38RS0001-02-2023-001006-20
ПРИГОВОР
Именем Российской Федерации
г. Ангарск 20 ноября 2023 года
Ангарский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего судьи Пусевой А.А.,
при секретаре судебного заседания Непомнящих (Поповой) А.А.,
с участием государственного обвинителя – помощника прокурора г. Ангарска Иркутской области Шалашовой М.М., защитников – адвокатов Васильевой О.С., Минина С.И., подсудимых:
ФИО1, рожденной <данные изъяты>., не судимой,
мера процессуального принуждения – обязательство о явке,
ФИО2, рожденного <данные изъяты>., не судимого,
мера процессуального принуждения – обязательство о явке,
рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела №1-955/2023 в отношении ФИО1 и ФИО2 (Юрьевича), обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 - ч.3 ст.159.2 УК РФ,
УСТАНОВИЛ:
В соответствии с ч. 2 ст. 2 Федерального закона № 256-ФЗ от 29 декабря 2006 года «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», материнским (семейным) капиталом являются средства Федерального бюджета Российской Федерации, передаваемые в бюджет Пенсионного фонда РФ на реализацию дополнительных мер государственной поддержки, выделенные в рамках реализации национального проекта (программы) «Демография», утвержденной указом Президента Российской Федерации № 204 от 7 мая 2018 года «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года».
Согласно ст. 3 указанного Закона, право на дополнительные меры государственной поддержки возникает со дня рождения (усыновления) второго, третьего ребенка или последующих детей и может быть реализовано не ранее, чем по истечении трех лет со дня рождения (усыновления) второго, третьего ребенка или последующих детей, за исключением случая, предусмотренного ч. 6.1 ст. 7 вышеуказанного закона, а именно: заявление о распоряжении может быть подано в любое время со дня рождения (усыновления) второго, третьего ребенка и последующих детей в случае необходимости использования средств (части средств) материнского (семейного) капитала на погашение основного долга и уплаты процентов по кредитам или займам на приобретение (строительство) жилого помещения, включая ипотечные кредиты, предоставленные гражданам по кредитному договору (договору займа), заключенному с организацией, в том числе кредитной организацией.
В соответствии со ст. 7 Закона № 256-ФЗ от 29 декабря 2006 года предусмотрено распоряжение средствами (частью средств) материнского (семейного) капитала лицами, получившими сертификат, путем подачи в территориальный орган Пенсионного фонда РФ заявления о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала, в котором указывается направление использования материнского (семейного) капитала. Лица, получившие сертификат, могут распоряжаться средствами материнского (семейного) капитала в полном объеме либо по частям по следующим направлениям: - улучшение жилищных условий; - получение образования ребенком (детьми); - формирование накопительной части трудовой пенсии для женщин.
В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 10 Закона № 256-ФЗ от 29 декабря 2006 года, средства (часть средств) материнского (семейного) капитала в соответствии с заявлением о распоряжении могут направляться на приобретение (строительство) жилого помещения, осуществляемое гражданами посредством совершения любых, не противоречащих закону сделок, путем безналичного перечисления указанных средств организации, осуществляющей отчуждение (строительство) приобретаемого (строящегося) жилого помещения, либо физическому лицу, осуществляющему отчуждение приобретаемого жилого помещения, либо организации, в том числе кредитной, предоставившей по кредитному договору (договору займа) денежные средства на указанные цели.
11 июля 2019 года на основании решения <данные изъяты> № от 11 июля 2019 года ФИО1, в связи с рождением третьего ребенка, получила государственный сертификат на материнский (семейный) капитал серии <данные изъяты> № в размере 453 026 рублей 00 копеек. При этом, ФИО1 не обращалась в <данные изъяты> с заявлением о предоставлении единовременной выплаты за счет средств материнского (семейного) капитала. Таким образом, размер материнского (семейного) капитала по сертификату, выданному на имя ФИО1, с учетом индексации к моменту распоряжения последней указанным сертификатом, составил 483 881 рубль 83 копейки.
В период с весны 2021 года по 7 октября 2021 года, ФИО1, находясь в ..., реализуя возникший преступный умысел, направленный на хищение денежных средств Федерального бюджета РФ, переданных в бюджет <данные изъяты> на реализацию дополнительных мер государственной поддержки в рамках реализации национального проекта (программы) «Демография», утвержденной указом Президента Российской Федерации № 204 от 7 мая 2018 года «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года» в размере 483 881 рубль 83 копейки, принадлежащих УПФ РФ в Ангарском городском округе Иркутской области, при получении выплат, установленных Федеральным законом 256-ФЗ от 29 декабря 2006 года «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», с использованием государственного сертификата на материнский (семейный) капитал, путем представления заведомо ложных и недостоверных сведений, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, заведомо зная, что средства материнского семейного капитала в соответствие с Федеральным законом № 256–ФЗ от 29 декабря 2006 года «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» могут быть направлены, в том числе, на улучшение жилищных условий, на погашение основного долга и уплату процентов по кредиту (займу) на приобретение жилья, не имея намерения улучшать свои жилищные условия и жилищные условия своих несовершеннолетних детей, поскольку планировала совершить фиктивное отчуждение жилого помещения - квартиры по адресу: Иркутская область, ..., а в последствии приобрести ее вновь, однако, при использовании средств материнского (семейного), весной 2021 года, но не позднее 22 апреля 2021 года, предложила своему сожителю - ФИО2 совершить хищение денежных средств в размере 483 881 рубль 83 копейки, предусмотренных по сертификату на материнский (семейный) капитал <данные изъяты> № от ** <данные изъяты>, на что последний из корыстных побуждений согласился, тем самым вступив с ФИО1 в преступный сговор, направленный на совершение мошенничества при получении выплат, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере. Далее, ФИО1 и ФИО2, действуя в рамках единого преступного умысла, весной 2021 года, но не позднее 22 апреля 2021 года, распределили между собой преступные роли, согласно которым ФИО1 должна была приискать человека, который составил бы документы для оформления фиктивной сделки купли - продажи квартиры по адресу: Иркутская область, ..., а ФИО2 должен был зарегистрировать на себя квартиру по указанному адресу, после чего они должны были подать документы для регистрации фиктивной сделки купли – продажи указанной квартиры в <данные изъяты>.
Осуществляя совместные преступные действия, ФИО1 приискала абонентский номер С.К.А., к которой обратилась по вопросу оказания услуг по подготовке текстов документов для совершения фиктивной сделки купли-продажи объекта недвижимости – квартиры по адресу: Иркутская область, ..., принадлежащей ФИО1, для последующего создания видимости по приобретению данного объекта недвижимости вновь, якобы для улучшения жилищных условий. С.К.А., введенная в заблуждение относительно цели совершаемой сделки, оказывая услуги по подготовке текстов документов необходимых для оформления перехода права собственности, подготовила документы для совершения сделки купли-продажи объекта недвижимости – квартиры по адресу: Иркутская область, ..., принадлежащей ФИО1 в пользу ФИО2, которые передала ФИО1 Далее, ФИО1 и ФИО2, действуя группой лиц по предварительному сговору, в рамках реализации совместного преступного умысла, направленного на хищение денежных средств материнского (семейного) капитала, 22 апреля 2021 года, около 18 часов 28 минут, находясь в помещении <данные изъяты>, расположенном по адресу: ..., в присутствии сотрудника <данные изъяты>, не осведомленного о преступных намерениях ФИО1 и ФИО2, подписали договор купли-продажи о приобретении ФИО2 в свою собственность у ФИО1 квартиры, расположенной по адресу: Иркутская область, ..., которую зарегистрировали в <данные изъяты>. Однако ФИО2 фактически деньги за приобретенную у ФИО1 квартиру, последней не передавал.
Затем, продолжая осуществлять совместные с ФИО1 преступные действия, ФИО2, в мае 2021 года, но не позднее 31 мая 2021 года, находясь на территории г. Ангарска, обратился к Г.И.П., не осведомленной о преступных намерениях ФИО1 и ФИО2, вводя в заблуждение Г.И.П. относительно законности совершаемых действий, предложил ей совершить фиктивную сделку купли – продажи квартиры по адресу: Иркутская область, ..., принадлежащей ФИО2, в которой фактически продолжали проживать ФИО1 и А.В.В.Д., с целью последующего приобретения указанной квартиры ФИО1, с использованием средств материнского (семейного) капитала, для создания видимости улучшения жилищных условий ФИО1, на что Г.И.П. согласилась на безвозмездной основе. После чего, ФИО1 вновь обратилась к С.К.А., чтобы последняя подготовила тексты документов для совершения сделки купли-продажи объекта недвижимости – квартиры по адресу: Иркутская область, ..., принадлежащей ФИО2 в пользу Г.И.П., с целью последующего приобретения указанной квартиры ФИО1 С.К.А., введенная в заблуждение относительно цели совершаемой сделки, оказывая услуги по подготовке текстов документов необходимых для оформления перехода права собственности, подготовила документы для совершения сделки купли-продажи объекта недвижимости – квартиры по вышеуказанному адресу, принадлежащей ФИО4, которые передала ФИО1
Далее, ФИО2, во исполнение совместного корыстного преступного умысла с ФИО1, действуя группой лиц по предварительному сговору, и Г.И.П., не осведомленная о преступных намерениях ФИО1 и ФИО2, 31 мая 2021 года, около 18 часов 04 минут, находясь в помещении <данные изъяты>, расположенном по адресу: ..., подписали договор купли-продажи о приобретении Г.И.П. в свою собственность у ФИО2 квартиры, расположенной по адресу: Иркутская область, ..., которую зарегистрировали в <данные изъяты>. Однако Г.И.П. фактически деньги за приобретенную у ФИО2 квартиру, последнему не передавала и намерений проживать в указанном жилище не имела, поскольку в ней продолжали проживать ФИО1 и ее малолетний сын А.В.В.Д., ** г.р.
Продолжая осуществлять свои преступные действия, ФИО2 и ФИО1, не позднее 4 сентября 2021 года, находясь на территории г. Ангарска, обратились к Г.И.П., не осведомленной о преступных намерениях ФИО1 и ФИО2, с просьбой безвозмездно совершить фиктивную сделку купли-продажи квартиры по адресу: ..., принадлежащей Г.И.П., в которой фактически продолжали проживать ФИО1 и А.В.В.Д. на что та согласилась. Далее, ФИО1 вновь обратилась к С.К.А., чтобы последняя подготовила тексты документов для совершения сделки купли-продажи объекта недвижимости – квартиры по вышеуказанному адресу, принадлежащей Г.И.П., с целью создания видимости улучшения жилищных условий ФИО1 В свою очередь С.К.А., введенная в заблуждение относительно цели совершаемой сделки, оказывая услуги по подготовке текстов документов необходимых для оформления перехода права собственности, подготовила документы для совершения сделки купли-продажи объекта недвижимости – квартиры по вышеуказанному адресу, принадлежащей Г.И.П., которые передала ФИО1 После чего, ФИО1, во исполнение совместного корыстного преступного умысла с ФИО2, действуя группой лиц по предварительному сговору, и Г.И.П., не осведомленная о преступных намерениях ФИО1 и ФИО2, 4 сентября 2021 года, около 15 часов 47 минут, находясь в помещении <данные изъяты>, расположенном по адресу: ..., подписали договор купли-продажи о приобретении ФИО1 и А.В.В.Д., ** г.р., в долевую собственность у Г.И.П. квартиры, расположенной по адресу: Иркутская область, ..., которую зарегистрировали в <данные изъяты>. Однако ФИО1 фактически деньги за приобретенную у Г.И.П. квартиру, последней не передавала, продолжала проживать в указанном жилище совместно со своим малолетним сыном А.В.В.Д.
Таким образом, ФИО1, по предварительному сговору с ФИО2, действуя в рамках единого преступного умысла, умышленно, путем обмана, из корыстных побуждений, совершили фиктивные сделки купли-продажи недвижимости с целью получения свидетельства о государственной регистрации права на квартиру, расположенную по адресу: ..., принадлежащую ФИО1, для последующего представления указанного свидетельства в <данные изъяты> в подтверждение улучшения жилищных условий с целью незаконного получения денежных средств по государственному сертификату на материнский (семейный) капитал <данные изъяты> № от 11 июля 2019 года <данные изъяты> для погашения несуществующей задолженности перед Г.И.П. за приобретение жилого помещения.
После чего, ФИО1, в сентябре 2021 года в помещении <данные изъяты>, расположенном по адресу: ..., получила выписку из ЕГРН о праве собственности на объект недвижимости, расположенный по адресу: ... с государственной регистрацией права №, № от 9 сентября 2021 года, а также были оформлены документы, содержащие сведения о наличии у ФИО1 задолженности перед Г.И.П.
22 сентября 2021 года, ФИО1, действуя умышленно, в рамках предварительного сговора, продолжая реализацию совместного с ФИО2, корыстного преступного умысла, направленного на хищение денежных средств материнского (семейного) капитала, достоверно зная о правилах направления средств государственного сертификата на материнский (семейный) капитал на улучшение жилищных условий, находясь в помещении <данные изъяты>, расположенном по адресу: ..., обратилась с заявлением о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала, при этом внесла в бланк заведомо ложные и недостоверные сведения об улучшении жилищных условий с просьбой направить средства государственного сертификата на материнский (семейный) капитал серии <данные изъяты> № от 11 июля 2019 года в сумме 483 881 рубль 83 копейки, в счет погашения несуществующего долга перед Г.И.П. за приобретение жилья, которое предоставила сотрудникам <данные изъяты> совместно с документами: 1) договором купли-продажи от 4 сентября 2021 года, содержащем сведения о задолженности ФИО1 перед Г.И.П., 2) выпиской из ЕГРН, то есть обманув сотрудников <данные изъяты>. Однако, сотрудниками <данные изъяты> умышленные преступные действия ФИО1 и ФИО2 были пресечены, поскольку установлено, что ранее ФИО1 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: ... и свои жилищные условия не улучшила, в связи с чем, 7 октября 2021 года руководителем <данные изъяты> вынесено решение № об отказе в удовлетворении заявления ФИО1 о распоряжении средствами (частью) средств материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий в размере 483 881 рубль 83 копейки, поскольку ФИО1 ухудшены свои жилищные условия, с целью хищения средств материнского (семейного) капитала в размере 483 881 рубль 83 копейки.
В судебном заседании подсудимая ФИО1 вину в совершенном преступлении признала в полном объеме; подсудимый ФИО2 вину в совершенном признал частично, указав, что не преследовал цели обогатиться. При этом, как подсудимая ФИО1, так и подсудимый ФИО2 отказались от дачи показаний, воспользовавшись правом, предусмотренным ст.51 Конституции РФ, в связи с чем, по ходатайству стороны обвинения, на основании ст.276 УПК РФ, оглашены показаний подсудимых, данные в ходе предварительного расследования.
Так, согласно оглашенным показаниям подсудимой ФИО1, в ** году она родила первого ребенка - дочь М.А.В., однако была лишена в отношении нее родительских прав. В ** году у нее родился сын В.Д.А., а в ** году от ФИО2 у нее родился сын В.В.Д., который с 15 апреля 2022 года записан на фамилию А.Д.В. квартире по адресу: ... она проживает с 26 лет, после смерти бабушки и дедушки квартира перешла в ее собственность. В 2016 году она познакомилась с ФИО2 и они стали вместе сожительствовать в ее квартире по адресу: .... В 2018 году у них родился совместный ребенок. С момента рождения сын В., ** г.р. прописан у нее в квартире по адресу: ..., единственной владелицей которой до 2021 года являлась она. В 2021 году она решила купить квартиру сыну В., ** г.р., для этого, на сайте <данные изъяты> она увидела объявление о продаже двухкомнатной квартиры по адресу: ... подъезд, пятый этаж, квартира справа от лестницы на площадке – за 1 500 000 рублей. Квартиру владелец продавал длительное время, около полугода, о чем ей известно по объявлению в «<данные изъяты>». Данная квартира была в ипотеке, в связи с чем, собственник квартиры продавал ее только за наличные деньги. Она не общалась с собственником, она общалась с риелтором-мужчиной, данных которого не знает и связывалась с ним по сайту «<данные изъяты>», по телефонным звонкам. В указанную квартиру она не ходила, а знает о ее состоянии только из объявления на сайте «<данные изъяты>», исходя из которого квартира была нежилой, на фото был только косметический ремонт. Поскольку она хотела купить эту квартиру, она решила продать дачу в <данные изъяты>, которую она купила 30 мая 2018 года на денежные средства, которые ей дал ФИО2 Она не помнит, откуда она вяла телефон риелтора О., но обратилась она к ней в офис на площади г. Ангарска, в районе городских часов и пояснила, что ей необходимо купить квартиру по адресу: ..., но у нее не хватает наличных денег. При этом, у ФИО2 были доллары, которыми тот разрешил ей распоряжаться, обменяв их на российские рубли, а также она собиралась взять в долг деньги у своей матери, которой хотела вернуть деньги после продажи своей дачи, которую в итоге продала за 1 000 000 рублей в октябре 2021 года. О. выяснила, что у нее имеется уже квартира в собственности, которую можно было бы переоформить на надежного человека, фиктивно, без передачи денежных средств, чтобы в дальнейшем получить средства материнского (семейного) капитала, которые полагались ей (ФИО1) по сертификату на материнский (семейный) капитал, право на которое у нее появилось после рождения сына В.. Сумма на сертификате <данные изъяты> № от 11 июля 2019 года составляла 453 026 рублей. Она обратилась к ФИО2, чтобы тот согласился оформить договор купли-продажи ее квартиры по адресу: ..., фиктивно, без передачи денежных средств на него. При этом, она долго уговаривала ФИО2 на фиктивную сделку, разъясняла ему, что это будет хорошо для их сына, у которого в собственности будет своя квартира, тем более, что квартира стоила дешевле, чем средняя рыночная цена на подобную квартиру на рынке недвижимости. В итоге ФИО2 согласился на нее предложение. Она не помнит, когда была заключена фиктивная сделка купли-продажи квартиры по адресу: ... между ней и ФИО2, поскольку прошло много времени. Договор купли-продажи квартиры между ней и ФИО2 готовила риелтор О.. На подписание этих документов они с ФИО2 ездили в ... в <данные изъяты>. Как она помнит, с ними на сделку в <данные изъяты> ездила и риелтор О.. После того, как они подписали договор купли - продажи на квартиру по адресу: ..., документы сдали в <данные изъяты>. При этом за ее квартиру ей ФИО2 никаких денег не передавал, поскольку сделка была фиктивной. После получения документов на право собственности ФИО2 на ее квартиру они продолжали с сыном В. проживать в вышеуказанной квартире, из квартиры не выписывались. ФИО2 должен был владеть ее квартирой около месяца, чтобы потом продать фиктивно, без передачи денежных средств, квартиру снова ей. Однако риелтор О. через какое-то время сказала, что необходимо снова фиктивно без передачи денежных средств переоформить квартиру от ФИО2 не ей, а другому доверенному лицу, чтобы ни у кого из госорганов не было подозрений на обналичивание материнского капитала. ФИО2 предложил своей тете Г.И.П. поучаствовать в фиктивной сделке по купле-продаже квартиры по адресу: ..., переоформив квартиру с ФИО2 на Г.И.П. без передачи денежных средств, на что та согласилась помочь. За эту услугу никаких материальных благ Г.И.П. не обещали. Сделку оформили в 2021 году, но когда точно – не помнит. Документы по купле-продаже квартиры между ФИО2 и Г.И.П. также готовила риелтор О., также ездили на оформление в <данные изъяты> в .... После получения документов на квартиру, владелицей которой стала Г.И.П., прошло еще около месяца, после чего, 4 сентября 2021 года вновь был фиктивно заключен договор купли-продажи на эту же квартиру между ней и Г.И.П. сделка совершалась аналогичным способом, как и раньше. В тексте договора купли-продажи от 4 сентября 2021 года указано, что они покупали квартиру у Г.И.П. по адресу: ... в долях с сыном Вячеславом- ей ? доли, а ребенку ? доли в квартире. Доля сына составляла стоимость части квартиры равной размеру средств материнского (семейного) капитала. После того, как она получила в МФЦ документы на свою же квартиру, в сентябре 2021 года, точной даты не помнит, она обратилась с заявлением в <данные изъяты> о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала, по результатам рассмотрения которого ей было отказано в распоряжении материнским (семейным) капиталом на покупку своей же квартиры у Г.И.П. До отказа ей из <данные изъяты> звонила сотрудница, которая спрашивала, являлась ли она ранее собственником квартиры по адресу: г Ангарск, 9 м/р-25-46, на что она подтвердила данный факт. Средствами материнского (семейного) капитала она все же распорядилась позже, купив другую квартиру. Дополнила, что от сотрудника <данные изъяты>, а также из сети Интернет она знала, что средства материнского (семейного) капитала можно потратить только на определенные цели. При этом, решила совершить преступление, поскольку хотела купить квартиру ребенку по выгодной цене. Наличных денежных средств взять на покупку квартиры негде было. Уточнила, что не согласна с тем, что С.К.А. не догадывалась о том, что она и ФИО2 совершали преступление, поскольку именно С.К.А. посоветовала совершить фиктивные сделки между ней и ФИО2, ФИО2 и Г.И.П., Г.И.П. и ней, для обналичивания средств материнского (семейного) капитала, а также убедила ее, что эти действия законны, пояснив, что если она выделит в квартире долю своему малолетнему ребенку, то обналичивать средства материнского (семейного) капитала не противозаконно. Также считает, что ФИО2 не сам совершал преступление, а делал лишь то, что говорила делать ему она (т.2 л.д.240-249, т.3 л.д.1-4, 189-193, 227-230, т.4 л.д.143-146).
Оглашенные показания подсудимая ФИО1 подтвердила в полном объеме, дополнила, что искренне раскаивается в совершенном преступлении, сделала для себя надлежащие выводы, намерена вести законопослушный образ жизни и впредь никогда не переступать Законы РФ. Также дополнила, что в итоге ею действительно была куплена квартира с использованием денежных средств материнского (семейного) капитала, доли в которой поровну оформлены на нее и на из совместного с ФИО2 сына В.. Указала, что более активная роль в совершении преступления была у нее, поскольку именно она уговорила ФИО2 на совершение этого преступления.
Согласно оглашенным показаниям подсудимого ФИО2, в 2016 году он познакомился с ФИО1 и они стали вместе сожительствовать в квартире ФИО1 по адресу: .... 18 августа 2018 года у них с ФИО1 родился совместный сын В., на рождение которого он купил ФИО1 дачу в <данные изъяты>, которую записали на ее имя. Для того, чтобы у сына была недвижимость в собственности, ФИО1 решила купить на средства материнского (семейного) капитала, право на который возникло у нее после рождения их сына В., квартиру. Однако, из Интернета ФИО1 узнала, что распорядиться средствами материнского (семейного) капитала можно после того, как сыну исполниться 3 года. В августе 2021 года сыну исполнилось три года и по сайту «<данные изъяты>» ФИО1 нашла двухкомнатную квартиру, которая продавалась в ..., точного адреса не знает, поскольку ФИО1 никогда не показывала ему эту квартиру. Со слов ФИО1 он знал, что эту квартиру продает мужчина только за наличные деньги. Объявление о продаже квартиры ФИО1 ему показывала в своем телефоне на сайте «<данные изъяты>». При нем ФИО1 звонила продавцу квартиры. Они решили продать дачу в <данные изъяты>, но денег на покупку квартиры все равно не хватило бы, поскольку квартира стоила около полутора миллионов рублей. Потом ФИО1 нашла риелтора по имени О., которая сказала ей, что недостающую часть денежных средств можно взять, обналичив средства материнского (семейного) капитала, который полагался ФИО1 Сам он знает об этом только со слов ФИО1 При нем риелтор с ФИО1 никогда ни о чем не договаривались. Как ему сказала ФИО1, риелтор посоветовала ей продать ему квартиру, в которой они проживали, фиктивно, оформив только договор купли-продажи, но не платить друг другу деньги, поскольку они жили как семья и вели совместное хозяйство. Квартиру можно было переоформить на него, затем снова формально переоформить на ФИО1 и получить средства материнского (семейного) капитала. Квартиру на него переоформили в 2021 году. Начали подготовку к обналичиванию материнского (семейного) капитала в августе 2021 года, продав дачу, а потом оформили на него квартиру по адресу: .... Квартиру переоформили на него без оплаты денежных средств, фиктивно, из квартиры ни ФИО1, ни сын не выезжали. В 2021 году, точных числа и месяца не помнит, они с Воробьевой О.Сприехали в <данные изъяты>, расположенный в ... уже с составленными документами по купле-продаже квартиры. Никаких денег он ФИО1 за покупку ее квартиры не платил. После получения зарегистрированного договора купли-продажи между ним и ФИО1, они должны были переоформить снова куплю-продажу на ФИО1, чтобы та при этом использовала средства материнского (семейного) капитала для расчета с ним, но риелтор отговорила ее покупать у него квартиру, поскольку прошло немного времени. Со слов риелтора, ему необходимо было вновь продать квартиру, формально, без использования денежных средств, надежному человеку. Для этого он попросил свою тетю Г.И.П. помочь им, при этом, никаких благ и материального вознаграждения Г.И.П. ни он, ни ФИО1 за помощь в переоформлении на ее имя квартиры по адресу: ... не обещали. Он точно не помнит, через какое время, после того, как он стал владельцем квартиры по адресу: ..., с Г. заключили фиктивный договор купли-продажи вышеуказанной квартиры. Для оформления этой сделки они с Г.И.П. поехали также в <данные изъяты> ..., где по оформленным риелтором О. документам, заключили сделку. После того, как пришли документы о том, что собственником квартиры стала Г.И.П., необходимо было снова переоформить квартиру на ФИО1, чтобы в договоре фигурировал материнский (семейный) капитал. Сделку между Г.И.П. и ФИО1 оформили аналогичным образом примерно через месяц после фиктивно-заключенной сделки между ним и Г.И.П. Он видел риелтора О. нескольку раз, в том числе в ее офисе в районе музея «<данные изъяты>» в ..., а также в <данные изъяты> ... при оформлении сделки по квартире в ..., которую позже купила ФИО1 на средства материнского (семейного) капитала в равных долях с их сыном. За услуги риелтору было оплачено 17 000 рублей, которые при нем ФИО1 передала риелтору О.. После того, как в <данные изъяты> ... была оформлена сделка купли-продажи квартиры между Г.И.П. и ФИО1 и были получены документы о том, что ФИО1 снова стала владелицей квартиры по вышеуказанному адресу вместе с сыном В., ФИО1 обратилась в <данные изъяты>, чтобы получить средства материнского (семейного) капитала. Однако, через некоторое время пришел отказ в выдаче средств материнского (семейного) капитала. Знает, что было отказано в связи с тем, что ФИО1 ранее являлась владелицей этой квартиры. Дополнил, что он был против схемы обналичивания материнского (семейного) капитала, но отказать в просьбе ФИО1 все же не смог, поскольку думал, что ничего страшного не произойдет из-за фиктивных сделок купли-продажи квартиры по вышеуказанному адресу, квартиру все равно покупали для сына. Ни он, ни Г.И.П. от фиктивных сделок никаких материальных благ не получили.
Уточнил, что для правильного оформления документов и сделок купли-продажи ФИО1 обратилась к С.К.А. и последующие сделки с квартирой по адресу: ... производились, со слов ФИО1, по указанию и руководству С.К.А., в которых принимал участие и он. Никакой цели хищения денежных средств материнского (семейного) капитала не преследовалось. В последующем на средства материнского (семейного) капитала была приобретена другая квартира, которая находится в долевой собственности ФИО1 и их совместного сына (т.3 л.д.219-226, 227-230, т.4 л.д.187-190).
Оглашенные показания подсудимый ФИО2 подтвердил, уточнив, что за помощью к Г.И.П. по оформлению очередной фиктивной следки купли-продажи квартиры в которой он и ФИО1 с сыном проживали, обратилась ФИО1, а не он. Уточнил, что настаивает на том, что у него не было корыстной цели, поскольку действовал во благо будущего своего сына и в последующем добавлял свои собственные денежные средства на приобретение квартиры. При этом, он не думал, что все получится именно так и он окажется на скамье подсудимых. В настоящее время он осознал свой поступок и впредь такого не повторит.
Оценивая показания подсудимых ФИО1 и ФИО2., как в отдельности, так и в совокупности, суд находит их относимыми к рассматриваемому уголовному делу, допустимыми, поскольку они получены в строгом соответствии с уголовно-процессуальным законом и достоверными. Кроме того, судом учитывается, что в своей совокупности показания каждого из подсудимых дополняют как общую картину событий инкриминируемого ФИО1 и ФИО2 деяния, так и взаимодополняют друг друга. Суд не находит оснований для оговора каждым из подсудимых друг друга, а также не находит оснований для самооговора каждого из подсудимых.
К показаниям подсудимого ФИО2 в части того, что у него отсутствовал умысел на обогащение посредством обналичивания средств материнского (семейного) капитала ФИО1, суд относится критически, поскольку, как следует из собранных по уголовному делу доказательств, в том числе и приведенных ниже, корыстным мотивом действий ФИО2, по предварительному сговору с ФИО1 послужило желание получить в совместный семейный бюджет подсудимых денежные средства материнского (семейного) капитала, право на получение которого наступило у подсудимой ФИО1 с рождением сына ** г.р., при этом не имеет значения факт траты указанных данных денежных средств именно ФИО2 и именно на свои нужды. Фактически позиция подсудимого ФИО2 к предъявленному обвинению сводится к неверному толкованию подсудимым норм права и законодательства, а также квалификации его действий, согласно УК РФ.
В судебном заседании достоверно установлено, что ФИО1 и ФИО2, путем совместного мошенничества при получении выплат, установленных законами и иными нормативными правовыми актами, а именно денежных средств материнского (семейного) капитала, полагающегося ФИО1 в связи с рождением сна – ** г.р., группой лиц по предварительному сговору, путем заключения фиктивных сделок купли-продажи объекта недвижимости, а именно квартиры, расположенной по адресу: ..., по ее передачи права собственности от ФИО1 ФИО5, а в последующем от ФИО2 – Г.И.П. и от Г.И.П. – ФИО1, для получения в итоге денежных средств материнского (семейного) капитала, якобы, на погашение задолженности ФИО1 перед Г.И.П. При этом установлено, что ни ФИО2, ни Г.И.П. денежных средств по результатам заключения фиктивных сделок купли-продажи квартиры, не поучали, в квартире как проживали, так и продолжали все это время проживать подсудимые и их совместный малолетний ребенок ** г.р. Также установлено, что подсудимыми планировалось потратить денежные средства материнского (семейного) капитала по своему усмотрению, а не по назначению законным путем, при этом преступные действия подсудимым ФИО1 и ФИО2 не удалось довести до конца по независящим от них обстоятельствам, поскольку сотрудниками <данные изъяты> было отказано ФИО1 в получении денежных средств в связи с выявлением факта первоначального права собственности ФИО1 на якобы приобретенную ей квартиру у Г.И.П.
Так, помимо признательных показаний подсудимых, вина как ФИО1, так и ФИО2 в совершенном преступлении подтверждается следующими доказательствами.
Согласно показаниям представителя потерпевшего Х.Е.В. (эксперт отдела судебной исковой практики №1 юридического управления <данные изъяты> (<данные изъяты>), ранее до 1 января 2023 года Государственного учреждения - <данные изъяты>), в соответствии с ФЗ №256-ФЗ от 29 декабря 2006 года государство гарантирует меры поддержки семьям, имеющим детей. Для получения мер поддержки необходимо соответствовать определенным требованиям, изложенным в данном законе, получить которые можно путем обращения с заявлением в территориальный орган пенсионного фонда РФ. При подаче заявления, заявитель обязан представить копии документов о рождении всех детей, документ, удостоверяющий личность заявителя, а именно паспорт гражданина России. При подаче заявления, заявитель обязан предоставить достоверные сведения о рождении всех детей, сообщить очередность их рождения, сообщить сведения о лишении родительских прав на любого из рожденных (усыновленных) детей, сведения о совершении преступлений против личности ребенка (детей). Не соблюдение условий о предоставлении достоверных сведений влечет вынесение решения об отказе в выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал. Согласно ч. 1 ст. 3 ФЗ № 256-ФЗ право на дополнительные меры государственной поддержки возникают при рождении (усыновлении) ребенка (детей), имеющего гражданство Российской Федерации у следующих граждан РФ не зависимо от места их жительства: п. 1 - женщин родивших (усыновивших) второго ребенка начиная с 1 января 2007 года; п. 2 - женщин родивших (усыновивших) третьего ребенка или последующих детей начиная с 1 января 2007 года, если ранее те не воспользовались правом на дополнительные меры государственной поддержки; п. 4 - женщин родивших (усыновивших) первого ребенка начиная с 1 января 2020 года (данный пункт введен Федеральным Законом № 35 - ФЗ от 1 января 2020 года «О внесении изменений в отдельные законодательные Акты Российской Федерации по вопросам связанным с распоряжением средствами материнского (семейного) капитала». В соответствии с п. 3 ст. 7 ФЗ № 256-ФЗ лица, получившие сертификат могут распоряжаться средствами МСК в полном объеме, либо по частям по следующим направлениям: 1. Улучшение жилищных условий; 2. Получение образования любым ребенком (детьми); 3. Формирование накопительной пенсии для женщин; 4. Приобретение товаров и услуг, предназначенных для социальной адаптации и интеграции в общество детей инвалидов; 5. Получение ежемесячной выплаты в связи с рождение (усыновлением) ребенка до достижение им возраста 3-х лет. В соответствии с п.6 ст. 7 ФЗ № 256-ФЗ заявление о распоряжении средствами МСК в любое время по истечению 3 лет, со дня рождения (усыновления) ребенка, в связи с рождением (усыновлением) которого возникло право на дополнительные меры государственной поддержки за исключением случаев, предусмотренных ч.6.1: в случае необходимости использования средств МСК на уплату первоначального взноса и (или) погашение основного долга и уплату процентов по кредитам или займам на приобретение (строительство) жилого помещения, включая ипотечные кредиты, предоставленным гражданам по кредитному договору (договору займа), заключенному с организацией в том числе кредитной организацией, на приобретение товаров и услуг, социальной адаптации и интеграции в общество детей инвалидов, на оплату платных образовательных услуг по реализации образовательных программ дошкольного образования, на оплату иных связанных с получением дошкольного образования расходов, а также на получение ежемесячной выплаты. Согласно ч. 2 ст. 6 256 - ФЗ - размер МСК ежегодно пересматривается с 01 февраля текущего года исходе из индекса роста потребительских цен за предыдущий год в соответствии с коэффициентом индексации, определяемым правительство Российской Федерации. Специалист в обязательном порядке каждому заявителю разъясняет, что необходимо предоставить достоверные сведения, сообщить о всех рожденных детях, сообщает, что вся предоставленная информация будет проверяться в базе данных ГУМВД о совершении преступлений, и в органах опеки и попечительства Иркутской области по Ангарскому району о лишении родительских прав, в органах ЗАГС по месту регистрации факта рождения ребенка. Также заявители предупреждаются об ответственности за предоставление недостоверных сведений. В обязательном порядке специалист разъясняет, что в случае предоставления недостоверных сведений, будет принято решении об отказе в выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал. Каждое заявление удостоверяется личной подписью заявителя, тем самым подтверждая сведения, указанные в заявлении. Согласно имеющимся копиям документов из дела лица, имеющего право на дополнительные меры государственной поддержки на имя ФИО1, установлено, что 1 июля 2019 года ФИО6 обратилась в <данные изъяты> с заявлением о получении государственного сертификата на материнский (семейный) капитал. На основании решения <данные изъяты> от 11 июля 2019 года № ФИО1 в связи с рождением третьего ребенка - В.