по делу №2-2524/2022

УИД: 73RS0003-01-2022-003922-25

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Ульяновск 09 ноября 2022 года

Железнодорожный районный суд города Ульяновска в составе председательствующего судьи Резовского Р.С.,

при секретаре Горбачеве С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора займа недействительным

УСТАНОВИЛ

ФИО1 обратился в Железнодорожный районный суд города Ульяновска с исковым заявлением к ФИО2 о признании договора займа недействительным.

В обоснование исковых требований указано, что истец являлся директором ООО «АгроМастер», основным видом деятельности которого являлась глубокая переработка древесины. В ДД.ММ.ГГГГ года его знакомый ФИО3 познакомил его с ФИО2, который со слов ФИО3, хотел заниматься производством по переработке древесины. Истец уведомил ФИО2 о том, что у ООО «АгроМастер», имеется задолженность и для того, чтобы запустить производство надо закрыть долги, а для получения прибыли необходимо внести сумму в размере <данные изъяты> рублей. Какой либо договор по сотрудничеству и инвестированию в производство с ФИО2 не заключался, все было оговорено в устной форме. ФИО2 должен был обеспечить поставку и оплату сырья, а истец отвечал за бесперебойную работу станков, за предоставление рабочих и сбыт. Однако, вместо этого между истцом и ФИО2 был подписан договор без процентного денежного займа от ДД.ММ.ГГГГ, по которому ФИО2 предоставляет истцу беспроцентный денежный заём в сумме <данные изъяты> рублей, наличными денежными средствами, при этом истец приняло на себя обязательство возвратить заём не позднее ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 приобретал сырьё, а взамен истцом было предоставлено оборудование и рабочая сила. Но поскольку ФИО2 задерживал оплату сырья, то сырьё поступало с большими перерывами, в связи с этим у предприятия начала расти задолженность по аренде помещения, по заработной плате и т.д., то есть сумма прибыли от производства шли на погашения образовывающихся долгов. ФИО2 в адрес истца претензии с требованием о погашении задолженности по договору займа не направлял, однако, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился к начальнику ОМВД России по Железнодорожному району города Ульяновска с заявлением о проведении проверки и привлечении меня, Аслан ФИО4 к уголовной ответственности. На основании заявления ФИО2 проводилась проверка, и постановлением следователя СО ОМВД России по Железнодорожному району города Ульяновска от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела было отказано. Истец указывает, что договор займа от ДД.ММ.ГГГГ являлся притворной сделкой и прикрывал собой заключённый между истцом и ФИО2 договор простого товарищества, поскольку действительная воля сторон была направлена на осуществление совместной деятельности по переработке древесины и дальнейшей реализации с целью извлечения прибыли. При этом действительной волей ФИО2 являлось внесение денежных средств в совместную с ООО «АгроМастер» деятельность. Экономический смысл в заключение договора займа состоял в том, что он, являясь формой внесения вклада, позволял возвратить ФИО2 вклад в полном объеме без участия в покрытии общих расходов или убытков, что противоречит положениям статьи 1046 Гражданского кодекса Российской Федерации. Стороны, заключая договор займа, фактически прикрывали правовые отношения по внесению ФИО2 вкладов в простое товарищество. Договор беспроцентного денежного займа от ДД.ММ.ГГГГ это притворная сделка, поскольку денежные средства не носили характер заёмных, а были направлены на ведение совместного бизнеса, то есть фактически являлись инвестициями, ввиду чего между сторонами не возникли правоотношения по договору займа.

На основании изложенного, ссылаясь на положения статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец в исковом заявлении просит суд признать договор без процентного денежного займа от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО2 недействительным (ничтожным).

