Решение по делу № 2А-1028/2023 от 28.02.2023 - о признании незаконными действий (бездействия), выразившихся в нарушении условий содержания, взыскании компенсации.

дело № 2а-1028/2023

72RS0013-01-2022-011325-09

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Тюмень 28 февраля 2023 года

Калининский районный суд г. Тюмени в составе:

председательствующего судьи Стамбульцевой Е.Г.,

при секретаре Францовой М.С.,

с участием административного истца ФИО1,

представителя административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области, ФСИН России и заинтересованного лица УФСИН России по Тюменской области ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области, ФСИН России, Министерству финансов РФ о признании незаконными действий (бездействия), выразившихся в нарушении условий содержания, взыскании компенсации,

установил:

административный истец ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области, Министерству финансов РФ о признании незаконными действий (бездействия), выразившихся в нарушении условий содержания, взыскании компенсации, в котором просит взыскать с административных ответчиков компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в размере 500000 рублей. Требования мотивирует тем, что в конце ноября 2022 года он узнал, что в период его содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области были нарушены условия и порядок его содержания под стражей, установленные Федеральным законом № 103-ФЗ от 15.06.1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Так, примерно 08.05.2020 года он прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области, где получил постельное белье неопрятного вида со следами застиранности и потертостей. Одеяло и матрац имели следы ремонта и пятна желтого цвета, которые могли остаться от болеющих осужденных. Его просьбу заменить постельное белье администрация ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области проигнорировала.

Также по прибытию ему не выдали средства личной гигиены, денег для их приобретения у него не было.

За время содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области он сменил 4 камерных помещения, ни одно из которых не было оборудовано точкой радиовещания, видеокамеры были направлены на спальные места (камеры 380, 394, 398).

Камерные помещения № 394 и № 398 не соответствовали санитарным нормам по размещению задержанных.

В СИЗО-1 не проводились дезинфекция и дезинсекция камерных помещений в период коронавирусной инфекции, травля тараканов, кварцевание. Моющие средства и уборочный инвентарь для уборки помещений не выдавали, их приходилось покупать за личные денежные средства.

Ни в одном помещении ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области не было горячей воды, а в банный день вода перекрывалась на этаже и все помещения находились без воды.

При использовании в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области сервиса ФСИН-Письмо, его письма и ответы от родственников вручались с нарушением трехдневного срока, из-за чего он сильно волновался и плохо спал, так как в тот период времени его мама была на операции.

В камерном помещении № 398 он содержался с ФИО5, ФИО4 и ФИО6, которые страдали хроническими заболеваниями. При этом ФИО6 был признан психически нездоровым, между ними были разногласия и в один из дней тот пытался поднять на него руку, угрожал убить. Это было видно на камеру видеонаблюдения, но сотрудники ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области на это не отреагировали.

Также в камеру на короткий период транзитом заселяли осужденных, которые ждали отправки в колонию. В камере № 394 он содержался с ФИО7, который приехал из общего режима на отмену приговора.

Определением от 09.01.2023 года к участию в деле привлечены в качестве административного ответчика ФСИН России, в качестве заинтересованного лица УФСИН России по Тюменской области (л.д. 87-87об.).

ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области, ФСИН России и УФСИН России по Тюменской области представлены возражения по административному иску, в которых административные ответчики и заинтересованное лицо выразили несогласие с доводами административного истца в полном объеме, в удовлетворении его административного искового заявления просили отказать, поскольку порядок и условия содержания ФИО1 в следственном изоляторе нарушены не были, им не представлено объективных и достоверных доказательств нарушения административными ответчиками его неимущественных прав, нематериальных благ, вины административных ответчиков в причинении нравственных или физических страданий (л.д. 129-131об., 132-134об., 135-137об.).

В судебном заседании административный истец ФИО1 поддержал административное исковое заявление в полном объеме, настаивал на удовлетворении заявленных им административных исковых требований.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области, ФСИН России и заинтересованного лица УФСИН России по Тюменской области ФИО2 возражала против заявленных исковых требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях, просила отказать в удовлетворении административного иска.

