Дело <номер> Судья Ф.И.О.9
Докладчик Дрожаченко О.Н.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
21 августа 2023 года г. Благовещенск
Судебная коллегия по уголовным делам Амурского областного суда в составе:
председательствующего судьи Лисниченко Д.А.,
судей Дрожаченко О.Н., Пономарёвой О.А.,
при секретаре Конопко Я.В.,
с участием: прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Амурской области Воропаевой Е.Г.,
осуждённой С.,
и её защитника – адвоката Донцова Д.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённой С.., защитников – адвокатов Донцова Д.А., Горшкова С.А., Викрищук И.И. на приговор Благовещенского городского суда Амурской области от 25 апреля 2023 года, которым
С. , родившаяся <дата> в <адрес>, не судимая,
- осуждена по ч. 6 ст. 290 УК РФ к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере пятикратной суммы взятки в сумме 27 500 000 рублей, с лишением права занимать должности государственной службы и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий сроком на 10 лет.
Мера пресечения в виде домашнего ареста изменена на заключение под стражу, С. взята под стражу в зале суда.
Срок отбывания наказания С. постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
Зачтено в срок отбытия наказания время содержания С. под стражей с 15 июня 2021 года по 15 марта 2023 года, с 25 апреля 2023 года до вступления приговора в законную силу, из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима; время ее нахождения под домашним арестом с 16 марта 2023 года по 24 апреля 2023 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
В соответствии с ч. 2 ст. 71 УК РФ дополнительные наказания в виде штрафа и лишения права занимать должности государственной службы и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, постановлено исполнять самостоятельно.
Заслушав доклад судьи Амурского областного суда Дрожаченко О.Н.; выступление осуждённой С. и её защитника - адвоката Донцова Д.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, просивших приговор отменить, вынести оправдательный приговор либо прекратить уголовное дело в связи с отсутствием состава преступления; мнение прокурора Воропаевой Е.Г., полагавшей доводы апелляционных жалоб необоснованными, а приговор законным, обоснованным и справедливым, подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия
УСТАНОВИЛ
А:
С. признана виновной и осуждена за то, что являясь должностным лицом - директором Муниципального учреждения «<данные изъяты>» (далее по тексту «МУ «<данные изъяты>»), получила лично взятку в виде иного имущества и в виде незаконного оказания ей услуг имущественного характера за незаконные действия и совершение действий в пользу взяткодателя, если она в силу должностного положения может способствовать указанным действиям, в особо крупном размере.
Преступление совершено в период с сентября 2020 года по 21 января 2021 года в г. Благовещенске Амурской области при установленных судом обстоятельствах, указанных в приговоре.
Осуждённая С. вину в совершении преступления не признала.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осуждённая С. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым, просит его отменить, вынести оправдательный приговор в связи с невиновностью в совершении преступления, а также допущенными судом существенными нарушениями уголовно-процессуального и уголовного законов, в обоснование указывает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на предположениях и не подтверждаются доказательствами;
при рассмотрении уголовного дела суд не учёл все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, не дал правовую оценку её доводам и её защитников;
она не давала незаконных указаний директору МАОУ «Школа <номер>» Свидетель № 11. о том, чтобы без заключения договоров ООО «<данные изъяты>» приступило к выполнению работ в школе;
указывая о своей невиновности, приводит показания свидетелей Свидетель № 11., Ф.И.О.14, Свидетель №29, письма, направленные Свидетель № 11 и Свидетель №12 в Управление образование о том, что подрядчики приступили к выполнению работ без заключения договоров, об оказании содействия в проверке проекта договора по ремонту школы для заключения с подрядными организациями, данные телефонного разговора с Свидетель №12;
в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие зависимость директора школы<номер> Свидетель № 11 от неё, в обоснование ссылается на показания начальника отдела закупок МУ «<данные изъяты>» - свидетеля Ф.И.О.15 о том, что в январе 2021 года осуществлялась подготовка трёхстороннего договора строительного контроля между МУ «<данные изъяты>», школой <номер> и подрядчиком, все договоры должны быть внесены в Единую государственную информационную систему, в противном случае они не имеют юридической силы, договор был подписан в январе 2021 года;
размер взятки от Свидетель №1 - 20% «отката» следствием не установлен, не доказан, сумма взятки во время следствия постоянно менялась, работы выполненные ООО «<данные изъяты>» составляют 22 млн. рублей, то 20% составляет 4,4 млн. руб., при этом стоимость выполненных работ она могла узнать только после подписания актов выполненных работ, ссылается на показания Свидетель №1 о том, что он подписывал уже готовые заявления с указанной суммой взятки, показания Ф.И.О.16 о возврате ему части займа, решение Арбитражного суда <адрес> по иску ООО «<данные изъяты>» (Ф.И.О.16) к ООО «<данные изъяты>»;
