УИД: 29RS0№-07

Строка 2.204, г/п 3000 руб.

Судья Волощенко Е.Н.

27 июля 2023 года

Докладчик Попова Т.В.

Дело № 33-4656/2023

г. Архангельск

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе:

председательствующего Хмара Е.И.,

судей Поповой Т.В., Сафонова Р.С.,

с участием прокурора Мошниковой З.Н.,

при секретаре Тюрлевой Е.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «УЛК» о взыскании денежной компенсации морального вреда по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «УЛК» на решение Коношского районного суда Архангельской области от 14 марта 2023 года по делу № 2-5/2023.

Заслушав доклад судьи Поповой Т.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «УЛК» (далее - ООО «ГК «УЛК», Общество) о взыскании денежной компенсации морального вреда. В обоснование требований указала, что 21 ноября 2019 года в 05 часов 50 минут водитель самосвала <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, ФИО2 в <адрес> на участке технологической дороги ООО «ГК «УЛК», 14,7 км от пересечения с технологической дорогой <данные изъяты> не убедился в безопасности маневра и при движении задним ходом совершил наезд на Р. , приходившегося ей (истцу) родным братом. В результате дорожно-транспортного происшествия у Р. обнаружены телесные повреждения, повлекшие его смерть. Считает, что она (истец) имеет право на возмещение морального вреда. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, судебные расходы в размере 15 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание суда первой инстанции не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом. Представитель истца ФИО3 также не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Ответчик в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. Представитель ООО «ГК «УЛК» ФИО4 представила письменные возражения на иск. Указала, что машинист автогрейдера Р. 4 августа 2019 года ознакомлен с инструкцией №-р по охране труда при буксировке, сцепке и расцепке автомобиля, утвержденной и.о. директора Пинежского ЛПХ 2 августа 2019 года, соответственно ему было известно о том, что запрещается осуществлять буксировку на гибкой сцепке в гололед. Данное положение также прописано в Правилах дорожного движения Российской Федерации. Работнику запрещается находиться между буксирующим автомобилем с работающим двигателем и буксируемым автомобилем во время сцепки или расцепки. Вместе с тем, Р. , будучи ознакомленным с правилами техники безопасности на производстве, Правилами дорожного движения Российской Федерации, сам нарушил положения указанной инструкции, осуществляя буксировку на гибкой сцепке в гололед, встал между буксирующим автомобилем с работающим двигателем и буксируемым автомобилем во время сцепки или расцепки при выполнении действий по извлечению застрявшего автогрейдера, когда ему необходимо было оставаться в его кабине. Таким образом, своими сознательными действиями Р. , нарушив нормы по охране труда и техники безопасности, допустил наступление несчастного случая с ним. Кроме того, истцом не представлено достаточных доказательств, свидетельствующих о поддержании тесных родственных связей с братом, наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. Считает, что истцом не обоснован заявленный размер морального вреда, он не согласуется с принципами разумности и справедливости и является завышенным. Со стороны ООО «ГК «УЛК» предприняты меры для поддержания семьи Р. Так, 24 декабря 2019 года между обществом и ФИО5, являвшейся супругой Р. , заключен договор пожертвования, согласно которому ООО «ГК «УЛК» взяло на себя обязательство о безвозмездном погашении задолженности по кредитному договору от 2 сентября 2019 года №, оформленном на Р. в <данные изъяты>, которое общество выполнило, оплатив задолженность Р. по указанному кредитному договору в размере 632 750 рублей 51 копейка. Таким образом, ООО «ГК «УЛК» своевременно предприняло меры социальной поддержки семьи Р. Полагает, что заявленный размер компенсации морального вреда не соответствует принципам разумности и справедливости, завышен и подлежит снижению. Просила рассмотреть дело без участия представителя.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании не присутствовал, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, объяснений не представил.

В судебное заседание третье лицо ФИО5, извещенная надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела, не явилась. Ранее, допрошенная в порядке судебного поручения Холмогорским районным судом Архангельской области, поясняла, что исковые требования ФИО1 поддерживает в полном объеме. Погибший Р. приходился ей супругом, а истцу - родным братом. У истца и Р. были очень хорошие, теплые отношения, они хорошо общались между собой. ФИО1 приезжала к ним в <адрес> из <адрес> в гости (раз в год либо два раза в год). ФИО1 пенсионер. Ранее работала директором Дома культуры, после гибели брата она не смогла работать, для нее смерть брата была большой трагедией. Хоть ФИО1 с Р. общались путем приездов и встреч, телефонных разговоров каждый вечер, у них были очень хорошие отношения. Вместе они не жили, совместного хозяйства не вели, но они общались путем встреч и телефонных разговоров. Между ФИО1 и Р. сложились родственные, близкие и доверительные отношения.

