Решение по делу № 2-7989/2022 от 19.12.2022 - о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

Дело № 2-7989/2022

РЕШЕНИЕ СУДА

Именем Российской Федерации

г. Балашиха Московской области 19 декабря 2022 г.

Балашихинский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Лебедева Д.И.

при секретаре судебного заседания Тонких А.Ю.,

с участием прокурора Соковой Д.А., истца ФИО1, представителя истца Соколовой О.А., представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному бюджетному учреждению здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в городе Москве» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

Установил:

Истец ФИО1 предъявил к ответчику Федеральному бюджетному учреждению здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в городе Москве» иск, в котором просит суд восстановить его на работе у ответчика в должности врача по общей гигиене санитарно-гигиенической лаборатории отделения исследования воздуха и физических факторов; взыскать в его пользу с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула с 06 сентября 2022 года по день восстановления на работе; взыскать в его пользу с ответчика моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя в денежной форме в размере, определяемом судом согласно ч. 2 ст. 237 ТК РФ.

В обоснование иска указано о том, что 23 апреля 2013 года они заключили трудовой договор, в соответствии с которым он был принят на работу к ответчику на должность врача по общей гигиене санитарно-гигиенической лаборатории отделения исследования воздуха и физических факторов. Приказом № <данные изъяты> от 05 сентября 2022 года он был уволен на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работника. Заявление об увольнении он написал по принуждению, он не имел намерений увольняться и уходить с должности, а заявление об уходе написал в состоянии аффекта, находясь под психологическим давлением со стороны руководства, а именно: со стороны руководителя отделения ФИО3, специалиста по кадрам ФИО4, юрисконсульта ФИО5. Его увольнение является незаконным. 04 июля 2022 года он вышел на работу из отпуска, написал отчет о своей профессиональной деятельности за последние пять лет. Данный отчет был возвращен на доработку. 13 июля 2022 года ему было выдано уведомление о том, что до 18 июля 2022 года письменное объяснение о нарушении сроков подачи документов в аккредитационную комиссию для проведения периодической аккредитации специалистов. 18 июля 2022 года его вызвали к специалисту по кадрам ФИО4, где уже находилась зав. СГЛ ФИО3 и юрисконсульт ФИО5. На этом совещании ему заявили, что в связи с несвоевременной подачей отчета он отстраняется от работы, и будет уволен по дискредитирующей статье Трудового кодекса. Ему предложили написать заявление об отпуске за свой счет 15 июля 2022 года до 05 августа 2022 года для того, чтобы переписать отчет о профессиональной деятельности. За данный период он несколько раз давал на проверку свой отчет ФИО6, но каждый раз она находила возможность заявить ему какие-нибудь формальные придирки. 05 августа 2022 года в прежнем составе ему опять предложили взять отпуск за своей счет до 31 августа 2022 года, и снова при проверке отчетов находили новые недочеты, и предъявляли к нему новые требования. Во время отпуска он приходил на рабочее место для подготовки отчета, но ему препятствовали в этом, и требовали уйти. Когда он 30 августа 2022 года пришел на рабочее место, его вызвали к специалисту по кадрам ФИО4, где уже находились зав. СГЛ ФИО3 и юрисконсульт ФИО5. В состоявшемся разговоре ему несколько раз угрожали увольнением по дискредитирующей статьей ТК РФ, так как отчет им так и не подготовлен, на что он попросил продлить отпуск за свой счет, но ему отказали, так как зав. СГЛ ФИО3 заявила, что он все-равно, ни при каких обстоятельствах не одобрит и не подпишет его отчет. Затем они стали говорить ему про отстранение от должности, и что он достоин только места сантехника или консьержки. Не выдержав психологического давления и оскорблений со стороны указанных сотрудников ответчика, он в эмоциональном стрессе от творящейся несправедливости, находясь в состоянии аффекта, написал заявление об уходе не по собственной воле, а по принуждению сотрудников ответчика. Кроме того, ответчик уволил его без отработки двух недель, тем самым ответчик лишил его возможности воспользоваться своим правом на отзыв своего заявления об увольнении (л.д. 4-6).

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель по доверенности (л.д. 91-92; 155-156; 162-163; 174) - адвокат Соколова О.А. иск поддержали, просили суд удовлетворить иск в полном объеме по изложенным в заявлении доводам.