выводы суда о том, что она давала указания своим подчиненным об удостоверении факта соответствия выполненных работ ООО «<данные изъяты>» требованиям технических регламентов, а также для оформления соответствующих актов для предъявления их заказчику, являются несостоятельными, не подтверждаются доказательствами, ссылается на протокол очной ставки между ней и Свидетель №2, показания свидетелей Свидетель №6, Свидетель №4, Свидетель №7, Свидетель №29 Свидетель №36, Свидетель №8, Свидетель №5, Свидетель №2;
судом не дана оценка решению Арбитражного суда Амурской области от 17 мая 2022 года, которым в пользу истца ООО «<данные изъяты>» (Ф.И.О.16) с ООО «<данные изъяты>» взыскано 3 850 000 рублей за вычетом 650 000 рублей, т. е. суммы, которую она заняла для Свидетель №1, чтобы мог приступить к работам на школе;
версия событий, изложенная стороной обвинения и отраженная в приговоре основана на противоречивых показаниях Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №12;
суд в качестве доказательств виновности привел показания Свидетель №1, которые ничем не подтверждаются, и необоснованно критически отнесся к показаниям Свидетель №36 и других свидетелей стороны защиты, которые также как и свидетели обвинения предупреждались об уголовной ответственности;
суд необоснованно сослался в приговоре на показания Свидетель №1 на следствии и в суде о получении ею взятки, об отсутствии у нее долговых обязательств перед Ф.И.О.16, необоснованных претензий к качеству выполненных работ ООО «<данные изъяты>», показаниях Свидетель № 2 о принуждении к подписанию актов выполненных работ, Свидетель №12 о незаконных указаниях данных ею, между тем Ф.И.О.17, Свидетель №12, Свидетель №2 имели прямое отношение к ремонтным работам, а она нет; в обоснование своей невиновности приводит показания свидетелей Свидетель № 11 о должностных обязанностях Свидетель №12, Свидетель №2 о том, что последняя ответственная за работу по ремонту школы, ссылается на исследованную в судебном заседании исполнительную документацию по ремонту школы <номер>, где все работы принимались Свидетель №2 и Свидетель №12, считает, что оглашенные показания Свидетель №12 и Свидетель №2 о том, что она требовала взятку, являются недопустимыми доказательствами;
показания Свидетель №1 о том, что претензии к качеству работ стали поступать от нее в 2021 году в связи с тем, что он не передал денежные средства являются голословными и опровергаются показаниями Свидетель №2, Свидетель №4, Свидетель №7, Свидетель № 11., Свидетель №17, Свидетель №34, Свидетель №36, Ф.И.О.18;
показания Свидетель №1 о том, что у неё в кабинете он предоставил доверенности для получения товаров, 6 чистых листов, на которых поставил печати организации, являются выдуманными, опровергаются показаниями Свидетель №19, его показания являются противоречивыми, недостоверными, у него имелись основания для её оговора, поскольку он не хотел отдавать займ Ф.И.О.16, выполнять качественно работы, рассчитываться с подрядчиками, брак в работе был устранен другими подрядчиками, что подтверждается исследованными в судебном заседании актами комиссионного осмотра, претензиями, показаниями свидетелей защиты Свидетель №2, Свидетель № 11., Свидетель №4, Ф.И.О.18, телефонными разговорами, а также показаниями подрядчиков;
суд необоснованно посчитал показания свидетелей стороны защиты неинформативными, между тем УПК РФ такого понятия не содержит;
показания Свидетель №12 о том, что представители подрядных организаций стали приезжать в школу с полными пакетами документов (смета, договор, КС-2, КС-3 и тд.) и все документы готовились в МУ <данные изъяты>, что выделенные денежные средства нужно освоить до конца года, работы на следующий год переносить нельзя, являются голословными;
судом не удовлетворено ходатайство защитника Викрищук И.И. о прослушивании оригинала аудиозаписи ОРД её разговора с Свидетель №1, вместо этого суд открыл копию аудиозаписи ОРД, что является нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку должен быть оригинал записи;
со слов сотрудника УБЭП Ф.И.О.29 ей известно, что уголовное дело в отношении её сфабриковано, полагает, что материалы дела в отношении Ф.И.О.29 подтверждают её невиновность, однако суд отказал в удовлетворении ходатайства об истребовании дела в отношении Ф.И.О.29
В апелляционной жалобе защитник осуждённой С. - адвокат Горшков С.А. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, подлежащем отмене в связи с нарушениями уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона, в обоснование указывает, что в действиях С. отсутствуют признаки преступления, предусмотренного ст. 290 УК РФ, она не является субъектом данного состава преступления; способ совершения преступления, не установлен;
суд не дал оценку доводам стороны защиты, которые основаны на конкретных доказательствах, показаниях свидетелей, приобщенных и исследованных документах, назвав указанные доказательства домыслами;
суд не опроверг довод стороны защиты о том, что С. не совершала никаких противоправный действий;
фактически оценка доказательств стороны обвинения сведена к перечислению доказательств, указанных ранее в обвинительном заключении;
