УИД 77RS0032-02-2025-007572-46

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 декабря 2025 года адрес

Черемушкинский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Пименовой Е.О., при ведении протокола помощником судьи фио,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-5271/25 по иску ФИО1 к ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ» о признании договора аренды мнимой сделкой,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о признании договора аренды мнимой сделкой.

Иск мотивирован тем, что 06.02.2024 года между истцом и ответчиком, в лице ФИО2 фио, действующего на основании доверенности от 23.05.2023 года, заключен Договор купли-продажи долевого участия в готовом субарендном бизнесе (далее – Договор). Согласно п.1.1 Договора, ответчик продает, а истец приобретает долевое участие в действующем субарендном бизнесе, находящемся по адресу: адрес (Фуд-корт), состоящий из трех арендаторов: турецкая кухня, пивной бар и кондитерская-кофейня. При проведении переговоров, ответчик сообщал о том, что арендный бизнес состоит из трех субарендаторов, однако на момент подписания Договора, одно субарендное место простаивало – кондитерская-кофейня, с арендной ставкой сумма Согласно п.3.1 Договора, цена договора 50% доли истца составила сумма 06.02.2024 года истец передал ответчику денежные средства в размере сумма, что подтверждается распиской, т.е. полностью выполнил свои обязательства по Договору. Согласно п.1.2 Договора, доля истца от чистой прибыли, получаемая за счет деятельности субарендного бизнеса за вычетом всех расходов субарендного бизнеса – оплата арендных, коммунальных и иных платежей перед собственником помещения и постоянные расходы, но не менее сумма в месяц. По смыслу п.13 Договора, субаридный бизнес принадлежит ответчику на основании Договора аренды № МИ/12-23 от 12.10.2023 года. В связи с тем, что ответчик испытывал финансовые трудности по оплате арендных платежей по Договору аренды № МИ/12-23 от 12.10.2023 года, в августе 2024 года, истцом были предоставлены ответчику денежные средства в займ в размере сумма, из которых сумма были использованы для оплаты аренды собственнику помещения. Со слов фио собственник помещения намеревался расторгнуть договор аренды в случае неоплаты. Денежные средства не были выплачены, займ не был возвращен, общая задолженность ответчика перед истцом составила сумма В дальнейшем, ответчик обратился к истцу с просьбой расторгнуть заключенный договор и заключить договор аренды нежилого помещения, со слов ответчика, с целью повышения инвестиционной привлекательности и увеличения количества арендаторов. При этом, фио гарантировал наличие арендаторов на помещение по указанному выше адресу, и неоднократно, в устной форме подчеркивал формальность подписываемых истцом документов. Истец согласился и подписал Дополнительное соглашение к Договору, в соответствии с которым он расторгается, и договор аренды нежилого помещения. Даты на указанных документах проставлены не были. Согласно п.1.1, п.1.2 Договора аренды, ответчик передал истцу во временное пользование нежилое помещение по адресу: адрес. Вместе с тем, истец указанное помещение не принимал фактически, помещением не пользовался, интереса в его использовании не имел. Данное помещение интересовало истца в качестве именно арендного бизнеса, в котором он выступает арендодателем, а не арендатором. В дальнейшем, истцом была получена претензия от ответчика исх. № 1810 от 18.10.2024 года, согласно которой ответчик требовал оплатить задолженность по арендной плате в размере сумма Из указанной претензии следовало, что между истцом и ответчиком заключен Договор аренды нежилого помещения № ПАА/02-24. После этого, истцом была получена претензия от ответчика, исх. № 25/12 от 25.12.2024 года, согласно которой ответчик требовал уплаты задолженности по арендной плате в размере сумма В ответе на претензию истец сообщил, что между сторонами фактически существует только один договор – договор купли-продажи долевого участия в готовом субарендном бизнесе. Договора аренды и дополнительное соглашение к договору купли-продажи долевого участия в готовом арендном бизнесе от 06.02.2024 года заключались без целей создать какие-либо реальные правовые последствия, а для привлечения клиентов. Фактически, истец был обманут фио и его супругой фио, которая является генеральным директором и единственным учредителем ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ». На мнимость указанные сделок указывает также тот факт, что в нарушение ст.651 ГК РФ, договор аренды не регистрировался в Управлении Росреестра, при этом, согласно п.4.1 Договора аренды, он вступает в силу с момента его подписания и действует до 30.09.2030 года включительно. Также истец указал, что на момент якобы подписания договора аренды от 06.02.2024 года, он не являлся ИП, а зарегистрирован в качестве ИП только 09.02.2024 года, тогда как в Договоре указано, что он заключен между ИП ФИО1 и ООО «Мирлан Инвест».

