Решение по делу № 2-15/2023 от 25.05.2023

Дело № 2-15/2023

50RS0042-01-2022-002938-30

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 мая 2023 года г. Сергиев Посад МО

Сергиево-Посадский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Казаровой Т.В.,

при секретаре Исаковой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, Администрации Сергиево-Посадского городского округа о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании имущества выморочным, применении к договору дарения правил договора купли-продажи, переводе прав и обязанностей покупателя,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, уточнив заявленные требования, обратился в суд с иском к ФИО3, Администрации Сергиево-Посадского городского округа о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО4 исковые требования с учетом их уточнения поддержала и пояснила, что на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 является собственником 3/5 долей жилого дома с хозяйственными постройками по адресу: <адрес>. Собственником 2/5 долей земельного участка и жилого дома является ответчик ФИО3 В свою очередь в 2000 году прежний совладелец спорных 2/5 долей указанного имущества ФИО5 оформила в собственность часть спорного земельного участка. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умерла. Наследником к её имуществу являлась ФИО2, которая приняла наследство в установленном законном порядке и оформила свое право на 2/5 доли жилого дома и земельный участок по адресу: <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умерла. В связи с нахождением ФИО2 при жизни в тяжелом материальном положении, ФИО1 предложил ей выкупить 2/5 доли жилого дома и земельного участка в счет долговых обязательств. Однако указанную сделку они оформить не смогли в связи с тем, что ФИО2 имела психические расстройства и состояла на учете в ГБУЗ МО «Психиатрическая больница №5». В 2022 году ФИО1 стало известно, что собственником 2/5 долей земельного участка и жилого дома является ФИО3 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного ФИО2. Полагает, что указанный договор дарения является притворным, по факту является договором купли-продажи, заключен как договор дарения, чтобы лишить истца, как сособственника спорного домовладения, преимущественного права покупки. Более того, указала, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ., заключенный в простой письменной форме, был подан на регистрацию в ДД.ММ.ГГГГ года. Полагает, что фактически договор дарения составлен именно в ДД.ММ.ГГГГ года и указание в договоре дарения даты его заключения, как ДД.ММ.ГГГГ., связано это с тем, что в 2016 года в Гражданский кодекс РФ внесены изменения, которые не позволяли оформлять переход права собственности на доли в праве долевой собственности без нотариального удостоверения сделки, а на 2017-2018гг. ФИО2 уже находилась в состоянии, когда не понимала значение своих действий, не могла руководить ими, и такой договор дарения в ДД.ММ.ГГГГ году нотариусом в связи с состоянием здоровья ФИО2 не был бы заключен. В этой связи полагает, что указанная дата в договоре дарения не соответствует фактической дате заключения сделки, а, поскольку на фактическую дату заключения сделки ФИО2 не могла понимать значение своих действий, считает кроме того, что договор дарения является недействительным. Просила признать договор дарения земельного участка с кадастровым номером № и 2/5 долей жилого дома с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3 недействительным в силу его притворности и недееспособности ФИО2 в момент заключения сделки; применить последствия недействительности сделки, прекратив право собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером № и 2/5 долей жилого дома с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>, признав указанный земельный участок и 2/5 доли жилого дома выморочным имуществом; применить к договору дарения правила договора купли-продажи недвижимости; перевести на ФИО1 права и обязанности покупателя по договору купли-продажи земельного участка с кадастровым номером № и 2/5 доли жилого дома с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>.

Представитель ответчика ФИО3 по ордеру адвокат Суворова М.С. в судебном заседании исковые требования не признала, возражала против их удовлетворения и пояснила, что ответчик ФИО3 была подругой ФИО2 с рождения. У ФИО2 был муж, который умер в ДД.ММ.ГГГГ г., и ребенок-инвалид, который тоже умер еще в детстве. После смерти в ДД.ММ.ГГГГ году матери ФИО5, ФИО2 была одинока, и ответчик ФИО3 стала проживать с ней и ухаживать за ней. В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО2 изъявила желание подарить ФИО3 спорное имущество, в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор дарения земельного участка и 2/5 доли жилого дома по адресу: <адрес>. Стороны сделки зарегистрировали переход права собственности по оспариваемому договору в ДД.ММ.ГГГГ году. Просила в иске отказать, указала также, что истец не обосновал свой материально-правовой интерес при оспаривании договора дарения. Учитывая изложенное, заключения судебных экспертиз, проведенных по данному делу, а также пояснений представителя истца, данных в ходе судебного разбирательства об обстоятельствах осведомленности истца о судьбе спорного имущества, представитель ответчика просит применить исковую давность к заявленным требованиям и в иске отказать.

