Дело № 2-167/2023 (33-7579/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 17.08.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Панкратовой Н.А.,

судей Майоровой Н.В.,

Хазиевой Е.М.,

при помощнике судьи Мышко А.Ю., при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 о возмещении ущерба, по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Полевского городского суда Свердловской области от 20.02.2023.

Заслушав доклад судьи Хазиевой Е.М., объяснения истцов ФИО1 и ФИО2, представителя истцов ФИО4, представителя ответчика ФИО5, судебная коллегия

установила:

ФИО1 и ФИО2 (истцы) обратились в суд с иском к ФИО3 (ответчик) о возмещение имущественного ущерба в сумме 577349 руб., а также расходов на оценку специалистом ущерба в сумме 35000 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в сумме 9324 руб. В обосновании иска указано, что <дата> по адресу квартиры, находящейся в собственности истцов Б-вых: <адрес>, - произошел пожар, ответственность за который лежит на ФИО3, проживавшим в квартире. В тот день истец ФИО1 ушла на работу, ответчик ФИО3 оставил на плите самогонный аппарат, ушел в жилую комнату и заснул. Оставленный без присмотра аппарат вызвал пожар.

В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО3 иск не признал, указав на то, что часть ремонта после пожара производил он за свой счет. Истцы Б-вы пояснили, что потолок и пол в кухне отремонтированы ответчиком за счет купленных истцами материалов, ответчиком вставлена входная дверь, которую тоже купили истцы, ответчиком отштукатурены стены, а также ответчиком в составе бригады произведена очистка квартиры после пожара.

Решением Полевского городского суда Свердловской области от 20.02.2023 иск удовлетворен частично. Постановлено (с учетом определения судьи Полевского городского суда Свердловской области от 28.02.2023 об исправлении арифметической ошибки) взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 возмещение ущерба в сумме 273237 руб. 54 коп., судебные расходы по уплате пошлины в сумме 4412 руб. 69 коп. и по оплате услуг специалиста в сумме 33128 руб. 36 коп.; взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 возмещение ущерба в сумме 273237 руб. 54 коп., судебные расходы по уплате пошлины в сумме 4412 руб. 69 коп.

С таким решением не согласился ответчик ФИО3, который в апелляционной жалобе поставил вопрос об отмене судебного решения. В обоснование апелляционной жалобы указано на то, что судом первой инстанции на дано должной оценки тому, что ФИО3 и ФИО1 вместе занимались самогоноварением, что восстановление квартиры произведено в основном силами ФИО3 Представленное с иском заключение специалиста не свидетельствует о реальных затратах истцов, ку тому же имеет ряд существенных недостатков, в том числе по расчету площади квартиры, что непосредственно влияет на объем и стоимость посчитанных материалов и работ.

В суде апелляционной инстанции 18.05.2023 представитель ответчика ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы, представив контррасчеты по калькуляции специалиста истцов и завив ходатайство о назначении судебной оценочной экспертизы. После перерыва 25.05.2023 дополнительно заявил о фальсификации представленной истцами накладной, на что стороной истцов представлены возражения. Истцы Б-вы и их представитель возражали против удовлетворения апелляционной жалобы. После перерыва 25.05.2023 представить истцов возражал против ходатайства о назначении судебной экспертизы; контррасчет не представил, пояснив о том, что, по приблизительным подсчетам, стоимость отделочных и расходных материалов составила 230000 руб., а стоимость ремонтно-восстановительных работ составила 141000 руб. На вопросы судебной коллегии сторона истцов уточнила, что пол и потолок на кухне делал ответчик, их потом не переделывали, ответчиком вставлена входная дверь, заштукатурены все стены в квартиры (без финальной шпатлевки и грунтовки), бригадой с ответчиком произведена очистка квартиры после пожара. Представители сторон признали, что вместо посчитанного специалистом материалам пола кухни (паркет и линолеум) ответчиком выстлана плитка.

