Решение по делу № 2-186/2025 от 02.06.2025 - о взыскании компенсации морального вреда, убытков, утраченного заработка.

Дело №2-186/2025

УИД: 51RS0002-01-2024-005101-33

Мотивированное решение составлено 02.06.2025

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

26 мая 2025 года город Мурманск

Первомайский районный суд города Мурманска в составе:

председательствующего судьи Жуковой М.Ю.,

при секретаре Бутенко Н.А.,

с участием помощника прокурора Первомайского административного округа города Мурманска Престинского Е.В.,

истца ФИО8,

представителя истца ФИО9,

представителя ответчика ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО8 к обществу с ограниченной ответственностью «Мурманское управление жилищно-сервисным комплексом» о взыскании компенсации морального вреда, убытков, утраченного заработка,

УСТАНОВИЛ:

ФИО8 (далее по тексту истец) обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Мурманское управление жилищно-сервисным комплексом» (далее по тексту ООО «МУЖСК», ответчик) о взыскании компенсации морального вреда, убытков.

В обоснование исковых требований указано, что *** при выходе из подъезда своего дома, управление которым осуществляло ООО «МУЖСК», из-за сильного гололеда и образовавшейся ледяной корки, при отсутствии солевания и пескования крыльца у подъезда лестницы, истец поскользнулась и упала с приземлением на пояснично-копчиковую область. Самостоятельно истцу подняться не удалось, подняться помогли соседи. Из-за сильной боли истцу пришлось вызвать врача на дом, которым были даны направления в травмпункт для осмотра.

Истец *** обратилась в травматологию ГОБУЗ «Мурманская городская поликлиника №***». Врачом было зафиксировано следующее: умеренная отечность м/тк, интенсивная боль в области крестцово-копчикового сочленения, локальная контактная боль, осевая нагрузка болезненна, вынужденное положение тела, боль при движениях. На рентгенограммах переломов крестца и копчика не выявлено. Поставлен диагноз: ***.

В период времени с *** по *** истец проходила обследования у врачей. *** истец поступила в Кольскую ЦРБ с диагнозом: ***. По результатам лечения истцу провели операцию по удалению почки (нефрэктомию). До указанного случая заболевания почек у истца не было, проблема впервые была зафиксирована после травмы позвоночника.

*** истец обратилась в Клинико-диагностический центр «***» ООО «***» адрес***, где по результатам обследования у истца была обнаружена посттравматическая вентральная клиновидная деформация поясничного позвонка L2, возникшая под влиянием такого неблагоприятного фактора, как получение травматического повреждения, а также ретролистез L5 позвонка – смещение позвонка назад (причины возникновения: травмы позвонков и связочного аппарата).

Просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию на расходы лекарственных средств в размере 23 120 рублей 53 копейки, компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей, а также расходы на оплату услуг представителя в размере 70 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства истец уточнила исковые требования, просила взыскать с ответчика компенсацию на расходы лекарственных средств в размере 33 398 рублей 83 копейки, а также утраченный заработок в размере 902 495 рублей 54 копейки, провести индексацию утраченного заработка. Остальные требования оставила без изменения.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено ООО «ВСК», которое находилось в договорных отношениях с ответчиком по обязательствам по уборке придомовой территории многоквартирного дома.

Истец ФИО8 в судебном заседании на заявленных требованиях настаивала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, в обоснование пояснила, что травму позвоночника и почек она связывает со своим падением, поскольку ранее проблем со здоровьем у неё не было.

Представитель истца ФИО9 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «МУЖСК» ФИО10 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.

Представитель третьего лица ООО «ВСК» в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного разбирательства извещался надлежащим образом, ранее представил письменный отзыв на исковое заявление, приобщенный к материалам дела, из которого следует, что ООО «ВСК» полностью исполнило свои обязанности по очистке придомовой территории и крыльца подъезда от снега и наледи.

Заслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, заключение прокурора, полагавшего требования истца обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению, исследовав материалы гражданского дела, медицинские документы, суд находит заявленные требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 14 указанного постановления Пленума разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

В пункте 15 названного постановления закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 – 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. По смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств.

В силу пункта 19 указанного постановления Пленума под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В абзаце пятом пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 внимание судов обращено на то, что размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда – гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению (абзац второй пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абзац второй статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1, при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, истец ФИО8 проживает по адресу: адрес***. Управление указанным многоквартирным домом до *** осуществлял ответчик ООО «МУЖСК», что подтверждается договором управления многоквартирным домом №*** от ***.

Из пояснений истца в судебном заседании, не опровергнутых стороной ответчика, судом бесспорно установлено, что *** истец вышла из подъезда своего дома, из-за сильного гололеда и образовавшейся ледяной корки, при отсутствии солевания и пескования крыльца и подъезда лестницы, она поскользнулась и упала с приземлением на пояснично-копчиковую область. Самостоятельно истцу подняться не удалось, подняться помогли соседи. Из-за сильной боли истцу пришлось вызвать врача на дом, которым были даны направления в травмпункт для осмотра.

*** истец обратилась в травмпункт ГОБУЗ «Мурманская городская поликлиника №***» с жалобами на ноющие интенсивные боли в области крестцово-копчикового сочленения, боль при попытке присесть. По результатам осмотра врачом поставлен диагноз: ***. Истцу даны рекомендации по лечению, явка к травматологу/хирургу поликлиники ***. Трудоспособность временно утрачена, выдан электронный больничный лист с *** по ***.