Представитель ответчика Администрации Сергиево-Посадского городского округа по доверенности ФИО6 возражала против удовлетворения иска, полагала Администрацию ненадлежащим ответчиком по делу.

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, допросив эксперта, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что ФИО1 на праве собственности принадлежит 3/5 доли в праве на жилой дом с хозяйственными постройками, расположенными по адресу: <адрес> (т.1 л.д.19).

Собственником остальных 2/5 долей являлась ФИО2 на основании свидетельства о праве на наследство после смерти ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ

На основании договора дарения ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 и ФИО3, собственником 2/5 долей земельного участка и жилого дома является ответчик.

Согласно реестрового дела, с заявлением о регистрации перехода права собственности по договору дарения от 23.11.2015г. на ФИО3, ФИО2 и ФИО3 обратились 12.02.2018г.

Обратившись в суд с иском, истец в качестве основания недействительности сделки, указывает на неспособность ФИО2 на момент заключения сделки понимать значение своих действий и руководить ими, а моментом сделки определяет не указанную в договоре дарения дату – ДД.ММ.ГГГГ., а ДД.ММ.ГГГГ год, полагая, что именно в ДД.ММ.ГГГГ. и был реально заключен договор дарения.

Для установления обстоятельств неспособности ФИО2 на период заключения сделки понимать значение своих действий и руководить ими, по делу определением суда от 08.09.2022 г. была назначена судебная посмертная психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФГБУ "НМИЦ психиатрии и наркологии им. ФИО7" Минздрава России.

Из заключения экспертизы №534/з от 21.11.2022 г. усматривается, что эксперты пришли к выводу, что в материалах гражданского дела и медицинской документации не содержится данных о наличии у ФИО2 в юридически значимый период какого-либо психического расстройства. Анализ медицинской документации и материалов гражданского дела свидетельствует о том, что у ФИО2 в интересующий период не отмечалось грубо интеллектуально-мнестического снижения, изменений в эмоционально-волевой сфере, какой-либо продуктивной психотерапевтической симптоматики, нарушений критических способностей. Поэтому по своему психическому состоянию в период составления договора дарения земельного участка и долей жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 могла понимать значение своих действий и руководить ими (т.1 л.д.172-174).

Суд доверяет представленному заключению эксперта и принимает его в качестве доказательства по делу, поскольку оно мотивировано, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Сторонами заключение эксперта не оспаривалось.

Также, определением суда от 27.01.2023 г. по делу была назначена судебная технико-криминалистическая экспертиза для определения периода изготовления договора дарения доли жилого дома и определения состояния ФИО2 на момент выполнения документа.

Согласно выводам эксперта №ПД-2-15/2023 рукописная запись «ФИО2» и подпись от имени ФИО2 в договоре дарения земельного участка и 2/5 долей жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, для ФИО2, как для исполнителя, были выполнены в необычном для неё психофизиологическом состоянии, постоянного характера. Период выполнения договора дарения земельного участка и 2/5 долей жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 и ФИО3 превышает два года до момента проведения исследования, что вероятно, может соответствовать дате, указанной в документе (т.2 л.д.10-39).

Эксперт ФИО8 был допрошен в судебном заседании, предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, поддержал все выводы, изложенные в заключении эксперта №ПД-2-15/2023.

По общему правилу, установленному пунктом 3 статьи 1 ГК РФ, пункта 5 статьи 10 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Исходя из изложенного, добросовестность ответчиков при совершении оспариваемой сделки предполагается до тех пор, пока суду не доказано иное. В этой связи, бремя доказывания возмездного характера сделки лежит на истце как заявившем о недобросовестном поведении ответчиков.

В силу пункта 2 статьи 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно пункту 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Из содержания положений статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лица, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий.