Решением Коношского районного суда Архангельской области от 14 марта 2023 года исковые требования ФИО1 к ООО «ГК «УЛК» о взыскании денежной компенсации морального вреда удовлетворены.

С ООО «ГК «УЛК» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в сумме 100 000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 15 000 рублей.

С ООО «ГК «УЛК» в доход бюджета муниципального образования «Коношский муниципальный район» взыскана государственная пошлина в размере 300 рублей 00 копеек.

С указанным решением не согласился ответчик, в поданной апелляционной жалобе просит его отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме либо снижении размера компенсации морального вреда. Указывает, что Р. в нарушение норм по охране труда и технике безопасности допустил наступление несчастного случая. В решении суда не приведены мотивы относительно степени вины работодателя в произошедшем несчастном случае. Вместе с тем, его вина указана судом в числе обстоятельств, которые учитывались при определении размера компенсации морального вреда. Отмечает, что он (ответчик) со своей стороны обеспечивает условия труда на производстве, осуществляет обязательное социальное страхование работников. Меры социальной поддержки семье погибшего Р. работодателем своевременно предприняты, задолженность Р. по кредитному договору в размере 632750 рублей 51 копейка оплачена в полном объеме, хотя это не являлось обязанностью работодателя. Кроме того, членам семьи Р. в соответствии со ст. ст. 7, 10 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» выплачены единовременные страховые выплаты по 500000 рублей. Считает, что наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. Полагает, что размер компенсации морального вреда, взысканный судом, существенно завышен, не согласуется с принципами разумности и справедливости. Снижение размера компенсации морального вреда до 10000 рублей будет соответствовать принципам разумности и справедливости.

Стороны, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились. Третье лицо ФИО2 также надлежащим образом извещавшийся о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился, о причинах своей неявки суду не сообщил. При таких обстоятельствах в соответствии с ч.ч.3-5 ст.167, ч.1 ст.327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), учитывая, что применительно к ч.2 ст.117 ГПК РФ, абз.2 п.1 ст.165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), с учетом положений ч.4 ст.1 ГПК РФ, риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат, отказ в получении почтовой корреспонденции по адресу места жительства, о чем свидетельствует ее возврат по истечении срока хранения, следует считать надлежащим извещением о слушании дела, судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав заключение прокурора, полагавшего решение суда законным и обоснованным, апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению, судебная коллегия приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (ст. 37). Частью 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу положений абз. 4, 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

В абз. 4, 15, 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ закреплена обязанность работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. 2 ч. 2 ст. 212 ТК РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с ТК РФ, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абз. 2, 13 ч. 1 ст. 219 ТК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно абз. 1 п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использования транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу п.20 данного Пленума моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абз. 1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст.151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 25-27 вышеуказанного постановления Пленума).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч.8 ст. 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 ТК РФ).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (п. 46).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Из приведенных нормативных положений следует, что работодатель обязан обеспечить работнику охрану труда, в том числе в виде безопасных условий места работы, а в случае смерти работника, квалифицированного как несчастный случай на производстве, возместить причиненный по его вине вред, в том числе моральный, членам семьи работника, которые имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику безопасные условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой члена семьи.

Согласно абз. 1, 2 п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абз. 2 п. 2 ст.1083 ГК РФ).

Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (разъяснения п.17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 21 ноября 2019 года в 05 часов 50 минут произошло дорожно-транспортное происшествие (далее - ДТП) – водитель самосвала <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № ФИО2 в <адрес> на участке технологической дороги ООО «ГК «УЛК», 14,7 км от пересечения с технологической дорогой <данные изъяты> не убедился в безопасности маневра и при движении задним ходом совершил наезд на Р. , являвшегося водителем автогрейдера <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №. В результате ДТП Р. причинены телесные повреждения, повлекшие за собой его смерть.

Самосвал <данные изъяты> принадлежит правопредшественнику ООО «ГК УЛК» - обществу с ограниченной ответственностью «Устьянская лесоперерабатывающая компания» (далее – ООО «УЛК»). Автогрейдер <данные изъяты> принадлежит правопредшественнику ООО «ГК УЛК» - ООО «УЛК».

Р. состоял в трудовых отношениях с ООО «ГК УЛК» с 6 февраля 2019 года, работал машинистом автогрейдера. В момент ДТП Р. находился при исполнении трудовых обязанностей. ФИО2 также состоял в трудовых отношениях с ООО «УЛК», являвшимся правопредшественником ООО «ГК УЛК», с 16 июля 2018 года работает водителем автомобиля дорожной службы 3 класса, в момент ДТП находился при исполнении трудовых обязанностей.

