оказания ФИО1 медицинской помощи не в полном объеме влечет нарушение права административного истца на охрану здоровья, гарантированное законом, и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что является основанием для признания требований административного истца о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении правомерными.

При определении размера денежной компенсации, суд исходит из того, что признанное нарушение прав административного истца при оказании ему медицинской помощи не привело к наступлению для административного истца стойких неблагоприятных и негативных последствий, значительному ухудшению состояния здоровья, поскольку в недостаточной степени было рекомендовано лечение врача-невролога.

Суд также учитывает фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных административному истцу нравственных страданий, его индивидуальные особенности, период оказания медицинской помощи не в полном объеме, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, меры, предпринимаемые административным ответчиком по соблюдению прав административного истца на охрану здоровья, руководствуясь принципом разумности и справедливости, считает необходимым определить компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 6 000 рублей.

В соответствии с подпунктом 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного указом Президента РФ от 13.10.2004 № 1314 (ред. от 11.04.2022), ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

С учетом положений части 4 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ, подпункта 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного указом Президента РФ от 13.10.2004 № 1314 (ред. от 11.04.2022), компенсация за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, связанных с неоказанием медицинской помощи, в пользу административного истца подлежит взысканию с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации.

При этом оснований для присуждения административному истцу большей суммы с учетом установленных по делу обстоятельств суд не усматривает.

Взыскивая в пользу административного истца компенсацию, суд исходит из того, что административный истец, будучи освобожденным из мест лишения свободы, своими действиями в качестве способа восстановления нарушенных прав на получение медицинской помощи имел намерение получить компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, указав об этом в пояснениях в судебном заседании и предоставив реквизиты счета банковской карты.

Не определение административным истцом размера компенсации не может лишать его права на ее получение при установлении судом факта нарушения прав административным ответчиком, размер которой ко взысканию определяется судом.

Согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В то же время, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Принимая во внимание, что административный истец оспаривает условия содержания в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, направив административное исковое заявление в суд в период отбывания наказания в данном исправительном учреждении, право на обращение в суд с административным иском у ФИО1 сохраняется в течение всего срока отбывания наказания в исправительном учреждении, а также в течение трех месяцев после освобождения из исправительного учреждения.

Учитывая, что судебные расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы не были понесены сторонами, вопрос об их распределении между сторонами судом не разрешается.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180, 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Административные исковые требования ФИО1 об оспаривании условий содержания в исправительном учреждении, связанных с неоказанием медицинской помощи, – удовлетворить.

Признать незаконным бездействие ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России по неоказанию ФИО1 медицинской помощи в период отбывания наказания в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение условий содержания в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, связанных с неоказанием медицинской помощи, в размере 6 000 (шесть тысяч) рублей.

Решение подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд г. Мурманска в апелляционном порядке в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий И.В. Хуторцева