в приговоре не приведены доказательства не только причастности С. к взятке, но и которые бы свидетельствовало о наличии события преступления;
не рассмотрен вопрос о недопустимости доказательств – исследованных результатов ОРМ; показаний свидетеля Свидетель №1, которые являются недостоверными, противоречивыми, подлежат исключению из числа доказательств, поскольку он является инициатором уголовного дела и заинтересованным лицом;
суд первой инстанции выступил на стороне обвинения, чем нарушил права стороны защиты, не обеспечив стороне возможность реализации процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав;
нарушен порядок предъявления обвинения, предусмотренный ст.172 УПК РФ, о чем защита говорила при продлении срока содержания под стражей, в прениях сторон, так как уведомлений в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН РФ о времени и месте предъявления обвинения не поступало, соответственно после нарушения порядка предъявления обвинения, все дальнейшие следственные действия являются незаконными, данный довод не рассмотрен в приговоре;
нарушены требования ст. 294 УПК РФ о возобновлении судебного следствия в связи с наличием необходимости приобщения документов, сведений о личности и состоянии здоровья С., и исследования их в процессе;
в судебном заседании 18 апреля 2023 года судом не принято решение по заявленному защитником отводу председательствующему, государственному обвинителю и секретарю судебного заседания.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник осуждённой С. - адвокат Викрищук И.И. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным, немотивированным и несправедливым, подлежащем отмене в связи существенными нарушениями уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона, в обоснование указывает, что приговор основан на предположениях, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела;
вывод суда о виновности С. в получении взятки и совершении вмененных действий основаны на показаниях единственного свидетеля Свидетель №1, давшего противоречивые показания на следствии и в суде, он заинтересован в оговоре С., выводы сделаны без учета установленных фактических обстоятельств и анализа всей совокупности имеющихся доказательств, а также на доказательствах, полученных с нарушением закона;
суд не учел все обстоятельства, имеющие существенное значение, не дал правовую оценку всем доводам осуждённой и ее защитников, односторонне, с обвинительным уклоном подошел к оценке доказательств, вследствие чего вывод о доказанности вины С. является необоснованным;
при наличии противоречивости отдельных доказательств стороны обвинения, их сомнительности, отсутствия прямых и достоверных доказательств получения С. взятки и совершения вмененных действий, суд первой инстанции пришел к необоснованному выводу о ее виновности;
С. не была инициатором допуска подрядных организаций, в том числе ООО «<данные изъяты>», к строительным и ремонтным работам в школе <номер> без договоров подряда и соответственно не могла и не давала таких незаконных указаний, поскольку данное решение принято администрацией города с заказчиком на совещании в сентябре 2020 года, что подтверждается доказательствами, в том числе показаниями свидетелей Свидетель №33, Свидетель №34, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №29, Свидетель №30, Ф.И.О.20 и других;
Ф.И.О.56 никакого отношения к составлению смет не имела и при их составлении не присутствовала, не перепроверяла после кураторов-инженеров акты КС-2, КС-3, не подписывала их, инженеры-кураторы самостоятельно проверяли объемы и качество работ выполненных подрядчиком, поскольку они несут персональную ответственность за достоверность сведений указанных в актах, подтверждая это своей подписью; изменения в сметы вносились в декабре 2020 года на основании представленных инженерами-кураторами сведений о видах работ и выполненных объемах, Свидетель №2 осуществляла контроль за выполнением строительных, монтажных и ремонтных работ ООО «<данные изъяты>», проверяла объемы и качество работ, подписывала акты КС-2, КС-3;
на оснований представленных Свидетель №2 сведений об объемах и видах выполненных работ, ООО «<данные изъяты>» вносились изменения в сметы, в том числе в декабре 2020 года, составлялись акты выполненных работ, проверялись и подписывались Свидетель №2, заказчиком и Свидетель №1, что свидетельствует об отсутствии какого-либо влияния и указаний со стороны директора С. на ход работ и подписание актов ООО «<данные изъяты>»; изложенное свидетельствует о заинтересованности Свидетель №2 снять с себя ответственность путем дачи недостоверных показаний о том, что руководство ГУКС якобы принудило или заставило ее подписать акты выполненных работ;
суд необоснованно выступил на стороне обвинения, приняв на себя функцию органа уголовного преследования, ограничившись перенесением в приговор показаний допрошенных по уголовному делу лиц и содержания других доказательств из обвинительного заключения без учета результатов проведенного судебного разбирательства, в описательно-мотивировочной части; приговора дана безосновательно завышенная оценка лишь уличающим доказательствам, представленным в: судебном заседании, а оправдывающие С. доказательства необоснованно отвергнуты;