Выпиской из амбулаторной карты №*** на имя ФИО8 подтверждается, что *** истец обратилась к врачу ГОБУЗ «Мурманская городская поликлиника №***» с жалобами на боль в области пояснично-крестцового отдела позвоночника, усиливается при движениях, травма от *** на улице. Поставлен диагноз: ***. Лист нетрудоспособности продлен с ***, явка ***.

*** при осмотре на приеме в поликлинике врачом поставлен диагноз: «***», лист нетрудоспособности продлен с *** по ***, явка ***.

При явке на осмотр врача ***, ***, ***, ***, ***, ***, ***, ***, ***, *** ФИО8 устанавливался диагноз: ***. Лист нетрудоспособности продлевался сроком по ***.

*** при осмотре участковым терапевтом истцу был поставлен диагноз: «***».

Из выписки из амбулаторной карты №*** следует, что в дальнейшем при обращении к врачам ФИО8 диагноз «***» не устанавливался.

В обоснование исковых требований истец указывает, что проходила обследования у врачей в период с момента падения по ***, *** в связи с тяжелым течением ОРВИ поступила в Кольскую ЦРБ с диагнозом: «***». По результатам лечения истцу провели операцию по удалению почки, в связи с ее загноением от полученного падения. До этого случая заболеваний почек у истца не было, впервые проблема была зафиксирована после серьезного травмирования позвоночника. Кроме того, поскольку после проведенного лечения истец испытывала болезненные ощущения, она *** обратилась в клинико-диагностический центр «***» ООО «***» адрес***. Проведя исследование МРТ, было получено следующее заключение врача: «***».

Истец полагает, что указанные диагнозы являются последствиями падения, произошедшего ***.

В силу части 1 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации управление многоквартирным домом должно обеспечивать благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме, решение вопросов пользования указанным имуществом, а также предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в таком доме, или в случаях, предусмотренных статьей 157.2 настоящего Кодекса, постоянную готовность инженерных коммуникаций и другого оборудования, входящих в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, к предоставлению коммунальных услуг. Правительство Российской Федерации устанавливает стандарты и правила деятельности по управлению многоквартирными домами.

На основании части 1.1 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации надлежащее содержание общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме должно осуществляться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации и должно обеспечивать, в том числе, соблюдение требований к надежности и безопасности многоквартирного дома; безопасность жизни и здоровья граждан, имущества физических лиц, имущества юридических лиц, государственного и муниципального имущества; доступность пользования помещениями и иным имуществом, входящим в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме; соблюдение прав и законных интересов собственников помещений в многоквартирном доме, а также иных лиц.

Согласно части 2 статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору управления многоквартирным домом одна сторона (управляющая организация) по заданию другой стороны (собственников помещений в многоквартирном доме…) в течение согласованного срока за плату обязуется оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в таком доме, предоставлять коммунальные услуги собственникам помещений в таком доме и пользующимся помещениями в этом доме лицам, осуществлять иную направленную на достижение целей управления многоквартирным домом деятельность.

В силу пункта 2 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 №491, в состав общего имущества включается, в числе прочего имущества, земельный участок, на котором расположен многоквартирный дом и границы которого определены на основании данных государственного кадастрового учета, с элементами озеленения и благоустройства.

Согласно пункту 10 Правил общее имущество должно содержаться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации (в том числе о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения, техническом регулировании, защите прав потребителей) в состоянии, обеспечивающем, в том числе, соблюдение характеристик надежности и безопасности многоквартирного дома; безопасность для жизни и здоровья граждан, сохранность имущества физических или юридических лиц, государственного, муниципального и иного имущества; соблюдение прав и законных интересов собственников помещений, а также иных лиц; поддержание архитектурного облика многоквартирного дома в соответствии с проектной документацией для строительства или реконструкции многоквартирного дома.

Пунктом 11 Правил установлено, что содержание общего имущества в зависимости от состава, конструктивных особенностей, степени физического износа и технического состояния общего имущества, а также в зависимости от геодезических и природно-климатических условий расположения многоквартирного дома включает в себя, в числе прочего, осмотр общего имущества, обеспечивающий своевременное выявление несоответствия состояния общего имущества требованиям законодательства Российской Федерации, а также угрозы безопасности жизни и здоровью граждан.

Сведения о составе и состоянии общего имущества отражаются в технической документации на многоквартирный дом. Техническая документация на многоквартирный дом включает в себя, в том числе, акты осмотра, проверки состояния (испытания) инженерных коммуникаций, конструктивных частей многоквартирного дома (крыши, ограждающих несущих и ненесущих конструкций многоквартирного дома…, других частей общего имущества) на соответствие их эксплуатационных качеств установленным требованиям (пункт 24 Правил).

Управляющие организации отвечают перед собственниками помещений за нарушение своих обязательств и несут ответственность за надлежащее содержание общего имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации и договором (пункт 42 Правил).

