УИД 61RS0008-08-2022-007466-98 Дело №2-543/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Ростов-на-Дону 16 января 2023 года

Советский районный суд г. Ростов-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Скоробогатовой Л.А.

при секретаре Фаталиеве А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительной сделкой договор уступки права требования (цессия),

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с настоящим иском в обоснование указав, что 07.09.2022 получил уведомление о частичной замене стороны в исполнительном производстве по гражданскому делу № 2- 250/2007, должником по которому он является. Основанием для замены сторон в обязательстве указан заключенный между ответчиками договор уступки требования (цессия) № 1 от 15.04.2022, согласно которому цедент ФИО2 передает право требования с должника ФИО1 денежных средств в размере 13 471113,60 руб., что составляет 60% от общей суммы долга 22 451856,00 руб. по исполнительному производству, а цессионарии ФИО3 и ФИО4 принимают эту сумму в равных долях в уплату за оказанные юридические услуги по представлению интересов - цедента в суде по семи гражданским н административным делам, перечисленным в договоре: №№2-250/07, 2-3640/2021, 2-4873/2021, 2а-4380/2020, 2а-2851/2021, 2-445/2021 2-2423/2020. Данная сумма была получена в результате индексации судом основного долга по делу №2-250/2007, материал М-1281/2021, в результате чего задолженность по исполнительному производству была увеличена на 14 863 405,80 руб.

Истец считает вышеуказанный договор уступки права требования (цессии) недействительным в силу его ничтожности с учетом оснований изложенных в ст. 4 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре (с изменениями и дополнениями, вступившими в силу с 01.0520221), а также ч. 8 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно определению Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 27.10.2021 индексация представляет собой правовой механизм, позволяющий полностью возместить потери взыскателя от длительного неисполнения судебного решения в условиях инфляционных процессов.

Однако, оспариваемым договором практически вся сумма индексации в размере 13 471113,60 руб. передана в качестве оплаты адвокатам за представление интересов взыскателя в суде, что является неосновательным обогащением адвокатов, а также противоречит правовому механизму, на который сослался суд в определении от 27.10.2021.

Таким образом, истец считает, что спорный договор передачи адвокатам в качестве гонорара за оказанные юридические услуги имущественных прав требования долга по делу, в котором они принимали участие как лица, оказывающие юридическую помощь, не является договором цессии и прямо запрещен Кодексом профессиональной этики адвоката.

Кроме того, в дополнении истец указывает на то, что договор цессии № 1 от 15.04.2022 также является недействительным в силу его мнимого характера, содержащихся в договоре недостоверных сведений о его участниках, подписания договора неустановленными лицами, а также несоответствия закону в части передачи адвокату в качестве гонорара за оказанные юридические услуги имущественных прав требования долга по делу, в котором он принимал участие как лицо, оказывавшее юридическую помощь.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен о дате и времени судебного разбирательства надлежащим образом, направил в суд своих представителей по доверенности ФИО5 и ФИО6, действующую по ордеру, которые в судебном заседании поддержали исковые требования в полном объеме с учетом представленных в материалы дела дополнений к исковому заявлению и отзыву на возражения ответчиков.

Ответчики ФИО2, ФИО3, ФИО4 в судебном заседании просили в удовлетворении иска отказать, полагая, что законных оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Выслушав представителей истца и ответчиков, исследовав материалы дела, суд не находит правовых оснований для удовлетворения требований, исходя из следующего.

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 51 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

В соответствии с положениями ст. 11 ГК РФ, предусматривает, что в судебном порядке осуществляется защита нарушенных либо оспоренных гражданских прав.

Согласно п. 3 ст. 154 ГК РФ, для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех и более (многосторонняя сделка).

При этом одним из условий действительности сделки является, в частности соответствие воли (внутреннего намерения, желания субъекта, направленного на достижение определенного правового результата) и волеизъявления лица (внешнего проявления воли), являющегося стороной сделки, на ее совершение.