суд фактически скрыл обстоятельства, свидетельствующие о невиновности С., не дав оценку им в приговоре, указав недостоверные сведения о показаниях отдельных свидетелей; приводит свою оценку показаниям свидетелей Свидетель №6, Свидетель №7, свидетельствующих о невиновности С.;
при отсутствии существенных противоречий в показаниях свидетелей Свидетель №4, Свидетель №14, Свидетель №11, Свидетель №7, Свидетель №17, Свидетель №28, данных в судебном заседании, суд необоснованно удовлетворил ходатайства государственного обвинителя, при наличии возражений стороны защиты, об оглашении их показаний, данных в ходе следствия в порядке ст. 281 УПК РФ, и впоследствии суд привел эти показания как доказательства виновности С.;
решение Арбитражного суда Амурской области от 17 мая 2022 года имеет преюдициальное значение для настоящего уголовного дела, поскольку им установлены обстоятельства получения Свидетель №1 денежных средств в размере 4,5 млн. руб. от Ф.И.О.16 (ООО «<данные изъяты>») для начала ремонтных работ в школе <номер> в качестве займа, о которых договорилась С., и сама же отдала часть заемных средств Ф.И.О.16; данное решение подтверждает показания С., свидетельствует о возврате Свидетель №1 займа в январе 2021 года путем закупки товарно-материальных ценностей и оплаты услуг;
показания свидетеля Свидетель №1 оценены судом односторонне, с обвинительным уклоном, приняты только те показания, которые по версии суда, подтверждают предъявленное С. обвинение, при этом надлежащая оценка первоначальным показаниям Свидетель №1 в суде, которые он изменил, в совокупности с иными доказательствами, оправдывающими С., судом в приговоре не дана;
суд в приговоре не дал никакой оценки в части необходимости оплаты Свидетель №1 за работы, выполненные на бездоговорной основе другими привлеченными подрядчиками, которые как установлено в суде, производили ремонтные работы за Свидетель №1 (ООО «<данные изъяты>») и переделывали некачественно выполненные Свидетель №1 (ООО «<данные изъяты>») работы, что подтверждается показаниями свидетелей Свидетель №29, Ф.И.О.21, Свидетель №17, Свидетель №30, Ф.И.О.22 и других, перепиской между школой и Управлением образования г. Благовещенска, свидетельствующей о наличии бездоговорных отношений школы <номер> с иными подрядчиками;
наличие между Свидетель №1 и С. спора относительно займа крупной суммы денег, который Свидетель №1 не намеревался отдавать, а также обоснованных претензий, относительно качества выполненных ремонтных работ в школе <номер>, и требований об устранении замечаний, свидетельствует о наличии у Свидетель №1 мотива для оговора С. и использования факта возврата займа путем оплаты товаров и услуг как способа получения последней взятки, что использовали оперативные сотрудники для инициирования в отношении С. уголовного преследования, что подтверждают Свидетель №1 и Ф.И.О.23;
версия событий, изложенная стороной обвинения, и отраженная в приговоре суда, основана только на голословных, недостоверных, противоречивых показаниях, данных в ходе предварительного следствия, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №12, Свидетель №2, заинтересованных в оговоре Ф.И.О.24, поскольку они имели прямое и непосредственное отношение к ремонту школы <номер>, при этом показания Свидетель №12 и Ф.И.О.25 производны от показаний свидетеля Свидетель №1, заинтересованного в оговоре С., имеющего долговые обязательства перед ней на крупную сумму денежных средств; надлежащая оценка их показаниям не дана, их показания опровергаются показаниями иных свидетелей и письменными доказательствами;
судом незаконно отказано в допросе свидетеля Ф.И.О.26 – заместителя мера <адрес>, курирующего ремонтные работы в школе <номер>, явка которого дважды была обеспечена стороной защиты;
оснований не доверять показаниям С. у суда не имелось, поскольку её показания согласуются с исследованным и судом доказательствами, показаниями большинства свидетелей;
впервые разговор о 5 000 000 рублей возник после нового года в феврале-марте 2021 года, когда были перепроверены выполненные работы ООО «<данные изъяты>» и установлено какое количество денежных средств понадобится для оплаты работ другим привлеченным подрядчикам для переделывания работ, выполненных работниками Свидетель №1 и выполнения иных работ вместо него в школе <номер>, что подтверждается показаниями С. и свидетелей Свидетель №17, Ф.И.О.27, Ф.И.О.22, Свидетель №29, Свидетель №30, доказательств опровергающих показания С. судом в приговоре не приведено; кроме того, сумма 5 000 000 рублей фигурировала и в стенограмме разговора от <дата>, на которую суд сослался в приговоре;
судом не дано оценки аудиозаписи разговора между С. и Свидетель №1 от <дата>, которая содержала выдержки из разных встреч, что не опровергнуто стороной обвинения;
показания свидетелей Ф.И.О.27, Ф.И.О.22, Ф.И.О.28, Свидетель №42 суд в приговоре не привел, расценив их неинформативными, в то время как показания данных свидетелей подтверждают показания С. и установленные судом обстоятельства относительно долговых обязательств Свидетель №1 перед ней и другими подрядчиками, которые исправляли браковые работы и производили ремонтные работы за ООО «Лидер», и относительно требований С. к Свидетель №1 о выплате именно этих денежных средств и никаких иных;