Постановлением Госстроя России от 27.09.2003 №170 утверждены Правила и нормы технической эксплуатации жилищного фонда, в соответствии с пунктом 3.6.1 которых уборка площадок, садов, дворов, дорог, тротуаров, дворовых и внутриквартальных проездов территорий должна производиться организациями по обслуживанию жилищного фонда (пункт 3.6.1). Уборка придомовых территорий должна проводиться в следующей последовательности: вначале убирать, а в случае гололеда и скользкости – посыпать песком тротуары, пешеходные дорожки, а затем дворовые территории (пункт 3.6.8). Снег при ручной уборке тротуаров и внутриквартальных (асфальтовых и брусчатых) проездов должен убираться полностью под скребок (пункт 3.6.22). Время проведения обработки покрытий пескосоляной смесью первоочередных территорий не должно превышать 1,5 ч, а срок окончания всех работ – 3 ч (пункт 3.6.24). Размягченные после обработки льдообразования должны быть сдвинуты или сметены плужно-щеточными снегоочистителями, не допуская их попадания на открытый грунт, под деревья или на газоны (пункт 3.6.25). Обработку покрытий следует производить крупнозернистым и среднезернистым речным песком, не содержащим камней и глинистых включений. Песок должен быть просеян через сито с отверстиями диаметром 5 мм и заблаговременно смешан с поваренной солью в количестве 5 – 8 % массы песка (пункт 3.6.26). Дорожки и площадки зимой должны очищаться от снега, скользкие места посыпаться песком. Рыхлый и чистый снег с дорожек и площадок следует разбрасывать ровным слоем на газоны (укладывать снег вдоль жилых изгородей и на бровках не допускается) (пункт 3.8.10).В силу пункта 3.7.1 Правил организации по обслуживанию жилищного фонда обязаны обеспечивать своевременную уборку территории и систематическое наблюдение за ее санитарным состоянием.

Таким образом, требованиями действующего законодательства прямо установлена обязанность организации по обслуживанию жилищного фонда производить устранять гололед и скользкость. При этом должна быть обеспечена безопасность для жизни и здоровья граждан, сохранность имущества.

В соответствии с договором управления многоквартирным домом, заключенным собственниками помещений в указанном многоквартирном доме с ООО «МУЖСК», по данному договору управляющая организация обязана за счет средств собственников и нанимателей помещений многоквартирного дома обеспечивать содержание и ремонт общего имущества многоквартирного дома в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, в том числе в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, о техническом регулировании, пожарной безопасности, защите прав потребителей (пункт 2.4 договора).

В соответствии с разделом 6 договора управляющая организация несет ответственность в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации и условиями договора за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора.

Разрешая спор, руководствуясь положениями статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации, определяющими права и обязанности управляющих компаний в части содержания и ремонта общего имущества в многоквартирном доме, положениями указанных выше Правил, которыми урегулированы, в том числе порядок устранения гололеда и скользкости придомовой территории и тротуаров, относящихся к общему имуществу многоквартирного дома, суд приходит к выводу о том, что в силу закона и обязательств, принятых на основании договора управления многоквартирным домом, ООО «МУЖСК» должно было обеспечить такое состояние крыльца подъезда адрес***, которое обеспечивало бы благоприятные и безопасные условия проживания граждан и исключало причинение вреда третьим лицам, вызванного наличием снега и наледи.

Из представленных в материалы дела документов следует, что *** между ООО «МУЖСК» и ООО «ВСК» был заключен договор №*** на выполнение работ по содержанию и ремонту общего имущества многоквартирных домов. По условиям договора исполнитель принял на себя обязательства по содержанию и текущему ремонту многоквартирных домов, в том числе адрес***. Однако, условиями указанного договора не предусмотрена самостоятельная ответственность ООО «ВСК» за вред, причиненный третьим лицам в процессе выполнения работ.

В ходе судебного разбирательства по инициативе стороны истца была допрошена свидетель ФИО2, которая пояснила, что является соседкой истца и видела, как она упала около подъезда своего дома, ударившись спиной, в связи с чем она помогала истцу подняться. Оснований не доверять показаниям данного свидетеля не имеется, кроме того, они согласуются с другими собранными по делу доказательствами, не опровергнуты стороной ответчика, в связи с чем, могут быть положены в основу решения суда в части выводов о наличии на участке крыльца придомовой территории адрес*** наледи, которая стала причиной падения истца и получения травмы крестцово-копчикового отдела.

Доказательств получения истцом травмы в иную дату, в ином месте и при иных обстоятельствах в материалах дела не имеется.

Оценив установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что именно действия ООО «МУЖСК», находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями – причинением телесных повреждений истцу.

Совокупностью исследованных доказательств суд находит установленной причинено-следственную связь между падением истца с получением травмы и ненадлежащим исполнением ответчиком обязанностей по обслуживанию территории, находящейся в его ведении. Доказательств надлежащего содержания участка, где произошло падение, представителем ответчика в материалы дела не представлено.

В ходе судебного разбирательства были допрошены в качестве свидетелей работники медицинских организаций – врач рентгенолог ФИО3, которая пояснила, что при описании рентгена нижнего отдела позвоночника ФИО8 она на усмотрела перелом позвонка, однако не отрицает, что в верхнем отделе позвоночника, который не исследовался, мог быть перелом, который не был зафиксирован. Врач-уролог ФИО4 пояснил, что являлся лечащим врачом ФИО8, поступившей в Кольскую ЦРБ с диагнозом «***», при этом абсолютно исключал причинно-следственную связь между инфекционным поражением почки истца и ее последующим удалением, указав, что к ампутации почки привело инфекционное заболевание, которое повлекло абсцесс почки и никак не связано с травматическим воздействием. Врач травматолог-ортопед ФИО5, который вел прием пациентки ФИО8 на следующий день после падения и пояснил, что со слов последней ему известно, что она упала на скользкой поверхности и ударилась крестцово-копчиковой поверхностью, в связи с чем им был назначен рентген пациентки указанной зоны, по результату которого перелома позвонковых дисков не установлено, однако ФИО8 были даны рекомендации пройти МРТ обследование или дополнительное рентген-исследование через несколько дней со специальной медицинской подготовкой. При этом, не исключал, что у истца мог быть перелом одного из позвонков, который не выявлен на рентген-оборудовании или располагался выше места исследования. Врач-рентгенолог ФИО6 пояснил, что в связи с прохождением лечения от короновируса, он делал описание исследования снимка компьютерной томографии грудного отдела позвоночника ФИО8 и им были выявлены дегенеративные изменения, а также «гемангиома в теле Th 10 позвонка», которые на прямую могут быть не связаны с падением, а являются следствием возрастных изменений.