Представитель ответчика Федерального бюджетного учреждения здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в городе Москве» по доверенности (л.д. 34) - ФИО2 иск не признала, просила суд отказать в удовлетворении иска в полном объеме по доводам представленного в дело письменного отзыва на исковое заявление (л.д. 35-38).

Участвующая в судебном заседании прокурор Сокова Д.А. дала заключение, согласно которого полагала иск обоснованным, и подлежащим удовлетворению, поскольку была нарушена процедура увольнения, истцу не было разъяснено его право отозвать заявление об увольнении. Также полагала установленным факт конфликтных отношений между истцом и представителями работодателя, и полагала возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

Выслушав мнение истца и его представителя, мнение представителя ответчика, заключение прокурора, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Исходя из положений ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности.

Защита гражданских прав осуществляется, в числе иных способов, путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; присуждения к исполнению обязанности в натуре; возмещения убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда, иными способами, предусмотренными законом, что установлено ст. 12 ГК РФ.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Положениями ст.ст. 1099, 1100, 1101 ГК РФ определено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 ГК РФ. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с ТК РФ.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором.

Как следует из положений ст. 56 ТК РФ, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу положений ст. 58 ТК РФ трудовые договоры могут заключаться на неопределенный срок; на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен ТК РФ и иными федеральными законами.

Согласно ст. 66 ТК РФ трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Общие основания прекращения трудового договора определены ст. 77 ТК РФ, согласно которой основаниями прекращения трудового договора являются, в числе иных, расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 ТК РФ).

Согласно ст. 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении. В случаях, когда заявление работника об увольнении по его инициативе (по собственному желанию) обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательную организацию, выход на пенсию и другие случаи), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника. До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора. По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у данного работодателя, выдать другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет. Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается.

Как установлено ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из материалов гражданского дела следует, что 23 апреля 2013 года Федеральное бюджетное учреждение здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в городе Москве» (работодатель) и ФИО1 (работник) заключили трудовой договор № 25, в соответствии с которым истец был принят на работу к ответчику (л.д. 40-41).

В дальнейшем к указанному трудовому договору были заключены дополнительные соглашения, согласно которым в связи с переводом работника на 0,5 ставки с 01 марта 2019 года истцу установлена 19,5 часовая неделя с 5 рабочими днями и 2 выходными днями. Ежедневный рабочий день продолжительностью 3.9 часа, 09-00 до 12-54. Работнику устанавливается должной оклад в размере 3563 рублей и выплаты по повышающим коэффициентам к окладу (л.д. 42-48).

05 мая 2022 года ФИО1 вручено письменное уведомление о необходимости предоставить в кадры документы, свидетельствующие прохождение аккредитации специалиста, либо копию уведомления о том, что документы сданы в аккредитационную комиссию для проведения периодической аккредитации специалистов.

В период с 10 марта 2022 года по 31 марта 2022 года, с 18 июля 2022 года по 05 августа 2022 года, с 08 августа 2022 года по 31 августа 2022 года ФИО1 находился в отпуске без сохранения заработной платы. С 14 июня 2022 года по 04 июля 2022 года ФИО1 находился в ежегодном основном оплачиваемом отпуске.

30 августа 2022 года истец подал заявление, в котором просил уволить его по собственному желанию с 05 сентября 2022 года (л.д. 79).

В соответствии с приказом (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № 92-лс от 05 сентября 2022 года прекращено действие трудового договора от 23 апреля 2013 года № 25, ФИО1 уволен 05 сентября 2022 года в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, основание – заявление ФИО1.

Данные обстоятельства подтверждены надлежащими письменными доказательствами (л.д. 7-23; 24; 39; 58; 59; 60-61; 64; 65; 66; 67; 68; 69; 70; 71; 72; 73-74; 76; 78; 151), и не опровергнуты сторонами.

При этом, ранее, 29 августа 2022 года истец подал заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы на 01, 02, 05 сентября 2022 года по семейным обстоятельствам (л.д. 75).

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <...> зарегистрирован по месту жительства по адресу: <адрес> (л.д. 80-81; 82).

Истец также представил в дело удостоверение о повышении квалификации в период с 28 октября 2019 года по 25 ноября 2019 года (л.д. 25), удостоверение о повышении квалификации от 12 декабря 2014 года (л.д. 26), сертификат специалиста от 15 декабря 2014 года (л.д. 27), диплом (л.д. 28), отчеты о профессиональной деятельности (л.д. 177-181; 182-187; 188-192; 193-198; 199-204; 205-210; 211-217; 218-223).

