Апелляционное определение по делу № 33-32859/2023 от 24.07.2023

Судья: фио

В суде первой инстанции дело № 2-423/2023

В суде апелляционной инстанции дело № 33-32859/2023

УИД 77RS0003-02-2022-010597-26

Апелляционное определение

24 июля 2023 года город Москва

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Гербекова Б.И.,

судей Шокуровой Л.В., фио,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Поздяевой Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Шокуровой Л.В. апелляционную жалобу истца ФИО1 на решение Бутырского районного суда города Москвы от 25 января 2023 года, которым постановлено:

В удовлетворении требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения комнаты недействительным, включении в наследственную массу - отказать,

установила:

Истец ФИО1 обратилась в суд к ответчику ФИО2 с иском о признании договора дарения комнаты недействительным, включении в наследственную массу, обосновывая тем, что 12 июля 2019 года между фио и ФИО2 заключен договор дарения комнаты № 2, общей площадью 11,9 кв.м, по адресу: адрес, кадастровый номер ..., которая являлась единственным жильем фио, после перехода права собственности она оставалась проживать в указанной комнате до своей смерти - 28 мая 2020 года. Единственным наследником фио являлась мать – фио, паспортные данные, пенсионер, инвалид, которая умерла 21 ноября 2020 года. Наследник фио – истец ФИО1 полагает сделку недействительной, мнимой, поскольку ответчик в комнату не вселялся, в ней не регистрировался, не посещал, а у фио отсутствовали причины производить отчуждение принадлежащей ей комнаты, поскольку она не работала, намерения менять место жительства не имела, в 2017 году составила завещание, в соответствии с которым завещала комнату ответчику. Истец просила признать недействительной (ничтожной) сделкой договор дарения комнаты от 12 июля 2019 года, применить последствия ничтожности сделки в виде возврата комнаты и включения в состав наследственного имущества фио, умершей 28 мая 2020 года, включить комнату в состав наследственного имущества умершей 21 ноября 2020 года фио и признать за ФИО1 право собственности в порядке наследования на указанную комнату.

Истец ФИО1 и её представитель фио в судебное заседание первой инстанции явились, исковые требования поддержали, просили их удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание первой инстанции не явился, извещен, обеспечил явку своего представителя по доверенности Адлер А.И., которая исковые требования не признала, пояснила, что договор дарения выражал действительную волю фио, поскольку с 2006 года она являлась соседкой ответчика, с которым хорошо общалась, часто приходила в гости к нему и его супруге. С 2016 года фио часто жаловалась на конфликтные отношения со своими родственниками. фио проживала со своей матерью и мужем матери, который злоупотреблял спиртными напитками. В квартиру приезжала сестра – истец по настоящему иску. Конфликты были на бытовой почве, носили длительный и непримиримый характер. Ответчик и его супруга покупали фио продукты, выслушивали жалобы, поддерживали. В 2017 году фио сообщила о своём намерении написать на ответчика завещание в отношении принадлежащей ей квартиры. 02 июня 2017 года нотариусом города Москвы фио удостоверено завещание в пользу ФИО2 С течением времени конфликты в семье фио стали происходить чаще и носить все более выраженные формы. В ходе одного из них, фио нанесла тяжкие телесные повреждения фио (мужу матери), за что была приговорена судом к условному сроку и исполнительным работам. Наказание фио было исполнено. В 2019 году фио предложила ответчику принять в дар принадлежащую ей комнату, чтобы быть уверенной, что её воля по наделению ответчика принадлежащей ей собственностью будет исполнена при жизни. Таким образом, фио длительное время выражала свою волю на передачу комнаты ответчику. После совершенной сделки дарения, фио осталась проживать в принадлежащей ФИО2 комнате в силу сложившихся хороших отношений. В настоящее время ФИО2 добросовестно исполняет свои обязанности в отношении принадлежащего ему имущества, в комнате находятся вещи и строительные материалы для предстоящего ремонта. Ответчик погасил долг по коммунальным платежам, оплачивает налог на имущество и реально вступил в право собственности.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, нотариус города Москвы фио, представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по городу Москве в судебное заседание первой инстанции не явились, извещены надлежащим образом.