В ходе судебного разбирательства по инициативе суда была назначена судебно-медицинская экспертиза с целью установления наличия или отсутствия причинно-следственной связи между падением ФИО8 при описанных в иске обстоятельствах и обнаруженными у неё в последствии травмами позвоночника и почки, выявленных спустя более 2 года после получения травмы крестцово-копчикового сочленения.

Заключением экспертов (судебно-медицинская экспертиза) №*** от *** ГОБУЗ «***» установлено следующее. Объективно можно утверждать, что на момент обращения за медицинской помощью *** у ФИО8 был ушиб крестцово-копчикового сочленения в виде умеренной отечности мягких тканей, интенсивная боль в области крестцово-копчикового сочленения, осевая нагрузка болезненна, вынужденное положение тела, боль при движениях. Данное телесное повреждение образовалось в результате травматического контакта с твердым тупым предметом, могло образоваться при падении из положения стоя на твердую поверхность. Телесное повреждение характера ушиб крестцово-копчикового сочленения в виде умеренной отечности мягких тканей, интенсивная боль в области крестцово-копчикового сочленения, осевая нагрузка болезненна, вынужденное положение тела, боль при движениях не имеет квалифицирующих признаков тяжести вреда, предусмотренных пунктом 4 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (утв. Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 №522) и в соответствии с пунктом 9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (приложение к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 №194н), расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека. Каких-либо данных достоверно указывающих на костно-травматическую патологию, а именно перелом поясничного позвонка от данного периода травмы ***, не имеется. Согласно медицинским данным *** ГОБУЗ «КЦРБ» и КТ исследования позвоночника (поясничный и крестцовый отдел) у ФИО11 обнаружена старая компрессионная деформация тела L2 позвонка. Согласно выписному эпикризу ГОБУЗ ФИО12 – *** у ФИО11 имелась старая компрессионная деформация тела L2 позвонка 2 ст. Согласно медицинским документам от *** – *** ООО «***» у ФИО11 имелась посттравматическая вентральная клиновидная деформация L2. Согласно медицинским документам от *** ГОБУЗ МГП №*** у ФИО11 имелась посттравматическая клиновидная деформация L2. Согласно медицинским документам ООО «***»*** – *** у ФИО11 установлены застарелый компрессионный перелом тела L2 (1ст.), тела LЗ (2 ст.), тела L4 (1ст.). Таким образом, у ФИО11 установлена застарелая (старая) посттравматическая вентральная клиновидная деформация L2, которая впервые выявлена в медицинских документах ГОБУЗ «КЦРБ» от ***. Достоверно установить давность образования указанного телесного повреждения (перелома), следствием которого явилась застарелая (старая) посттравматическая вентральная клиновидная деформация L2 у ФИО11 не представляется возможным. Обычно компрессионные переломы тела позвонка в вентральной части возникают при воздействии силы ориентированной вдоль позвоночного столба в сочетании с его чрезмерным сгибанием кпереди. Обычно у живых лиц телесное повреждение в виде компрессионного перелома тела поясничного позвонка без повреждения спинного мозга на основании квалифицирующего признака длительного расстройства здоровья, предусмотренного пунктом 4 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (утв. Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 №522), и в соответствии с пунктом 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (приложение к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 №194н) оценивается как вред здоровью средней тяжести, так как данное повреждение влечет за собой временную утрату трудоспособности (временную нетрудоспособность) продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня).

Установить является ли застарелая (старая) посттравматическая вентральная клиновидная деформация L2 у ФИО8 следствием травмы от *** не представляется возможным, так как каких-либо признаков костно-травматической патологии (перелома тела второго поясничного позвонка) на данных представленных исследований, а также в медицинской документации от *** не имеется. Следует отметить, что у ФИО11 согласно представленным данным КТ-исследований отмечались выраженные дегенеративно-дистрофические изменения пояснично-крестцового отдела позвоночника, смещения тела 5-го поясничного позвонка относительно оси позвоночника, протрузии межпозвоночных дисков 3-4 поясничных позвонков, 4-5 поясничных позвонков, 5-го поясничного и 1-го крестцового, грыжа между 5-ым поясничным и 1-ым крестцовым.

На вопрос о том, имеется ли причинно-следственная связь между телесными повреждениями, полученными ФИО8 при падении *** и выявленными у нее впоследствии заболеваниями позвоночника и почек, экспертами было указано, что на момент обращения за медицинской помощью *** у ФИО8 был ушиб крестцово-копчикового сочленения в виде умеренной отечности мягких тканей, интенсивная боль в области крестцово-копчикового сочленения, осевая нагрузка болезненна, вынужденное положение тела, боль при движениях. Данное телесное повреждение образовалось в результате травматического контакта с твердым тупым предметом, могло образоваться при падении из положения стоя на твердую поверхность. Каких-либо данных достоверно указывающих на костно-травматическую патологию, а именно перелом поясничного позвонка от данного периода травмы *** не имеется. У ФИО11 установлен застарелая (старая) посттравматическая вентральная клиновидная деформация L2, которая впервые выявлена в медицинских документах ГОБУЗ «КЦРБ» от ***. Достоверно установить давность образования указанного телесного повреждения (перелома), следствием которого явилась застарелая (старая) посттравматическая вентральная клиновидная деформация L2 у ФИО11 не представляется возможным. У ФИО11 согласно представленным данным КТ-исследований отмечались выраженные дегенеративно-дистрофические изменения пояснично-крестцового отдела позвоночника, смещения тела 5-го поясничного позвонка относительно оси позвоночника, протрузии межпозвоночных дисков 3-4 поясничных позвонков, 4-5 поясничных позвонков, 5-го поясничного и 1-го крестцового, грыжа между 5-ым поясничным и 1-ым крестцовым. Таким образом, причинно-следственная связь, явилась ли застарелая (старая) посттравматическая вентральная клиновидная деформация тела второго поясничного позвонка у ФИО11 следствием компрессионного перелома тела второго поясничного позвонка у ФИО11 от момента травмы *** не установлена. Застарелая (старая) посттравматическая вентральная клиновидная деформация тела второго поясничного позвонка у ФИО11, а следственно и сам компрессионный перелом тела второго поясничного позвонка без повреждения спинного мозга, неустановленной давности, не мог являться причиной выраженных дегенеративно-дистрофических изменений пояснично-крестцового отдела позвоночника, смещения тела 5-го поясничного позвонка относительно оси позвоночника, протрузии межпозвоночных дисков 3-4 поясничных позвонков, 4-5 поясничных позвонков, 5-го поясничного и 1-го крестцового, грыжи между 5-ым поясничным и 1-ым крестцовым.

