Решение по делу № 2-1068/2025 от 26.05.2025

55RS0№-72

Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 мая 2025 года <адрес>

Ленинский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Куяновой Д.А. при секретаре судебного заседания Давидович О.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, к ФИО3, ФИО4 о признании недействительной сделки купли-продажи земельных участков, встречному исковому заявлению ФИО3, ФИО4 к ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ФИО5 о признании сделок недействительными, признании права собственности на объекты недвижимости, встречному исковому заявлению ФИО5 к ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделок недействительными,

Установил:

Истец ФИО1, действующая в интересах несовершеннолетнего ФИО2, обратилась в суд с иском к ФИО4, ФИО3 о признании недействительной сделки купли-продажи земельных участков. В обоснование указано, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 (покупателем) и ФИО7 в лице ФИО3, действующего нa основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенной нотариусом ФИО9 (продавцом), был заключен договор купли-продажи в отношении следующих объектов недвижимости:

- земельный участок с кадастровым номером № площадью 860 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Почтовый адрес ориентира: РФ, <адрес>, Ленинский АО, <адрес>;

- земельный участок с кадастровым номером № площадью 861 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 160 м. по направлению на северо-запад. Почтовый адрес ориентира: РФ, <адрес>, Ленинский АО, <адрес>;

- земельный участок с кадастровым номером №, площадью 860 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Участок находится примерно в 180 м. по направлению на северо-запад Почтовый адрес ориентира: РФ, <адрес>, Ленинский АО, <адрес>;

- земельный участок с кадастровым номером №, площадью 860 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Участок находится примерно в 200 м. по направлению на северо-запад. Почтовый адрес ориентира: РФ, <адрес>, Ленинский АО, <адрес>.

Переход права собственности зарегистрирован в установленном порядке ДД.ММ.ГГГГ. Истец полагает, что заключенная сделка является недействительной. Договор заключен лишь для вида, без намерения создать соответствующие ему правовые последствия. ФИО7 погиб в зоне проведения СВО ДД.ММ.ГГГГ. После его смерти нотариусом ФИО10 открыто наследственное дело. Наследником первой очереди является его сын ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.<адрес> о смерти ФИО7 ФИО3 получил ДД.ММ.ГГГГ по телефону от общего знакомого. Однако ДД.ММ.ГГГГ обратился в МФЦ для регистрации перехода права собственности на основании указанного договора. На момент подачи документов в МФЦ ФИО3 было известно, что доверенность, выданная ему умершим, прекратила свою действие. Полагает, что дата ДД.ММ.ГГГГ указана в договоре купли-продажи произвольно, не соответствует действительной дате подписания договора. Покупателем по спорному договору является супруга ФИО3 Стоимость земельных участков по договору не соответствует действительности, поскольку указана ниже кадастровой, без учета возведенных на них незарегистрированных построек. Ответчики знали о смерти ФИО7 и о том, что подписанный ими договор купли-продажи нарушает права его наследника. При рассмотрении гражданского дела № в Ленинском районном суде в <адрес> в судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 представлял интересы ФИО7, пояснял, что ему не известно о его смерти. Однако ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 присутствовал на его похоронах. Данные обстоятельства подтверждают недобросовестность действий ФИО3 Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 связывался с ФИО1 в социальной сети «В контакте», однако ни в переписке, ни на похоронах не сообщил ей ничего о данных земельных участках и совершенной с ними сделке, а также о рассмотрении дела №. ФИО3 сообщал лишь информацию о личных вещах погибшего, его транспортных средствах, о том, с кем можно связаться для их получения.

Просит признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО6 и ФИО7 в лице представителя ФИО3, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенной нотариусом ФИО9 Применить последствия недействительности сделки, истребовать земельные участки из незаконного владения ФИО4, вернуть в состав наследственного имущества, оставшиеся после смерти ФИО7 следующие земельные участки:

- земельный участок с кадастровым номером № площадью 860 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Участок находится примерно в 200 м. по направлению на северо-запад. Почтовый адрес ориентира: РФ, <адрес>, Ленинский АО, <адрес>.

Во встречном исковом заявлении ФИО3, ФИО4 к ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ФИО5, указано, что ответчик ФИО3 занимается предпринимательской деятельностью по строительству жилых и нежилых зданий, в связи с чем им было создано ДД.ММ.ГГГГ ООО «МЕГА», в котором он является единственным учредителем и генеральным директором. Летом 2020 в <адрес> ФИО3 познакомился с ФИО7 В декабре 2022 г. ФИО7 заключил контракт с вооруженными силами РФ для участия в СВО. В октябре 2023 ФИО7 находился в отпуске. Зная, что ФИО7 является участником СВО, ФИО3 предложил ему формально оформить земельные участки, поскольку участкам СВО предоставляются льготы по подключению к системам электроснабжения и водоснабжения. Выбор спорных участков, организация и заключение сделки по их приобретению, организация подключения и подключение земельных участков к электроснабжению осуществлялось непосредственно ФИО3 поскольку в данный период ФИО7 проходил по контракту службу в вооруженных силах PФ в рамках СВО. Согласно договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 продал, а ФИО11 купил четыре спорных земельных участка. Однако ФИО7 договор купли-продажи не заключал, его не подписывал, расчет по нему не производил. Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ был подписан ФИО5 и ФИО3, расчет по договору также произвел ФИО3 Документы для регистрации права собственности на земельные участки подавались также ФИО5 и ФИО3 При этом у ФИО3 отсутствовала доверенность на совершение от имени ФИО7 сделки купли-продажи земельных участков. Доверенность, выданная ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 на имя ФИО3, не предусматривала полномочия по заключению каких-либо договоров купли-продажи, приобретению в собственность имущества, подачу заявления о государственной регистрации права собственности. Однако государственный регистратор не проверил полномочия ФИО3 Таким образом, данная сделка имеет притворный характер, так как она прикрывает другую сделку с иным субъектным составом на стороне покупателя.