анализ аудиозаписи разговора и ее стенограммы от 01 февраля 2021 года свидетельствует только о том, что к Свидетель №1 имелись претензии относительно качества работ, о необходимости исправления недостатков и оплате за работы других подрядчиков, о наличии у Свидетель №1 долговых обязательств, о дополнительных работах в школе и о ремонтных работах в детском саду; аудиозапись не содержит ни одной фразы о взятках, откатах и т.п., ни о каких незаконных требованиях со стороны С. также речь не ведется, свидетели не подтвердил, что 5 000 000 рублей предназначалась именно С. в качестве взятки или отката, в связи с чем вывод суда о том, что данная аудиозапись подтверждает предъявленное С. обвинение является надуманным; кроме того, результаты ОРМ «Наблюдение» от 1 февраля 2021 года проведены с нарушением требований закона, в силу чего являются недопустимыми доказательствами, в связи с этим являются недопустимыми и производные от этой записи доказательства протокол осмотра, стенограмма, оценка данным доказательствам не дана;
судом не дано оценки заявлению Свидетель №1, рапорту Ф.И.О.105 от 26 и <дата> о получении С. незаконного вознаграждения в виде покупки товарно-материальных ценностей за счет ООО «<данные изъяты>» на сумму 555 134,03 рублей, при этом первоначальный рапорт Ф.И.О.105, зарегистрированный за день до заявления Свидетель №1, содержал сведения о сумме 555 134,03 руб., заявление, где указана требуемая от него сумма в 550 000 рублей, как пояснил Свидетель №1, в напечатанном виде, что подтверждает первоначальные показания Свидетель №1 в суде о подготовке одним из сотрудников УБЭП заявления о преступлении в отношении С. и указании суммы возврата части долга в виде покупки товарно-материальных ценностей как получение взятки; впоследствии, чтобы усугубить положение С., сотрудниками УБЭП подготовлено объяснение Свидетель №1, в котором сумма взятки возросла до 5,5 млн. рублей;
доказательствами не подтверждается размер суммы вмененной взятки, в приговоре не приведено, совокупностью каких доказательств подтверждается факт того, что у С. в сентябре 2020 года возник умысел на получение взятки на сумму 5 500 000 рублей от Свидетель №1, она требовала от него именно эту сумму как взятку, и что материальные ценности и услуги были оплачены Свидетель №1 на сумму 555 134, 03 руб. именно в счет получения взятки;
суд не установил, какие именно товарно-материальные ценности были закуплены Свидетель №1 и на какую сумму, приняв незаконное решение о конфискации изъятых предметов, которые не приобретались Свидетель №1;
доказательств дачи С. указаний подчиненным сотрудникам МУ ГУКС об удостоверении факта соответствия выполненных подрядчиком ремонтных работ требованиям технических регламентов, действующим строительным нормам и правилам, а также оформление соответствующих актов для предъявления их заказчику, в рамках договоров подряда, материалы дела, не содержат;
сторона защиты была ограничена судом в представлении доказательств, нарушены права С. на защиту от незаконного и необоснованного обвинения, суд необоснованно и не мотивировано отверг заявленные ходатайства стороны защиты: о приобщении и исследовании письменных документов, подтверждающих показания С. и первоначальные показания Свидетель №1 в суде, в том числе копии материалов уголовного дела в отношении Ф.И.О.29, а также свидетельствующих о незаконности уголовного преследования С., фальсификации доказательств по уголовному делу, недостоверности показаний на следствии Свидетель №1; об истребовании оригинала аудиозаписи разговора от 1 февраля 2021 года, сославшись на достаточность её копии, приобщенной следователем, вместе с тем, из материалов дела, показаний С., Свидетель №1 следует, что ОРМ «Наблюдение» 01 февраля 2021 года в отношении С. не проводилось, аудиозапись содержит запись разговоров в разные дни в период с февраля по март 2021 года, что не проверено судом и не опровергнуто в приговоре;
суд, в нарушение порядка исследования доказательств, при отсутствии ходатайств стороны обвинения и защиты о прослушивании аудиозаписи от 01 февраля 2021 года произвел ее прослушивание, при этом стороной защиты неоднократно заявлялось ходатайство только о просмотре свойств файла аудиозаписи, а не о ее прослушивании; после вскрытия бумажного конверта и извлечения лазерного диска суд не указал его визуальные характеристики, а также с помощью какого технического устройства и с помощью какой программы произведено открытие и воспроизведение содержимого на диске; перед прослушиванием аудиофайла председательствующий судья высказала суждение относительно содержания данной аудиозаписи как доказательства виновности, что является недопустимым, при этом данное высказывание в протоколе судебного заседания не отражено;
суд не предоставил возможность защитнику Горшкову С.А, участвовать в прениях сторон в судебном заседании 19 апреля 2023 года; в объявлении перерыва в судебном заседании на 5 минут для предоставления защитнику Горшкову С.А. возможности выступить в прениях, суднезаконно отказал, что свидетельствует о прямой заинтересованности суда в исходе дела;
стороной защиты и С. не реализовано право на ознакомление с протоколом судебного заседания и материалами дела.