С учетом исследованных медицинских документов, эксперты пришли к выводу, что нефрэктомия явилась следствием острого гнойного пиелонефрита слева с абцессами левой почки. Острый пиелонефрит – это острое воспаление почек инфекционной природы. Коронавирусная инфекция стала причиной внегоспитальной двусторонней полисегментарной интерстициальной пневмонии и острого гнойного пиелонефрита слева, а, следовательно, абсцесса левой почки (нефрэктомии). Застарелая (старая) посттравматическая вентральная клиновидная деформация тела второго поясничного позвонка у ФИО11, а следственно и сам компрессионный перелом тела второго поясничного позвонка без повреждения спинного мозга, неустановленной давности, не мог являться причиной острого гнойного пиелонефрита слева, а, следовательно, абсцесса левой почки (нефрэктомии). Также следует отметить, что общий анализ мочи от *** без патологии, что указывает на то, что в почках отсутствовал воспалительный процесс, что также исключает возможность образования патологии почек (левой почки) от *** (от момента травмы).

Опрошенные в судебном заседании эксперты ФИО7 и ФИО1 в судебном заседании полностью подтвердили выводы своего заключения, указав, что представленные на исследование медицинские документы не содержат данных, которые могли бы указывать на наличие причинно-следственной связи между падением истца в *** и выявленными в последующем у последней заболеваниями почек и позвоночника.

В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время суд при наличии в материалах дела заключения эксперта должен учитывать и иные добытые по делу доказательства и дать им надлежащую оценку. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем исследовании каждого отдельно взятого доказательства по делу и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Судебная экспертиза проведена в соответствии с нормами действующего законодательства, эксперты имеют необходимую квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и не заинтересованы в исходе дела. Заключение экспертов содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы содержат ответы на поставленные судом вопросы.

Проанализировав указанное экспертное заключение, суд приходит к выводу, что оно в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные, полученные при исследовании взятых из материалов дела исходных данных.

Суд принимает в качестве надлежащего доказательства заключение экспертов №*** от ***, поскольку экспертиза проведена экспертами, имеющими стаж работы в соответствующей области, в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы. Заключение экспертов подготовлено на основании представленных материалов и документов, содержит описание исследования, противоречий в выводах судом не установлено. Оснований не доверять выводам экспертов у суда не имеется. Оснований для исключения заключения эксперта как недостоверного доказательства у суда не имеется. Каких-либо возражений относительно результатов экспертизы сторонами не представлено, ходатайств о назначении повторной или дополнительной экспертизы не заявлено.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства бесспорно установлено, что в результате падения *** истцом было получено телесное повреждение в виде ушиба крестцово-копчикового сочленения. Доводы стороны истца о том, что результатом падения явилось такое повреждение здоровья, как нефрэктомия (удаление почки) и перелом позвоночных дисков, материалами дела, а также результатами проведенной судебно-медицинской экспертизы не подтверждается, в связи с чем суд находит указанные доводы голословными, основанными на предположении и не может положить их в основу решения суда.

Согласно выписки из амбулаторной карты на имя истца следует, что ФИО8 находилась на листе нетрудоспособности с диагнозом «***» в период времени с *** по ***.

С учетом фактических обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании компенсации морального вреда основаны на законе и подлежат частичному удовлетворению.

Давая оценку обстоятельствам происшествия, суд приходит к выводу о том, что бездействия ответчика состоят в причинной связи с возникшим вредом здоровья, причиненного истцу. В силу вышеприведенных норм законодательства суд находит обоснованными требования истца о взыскании компенсации морального вреда с ООО «МУЖСК».

Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено суду достаточных доказательств, освобождающих от ответственности за причинение вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя, и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд также учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Учитывая фактические обстоятельства дела, возраст и степень физических страданий истца, обстоятельства падения, период нахождения на листе нетрудоспособности, с учетом справедливости и разумности, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 80 000 рублей.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика компенсации на лекарственные средства, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 27 Постановления от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи, ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако, если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

В подтверждение расходов на приобретение лекарственных препаратов истцом представлены три банковские квитанции от ***, кассовые чеки от ***, ***, ***, ***, товарный чек от ***. Кроме того, истец указывает, что в связи с полученной травмой ею понесены расходы на проведение МРТ исследования, а также в связи с посещением специалиста медицинского центра «***» ***. Общая сумма дополнительных расходов составила 33 339 рублей 83 копейки.