Представитель ФИО1 – ФИО5 в судебном заседании поддержала заявленные исковые требований, дополнив, что из постановления следователя СО ОМВД России по Железнодорожному району города Ульяновска от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела следует, что в ходе проверки опрошенный ФИО2 пояснил, что вкладывает в организацию ООО «АгроМастер» <данные изъяты> рублей и должен получать <данные изъяты> рублей ежемесячно. Каких-либо документов о передачи денежных средств Аслан-Оглы Д.Д, они не подписывали, все было по устной договоренности. Опрошенный ФИО1 пояснил, что ФИО2 согласился инвестировать свои денежные средства в производство, расписки при этом не составляли. Между ФИО2 и ФИО1 был взаимный бизнес. Опрошенный ФИО3 пояснил, что ФИО2 интересовал вопрос, куда можно вложить денежные средства с минимальным участием в работе бизнеса. Между ФИО1 и ФИО2 была достигнута договоренность о том, что ФИО2 предоставляет денежные средства в виде инвестиций, при этом ФИО2 искал поставщиков сырья и оплачивал. ФИО1 организовывал производство и сбыт. Опрошенный ФИО6 пояснил, ФИО2 и ФИО1 обратились к нему с предложением о сотрудничестве и поставки пиломатериалов. Из заявления о преступлении ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО2 хотел войти в состав учредителей фирмы ООО «АгроМастер» и вложил денежные средства для того, что бы получать доход от совместной деятельности. Из объяснения ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что между ФИО1 и им была договоренность о том, что ФИО2 вкладывает в организацию ООО «АгроМастер» <данные изъяты> рублей и становиться учредителем ООО «АгроМастер». ФИО1 обещал заключить договор займа. Из объяснения ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что никаких договоров не составляли, все условия были оговорены в устной форме, наличные денежные средства он получил от ФИО2 в сумме <данные изъяты> рублей на бизнес. Из заявления о преступлении ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ним и ФИО1 был заключен договор беспроцентного займа.

Кроме того, в судебном заседании представитель ФИО1 – ФИО5 также указала на безденежность заключенного между сторонами договора займа, а также то, что фактически указанный договор был составлен сторонами в мае 2021 году, а не в 2017 году.

ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения был своевременно и надлежащим образом уведомлен, до его начала представил заявление, согласно которому полагает, что исковые заявление ФИО1 подлежит оставлению без рассмотрения по существу, поскольку указанные требования должны рассматриваться в рамках дела о банкротстве ФИО1, который решением Арбитражного суда Ульяновской области от ДД.ММ.ГГГГ был признан банкротом. Кроме того, просит применить срок исковой давности и рассмотреть дело в его отсутствие.

Ранее в судебном заседании ФИО2 возражал против удовлетворения исковых требований, указав, что между ним и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ был заключен именно договор беспроцентного займа, денежные средства по которому были переданы им истцу в наличной форме, что подтверждаете распиской на обороте договора.

В соответствии с частями 3 и 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными. Стороны вправе просить суд о рассмотрении дела в их отсутствие и направлении им копий решения суда. При указанных обстоятельствах, суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав явившиеся стороны, исследовав и оценив в совокупности в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные сторонами доказательства, приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению, по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

По общим правилам и требованиям гражданского судопроизводства истец самостоятельно определяет соответствующий его интересам способ судебной защиты, в том числе предмет и основания заявляемого им иска.

Возможность судебной защиты гражданских прав служит одной из гарантий их осуществления. Право на судебную защиту является правом, гарантированным статьёй 46 Конституции Российской Федерации.

Суд принимает решение, в силу статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах заявленных истцом требований

В соответствии со статьёй 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со статями 9, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, добросовестность участников гражданского оборота предполагается.

Исходя из смысла части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, во всех случаях, когда в том или ином суде разрешается спор и есть стороны, они должны быть процессуально равны, иметь равные права и возможности отстаивать свои интересы.

Это конституционное положение и требование норм международного права содержится в статье 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Анализ указанных норм позволяет сделать вывод о том, что суд в процессе состязательности не является инициатором и лишь разрешает предусмотренные законом вопросы, которые ставят перед ним участники судопроизводства, которые в рамках своих процессуальных прав обосновывают и доказывают свою позицию в конкретном деле.

Таким образом, на истце и на ответчике в равной степени лежит бремя доказывания выдвигаемых ими доводов и возражений.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Для квалификации отношений сторон как заемных необходимо установить соответствующий характер обязательства, включая достижение между ними соглашения об обязанности заемщика возвратить заимодавцу полученные денежные средства.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем или стечения тяжелых обстоятельств.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 (займодавец) и ФИО1 (заемщик) заключен договор беспроцентного денежного займа, по условиям которого ФИО2 предоставляет ФИО1 беспроцентный денежный заём в сумме <данные изъяты> рублей, а ФИО1 обязуется вернуть указанную сумму займа в срок до ДД.ММ.ГГГГ.

На обороте представленной ответчиком копии договора займа имеется рукописная расписка «денежные средства получил в полном объеме», которая удостоверена подписью ФИО1

В судебном заседании представитель ФИО1 - ФИО5 не оспаривала факт составления между сторонами указанного договора и подпись истца в расписке, указывая лишь, что в действительности договор был составлен и подписан в 2021 году, а денежные средства фактически ФИО1 не передавались.

В соответствии с положениями статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации указанная расписка признаётся судом допустимым доказательством, удостоверяющим передачу ФИО1 денежных средств, в сумме и на условиях, указанных в договоре займа.