После получения заключения судебной экспертизы и возобновления апелляционного производства, в суде апелляционной инстанции 04.08.2023 представитель ответчика ФИО3 представил расчет произведенных ответчиком работ по расчету эксперта, а истцы Б-вы заявили о необходимости дополнительного времени для определения процессуальной позиции. В суде апелляционной инстанции 17.08.2023 истцы Б-вы и их представитель предоставили возражения по самому расчету эксперта.

Ответчик ФИО3 в суд апелляционной инстанции не явился, направил своего полномочного представителя, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие. Учитывая, что в материалах дела имеются доказательства заблаговременного его извещения о судебном заседании, в том числе путем телефонограммы при наличии согласия, а также публикации сведений о заседании на официальном сайте суда, а также что его интересы представляет в судебном заседании полномочный представитель по доверенности, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав явившихся лиц, исследовав материалы гражданского дела, включая заключение назначенной в ходе апелляционного производства судебной экспертизы, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в пределах доводов апелляционной жалобы ответчика, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков (ущерба) истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (ущерба). В свою очередь, ответчик представляет контрдоказательства того, что вред причинен не по его вине. Вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

По материалам гражданского дела, в рамках которого судом первой инстанции истребован отказной материал по факту пожара, установлено и ответчиком не отрицается, что <дата> в принадлежащей истцам Б-вым квартире произошел пожар вследствие взрыва самогонного аппарата, оставленного без присмотра ответчиком ФИО3 на включенной газовой плите. Проживавший вместе с истцом ФИО1 ответчик ФИО3, будучи в квартире один, поставил самогонный аппарат на газовую плиту в кухне, активировал плиту, потом ушел в комнату и уснул, оставив без контроля процесс самогоноварения. В результате пожара выгорела кухня, а также пострадали другие помещения квартиры.

Из приведенных обстоятельств очевидны как надлежащий ответчик по деликтному спору и его вина в форме грубой неосторожности, так и наличие имущественного ущерба на стороне истцов – сособственников квартиры, поврежденной пожаром. Соответствующее признание ответчика фактических обстоятельств зафиксировано в его собственных объяснениях дознавателю (л.д. 148-149 тома 1), подтвержденных в ходе доследственной проверки с осмотром места происшествия, опросом граждан и т.п. (постановление об отказе в возбуждении уголовного дела – л.д. 126-127 тома 1). А также в протоколе заседания суда первой инстанции (л.д. 25 тома 2), что принимается в порядке ч. 2 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В нарушение ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено доказательств того, что вред причинен не по его вине. Ссылка стороны ответчика на то, что сторона истцов знала о самогоноварении, не составляет искомых доказательств, поскольку в момент происшествия ответчик находился в квартире один, он самостоятельно поставил самогонный аппарат на газовую плиту и активировал ее, оставив впоследствии без присмотра.

В рамках апелляционного производства актуален спор по размеру подлежащего компенсации имущественного ущерба, который в силу ст.ст. 6 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений п. 12 вышепоименованного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 должен быть установлен с разумной степенью достоверности. В удовлетворении требования о возмещении убытков (ущерба) не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков (ущерба) определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Как разъяснено в п. 13 вышепоименованного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

В основу обжалуемого ответчиком судебного решения положена представленная истцами оценка ущерба по заключению специалиста ООО «Независимая оценка и экспертиза» ( / / )7 <№> от <дата> (л.д. 17-103 тома 1). Вопрос о назначении судебной оценочной экспертизы судом первой инстанции должны образом не ставился, несмотря на наличие соответствующих возражений со стороны ответчика (л.д. 46-47 тома 2), - в нарушение требований ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки и техники суд назначает экспертизу. При постановлении обжалуемого ответчиком решения судом первой инстанции заключение специалиста стороны истцов принято без какой-либо оценки возражений стороны ответчика по объему посчитанного специалистом ремонта (л.д. 72 тома 2).