Однако учитывая период нахождения истца на листе нетрудоспособности (с *** по ***), суд приходит к выводу, что приобретение лекарственных препаратов, а также прохождение дополнительного платного медицинского исследования не относится к травме, полученной истцом при падении ***.

Таким образом, требования истца о взыскании компенсации на приобретение лекарственных средств удовлетворению не подлежат.

Согласно пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит, в том числе утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья.

Пункт 2 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что в состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так по совместительству, облагаемые подоходным налогом.

Определение в рамках действующего гражданско-правового регулирования объема возмещения вреда, причиненного здоровью, исходя из утраченного заработка (дохода), который потерпевший имел или определенно мог иметь, предполагает, - в силу компенсационной природы ответственности за причинение вреда, обусловленной относящимися к основным началам гражданского законодательства принципом обеспечения восстановления нарушенных прав (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также требованием возмещения вреда в полном, по общему правилу, объеме, - необходимость восполнения потерь, объективно понесенных потерпевшим в связи с невозможностью осуществления трудовой (предпринимательской) деятельности в результате противоправных действий третьих лиц (абзац третий пункта 3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 05.06.2012 №13-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО13»).

Пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» установлено, что согласно статье 1085 ГК РФ в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включается, в том числе утраченный потерпевшим заработок (доход), под которым следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.

Исходя из приведенных нормативных положений, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации лицо, причинившее вред здоровью гражданина (увечье или иное повреждение здоровья), обязано возместить потерпевшему в том числе утраченный заработок – заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, то есть причинитель вреда обязан восполнить потерпевшему те потери в его заработке, которые были объективно им понесены (возникли у потерпевшего) в связи с невозможностью осуществления им трудовой (предпринимательской), а равно и служебной деятельности в результате противоправных действий причинителя вреда. Под заработком (доходом), который потерпевший имел, следует понимать тот заработок (доход), который был у потерпевшего на момент причинения вреда и который он утратил в результате причинения вреда его здоровью. Под заработком, который потерпевший определенно мог иметь, следует понимать те доходы потерпевшего, которые при прочих обстоятельствах совершенно точно могли бы быть им получены, но не были получены в результате причинения вреда его здоровью. При этом доказательства, подтверждающие размер причиненного вреда, в данном случае доказательства утраты заработка (дохода), должен представить потерпевший.

Размер утраченного заработка потерпевшего, согласно пункту 1 статьи 1086 ГК РФ, определяется в процентах к его среднему месячному заработку по выбору потерпевшего – до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им профессиональной трудоспособности, а в случае отсутствия профессиональной трудоспособности – до утраты общей трудоспособности. Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается в порядке, установленном пунктом 3 статьи 1086 ГК РФ. При этом учитываются все виды оплаты труда потерпевшего как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом, и не учитываются выплаты единовременного характера (пункт 2 статьи 1086 ГК РФ). Утраченный заработок (доход) потерпевшего подлежит возмещению за все время утраты им трудоспособности (пункт 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1).

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев (пункт 3 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале – по 28-е (29-е) число включительно).

Из приведенных нормативных положений следует, что лицо, причинившее вред здоровью гражданина (увечье или иное повреждение здоровья), обязано возместить потерпевшему утраченный заработок, то есть заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь. Поскольку в результате причинения вреда здоровью потерпевшего он лишается возможности трудиться как прежде, а именно осуществлять прежнюю трудовую деятельность или заниматься иными видами деятельности, между утратой потерпевшим заработка (дохода) и повреждением здоровья должна быть причинно-следственная связь. Под заработком (доходом), который потерпевший имел, следует понимать тот заработок (доход), который был у потерпевшего на момент причинения вреда и который он утратил в результате причинения вреда его здоровью. Под заработком, который потерпевший определенно мог иметь, следует понимать те доходы потерпевшего, которые при прочих обстоятельствах совершенно точно могли бы быть им получены, но не были получены в результате причинения вреда его здоровью.

Тот факт, что истец не состоит с причинителем вреда в трудовых отношениях не означает, что в его отношении подлежат применению иные правила, отличные от приведенных выше норм материального права и разъяснений, поскольку иное толкование данных норм позволило бы гражданину, повредившему здоровье в результате несчастного случая получить двойное возмещение утраченного заработка от работодателя путем получения соответствующих страховых выплат (пособия по временной нетрудоспособности) за счет средств Фонда социального страхования, и равноценного возмещения за счет иных лиц, в то время как оба вида возмещения (пособие по временной нетрудоспособности и взыскание утраченного заработка) имеют единые причины и цель – возмещение утраченного заработка в связи с заболеванием и травмой (причинением вреда здоровью).

В силу статей 7 и 8 Федерального закона от 16.07.1999 №165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», временная нетрудоспособность является страховым риском, а пособие по временной нетрудоспособности – одним из видов страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию.

При наступлении временной нетрудоспособности гражданин полностью освобождается от работы и поэтому, в данном случае, утрата им трудоспособности на весь этот период предполагается равной 100.

Материалами дела установлено, что на момент получения травмы истец состояла в трудовых отношениях с ООО «***».

Поскольку при временной нетрудоспособности гражданин полностью освобождается от работы, неполученная истцом за период временной нетрудоспособности, возникшей вследствие причинения вреда здоровью, заработная плата, исчисленная исходя из его среднемесячного заработка, является утраченным заработком, подлежащим возмещению вне зависимости от размера выплаченного работодателем пособия по временной нетрудоспособности.