выражает несогласие с приговором в части изменения меры пресечения с домашнего ареста на заключение под стражу, до вступления приговора в законную силу и взятием С. под стражу в зале суда.
В апелляционной жалобе защитник осуждённой С. – адвокат Ф.И.О.34 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным, подлежащем отмене, в обоснование указывает, что выводы суда о виновности Ф.И.О.56 не основаны на совокупности доказательств, а мотивированы лишь показаниями Свидетель №1;
установление судом обстоятельств предъявления С. требования о передаче ей взятки, её размера, не подтверждено никакими иными объективными доказательствами, источником которых не являлся бы сам Свидетель №1, при этом перечисляя в приговоре показания иных свидетелей в подтверждение данных обстоятельств суд не приводит в какой части, какие именно фразы и выражения данных свидетелей прямо или косвенно подтверждали бы версию стороны обвинения о действительном и бесспорном характере требований и размера взятки;
о наличии противоречий в процессуальном поведении свидетеля Свидетель №1 при обращении в правоохранительные органы, процессуальных документах о проведении ОРМ в отношении С., из которых следует, что согласованная сумма взятки составляла не 5 500 000 рублей, а 500 000 рублей, что существенным образом влияет как на квалификацию деяния, общую объективность показаний основного и единственного свидетеля по делу - Свидетель №1;
в приговоре не устранены сомнения в том, что оплата Свидетель №1 товаров и услуг осуществлена им в счет частичного возврата ранее полученного им займа в сумме 4 500 000 рублей, при этом показания свидетеля Ф.И.О.16 в части предоставления займа, стороной обвинения не оспорены, судом не признаны недостоверными; довод стороны защиты о платежах в счет возврата займа отвергнут судом на основании одного доказательства - показаний свидетеля Свидетель №1 в отсутствии иной совокупности доказательств; принцип оценки доказательств о толковании неустранимости сомнений в виновности в пользу стороны защиты отвергнут судом;
доказательств не предоставления указанного займа, получения денег в меньшей сумме, на иных условиях, его возврата иным образом в приговоре не приведено, при этом сведения из ОРМ «Наблюдение» от 01 февраля 2021 года судом признаны достоверными. в том числе в части обсуждения Свидетель №1 необходимости возврата ранее полученного им займа на 4 500 000 рублей в размере оставшейся неоплаченной части с учетом частичного возврата в сумме 4 000 000 рублей;
суд при отклонении показаний Свидетель №1, данных им в ходе судебного следствия, не привел их, то есть они не исследованы и надлежащая оценка им не дана; мотивы, по которым Свидетель №1 впоследствии отказался от этих показаний не выяснены и не установлены, они не признаны ложными, иными доказательствами не опровергнуты;
суд счел установленным наличие у С. статуса должностного лица и организационно-распорядительных полномочий относительно сотрудников МУ «<данные изъяты>», однако судом не приведено в приговоре наличие связи данных полномочий с возможностью реального правового влияния на объем прав и обязанностей ООО «<данные изъяты>», Свидетель №1, Школы <номер>;
обязательства по оплате работ возникают в силу их выполнения подрядчиком и принятия заказчиком, однако сотрудники МУ «<данные изъяты>» спорных работ от ООО «<данные изъяты>» не принимали, заказчиком работ МУ «<данные изъяты>» не являлось, в договорах подряда, строительного контроля МУ «<данные изъяты>» не предоставлено, не делегировано полномочий на принятие работ по муниципальным контрактам;
у ООО «<данные изъяты>» возникало право требования оплаты выполненных работ не в силу проверки их объема сотрудниками МУ «<данные изъяты>», а в силу подписания актов КС-2 и справок КС-3 заказчиком данных работ Школой <номер> в лице ее руководителя;
судом не учтено, что выполнение функций контроля объемов выполненных работ по договору между ООО «<данные изъяты>» с МОАУ «Школа <номер>» на МУ «<данные изъяты>» было возложено лишь в силу гражданско-правового договора и имело характер исполнения своих договорных, профессиональных, но не служебных обязанностей, основанных на отношения власти – подчинения, в связи с чем не образует состав получения взятки принятие должностным лицом денег, услуг имущественного характера и т.п. за совершение действий (бездействие), хотя и связанных с исполнением профессиональных обязанностей, но при этом не относящимся к полномочиям представителя власти;
судом не установлено на основании каких именно организационно-распорядительных полномочий по руководству МУ «<данные изъяты>» С. могла давать обязательные указания или иным образом влиять на руководителя МОАУ Школа <номер> в части заключения школой договоров подряда, допуска ООО «<данные изъяты>» к выполнению работ без заключения договоров, С. таких полномочий не имела, Школа <номер> является самостоятельным юридическим лицом, должностные лица которой не находятся в обстоятельствах соподчинения с МУ «<данные изъяты>» или С.;
в приговоре не приведено совокупности доказательств предъявления требований от С. в адрес руководства Школы <номер> о заключении договоров подряда с ООО «<данные изъяты>», кроме одних показаний Ф.И.О.30, напротив, из показаний иных допрошенных свидетелей следует, что на решения о допуске подрядчиков на объект без заключения договоров (включая ООО «<данные изъяты>») ввиду срочности работ, а также с теми, кто фактически приступил к выполнению работ, С. не могла влиять в силу лишь своих полномочий директора МУ «<данные изъяты>».