На основании изложенного просит признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО5 и ФИО7 в части, применить последствия недействительности сделки, признав ФИО3 стороной по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ФИО5 и ФИО7, признать недействительными записи от ДД.ММ.ГГГГ о регистрации права собственности за ФИО7 на земельные участки с кадастровым номером № и признать право собственности на данные участки за ФИО3, признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО7 и ФИО12 в части, применить последствия недействительности сделки, признав ФИО3 стороной по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО7 и ФИО4

Во встречном исковом заявлении ФИО5 к ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ФИО3, ФИО4 указано, что ФИО5 являлся собственником спорных земельных участков, разместил объявлении об их продаже. Переговоры с ним вел ФИО3, который пояснял, что действует по доверенности от имени участника СВО ФИО7 Поскольку ФИО5 с уважением относится к участвующим в СВО военнослужащим, он согласился продать участки по значительно заниженной цене. Другие участки он продавал иным лицам по реальной стоимости. При заключении сделки ФИО3 утверждал, что он действует по доверенности от имени покупателя. Между тем, из объяснений ФИО3 в рамках данного спора следует, что ФИО7 данный договор не заключал, денежные средства не вносил, право на представление его интересов у ФИО3 отсутствовало. Между тем, намерений продавать участки ФИО3 у ФИО5 не было, он был введен в заблуждение и не желает участвовать в данных противоправных действиях ФИО3 У ФИО3 имелся умысел на получение имущества в обход норм закона и результате обмана ФИО5

Просит признать недействительным договор купли-продажи земельных участков с кадастровыми номерами № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ним и ФИО7; признать недействительным договор купли-продажи спорных участков от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО7 и ФИО4; применить последствия недействительности сделки в виде возложения на ФИО3 обязанности вернуть ФИО5 в течение 5 дней с момента вступления в законную силу решения земельные участки с кадастровыми номерами №, возложить на ФИО5 обязанность произвести выплаты ФИО3 денежные средства в размере 860 250 рублей, исключить из ЕГРН записи о праве собственности ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ на спорные земельные участки и восстановить сведения о праве собственности ФИО5

ФИО1,. действующая в интересах своего несовершеннолетнего сына ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дате и времени судебного заседания извещена надлежащим образом.

Представитель истца по первоначальному иску ФИО13 в судебном заседании требования поддержала по основаниям, изложенным в иске. Суду пояснила, что ФИО7 проходил военную службу в зоне проведения СВО со своим другом детства ФИО14 ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ в 08:00 часов позвонил общему другу ФИО15 и сообщил, что ФИО7 подорвался на мине. Тот, в свою очередь, сообщил ФИО3 о том, что ФИО7 погиб и потребуется 2-3 дня, чтобы доставить тело для захоронения. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 перерегистрировал земельные участки на основании договора купли-продажи на свою супругу. При этом ДД.ММ.ГГГГ он присутствует на похоронах ФИО7, а ДД.ММ.ГГГГ участвует в судебном заседании, представляя его интересы и заведомо зная, что доверенность от имени ФИО7 недействительна. Также ФИО3 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснял, что ФИО7 находится в зоне СВО, является сиротой, другой информации относительно близких родственников он не имеет. Истцу стало известно о сделке после получения определения Ленинского районного суда <адрес> по делу №, по которому ФИО7 выступал в качестве истца, а ФИО3 - в качестве его представителя. Полагала, что дата договора купли-продажи земельных участков ДД.ММ.ГГГГ поставлена произвольно, с ориентировкой на то, чтобы дата его заключения была ранее ДД.ММ.ГГГГ, т.е. даты смерти ФИО7 Пояснила, что телефоны погибшего ФИО7 находятся в ее распоряжении, о чём она сообщила представителю ФИО3 и ФИО12 после проведения беседы, после чего переписка в Телеграмме была удалена ФИО3 в одностороннем порядке, однако скриншоты данной переписки сохранились. При этом из сохранившейся переписки видно, что после ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 не уведомил ФИО7 о заключённом договоре купли-продажи, напротив, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ они обсуждали стоимость, по которой могут быть проданы участки. Стоимость земельного участка без дома ФИО7 оценивал в 1 500 000 руб. Также пояснила, что участки приобретались ФИО7 для их улучшения с целью дальнейшей продажи. С момента покупки земельных участков по ДД.ММ.ГГГГ на участках проводились различные строительные работы, в том числе на одном из участков был построен дом. В открытых интернет-источниках ФИО3 по поручению ФИО7 были размещены объявления о продаже земельного участка с жилым домом, последняя цена по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ указана 8 500 000 рублей. Полагала, что оснований для удовлетворения встречного иска ФИО3, ФИО4 не имеется, так как ФИО3 сам, своими собственными действиями создал ситуацию, на которую он теперь ссылается как на основание для оспаривания сделки. При этом у ФИО7 были основания полагаться на действительность данных сделок, а ФИО3 в обоснование требований ссылается на недобросовестность своих же действий, в том числе в части намерения получить льготы, полагающиеся участнику СВО. Вся имеющаяся переписка подтверждает, что ФИО3 согласовывал с ФИО7 приобретение всех строительных материалов, в чём не было бы необходимости, если бы собственником участков был ФИО3 Вложение ФИО7 денежных средств в приобретение данных участков и в проведение на них строительных работ подтверждается выписками по счетам, согласно которым ФИО7 перевел на счёт матери ФИО3 денежные средства в размере 1 980 000 руб., а на счёт его супруги ФИО4 – 2 800 000 руб.