Согласно расчету истца, сумма утраченного заработка за период временной нетрудоспособности с *** по *** (27 месяцев) составила 902 495 рублей 54 копейки, с учетом выплаченного пособия по временной нетрудоспособности в размере 650 057 рублей 65 копеек.

Ответчиком в материалы дела представлен альтернативный расчет утраченного заработка за период временной нетрудоспособности с *** по *** в размере 153 749 рублей 32 копейки, с учетом выплаченного пособия по временной нетрудоспособности в размере 66 913 рублей 88 копеек.

Проверяя представленные расчеты, суд признает их ошибочными, в связи с чем не может положить их в основу решения суда по следующим основаниям.

Проверяя расчеты сторон, суд приходит к следующему. Материалами дела подтверждается, что истец находилась на листе нетрудоспособности с диагнозом: «***» в период времени с *** по ***.

По общему правилу исходя из положений статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации формула для расчета утраченного заработка следующая: утраченный заработок = S * P * K, где S – среднемесячный заработок (доход), Р – процент от среднемесячного заработка (дохода) (степень утраты профессиональной трудоспособности), К – период утраты трудоспособности.

Справкой ООО «***» №*** от *** подтверждается, что среднемесячный заработок (доход) истца за период с *** по *** составил 57 501 рубль 97 копеек.

Таким образом, за период с *** по *** с ответчика подлежит взысканию утраченный заработок в размере 32 584 рубля 45 копеек (57 501,97 * 100%/30 дней месяца * 17 дней); за период с *** по *** с ответчика подлежит взысканию утраченный заработок в размере 57 501 рубль 97 копеек; за период с *** по *** с ответчика подлежит взысканию утраченный заработок в размере 37 098 рублей 05 копеек (57 501,97 * 100% / 31 дней месяца * 20 дней). Общая сумма составляет 127 184 рубля 47 копеек.

Из сведений, предоставленных по запросу суда Отделением Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, следует, что за спорный период времени истцу было начислено пособие по временной нетрудоспособности в размере 64 857 рублей 26 копеек.

Таким образом, общая сумма утраченного заработка, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, составляет 62 327 рублей 21 копейка.

Рассматривая требование истца об индексации утраченного заработка суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1091 Гражданского кодекса Российской Федерации суммы выплачиваемого гражданам возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, подлежат изменению пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту жительства потерпевшего, а при отсутствии в соответствующем субъекте Российской Федерации указанной величины данные суммы должны быть не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в целом по Российской Федерации.

Согласно статье 318 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом, сумма, выплачиваемая по денежному обязательству непосредственно на содержание гражданина, в том числе в возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, либо по договору пожизненного содержания, увеличивается пропорционально повышению установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума.

В пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" разъяснено, что статьи 318 и 1091 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставляют гарантию повышения размера выплат на содержание гражданина. Условиями обязательства может быть предусмотрен повышенный размер индексации выплат по сравнению с размером, определяемым в соответствии со статьей 318 Гражданского кодекса Российской Федерации. Индексация выплат в меньшем размере или иное ухудшение положения гражданина, на содержание которого выплачиваются денежные суммы, не допускается.

По смыслу пункта 1 статьи 316 и статьи 318 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 2 Федерального закона от 24 октября 1997 г. N 134-ФЗ "О прожиточном минимуме в Российской Федерации" в их системной взаимосвязи сумма, выплачиваемая непосредственно на содержание гражданина, увеличивается пропорционально повышению величины прожиточного минимума, установленного в субъекте Российской Федерации, в котором такой гражданин проживает. При этом принимается во внимание прожиточный минимум, установленный для населения в целом, а не для его отдельных социально-демографических групп, если иное не установлено законом (пункт 35 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Руководствуясь вышеприведенными нормами права, суд исходит из того, что в случае, когда установленная застрахованному лицу ежемесячная страховая выплата, назначенная в максимальном размере в соответствии со статьей 12 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», не в полном объеме компенсирует утраченный потерпевшим в результате профессионального заболевания заработок (доход), определенный по правилам статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации, по иску потерпевшего на работодателя может быть возложена ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, предусмотренном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом, размер возмещения вреда подлежит исчислению помесячно и составляет в конкретный календарный месяц разницу между общей суммой возмещения вреда, исчисленного согласно положениям статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом индексации на основании статьи 1091 Гражданского кодекса Российской Федерации, и суммой ежемесячной страховой выплаты за этот же календарный месяц, определенной с учетом индексации на основании статьи 12 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Поскольку в рассматриваемом споре у истца возникли правоотношения не с работодателем, а с лицом, оказавшим услуги по содержанию имущества многоквартирного дома ненадлежащего качества, суд приходит к выводу, что правовых оснований для расчета индексации утраченного заработка на основании вышеприведенных норм права не имеется. Более того, суд учитывает, что установленный судом период временной нетрудоспособности истца, возникший по вине ответчика, являлся незначительным и составил чуть более 2-х месяцев, в связи с чем истцом не представлено доказательств того, что с момента возникновения права на возмещение вреда здоровью у последней в связи с установлением ей утраты трудоспособности произошло фактическое ухудшение её положения, связанное с падением величины прожиточного минимума на душу населения. Соответствующего расчета, подтверждающего данный факт, вопреки требованиям ст.56 ГПК РФ, стороной истца также не представлено, в связи с чем, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований в указанной части.

При удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей) (пункт 46 Пленума N 17).

Из содержания приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации не следует, что требование потребителя, неисполнение которого в добровольном порядке в установленный срок влечет взыскание судом штрафа, обязательно должно быть досудебным или внесудебным, равно как, и не установлена какая-либо обязательная форма такого требования.