Заслушав лиц, участвующих в деле, обсудив доводы в обоснование административного иска и возражения на него, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В ч. 3 ст. 55 Конституции РФ определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

На основании ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ч. 2 ст. 10 УИК РФ при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан РФ с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством РФ.

Меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, применяемые в связи с необходимостью изоляции лица от общества, пребывания в ограниченном пространстве, должны осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам.

В соответствии с подпунктами 3, 6 п. 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента РФ от 13.10.2004 года № 1314, обеспечение охраны прав, свобод и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей, создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров РФ и федеральных законов, входят в число основных задач ФСИН России.

Таким образом, государство в лице федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих функции исполнения уголовных наказаний, берет на себя обязанность обеспечивать правовую защиту и личную безопасность осужденных наравне с другими гражданами и лицами, находящимися под его юрисдикцией.

Положения ч. 1 ст. 218 КАС РФ предоставляют гражданину право обратиться в суд с требованиями об оспаривании действий (бездействия) органа государственной власти, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, если он полагает, что нарушены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов.

В соответствии с ч. 1 и ч. 5 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством РФ и международными договорами РФ условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении. При рассмотрении административного искового заявления о нарушении условий содержания и присуждении компенсации суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством РФ и международными договорами РФ условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Также на основании ст. 17.1 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемый, обвиняемый в случае нарушения предусмотренных законодательством РФ и международными договорами РФ условий их содержания под стражей имеют право обратиться в порядке, установленном КАС РФ, в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны РФ компенсации за такое нарушение.

В силу ч. 2 ст. 12.1 УИК РФ компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

По правилам ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст. ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

По смыслу приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения таких требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции РФ, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у осужденного права на компенсацию морального вреда.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о компенсации морального вреда является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий, при содержании под стражей с нарушением установленного порядка и правил.

На основании ч. 1 ст. 74 УИК РФ следственные изоляторы выполняют функции исправительных учреждений для осужденных, в отношении которых приговор суда вступил в законную силу и которые подлежат направлению в исправительные учреждения для отбывания наказания, осужденных, перемещаемых из одного места отбывания наказания в другое, и иных категорий осужденных.

Условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы и изоляторах временного содержания, в том числе требования к этим помещениям, регламентированы Федеральным законом от 15.07.1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее по тексту Федеральный закон от 15.07.1995 года № 103-ФЗ) и конкретизированы в Правилах внутреннего распорядка в следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста РФ от 14.10.2005 года № 189, действовавших на момент спорных правоотношений (далее по тексту Правила), Правилах внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ от 22.11.2005 года № 950.

В силу ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, принципами и нормами международного права, а также международными договорами РФ, и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 и п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией РФ, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий.

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо не предоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, ст. ст. 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ, ст. 99 УИК РФ). В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свободы лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

В соответствии с ч. 9 ст. 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: 1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; 2) соблюдены ли сроки обращения в суд; 3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; 4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Согласно ч. 11 ст. 226 КАС РФ обязанность доказывания обстоятельств, указанных в п. 1 и п. 2 ч. 9 ст. 226 КАС РФ, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в п. 3 и п. 4 ч. 9 и в ч. 10 ст. 226 КАС РФ, – на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Исходя из содержания ст. 227 КАС РФ, суд удовлетворяет требования об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействие) нарушают права и свободы заявителя, а также не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту. Из этого следует, что отсутствие указанной совокупности является основанием для отказа в удовлетворении требований.

В судебном заседании установлено, что по учетно-регистрационным данным ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области ФИО1 осужден 14.07.2020 года Ленинским районным судом г. Тюмени по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 5 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, содержался в следственном изоляторе с 06.05.2020 года по 17.05.2020 года в камере № 310, с 17.05.2020 года по 19.05.2020 года в камере № 380, с 20.05.2020 года по 05.07.2020 года в камере № 398, с 05.07.2020 года в камере № 383, по 14.08.2020 года в камере № 393, убыл в ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Свердловской области (л.д. 27, 35).