Вместе с тем представленное истцами заключение специалиста имеет ряд существенных недостатков. Так, несмотря на имеющиеся в приложении данного заключения параметры квартиры, площадь жилой комнаты определена в 22,7 кв.м. вместо 19,5 кв.м. (л.д. 34, 43, 100 тома 1). Подобная ошибка непосредственно повлияла на объем работ и материалов по полу, потолку и стенам помещений.

Кроме того, принятый в расчет специалистом материал пола кухни (паркет и линолеум) очевидно не соответствует фактическим обстоятельства дела. Как признали сами стороны спора, материал пола в кухне – плитка, который был и на момент проведения поименованным специалистом оценки.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что судом первой инстанции в нарушение ст.ст. 195, 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не создано надлежащих условий для разрешения деликтного спора, когда необходимо установить все юридически значимые обстоятельства, среди которых и оспариваемый ответчиком размер заявленного ко взысканию с него ущерба. Поэтому судебной коллегией по ходатайству подателя апелляционной жалобы (л.д. 146-147 тома 2) назначена судебная оценочная экспертиза (л.д. 172-175 тома 2).

В основу вопросов на судебную экспертизу судебной коллегией принят общий вопрос заключения специалиста истцов (л.д. 53 тома 1) о среднерыночной стоимости ремонтно-восстановительных работ квартиры от повреждений, полученных в результате пожара (в том числе залива при тушении), на дату проведения экспертизы. Поскольку в соответствии со ст.ст. 15, 393, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлению подлежит актуальная стоимость восстановительного ремонта сгоревшей квартиры, определяемая по рыночным ценам в субъекте Российской Федерации с учетом приобретения новых материалов для данного ремонта. Учтены пояснения обеих сторон о том, что ремонт произведен частично своими силами, всех чеков на работы и материалы не имеется. Дополнительно обозначено, согласно признанию сторонами фактических обстоятельств в порядке ч. 2 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, что материал пола кухни не паркет и (или) линолеум, как посчитано специалистом стороны истцов, а плитка.

Второй предложенный ответчиком вопрос об определении стоимости восстановительного ремонта, выполненных ответчиком (в соответствии с материалами гражданского дела, в том числе показаниями свидетелей, истцов, ответчика, имеющихся в аудиозаписях судебных заседаний) (л.д. 146-147 тома 2) судебной коллегией отклонен. Поскольку при наличии разногласий сторон по объему произведенного именно ответчиком фактического ремонта испрошенные ответчиком как подателем апелляционной жалобы обстоятельства подлежат установлению не экспертами, а судом в порядке ст.ст. 55, 67, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно заключению судебной оценочной экспертизы эксперта ООО «Урал-Инвест-Оценка» ( / / )8 <№> от <дата> (с учетом пояснения об очевидной арифметической ошибке – л.д. 4-87, 102 тома 3), среднерыночная стоимость восстановительного ремонта квартиры от повреждений, причиненных в результате пожара, на дату проведения экспертизы составляет округленно 416022 руб. (320838 руб. стоимости работ по таблице № 3 + 95183 руб. 70 коп. стоимости материалов по таблице № 6). Описание повреждений элементов отделки, возникших в результате пожара и сохранившихся до проведения натурных исследований в квартире, их месторасположение, а также качественные и количественные характеристики представлены в таблице № 1. Номенклатура (виды) и объемы работ, необходимых для восстановительного ремонта квартиры, приведены в таблице № 2. Стоимость замены пола в кухне определена экспертом отдельно и составляет 25584 руб. (13152 руб. стоимости монтажа плитки по таблице № 4 + 12432 руб. стоимости материала по дополнению к таблице № 6). В общую стоимость восстановительного ремонта квартиры (таблица № 3) включена отделка, которая была в кухне на момент, предшествующий происшествию (линолеум на бетонной стяжке).

Со стороны ответчика ФИО3 заключение не оспаривается.