Ответчик также представил в дело письменное сообщение «О контроле своевременности аккредитации работников» (л.д. 49), письменное сообщение о прохождении периодической аккредитации (л.д. 50), должностную инструкцию врача по общей гигиене отделения исследования воздуха и физических факторов санитарно-гигиенической лаборатории (л.д. 51-57), приказ о предоставлении отпуска ФИО4 (л.д. 62), график отпусков на 2022 год (л.д. 63), сведения об ознакомлении работников с приказами Минздрава России (л.д. 77), выписку из ЕГРЮЛ в отношении организации (л.д. 98-139), справки о доходах и суммах налога за 2020 и 221 годы (л.д 140; 141), справку об осуществлении истцом трудовой деятельности (л.д. 142), справку о среднем заработке истца (л.д. 143), объяснительную ФИО1 (л.д. 152),

В судебном заседании 14 ноября 2022 года допрошены свидетели ФИО3 и ФИО4 (л.д. 145; 146-149).

Из показаний свидетеля ФИО3 усматривается, что она работает в ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в г. Москве» в лице филиала ФБУЗ «ЦГиЭ в г. Москве» в ВАО г. Москвы в должности заведующей лабораторией. Истец ей знаком, он был ее подчиненным. Их лаборатория состоит из 3-х отделений, он состоял в одном из отделений. У истца не было сертификата или аккредитации на ведение деятельности. Истец работал у них 5 лет. Сертификация должна быть у каждого в их организации, а также в лаборатории. Сертификация у него истекла в 2019 году, потом сертификация была автоматически продлена в связи с пандемией. Период продления был до 01 июля 2022 года. Истец был извещен о том, что необходимо предоставить сертификат или аккредитацию. Аккредитацию выдает аккредитационный центр. Он должен был туда обратиться, и ему должны были ее подтвердить. Она не знает, проходил он эту аккредитацию или нет. Решение об увольнении принимает главный врач. Каждый индивидуально проходит аккредитацию в личном кабинете. Общего порядка направления на аккредитацию от организации у них нет. Другие сотрудники, у кого заканчивалась аккредитация, были извещены под роспись. Истец уволился сам, по своей инициативе. Он должен был написать отчет о своей деятельности за 5 лет и отдать главврачу, ей главврач отдал на редактирование. Она вносила изменения в отчет и отдавала истцу на исправление, он какие-то правки вносил в отчет, какие-то нет. Он полностью не раскрывал свою деятельность в отчете. Главврач должен быть уверен, что отчет деятельности работы соответствует действительности. Про увольнение истца, она пояснить ничего не может. Давления на истца она не оказывала. У истца были нарекания, они лояльно к нему относились. Свое желание об его увольнении она не озвучивала. С него регулярно спрашивали отчет и аккредитацию. Истец пошел в отдел кадров и написал заявление об увольнении, потом нужна была ее резолюция. Он пришел к ней, она написала, что просит уволить истца с определенного числа согласно его воле. Срок отработки сокращённый, он брал часто отпуск за свой счет. Она не предложила ему отработать две недели. Она посчитала возможным уволить его с 05 сентября 2022 года. Увольнение истца было неожиданностью, со ней об увольнении он не говорил. Он работал на полставки, потом вся история с аккредитацией пошла, и он был видимо не в состоянии все двести до конца.

Согласно показаниям свидетеля ФИО4 следует, что она - специалист по кадрам. Неприязни к истцу не испытывает. 30 августа 2022 года истец пришел в отдел кадров, и написал заявление об увольнении по собственному желанию с 05 сентября 2022 года. Он был в адекватном состоянии, спокойный, уравновешенный. О причинах увольнения ничего не пояснил. Подписал заявление собственноручно и отдал его. За время работы нареканий к ФИО1 не было. Она разъяснила ему о возможности отозвать его заявление. Он 30 августа 2022 написал заявление об увольнении, он согласовал срок отработки с заведующей лабораторией. Он написал заявление и пошел за подписью к заведующей лаборатории, а потом принес это заявление ей. На заявлении было написано, что уволить с 05 сентября 2022 года. Почему срок отработки сокращен, она не спрашивала.

Иных доказательств не представлено. Ходатайства лиц, участвующих в деле, судом разрешены.