Из справки ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области об условиях содержания ФИО1 от 01.02.2023 года следует, что он содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области с 06.05.2020 года по 14.08.2020 года в камерных помещениях № 310, площадью 11,1 кв.м., № 380, площадью 16 кв.м., № 398, площадью 16,9 кв.м., № 383, площадью 9,6 кв.м., № 393, площадью 12 кв.м., где количество спальных мест, столов и скамеек соответствуют санитарной площади.

Все камерные помещения в указанный период были оборудованы в соответствии с п. 42 Правил, приказом ФСИН России от 27.07.2006 года № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», приказом ФСИН России от 27.07.2007 года № 407 «Об утверждении Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России» спальным местом, обеденной зоной, шкафом для посуды, продуктов питания и гигиен принадлежностей, вешалкой для вещей, зеркалом, подставкой под бак для воды, баком под питьевую воду, в котором находится кипяченая вода, тазом для стирки белья, ведром под бытовые отходы, радиодинамиком для вещания общегосударственных программ.

По прибытию в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области, ФИО1 был обеспечен материально-бытовым довольствием в полном объеме. Постельное белье выдается со склада целое, без повреждений. Постельное белье, не подлежащее ремонту, списывается.

При отсутствии денежных средств на лицевом счете по заявлению осужденного, обвиняемого или подозреваемого ежемесячно выдаются гигиенические наборы.

По данным бухгалтерии ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области денежные средства на лицевом счете ФИО1 имелись.

Размещение по камерам осуществляется в соответствии с требованиями ст. 33 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ на основании плана покамерного размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных, утвержденного начальником СИЗО. При отсутствии перелимита подозреваемых, обвиняемых и осужденных размещение по камерам производилось по количеству спальных мест и с соблюдением нормы санитарной площади 4 кв.м.

На территории ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области проложены два независимых ввода холодной питьевой воды. На момент аварийной ситуации один ввод заменяет другой. Для помывки осужденных, подозреваемых и обвиняемых в душевых боксах ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области используются теплообменники. В период нахождения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области ФИО1 аварийных ситуаций не зафиксировано, санитарно-технические приборы, инженерные сети находятся в исправном состоянии. Во время включения воды в душевых боксах сбоев с подачей воды в камерные помещения не зафиксировано. Горячее водоснабжение в камерных помещениях отсутствует, для нагрева воды подозреваемым, обвиняемым, осужденным разрешено использовать кипятильники мощностью не более 0,6 кВт согласно требованиям приказа Минюста России от 14.10.2005 года № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы».

В ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области ремонтно-строительные работы в камерных помещениях учреждения проводятся ежегодно. В камерных помещениях, в которых санитарное состояние ухудшается (становится не удовлетворительным), текущий ремонт (побелка, покраска пола, штукатурка) проводится регулярно. Ежедневно проводятся утренние проверки, при выявлении каких-либо неисправностей или некомплекта камерного оборудования и инвентаря производятся работы по их устранению.

Ежегодно в учреждении заключается контракт на проведение дератизации и дезинсекции. Во всех помещениях учреждения и корпусных отделениях (кроме камерных помещений), производится дератизация и дезинфекция. Обработка внутри камерных помещений не производится с целью недопущения преступления или несчастного случая среди подозреваемых обвиняемых и осужденных.

Уборочный инвентарь (веник, совок, бак для мытья полов) выдается начальниками корпусных отделений по заявлению спецконтингента.

За период нахождения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области от ФИО1 жалоб по вопросам бытового и коммунального обеспечения не поступало (л.д. 158-160).

На основании ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Им предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. По заявлению подозреваемых и обвиняемых радиовещание в камере может быть приостановлено либо установлен график прослушивания радиопередач. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры.

В п. 40 Правил также указано, что подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой, полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами: миской (на время приема пищи), кружкой, ложкой; одеждой по сезону (при отсутствии собственной); книгами и журналами из библиотеки СИЗО. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование на период содержания под стражей.

По заявлению подозреваемого или обвиняемого, при отсутствии необходимых денежных средств на его лицевом счете, по нормам, установленным Правительством РФ, выдаются индивидуальные средства гигиены: мыло; зубная щетка; зубная паста (зубной порошок); одноразовая бритва (для мужчин); средства личной гигиены (для женщин).

Как следует из раздаточной ведомости № 318 от 06.05.2020 года, во исполнение указанных требований ФИО1 был обеспечен матрацем, двумя простынями, наволочкой, подушкой, одеялом, полотенцем, гигиеническим комплектом, зубной щеткой и туалетной бумагой. Постельные принадлежности и постельное белье были выданы ему в пригодном к использованию состоянии, никакие замечания или просьбы заменить постельное белье в указанную ведомость ФИО1 не внесены (л.д. 117). С жалобами на ненадлежащее обеспечение постельными принадлежностями и постельным бельем, а равно с заявлениями об их замене, ФИО1 к администрации следственного изолятора не обращался.

Приведенными выше положениями ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ и п. 40 Правил запрет на обеспечение постельными принадлежностями и постельным бельем, бывшими в употреблении, не установлен.

Для дезинфекции и дезинсекции постельных принадлежностей и постельного белья в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области используются дезинфекционные камеры, что исключает наличие болезнетворных микроорганизмов, бактерий и паразитов (л.д. 118-123).

Следовательно, выданные ФИО1 постельные принадлежности и постельное белье соответствовали требованиям гигиены, санитарии и безопасности.

С заявлениями о выдаче индивидуальных средств гигиены ввиду отсутствия необходимых денежных средств на лицевом счете ФИО1 к администрации ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области не обращался. При этом, в период с 15.06.2020 года по 04.08.2020 года на лицевой счет ФИО1 регулярно поступали денежные средства (л.д. 33). Доказательств обратного административным истцом не представлено.

На основании п. 42 Правил камеры следственного изолятора оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями; столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

Во исполнение указанных требований камерные помещения ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области оборудованы радиоточками, в том числе камерные помещения №№ 310, 380, 398, 383, 393, в которых содержался ФИО1, что помимо справки от 01.02.2023 года (л.д. 158-160), также подтверждается результатами фотофиксации (л.д. 124-128).

Утверждение административного истца о несоответствии представленных результатов фотофиксации периоду его содержания в следственном изоляторе само по себе о несоблюдении норм оборудования камеры радиоточкой не свидетельствует и не может рассматриваться как безусловное доказательство нарушений условий содержания и их бесчеловечности с учетом режима места принудительного содержания.

Как следует из ст. ст. 82, 83 УИК РФ, под режимом в исправительных учреждениях понимается установленный законом и нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий, в том числе, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала. Администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определениях от 19.10.2010 года № 1393-О-О и от 23.04.2013 года № 688-О, в соответствии с положениями УИК РФ при исполнении наказаний, включая лишение свободы, осужденным гарантируются права и свободы граждан РФ с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством РФ (ч. 2 ст. 10); администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных (ч. 1 ст. 83), что обусловлено режимом содержания таких лиц в исправительных учреждениях, его основными целями, включая охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними (ч. 1 ст. 82). Это преследует конституционно значимые цели и не может рассматриваться как несоразмерно ограничивающее права.

Таким образом, использование исправительными учреждениями технических средств контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность подозреваемых, обвиняемых, осужденных и персонала соответствующего учреждения, режим содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей. В связи с этим ведение видеонаблюдения не может расцениваться как действие, унижающее человеческое достоинство лиц, содержащихся под стражей. Напротив, указанные действия направлены на предотвращение возникновения либо своевременное выявление каких-либо ситуаций, составляющих угрозу, как для административного истца, так и иных лиц, недопущение нарушение прав сотрудниками учреждения.