В возражениях на апелляционные жалобы осуждённой и её защитников государственный обвинитель Романова О.Е. указывает о несостоятельности доводов апелляционных желоб, считает приговор законным и обоснованным, просит оставить его - без изменения.
Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционных жалоб осуждённой и её защитника, выслушав участников судебного разбирательства, судебная коллегия считает, что приговор подлежит отмене по следующим основаниям.
Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и основан на правильном применении уголовного закона.
В соответствии с требованиями п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении должно быть указано существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.
По смыслу приведенного закона, существо обвинения, описание преступного деяния, указанное в обвинительном заключении, должно содержать указание, в том числе на объект посягательства, предмет преступления и соответствовать квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, с указанием диспозиции статьи – наименования преступного деяния с описанием его признаков.
Существо обвинения должно быть конкретным, обеспечивающим возможность защищаться от предъявленного обвинения.
В силу требований ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.
Согласно разъяснениям данным в п. 10. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 июля 2013 года № 24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях" получение взятки, считается оконченными с момента принятия должностным лицом либо лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой
или иной организации, хотя бы части передаваемых ему ценностей (например, с момента передачи их лично должностному лицу, зачисления с согласия должностного лица на указанный им счет, "электронный кошелек"). При этом не имеет значения, получили ли указанные лица реальную возможность пользоваться или распоряжаться переданными им ценностями по своему усмотрению.
Установленные судом фактические обстоятельства совершённого преступления должны соответствовать квалификации деяния.
Вместе с тем постановленный приговор указанным требованиям закона не отвечает.
Из установленных судом обстоятельств преступного деяния следует, что С., являясь должностным лицом – директором МУ «<данные изъяты>», получила взятку от Свидетель №1 в виде иного имущества – оплаченные товарно-материальные ценности, закупленные в строительных магазинах, на сумму 532 934 рубля 03 копейки и оплаченные услуги имущественного характера на сумму 22 200 рублей, а всего на общую сумму 555 134 рубля 03 копейки, что является частью от ранее оговоренной суммы взятки в размере 5 500 000 рублей, в особо крупном размере, за незаконные действия и за совершение действий в пользу генерального директора ООО «<данные изъяты>» Свидетель №1, так она в силу должностного положения могла способствовать указанным действиям, а именно, за дачу указаний подчиненным сотрудникам МУ «<данные изъяты>» об удостоверении факта соответствия выполненных подрядчиком ООО «<данные изъяты>» ремонтных работ требованиям технических регламентов, действующим строительным нормам и правилам, а также оформление соответствующих актов для предъявления их заказчику, в рамках заключенных договоров подряда между «МАОУ «Школа <номер> <адрес>» в лице директора Свидетель №11 и ООО «<данные изъяты>» в лице генерального директора Свидетель №1, на выполнение строительных и ремонтных работ по капитальному ремонту здания «МАОУ «Школа <номер> <адрес>». Однако С. распорядиться в полном объеме, а также выполнить заранее достигнутые договоренности, не смогла, поскольку дальнейшая её преступная деятельность была пресечена сотрудниками правоохранительных органов.
Вместе с тем, юридическая квалификация действий С., которая дана органами предварительного следствия и с которой согласился суд в приговоре, не содержит обязательного указания на «получение С. взятки в виде денег», в то время как следует из обстоятельств преступного деяния, умысел С. был направлен на получение денег в размере 5 500 000 рублей, при этом часть взятки она получила в счет указанной суммы в виде иного имущества - товарно-материальных ценностей на сумму 532 934, 03 рублей и услуг имущественного характера на сумму 22 200 рублей, а всего общей стоимостью 555 134, 03 рублей, что является частью от ранее оговоренной суммы взятки в размере 5 500 000 рублей.
Отсутствие в обвинительном заключении при юридической квалификации деяния указания на получение С. взятки в виде денег свидетельствует о допущенном органом предварительного следствия при составлении обвинительного заключения нарушении требований ст. 220 УПК РФ.
Допущенное органом предварительного следствия нарушение не может быть устранено в судебном производстве и препятствовало суду первой инстанции постановить приговор или вынести на основе данного обвинительного заключения иное решение.