Граждане, являющиеся собственниками помещений в многоквартирном доме, являются потребителями услуг, оказываемых управляющей организацией по возмездному договору управления многоквартирным домом, в связи с чем на данные правоотношения распространяется Закон Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

При этом, как указано в абз. 10 преамбулы названного Закона, под безопасностью товара (работы, услуги) понимается безопасность товара (работы, услуги) для жизни, здоровья, имущества потребителя и окружающей среды при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации, а также безопасность процесса выполнения работы (оказания услуги).

В пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Принимая во внимание фактические обстоятельства причинения морального вреда, степень вины причинителя вреда, который не в полной мере обеспечил безопасность обслуживаемой им территории, несмотря на обусловленную законом обязанность обеспечить данную безопасность, степень тяжести причиненного вреда (не причинивший вред здоровью), последствия перенесенных истцом физических и морально-нравственных страданий, принимая во внимание, что после подачи ФИО8 искового заявления в суд ответчик в ходе разрешения спора судом первой инстанции требования потребителя добровольно не исполнил, судом исковые требования ФИО8 о компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью, возникшего вследствие ненадлежащего оказания управляющей компанией услуг по содержанию общего имущества многоквартирного дома, признаны законными и обоснованными, удовлетворены, то оснований для неприменения пункта 6 статьи 13 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» в части взыскания с ответчика в пользу истца штрафа у суда не имеется, в связи с чем с ООО «МУЖСК» в пользу ФИО8 подлежит взысканию штраф в размере 71 163,60 рублей (80 000+62 327,21/50%).

Согласно статьям 88 и 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым отнесены, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам, расходы на оплату услуг представителей, а также другие признанные судом необходимые расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В соответствии с частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Право стороны в гражданском процессе воспользоваться юридической помощью представителя предусматривается статьей 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и не может быть ограничено в зависимости от различных обстоятельств, в том числе, от сложности дела, правовых познаний участника процесса.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», следует, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ).

В пунктах 20-21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 указано, что при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику – пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 ГПК РФ).

Кроме того, пунктом 10 указанного постановления разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Истцом заявлено требование о возмещении расходов на оплату услуг представителя в размере 70 000 рублей, размер которых подтверждается договором на оказание юридических услуг от ***, а также распиской-актом об оплате оказанных услуг от ***.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 2 пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В соответствии с Определением Конституционного Суда Российской Федерации №382-О-О от 17.07.2007 обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя.

Суд обязан установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение расходов по оплате услуг представителя, реализуется судом лишь в случаях, если суд признает эти расходы чрезмерными с учетом конкретных обстоятельств дела, в частности, продолжительности и сложности дела, квалификации и опыта представителя, достижения юридически значимого для доверителя результата, в соотношении со средним уровнем оплаты аналогичных услуг.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Из совокупности вышеприведенных норм процессуального права и данных вышестоящими судами разъяснений относительно их применения, следует вывод о том, что суд наделен правом уменьшать размер судебных издержек в виде расходов на оплату услуг представителя, если этот размер носит явно неразумный (чрезмерный) характер, в том числе и в тех случаях, когда другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, при этом суд не вправе уменьшать его произвольно без приведения соответствующей мотивировки.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

При неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику – пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) (п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1).

Пунктом 21 указанного постановления Пленума предусмотрено, что положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении, в том числе иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Определяя размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя, с учетом положений статей 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, учитывает категорию и сложность спора, значимость защищаемого права, объем оказанных представителем истца услуг по подготовке документов, продолжительность проведенных по делу судебных заседаний, требования разумности и справедливости. Поскольку ответчиком относимых и допустимых доказательств несоответствия фактически понесенных расходов тем ценам, которые сложились на соответствующем рынке услуг, не представлено, суд полагает разумным, соответствующим принципу достижения баланса процессуальных прав и обязанностей сторон взыскание с ООО «МУЖСК» размера расходов на оплату услуг представителя в полном объеме, то есть в сумме 70 000 рублей.

Однако учитывая, что имущественные требования истца удовлетворены частично (на 9,28%), с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя в размере 6 496 рублей.

Кроме того, общество является юридическим лицом, доказательств того, что взыскание указанной суммы существенным образом нарушит его материальное положение, также не представлено.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика полежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден при подаче искового заявления исчисленная в соответствии со статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО8 к обществу с ограниченной ответственностью «Мурманское управление жилищно-сервисным комплексом» о взыскании компенсации морального вреда, убытков, утраченного заработка – удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мурманское управление жилищно-сервисным комплексом» (ИНН ***) в пользу ФИО8 (*** г.р., ИНН ***) в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей, утраченный заработок в размере 62 327 (шестьдесят две тысячи триста двадцать семь) рублей 21 копейка, штраф в размере 71 163 (семьдесят одна тысяча сто шестьдесят три) рубля 60 копеек, а также расходы по оплате услуг представителя в размере 6 496 (шесть тысяч четыреста девяносто шесть) рублей.

В остальной части исковые требования ФИО8 к обществу с ограниченной ответственностью «Мурманское управление жилищно-сервисным комплексом» о взыскании компенсации морального вреда, убытков, утраченного заработка – оставить без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мурманское управление жилищно-сервисным комплексом» (ИНН ***) в доход местного бюджета муниципального образования города Мурманска государственную пошлину в размере 7 000 (семь тысяч) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Первомайский районный суд г. Мурманска в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судебные постановления могут быть обжалованы в суд кассационной инстанции в течение трех месяцев со дня их вступления в законную силу при условии, что были исчерпаны иные установленные ГПК РФ способы обжалования судебного постановления до дня его вступления в законную силу.

Судья М.Ю. Жукова