Обязательным условием сделки, как волевого правомерного юридического действия субъекта гражданских правоотношений, является направленность воли лица при совершении сделки на достижение определенного правового результата (правовой цели), влекущего установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей на основе избранной сторонами договорной формы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пункт 3 указанной статьи говорит о том, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

На основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно (пункт 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

При рассмотрении настоящего гражданского дела представитель истца настаивала на квалификации сложившихся между ФИО2 и ФИО3 правоотношений, направленных на отчуждение имущества путем заключения договора купли-продажи, полагая также, что ФИО2 в силу своего психического состояния не понимала значение своих действий, в связи с чем, осуществила дарение спорного имущества, чем нарушила право истца на преимущественную покупку земельного участка и доли жилого дома.

На основании ч.1 ст.454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В качестве применения последствий недействительности договора дарения как ничтожного, ФИО1 просит перевести на него права покупателя по договору.

Согласно статье 250 ГК РФ при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов, а также случаев продажи доли в праве общей собственности на земельный участок собственником части расположенного на таком земельном участке здания или сооружения либо собственником помещения в указанных здании или сооружении.

При продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.

Из пояснений представителя истца в ходе судебного разбирательства следует, что в феврале 2022 года истец из выписки из ЕГРН узнал о том, что ответчик является собственником спорного имущества. Указанное подтверждается материалами гражданского дела №2-1387/2022 по иску ФИО1 к ФИО3 об исправлении реестровой ошибки, установлении границ земельного участка, разделе земельного участка по адресу: <адрес>.

С настоящим иском истец ФИО1 обратился в суд 05.04.2022 года. Таким образом, срок для предъявления указанных исковых требований истцом не пропущен.

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

Между тем, истцом не приведено суду допустимых доказательств возмездного характера спорной сделки.

В силу статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

По мнению суда, совокупность представленных истцом доказательств не подтверждает безусловно и без сомнения его доводы о возмездном характере оспариваемой как ничтожной сделки договора дарения имущества по основаниям притворности.

В этой связи, оснований к удовлетворению иска по данному основанию и применении последствий недействительности сделки, суд не усматривает.

При этом суд также учитывает, что, подписав указанный договор дарения и предоставив его в Управление Росреестра для регистрации перехода права собственности на объекты недвижимости, его стороны выразили свою волю как на дарение недвижимого имущества, так и на его принятие в дар, зарегистрировав переход права от дарителя к одаряемому. Заключенный договор совершен в надлежащей форме и содержит все существенные условия, позволяющие определить предмет договора. Договор подписан ФИО2 лично. Переход права собственности на спорное имущество зарегистрирован в установленном законом порядке.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Под заинтересованным лицом в смысле положений п. 2 ст. 166 ГК РФ следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле, в связи с чем лицо, не являющееся стороной оспариваемой сделки, при обращении в суд должно доказать: наличие нарушения его прав и законных интересов, что оспариваемая сделка прямо нарушает его права и интересы, признание сделки недействительной и применение последствий недействительности сделки повлечет восстановление его нарушенных прав и интересов.

С учетом изложенного, суд полагает, что истец ФИО1 не является заинтересованным лицом, обладающим полномочиями на оспаривание договора дарения, заключенного между ФИО2 и ФИО3 по основанию ч.1 ст.177 ГК РФ, поскольку оспариваемым договором его права не нарушаются, так как в случае признания оспариваемого договора недействительным и включении спорных объектов недвижимости в состав наследства после смерти ФИО2, в том числе, и как выморочного имущества, они не перейдут в собственность истца, поскольку последний не является ее родственником, и как следствие - наследником.

Поскольку судом установлено, что истец не является заинтересованным лицом, обладающим полномочиями на оспаривание договора дарения, заключенного между ФИО2 и ФИО3 по основанию ч.1 ст.177 ГК РФ, нарушение прав истца оспариваемой им сделкой не установлено, то и оснований для рассмотрения его требований по существу недействительности указанной сделки по данному основанию не имеется, в связи с чем, суд и не усмотрел также оснований к назначению по делу дополнительной экспертизы в целях установления состояния ФИО2 в момент совершения оспариваемой им сделки.

При таких данных, в удовлетворении иска ФИО1 надлежит отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 56,194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3, Администрации Сергиево-Посадского городского округа о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании имущества выморочным, применении к договору дарения правил договора купли-продажи, переводе прав и обязанностей покупателя, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме через Сергиево-Посадский городской суд Московской области.

Судья

Т.В.Казарова

Решение в окончательной форме принято 06 июня 2023 года

Судья

Т.В.Казарова