Статьей 812 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.

Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808 Гражданского кодекса Российской Федерации), его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем или стечения тяжелых обстоятельств.

Доказательств того, что договор займа ДД.ММ.ГГГГ был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем или стечения тяжелых обстоятельств ответчиком суду не предоставлено.

Таким образом, доводы представителя истца о безденежность заключенного между сторонами договора займа своего подтверждения в ходе рассмотрения не нашли.

Кроме того, не нашли также своего подтверждения доводы истца и его представителя о притворности сделки - договор займа ДД.ММ.ГГГГ.

Так, согласно части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, притворным договором следует считать любой договор, целью заключения которого не было наступление его правового результата - он заключался лишь для прикрытия любой другой сделки, в том числе незаконной или на других условиях. В свою очередь, отсутствие правового результата в действиях сторон правоотношений противоречит основным признакам гражданско-правовой сделки (статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации), ввиду чего притворный договор следует считать ничтожным (абсолютно недействительным).

В рамках притворного договора принято различать 2 сделки - прикрываемую и прикрывающую. Прикрывающая сделка всегда является ничтожной, независимо от того, соответствует ли ее формальное содержание закону. Притворные договоры всегда не соответствуют истинной внутренней воле сторон, которые их заключают, то есть относятся к сделкам с пороком воли.

Таким образом, юридически значимым и подлежащим доказыванию в пределах заявленного основания иска является установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора.

При этом, наличие воли хотя бы одной из сторон на достижение правового результата, соответствующего совершенной сделке, исключает возможность признания сделки недействительной как притворной, в связи, с чем признание оспариваемой сделки притворной возможно при условии преследования прикрываемых целей обеими сторонами и наличие таких намерений должно быть подтверждено достаточными и допустимыми доказательствами.

При наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что займодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта.

Как следует из искового заявления и пояснений представителя истца договор займа и расписка, данная ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ о получении денежных средств в размере <данные изъяты> рублей, по своей правовой форме являются не подтверждением заключения договора займа, а служили тем обстоятельством, что между ФИО2 и ФИО1 было достигнуто соглашение о ведении совместной предпринимательской деятельности. А договор займа и расписка всего лишь являлись гарантом взаимных обязательств по совместной деятельности и ее составление обуславливало несение рисков для каждой стороны по достигнутому соглашению, то есть, сделка, которую стороны в действительности имели в виду, - это договор простого товарищества.

В соответствии с частью 1 статьи 1041 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

В силу пункта 2 названной статьи, сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации

Существенными условиями этого договора являются совместные действия, направленные на достижение общей цели, и соединение участниками товарищества своих вкладов. Кроме того, при ведении общих дел и в отношениях с третьими лицами участники простого товарищества действуют совместно (статья 1044 Гражданского кодекса).

В рассматриваемом случае довод ответчика о притворности договора займа, заключенного между сторонами, основан исключительно на объяснениях самого ответчика. Факт написания расписки именно в счет обеспечения исполнения ответчиком взаимных обязательств по совместной предпринимательской деятельности, судом не установлен.

В ходе разбирательства по делу судом не установлено, что действительная воля всех сторон сделки была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки, в связи с чем, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании договора займа недействительным.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО3 пояснил, что при заключении оспариваемого договора он не присутствовал, при этом именно он познакомил ФИО2 с ФИО1 Свидетель также указал о наличии у ФИО2 намерений инвестировать в осуществляемую ФИО1 предпринимательскую деятельность. Полагает, что если был между ФИО2 и ФИО1 был заключен договор займа, он был об этом знал.

Суд критически относится к показаниям свидетеля ФИО3, поскольку данные показания по своей природе не опровергают установленных обстоятельств дела, не доказывают притворности совершенной ФИО2 и ФИО1 сделки, а содержат лишь вероятностную оценку возникших между сторонами правоотношений. Суждения свидетеля фактически являются его субъективным оценочным мнением.

Также судом не принимаются во внимание возражения представителя истца о том, что ответчиком не представлен подлинник договора займа от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку данный факт не является основанием для удовлетворения иска.

Согласно абзацу второму части 2 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию.

Доводов и доказательств, ставящих под сомнение несоответствие представленных истцом копий документов в обоснование своих возражений оригиналам, сторона истца не заявляла. Кроме того, сторона истца не отрицала факт составления оспариваемого договора займа и расписки.

Другими доказательствами достоверность содержащихся в представленных ответчиком документах сведений, не опровергнута. Таким образом, у суда отсутствуют основания полагать, что копии вышеуказанных документов, представленные ответчиком в материалы дела, не соответствуют их подлинникам.