Вместе с тем, судебная коллегия считает, что устранение указанного нарушения составления обвинительного заключения по настоящему уголовному делу не свидетельствует об увеличении объема обвинения, предъявленного С., нарушении её права на защиту, поскольку не связано с необходимостью восполнения неполноты предварительного следствия, не предполагает совершение действий по собиранию доказательств.
Согласно ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне защиты или обвинения, в связи с чем он не наделен полномочиями по конкретизации нового обвинения и принимает решение по делу, исходя из анализа представленных ему сторонами в состязательном процессе доказательств на соответствующей стадии судебного разбирательства, не выходя за пределы предъявленного подсудимому обвинения.
По смыслу ст. 237 УПК РФ возвращение дела прокурору может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов как обвиняемого, так и других участников уголовного судопроизводства, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства и которые исключают возможность принятия по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости и законности.
Согласно п. 3 ст. 389.22 УПК РФ обвинительный приговор или иные решения суда первой инстанции подлежат отмене с возвращением уголовного дела прокурору, если при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке будут выявлены обстоятельства, указанные в части первой и пункте первом части первой ст. 237 УПК РФ.
Согласно разъяснениям п. 19 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.11.2012 года N 26 "О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции" приговор или иные решения суда первой инстанции подлежат отмене с возвращением уголовного дела прокурору, если при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке будут выявлены указанные в статье 237 УПК РФ обстоятельства, препятствующие его рассмотрению судом.
Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что приговор в отношении С. не может быть признан законным и обоснованным и в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 389.15 и ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ подлежит отмене, а уголовное дело возвращению прокурору г. Благовещенска Амурской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.
В связи с отменой приговора по вышеуказанным основаниям, доводы апелляционных жалоб осуждённой и её защитников об отсутствии события преступления, о невиновности С., недопустимости и недостоверности доказательств, не могут быть рассмотрены при настоящем апелляционном разбирательстве в силу ч. 4 ст. 389.19 УПК РФ.
В соответствии с ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.
В соответствии с п. 58 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» отменяя обвинительный приговор или иное судебное решение и возвращая уголовное дело прокурору, суд апелляционной инстанции в целях охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и надлежащего проведения судебного заседания в разумные сроки обязан по ходатайству прокурора или по собственной инициативе решить вопрос о мере пресечения в отношении лица, содержащегося под стражей. При этом суд апелляционной инстанции вправе избрать любую из предусмотренных статьей 98 УПК РФ меру пресечения при условии, что она обеспечит беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства.
Из представленных материалов дела следует, что С. обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, в связи с чем имеются основания полагать, что находясь на свободе, она из опасения возможного наказания в виде реального лишения свободы может скрыться от суда, чем воспрепятствовать производству по делу.
Однако, учитывая, что приговор в отношении С., которым была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, не вступил в законную силу, подлежит отмене, а уголовное дело возвращению прокурору, с учётом данных о её личности, согласно которым она ранее не судима, имеет постоянное место жительства и регистрацию в <адрес>, характеризуется с положительной стороны, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка, находится в фактических брачных отношениях, не нарушала меру пресечения в виде домашнего ареста, избранную до постановления приговора, судебная коллегия приходит к выводу о том, что достаточных оснований для продления С. меры пресечения в виде заключения под стражу, не имеется, в связи с чем, считает возможным её отменить и избрать в отношении С. меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу: <адрес>, полагая, что такая мера пресечения обеспечит интересы уголовного судопроизводства и будет являться гарантией явки С. в следственный орган.
Оснований для избрания в отношении С. более мягкой меры пресечения чем домашний арест судебная коллегия не находит, поскольку считает, что более мягкая мера пресечения не может обеспечить надлежащее процессуальное поведение С. на период производства по уголовному делу. Её явка в суд может быть обеспечена применением иной, более строгой меры пресечения, предполагающей контроль за её поведением в рамках, установленных законом, уполномоченным государственным органом.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛ
А:
Приговор Благовещенского городского суда <адрес> от <дата> в отношении С. отменить, уголовное дело возвратить прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.
Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении С. отменить.
С. из-под стражи освободить.
Избрать С. меру пресечения в виде домашнего ареста, заключающегося в её нахождении в условиях изоляции от общества в жилом помещении по адресу: <адрес>, на 3 месяца, то есть до 21 ноября 2023 года.
Возложить на С. следующие запреты:
- общение с лицами, проходящими по настоящему уголовному делу в качестве свидетелей, за исключением защитников и близких родственников, совместно проживающих с ней в жилом помещении;
- отправлять и получать почтово-телеграфные отправления;
- использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом и судом. О каждом таком звонке С. обязана информировать контролирующий орган.
Контроль за нахождением С. в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением ею указанных выше запретов возложить на ОИН ФКУ УИИ УФСИН РФ по Амурской области.
Апелляционное определение может быть обжаловано непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.
В соответствии с ч. 5 ст. 389.28 УПК РФ, С. вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий Д.А. Лисниченко
Судьи О.Н. Дрожаченко
О.А. Пономарёва