Приговором Лешуконского районного суда Архангельской области от 18 февраля 2021 года ФИО2 признан виновным в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст.109 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее -УК РФ) к 1 году 6 месяцам исправительных работ с отбыванием наказания по основному месту работы с удержанием 10% заработка в доход государства.

Р. приходился истцу ФИО1 родным братом.

Разрешая спор и удовлетворяя требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что вред здоровью Р. , находящемуся при исполнении должностных обязанностей, причинен источником повышенной опасности, принадлежащим на праве собственности ответчику, под управлением ФИО2, также находившемуся при исполнении должностных обязанностей, и, учтя отсутствие нарушений правил дорожного движения со стороны третьего лица ФИО2, наличие близких родственных связей истца с погибшим, требования разумности и справедливости пришел к выводу о возложении на ответчика обязанности по компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей.

С данным выводом суда судебная коллегия согласна, поскольку он основан на законе, установленных по делу обстоятельствах и исследованных в судебном заседании доказательствах.

Из материалов дела следует, что именно неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии контроля со стороны администрации Пинежского ЛПК ООО «ГК «УЛК» за соблюдением рабочими дорожной службы технологии производственного процесса, требований инструкции по охране труда, недостаточный контроль процесса производства работ на участке работы дорожной службы в нарушение должностной инструкции мастера дорожной службы, недостаточность инструктажа на рабочем месте об особенностях технологии, условиях безопасного выполнения работ, мерах безопасности, не проведение идентификации опасностей, представляющих угрозу жизни и здоровью работников, не разработка перечня мер по исключению, снижению или контролю уровней рисков привели к несчастному случаю на производстве. При этом именно ФИО2 признан лицом, допустившим нарушение требований охраны труда. Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы указанное выше свидетельствует о вине работодателя в несчастном случае, а, следовательно, находится в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения смерти Р. , соответственно и морального вреда истцу.

Возлагая на ответчика обязанность по компенсации морального вреда и определяя его размер в сумме 100000 рублей, суд первой инстанции, руководствуясь вышеприведенными положениями законодательства, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской по их применению, исходил из характера и степени понесенных истцом физических и нравственных страданий, наличия тесной семейной связи и привязанности, необратимости утраты близкого родственника, возраста истца, степени вины ответчика при причинении вреда здоровью Р.

Смерть близкого человека в любом случае является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников, неимущественное право на семейные связи. Гибель родного человека является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причиняя нравственные страдания.

Вопреки доводам жалобы ответчика судом при определении размера компенсации морального вреда учтены все обстоятельства причинения вреда, в том числе вина работодателя в необеспечении безопасных условий труда, приведших к смерти Р. , а также характер и тяжесть причиненных истцу нравственных страданий, переживаний, связанных с невосполнимой утратой близкого человека, при этом судом принято во внимание не только наличие родственных связей, но и фактически сложившиеся между истцом и умершим отношения, которых связывала тесная семейная связь и привязанность. Установленные судом факты тесной родственной связи ответчиком не опровергнуты, подтверждаются материалами дела. Так, при рассмотрении дела судом установлено, что истец с Р.Н.В. при жизни поддерживали тесные и доверительные отношения, каждый день созванивались, приезжали в гости, смерть брата изменила привычный образ жизни истца, лишила поддержки родного человека.

Судебная коллегия находит, что определенный судом размер компенсации морального вреда не является завышенным, соответствует объему физических и нравственных страданий истца, в полной мере отвечает требованиям разумности и справедливости. Обстоятельства гибели Р. были учтены судом и получили надлежащую оценку суда при определении размера компенсации морального вреда. Оснований для иной оценки судебная коллегия не усматривает.

Предпринятые работодателем меры социальной поддержки семье погибшего Р. , выплата единовременных страховых выплат членам его семьи, осуществление обязательного социального страхования работников в силу закона, не освобождают работодателя от обязанности по возмещению компенсации морального вреда вследствие необеспечения безопасных условий труда на производстве работнику иным близким родственникам.

Таким образом, судебная коллегия считает, что поскольку доводы апелляционной жалобы не содержат оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, для отмены постановленного решения суда, то решение суда подлежит оставлению без изменения.

Иных доводов апелляционная жалоба не содержит, в иной части решение суда сторонами не оспаривается, а в силу ч. 1 и ч. 2 ст.327.1 ГПК РФ и разъяснениями, содержащимися в п.46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 года №16, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно нее.

Руководствуясь ст. ст. 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Коношского районного суда Архангельской области от 14 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «УЛК» – без удовлетворения.

Председательствующий Е.И. Хмара

Судьи Т.В. Попова

Р.С. Сафонов