В силу присущего исковому виду судопроизводства начала диспозитивности, эффективность правосудия обусловливается, в первую очередь, поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса. Стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

При рассмотрении данного дела ФИО1 не предоставлены относимые, допустимые и убедительные доказательства, указывающие на притворность заключённой ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1 сделки – договора беспроцентного займа, в частности доказательств того, что обе стороны по сделке имели цель по прикрытию правоотношений по договору простого товарищества, иными правоотношениями, в данном случае договором займа, в связи с чем, исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

Кроме того, в качестве самостоятельного основания для отказа в удовлетворении заявленных требований суд рассматривает и то обстоятельство, что обращение истцов в суд последовало после истечения срока исковой давности, установленного статьёй 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, о применении которого заявила сторона ответчика по делу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

В соответствии с частью 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пунктах 73 - 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» приведен перечень норм, устанавливающих ничтожность сделки.

Так, в силу прямого указания закона, к ничтожным сделкам относятся сделки, поименованные, в том числе в статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Стороной истца заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока исковой давности. В качестве уважительных причин пропуска срока указал, что ФИО1 узнал о нарушении своего права только ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО2 обратился в суд с иском о взыскании с него денежных средств по оспариваемому договору займа.

Статьей 205 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Согласно Гражданскому кодексу Российской Федерации исковая давность устанавливает временные границы для судебной защиты нарушенного права лица по его иску и по общему правилу составляет три года (статьи 195 и 196). Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, однако из этого правила есть изъятия, которые устанавливаются данным Кодексом и иными законами (пункт 1 статьи 200).

Вместе с тем, в порядке исключения из общего правила применительно к требованиям, связанным с недействительностью ничтожных сделок, законодателем в пункте 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена специальная норма, в соответствии с которой течение указанного срока по данным требованиям определяется не субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, - а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

Следовательно, поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления давностного срока.

К сроку исковой давности по ничтожным сделкам применяются общие правила об исковой давности, а именно положения статей 195, 198 - 207 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Соответственно, в установленный законодателем трехлетний период заинтересованные лица не лишены возможности осуществить защиту нарушенного права, а также воспользоваться иными законными возможностями, гарантирующими реальность такой защиты.

Как уже было отмечено выше, в рассматриваемом случае судом достоверно установлено, получение ФИО1 денежных средств по оспариваемому договору займа от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, исполнение договора займа началось с момента получения ФИО1 денежных средств, а именно ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, исполнение сторонами оспариваемого договора займа началось ДД.ММ.ГГГГ, тогда как настоящий иск предъявлен ФИО1 в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть за истечением срока исковой давности.

Указанные стороной истца обстоятельства для восстановления пропуска срока исковой давности, по мнению суда, не свидетельствует об уважительности причины пропуска данного срока, в связи с чем, ходатайство о признании причины пропуска срока исковой давности уважительной и о восстановлении пропущенного срока удовлетворению не подлежит.

Также не подлежит удовлетворению ходатайство ФИО2 об оставлении без рассмотрения исковых требований ФИО1 в связи с введением в отношении последнего процедуры банкротства.

Вместе с тем, доводы ответчика о том, что указанный иск подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве ФИО1, судом отклоняются, поскольку согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 63 в порядке главы III. 1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III. 1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Заявления о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах), предъявляемые другими помимо арбитражного управляющего лицами (например, контрагентами по сделкам или должником в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления), подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности. При предъявлении в рамках дела о банкротстве заявления об оспаривании сделки по указанным основаниям иным помимо арбитражного управляющего лицом суд оставляет это заявление без рассмотрения применительно к части 4 пункта 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Из смысла вышеприведенных правовых актов следует, что подведомственность дел между судами общей юрисдикции и арбитражными судами определяется с учетом характера спорных правоотношений и их субъектного состава.

В силу статьи 61.9 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд только ограниченным кругом лиц, а именно: внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов; представителем собрания (комитета) кредиторов или иным лицом, уполномоченным решением собрания (комитета) кредиторов; конкурсным кредитором или уполномоченным органом; временной администрацией финансовой организации.

Таким образом, исходя из указанных правовых норм и разъяснений, ФИО1 не относится к числу лиц, наделенных правом по оспариванию сделки в рамках дела о его банкротстве.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований иску ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации серии №) к ФИО2 (паспорт гражданина Российской Федерации серии №) о признании договора займа недействительным - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Железнодорожный районный суд города Ульяновска, в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья подпись Резовский Р.С.

Мотивированное решение составлено 16 ноября 2022 года.

<данные изъяты>

<данные изъяты>