ФИО3, ФИО4 в судебном заседании участия не принимали, о дате и времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Представитель ФИО3, ФИО4 – ФИО16 в судебном заседании требования первоначального иска не признал, суду пояснил, что ФИО7 являлся номинальным собственником земельных участков по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, реальным собственником являлся ФИО3, который оформил договор купли-продажи от имени ФИО7 (в отсутствие полномочий) и оплатил продавцу стоимость данных земельных участков за счёт собственных средств. У ФИО3 имелись денежные средства для приобретения участков. Незадолго до заключения договора он получил денежные средства как кредитор в рамках дела о банкротстве, кроме того, им был продан автомобиль. Также он получал денежные средства от предпринимательской деятельности. В связи с этим ФИО7 выдал ему доверенность на продажу данных земельных участков, и он переоформил их на имя супруги. Также указал, что доводы о том, что договор купли-продажи был заключен после смерти ФИО7, не соответствуют действительности. На момент сдачи документов в МФЦ ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 не было известно о гибели ФИО7 ФИО3 стало известно о смерти ФИО7 только ДД.ММ.ГГГГ. Данный факт подтверждается извещением войсковой части 62295 № от ДД.ММ.ГГГГ. Представленные истцом скриншоты переписки не соответствуют действительности и не являются достоверными доказательствами. Также указал, что ФИО7 уполномочил ФИО3 продать земельные участки по стоимости и на условиях по своему усмотрению, поэтому доводы истца по первоначальному иску о низкой стоимости земельных участков правового значения не имеют. Пояснил, что денежные средства по договору передать ФИО7 действительно не успели, однако это не является основанием для признания сделки недействительной. Истцом не заявлялись требования о включении в наследственную массу денежных средств по договору купли-продажи, полученных от ФИО4 Встречные требования поддержал, просил удовлетворить в полном объеме. В дальнейшем также пояснил, что ФИО3 предавал ФИО7 в долг денежные средства в размере 2 600 000 руб. по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ для целей восстановления бизнеса ФИО7 В указанный в договоре срок ФИО7 не смог вернуть денежные средства (из-за проблем с бизнесом и со здоровьем его матери), в связи с чем принял решение пойти на СВО, чтобы заработать деньги и рассчитаться с ФИО3 Находясь на СВО, ФИО7 постепенно вернул почти весь долг с процентами. Таким образом, поступавшие супруге и матери ФИО3 денежные средства от ФИО7 являлись возвратом долга, а не финансированием покупки земельных участков. При этом оплаты в июле 2024 года ФИО7 строительных материалов были связаны не со строительством на спорных участках, а с проведением ремонта в его квартире по адресу: <адрес>. То обстоятельство, что ФИО3 сам планировал строительство на земельном участке, подтверждается тем, что еще до покупки участков он приобрел проект дома и сметный расчет. Именно по данному проекту затем был построен дом. В настоящее время ФИО4 подготовила документацию на дом и представила её в регистрирующий орган для постановки на кадастровый учёт.

Представитель ответчика ФИО5- ФИО17 действующая на основании доверенности, требования встречного иска поддержала. Однако пояснила, что они согласятся с вариантом разрешения спора в случае, если суд признает обоснованной позицию стороны истца и установит, что именно ФИО7 являлся собственником земельных участков.

Третьи лица Управление Росреестра по <адрес>, отдел опеки и попечительства <адрес> Республики Башкортостан в судебном заседании участия не принимали, о дате и времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Из материалов гражданского дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 выдал на имя ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и на имя ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ г.р., доверенность, которая была удостоверена нотариусом ФИО9, зарегистрирована в реестре №-н/55-2023-2-758.

Данной доверенностью ФИО7 уполномочил ФИО3, ФИО18, представлять его интересы в военных комиссариатах, правоохранительных органах, в налоговой службе, в военной прокуратуре, осуществлять защиту его прав и законных интересов по гражданским и административным делам, представлять его интересы в любых кредитных организациях, в медицинских учреждениях, получать приходящую на его имя почтовую корреспонденцию (т. 1, л.д. 32-33).

Доверенность выдана сроком на три года, с запретом на передоверие полномочий.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 (продавцом) и ФИО7 (покупателем) был заключен договор купли-продажи (т. 1, л.д. 190-192), в соответствии с условиями которого продавец обязуется предать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить в соответствии с условиями договора следующее недвижимое имущество:

- земельный участок с кадастровым номером № площадью 860 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Участок находится примерно в 180 м. по направлению на северо-запад Почтовый адрес ориентира: РФ, <адрес>, Ленинский АО, <адрес>;

- земельный участок с кадастровым номером №, площадью 860 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Участок находится примерно в 200 м. по направлению на северо-запад. Почтовый адрес ориентира: РФ, <адрес>, Ленинский АО, <адрес>.

В соответствии с п. 2.1 договора общая стоимость объектов составила 860 250 рублей, из которых: стоимость земельного участка с кадастровым номером № - 215 000 рублей, стоимость земельного участка с кадастровым номером № - 215 000 рублей, стоимость земельного участка с кадастровым номером № – 215 000 рублей, стоимость земельного участка с кадастровым номером № – 215 250 рублей.

Из договора купли-продажи усматривается, что в строке покупатель указана фамилия ФИО19 и стоит подпись от его имени.