Учитывая изложенные обстоятельства, истец просит суд признать дополнительное соглашение к Договору купли-продажи долевого участия в готовом субарендном бизнесе от 06.02.2024 года, заключенное между истцом и ответчиком, мнимой сделкой; признать договор аренды нежилого помещения № ПАА/02-24 от 06.02.2024 года, заключенный между истцом и ответчиком, мнимой сделкой.

Истец в суд не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежаще.

Представитель ответчика в суд не явился, извещен, направил письменные возражения, в которых возражал против удовлетворения иска.

Третье лицо адрес суд не явился, извещён, направил письменные пояснения по делу, в которых указал на согласие с иском.

Иные участвующие в деле лица в суд не явились, извещены.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Суд, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Из положений ст. 421 ГК РФ следует, что граждане свободны в заключении договора.

В силу ст. 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или временное пользование.

Согласно ст. 608 ГК РФ право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику. Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду.

В силу ст. ст. 309, 310 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статьей 168 ГК РФ предусмотрено, что, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 этой статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 1).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2).

В силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ).

Как установлено ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как указано в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании ст. 170 этого же кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности, создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Из материалов дела следует, что ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ» (ОГРН <***>) зарегистрировано в ЕГРЮЛ 03.05.2023 года, генеральным директором является фио.

06.02.2024 года между ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ» в лице ФИО2 фио, действующего на основании доверенности от 23.05.2023 года (продавец) и ФИО1 (покупатель), заключен Договор купли-продажи долевого участия в готовом субарендном бизнесе.

Согласно п.1.1 Договора, ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ» продает, а ФИО1 приобретает долевое участие в действующем субарендном бизнесе, находящемся по адресу: адрес (Фуд-корт), состоящий из трех арендаторов: турецкая кухня, пивной бар и кондитерская-кофейня.

Согласно п.3.1 Договора, цена договора 50% доли истца составила сумма

06.02.2024 года истец передал ответчику денежные средства в размере сумма, что подтверждается распиской, т.е. полностью выполнил свои обязательства по Договору.

Согласно п.1.2 Договора, доля истца от чистой прибыли, получаемая за счет деятельности субарендного бизнеса за вычетом всех расходов субарендного бизнеса – оплата арендных, коммунальных и иных платежей перед собственником помещения и постоянные расходы, но не менее сумма в месяц.

По смыслу п.1.3 Договора, субарендный бизнес принадлежит ответчику на основании Договора аренды № МИ/12-23 от 12.10.2023 года.

Истцом была получена претензия от ответчика исх. № 1810 от 18.10.2024 года, согласно которой ответчик требовал оплатить задолженность по арендной плате в размере сумма

Из указанной претензии следовало, что между истцом и ответчиком заключен Договор аренды нежилого помещения № ПАА/02-24.

После этого, истцом была получена претензия от ответчика, исх. № 25/12 от 25.12.2024 года, согласно которой ответчик требовал уплаты задолженности по арендной плате в размере сумма

В ответе на претензию истец сообщил, что между сторонами фактически существует только один договор – договор купли-продажи долевого участия в готовом субарендном бизнесе.