Судом первой инстанции постановлено вышеуказанное решение, не согласившись с которым истец ФИО1 подала апелляционную жалобу, указывая на то, что вывод суда об отсутствии в оспариваемой сделки признаков мнимости не соответствует материалам дела. /том 2 л.д. 70-71/

Истец ФИО1 и её представитель фио в судебное заседание апелляционной инстанции явились, доводы апелляционной жалобы поддержали, просили её удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание апелляционной инстанции не явился, извещен, обеспечил явку своего представителя по ордеру Адлер А.И., которая доводы апелляционной жалобы не признала, просила оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судебная коллегия, руководствуясь ст.167 ГПК РФ, полагала возможным рассмотреть дело при данной явке.

Проверив письменные материалы дела в двух томах, заслушав объяснения явившихся лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований к отмене обжалуемого решения, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями действующего законодательства.

В соответствии с п.п.1-2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Судом первой инстанции установлено, что фио, паспортные данные, принадлежала на праве собственности комната № 2, площадью 11,9 кв.м в квартире № 84, расположенной по адресу: адрес, на основании договора передачи от 13 декабря 2011 года № 020700-У13939.

Как установлено судом первой инстанции, 02 июня 2017 года фио было составлено завещание в пользу ФИО2, в соответствии с которым она завещала последнему принадлежащую ей вышеуказанную комнату.

Согласно п.2 ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Судом первой инстанции установлено, что 12 июля 2019 года фио безвозмездно передала в собственность ФИО2 принадлежащую ей указанную выше комнату. 23 июля 2019 года ФИО2 было зарегистрировано право собственности на спорную комнату, при этом фио продолжила проживать и была зарегистрирована в спорном помещении, кроме того, в указанной квартире также проживали фио и фио (родители истца ФИО1).

Судом первой инстанции установлено наличие конфликтных отношений между фио и проживающими в квартире, поскольку согласно характеристике ОМВД России по адрес, фио состояла на учете как алкоголик-дебошир, злоупотребляла спиртными напитками, в семье часто происходили конфликты, длительное время не была трудоустроена, а также приговором мирового судьи судебного участка № 158 адрес от 19 июня 2019 года фио была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 118 УК РФ в отношении фио

В соответствии со ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина.

На основании ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Судом первой инстанции установлено, что фио, паспортные данные, умерла 28 мая 2020 года, с заявлением о принятии наследства обратилась ФИО1, действующая от имени фио (матери наследодателя), свидетельство о праве на наследство не выдавалось.

Судом первой инстанции установлено, что мать фио и истца - фио, паспортные данные, умерла 21 ноября 2020 года. Согласно материалам наследственного дела к имуществу умершей 21 ноября 2020 года фио, наследником является ФИО1 (дочь) и фио (муж).

Как установлено судом первой инстанции, решением Бутырского районного суда города Москвы от 28 ноября 2021 года по гражданскому делу № 2-320/2021 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения жилого помещения недействительным (ст. 177 ГК РФ), применении последствий недействительности такой сделки и включении имущества в состав наследственной массы.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 20 мая 2022 года решение Бутырского районного суда города Москвы от 28 ноября 2021 года по гражданскому делу № 2-320/2021 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 - без удовлетворения.

Судом первой инстанции в качестве свидетелей были допрошены фио и фио. /том 2 л.д. 9-14/

Свидетель фио показал, что являлся мужем фио, умершей 21 ноября 2020 года и отчимом дочери фио - фио, которая злоупотребляла алкоголем, в этом состоянии часто была не адекватна, дралась. Свидетель получил указанную квартиру 40 лет назад по ордеру, и семья постоянно проживала в указанной квартире. В 2012 году одну комнату в трехкомнатной квартире приватизировала фио, поскольку ранее решением суда фио была определена комната 11 кв.м, а фио, фио две комнаты 9 и 14 кв.адрес является соседом и проживает с семьей в квартире № 85.