Со стороны истцов Б-вых представлены письменные возражения (л.д. 150 тома 3), которые не выдерживают проверки имеющимися объективными данными. Так, площадь кухни принята в размере 7,62 кв.м. по фактическим замерам, вместо 7,9 кв.м. кадастровой (с учетом претензий к заключению специалиста истцов). Утверждение истцов о том, что окно в комнате полностью выгорело не соответствует фотографии, на которую они сами ссылаются (л.д. 67 тома 1): по ней очевидно наличие запотевших стекол и несгоревшая рама (штора «продета» только в форточку). Окно в кухне, где был очаг пожара, поставлено судебным экспертом «под замену» в комплекте. Указание истцов на наличие двух настенных светильников именно в кухне не подтверждено (фотоматериалы на л.д. 65 тома 1 не содержат привязки к месту), к тому же экспертом по кухне посчитан достаточный объем необходимого освещения в виде потолочного светильника. К тому же со стороны истцов признаны работы ответчика по полному ремонту потолка и пола на кухне, что нивелирует их замечания по площади кухни на полу и освещению. К возражениям истцов относительно отсутствия расчета экспертом противогрибковой обработке судебная коллегия относится критично: после пожара произведена своевременная уборка квартиры и начат ремонт, как заявляют сами истцы, что предполагает надлежащую просушку квартиры и исключает образование грибка; о производстве самими истцами противогрибковой обработки перед началом ремонта не заявляется, как не заявляется о наличии соответствующих проблем после произведенного в большей части ремонта.

Судебная коллегия повторно отмечает, что в силу ст.ст. 15, 393, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, несмотря на наличие признаваемого и подтверждаемого частичного ремонта квартиры, потерпевшая сторона истцов вправе претендовать на взыскание актуальной среднерыночной стоимости восстановительного ремонта квартиры. Поскольку в состав ущерба входят не только фактически понесенные расходы, но и предстоящие расходы, несмотря на то, что стоимость имущества может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. А по представленным сторонами отдельным сведениям о закупке материалов не представляется возможным установить полную общую картину необходимого восстановительного ремонта квартиры. То обстоятельство, что ремонт на момент рассмотрения спора не завершен, очевидно из представленных ответчиком фотоматериалов и его пояснений (л.д. 18-19, 25 тома 2).

Поскольку при вышеуказанных обстоятельствах в основу расчета имущественного ущерба принимается проверенная судебным экспертом среднерыночная стоимость восстановительного ремонта квартиры истцов, которые не заявляют требований о компенсации фактически понесенных ими расходов (в отсутствии отчасти таковых к моменту судебного решения), заявление ответчика о фальсификации представленной истцами накладной на приобретение кабеля, розетки, выключателя и т.п. (заявление и возражения на него - л.д. 156-164 тома 2) отклоняется. Судебная коллегия дополнительно отмечает, что оспаривание товарных документов истцов не снимает с ответчика бремени доказывания приобретения аналогичных товаров за собственных счет.

В то же время судебная коллегия полагает аргументированным заявление ответчика о необходимости учета признания истцами объема произведенных ответчиком работ. Нельзя проигнорировать признание стороной истцов произведенных ответчиком работ, что уменьшает присуждаемый с ответчика размер имущественного ущерба. В силу ч. 2 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств. Приведенные подлежащие применению нормативные положения, как вено указано ответчиком в апелляционной жалобе, суд первой инстанции не применил.

Согласно протоколам судебных заседаний суда первой инстанции (л.д. 53-56 тома 2) и суда апелляционной инстанции (л.д. 166-168 тома 2), стороной истцов Б-вых признано, что ответчиком ФИО3 с бригадой произведена очистка квартиры после пожара, заштукатурены все стены квартиры, но без грунтовки и финишной шпаклевки, после чего истцами наклеены обои; ответчиком ФИО3 произведены ремонт пола и потолка помещения кухни полностью, в настоящее время помещение используется без дополнительного ремонта пола и потолка; ответчиком ФИО3 вставлена купленная истцами входная дверь.