Как указал истец, при проведении переговоров, ответчик сообщал о том, что арендный бизнес состоит из трех субарендаторов, однако на момент подписания Договора, одно субарендное место простаивало – кондитерская-кофейня, с арендной ставкой сумма В связи с тем, что ответчик испытывал финансовые трудности по оплате арендных платежей по Договору аренды № МИ/12-23 от 12.10.2023 года, в августе 2024 года, истцом были предоставлены ответчику денежные средства в займ в размере сумма, из которых сумма были использованы для оплаты аренды собственнику помещения. Со слов фио собственник помещения намеревался расторгнуть договор аренды в случае неоплаты. Денежные средства не были выплачены, займ не был возвращен, общая задолженность ответчика перед истцом составила сумма В дальнейшем, ответчик обратился к истцу с просьбой расторгнуть заключенный договор и заключить договор аренды нежилого помещения, со слов ответчика, с целью повышения инвестиционной привлекательности и увеличения количества арендаторов. При этом, фио гарантировал наличие арендаторов на помещение по указанному выше адресу, и неоднократно, в устной форме подчеркивал формальность подписываемых истцом документов. Истец согласился и подписал Дополнительное соглашение к Договору, в соответствии с которым он расторгается, и договор аренды нежилого помещения. Даты на указанных документах проставлены не были. Согласно п.1.1, п.1.2 Договора аренды, ответчик передал истцу во временное пользование нежилое помещение по адресу: адрес. Вместе с тем, истец указанное помещение не принимал фактически, помещением не пользовался, интереса в его использовании не имел. Данное помещение интересовало истца в качестве именно арендного бизнеса, в котором он выступает арендодателем, а не арендатором. Договоры аренды и дополнительное соглашение к договору купли-продажи долевого участия в готовом арендном бизнесе от 06.02.2024 года заключались без целей создать какие-либо реальные правовые последствия, а для привлечения клиентов. Фактически, истец был обманут фио и его супругой фио, которая является генеральным директором и единственным учредителем ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ».

Возражая против удовлетворения иска, представитель ответчика ссылался на то, что заключенные между истцом и ответчиком дополнительное соглашение к договору купли-продажи долевого участия в готовом субарендном бизнесе от 06.02.2024 года и договор аренды нежилого помещения № ПАА/02-24 от 06.02.2024 года, заключены с намерением создать соответствующие им правовые последствия, поскольку стороны изменили концепцию сотрудничества. 06.02.024 года истец направил в УФНС адрес заявление для его регистрации в качестве ИП. Помещение было передано по акту приема-передачи. Также, ответчик ссылался на заключенный между истцом и ИП фио договор субаренды нежилого помещения № 08/ЗШС от 08.07.2024 года.

Третье лицо адрес письменных пояснениях указал на то, что договор субаренды нежилого помещения № 08/ЗШС от 08.07.2024 года с ИП ФИО1 никогда не заключал, однако похожий договор был им заключен с ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ», где представителем был фио Договор с ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ» заключался примерно в июле 2024 года, он, фио, с братом Курбаном взяли часть помещения в аренду. Денежные средства передавали фио наличными, завозили оборудование и занимались переустройством. Договорные отношения с ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ» действовали до 21.09.2024 года, потом прекратились. Ни он, не его брат Курбан с ФИО1 никаких договоров не подписывали, знакомы с ним не были, статуса ИП лично он, фио никогда не имел.

С учетом распределения бремени доказывания, определенного в ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, в то же время ст. 35 ГПК РФ предусмотрено наступление определенных последствий при несоблюдении, в том числе обязанностей по доказыванию, указанных в ГПК РФ.

В рамках состязательного процесса по правилам ст. 12 ГПК РФ созданы все необходимые условия для реализации гражданско-правовых прав, в том, числе по доказыванию.

В силу пункта 1 статьи 607 Гражданского кодекса Российской Федерации, в аренду могут быть переданы земельные участки и другие обособленные природные объекты, предприятия и другие имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (непотребляемые вещи).

Статья 609 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что договор аренды на срок более года, а если хотя бы одной из сторон договора является юридическое лицо, независимо от срока, должен быть заключен в письменной форме. Договор аренды недвижимого имущества подлежит государственной регистрации, если иное не установлено законом.

Согласно представленному в материалы дела договору аренды нежилого помещения нежилого помещения № ПАА/02-24 от 06.02.2024 года (п.4.1), он вступает в силу с момента его подписания и действует до 30.09.2030 года включительно.

При этом, данный договор не был зарегистрирован в ЕГРН.

Также, судом установлено, что договор субаренды нежилого помещения № 08/ЗШС от 08.07.2024 года между ИП ФИО1 и ИП адрес заключался.

Из выписки ЕГРИП от 2207.2025 года усматривается что ФИО1 получил статус ИП 09.02.2024 года, таким образом, на момент заключения договора аренды нежилого помещения нежилого помещения № ПАА/02-24 от 06.02.2024 года, статусом ИП не обладал.

Кроме того, истцом представлены платежные документы: платёжные поручения № 45 от 02.05.2024 года на сумму сумма, № 58 от 07.06.2024 года на сумму сумма, № 83 от 04.07.2024 года на сумму сумма, плательщиком по которым является ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ» а получателем – ИП ФИО1, которые по мнению суда, подтверждают факт исполнения ответчиком обязательств перед истцом по договору купли-продажи долевого участия в готовом субарендном бизнесе от 06.02.2024 года.

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что в данном случае, все вышеприведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1 являлся номинальным арендатором, и, несмотря на формальные признаки исполнения им договора аренды, такие как подписание акта-приема передачи, обстоятельства, которые сопровождали реальные правоотношения между истцом и ответчиком свидетельствуют о наличии законных оснований квалифицировать оспариваемые сделки - дополнительное соглашение к Договору купли-продажи долевого участия в готовом субарендном бизнесе от 06.02.2024 года, заключенное между ФИО1 и ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ», договор аренды нежилого помещения № ПАА/02-24 от 06.02.2024 года, заключенный между ФИО1 и ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ», как мнимые.

Все установленные по делу обстоятельства помимо вышеизложенного, также свидетельствуют о недобросовестном осуществлении гражданских прав участниками договора аренды, и о том, что данные сделки были заключены без намерения создать определенные правовые последствия.

Доводы ответчика о том, что данные сделки заключены с намерением создать соответствующие им правовые последствия, поскольку стороны изменили концепцию сотрудничества, суд отклоняет, поскольку заключение ФИО1 и расторжение в тот же день договора, по которому им уплачены денежные средства в размере сумма, без намерения вернуть данные денежные средства, представляется маловероятным.

В пользу доводов истца о мнимости оспариваемых сделок - дополнительного соглашения к Договору купли-продажи долевого участия в готовом субарендном бизнесе от 06.02.2024 года, договора аренды нежилого помещения № ПАА/02-24 от 06.02.2024 года, свидетельствуют факты использования имущества самим ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ» в своих интересах, что подтверждается пояснениями третьего лица фио, а также фактом отсутствия в ЕГРНИП его регистрации как ИП.

На основании изложенного, суд полагает необходимым признать дополнительное соглашение к Договору купли-продажи долевого участия в готовом субарендном бизнесе от 06.02.2024 года, заключенное между ФИО1 и ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ», договор аренды нежилого помещения № ПАА/02-24 от 06.02.2024 года, заключенный между ФИО1 и ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ», мнимыми сделками.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые ФИО1 к ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ» о признании договора аренды мнимой сделкой – удовлетворить.

Признать дополнительное соглашение к Договору купли-продажи долевого участия в готовом субарендном бизнесе от 06.02.2024 года, заключенное между ФИО1 и ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ», мнимой сделкой.

Признать договор аренды нежилого помещения № ПАА/02-24 от 06.02.2024 года, заключенный между ФИО1 и ООО «МИРЛАН ИНВЕСТ», мнимой сделкой.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Черемушкинский районный суд адрес в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 09.02.2026 г.

Судья Пименова Е.О.