Свидетель фио показала, что фио являлась соседкой и проживала в квартире № 84, где ей принадлежала комната в коммунальной квартире. С фио фио были знакомы с 2006 года, фио часто приходила за помощью к фио, однажды родственники в ходе бытового конфликта облили её кипятком, часто имели место вызовы полиции в связи с конфликтами в указанной квартире. фио рассказывала, что никаких отношений с родственниками поддерживать не желает и не хочет, чтобы её комната досталась таким родственникам. фио сначала составила завещание на мужа свидетеля, а затем подарила принадлежащую ей комнату по договору дарения. По договоренности фио осталась проживать в комнате, как и раньше. Ключи от квартиры и комнаты фио дала ФИО2 В настоящее время, фио намереваются сделать в комнате ремонт, но до разрешения судебных споров, ремонт не начинают, при этом все оплаты производятся регулярно.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что оснований ставить под сомнение показания указанных свидетелей не имеется.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Суд первой инстанции, оценив представленные по делу доказательства, отказал в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения комнаты недействительным, включении в наследственную массу, поскольку отсутствуют правовые основания для признания договора дарения недействительной сделкой, признаками мнимой сделки данная сделка не обладает.

Доводы истца о том, что мать дарителя фио, являвшаяся инвалидом первой группы и пенсионером, имела право на обязательную долю наследства, тогда как лишилась такого права в связи с совершением оспариваемой сделки, суд первой инстанции правомерно и обоснованно отклонил, поскольку фио распорядилась принадлежащим ей имуществом при жизни, совершив сделку дарения принадлежащей ей комнаты, в связи с чем, спорное имущество не было включено в наследственную массу.

Доводы истца о том, что даритель фио осталась проживать в квартире до своей смерти, а одаряемый не реализовывал правомочий собственника, суд первой инстанции правомерно отклонил, поскольку отсутствие требований нового собственника об освобождении комнаты дарителем, не свидетельствует о наличии оснований для признания сделки мнимой, так как волеизъявление фио и ФИО2 имелось, ФИО2 зарегистрировал право собственности в установленном порядке, в материалы дела также представлены подтверждения оплаты коммунальных услуг еще при жизни фио и иных платежей.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований, поскольку они основаны на указанных нормах закона, подлежащих применению в спорных правоотношениях, с учетом всех представленных доказательствах, исследованных и оценённых судом первой инстанции по правилам статьи 67 ГПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы о том, что после заключения договора дарения имущественное положение сторон не изменилась, на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, доверитель не утратила интерес к подаренной комнате, сохранила контроль над имуществом и продолжала владеть и пользоваться им, при этом ответчик полноценно права собственника не реализовал, интереса к имуществу не проявлял, суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку договор дарения сторонами был исполнен, дар принят, что подтверждается регистрацией перехода права собственности на спорный объект недвижимости, в связи с чем, оснований для квалификации заключенного между сторонами договора дарения, как мнимой сделки не имеется, при этом суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что факт сохранения за дарителем права пользования комнатой без соответствующего условия в договоре, не свидетельствует о порочности совершенной сделки, так как по смыслу гражданского законодательства, указанное не вступает в противоречие с правомочиями собственника.

Доводы апелляционной жалобы о том, что вывод суда об отсутствии в оспариваемой сделки признаков мнимости не соответствует материалам дела, суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку выводы суда первой инстанции основаны на исследованных судом всех доказательствах в совокупности, которым дана аргументированная правовая оценка, при этом мотивы, по которым суд пришел к указанным выводам, изложены в решении суда и являются обоснованными.

Остальные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, фактически они выражают несогласие истца, однако по существу их не опровергают, оснований к отмене решения не содержат, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, так как иная точка зрения на то, как должно быть разрешено дело, не может являться основанием для отмены состоявшегося по настоящему делу решения.

Проверив дело с учетом требований ст.327.1 ГПК РФ, согласно которой суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, судебная коллегия считает, что судом первой инстанции все юридические значимые обстоятельства по делу определены верно, выводы, изложенные в решении, соответствуют собранным по делу доказательствам, соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, решение по делу вынесено правильное, законное и обоснованное, отвечающее требованиям ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ.

Оснований сомневаться в объективности оценки и исследования доказательств не имеется, поскольку оценка доказательств судом произведена правильно, в соответствии с требованиями ст. ст. 12, 56 и 67 ГПК РФ.

В силу статьи 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие обстоятельства судом при рассмотрении апелляционной жалобы, не установлены, в связи с чем, требования апелляционной жалобы об отмене решения не подлежат удовлетворению.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснил, что решение должно быть законным и обоснованным (часть 1 статьи 195 ГПК РФ).

Эти требования при вынесении решения судом первой инстанции соблюдены.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Бутырского районного суда города Москвы от 25 января 2023 года - оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: