№

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

КРАСНОГВАРДЕЙСКОГО РАЙОННОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

16 января 2023 года пгт Красногвардейское

Дело № 2-259/2023

Состав суда: судья Проскурня С.Н.,

при секретаре Дорошенко А.В.,

Лица, участвующие в деле:

истец: ФИО1,

ответчик: Общество с ограниченной ответственностью

«Крым Медцентр»,

третьи лица: ФИО2,

Общество с ограниченной ответственностью

«Арсенал медицинское страхование» в лице

Филиала «Крымская страховая медицинская компания»,

прокурор: помощник прокурора <адрес>

Республики Крым Коробцов Владимир Владимирович,

Суд, рассмотрев иск о взыскании морального вреда, причиненного в результате ненадлежащего оказания медицинских услуг, расходов на погребение и оплату услуг представителя,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, в котором, уточнив в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) исковые требования, просила взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Крым Медцентр» (далее также - ООО «Крым Медцентр») в возмещение морального вреда, причиненного смертью дочери ФИО3 в результате ненадлежащего оказания медицинских услуг, 5 000 000 рублей, в возмещение расходов по изготовлению и установке памятника 20 100 рублей, а также 300 000 рублей в возмещение расходов на оплату услуг представителя.

В обоснование исковых требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ в результате ненадлежащего оказания медицинских услуг врачом-колопроктологом ООО «Крым Медцентр» ФИО2 умерла дочь истца, ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ г.р. По факту смерти ФИО21 в ООО «Крым Медцентр» ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации. В совершении указанного преступления обвинялась врач-колопроктолог ООО «Крым Медцентр» ФИО2 Истец ФИО1 была признана потерпевшей по данному уголовному делу. Постановлением Красногвардейского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. При вынесении данного постановления вопрос о возмещении истцу судебных расходов на оплату услуг представителя в связи с рассмотрением данного дела не был разрешен, гражданский иск ФИО1 оставлен без рассмотрения с сохранением права на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства. Истец полагает, что поскольку смерть ее дочери наступила по вине работника ответчика ООО «Крым Медцентр», то с последнего подлежит взысканию компенсация морального вреда, убытки в виде расходов по изготовлению и установке памятника, а также расходов по оплате услуг представителя.

Определением Красногвардейского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ принят отказ истца ФИО1 от иска к ответчику ФИО2

В соответствии со статьей 43 ГПК РФ ФИО2 судом привлечена к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель по доверенности ФИО4 поддержали исковые требования по доводам, изложенным в их обоснование в исковом заявлении, с учетом уточненных исковых требований, просили иск удовлетворить в полном объеме, указывая на ненадлежащее оказание медицинских услуг врачом-колопроктологом ООО «Крым Медцентр», что повлекло смерть ФИО3 и причинило моральные страдания ее матери.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Крым Медцентр» по доверенности ФИО5 исковые требования не признал по доводам, изложенным в представленных суду возражениях в письменной форме, полагая требования истца ФИО1 о денежной компенсации причиненного ей морального вреда необоснованными, не отвечающими принципам разумности и справедливости, а расходы на оплату услуг представителя чрезмерными. Также указал о том, что каких-либо нарушений действующего законодательства Российской Федерации в области здравоохранения при предоставлении медицинских услуг ООО «Крым Медцентр» ни в ходе предварительного расследования, ни при рассмотрении уголовного дела в суде установлено не было.

В судебном заседании третье лицо ФИО2 и ее представитель адвокат Дейнеко Л.Э. указали о том, что истец ФИО1 имеет право требовать компенсации морального вреда, причиненного ей смертью дочери. При этом полагают, что у пациентки ФИО3 в результате введения препарата лидокаин развился анафилактический шок, обусловленный патологической реакцией на адекватно назначенное и правильно примененное лекарственное средство. Развитие у ФИО3 анафилактического шока на введение лекарственного препарата лидокаин носило случайный характер. Выявленные дефекты оказания медицинской помощи со стороны врача - колопроктолога ФИО2 не повлияли на исход заболевания ФИО3 (смерть).

Привлеченное судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Арсенал медицинское страхование» в лице филиала «Крымская страховая медицинская компания» в судебное заседание явку своего представителя не обеспечило.

От третьего лица, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания, в соответствии с частью 5 статьи 167 ГПК РФ в суд поступило ходатайство в письменной форме о рассмотрении дела в отсутствие их представителя.

Давая заключение, участвующий в деле прокурор - помощник прокурора <адрес> Республики Крым Коробцов В.В. полагал требования истца о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника в результате некачественного оказания медицинских услуг, обоснованными, размер денежной компенсации морального вреда оставил на усмотрение суда.

С учетом надлежащего извещения всех лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания, суд, в соответствии с положениями статьи 167 ГПК РФ счел возможным рассмотреть дело при установленной явке.

Выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, их представителей, исследовав предоставленные письменные доказательства, материалы уголовного дела № в отношении ФИО2 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, заслушав заключение прокурора, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно части 2 статьи 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы судом, то есть представлены сторонами.

Разрешая гражданско-правовой спор в условиях конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности, осуществляя правосудие как свою исключительную функцию (часть 1 статьи 118 Конституции Российской Федерации) суд не может принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что истец ФИО1 является матерью ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> в кабинете № ООО «Крым Медцентр», расположенного по адресу: <адрес>, при оказании ФИО22 медицинской помощи, от токсического действия медицинского препарата лидокаина в период проведения инфильтрационной анестезии в процессе малоинвазивного оперативного вмешательства в перианальной области, осложнившегося острой сердечно-сосудистой недостаточностью, наступила смерть ФИО23

ДД.ММ.ГГГГ по факту смерти ФИО24 в ООО «Крым Медцентр» возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В совершении указанного преступления органом предварительного следствия обвинялась ФИО2, которая, будучи назначенной в соответствии с трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ № и приказом директора ООО «Крым Медцентр» от ДД.ММ.ГГГГ № в подразделение «Врачебный персонал» ООО «Крым Медцентр» на должность врача – колопроктолога, имея высшее медицинское образование и стаж работы по специальности врача колопроктолога 9 лет, являясь лечащим врачом колопроктологом пациентки ФИО3, при оказании последней квалифицированной медицинской помощи при проведении инфильтрационной анестезии в процессе малоинвазивного оперативного вмешательства в перианальной области, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с <данные изъяты> находясь в кабинете № ООО «Крым Медцентр», расположенном по адресу: <адрес>, допуская преступную небрежность, не предвидя наступления общественно опасных последствий своих действий в виде смерти ФИО25 хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия, ненадлежаще исполняя свои профессиональные обязанности, в нарушение положений пунктов 3, 4, 7, 15, 21 статьи 2, пункта 8 статьи 3, статьи 4, части 1 статьи 34, пункта 2 статьи 70, части 1 и пункта 1 части 2 статьи 73 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ, пунктов 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.12 должностной инструкции врача – колопроктолога ООО «Крым Медцентр», утвержденной ДД.ММ.ГГГГ директором ООО «Крым Медцентр», Инструкции по медицинскому применению лекарственного препарата «Лидокаин», утвержденной техническим директором АО «Органика», согласованной Министерством здравоохранения Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, регистрационный номер Р №, согласно которой «Лидокаин» в концентрации 100 мг/мл (10%) относится к фармакотерапевтической группе - антиаритмическое средство; показания к применению - профилактика повторной фибрилляции желудочков при остром коронарном синдроме и повторных пароксизмов желудочковой тахикардии, желудочковой аритмии, обусловленной гликозидной интоксикацией; способ применения - внутривенно; допустила дефекты оказания медицинской помощи потерпевшей ФИО26 которые выразились в не менее двукратном подкожном введении ФИО2 в перианальную область пациента ФИО27 10,0 мл раствора лидокаина в концентрации 100 мг/мл (10%) 2,0 мл производителя АО «Органика» с разведением в 8,0 мл физиологического раствора до 2%, то есть с превышением не менее в четыре раза по сравнению с рекомендованной дозой для инфильтрационной анестезии при проведении малых вмешательств, и превышавшую на 100 мг максимальную разовую дозу, что привело к развитию клинических симптомов передозировки, а после этого, при ухудшении состояния пациентки на введение препарата лидокаин, не была оказана своевременная специализированная анестезиологическая и реанимационная помощь с протезированием функций дыхания аппаратом ИВЛ, и другие мероприятия, восстанавливающие жизненно важные функции организма пациентки ФИО28 При этом острое отравление химическим веществом - лекарственным препаратом лидокаин, в данном случае, привело к развитию острой сердечно-сосудистой недостаточности тяжелой степени, угрожающего жизни состоянию, что согласно заключению комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № привело к развитию смертельных осложнений, повлекших в соответствии с пунктами 6.2.4, 6.2.9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 194н и пункта 4а «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 522, причинение ФИО3 тяжкого вреда здоровью, и находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти последней.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Красногвардейского районного суда Республики Крым уголовное дело по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, что не является реабилитирующим основанием.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 части 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Статьей 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 части 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 части 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО1 усматривается, что основанием ее обращения в суд с требованием о компенсации причиненного ей морального вреда явилось ненадлежащее оказание медицинской помощи (дефекты оказания медицинской помощи) ее дочери ФИО29, приведшее к ее смерти.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. N 6) (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1) разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Законодатель, закрепив в статье 151 ГК РФ общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация. При этом, согласно пункту 2 статьи 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В абзаце втором пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В рамках уголовного дела ГБУЗ РК «Крымское республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи врачом-проктологом ООО «Крым Медцентр» ФИО2 пациентке ФИО30 была проведена судебно-медицинская экспертиза (заключение экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №), по результатам которой судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к выводам, что причиной смерти ФИО31 явилось токсическое действие медицинского препарата - лидокаина в период проведения инфильтрационной анестезии в процессе малоинвазивного оперативного вмешательства в перианальной области, осложнившееся острой сердечно-сосудистой недостаточностью.

Диагноз анафилактический шок, в данном случае заподозренный врачом проктологом и установленный при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО32 (заключение эксперта №, окончено ДД.ММ.ГГГГ), согласно выводов экспертной комиссии неверен по следующим основаниям:

- отсутствие после применения препарата лидокаин выраженных клинических гемодинамических нарушений (гипотензия и асистолия), клиническая картина начиналась с симптомов угнетения ЦНС (заторможенности, сонливости), мышечных подергиваний, повышения артериального давления (150 и 90 мм рт.ст.), что является признаком токсической реакции на лидокаин, обусловленной повышенной плазменной концентрацией возможно как вследствие случайного внутрисосудистого введения, превышения дозы или быстрой абсорбции из участков с обильным кровоснабжением, возникшие затем возбуждение, судороги, гипотензия, остановка сердца характеризуют эту токсическую реакцию, как тяжелую; отсутствие улучшения гемодинамики и восстановления сознания после введения адреналина;

- отсутствие характерных признаков анафилактического шока как по клинической картине, так и по результатам гистологического исследования: отсутствовало снижение систолического артериального давления (АД) ниже 90 мм рт.ст., приводящего к гипоксии жизненно важных органов, отсутствовала реакция кожи и/или слизистых в виде генерализованной крапивницы, зуда и/или эритемы, отека губ, языка, век, ушей, небного язычка, нарушения со стороны дыхательной системы (затруднение дыхания, одышка, кашель, заложенность носа, чихание, хрипы в груди, стридор, гипоксемия), даже при церебральном варианте анафилактического шока, когда в клинической картине преобладают симптомы поражения центральной нервной системы, обязательным является их сочетание с гемодинамическими или асфиктическими проявлениями, а также отсутствовали характерные гистологические признаки с наличием в легких инфильтрации слизистых оболочек преимущественно эозинофильными лейкоцитами (нередко с лейкоцитоклазией), отека, вакуолизации волокон мышечной оболочки.

Несмотря на отсутствие подробных записей в медицинской карте об особенностях ухудшения общего состояния больной и последовательности развития клинических симптомов угнетения жизненно-важных функций организма, объем информации в представленных материалах уголовного дела достаточен для установления причинной связи между фактом введения лекарственного средства и ухудшением состояния здоровья больной.

Медицинская помощь, оказанная больной ФИО33 бригадой СМП, по сути являлась реанимационными мероприятиями при наступившей клинической смерти до приезда к месту вызова, действия работников скорой медицинской помощи, направленные на оживление организма были правильными, соответствуют Стандарту скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти, утвержденному Министерством здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 454н.

Комиссия экспертов считает, что при ухудшении состояния ФИО34 на введение препарата лидокаина при проведении инфильтрационной анестезии в лечении геморроя, оказание своевременной специализированной анестезиологической и реанимационной помощи с протезированием функции дыхания аппаратом ИВЛ и других мероприятий восстанавливающих жизненно важные функции организма, жизнь могла быть сохранена.

Согласно выводам комиссии экспертов, основным в наступлении смерти ФИО35 ДД.ММ.ГГГГ явилось токсическое действие медицинского препарата - лидокаина в период проведения инфильтрационной анестезии в процессе малоинвазивного оперативного вмешательства в перианальной области, наступившее в результате неправильного расчета дозы препарата, приведшего к передозировке с наступлением летального исхода и обусловившего наличие прямой причинной связи между дефектом оказания медицинской помощи и наступлением смерти ФИО36

Острое отравление химическим веществом - лекарственным препаратом лидокаин, в данном случае, привело к развитию острой сердечно-сосудистой недостаточности тяжелой степени, угрожающего жизни состояния, что согласно п.6.2.4, п.6.2.9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 194н, п.4а «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 522, расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред, опасный для жизни, вызвавший расстройство жизненно важных функций организма, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и закончившегося смертью ФИО37 (уголовное дело №, том 3, л.д.139-178).

Оснований не доверять выводам судебно-медицинской экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела, у суда нет, так как эксперты, проводившие экспертизу, предупреждались об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, заключение экспертизы является полным, не содержит противоречий, экспертами даны ответы на все поставленные вопросы, неясностей ответы не содержат.

Таким образом, совокупностью имеющихся в материалах дела доказательств подтверждается, что оказанная ФИО38 медицинская помощь не соответствовала общепринятым современным представлениям о ее необходимом уровне и объеме при имеющихся у пациента показаниях.

Между дефектами, допущенными врачом колопроктологом ООО «Крым Медцентр» при оказании медицинской помощи ФИО39 ее наступившей смертью и причинением тем самым морального вреда ее матери ФИО1, имеются причинно-следственные связи.

Стороной ответчика доказательств, которые с очевидной достоверностью могли бы опровергнуть такие выводы, суду не представлено и материалы дела таких доказательств не содержат.

С учетом характера установленных недостатков качества оказания медицинской помощи, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, суд, с учетом вышеприведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, исходит из установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств дела, степени вины ответчика, принципа разумности и соразмерности, и полагает справедливым взыскать с ООО «Крым Медцентр» в счет компенсации морального вреда 2 000 000 рублей в пользу матери умершей ФИО41 – ФИО1

Определяя указанный размер компенсации морального вреда, с учетом установленных обстоятельств дела, наступивших последствий для матери, являющейся инвалидом II группы, в пожилом возрасте потерявшую единственную из остававшихся в живых дочь (двое других детей истца – дочь ФИО13 и сын ФИО42 погибли ДД.ММ.ГГГГ в результате дорожно-транспортного происшествия, супруг истца – ФИО14 умер ДД.ММ.ГГГГ), привело к необратимым обстоятельствам и негативным событиям в ее жизни, нарушившим ее психическое и психологическое благополучие, право на родственные и семейные связи (дочь ФИО43 со своими малолетними детьми – сыном ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и дочерью ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с ДД.ММ.ГГГГ года по день своей смерти проживали одной семьей совместно с истцом ФИО1), неоспоримо причинившим нравственные страдания, влекущие эмоциональные расстройства, препятствующие социальному функционированию и адаптации истца к новым жизненным обстоятельствам.

В соответствии со статьей 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Размер подлежащих возмещению расходов на погребение подлежит определению с учетом положений Федерального закона от 12 января 1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" (далее - Федеральный закон "О погребении и похоронном деле"), содержащего понятие "погребение" и устанавливающего перечень расходов, связанных с ним, по смыслу которых во взаимосвязи с положениями абзаца первого статьи 1094 ГК РФ возмещению подлежат лишь понесенные на погребение необходимые расходы.

Вопрос о размере таких расходов должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего (статья 5 Федерального закона "О погребении и похоронном деле", статья 1174 ГК РФ), и с учетом положений статьи 9 Федерального закона "О погребении и похоронном деле", устанавливающей, что к гарантированному перечню услуг по погребению относятся оформление документов, необходимых для погребения, предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения, перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий), погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

Данный федеральный закон определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Приведенный в законе перечень является гарантированным государством и подлежит оплате за счет средств федерального бюджета и бюджета субъекта Российской Федерации, при этом закон не запрещает приобретать ритуальные принадлежности по собственному усмотрению и за собственный счет.

Расходы, сверх определенных законом, подлежат возмещению причинителем вреда в той мере, в какой они являются необходимыми для обычного погребения.

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, то есть размер возмещения не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного статьей 9 Федерального закона "О погребении и похоронном деле".

Как указано выше, статья 3 этого же Закона определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Исходя из представленных и имеющихся в деле документов, судом установлено, что истцом ФИО1 на погребение дочери ФИО44 были понесены расходы в размере 20 100,00 руб. на изготовление и установку надгробного памятника по договору от ДД.ММ.ГГГГ (дата оформления заказа), заключенному с индивидуальным предпринимателем ФИО17 (агентство ритуальных услуг «Ангел). Согласно акту выполненных работ и услуг по изготовлению и установке памятника от ДД.ММ.ГГГГ, а также кассовому чеку от ДД.ММ.ГГГГ указанные работы были выполнены исполнителем ИП ФИО17 и оплачены заказчиком ФИО1 (л.д.15, 16).

По мнению суда, произведенные истцом ФИО1 расходы на погребение ФИО45 в размере 20 100,00 руб., подтвержденные представленными в материалы дела документами, соответствовали условиям ритуального обряда и являлись необходимыми, в связи с чем подлежат возмещению в полном объеме ответчиком ООО «Крым Медцентр».

В соответствии со статьей 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом ФИО1 заявлено требование о возмещении понесенных ею расходов на оплату услуг представителя в размере 300 000,00 руб.

Из представленных суду акта сдачи-приема юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, кассового чека от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 120 000,00 руб., кассового чека от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 180 000,00 руб. следует, что истец ФИО1 понесла расходы по оплате юридических услуг, предоставленных индивидуальным предпринимателем ФИО4 на основании договора на возмездное оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, в общей сумме 300 000,00 руб.

Статьей 52 Конституции Российской Федерации гарантировано право потерпевшего от преступления лица на возмещение убытков.

В соответствии с частью 3 статьи 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям статьи 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Из обстоятельств возникшего спора следует, что медицинский работник ООО «Крым Медцентр» врач колопроктолог ФИО2 не является осужденной, производство по уголовному делу в отношении нее прекращено по нереабилитирующему основанию, следовательно, процессуальные издержки в виде расходов на представителя потерпевшего не могут быть взысканы с нее в рамках процедуры, установленной Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Таким образом, учитывая вышеизложенное, истец правомерно обратилась с вышеназванным исковым требованием в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно пункту 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в абзаце втором пункта 3 Определение от ДД.ММ.ГГГГ N 22-О "По жалобе открытого акционерного общества "Большевик" на нарушение конституционных прав и свобод положениями статей 15, 16 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации" исключение расходов на представительство в суде и на оказание юридических услуг из состава убытков, подлежащих возмещению в порядке статей 15, 16 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации в системной связи с его статьей 1082, свидетельствует о том, что толкование указанных норм, направленных на обеспечение восстановления нарушенных прав граждан и юридических лиц, в том числе путем возмещения вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти (статья 53 Конституции Российской Федерации), при рассмотрении конкретного дела было осуществлено вопреки их конституционно - правовому смыслу, чего суды не вправе были делать.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО1 в части взыскания расходов по оплате услуг представителя, понесенных, в том числе, при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО2, подлежат удовлетворению.

Определяя размер подлежащих взысканию в пользу истца ФИО1 убытков в виде понесенных расходов на оплату услуг представителя, суд также учитывает, что данные расходы подлежат возмещению в порядке, предусмотренном статьей 15 ГК РФ, и по своей природе являются расходами по оплате услуг представителя, которые подлежат возмещению в зависимости от сложности дела, объема защищаемого права и совершения конкретных действий, свидетельствующих об оказании юридической помощи.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Соответствующие возражения представителем ответчика в ходе рассмотрения дела в суде были заявлены.

Исходя из объема проделанной представителем истца работы, в том числе при оказании юридической помощи потерпевшей ФИО1 по уголовному делу, сложности спора, проверив доказательства оплаты истцом оказанных услуг представителя и их связь с рассматриваемым спором, с учетом принципов разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что в пользу истца ФИО1 с ответчика ООО «Крым Медцентр» подлежат взысканию убытки в виде расходов на оплату услуг представителя в размере 100 000,00 руб.

Согласно разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера (например, о компенсации морального вреда).

При этом иск имущественного характера о взыскании расходов на погребение судом удовлетворен в полном объеме.

С ответчика ООО «Крым Медцентр» на основании статьи 103 ГПК РФ в доход бюджета муниципального образования <адрес> Республики Крым подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой при подаче искового заявления в суд истец ФИО1 была освобождена в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 17 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», в сумме 1 103,00 руб., в том числе 803,00 руб. по исковым требованиям имущественного характера (при цене иска 20 100,00 руб.), и 300,00 руб. по исковым требованиям о возмещении морального вреда (абзац третий подпункта 1, абзац второй подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19, подпункт 1 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь ст.ст. 15, 150, 151, 1064, 1068, 1094, 1099, 1101 ГК РФ, ст.ст. 12, 56, 57, 67, 100, 103, 167, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Крым Медцентр» о взыскании морального вреда, причиненного в результате ненадлежащего оказания медицинских услуг, расходов на погребение и оплату услуг представителя удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Крым Медцентр» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 (два миллиона) рублей, расходы по изготовлению и установке памятника в размере 20 100 (двадцать тысяч сто) рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Крым Медцентр» в доход бюджета муниципального образования <адрес> Республики Крым государственную пошлину в сумме 1 103 (одна тысяча сто три) рубля.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым путем подачи апелляционных жалобы, представления через Красногвардейский районный суд Республики Крым в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья С.Н. Проскурня