Гражданское дело №
УИД 68RS0№-71
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
18 декабря 2025 г. <адрес>
Октябрьский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Тройновой М.С., при секретаре ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о взыскании морального вреда,
установил:
ФИО2 обратилась в суд с иском к ответчику о компенсации морального вреда в размере 1 500 000 руб., причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия за смерть дочери. Свои требования истец мотивировала тем, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 07 час. 50 мин. на автодороге около <адрес> ул. 1-район <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Кио Рио госномер <***> под управлением водителя ФИО3 В результате дорожно-транспортного происшествия пассажир автомобиля Кио Рио госномер <***> ФИО5 от полученных травм скончалась на месте. Приговором Кирсановского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года, назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года.
Заочным решением Октябрьского районного суда <адрес> ДД.ММ.ГГГГ по делу № исковые требования ФИО2 были удовлетворены, с ФИО3 взыскана компенсация морального вреда в размере 1 500 000 руб.
По заявлению ответчика определением суда от ДД.ММ.ГГГГ заочное решение суда было отменено, рассмотрение дела по существу возобновлено.
В судебное заседание истец ФИО2 не явилась, уведомлялась надлежащим образом о дате и времени судебного заседания. Ранее в судебном заседании пояснила, что с погибшей дочерью у нее были очень теплые отношения, она была на ее полном материальном обеспечении, училась на заочной форме обучения, платно. Отец дочери самоустранился от её воспитания, материального обеспечения не оказывал и длительное время находился в розыске по алиментным обязательствам.
Представитель истца адвокат ФИО6 требования поддержал в заявленном размере, полагая, что жизнь человека трудно измерить в денежном выражении, боль утраты до настоящего времени не ослабевает, те денежные средства, которые были переведены ФИО3 на счет истца ФИО2, полагает возможным вычесть из заявленной ко взысканию суммы. Отмечает недобросовестное поведение ответчика: он не предпринимал попыток примирения, хотя истец при вынесении приговора пожалела его и просила не назначать слишком суровое наказание.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Представитель ответчика адвокат ФИО7 в судебном заседании требования признал в сумме 325 тыс. руб. (500 000 руб. за минусом 135 000 руб., перечисленных на счет ФИО2 ответчиком), заявленную истцом сумму считает завышенной, ответчик вину в совершении преступления признал, принес извинения. У ответчика небольшой доход, кроме того он имеет алиментные обязательства.
Выслушав представителя истца и представителя ответчика, выслушав заключение прокурора ФИО8 полагавшего, что требования истца подлежат удовлетворению с учетом разумности и справедливости, исследовав материалы дела и оценив доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований в части.
Приговором Кирсановского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ. Ему было назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года. На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы определено как условное, с испытательным сроком 2 года.
Согласно обстоятельствам, установленных приговором суда, ДД.ММ.ГГГГ примерно в 07 час. 50 мин. водитель ФИО3, управлял автомобилем KIA RIO государственный регистрационный знак <***>, и двигался на нем вместе с пассажиром ФИО5 по автодороге около <адрес>, ул. 1-й район, <адрес>, со стороны <адрес>, в сторону <адрес>. Во время движения водитель ФИО3, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, в нарушение требования п. 10.1 ПДД, который предписывает и обязывает: «водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требования ПДД. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», в нарушение требования п. 10.2 ПДД, который предписывает и обязывает: «в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч», в нарушение требования п. 9.1.1 ПДД РФ, который предписывает и обязывает: «на любых дорогах с двухсторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена трамвайными путями, разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.1, прерывистая линия которой расположена слева», в нарушение требования горизонтальной дорожной разметки 1.1 приложение 2 к ПДД, которая предписывает и обязывает: «разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен; обозначает границы стояночных мест транспортных средств», не выполнил их требования, проявил преступную небрежность, невнимательность непредусмотрительность к дорожной обстановке, ставя под угрозу жизнь и здоровье участников движения, осуществляя движение со скоростью 101-108 км/ч, превышающую установленное в населенных пунктах ограничение и не обеспечивающую водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, не учитывал при этом интенсивность движения, особенности и состояние своего транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, расположение транспортного средства на проезжей части, имея объективную возможность наблюдать развитие опасной ситуации, ФИО3 осуществляя маневр объезда переходящего проезжую часть дороги справа налево пешехода ФИО9, произвел выезд на встречную полосу движения, где совершил съезд на левую по ходу движения обочину, после чего потерял контроль за движением транспортного средства, переместившись в заносе на противоположную сторону дороги, где на правой по ходу движения обочине допустил наезд на препятствие (опору дорожного знака, с последующим наездом на растущее дерево).
В результате нарушения ФИО3 требований пунктов 10.1, 10.2, 9.1.1 ПДД, а также требования дорожной разметки 1.1 приложения 2 к ПДД, в данном дорожно-транспортном происшествии пассажир вышеуказанного автомобиля, ФИО5, дочь истца, получила телесные повреждения, от которых скончалась на месте происшествия.
Согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ скорость автомобиля KIA RIO государственный регистрационный знак <***> до момента торможения (появления клубов пыли) составляет 101-108 км/ч.
Согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, в заданной дорожной ситуации водитель ФИО3 должен был руководствоваться требованиями п. 10.1, с учетом требований п. 10.2 ПДД, требованиями п. 9.1.1 ПДД, а также требованиям дорожной разметки 1.1 приложения 2 к ПДД. При заданных и принятых исходных данных действия водителя ФИО3 не соответствовали требованиям пунктов 10.1, 10.2, 9.1.1 ПДД, а также требованиям дорожной разметки 1.1 приложения 2 ПДД и находились в причинной связи с фактом наезда на препятствие.