С учетом изложенного из совершенного судебным экспертом расчета (таблица № 3 о стоимости работ – л.д. 29-37 тома 3) исключаются следующие позиции:

стены комнаты: демонтаж штукатурки 9914 руб., грунтование стен 5871 руб., оштукатуривание стен 19829 руб. (всего на 35614 руб.);

потолок кухни полностью, всего на 13493 руб.;

стены кухни: расчистка штукатурного слоя 6662 руб., грунтование стен 3749 руб., оштукатуривание стен 12661 руб. (всего на 23072 руб.);

пол кухни: демонтаж линолеума 617 руб., монтаж линолеума 2675 руб. (всего на 3292 руб.);

стены коридора: расчистка штукатурного слоя 5638 руб., грунтование стен 3173 руб., оштукатуривание стен 10715 руб. (всего на 19526 руб.);

демонтаж дверного блока входного 575 руб., монтаж дверного блока входного 5500 руб. (всего на 6075 руб.);

вывоз мусора после пожара: 10933 руб. / 2 шт. = 5466 руб. 50 коп. (экспертом расчет основан на целых единицах вывоза мусора после пожара и вывоза мусора после ремонта, без площади);

клининговые услуги после пожара полностью, всего на 12371 руб.;

клининговые услуги после ремонта: 141 руб. за единицу площади * 7,62 площади помещения кухни = 1074 руб. 42 коп.

Отмывка стен санузла, а также отмывка лоджии, по объяснениям сторон спора, ответчиком ФИО3 не производилось, поэтому не исключается из расчета. За отсутствием иного (по целым единицам измерений) вывоз мусора после ремонта ответчиком кухни (полностью потолок и пол, стены до финишной шпатлевки) не исключается, но исключается клининговые услуги (по метражу, что доступно к перерасчету).

Дополнительно с признанием сторонами изменения покрытия помещения кухни (вместо линолеума фактически уложена плитка) замена пола помещения кухни посчитана судебным экспертом отдельно (25584 руб. стоимости работ и материала, вне общей суммы 416022 руб. – л.д. 38, 41, 42 тома 3), поэтому просто во внимание не принимается. О том, что в общем расчете посчитан демонтаж и монтаж на полу помещения кухни линолеума, указано экспертом: соответствующие суммы вычтены.

Поскольку ответчиком ФИО3 произведено очистка и оштукатуривание стен, после чего, как признают истцы Б-вы, они подготовили стены к оклейке обоями и наклеили обои. Оснований для включения в присуждаемый с ответчика размер ущерба стоимости работ по грунтовке стен не имеется. Грунтовка стен производится технологически после расчистки старой штукатурки и до нового оштукатуривание стен (расчистка – грунтование – оштукатуривание – шпатлевание – оклейка обоями). В отсутствие доказательств иного (документированного приобретение грунтовки и (или) повторного оштукатуривания) предполагается, что истцы Б-вы приняли работу ответчика ФИО3 вплоть до финишного шпатлевания стен перед оклеивания обоями.

В этой связи исключению из общей стоимости восстановительного ремонта подлежит также стоимость грунтовки на сумму 409 руб. (41,1*996/100) из 996 руб. общей стоимости грунтовки по таблице № 6 (л.д. 40 тома 3). Пропорция определена из общего объема работ с использованием грунтовки по таблице № 5 (л.д. 39 тома 2) и объема исключенных работ по вышеуказанной таблице № 3. Кроме того, исключается доставка материалов на сумму 3000 руб., поскольку сведений о заказе доставки материалов сторонами не представлено; тяжеловесные материалы (плитка и т.п.) доставлялись ответчиком, что стороной истцов не отрицается.

Таким образом, из общей расчетной стоимости восстановительного ремонта квартиры 416022 руб. исключается стоимость работ по уборке и вывозу мусора после пожара (5466 руб. 50 коп. + 12371 руб. + 1074 руб. 42 коп.), полному ремонту потолка и пола помещения кухни (13493 руб. + 3292 руб.), замене входной двери (6075 руб.), частичному ремонту стен помещений комнаты, кухни и коридора (35614 руб. + 23072 руб. + 19526 руб.), всего на общую сумму 119983 руб. 92 коп. Также исключается стоимость части грунтовки и заказ доставки материалов на общую сумму 3409 руб. 06 коп. (409 руб. 06 коп. + 3000 руб.). В итоге подлежащая компенсации ответчиком расчетная стоимость ремонта квартиры составляет 292628 руб. 42 коп.