Требования по оборудованию объектов уголовно-исполнительной системы инженерно-техническими средствами охраны и надзора установлены Наставлением по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденным приказом Минюста России от 04.09.2006 года № 279 (далее по тексту Наставление), в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами РФ, которые распространяются, в том числе, на исправительные колонии. Инженерно-технические средства охраны и надзора применяются с целью создания условий для предупреждения и пресечения побегов, других преступлений и нарушений установленного режима содержания осужденными и лицами, содержащимися под стражей, повышения эффективности надзора за ними и получения необходимой информации об их проведении, а также для обеспечения выполнения других служебных задач, возложенных на учреждения и органы УИС.

Положениями п. 18, п. 30 и п. 32 Наставления предусмотрено установление камер видеонаблюдения в помещениях камерного типа, определены требования к местам возможного размещения видеокамер в постоянных объектах исправительных колоний, однако, количество видеокамер и процент охвата (обзора) площади помещений видеонаблюдением не предусмотрено.

Значит, администрация ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области вправе круглосуточно использовать средства видеонаблюдения для контроля за поведением лиц, содержащихся в нем. Необходимость постоянного видеонаблюдения за лицами, содержащимися в следственном изоляторе, имелась, исходя из характера изоляции таких лиц по обвинению в совершении преступления, которые помещаются в изолятор с целью помешать им скрыться от следствия и суда, пресечения возможности совершить новые преступления, а также с целью избежать причинения вреда себе, и за которыми необходим особый и исключительный контроль. Видеонаблюдение за содержащимися в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области лицами продиктовано необходимостью их временной изоляции от общества, что предполагает особый контроль над поведением лиц указанной категории. Ведение видеонаблюдения в отношении таких лиц не может расцениваться как действие, ограничивающее конституционные права, в том числе на неприкосновенность частной жизни, напротив, является допустимым и оправданным в целях обеспечения личной безопасности подозреваемых и обвиняемых, а также сотрудников учреждения.

С учетом наличия причин, которые оправдывают помещение ФИО1 под постоянное видеонаблюдение для достижения преследуемых законом целей, и отсутствием требований к проценту охвата (обзора) площади камерных помещений видеонаблюдением, оснований полагать о нарушении прав административного истца не установлено.

В силу ст. 15 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Исходя из ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере 4 кв.м.

В соответствии со ст. 33 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих. Женщины, имеющие при себе детей в возрасте до трех лет, и беременные женщины содержатся отдельно от остальных подозреваемых и обвиняемых.

При размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных в камерах обязательно соблюдение следующих требований: 1) раздельно содержатся: мужчины и женщины; несовершеннолетние и взрослые; в исключительных случаях с согласия прокурора в камерах, где содержатся несовершеннолетние, допускается содержание положительно характеризующихся взрослых, впервые привлекаемых к уголовной ответственности за преступления небольшой и средней тяжести; лица, впервые привлекаемые к уголовной ответственности, и лица, ранее содержавшиеся в местах лишения свободы; подозреваемые и обвиняемые, а также осужденные, приговоры в отношении которых вступили в законную силу; подозреваемые и обвиняемые по одному уголовному делу; 2) отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся: подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений против основ конституционного строя и безопасности государства и преступлений против мира и безопасности человечества; подозреваемые и обвиняемые в совершении следующих преступлений, предусмотренных УК РФ: убийство; убийство матерью новорожденного ребенка; умышленное причинение тяжкого вреда здоровью; заражение ВИЧ-инфекцией; похищение человека; изнасилование; насильственные действия сексуального характера; торговля несовершеннолетними; грабеж; разбой; вымогательство, совершенное при отягчающих обстоятельствах; терроризм; захват заложников; организация незаконного вооруженного формирования; бандитизм; организация преступного сообщества (преступной организации); пиратство; посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование; посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа; дезорганизация нормальной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества; подозреваемые и обвиняемые при особо опасном рецидиве преступлений; осужденные к смертной казни; лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, органов принудительного исполнения РФ, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии РФ; по решению администрации места содержания под стражей либо по письменному решению лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, подозреваемые и обвиняемые, жизни и здоровью которых угрожает опасность со стороны других подозреваемых и обвиняемых; больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе и наблюдении.