В.Д., ** г.р., выдан государственный сертификат на материнский (семейный) капитал серии <данные изъяты> № от 11 июля 2019 года на сумму 453 026 рублей. В период с 2019 года по 2021 год размер материнского (семейного) капитала индексировался в соответствии с Федеральным законодательством РФ, и, с учетом индексации, сумма материнского (семейного) капитала по состоянию на 1 января 2021 года составила 483 881 рубль 83 копейки. 22 сентября 2021 года ФИО1 обратилась с заявлением в <данные изъяты> через клиентскую службу в Ангарском городском округе о распоряжении средствами (частью) средств материнского (семейного) капитала на оплату приобретаемого жилого помещения и направлении денежных средств на оплату приобретаемого жилого помещения на сумму 483 881 рубль 83 копейки. К заявлению прилагался пакет документов, а именно: копия договора купли-продажи от 4 сентября 2021 года, в котором предметом купли- продажи является квартира по адресу: ..., которая приобреталась в долях ?-ФИО1 и ? В.В.Д., ** г.р., цена квартиры составляла 1 850 000 рублей, из которых 1 366 118 рублей 17 копеек - собственные средства, а оставшаяся часть- 483 881 рубль 83 копейки - средства материнского (семейного) капитала. В своем заявлении ФИО1 поставила подпись в графе, что ознакомлена с Правилами направления средств (части средств) материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 12 декабря 2007 года №. Также приобщены выписки из ЕГРН на квартиру по вышеуказанном адресу, из которых установлено, что ФИО1 являлась владелицей вышеуказанной квартиры в период с 4 августа 2016 года по 5 мая 2021 года. Право собственности на указанную квартиру перешло 5 мая 2021 года ФИО2, а в последующем – 8 июня 2021 года Г.И.П. После получения вышеуказанных сведений <данные изъяты> 7 октября 2021 года, по заявлению ФИО1 от 22 сентября 2021 года №, принято решение № об отказе в удовлетворении заявления о распоряжении средствами (частью средств) материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий на оплату приобретаемого жилого помещения в размере 483 881 рубль 83 копейки в соответствии с п.2 ч.2 ст. 8 ФЗ № 256-ФЗ от 29 декабря 2006 года, поскольку не усматривается улучшения жилищных условий. Ущерб отделению <данные изъяты>, благодаря бдительности сотрудников <данные изъяты> причинен не был (т.1 л.д.157-161, т.4 л.д.117-120).
Согласно показаниям свидетеля Г.И.Г., в феврале 2020 года она обратилась в агентство недвижимости «<данные изъяты>», которым руководил Ж.Д.А., в связи с тем, что собиралась разменять свою квартиру трехкомнатную и купить квартиры меньшей площадью для своих детей. Купить квартиру меньшей площадью она смогла только в октябре 2020 года, по адресу: .... Эту квартиру ей подобрал Ж.Д.А. Квартиру продавал мужчина по фамилии Ш, который проживает в ..., а Ж.Д.А. продавал ее по доверенности; фактически же собственником квартиры являлась Ш.Н.В. Все расчеты с Ш за покупку квартиры производили через банковскую ячейку наличными деньгами. Как она помнит, Ш не настаивал на том, чтобы расчет с ним был обязательно деньгами в наличной форме. В октябре 2020 года она с детьми заехала в приобретенную квартиру по адресу: ..., на это время у них с детьми это было единственное жилье. Перед покупкой квартиры она ее смотрела дважды - в августе и сентябре 2020 года. Квартира была без мебели и других предметов интерьера. По обстановке в квартире было понятно, что там длительное время никто не проживает. В 2021 году она не выставляла свою квартиру на продажу (т.1 л.д.218-221, т.3 л.д.1-4).
Из показаний свидетеля Ж.Д.А., следует, что с 2018 года является индивидуальным предпринимателем и занимается сопровождением сделок купли-продажи недвижимости, в том числе по подбору объектов недвижимости для купли-продажи. Как правило, недвижимость подбиралась им через частные объявления на различных сайтах в Интернете, таких как «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», «<данные изъяты>». Примерно в 2019 году к нему с просьбой помочь в оформлении документов по купле-продаже квартиры, расположенной по адресу: ... обратилась Г.И.Г. Эту квартиру продавал собственник, который в г. Ангарске не проживал. Сделку оформляли долго, поскольку продавали квартиру Г.И.Г., а также долго ждали приезда собственника квартиры из .... Как он помнит, квартира по адресу: ... продавалась длительное время, поскольку собственника не устраивала цена, которую предлагали покупатели. В 2020 году они оформили сделку купли-продажи между Г.И.Г., которая представляла интересы своих детей и собственником вышеуказанной квартиры. Также Г.И.Г. к нему обращалась по вопросам продажи указанной квартиры в 2022 и 2023 годах, поскольку собиралась улучшать жилищные условия свои и своих детей. Дополнил, что с ФИО1 он не знаком (т.1 л.д.209-212).
Из показаний свидетеля Г.И.П. следует, что когда она приехала в Россию в 2018 году, ее племянник ФИО2 уже сожительствовал с ФИО1 в квартире по адресу: ..., квартиру знает визуально. В 2018 году у ФИО1 и ФИО2 родился совместный ребенок – сын В.. У ФИО1 до рождения В. были двое детей, которые проживали отдельно от ФИО1, поскольку те были взрослыми В 2021 году, точных числа и месяца она не помнит, ФИО1 и А.Д.В. обратились к ней с просьбой помочь обналичить материнский (семейный) капитал, который полагался ФИО1 в связи с рождением последнего ребенка. О том, что обналичивание материнского (семейного) капитала является преступлением ей не известно, поскольку на нее не распространяются меры социальной поддержки государства. ФИО1, ей сообщила, что та по документам перепродала свою квартиру по адресу: ...- квартиру знает визуально, ФИО2, который потом должен был продать эту квартиру ей, а в последствии ФИО1 должна была купить у нее свою же квартиру, используя средства материнского (семейного) капитала. Она согласилась поучаствовать в предложении ФИО1, поскольку ранее та ей также помогла в жизненной ситуации. Осенью 2021 года, точных числа и месяца не помнит, после того, как она согласилась участвовать в сделках с куплей-продажей квартиры ФИО1, они вместе с ФИО2 и ФИО1 поехали в <данные изъяты> ..., расположенный в ..., где она (Г.И.П.) подписала документы по купле-продаже квартиры по адресу: ..., квартиру знает визуально, которая ранее принадлежала ФИО1, но покупала она ее на тот момент уже у А.Д.В. какой момент ФИО2 стал владельцем квартиры ФИО1, она не знает, при этом, никаких денег за квартиру она ФИО2 не передавала. После регистрации сделки купли-продажи указанной квартиры, как только ФИО2 и ФИО1 получили документы в <данные изъяты>, они еще раз ездили в <данные изъяты>, где она подписала документы о продаже этой квартиры ФИО1, при этом, как и в предыдущий раз, каких-либо денежных средств она от ФИО1 не получала. Во время купли-продажи квартиры, ФИО1, ФИО2 и их совместный сын продолжали проживать в квартире по адресу: ..., квартиру знает визуально (т.1 л.д.195-198).
Согласно показаниям свидетеля С.К.А., она официально нигде не работает, оказывает за плату услуги по составлению договоров купли-продажи на различные объекты недвижимости. При этом, она не оказывает риэлторских услуг по подбору объектов недвижимости для продажи и покупки. Граждане сами обращаются к ней уже с подобранными объектами недвижимости. До ноября 2020 она имела паспортные данные - Г.О.А.. В 2020 году приняла решение изменить личные паспортные данные на С.К.А.. С ФИО1 познакомилась в 2021 году, та обратилась к ней за помощью в составлении договора купли-продажи на квартиру, адреса которой не помнит. ФИО1 она составила договор купли-продажи квартиры, за составление которого могла взять с ФИО1 денежную сумму не более 5 000 рублей, в зависимости от сложности договора. Никаких официальных чеков клиентам за оказанные услуги и прием от них денежных средств за эти услуги не выдавала. Она не помнит, кто покупал у ФИО1 квартиру, поскольку прошло много времени. ФИО1 к ней в офис в первый раз приходила с мужчиной, с которым та сожительствовала. Спустя примерно 3 месяца, к ней вновь пришла ФИО1 и попросила составить договор купли-продажи на эту же квартиру, на которую она ранее уже составляла договор купли-продажи. С ФИО1 приходил тот же мужчина и еще одна женщина, которая, как она поняла, являлась подругой ФИО1 При этом ФИО1 уже покупала у подруги эту квартиру. Никаких подробностей купли-продажи квартиры ФИО1 у подруги она не выясняла, но помнит, что в договоре она указала, что квартиру ФИО1 покупала совместно с ребенком, на которого была выделена доля. Как она помнит, в договоре также указывалось, что для покупки квартиры у подруги ФИО1 хотела использовать средства материнского (семейного) капитала. Она составила договор. Больше она ни ФИО1, ни ее подругу, ни мужчину - не видела. Данных подруги ФИО1 она не помнит. Сама она не подбирала ФИО1 никакую квартиру. К ней ФИО1 приходила уже с готовым объектом недвижимости. ФИО3 не могла ей за предоставленные услуги заплатить 30 000 рублей, поскольку за составление документов она берет плату не более 5 000 рублей. Схему перепродажи квартиры ФИО1 с ее сожителем и подругой, чтобы обналичить средства материнского (семейного) капитала она не предлагала, а составляла лишь документы. Интересы ФИО1 в <данные изъяты> она не представляла, на совершение каких- либо регистрационных действий с недвижимостью ФИО1 последняя ей никаких доверенностей не выдавала. ФИО1 ей пояснила, что в части передачи денежных средств с сожителем и подругой разберутся сами и при ней (С.К.А.) денежные средства от кого-либо кому-либо не передавались (т.3 л.д.184-188, 189-193).
Согласно показаниям свидетеля Т.А.В., ее мать ФИО1 в 2021 году к ней обратилась с просьбой сфотографировать дачу, которая ей принадлежала, после чего выставить ее на продажу через аккаунт на сайте «<данные изъяты>». Она 8 июля 2021 года сделала фото дачи и выставила на своем аккаунте объявление о продаже дачи. Сама дача расположена была в <данные изъяты>, по ..., номер участка не помнит. До этого времени мама к ней не обращалась с просьбой о продаже дачи. Как ей известно, дача принадлежала маме на протяжении нескольких лет – с 2018 года и до ее продажи. Дача была продана за 1 000 000 рублей, но за какое время с момента опубликования объявления – не помнит (т.3 л.д.58-62, т.4 л.д.228-231).
Из показаний свидетеля С.Т.Б. следует, что в сентябре 2021 года решила вместе с родителями купить дачу. На сайте «<данные изъяты>» ей попалось объявление о продаже земельного участка с домом по адресу: .... Объявление было выставлено от А.. Однако, когда она стала общаться по поводу покупки дачного участка с владелицей, ею оказалась мама А. - ФИО1 После просмотра участка она и мама приобрели его у ФИО1 за 950 000 рублей. Сделку купли-продажи оформили в начале октября 2021 года через <данные изъяты> ..., расположенном в .... Деньги передавала она в наличной форме ФИО1 после регистрации сделки купли-продажи в <данные изъяты> (т.3 л.д.13-15).
Согласно показаниям свидетеля М.И.В., ФИО1 является ее дочерью. Около восьми лет назад она подарила ФИО1 квартиру по адресу: ..., где она являлась единственной собственницей. 18 августа 2018 года у дочери родился сын В.. С отцом третьего ребенка – ФИО2 дочь в браке не зарегистрирована, но взаимоотношения между ними хорошие, они сожительствуют в квартире дочери. На рождение сына сожитель купил дочери дачу в <данные изъяты>», которую в 2021 году ФИО1 продала в связи с необходимостью приобретения квартиры для себя и для В.. Может охарактеризовать дочь только с положительной стороны. Дополнила, что в 2021 году у нее имелись денежные средства в пределах 800 000 рублей, которые она могла бы занять ФИО1 для покупки квартиры (т.3 л.д.42-57).
Показания свидетелей Ж.Е.С. и Ж.И.Ф, суд в приговоре не приводит, поскольку данные свидетели не являлись очевидцами преступных действий подсудимых, их показания не носят информативный и доказательственный характер по уголовному делу, не несут какой-либо смысловой нагрузки и не свидетельствуют об осведомленности указанных свидетелей, касаемо преступных действий подсудимых ФИО1 и ФИО2
Показания кого-либо из свидетелей, касаемо действий и обстоятельств совершенного преступления подсудимыми ФИО1 и ФИО2 не оспорены. Каждый из подсудимых подтвердил показания свидетелей со стороны обвинения в части обстоятельств совершенного ими преступления.
Показания подсудимой ФИО1, касаемо действий свидетеля С.К.А. по подбору объекта недвижимости и касаемо предложения о том, каким образом возможно обналичить средства материнского (семейного) капитала, не влияют на выводы суда о виновности подсудимых в совершенном преступлении и не влияют на квалификацию действий подсудимых, также с учетом того, что в соответствии со ст.252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, а кроме того, с учетом того, что показаниями свидетеля С.К.А., установлено, что последняя лишь оказывала услуги по составлению договоров купли-продажи объектов недвижимости на частной основе, не являлась работником агентства недвижимости, а также не осуществляла риелторскую деятельность.
Помимо показаний самих подсудимых, а также показаний представителя потерпевшего и вышеприведенных показаний свидетелей, вина каждого из подсудимых в совершенном ими преступлении подтверждается следующими доказательствами.
Протоколом выемки от 29 июня 2023 года, которым у представителя потерпевшего Х.Е.В. изъято дело лица, имеющего право на дополнительные меры государственной поддержки № на имя ФИО1 (т.3 л.д.65-67), которое осмотрено следователем в этот же день (т.3 л.д.68-163), признано и приобщено к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т.3 л.д.164-165).
Так, объектом осмотра являлось дело лица, имеющего право на дополнительные меры государственной поддержки № на ФИО1, имеющее в себе следующие документы:- оригинал решения о выдаче государственного сертификата на материнский (семейный капитал) от 11 июля 2019 года №; - оригинал заявления о выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал от 1 июля 2019 года с приложенными: свидетельством о браке, свидетельством о рождении <данные изъяты> №, свидетельством о рождении <данные изъяты> №, свидетельством о рождении <данные изъяты> №, копией паспорта гражданина РФ <данные изъяты> №; - решение об отказе в удовлетворении заявления о распоряжении средствами (частью средств) материнского (семейного) капитала от 7 октября 2021 года №; - заявление ФИО6 от 22 сентября 2021 года о распоряжении средствами (частью средств) материнского (семейного) капитала, с приложенными копиями: договора купли-продажи от 4 сентября 2021 года, о продаже квартиры по адресу: ...; - выписки из ЕГРН об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости на квартиру по адресу: ... по запросу от 24 сентября 2021 года; - выписка из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости №; - решение об удовлетворении (об отказе в удовлетворении) заявления о распоряжении средствами (частью средств) материнского (семейного) капитала от 15 февраля 2022 года №; - заявление ФИО6 от 8 февраля 2022 года о распоряжении средствами (частью средств) материнского (семейного) капитала с приложением; - копия договора купли-продажи от 22 января 2022 года; - выписка из финансовой части лицевого счета лица, имеющего право на дополнительные меры государственной поддержки.
Протоколом выемки от 13 июня 2023 года, которым у О.Э.А. изъяты реестровые дела на квартиры по адресу: г... с кадастровыми номерами №, № (т.1 л.д.228-230), которые осмотрены следователем в этот же день (т.1 л.д.231-317, т.2 л.д.1-224), признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.2 л.д.225-226);
Протоколом осмотра предметов (документов) от 6 августа 2023 года, которым осмотрены: электронный документ, полученный посредствам электронного документооборота между государственными органами имеющий название № № от 3 августа 2023 года в виде архивированной папки с электронными документами, а именно: - Договор купли–продажи квартиры от 22 апреля 2021 года между ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель); - заявление в <данные изъяты> от 22 апреля 2021 года ФИО2 на государственную регистрацию права собственности на помещение с кадастровым номером №; - заявление в <данные изъяты> от 22 апреля 2021 года ФИО1, на государственную регистрацию права на помещение с кадастровым номером №; - заявление в <данные изъяты> от 4 мая 2021 года ФИО2, с просьбой принять дополнительные документы на помещение, по которому документы на государственный кадастровый учет и (или) государственную регистрацию права которого были предоставлены ранее, заявление предоставлено лично через <данные изъяты>, имеется рукописная подпись заявителя; - заявление в <данные изъяты> области от 5 мая 2021 года о предоставлении дополнительных документов; - заявление в <данные изъяты> подано 5 мая 2021 года ФИО1 с указанием сведений о предоставлении дополнительных документов к ранее поданному заявлению; - опись документов, принятых для оказания государственных услуг Государственная регистрация прав без одновременного государственного кадастрового учета (при наличии в ЕГРН сведений об объекте недвижимого имущества) помещение №, ...; - опись документов, принятых для оказания государственных услуг Государственная регистрация прав без одновременного государственного кадастрового учета (при наличии в ЕГРН сведений об объекте недвижимого имущества) помещение №, ...; - опись документов, принятых для оказания государственных услуг Государственная регистрация прав без одновременного государственного кадастрового учета (при наличии в ЕГРН сведений об объекте недвижимого имущества) помещение №, ...; - договор купли-продажи от 31 мая 2021 года между ФИО2 (продавец) и Г.И.П. (покупатель), о продаже квартиры по адресу: ...; - заявление в <данные изъяты> от 31 мая 2021 года Г.И.П. на государственную регистрацию права на помещение с кадастровым №; - заявление в <данные изъяты> от 31 мая 2021 года ФИО2, на государственную регистрацию права собственности на помещение с кадастровым номером №; -опись документов, принятых для оказания государственных услуг Государственная регистрация прав без одновременного государственного кадастрового учета (при наличии в ЕГРН сведений об объекте недвижимого имущества) помещение №; - заявление в <данные изъяты> от 4 сентября 2021 года ФИО1, на государственную регистрацию права на помещение с кадастровым номером №; - заявление в <данные изъяты> от 4 сентября 2021 года ФИО1, на государственную регистрацию права на помещение с кадастровым номером №; - опись документов, принятых для оказания государственных услуг Государственная регистрация прав без одновременного государственного кадастрового учета (при наличии в ЕГРН сведений об объекте недвижимого имущества) помещение №; - договор купли-продажи от 4 сентября 2021 года, заключенного между Г.И.П. (продавец) и ФИО1 (покупатель), действующей также за себя и от имени своего несовершеннолетнего сына В.В.Д., ** г.р., о продаже квартиры по адресу: ...; - заявление в <данные изъяты> от 4 сентября 2021 года ФИО1, на государственную регистрацию права на помещение с кадастровым номером №; - заявление в <данные изъяты> от 4 сентября 2021 года ФИО1, на государственную регистрацию права на помещение с кадастровым номером №; - заявление в <данные изъяты> от 4 сентября 2021 года Г.И.П., на государственную регистрацию права на помещение с кадастровым номером №; - опись документов в 3-х экземплярах, принятых для оказания государственных услуг Государственная регистрация прав без одновременного государственного кадастрового учета (при наличии в ЕГРН сведений об объекте недвижимого имущества) помещение №; - согласие серии <данные изъяты>, согласно которого В.Д.А., ** г.р., дает согласие ФИО1 на распределение доле в праве общей собственности на объект недвижимости: квартиру, находящуюся по адресу: ..., приобретенную за счет средств материнского (семейного) капитала без моего участия и определения моей доли. От права на приобретение доли отказывается (т.3 л.д.235-247, т.4 л.д.1-112). Осмотренное признано и приобщено к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.4 л.д.113-114);
Протоколом выемки от 22 июня 2023 года, которым у ФИО1 изъяты оригиналы договора купли-продажи от 22 апреля 2021 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2 о продаже квартиры по адресу: ...; договора купли-продажи от 31 мая 2021 года, заключенного между ФИО2 и Г.И.П. о продаже этой же квартиры; договора купли-продажи от 4 сентября 2021 года, заключенного между ФИО1 и Г.И.П. о продаже этой же квартиры; копии согласия <данные изъяты> от 3 сентября 2021 года, свидетельства о рождении серии <данные изъяты> № от 30 апреля 2019 года; свидетельства о рождении серии <данные изъяты> № от 15 апреля 2022 года; свидетельства об установлении отцовства серии <данные изъяты> № от 15 апреля 2022 года (т.3 л.д.18-32), которые осмотрены следователем в этот же день (т.3 л.д.33-39), признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.3 л.д.40-41);
Протоколом выемки от 8 августа 2023 года, которым у свидетеля Т.А.В. изъяты скрин-шоты объявления о продаже дачного участка, ранее принадлежащего ФИО1 от июля 2021 года (т.4 л.д.234-238), которые осмотрены следователем в этот же день (т.4 л.д.239-241), признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.4 л.д.242-243).
Суд, проверяя и оценивая каждое из представленных доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, находит их относимыми к настоящему уголовному делу, допустимыми, поскольку они получены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, достоверными, а в совокупности достаточными для рассмотрения уголовного дела по существу и находит вину подсудимых ФИО1 и ФИО2, каждого, в совершенном преступлении установленной и доказанной.
Суду представлено достаточно доказательств тому, что в период времени с весны 2021 года по 7 октября 2021 года ФИО1 предложила своему сожителю и отцу ребенка ФИО2 обналичить денежные средства материнского (семейного) капитала, путем оформления фиктивных сделок по купле-продаже квартиры №, расположенной по адресу: ..., от нее ФИО2, после чего от ФИО2 Г.И.П., а в последующем от Г.И.П. ФИО1, при том, что указанная квартира первоначально находилась в собственности ФИО1 После того, как ФИО2 согласился на предложение ФИО1, вступив тем самым с ней в предварительный преступный сговор на мошенничество при получении выплат, то есть хищение денежных средств при получении иных социальных выплат, установленных законом и иными нормативными правовыми актами, путем предоставления заведомо ложных и недостоверных сведений, в крупном размере, ФИО1 обратилась к С.К.А., занимающейся на частной основе составлением в том числе договоров купли-продажи объекта недвижимости и та, в свою очередь, не являясь риелтором, либо сотрудником какого-либо агентства недвижимости, трижды составила тексты договоров купли-продажи объекта недвижимости – квартиры, расположенной по адресу: ... (от ФИО1 ФИО2, от ФИО2 Г.И.П. и от Г.И.П. ФИО1), при этом текст договора купли-продажи между Г.И.П. в качестве продавца и ФИО1, в качестве покупателя от 4 сентября 2021 года содержались сведения о том, что квартира в том числе приобретается с использованием средств материнского (семейного) капитала серии <данные изъяты> №, выданного на имя ФИО1 решением от 11 июля 2019 года №. При этом судом достоверно установлено, что каким-либо образом подсудимыми не улучшены жилищные условия подсудимой ФИО1 и ее малолетнего ребенка А.В.В.Д., **. При этом, совместные и согласованные преступные действия подсудимых не были доведены до конца, по независящим от них обстоятельствам, поскольку сотрудниками <данные изъяты> выявлены сведения о том, что ФИО1 в собственность приобретена квартира, ранее находящаяся в ее собственности, в связи с чем 7 октября 2021 года было принято решение об отказе в удовлетворении заявления о распоряжении средствами (частью средств) материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий на оплату приобретаемого жилого помещения в размере 483 881 рубль 83 копейки, с учетом индексации.
Довод подсудимой о том, что на обналиченные денежные средства материнского (семейного) капитала она желала приобрести квартиру своему сыну, ** г.р., расположенную по адресу: ..., опровергается показаниями в том числе свидетеля Г.И.Г., являющейся собственником квартиры по указанному адресу с октября 2020 года, при этом, как установлено из показаний свидетеля, данную квартиру на продажу она не выставляла после приобретения вплоть до июня 2022 года, проживала в квартире совместно со своими детьми с момента приобретения и по настоящее время.
При таких обстоятельствах суд квалифицирует действия подсудимых ФИО1 и ФИО2, каждого – по ч.3 ст.30 – ч.3 ст.159.2 УК РФ, как покушение на мошенничество при получении выплат, то есть хищение денежных средств при получении иных социальных выплат, установленных законами и иными нормативными правовыми актами, путем представления заведомо ложных и недостоверных сведений, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.
Об умысле подсудимых свидетельствуют характер и последовательность их действий, при которых подсудимые, осознавая, что действуют противоправно с целью завладения денежными средствами материнского (семейного) капитала, на получение которого у ФИО1 наступило право после рождения ребенка, ** г.р., совершили действия, направленные на обналичивание указанных денежных средств, путем неоднократной фиктивной перепродажи объекта недвижимости – квартиры, находящейся в собственности ФИО1 третьим лицам, без фактической выплаты денежных средств, а в последующем предоставления пакета документов в <данные изъяты> для получения денежных средств, путем перечисления на банковский счет Г.И.П., в счет погашения задолженности перед последней в связи с приобретением у нее объекта недвижимости – квартиры, расположенной по адресу: .... При этом, корыстная заинтересованность каждого из подсудимых проявлялась в действиях каждого из них, а именно в связи с совместными, согласованными и организованными действиями каждого из подсудимых, направленных на достижение преступного результата в виде хищения денежных средств материнского (семейного) капитала.
Квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» нашел свое подтверждение в ходе судебного следствия и верно вменен подсудимым ФИО1 и ФИО2, поскольку, как установлено в ходе судебного заседания, сговор подсудимых на совместное совершение преступления имел место до начала активных действий, непосредственно направленных на совершение мошенничества.
Квалифицирующий признак «в крупном размере» также нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, поскольку сумма, планируемых подсудимыми к хищению денежных средств превышает 250 000 рублей.
В ходе предварительного расследования и судебного разбирательства изучалось психическое состояние подсудимых ФИО1 и ФИО2 Так, подсудимый ФИО2 на учете у врача психиатра и нарколога не состоит, в ходе и после совершения преступления, а также в судебном заседании вел себя адекватно, его поведение у сторон и суда не вызвало сомнений в психической полноценности.
Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № от 11 июля 2023 года (т.3 л.д.179-180), ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием, а также иным болезненным состоянием психики, лишающим ее способности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, не страдала в период, относящийся к совершению инкриминируемого ей деяния и не страдает в настоящее время. Как в период совершения инкриминируемого ей деяния, так и в настоящее время ФИО1 могла и может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В принудительном лечении не нуждается.
Учитывая заключение экспертов, а также все вышеизложенные обстоятельства, данные о личности как ФИО1, так и ФИО2, а также поведение ФИО1 в ходе и после совершения преступления, а также в судебном заседании, которое у сторон и суда не вызвало сомнений в психической полноценности, суд учитывая все вышеизложенные обстоятельства, признает каждого из подсудимых вменяемым и подлежащим уголовной ответственности и наказанию за содеянное.
При назначении наказания подсудимым, в соответствии со ст.60 УК РФ, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления; личность виновных, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление каждого из подсудимых, и на условия жизни их семей.
Из исследованных данных о личности подсудимых следует, что как ФИО7, так и ФИО2 характеризуются с положительной стороны, каждый имеет постоянное место жительства, а также постоянное место работы, состоят между собой в фактических семейных отношениях без регистрации брака, имеют совместного малолетнего ребенка, по месту жительства правоохранительными органами оба подсудимых характеризуются фактически с положительной стороны (т.4 л.д.172, 220), кроме того подсудимая ФИО1 свидетелем М.И.В. характеризуется также с положительной стороны (т.3 л.д.42-57). Каждый из подсудимых являются лицами ранее не судимыми, совершили преступление впервые, имеют прочные социальные связи, нацелены на правопослушный образ жизни, соответственно имеют все условия для нормальной законопослушной жизни и своего исправления вне изоляции от общества.
В качестве обстоятельств, смягчающих наказание каждому из подсудимых суд признает: раскаяние в содеянном, активное способствование расследованию преступления и изобличению соучастника преступления, наличие малолетнего ребенка.
Кроме того, подсудимой ФИО1 в качестве смягчающего наказание обстоятельства суд признает полное признание своей вины; ФИО2 – фактическое признание своей вины.
Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимых судом не установлено за отсутствием таковых.
Суд принимает во внимание также влияние назначенного наказания на исправление каждого из подсудимых и на условия жизни их семей, при которых как ФИО1, так и ФИО2 состоят в фактических семейных отношениях без регистрации брака друг с другом, имеют на иждивении совместного малолетнего ребенка, ** г.р.
При таких обстоятельствах в их совокупности, а именно, что подсудимыми совершено преступление, относящееся, в соответствии с ч.4 ст.15 УК РФ, к категории тяжких, направленное против собственности, а также с учетом личности подсудимых ФИО7 и ФИО2, суд приходит к выводу о том, что цели наказания – восстановление социальной справедливости, исправление каждого из подсудимых и предупреждение совершения ими новых преступлений могут быть достигнуты без изоляции каждого из подсудимых от общества и считает правильным и справедливым в данном конкретном случае, учитывая строгую индивидуальность при назначении наказания, назначить каждому из подсудимых наказание в виде лишения свободы, при этом без дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы, предусмотренных санкцией ч.3 ст.159.2 УК РФ, с применением положений ч.1 ст. 62 УК РФ, а также с учетом правил, предусмотренных ч.3 ст.66 УК РФ, при которых срок или размер наказания за покушение на преступление не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ за оконченное преступление, кроме того, с применением ст.73 УК РФ, с возложением определенных обязанностей, исполнение которых, по мнению суда, будет способствовать исправлению каждого из подсудимых, поскольку суд приходит к твердому убеждению, что именно такое наказание будет соответствовать тяжести совершенного ФИО1 и ФИО2 преступления, личности подсудимых и способствовать достижению целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ.
Обсуждая вопрос о назначении наказания, суд приходит к выводу о невозможности определения подсудимым ФИО1, и ФИО2 более мягкого наказания в виде штрафа, предусмотренного санкцией ч.3 ст.159.2 УК РФ, учитывая конкретные обстоятельства данного уголовного дела, личность подсудимых, материальное положение каждого из них, а также наличие на их иждивении совместного малолетнего ребенка.
Кроме того, в соответствии со ст.67 УК РФ при назначении наказания за преступление, совершенное в соучастии, суд учитывает характер и степень фактического участия лица в его совершении, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного или возможного вреда.
Суд не находит оснований для применения к назначаемому каждому из подсудимых наказанию положений, предусмотренных ст.64 УК РФ, так как судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновных, их поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, поскольку таковые отсутствуют.
При постановлении приговора, разрешая вопросы, предусмотренные ст.299 УПК РФ, суд приходит к выводу, что оснований для изменения категории преступления, в совершении которого обвиняются подсудимые ФИО1 и ФИО2, на менее тяжкую, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, не имеется, учитывая конкретные обстоятельства совершенного преступления, уголовного дела, а также личности каждого из подсудимых.
Учитывая положения ст.ст. 131-132 УПК РФ, поскольку в судебном заседании не была установлена имущественная несостоятельность подсудимых ФИО1 и ФИО2, оснований для освобождения каждого из подсудимых от уплаты процессуальных издержек, не имеется.
В связи с чем, процессуальные издержки в сумме 34 660 рублей 50 копеек, связанные с расходами на оплату труда адвоката Васильевой О.С. по назначению в ходе предварительного следствия, подлежат взысканию с ФИО1; процессуальные издержки в сумме 14 760 рублей, связанные с расходами на оплату труда адвоката Минина С.И. по назначению в ходе предварительного следствия, подлежат взысканию с ФИО2 в доход федерального бюджета.
Судьбу вещественных доказательств следует разрешить в соответствии со ст. 81 ч. 3 УПК РФ.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.304, 307-309 УПК РФ, суд
ПРИГОВОРИЛ:
ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 - ч.3 ст.159.2 УК РФ и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года.
ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 - ч.3 ст.159.2 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года.
На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 и ФИО2 наказание в виде лишения свободы считать условным, с испытательным сроком на 1 год 6 месяцев - каждому.
В соответствии со ст.73 ч. 5 УК РФ возложить на ФИО1 и ФИО2 исполнение обязанностей: встать на учет в уголовно-исполнительную инспекцию; не менять постоянного места жительства и работы без уведомления уголовно-исполнительной инспекции; не посещать увеселительные заведения (кафе, бары, рестораны) в период времени с 22 часов до 7 часов.
Меру процессуального принуждения ФИО1 и ФИО2 – обязательство о явке – отменить, после вступления приговора в законную силу.
Испытательный срок исчислять с момента вступления приговора в законную силу, в испытательный срок зачесть время, прошедшее со дня провозглашения приговора.
Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 34 660 (тридцать четыре тысячи шестьсот шестьдесят) рублей 50 копеек, связанные с расходами на оплату труда адвоката Васильевой О.С. по назначению в ходе предварительного следствия.
Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 14 760 (четырнадцать тысяч семьсот шестьдесят) рублей, связанные с расходами на оплату труда адвоката Минина С.И. по назначению в ходе предварительного следствия.
Вещественные доказательства после вступления приговора в законную силу: переданные на ответственное хранение в <данные изъяты> – оставить в распоряжении соответствующих организаций; хранящиеся в материалах уголовного дела – хранить на протяжении всего срока хранения уголовного дела.
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд, через Ангарский городской суд Иркутской области, в течение 15 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.
Председательствующий А.А. Пусева