Между тем, участвующими в деле лицами не оспаривалось, что на момент подписания договора ФИО7 находился в зоне проведения СВО и что подпись от его имени в договоре была поставлена ФИО3, который вёл с продавцом переговоры о приобретении данных земельных участков.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 как представителем ФИО7 в БУ «МФЦ» были поданы заявления о регистрации права собственности ФИО7 на земельные участки на основании вышеуказанного договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2, л.д. 84-93).

К заявлению была приложена вышеназванная нотариально удостоверенная доверенность от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно выпискам из ЕГРН право собственности ФИО7 на земельные участки было зарегистрирована ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 выдал ФИО3 нотариально удостоверенную доверенность, которой уполномочил представителя купить за цену и на условиях по своему усмотрению любые земельные участки, находящиеся в <адрес>, оплатить покупку и зарегистрировать переход права собственности.

Доверенность выдана сроком на 3 года.

Доверенность удостоверена нотариусом Алчевского городского нотариального округа <адрес> Народной Республики ФИО20 (№-п/81-2023-1-2313).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 выдал ФИО3 нотариально удостоверенную доверенность, на основании которой уполномочил его продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащие ему на праве собственности земельные участки с кадастровыми номерами: №, а также заключать предварительные договоры на продажу вышеуказанных объектов недвижимости, заключать и подписывать соглашения об авансе, договоры купли-продажи, передавать их новому собственнику, подписывать акты приема-передачи, получать следуемые от продажи денежные средства любым установленным законом способом, в том числе наличными деньгами, производить расчеты по договорам купли-продажи, зарегистрировать переход права собственности (т. 2, л.д. 46).

Доверенность была удостоверена нотариусом ФИО9, зарегистрирована в реестре (№-н/55-2024-4-480).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 в лице представителя ФИО3 (продавцом) и ФИО4 (покупателем) был заключен договор купли- продажи (т. 1, л.д. 10-13), в соответствии с условиями которого продавец продал, а покупатель купила объекты недвижимого имущества:

- земельный участок с кадастровым номером №, площадью 860 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Почтовый адрес ориентира: РФ, <адрес>, Ленинский АО, <адрес>;

- земельный участок с кадастровым номером №, площадью 861 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 160 м. по направлению на северо-запад. Почтовый адрес ориентира: РФ, <адрес>, Ленинский АО, <адрес>;

- земельный участок с кадастровым номером №, площадью 860 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Участок находится примерно в 200 м. по направлению на северо-запад. Почтовый адрес ориентира: РФ, <адрес>, Ленинский АО, <адрес>.

В соответствии с п. 3 договора цена приобретаемых покупателем земельных участков составляет 215 000 рублей за каждый земельный участок.

Заявление в Федеральную службу государственной регистрации кадастра и картографии о регистрации перехода права собственности в отношении всех земельных участков было подано ФИО3, действующим от имени ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ (т. 2, л.д. 98-99), что не оспаривалось сторонами.

Согласно выпискам из ЕГРН право собственности ФИО4 на земельные участки было зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 погиб в ходе проведения СВО, что подтверждается копией свидетельства о смерти (место смерти – Донецкая Народная Республика <адрес> Яр) (т. 2, л.д. 2).

Таким образом, ФИО7 погиб до государственной регистрации права собственности ФИО4 на земельные участки и до даты представления документов на государственную регистрацию.

ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариального округа <адрес> ФИО10 открыто наследственное дело после смерти ФИО7

С заявлением о принятии наследства ДД.ММ.ГГГГ обратилась ФИО1 в интересах несовершеннолетнего сына умершего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 3)

Обращаясь с настоящим иском, истец просит признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО4 и ФИО7 в лице представителя ФИО3, и возвратить спорные земельные участки в наследственную массу.

В свою очередь, ФИО3 и ФИО4 предъявлены встречные исковые требования, в которых оспаривается право собственности ФИО7 на спорные земельные участки.

Таким образом, для правильного разрешения спора необходимо, в первую очередь, дать оценку доводам встречного искового заявления ФИО3 и ФИО4 При разрешении вопроса о том, имеются ли у истцов по встречному иску основания для оспаривания сделок и права собственности ФИО7, суд полагает необходимым исходить из следующего.

Согласно ч. 5 ст. 1 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Как разъяснено в п. 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В силу п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», всвязи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Доводы истцов по встречному иску сводятся к тому, что заключенный между ФИО5 и ФИО7 договор купли-продажи земельных участков является недействительным в части указания покупателя земельных участков, поскольку фактическим покупателем земельных участков являлся ФИО3, а не ФИО7

Необходимость указания в договоре в качестве покупателя ФИО7 истцы по встречному иску мотивируют намерением ФИО3 получить льготы при заключении договоров с ресурсоснабжающими организациями, которые полагались ФИО7 как участнику СВО.

Как указано в дополнительных пояснениях представителя ФИО3 и ФИО4 ФИО16 при подключении земельных участков к электричеству после представления справки об участии ФИО7 в СВО экономия составила 188 515,80 руб.

Также в обоснование доводов о недействительности сделки сторона ссылается на то, что подпись в договоре купли-продажи ФИО7 не принадлежит, была поставлена от его имени ФИО3, который затем, не имея полномочий на обращение в регистрирующий орган в соответствии с выданной ему на тот момент доверенностью, тем не менее, представил документы на государственную регистрацию от имени ФИО7, после чего право собственности последнего было зарегистрировано.

Между тем, данные доводы не могут являться основанием для признания сделки недействительной и для признания ФИО3 собственником спорных объектов недвижимости.