На основании п. 18 Правил размещение больных производится по указанию медицинского работника. Лица, у которых имеются признаки психического расстройства, в том числе склонность к агрессии и аутоагрессии, размещаются по камерам с учетом рекомендаций психиатра и психолога. Лица с признаками инфекционных или паразитарных заболеваний размещаются в камерах, выделяемых под карантин. Срок карантина определяется медицинскими показаниями.

Согласно п. 25 Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденного приказом Минюста России от 28.12.2017 года № 285, лица, доставленные в следственный изолятор, с подозрением на инфекционное заболевание, представляющие эпидемическую опасность для окружающих, после осмотра медицинским работником изолируются в предназначенные для этих целей помещения медицинской части (здравпункта).

Лица, доставленные в следственный изолятор, у которых имеются признаки психического расстройства, в том числе склонность к агрессии или аутоагрессии, размещаются по камерам следственного изолятора с учетом рекомендаций врача-психиатра и психолога.

В соответствии с техническим паспортом на здание нежилое, расположенное по адресу: <...>, площадь камеры № 398 составляет 16,9 квадратных метров (л.д. 36-37).

Как следует из книг количественной проверки лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 по Тюменской области, за период содержания ФИО1 в камерном помещении № 398 с 20.05.2020 года по 05.07.2020 года наполняемость указанной камеры не превышала 4 человек (л.д. 38-86).

Значит, в период содержания ФИО1 в камере № 398 нарушения норм санитарной площади не допущены, а в камере № 394 последний не содержался.

Нормы санитарной площади в период содержания ФИО1 в камерах №№ 310, 380, 383, 393 также соблюдены (л.д. 27, 35, 38-86, 158-160).

По представленным суду сведениям в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области содержались: ФИО4 – с 06.12.2019 года, был осужден 13.08.2020 года по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, ФИО5 – с 23.02.2020 года, был осужден 24.07.2020 года по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 174.1 УК РФ, ст. 264.1 УК РФ, ФИО6 – с 17.10.2018 года, имеющиеся у них заболевания не препятствовали их содержанию в общей массе подозреваемых, обвиняемых и осужденных. ФИО7 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области никогда не содержался и не содержится (л.д. 13-116, 181, 186).

Указанные ФИО1 заболевания у лиц, содержавшихся с ним в камерных помещениях, к числу инфекционных не относятся, доказательств совместного содержания с инфекционными больными административным истцом не представлено, в материалах дела таких данных не имеется, судом иного не установлено.

Жалобы, заявления, обращения административного истца на наполняемость камер и перемещение по камерам, конфликты с сокамерниками, поступление от них угроз, возникновение опасности с их стороны для его жизни и здоровью в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области не поступали.

При этом за время содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области телесные повреждения у ФИО1 не зафиксированы (л.д. 161).

Таким образом, перемещение ФИО1 по камерам и размещение в камерах соответствуют требованиям, установленным ст. ст. 15, 23, 33 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ.

В соответствии с п. 41 Правил для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц выдаются предметы для уборки камеры.

Согласно приложению № 1 приказа Минюста России от 14.10.2005 года № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», действовавшего на момент спорных правоотношений, в следственном изоляторе из числа содержавшихся в камерном помещении подозреваемых, обвиняемых, осужденных назначался дежурный по камере, который отвечал за ее уборку.