Оснований для дополнительного исключения других сумм, эквивалентных закупленным материалами или выполненным работам не имеется.

По представленной ответчиком банковской выписке (с рукописными отметками о покупке материалов) (л.д. 4-17 тома 2) установить приобретение заявленных ответчиком материалов и именно для данного ремонта не представляется возможным.

Товарная накладная на покупку керамической плитки на сумму 1382 руб. 40 коп. (л.д. 20 тома 2) не учитывается, поскольку работы и материалы по полу помещения кухни уже вычтены в составе суммы 3292 руб. (стоимость укладки плитки с материалов 25584 руб. судебным экспертом посчитана отдельно и изначально в состав компенсации не включена).

Представленный с актом договор подряда на монтаж натяжного потолка в помещении 7,9 кв.м. на 7110 руб. (л.д. 21-22 тома 2) тоже не учитывается, не только за отсутствием платежного документа (по месяцу работ и сумме не имеется совпадений также с банковской выпиской), но и в связи с тем, что работы и материалы по потолку помещения кухни уже вычтены в составе суммы 13493 руб. В помещении комнаты потолок не установлен (фото – л.д. 18 тома 2).

Свидетельскими показаниями знакомых и сына ответчика, с которыми производились уборка и ремонт (л.д. 27-29, 62 тома 2), каких-либо конкретных и проверяемых другими доказательствами фактических обстоятельств, помимо уборки квартиры после пожара и укладки плитки помещения кухни, не приведено.

Других контрдоказательств со стороны ответчика не представлено.

Представленные ответчиком товарные документы и основная часть показаний свидетелей – знакомых ответчика совпадают с признанными истцами фактами выполнения силами ответчика уборки квартиры после пожара и отдельных ремонтных работ. Поэтому установленные посредством судебной экспертизы об оценке ущерба и признания истцами фактических обстоятельств уменьшения ответчиком ущерба позволяют с разумной степенью достоверности, согласно п. 1 ст. 6 и п. 5 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений п. 12 вышепоименованного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, установить размер присуждаемого с ответчика в пользу истцов имущественного ущерба.

Надлежащих контрдоказательств, согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений п. 12 вышепоименованного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, необходимых и достаточных для дополнительного уменьшения присуждаемого размера ущерба со стороны ответчика не представлено. По спорным категориям работ и материалов, например, грунтовка и оштукатуривание потолков, демонтаж и монтаж розеток, выключателей и т.п., монтаж окна помещения кухни, покупка шпаклевки и краски, линолеума и т.д., ничего, кроме объяснений ответчика, общих объяснений свидетелей ответчика и банковской выписки без назначения переводов, не представлено (пояснения – расчет стороны ответчика по расчетам судебного эксперта – л.д. 131-141 тома 3).

При изложенных обстоятельствах, поскольку итоговый вывод суда первой инстанции о размере подлежащего возмещению за счет ответчика ущерба не соответствует фактическим обстоятельствам дела, то обжалуемое ответчиком судебное решение подлежит изменению. С определением ко взысканию возмещения имущественного ущерба в общей сумме 292628 руб. 42 коп., т.е. по 146314 руб. 21 коп. каждому истцу – равно долевому собственнику поврежденной пожаром квартиры (л.д. 152, 154 тома 1) согласно ч. 1 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и ст.ст. 246, 249 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, в соответствии с чч. 1 и 3 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации перераспределяются присужденные судом первой инстанции судебные расходы, пропорционально заявленным имущественным исковым требованиям (577349 руб. заявленных против 292628 руб. 42 коп. удовлетворенных, что составляет 50,68%). Соответственно, с ответчика в пользу обоих истцов Б-вых подлежат компенсации их расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение имущественного иска (л.д. 7 и 9 тома 1), по 2362 руб. 70 коп. (4662 руб. * 50,68%). А истцу ФИО2 еще и судебные расходы по оплате услуг специалиста по оценке ущерба (л.д. 104, 105-108 тома 1), в сумме 17738 руб. (35000 руб. * 50,68%).