Суд считает возможным применить к требованиям истца п. 5 ст. 166 Гражданского кодекса РФ, согласно которому заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В силу п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из пояснений ФИО3, он, действуя недобросовестно, намеревался путем заключения договора купли-продажи создать видимость приобретения объектов недвижимости в собственность участника СВО для получения льгот. При этом ФИО3 были совершены необходимые действия для создания соответствующих правовых последствий, характерных для договора купли-продажи, каких он и хотел добиться.

С учетом таких объяснений изложенные доводы в любом случае не могут являться основанием для признания договора недействительным по иску ФИО3 и ФИО4

Данные обстоятельства являются основанием для отказа в иске сами по себе, вне зависимости от реальности характера совершённых сделок.

При этом доводы второй стороны сделки продавца ФИО5 свидетельствуют о том, что ему не было известно о том, что покупателем земельных участков будет являться не ФИО7, а иное лицо, что также исключает возможность признания сделки недействительной в части по мотиву её притворности, поскольку согласно вышеприведенным разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы о недействительности сделок недостаточно.

Кроме того, установленные судом по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО7 не был формально указан в договоре в качестве собственника земельных участков, а действительно имел намерение приобрести и приобрел данные земельные участки в собственность через представителя, а также предоставил денежные средства для их приобретения.

Доводы ФИО3 и ФИО4 о том, что на момент заключения договора у ФИО3 не было предусмотренных доверенностью полномочий на заключение такой сделки и предъявления документов для совершения регистрационных действий, а также о проставлении ФИО3 подписи в договоре вместо ФИО7, в рассматриваемом случае не могут являться основанием для вывода о возникновении прав по договору купли-продажи у ФИО3, а не у ФИО7

В первую очередь, следует отметить, что у ФИО3 не имеется оснований ссылаться на допущенные им самим нарушения как на основания для оспаривания сделки. Такие действия не могут быть признаны добросовестными.

Кроме того, согласно п. 1 ст. 183 Гражданского кодекса РФ при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.

В силу п. 2 ст. 183 Гражданского кодекса РФ последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

Под прямым последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься письменное или устное одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента; конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ, услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке); заключение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения (п. 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 23.10.2000 N 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Из материалов дела усматривается, что уже 07.12.2023, на следующий день после заключения договора купли-продажи земельных участков, ФИО7 на территории Луганской Народной Республики выдал ФИО3 нотариально удостоверенную доверенность, которой уполномочил представителя купить за цену и на условиях по своему усмотрению любые земельные участки, находящиеся в <адрес>.

Сведений о том, что после выдачи данной доверенности ФИО3 в интересах ФИО7 заключались другие договоры, направленные на приобретение земельных участков, в материалы дела не представлены.

Таким образом, данная доверенность была выдана именно в связи с заключением оспариваемого договора от ДД.ММ.ГГГГ, что свидетельствует об осведомлённости ФИО7 о приобретении в его интересах земельных участков и о его намерении оформить земельные участки в свою собственность в соответствии с требованиями законодательства.

Кроме того, в судебном заседании были допрошены свидетели ФИО21, ФИО22, ФИО15, ФИО23 (друзья погибшего), которые пояснили, что ФИО7 рассказывал им о том, что именно он приобрел данные земельные участки. У него имелись денежные средства в связи с тем, что он получил несколько ранений в ходе проведения СВО. Также ФИО7 рассказывал им, что ФИО3 оказывает ему помощь в юридических вопросах и помогает строить дом.

Из пояснений свидетелей следует, что они встречались одной компанией на дне рождении ФИО7 в период его пребывания в отпуске, где присутствовал также и ФИО3 В разговорах ФИО3 не упоминал о том, что земельные участки принадлежат ему, не оспаривал высказывания ФИО7 о том, что участки приобретались именно им. Свидетелю ФИО23 ФИО3 пояснил, что он помогает ФИО7, поскольку последний не может сам все сделать.

Также свидетели ФИО21 и ФИО23 пояснили, что ФИО7 говорил им, что перечисляет ФИО3 денежные средства для приобретения участков и строительства.

В ходе рассмотрения спора судом были истребованы выписки по счетам ФИО7 из ПАО Сбербанк (информация представлена на диске), на основании которых установлено, что ДД.ММ.ГГГГ, то есть до заключения договора купли-продажи, ФИО7, на счет ФИО4 была переведена сумма 900 000 руб.

Также ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 на счет ФИО4 была переведена сумма денежных средств 1 000 000 руб.

Кроме того, ФИО7 переводились денежные средства и на счёт матери ФИО3 – ФИО24 в следующих размерах: ДД.ММ.ГГГГ – 200 000 руб., ДД.ММ.ГГГГ – 500 000 руб., ДД.ММ.ГГГГ – 30 000 руб., ДД.ММ.ГГГГ – 250 000 руб., ДД.ММ.ГГГГ – 800 000 руб., ДД.ММ.ГГГГ – 200 000 руб.

Представителем истцов по встречному иску после поступления в материалы дела данного ответа на запрос были приведены доводы о том, что указанные денежные средства не предназначались для приобретения земельных участков и строительства на них, а перечислялись в качестве возврата ФИО7 задолженности по договору займа.

В обоснование данных доводов в материалы дела представлена копия договора займа от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого ФИО3 предоставил ФИО7 займ в размере 2 600 000 руб. сроком на 12 месяцев с уплатой процентов в размере 35 % годовых.

Также представлена ксерокопия расписки, в которой указано, что данную сумму денежных средств ФИО7 получил.

Как пояснил представитель ФИО3 и ФИО4, оригиналы данной расписки и договора у ФИО3 не сохранились, он решил, что после смерти ФИО7 они ему не понадобятся, так как не собирался обращаться к наследникам за взысканием долга, несмотря на наличие имеющегося по его расчётам непогашенного остатка задолженности.

Между тем, суд не усматривает каких-либо оснований для вывода о том, что перечисляемые ФИО7 денежные средства предназначались именно для погашения задолженности по данному договору.

Во-первых, необходимо отметить, что по условиям договора займ должен был быть возвращен в срок до ДД.ММ.ГГГГ.

При этом представителем истцов по встречному иску в материалы дела представлена переписка, согласно которой еще в декабре 2021 года ФИО7 спрашивал у ФИО3, куда необходимо возвращать долг. Данная переписка не согласуется с объяснениями представителя о том, что до поступления на счета ФИО24 и ФИО4 денежных средств, долг ФИО7 не возвращался.

Также суд обращает внимание на отсутствие у ФИО3 оригинала данной расписки, несмотря на его пояснения о том, что задолженность не была погашена в полном объёме.

Согласно в. 2 ст. 408 ГК РФ кредитор, принимая исполнение, обязан по требованию должника выдать ему расписку в получении исполнения полностью или в соответствующей части.

Таким образом, отсутствие у ФИО3 оригинала расписки может свидетельствовать о надлежащем исполнении ФИО7 обязательств по данному договору, при этом никаких оснований для того, чтобы квалифицировать поступавшие в рассматриваемый период от ФИО7 на счета супруги и матери ФИО3 денежные средства в качестве возврата указного займа, не имеется.

Кроме того, допрошенные в судебном заседании свидетели пояснили, что никогда не слышали о том, чтобы ФИО7 брал у ФИО3 в долг денежные средства.

Свидетель ФИО22, напротив, пояснил, что денежные средства занимал ФИО3 ФИО7 перед отправкой на СВО.

Суд также отмечает, что на обстоятельства заключения данного договора займа представитель ФИО3 и ФИО4 стал ссылаться не сразу, а спустя значительный период времени после принятия иска к производству.

Несмотря на то, что вопрос о том, перечислялись ли ФИО7 денежные средства ФИО3, неоднократно обсуждался в судебных заседаниях, на данные обстоятельства ссылалась представитель истца по первоначальному иску, доказательства поступления денежных средств и основания их перевода не были раскрыты другой стороной. Указанные доводы были приведены только после поступления в суд ответа на запрос из ПАО Сбербанк и предоставления представителю ФИО3 и ФИО4 возможности ознакомиться с ним и обсудить правовую позицию с доверителем.

В то же время ранее, в ходе рассмотрения спора ФИО3 представлялись доказательства наличия у него иных источников денежных средств для осуществления оплаты по договору купли-продажи (возврат долга должником в ходе банкротства, продажа автомобиля), однако на обстоятельства возврата ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ долга в размере 900 000 руб., достаточном для приобретения участков, ФИО3 не ссылался, об обстоятельствах поступления на его счёт данных денежных средств не упоминал.

Кроме того, судом учитываются следующие обстоятельства.

В мае 2024 года ФИО3, действуя от имени ФИО7, обратился в Ленинский районный суд <адрес> с иском к ООО «БетонТорг» о защите прав потребителя, ссылаясь на то, что ФИО7 является собственником земельного участка с кадастровым номером № и в связи с нахождением на СВО поручил своему представителю ФИО3 приобрести бетон и услуги бетононасоса для строительства фундамента на этом участке.

ФИО3 ссылался на некачественное оказание ООО «БетонТорг» услуг ФИО7, повреждение ответчиком дорожного покрытия.

В ходе рассмотрения данного гражданского дела № ООО ФИО3 не давал пояснений о том, что фактическим собственником земельного участка является ФИО7

Более того, ФИО3 был представлен договор об оказании юридических услуг, заключенный между ним и ФИО7, в соответствии с условиями которого последний поручил ФИО3 представлять его интересы в деле по спору с ООО «БетонТорг».

Расходы по оплате юридических услуг по данному договору также были предъявлены к взысканию.

Указанные действия не соответствуют объяснениям ФИО3 о том, что фактическим собственником земельных участков являлся он сам и что ФИО7 был с этим согласен.

Кроме того, в материалы дела стороной истца представлена переписка ФИО3 и ФИО7 в мессенджере, в которой они обсуждают вопросы строительства, приобретение строительных материалов (т. 2 л.д. 146-166), а затем - цену, по которой могут быть проданы данные участки (т. 1, л.д. 73). Из переписки видно, что данные вопросы ФИО3 согласовывает с ФИО7, что опровергает доводы ФИО3 о том, что земельные участки были зарегистрированы на имя ФИО7 формально.

Доводы представителя ФИО3 и ФИО4 о недостоверности представленной переписки судом отклоняются, поскольку представителем истцов были даны объяснения о том, каким образом в её распоряжении оказались телефоны ФИО7

При этом указанная переписка обозревалась судом в судебных заседаниях непосредственно на самих устройствах (телефонах), представитель последовательно демонстрировала все действия, которые она совершает для того, чтобы открыть переписку.

Частично переписка была сохранена в виде скриншотов, которые, как пояснила представитель, она успела сделать, поскольку в ходе рассмотрения спора переписка стала удаляться из месенджера.

Необходимо отметить, что ФИО3 иную переписку с ФИО7 в материалы дела не представил при том, что из его доводов также следует, что он поддерживал хорошие отношения с ФИО7, а следовательно общался с ним и также имел возможность представить доказательства ведения ими переписки иного содержания.

Также необходимо отметить, что в ходе рассмотрения спора представитель ФИО3 и ФИО4 обсуждал с представителем истца возможность заключения мирового соглашения, что подтверждается представленной в материалы дела перепиской (т. 2, л.д. 140-141), в которой обсуждалась возможная сумма компенсации, которую ответчики готовы выплатить наследнику.

Обсуждение данного вопроса представляется нелогичным в случае, если бы ФИО3 в действительности считал себя собственником земельных участков и полагал, что денежные средства в приобретение земельных участков и строительство дома ФИО7 не вкладывались.

При таких обстоятельствах судом было отказано в удовлетворении ходатайства сторон о назначении судебной почерковедческой экспертизы в целях определения подлинности подписи ФИО7 в представленных копиях договора займа и расписки, поскольку, вне зависимости от данного обстоятельства, оснований для вывода о том, что ФИО7 не вкладывались денежные средства в приобретение земельных участков, а также о наличии оснований для признания заключенного им договора купли-продажи недействительным, не имеется.

С учётом изложенного, поскольку судом на основании совокупности представленных доказательств достоверно установлено, что покупателем земельных участков являлся ФИО7, который фактически одобрил заключённую ФИО3 в его интересах сделку, оснований для удовлетворения встречных исковых требований ФИО3, ФИО4 о признании сделок (договоров купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ) недействительными, признании ФИО3 стороной данных договоров не имеется.

Соответственно, у суда не имеется и оснований для удовлетворения исковых требований ФИО5, поскольку доводы ФИО3 о недействительности сделки в части указания реального покупателя своего подтверждения не нашли.

Поскольку судом установлено, что покупателем по договору действительно являлся ФИО7, основания для вывода о возможном нарушении прав ФИО5 в результате совершения оспариваемой сделки отсутствуют.

При рассмотрении требований истца по первоначальному иску суд полагает необходимым исходить из следующего.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что судам следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В п. 7 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

По смыслу части 1 статьи 196 ГПК РФ или части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам.

Суд полагает, что именно признание сделки недействительной и применение последствий её недействительности является в данном случае надлежащим способом защиты прав истца, поскольку истцом данная сделка оспаривается как правопреемником одной из сторон сделки (продавца). Таким образом, данный способ защиты позволяет в полной мере восстановить нарушенные права истца, необходимости в дополнительном применении норм права об истребовании имущества из чужого незаконного владения в данном случае не имеется.

Суд приходит к выводу о том, что выраженное в доверенности полномочие определить по своему усмотрению цену и иные условия договора купли-продажи земельных участков должно пониматься с учетом общего принципа недопустимости злоупотребления правом. Данное полномочие предполагает добросовестность и разумность действий представителя и не означает, что он имеет право действовать в ущерб интересам доверителя, отчуждая имущество последнего.

Между тем, в рассматриваемом случае ФИО3 как представителем ФИО7 произведено отчуждение принадлежащего последнему имущества своей супруге ФИО4

По сведениям, предоставленным органом ЗАГС, брак между ФИО4 и ФИО3 заключен 02.12.2011, до настоящего времени не расторгнут (т. 1, л.д. 131). Доказательств заключения между супругами брачного договора в материалы дела не представлено.

Согласно п. 3 ст. 182 Гражданского кодекса РФ представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Сделка, которая совершена с нарушением правил, установленных в абзаце первом настоящего пункта, и на которую представляемый не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если она нарушает его интересы. Нарушение интересов представляемого предполагается, если не доказано иное.

Таким образом, в данном случае ФИО3 произвел отчуждение имущества ФИО7 в пользу своей супруги, а следовательно, и сам приобрел права на данное имущество с учётом установленной семейным законодательством презумпции, согласно которой приобретенное в период брака по возмездным сделкам имущество поступает в общую собственность супругов.

Между тем, ФИО3 как представитель не мог совершать сделки в своих собственных интересах.

Кроме того, представитель истца обоснованно обращает внимание на несоответствие цены, по которой земельные участки были проданы ФИО4, реальной рыночной цене данного имущества.

В данном договоре цена каждого из участков определена в размере 215 000 руб., то есть в том же размере, как и по договору о приобретении данных земельных участков ФИО7

Между тем, из объяснений сторон следует, что после покупки земельных участков на них производились работы по благоустройству, в том числе на одном из участков было возведено строение (дом), который на момент рассмотрения настоящего спора на кадастровый учёт не поставлен.

Кадастровая стоимость данных земельных участков составляет 319 077,20 – 320 977,80 руб., что выше цены, по которой земельные участки были проданы.

Кроме того, истцом в материалы дела представлены объявления о продаже земельного участка и жилого дома, размещенном на одном из земельном участков, но не введенном в эксплуатацию, согласно которым дом выставлялся на продажу по цене 8 500 000 – 10 8000 000 руб., а земельный участок по цене от 599 000 руб. до 1 000 000 руб.

Суд также отмечает, что денежные средства по данному договору фактически не передавались, в том числе в ходе рассмотрения данного спора.

При этом ФИО4 не могла не знать о формальном характере данной сделки, что следует из обстоятельств дела, изложенных объяснений и предъявленных встречных исковых требований, согласно которым ФИО3 передал супруге имущество, поскольку они считали данные земельные участки принадлежащими их семье.

Кроме того, поведение ФИО3 позволяет усомниться в том, что договор купли-продажи действительно был подписан именно ДД.ММ.ГГГГ.

Так, в материалы дела стороной ситца представлена переписка ФИО3 и ФИО7 в мессенджере «Телеграмм» за период с конца сентября по ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 68-740), из которой следует, что никаких сообщений о продаже земельных участков своей супруге ФИО3 ФИО7 не направлял, о заключении данной сделки его не информировал, вопрос о порядке передачи ему денежных средств не ставил.

Иных доказательств, подтверждающих, что информация о заключении сделки была доведена до сведения ФИО7 до даты его смерти, ФИО3 в материалы дела не представлено.

Более того, в представленной за указанные даты переписке 08.10.2024 ФИО3 сообщает о том, что риэлтор сообщила о том, что участком интересуется покупатель из Санкт-Петербурга, который хочет купить два участка, и интересуется у ФИО7 его мнением относительно продажи второго участка и цены. В ответ ФИО7 указывает на возможность его продажи за 1 500 000 руб.

Также суд обращает внимание на то, что с заявлением о государственной регистрации права собственности ФИО3 обратился на следующий день после гибели ФИО7

При этом из объяснений свидетеля и имеющихся в материалах дела доказательств следует, что о факте гибели ФИО7 ему было сообщено ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из объяснений представителя истца и показаний свидетелей, ФИО7 проходил военную службу в зоне проведения СВО вместе со своим другом ФИО14

ДД.ММ.ГГГГ около 08 часов утра по Омскому времени ФИО14 сообщил о гибели ФИО7 их другу ФИО15, после чего ФИО15 сообщил об этом их друзьям, а также бывшим супругам ФИО7

В этот же день ФИО3 связывался с ФИО15 и ФИО14 и уточнял у них информацию о гибели ФИО7, получил сведения об обстоятельствах его гибели.

Данные обстоятельства подтверждаются представленной перепиской между ФИО14 и ФИО3 (т. 1, л.д. 65), а также письменным нотариально удостоверенным заявлением ФИО14, до настоящего времени участвующим в СВО, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ ему поступило сообщение от ФИО3 с вопросом о том, что случилось с ФИО8. Он подтвердил факт его гибели, после чего в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ между ними также велась переписка.

Свидетель ФИО15 также подтвердил, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 звонил ему и спрашивал, действительно ли ФИО7 погиб.

Между тем, на следующий день, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 от имени ФИО7 обратился в МФЦ для регистрации перехода права собственности на земельные участки к ФИО4

Согласно пп. 5 п. 1 ст. 188 ГК РФ действие доверенности прекращается вследствие смерти гражданина, выдавшего доверенность.

Как разъяснено в п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», на основании статей 58, 1110 и 1112 ГК РФ обязанности продавца по договору купли-продажи переходят к его универсальным правопреемникам. Поэтому покупатель недвижимого имущества вправе обратиться с иском о государственной регистрации перехода права собственности (статья 551 ГК РФ) к наследникам или иным универсальным правопреемникам продавца.

Таким образом, поведение ФИО3 не может быть признано добросовестным, поскольку ему было известно о прекращении действия его доверенности в связи со смертью ФИО7 и о том, что в данном случае регистрация перехода прав возможна только с участием наследников умершего.

Суд также учитывает, что участвовавшие в судебном заседании свидетели подтвердили, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 присутствовал на похоронах ФИО7

Представителем ФИО3 данное обстоятельство не оспаривалось.

Однако в ходе рассмотрения гражданского дела № ФИО3 суду данную информацию не сообщил, в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ он просил произвести замену истца на правопреемника в связи с продажей земельных участков, а в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ на вопрос суда о том, где в настоящее время находится ФИО7, пояснил, что он находится в зоне проведения СВО. После оглашения судом поступившей информации о его смерти ФИО3 пояснил, что он об этом не знал (т. 1, л.д. 27-31).

Вышеприведенные обстоятельства свидетельствуют о совершении ФИО3 недобросовестных действий, направленных на получение в его общую собственность с супругой спорных земельных участков.

При таких обстоятельствах суд полагает необходимым признать договор купли-продажи земельных участков, заключённый 01.10.2024 между ФИО4 и ФИО7 в лице представителя ФИО3, недействительным и применить последствия недействительности сделки в виде возврата земельных участков в состав наследственного имущества, оставшегося после смерти ФИО7.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, удовлетворить.

Признать договор купли-продажи земельных участков, заключённый ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО7 в лице представителя ФИО3, недействительным.

Применить последствий недействительности сделки.

Прекратить право собственности ФИО4 и исключить из единого государственного реестра недвижимости записи о государственной регистрации её права собственности в отношении следующих объектов недвижимости:

- земельный участок с кадастровым номером № местоположение которого установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 215 м, по направлению на северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: Российская Федерация, <адрес>, г Омск, Ленинский АО, <адрес>;

- земельный участок с кадастровым номером № Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 160 м, по направлению на северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: <адрес>, Ленинский АО, <адрес>;

- земельный участок с кадастровым номером № Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 180 м, по направлению на северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: Российская Федерация, <адрес>, Ленинский АО, <адрес>;

- земельный участок с кадастровым номером № местоположение которого установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 200 м, по направлению на северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: Российская Федерация, <адрес>, Ленинский АО, <адрес>.

Включить в состав наследственного имущества, оставшегося после смерти ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умершего ДД.ММ.ГГГГ, следующие объекты недвижимости:

- земельный участок с кадастровым номером №, Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 160 м, по направлению на северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: <адрес>, Ленинский АО, <адрес>;

- земельный участок с кадастровым номером № Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 180 м, по направлению на северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: Российская Федерация, <адрес>, Ленинский АО, <адрес>;

- земельный участок с кадастровым номером №, местоположение которого установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 200 м, по направлению на северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: Российская Федерация, <адрес>, Ленинский АО, <адрес>.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО3, ФИО4 к ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ФИО5 о признании сделок недействительными, признании права собственности на объекты недвижимости отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО5 к ФИО1 в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделок недействительными отказать.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путём подачи апелляционной жалобы в Ленинский районный суд <адрес> в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья: Д.А. Куянова

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