Граждане и юридические лица свободны в заключении договора на основании положений п. 1 ст. 421 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 1 ст. 388 ГК РФ, уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Судом установлено, что решением Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 26.02.2007 с ФИО1 в пользу ФИО7 взыскано 8066335,48 руб., состоящих из: 6280800,00 руб. основного долга, эквивалент 240000,00 долларов США по состоянию на 26.02.2007, 1785535,48 руб. проценты за пользование денежными средствами исходя из ставки рефинансирования за 881 сутки на день вынесения решения суда

Определением Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20.02.2013 в связи со смертью взыскателя ФИО7 произведена замена взыскателя на ФИО2

Определением Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 27.10.2021 с ФИО1 в пользу ФИО2 взыскана индексация денежной суммы в размере 14863405,80 руб.

Указанные судебные акты вступили в законную силу, что не оспаривалось сторонами в судебном заседании.

15.04.2022 между ответчиками ФИО2 (Цедент) и ФИО4 (Цессионарий 1) и ФИО3 (Цессионарий 2) заключен договор уступки прав (цессии), согласно которому ФИО2 уступила, а ФИО4 и ФИО3 приняли права требования к Заемщику ФИО1 по исполнительным производствам №-ИП от ДД.ММ.ГГГГ и №-ИП от ДД.ММ.ГГГГ, находящихся на исполнении в Пролетарском РОСП г. Ростова-на-Дону УФССП России по Ростовской области.

Одновременно с уступкой прав требований, Цедент уступил, а Цессионарий принял все права, связанные с обеспечением исполнения обязательств, а также другие, связанные с указанными обстоятельствами права, в том числе права на неуплаченные проценты, пени, неустойку, убытки и иные финансовые санкции, связанные с ненадлежащим исполнением обязательств со стороны Заемщика (истца).

Согласно п. 2.1 Договора уступки от 15.04.2022 уступка прав требования Цессионарию является возмездной.

Цессионарий 1 и Цессионарий 2 приобрели 60%, то есть по 30% каждый от суммы общего размера требования к должнику ФИО1 в сумме 22451865,90 руб. в уплату за оказанные юридические услуги по представлению интересов - цедента в суде по семи гражданским н административным делам, перечисленным в договоре: №№2-250/2007, 2-3640/2021, 2-4873/2021, 2а-4380/2020, 2а-2851/2021, 2-445/2021, 2-2423/2020.

Об исполнении ФИО4 и ФИО3 обязанностей, указанных п. 2.1 свидетельствует подписание сторонами настоящего Договора, что подтвердили в судебном заседании явившиеся стороны договора цессии.

Как было указано выше, истец, требуя признать договор цессии от 15.04.2022 по уступке права требования ничтожной недействительной сделкой, сослался, в том числе на нарушение ч. 8 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката, согласно которой адвокат не вправе приобретать каким бы то ни было способом в личных интересах имущество и имущественные права, являющиеся предметом спора, в котором адвокат принимает участие, как лицо, оказывающее юридическую помощь.

Согласно ч. 2 ст. 390 ГК РФ, при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием; цедент правомочен совершать уступку; уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу; цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования.

В силу п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», разъяснено, что возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником в силу п. 1 ст. 384, ст. 386, 390 ГК РФ.

Из приведенных норм права и разъяснений Постановления Пленума Верховного суда следует, что уступаемое право на момент уступки должно существовать, а размер уступаемого права не имеет значения для решения вопроса о правомерности уступки требования.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц ничтожна.

Согласно ст. 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу ст. 10 ГК РФ недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) недопустимо.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Судом установлено, что истец с исковым заявлением о признании договора займа от 24.09.2004, заключенного между ФИО7 и ФИО1 притворной сделкой, не обращался.

Наоборот, в при рассмотрении искового заявления о взыскании с него денежных средств исковые требования не оспаривал, пытался заключить мировое соглашение. Однако в последствии в судебном заседании пояснил, что долг вернул частично, однако документально подтвердить данный факт не имеет возможности.

В соответствии со ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вступившее в законную силу решение Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 26.02.2007 имеет преюдициальное значение для разрешения рассматриваемого гражданского дела, в том числе, в части подтверждения того, что: договор займа от 24.09.2004 заключен между физическими лицами; денежные средства по Договору займа были переданы Займодавцем непосредственно Заемщику, а также того, что доказательств, свидетельствующих о том, что действительная воля сторон оспариваемого договора займа была направлена на достижение иных правовых последствий, не представлено.

Таким образом, по мнению суда, обращение в суд с настоящим иском, направлено исключительно на преодоление преюдициальности вступившего в законную силу судебного акта, которым уже дана оценка всем обстоятельствам и представленным истцом документам.