В связи с последним судебная коллегия отмечает, что указанные расходы по досудебной оценке совершены обоснованно, для подтверждения основания и цены иска, что соответствует требованиям ст.ст. 88, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений пп. 2, 10, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» и схожих разъяснений п. 134 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» об отнесении стоимости досудебной оценки к судебным расходам независимо от факта проведения по аналогичным вопросам судебной экспертизы.

В соответствии с чч. 1 и 2 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия распределяет судебные расходы ответчика по оплате судебной экспертизы, назначенной по ходатайству ответчика в ходе апелляционного производства, в сумме 30000 руб. (л.д. 171 тома 2, л.д. 144 тома 3). Данные расходы подлежат компенсации обоими истцами также пропорционально, по 7398 руб. 00 коп., исходя из расчета: (30000 руб. – 30000 руб. * 50,68%) / 2.

Также по 75 руб. (150 руб. / 2) ими подлежит компенсация судебных расходов ответчика по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы (л.д. 93 тома 2). Поскольку указанная пошлина уплачивается аналогично пошлине за рассмотрение неимущественного иска, согласно подп. 3 и 9 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации в сумме 150 руб., то вышеуказанная пропорция не применяется, согласно схожим разъяснениям п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела». А излишне уплаченная ответчиком пошлина в сумме 150 руб. из 300 руб. (л.д. 93 тома 2) подлежит возврату ответчику из бюджета, согласно ст. 90 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и подп. 1 п. 1 ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. 327.1, п. 2 ст. 328, ст. 329, п. 3 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционную жалобу ответчика ФИО3 удовлетворить частично.

Решение Полевского городского суда Свердловской области от 20.02.2023 изменить в части взысканных сумм, изловив резолютивную часть решения (абзацы второй и третий) в следующей редакции.

Взыскать с ФИО3 (паспорт <№> в пользу ФИО2 (паспорт <№> возмещение ущерба в сумме 146314 (Сто сорок шесть тысяч триста четырнадцать) руб. 21 коп., судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2362 (Две тысячи триста шестьдесят два) руб. 70 коп., судебные расходы по оплате услуг специалиста в сумме 17738 (Семнадцать тысяч семьсот тридцать восемь) руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО3 (паспорт <№> в пользу ФИО1 (паспорт <№> возмещение ущерба в сумме 146314 (Сто сорок шесть тысяч триста четырнадцать) руб. 21 коп., судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2362 (Две тысячи триста шестьдесят два) руб. 70 коп.

Взыскать с ФИО2 (паспорт <№> в пользу ФИО3 (паспорт <№>) судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в сумме 75 (Семьдесят пять) руб. 00 коп., судебные расходы по оплате назначенной в ходе апелляционного производства судебной экспертизы в сумме 7398 (Семь тысяч триста девяносто восемь) руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО1 (паспорт <№> в пользу ФИО3 (паспорт <№> судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в сумме 75 (Семьдесят пять) руб. 00 коп., судебные расходы по оплате назначенной в ходе апелляционного производства судебной экспертизы в сумме 7398 (Семь тысяч триста девяносто восемь) руб. 00 коп.

Возвратить ФИО3 (паспорт <№> из бюджета государственную пошлину в сумме 150 (Сто пятьдесят) руб. 00 коп., излишне уплаченную по чеку-ордеру от <дата> в составе суммы 300 руб. 00 коп.

Председательствующий: Н.А. Панкратова

Судьи: Н.В. Майорова

Е.М. Хазиева