Оценивая представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд считает рассматриваемый в данном гражданском деле иск обоснованным, поскольку подача ФИО1 заявления об увольнении не являлась добровольным его волеизъявлением, вызвана давлением и принуждением работодателя, и была обусловлена, в числе иного, стечением неблагоприятных для истца обстоятельств.

Из материалов гражданского дела достоверно следует, что в период, предшествовавший подаче данного заявления работодателю, ФИО1 работал на 0,5 ставки по состоянию здоровья, при этом же, длительное время находился в отпуске без сохранения заработной платы.

Кроме того, суд обращает внимание и на то, что заявление об увольнении подано истцом 30 августа 2022 года, однако, 29 августа 2022 года истец подал заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы на 05 сентября 2022 года по семейным обстоятельствам.

Вместе с этим, учитывая, что работник является экономически более слабой стороной в трудовом правоотношении, суд не может считать показания свидетелей, допрошенных в судебном заседании 14 ноября 2022 года, безусловным доказательством для вывода об отказе в удовлетворении рассматриваемого в данном гражданском деле иска.

Кроме того, суд обращает внимание и на то, что стороны не заключали между собой соглашения о расторжении трудового договора до истечения срока предупреждения об увольнении.

Такие действия истца в их совокупности с указанными выше фактическими обстоятельствами данного гражданского дела явно свидетельствуют об отсутствии волеизъявления работника на увольнение. В противном случае фактически имеет место прекращение трудового договора не по инициативе работника, а по инициативе работодателя.

Таким образом, действия ответчика, выразившиеся в понуждении истца к увольнению, и выразившиеся в увольнении истца 05 сентября 2022 года по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, нельзя признать законными.

Нарушенное право ФИО1 на труд подлежит восстановлению путем восстановления истца на работе у ответчика в должности врача по общей гигиене с 06 сентября 2022 года.

При указанных выше обстоятельствах в их совокупности, требование истца о взыскании с ответчика заработной платы за время вынужденного прогула является обоснованным.

Истец не представил суду расчета суммы денежных средств, подлежащей взысканию с ответчика. При этом, ответчик представил суду расчет среднего заработка истца (л.д. 143), который истцом при рассмотрении дела судом по существу не опровергнут.

Суд принимает представленный ответчиком расчет указанных денежных средств, поскольку такой расчет соответствует требованиям закона, условиям заключенного трудового договора (с учетом дополнительных соглашений к трудовому договору), фактическим обстоятельствам данного гражданского дела, а также основан на представленных в дело надлежащих письменных доказательствах.

С учетом изложенного, суд взыскивает в пользу истца с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула за период с 06 сентября 2022 года по 19 декабря 2022 года в размере 36589 рублей 28 копеек.

Поскольку по делу установлены неправомерные действия работодателя, выразившееся в незаконном увольнении работника, требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда является обоснованным.

Исходя из фактических обстоятельств дела, принимая во внимание степень вины ответчика, а также известные из материалов дела сведения о наступивших для истца последствиях неправомерных действий ответчика, суд взыскивает с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей, который отвечает требованиям разумности и справедливости.

Иных требований по данному гражданскому делу не заявлено.

Таким образом, по указанным выше основаниям, рассматриваемый в данном гражданском деле иск подлежит удовлетворению.

В соответствии со ст. 211 ГПК РФ данное решение суда подлежит немедленному исполнению в части восстановления истца на работе.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 – 199, 211 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к Федеральному бюджетному учреждению здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в городе Москве» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда – удовлетворить.

Признать увольнение ФИО1 в соответствии с приказом (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № <данные изъяты> от 05 сентября 2022 года незаконным.

Восстановить ФИО1 на работе в Филиале Федерального бюджетного учреждения здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в городе Москве» в Восточном административном округе города Москвы в Санитарно-гигиенической лаборатории – отделении исследования воздуха и физических факторов в должности врача по общей гигиене с 06 сентября 2022 года.

Взыскать с Федерального бюджетного учреждения здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в городе Москве» в Восточном административном округе города Москвы в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула за период с 06 сентября 2022 года по 19 декабря 2022 года в размере 36589 рублей 28 копеек, компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей, а всего взыскать 51589 рублей 28 копеек.

Решение о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Балашихинский городской суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Д.И. Лебедев

Решение принято судом в окончательной форме 30 декабря 2022 г.

Судья Д.И. Лебедев