<данные изъяты>.
В ходе рассмотрения уголовного дела истец была признана потерпевшей.
Согласно представленным распискам, справкам по операциям и не отрицается представителем истца ФИО2 получила от ФИО3 денежными средствами в сумме 10 000 руб. ДД.ММ.ГГГГ, 10 000 руб. ДД.ММ.ГГГГ, 10 000 руб. ДД.ММ.ГГГГ, 15 000 руб. ДД.ММ.ГГГГ, 40 000 руб. ДД.ММ.ГГГГ
Доводы ответчика о передаче истцу денежных средств в сумме 50 000 руб., которые были переданы истцу в день вынесении приговора, при отсутствии расписки, и не подтверждением данного факта истцом, не могут быть приняты в качестве бесспорных доказательств передачи денежных средств истцу.
Согласно ч. ч. 2, 4 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Согласно ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (ч. 2 ст. 1064 ГК РФ).
Из этого следует, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно то лицо, которое указывается в качестве ответчика (причинную связь между его действиями и нанесенным ущербом). В свою очередь, причинитель вреда несет только обязанность по доказыванию отсутствия своей вины в таком причинении, если законом не предусмотрена ответственность без вины.
Согласно ч. 1 ст. 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности праве хозяйственного ведения, или праве оперативного управления, либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Согласно разъяснений, приведенных в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (п. 1 ст. 1070, ст. 1079, ст. 1095 и 1100 ГК РФ).
Согласно п. 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, и как категория оценочная определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения.
Из нормативных положений Конституции РФ, СК РФ, положений статей 150, 151 ГК РФ следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда жизни и здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям.
Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежном эквиваленте и полного возмещения, следовательно, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшему за перенесенные страдания.
Жизнь и здоровье человека бесценны и не могут быть возвращены выплатой денежных средств. Гражданский кодекс лишь в максимально возможной степени обеспечивает определенную компенсацию понесенных потерпевшим или его близкими имущественных (неимущественных) потерь.
В данном случае моральный вред, причиненный истцу, презюмируется.
Как указывает истец, с дочерью они жили вместе, она была полностью на ее обеспечении, начиная от бытовых условий и заканчивая оплатой обучения в колледже. Она до сих пор находится в тяжелом душевном состоянии, а в первое время у нее не было желания жить, так как вместе с моей дочерью часть смысла ее жизни была потеряна. Прошла не одна бессонная ночь, пока слезы из ее глаз прекратили течь сами собой. Физическую и душевную боль, которую она испытала от потери своей дочери, невозможно описать словами.
Гибель дочери в любом случае является необратимым обстоятельством, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.
При определении размера морального вреда судом учтены фактические обстоятельства его причинения в дорожно-транспортном происшествии, степень вины ответчика, принятия ответчиком мер к перечислению денежных средств истцу в счет компенсации морального вреда, характер и степень нравственных страданий истца, вызванных утратой близкого человека, степень родства истца и умершей, неожиданный уход из жизни ФИО10, возраст истца, а также требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой стороны - не допустить неосновательного обогащения и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда, с учетом установленных по делу обстоятельств, суд не предполагает возможным обесценить жизнь человека до крайне низких значений, которые несопоставимы с утратой близкого родственника.
Также судом учитывается и имущественное положение сторон. Так, истец в браке не состоит, у истца находится на иждивении сын ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ, учащийся 9 Г класса муниципального автономного общеобразовательного учреждения «Лицей № им. ФИО12». Доход ФИО2 по новому месту работы за октябрь 2025 г. составил 22 946,24 руб., доход в АО «Тамбовский завод «Революционный труд» с сентября по декабрь 2024 г. составил 101 097,53 руб.
Оценивая довод представителя ответчика о необходимости уменьшения размера возмещения денежной компенсации поскольку у него имеются кредитные обязательства, а также из его заработной платы удерживаются алименты на содержание дочери ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ (25%), суд исходит из следующего.
Действительно, в соответствии с п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
Согласно указанной норме уменьшение размера возмещения вреда является правом, а не обязанностью суда. При этом, разрешая положительно вопрос о снижении размера возмещения, необходимо установить наличие исключительных обстоятельств, препятствующих полной защите права истца.
Оценивая представленные ответчиком доказательства о наличии у него кредитных и алиментных обязательств, возникших после совершенного дорожно-транспортного происшествия в 2024 и 2025 г., его трудоспособный возраст, приходит к выводу об отсутствии оснований для снижения размера возмещения с учетом этих обстоятельств. Доводы ответчика оцениваются судом в данном случае как не влекущие сами по себе уменьшение размера компенсации морального вреда, на основании ч. 3 ст. 1083 ГК РФ, поскольку сами по себе указанные ответчиком обстоятельства не свидетельствуют о его тяжелом материальном положении. Напротив, наличие у него кредитных обязательств не является основанием для снижения взыскиваемой с него денежной компенсации, поскольку возникновение кредитных обязательств произошло по инициативе самого истца, соответствующим обязательствам корреспондируют имущественные права.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
исковые требования ФИО2 удовлетворить в части.
Взыскать с ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 800 000 руб.
В удовлетворении требований в большем размере отказать.
Решение может быть обжаловано в Тамбовский областной суд через Октябрьский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.
Судья М.С. Тройнова
Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.
Судья М.С. Тройнова