Из содержания административного иска не следует, что ФИО1 как дежурный по камере обращался к администрации ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области с требованием о выдаче ему уборочного инвентаря. Согласно его объяснениям в судебном заседании он уборочный инвентарь за счет собственных денежных средств не приобретал.

Выдача моющих и дезинфицирующих средств Правилами не предусмотрена.

Также в период содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области были проведены дератизация, дезинсекция и дезинфекция объектов учреждения, что объективно подтверждается государственным контрактом № 40 от 05.08.2020 года, актом сдачи-приемки оказанных услуг от 10.08.2020 года, актами проведения заключительной дезинфекции помещений в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области от 07.08.2020 года, 14.08.2020 года, 21.08.2020 года, 28.08.2020 года, 03.07.2020 года, 10.07.2020 года, 24.07.2020 года, 31.07.2020 года, 05.06.2020 года, 11.06.2020 года, 19.06.2020 года, 26.06.2020 года, 08.05.2020 года, 15.05.2020 года, 22.05.2020 года, 29.05.2022 года (л.д. 28-32, 138-157).

При таких обстоятельствах нарушений санитарного и уголовно-исполнительного законодательства РФ в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области в период содержания ФИО1 судом не установлено, напротив, из представленных документов следует, что в соответствии с требованиями ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ и п. 41 Правил ему были созданы бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены и санитарии.

На основании п. 43 Правил при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Специфика застройки здания, в котором располагается ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области, не предполагает наличия централизованного горячего водоснабжения, в связи с чем горячее водоснабжение в камерных помещениях отсутствует.

Вместе с тем, при помывке ФИО1 был обеспечен горячей водой, так как в душевых боксах следственного изолятора используются теплообменники, для нагрева воды в камерном помещении ему было разрешено использовать кипятильники мощностью не более 0,6 кВт, при этом каждое камерное помещение оборудовано баком под питьевую воду, в котором находится кипяченая вода. В период нахождения ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области не были зафиксированы аварийные ситуаций или сбои с подачей воды в камерные помещения во время включения воды в душевых боксах, все санитарно-технические приборы и инженерные сети находились в исправном состоянии (л.д. 158-160).

Из административного иска и объяснений ФИО1 в судебном заседании не следует, что в его отношении действовали ограничения по объему выдаваемой горячей воды, жалобы на ограничение в выдаче горячей воды либо отсутствие водоснабжения он не подавал.

Ввиду изложенного позиция административного истца о нарушении его прав отсутствием в камерах следственного изолятора горячего водоснабжения и водоснабжения в банный день подтверждения не нашла.

Положениями ст. 20 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ закреплено право подозреваемых и обвиняемых вести переписку с родственниками и иными лицами без ограничения числа получаемых и отправляемых телеграмм и писем за счет средств подозреваемых и обвиняемых. При этом переписка подозреваемых и обвиняемых осуществляется только через администрацию места содержания под стражей и подвергается цензуре. Вручение писем, поступающих на имя подозреваемого или обвиняемого, а также отправление его писем адресатам производятся администрацией места содержания под стражей не позднее чем в трехдневный срок со дня поступления письма или сдачи его подозреваемым или обвиняемым, за исключением праздничных и выходных дней. Письма, поступившие на имя подозреваемого или обвиняемого после его убытия из места содержания под стражей, не позднее чем в трехдневный срок после их получения отправляются по месту его убытия. Сведения о смерти или тяжком заболевании близкого родственника сообщаются подозреваемому или обвиняемому незамедлительно после их получения.

Согласно п. 87 Правил вручение писем и телеграмм, поступающих на имя подозреваемого или обвиняемого, а также отправление его писем адресатам производятся администрацией следственного изолятора не позднее чем в трехдневный срок со дня поступления письма или сдачи его подозреваемым или обвиняемым, за исключением праздничных и выходных дней. Сведения о смерти или тяжком заболевании близкого родственника сообщаются подозреваемому или обвиняемому незамедлительно после их получения.