Оснований для оценки Договора цессии от 15.04.2022, заключенного между ответчиками, как ничтожного, не имеется в силу отсутствия нарушения закона при его совершении, способного повлиять на права сторон.

Доводы истца о том, что Договор цессии от 15.04.2022 не может являться действительной сделкой в силу противоречия абз. 1 п. 2 ст. 390 ГК РФ (уступаемое требование существует в момент уступки), не может быть принят судом во внимание, поскольку на момент заключения 15.04.2022 оспариваемого договора уступки права (цессии) ФИО2 принадлежало право требования к истцу на основании договора займа (расписки) от 24.09.2022, и, соответственно, уступаемое ею ФИО3 и ФИО4 право требования по названному договору на момент уступки существовало.

То обстоятельство, что 15.04.2022 ФИО2 уступила право требования по указанному договору цессии ФИО3 и ФИО4 на условиях оказания юридической помощи, также не говорит о ничтожности Договора цессии от 15.04.2022, заключенного между ФИО2 и ФИО3 и ФИО4

Кроме того, разрешая данные требования, суд также учитывает следующее.

Согласно ч. 3 ст. 166 ГК РФ. требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу ч. 1 ст. 390 ГК РФ, цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием.

Из положений ст. 390 ГК РФ вытекает, что действительность соглашения об уступке права (требования) не ставится в зависимость от действительности требования, которое передается новому кредитору. Неисполнение обязательства по передаче предмета соглашения об уступке права (требования) влечет ответственность передающей стороны, а не недействительность самого обязательства, на основании которого передается право. По смыслу данной статьи передача недействительного требования рассматривается как нарушение цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающих из соглашения об уступке права (требования). При этом под недействительным требованием понимается как право (требование), которое возникло бы из обязательства при условии действительности сделки, так и несуществующее (например, прекращенное надлежащим исполнением) право.

Поскольку за недействительность переданного новому кредитору требования отвечает первоначальный кредитор, уступивший требование, должник не имеет правового интереса в предъявлении требования о признании недействительным договора цессии.

В силу ст. 386 ГК РФ, должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора.

Несоблюдение цедентом условия о существовании уступаемого требования в момент уступки права не может явиться основанием к признанию недействительным договора уступки права по иску должника.

В силу ст. 390 ГК РФ, за передачу несуществующего права ответственность перед цессионарием несет цедент.

При этом должник, а равно иные лица, не являющиеся стороной по договору цессии, не указаны в числе лиц, имеющих право оспаривать сделку по тому основанию, что по договору цессии передано несуществующее обязательство, поскольку для всех остальных лиц данное обстоятельство не имеет правового значения.

Таким образом, принимая во внимание, что истец стороной Договора цессии от 15.04.2022 не является, а является лицом, обязанным по отношению к кредитору, стороны данного договора цессии ФИО2, ФИО4 и ФИО3 указанный договор не оспаривают, а, также принимая во внимание, что оспариваемый договор цессии соответствует требованиям норм действующего законодательства и содержит все существенные условия, предусмотренные для данного вида договоров, то законных оснований для удовлетворения требований истца о признании договора цессии от 15.04.2022 недействительным, не имеется.

В данном случае права истца, оспариваемым договором не нарушаются.

Как указал Конституционный Суд РФ в постановлении от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

До настоящего времени на основании исполнительного листа, выданного на основании решения Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 26.02.2007 и определения Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 27.10.2021 с истца взыскивается задолженность.

То есть, настоящий иск истца направлен на переоценку доказательств по ранее рассмотренному делу и обстоятельств, установленных вступившими в законную силу решением и определением суда.

Доводы истца ФИО1, в том числе, на нарушение положений Кодекса профессиональной этики адвоката при заключении договора цессии от 15.04.2022, заключенного между ФИО2 и ФИО3 и ФИО4, судом отклоняются, поскольку не подтверждены допустимыми и достоверными доказательствами.

Отказывая в удовлетворении требований, суд исходит из того, что истцом в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, не представлено доказательств в обоснование доводов о нарушении его прав.

В связи с указанными обстоятельствами законных оснований для удовлетворения заявленных исковых требований судом не усматривается.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительной сделкой договор уступки права требования (цессия), отказать.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Советский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья:

Решение в окончательной форме принято 23.01.2023.