По представленным суду сведениям системы ФСИН-Письмо вручение писем, поступающих ФИО1, и отправление его писем адресатам производилось ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области в течение трех рабочих дней со дня поступления письма или сдачи письма административным истцом. С нарушением указанных сроков ФИО1 были вручены только письма, поступившие 13.08.2020 года (доставлены 20.08.2020 года), но данное обстоятельство было обусловлено тем, что 14.08.2020 года административный истец убыл из следственного изолятора в ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Свердловской области, что исключает нарушение его прав действиями администрации следственного изолятора (л.д. 26).

По учетно-регистрационным данным журнала «Учет личного приема подозреваемых, обвиняемых и осужденных» с 06.05.2020 года по 14.08.2020 года от ФИО1 обращения к администрации ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области не поступали (л.д. 34).

Согласно сведениям, представленным 09.01.2023 года, прокуратурой Тюменской области на системной основе проводятся проверки соблюдения прав подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области. В случае выявления нарушений закона принимаются меры прокурорского реагирования, направленные на их устранение и привлечение виновных в этом лиц к установленной законом ответственности. Вопросы обеспечения надлежащих условий содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области проверяются также с привлечением специалистов органов МЧС, Роспотребнадзора, Росздравнадзора, «Центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора» ФКУЗ МСЧ-72 ФСИН России. Случаев рассмотрения прокуратурой Тюменской области обращений ФИО1 на ненадлежащие условия содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области, а также принятия мер прокурорского реагирования по фактам нарушения прав данного гражданина в названной сфере в период с 2020 года по настоящее время, не установлено (л.д. 97, 100).

Оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями ст. 84 КАС РФ, суд пришел к выводу, что применительно к п. 3 и п. 4 ч. 9, ч. 11 ст. 226 КАС РФ административными ответчиками доказаны обстоятельства, имеющие значение, и представлены доказательства, подтверждающие, что условия содержания ФИО1 под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области являлись надлежащими.

В свою очередь, применительно к п. 1 ч. 9, ч. 11 ст. 226 КАС РФ административным истцом не представлено доказательств того, что в период его содержания под стражей в следственном изоляторе административными ответчиками были нарушены его права и законные интересы, причинены нравственные страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, с учетом требований и целей режима содержания. В материалах дела таких доказательств также не имеется.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности. Лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения, в том числе в правах на общение с членами семьи, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (определения от 16.02.2006 года № 63-о, от 20.03.2008 года № 162-о-о, от 23.03.2010 года № 369-о-о).

При таких обстоятельствах, разрешая административный спор, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований административного истца, исходя из того, что административные ответчики в спорных правоотношениях действовали в рамках закона и в пределах предоставленных полномочий, без нарушения прав и законных интересов административного истца.

С учетом характера спора суд полагает, что предусмотренный ст. 219 КАС РФ срок административным истцом не пропущен.

Между тем, судом установлено, что обращению ФИО1 в суд с требованиями о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе ничего не препятствовало. Тем не менее, он обратился в суд с административным исковым заявлением спустя более 2 лет со дня окончания содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области, что доказывает факт отсутствия у административного истца заинтересованности в защите своих прав.

Данное обстоятельство в совокупности с тем, что административный истец о нарушении условий содержания администрации ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области не сообщал, с требованиями об их устранении не обращался, хотя причин, этому препятствующих, не имелось, а прокуратура Тюменской области в ходе проводимых на системной основе проверок в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области нарушений прав ФИО1 не выявила, подтверждает сделанные судом выводы об отсутствии оснований для удовлетворения административных исковых требований по настоящему делу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 175-180, 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд

решил:

отказать в удовлетворении административного иска ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области, ФСИН России, Министерству финансов РФ о признании незаконными действий (бездействия), выразившихся в нарушении условий содержания, взыскании компенсации.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в окончательной форме в Тюменский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд г. Тюмени.

Председательствующий судья Е.Г. Стамбульцева

Мотивированное решение составлено 13 марта 2023 года.